Bond Polarity

Всем привет, с возвращением. Как вы, ребята, держитесь? Все в порядке? Хорошо. Что ж, перейдем к следующей главе. Мы остановились на чем-то вроде пикантной драмы, так что давайте посмотрим, сможем ли двигаться дальше. Я, наверное, попытаюсь немного поднапрячься и выложу главу побыстрее, потому что тут так много всего, что я действительно хочу писать и писать. Если вы читаете Chris/OC фанфик, который я тоже пишу – я не забыла о нем, мне просто очень нужно разобраться в этом, потому что между двумя историями будет некоторое пересечение, я люблю мучить себя как писателя. Песня: This Is Gospel by Panic at the Disco Отказ от ответственности: я ничем не владею. Resident Evil принадлежит CapCom, с которым я не связана. Кстати, в главе будет настоящая мешанина. Несколько незначительных упоминаний крови, несколько глупых и милых вещей и более стрессовые события, достойные канона Resident Evil. Если хотите пропустить часть с кровью, я выделила этот абзац полным курсивом, чтобы вы знали, когда можно пролистывать. *** Прошла неделя с тех пор, как Шарлотта сбежала и оставила Гейзенберга в лесу. Она отключила телефон и хранила его на всякий случай в переднике, но в основном игнорировала ситуацию, и, к ее облегчению, Гейзенберг не появлялся, пока девушка была в деревне. Работа в замке держала в напряжении. Еще неделя – и таинственным образом пропала очередная горничная. Некоторые служанки утверждали, что слышали ночью плач из подвала, но так и не поняли, откуда он доносился. Несмотря на любопытство к этим звукам, девушка знала, что лучше не искать неприятностей. И все же они часто находили ее. Послышался тихий вздох и звон разбитого стекла, перепуганная горничная посмотрела на устроенный беспорядок. - Ты идиотка, - шипит шеф-повар. - Я потратил 3 часа и еще несколько предварительных дней на заготовку засахаренной кожуры. Что мы теперь будем подавать? Шарлотта наблюдала, как девушка начала дрожать, когда поняла, как сильно она все испортила. Сделала глубокий вдох и расслабилась. - Что она уронила? - Замороженный коктейль, на его приготовление уходит целая вечность, - объясняет шеф с нервным смехом. - Сколько у нас времени? - спрашивает Шарлотта, и слуга смотрит на часы. - Десять минут. Хозяйки дома развлекают гостей. Леди Беневьенто нанесла визит. – официант хмурится и глядит на горничную, которая подавала ему поднос. - Вот почему горничные не должны работать с едой. - Извините, я думала, что помогаю, - бормочет горничная, пока Шарлотта возвращается в кладовую, чтобы поискать припасы. Должно же быть что-то. Что она искала? Ну же. Девушка возвращается со склада. - Что мы подаем? - спросила Шарлотта, роясь на полках и мысленно перечисляя ингредиенты, которые смогла увидеть. Много чеснока, приправы. Куча помидоров, сейчас их сезон. - Особенный бифштекс для Хозяек и рыбу для леди Беневьенто, - шеф-повар кладет локти на стойку и закрывает лицо руками. Все они были обречены... Конечно, мы подаем красное и белое мясо одновременно. Черт возьми. Она немного ворчит, когда помидоры снова привлекают ее внимание, и хватает банку томатной пасты. – Вино - это единственный алкоголь, который у нас есть, или что-то еще? - Пожалуйста, проверяй сама еще хочешь, - говорит шеф-повар, продолжая паниковать вместе с остальными. - Перестань дуться, мы еще не умерли, - Шарлотта уходит. - Кто-нибудь, принесите мне лед из морозилки. Наколите 6 больших кусков. И достаньте 6 стаканов. - Почему 6? - растерянно спрашивает горничная. - Ты хочешь подать им что-то, не зная, каково оно на вкус? - указывает Шарлотта, и она быстро отрицательно качает головой. Встречи с клиентами не подведут меня, - подумала девушка, оглядывая комнату и обнаруживая, что она одна. Быстро достала телефон и включила его, чтобы поискать рецепт кровавой Мэри и как превратить томатную пасту в томатный сок. Суббота, 25 июля, 5:53 вечера 3 новых уведомления 12 новых уведомлений 18 новых уведомлений Шарлотта усмехнулась и смахнула их, чтобы добраться до Интернета и найти то, что искала. - Хорошо, соотношение воды и пасты 4 к 1. Тобаско. Вустерширский соус, соль, водка. - ее глаза метались по странице, продолжая игнорировать панель уведомлений наверху, которая постоянно срабатывала, прежде чем она убрала телефон и схватила водку, которая, вероятно, использовалась для приготовления пищи. Затем Шарлотта поспешила обратно на кухню с бутылкой и томатной пастой. - Сколько у нас еще времени? - 6 минут, - официант снова проверяет время. - Смешайте это с водой в соотношении 4 к 1, чтобы получился сок, - Шарлотта протягивает банку шеф-повару. - Где стаканы и лед? – спрашивает девушка, ставя бутылку водки на стол. Может быть, если она добавит еще немного, они будут слишком пьяны, чтобы расстраиваться... - Другая горничная все еще достает лед, у нас в шкафу есть бокалы для вина, - говорит официант, когда они идут проверять. - У нас есть что-нибудь похожее на коктейльный бокал? - Шарлотта достает с полки тобаско и Вустерширский соус вместе с солью. - Дай-ка, я проверю, - отвечает он, копаясь в ящиках. Осталось 5 минут. - Пошевеливайся, время не терпит, - огрызается Шарлотта, роясь на полках в поисках ингредиентов, и официант кивает. – Какую кожуру вы приготовили? - Кроваво-красного апельсина, Леди специально его заказала, - говорит шеф-повар, работая над смесью. - И вы не упомянули об этом раньше? - раздражается Шарлотта. Ладно. Кровавая Мэри с послевкусием кроваво-красного апельсина. Все кровь. Кровь. Черт, а это логично, даже в вине здесь есть кровь. - У нас хоть что-то осталось? - По-моему, в кладовке есть несколько штук. - шеф-повар кивает, - Вот, смесь готова. - Вот бокалы, - возвращается официант. Шарлотта кивает, наливает томатный сок и берет ложку, чтобы смешать тобаско с вустерширским соусом. Она ставит стаканы на новый поднос с шипами - 4 с одной стороны ложки, острый нож посередине, и 2 стакана с другой. С этим девушка несет поднос в кладовку, где берет апельсин, разрезает его и выжимает в каждый стакан равное количество сока, затем берет лайм, режет пополам и кладет на поднос вместе с несколькими ломтиками сельдерея. А теперь перейдем к не очень веселой части... Она снова глубоко вдохнула и выдохнула. Шарлотта отрезала небольшой кусочек корки красного апельсина, может быть, квадрат в 3 сантиметра, и отложила его в сторону, прежде чем с помощью ножа надрезать правый нижний угол левой ладони и надавить на порез, чтобы накапать примерно по 15 крупных капель крови в каждый из 4 стаканов. Остается надеяться, этого будет достаточно, потому что выдавить больше - займет слишком много времени или вообще заставит ее упасть в обморок. Девушка взяла кусочек апельсина и прижала его к ране, пытаясь заставить кровь свернуться и перестать течь, пока она не сможет позаботиться о ране должным образом позже. Это было чертовски больно и определенно нездорово, но это то, с чем она должна была разбираться сама, ведь другие, похоже, не знали о том, что их бледнокожие работодатели людоеды. Осталась 1 с половиной минута. Шарлотта вернулась в другую комнату и принялась доделывать последние штрихи, размазывая лайм по краям стаканов и посыпая ободок солью. Она определенно готовила не по порядку, но времени было немного, и девушка никогда не делала этого раньше, так что эй. По крайней мере, они умрут, не сложа руки. Добавив в каждый бокал 30 грамм Водки, она использовала ложку, чтобы размешать содержимое бескровных напитков, прежде чем размешивать Тройную кровавую Мэри. Добавила лед и засахаренную кожуру, украшенную сельдереем, прежде чем сделать глоток тестового напитка без крови. Прилично. Определенно поспешно, но прилично. Шарлотта отставила его в сторону, взяла поднос и передала официанту. - Эти четыре бокала – с учетом диетических ограничений дам. Этот для леди Беневьенто. - объясняет девушка, оставляя на подносе матерчатую салфетку, чтобы разделить стаканы для официанта. - Скажи им, что это освежающая охлажденная смесь местных продуктов и экзотических деликатесов. Такая подача должна им понравится. - Освежающая охлажденная смесь местных продуктов и экзотических деликатесов, - повторяет он и кивает. - Хорошо. - кивает и уходит, чтобы не опоздать. Шеф-повар подходит к тестовому стакану и делает глоток, прежде чем слегка закашляться. - Мы все обречены... - говорит, качая головой, и уходит в кладовку. Горничная снова начала дрожать из-за отрицательной оценки повара. Прошло добрых 10 минут ожидания, Шарлотта тем временем как следует перевязала руку, прежде чем убрать беспорядок на полу, так как другая горничная была слишком расстроена, чтобы что-то делать, а шеф-повар, вероятно, напивался. Она не знала, что еще делать, и это было лучшим развлечением, чем расхаживать по комнате. В конце концов официант вернулся с бледным выражением лица. - Леди Димитреску хочет поговорить с кухонным персоналом, - почти шепчет официант, заставляя троицу также побледнеть. Наверное, это нехорошо... - Я не хочу исчезать, - горничная тяжело дышит. - Да замолчишь ты уже со своей чепухой? Это просто бабушкины россказни, - невнятно произносит теперь уже очень пьяный шеф-повар. - Заставив их ждать, сделаем только хуже, - Шарлотта подходит к официанту. - Идем. В конце концов остальные присоединяются к ней и следуют за официантом в гостиную, где три хихикающие девушки в черном сгрудились на диване, явно чему-то радуясь. Донна и Энджи сидели на стуле слева от них, а леди Димитреску - спиной к группе. - Кто за это отвечал? - спрашивает она, протягивая полупустой стакан, в котором уже не было украшений. Перепуганные кухарка и горничная отступили на шаг, оставив Шарлотту одну. Шарлотта оглянулась на них, шокированная и раздраженная. Правда? В самом деле. Они бросают ее под поезд после того, как она попыталась спасти их шкуру. Пошли они на…- - Восхитительно, я буду заказывать его почащ... - она сделала паузу, когда встала, чтобы посмотреть на группу, и обнаружила Шарлотту впереди, берущую ответственность за напиток на себя. Ее улыбка сменилась хмурым взглядом. Черт побери, это был ее шанс, и она его упустила. - Я буду заказывать его чаще. Я ожидаю постоянного совершенства. Что ж, так было почти что еще хуже. - Благодарю вас, миледи, - Шарлотта делает реверанс. - Ну, мы помогли, - говорит повар, и горничная кивает. - Да, мы помогли, - подтвердила горничная. - Неужели? - с любопытством спрашивает леди Димитреску. Шарлотта помолчала, обдумывая, что ответить, но кивнула. – Да, они помогли, хотя из скромности отступили назад, - Шарлотта мысленно прикусывает язык. Счет был 2 к 1. Если она скажет, что это не так, то окажется в меньшинстве. Ладно. Посмотрим, расскажет ли она им рецепт после их подлости. - Хм, - тихо тянет она, делая выражение лица проще, и возвращается на свое место. - Полагаю, это означает, что я смогу заказать напиток всякий раз, когда кто-нибудь из вас троих будет дежурить и ожидать того же качества. Какая удача! Вы свободны. Возвращайтесь к работе. - она поймет, кто лжет. - Да, леди Димитреску, - в унисон говорят трое, направляясь на кухню с официантом, чтобы продолжить работу. Когда ночная смена закончилась, и они уже были готовы вернуться и немного поспать, горничная в конце концов подошла к Шарлотте. - Так... Как именно ты сделала эти напитки? - А? Я думала, ты помогала? - девушка изображает притворное удивление. - Что ж. Я имею в виду... - горничная заикалась, пока выражение ее лица менялось между гневом и ужасом, что заставило повара смеяться, так как он думал, что знает рецепт, попробовав бескровный напиток. - В следующий раз не подставляй меня. Спокойной ночи, - Шарлотта идет в общую комнату. Оказавшись в безопасности в своей постели, она наконец позволила себе расслабиться, когда тихие приглушенные слезы свободно потекли по ее подушке от стресса ситуации, в которой она только что оказалась. '*'*'*'*' С тех пор прошло четыре дня. Леди Димитреску сидела в музыкальной комнате с дочерьми, когда воздух наполнился телефонным звонком. Она глубоко вздохнула, чувствуя, как ее глаз дергается от раздражения. - Я УБЬЮ это дитя, - прошипела себе под нос. Это продолжалось уже два дня, и он звонил без остановки по крайней мере час. Перерыв на 5-10 минут, затем еще раз звонки целый час и так примерно 5-6 часов. Прежде чем остановиться. Настойчивый звон стал настолько бесконечным, что даже служанки начали затыкать уши ватой в надежде хоть немного заглушить шум. Каждый раз, когда она отвечала, это был один и тот же очень короткий разговор. - Дай мне поговорить с Шарлоттой. - Иди к черту. - щелчок. Звонок! Это была битва на истощение во всей красе. Когда наступил 4-й час второго дня, леди Димитреску протопала к стационарному телефону в музыкальной комнате и сняла трубку. -ЧТО?! - буквально кричит в телефон. - Дай мне поговорить с Шарлоттой, - скучающим тоном просит Гейзенберг, ожидая еще одного короткого звонка. - ПРЕКРАСНО! Ладно. Ты победил. Я пришлю ее, - смягчается леди Димитреску. - Ты такой ребенок. - Я просто делаю то, что велела мне дорогая мама, - напоминает Гейзенберг с торжествующей улыбкой, ухитряясь достаточно извратить инструкции Миранды, чтобы получить то, что хотел. Ответ заставляет лицо леди Димитреску исказиться от ярости, прежде чем она швыряет трубку обратно и разочарованно вскрикивает. - Кто-нибудь, пришлите мне Шарлотту. Сейчас же! Горничные вздрагивают и быстро покидают комнату, чтобы сделать то, что им велено. Это занимает добрых 15 минут, но в конце концов они возвращаются с девушкой. - Вы звали меня, миледи? – спрашивает Шарлотта с обычным реверансом. - Я даю тебе отгул на 2 часа. - женщина хмурится, массируя виски. Шарлотту это, казалось, удивило. - Тебя вызывает лорд Гейзенберг. У тебя будет один час на дорогу и час у него. Я рассчитываю, что ты вернешься вовремя и будешь работать. Ее удивление сменилось гневом и ужасом. Маленькое Дерьмо. - Да, мэм. Я постараюсь вернуться пораньше, если это возможно. Вампирша слегка усмехается на это, прежде чем отмахнуться от нее. - Сейчас 2:42 вечера, иди и возвращайся к 4:42. - Да, мэм, - девушка выходит из замка через дверь для слуг в деревню. Через каменный мост к металлическим воротам, преграждавшим ей путь. Она теребит компас на шее и осторожно прячет его под вырез блузки. Как только она убедилась, что его не видно, говорит вслух: - Ты просил моего присутствия? – произносит девушка, возвещая о своем прибытии. Минуту спустя ворота открываются без ответа. Как только путь оказался свободен, она поднялась на холм и обнаружила, что он ждет ее у дверей фабрики. Шарлотта останавливается в добрых 5 метрах от него. - В чем дело? Я должна вернуться через час. Услышав о нехватке времени, он что-то проворчал себе под нос. - Конечно, эта Сука установила рамки, - мужчина пощипывает себя за переносицу. - Следуй за мной, - жестом приглашает ее войти на фабрику. Они заходят, и она обнаруживает, что стол, на котором он обычно держал свои заметки и ноутбук, был очищен, а вместо него стояла шахматная доска со стульями по обе стороны. - Присаживайся, - указывает на один из стульев, и тоже садится. Шарлотта слегка закатила глаза и обнаружила, что доска была подготовлена так, чтобы соответствовать тому месту, где они остановились в своей последней игре, прежде чем она выключила телефон. Девушка молчит и садится, как ей было велено. - Послушай. Нам нужно поговорить..., и ты не отвечаешь на звонки. - заявляет Гейзенберг и достает сигару, прежде чем жестом указать на доску. - Твой ход. Шарлотта устало вздыхает в ответ, пытаясь придумать, как ответить. Она все еще злилась на него. Но была не в том положении, чтобы спорить с ним. Ее козыри исчезли.... - Как пожелаете, Лорд Гейзенберг, - отвечает со злобой в голосе. Она была здесь, и она будет делать то, что ей скажут, но ей не обязательно было радоваться этому. Девушка посмотрела на доску и передвинула фигуру. Он знал, что она имела ввиду это как оскорбление, что она согласилась только из-за того, кем он был. – Блять скаж... - он оборвал себя. Глубоко вдохнул и сосредоточился на доске. - Мне очень жаль. Понятно? Я здорово облажался... Это не входило в мои намерения... Не думал, что затяну тебя в такие неприятности, - это заняло у него секунду, но в конце концов мужчина передвинул одну из своих фигур. Ее разум кричал, чтобы она спорила с ним, кричала на него, пинала и убегала. Что угодно, лишь бы выместить свое разочарование, но она осталась на месте. - Мне кажется, я помню, как один капризный старик сказал мне однажды: "Теперь это проблема на миллион долларов, не так ли, ты не подумала". Возможно, это не входило в твои намерения, но это произошло. - говорит в ответ и двигает фигуру, глядя на него сверху вниз, чтобы сказать "твой ход" для их разговора. Неужели она действительно использует его собственные слова против него, чертова умная сука? Он ворчит на это и некоторое время молчит, размышляя. - И я полностью виноват в этом, я знаю, - тихо признается он. - Я уже сбился со счета, сколько раз с тех пор корил себя по этому поводу. – продолжает он дальше, прежде чем затянуться сигарой, чтобы попытаться дать себе больше времени подумать. - Ты говоришь, что это уже случилось, да. Так оно, блядь и было. Но также были и другие вещи - странные, неуклюжие, раздражающие, нелепые... - он замолчал, думая о приключениях, которые они разделили, и сделал паузу, чтобы проглотить комок в горле, - Чертовски удивительные вещи, которые делали мы с тобой. Крались по свалкам, проводили ночи в грузовике, собирая разные штуки для армии, изучали технологии, фильмы, оставались под дождем, обедали, танцевали на стоянке и отпускали глупые шутки о ебучих тостерах. Я подставил за тебя свою шею не потому, что был виноват, а потому, что хотел. Мы заключили сделку, и я сказал тебе, что я человек слова и не отступлю от своего обещания. - он оглянулся на доску и просто переместил фигурку ради того, чтобы передвинуть ее. - Мы выберемся отсюда. Мы оба... Проблема в том, что это не сработает, если все останется так... между нами. - Хорошо... Тогда я думаю, что, по крайней мере, заслуживаю знать, почему ты сделал то, что сделал, и что произошло... – отвечает девушка. Теперь она была готова не только говорить, но и, что более важно, слушать. - Я знаю, что ты не был полностью согласен с идеей тайно выводить людей... Но таков был мой план. И это работало. – у Шарлотты печальное выражение лица, пока она забирает только что передвинутую Гейзенбергом фигуру. Он слегка покусывает сигару и морщится, услышав просьбу дать ответ. - Это не имело никакого отношения к твоему плану. Пока что-то не влияет на мою армию, оно меня не волнует, - мужчина смотрит на доску немного более серьезно, прежде чем сделать ход. – Я был... в плохом настроении и рыбий прыщ… - Моро, - раздраженно поправляет Шарлотта. - Его фамилия Моро. - ОН оказался ближайшей боксерской грушей, - Гейзенберг скрещивает руки на груди и отводит взгляд. - Боже, ты действительно не испытываешь угрызений совести. Его воспоминания стерлись из-за тебя. – раздражение Шарлотты возвращается, - И это даже не имеет смысла. Если тебя не интересовал план, то зачем кому-то об этом рассказывать? - спрашивает она в замешательстве, все еще не понимая, как или почему вообще так вышло. Теперь игра в шахматы не имела для нее никакого значения. Он действительно не хотел говорить об этом... - Ни хрена я никому не говорил, милая. Тебя бы не было в живых, если бы я... Куча дерьма. Шарлотта встает и кладет руки на стол. - Я ПОЧТИ УМЕРЛА, - сердито поправляет, немного наклоняясь вперед, отчего компас выпадает и болтается у нее на шее. В своем гневе она этого не заметила, но один металлический лорд определенно заметил. - Вся эта ситуация произошла из-за того, что ты сказал Моро, что я встречаюсь с Алексом в лесу. Я бы не сказала, что это считается никому ничего не говорить. - указывает девушка, принимая позу, чтобы встать и посмотреть на него сверху вниз. - И я бы точно не назвала это живым человеком. - она указывает на саму себя. - Этот замок... УЖАСАЮЩИЙ, - признается с неподдельным страхом в голосе. - Я пробыла там всего месяц, а люди уже исчезли из-за самых глупых вещей. Боже упаси. На днях горничная опрокинула какие-то напитки, почти уверена, что она мертва. – добавляет девушка, заметив, что на утро той горничной уже не было на перекличке. У нее... все еще была эта штука? Гейзенберг думал про себя, глядя на компас и слушая Шарлотту. Он стиснул зубы, услышав ее страх. Ему потребовалось слишком много времени, чтобы заметить это... Девушка выглядела усталой. - Я исправил большую часть той ситуации на собрании, - говорит он, хотя кажется, что сам не был в этом убежден. Как она сказала, это едва ли лучше, чем быть мертвой. - ...Мне просто нужно больше времени, я работаю над армией, но это трудно без металлолома. Он все еще избегает того вопроса... - И я все еще ценю то, что ты сделал. Это дало мне больше времени, но... - она тихо вздыхает, глядя на доску. В этот момент было совершенно очевидно, что Шарлотта не получит ответа... Если они собирались "двигаться дальше", как он хотел, она должна была его понять, и все, что у нее было на самом деле, это "Я был зол и накричал Моро, потому что он попался мне под руку, и я не жалею об этом, и не признаю, чем были вызваны мои действия". Его первые слова задели девушку, он действительно убедил ее, что, может быть, ему действительно жаль... - Послушай, если ты не особо хочешь говорить... Мне пора идти. Я не хочу опаздывать... - Шарлотта поднимает фигуру и двигает ее. - Шах. Некоторое время он молча смотрит на доску. Верно... Конечно, он хотел, чтобы она просто простила его, ничего не давая взамен. Даже простого ответа... С этими мыслями девушка поворачивается, чтобы уйти. - До свида... - Это потому, что я чертовски ревновал, ясно? - он больше кричит, чем говорит, и быстро встает. Мужчина почувствовал, что его дыхание участилось в нарастающей панике. - Каждый раз, когда ты уходила встретиться с этим тупым, - он оборвал себя, заметив тяжелый взгляд Шарлотты. - ...уходила встретиться с Алексом, - говорит Гейзенберг со злостью. - Я оставался наблюдать, гадая, не наступил ли тот момент, когда ты обманешь меня и бросишь здесь. Убежишь обратно в Америку со своим маленьким сообщником и забудешь обо мне. - он гасит последнюю сигару о шахматную доску. - У меня не было Никого, кто бы меня понимал. На протяжении веков. За один год я сделал больше, чем за сотню. - математика была немного не в порядке, но к черту все это, он пытался сделать вывод. - И тогда я увидел этого гребаного, - он снова остановился, - Моро в поле с кучей цветов, который был. Самим собой. Жалким, безнадежным, безумно влюбленным уродом, у которого не было ни единого шанса. Мне казалось, что я смотрю в зеркало, и я ненавидел это, я действительно не помню, все, что сказал, оно просто. Само вышло. - Так. - Шарлотта схватилась за голову, получив ответ - головоломка встала на свои места. Каждый раз, когда она встречалась с Алексом. Сколько раз он наблюдал? И... безумно влюбленным? Он вообще понял, что сказал это? Ты думаешь, я такой же, как Моро... Разве не так? - Почему ты просто не поговорил со мной? - обеспокоенно спрашивает она. Этого можно было избежать, если бы они хоть немного пообщались. - Или позволить мне самой справиться с его признанием? Это деликатная тема, а ты такой же тактичный, как ураган. - Как ты и сказала... Это деликатная тема. И, как уже сказал я, у меня было плохое настроение. - Гейзенберг ворчит и садится на край стола. Девушка потирает шею. Это возвращает его внимание к компасу. Я собиралась отказать ему... потому что выбор, в котором я не была уверена, был за тобой. Он собирался заговорить снова, но Шарлотта опередила его. - Хорошо, - Шарлотта кивает. - Не знаю, что еще я могу тебе дать, но в данный момент я совершенно бесполезна. - У меня есть план, как вернуть тебя на борт. Просто подожди еще немного... – он роется в кармане пальто и протягивает ей маленький диск с компьютерным чипом. - Удалось заставить ту идею с сенсорами работать. Держи его при себе все время, хорошо? - Хорошо, - соглашается девушка и подходит достаточно близко, чтобы взять чип и спрятать его в карман передника. - У тебя есть время? Он оглядывается и в конце концов находит часы: "3: 19 вечера". - У меня есть 23 минуты... давай за работу, - говорит она, пытаясь улыбнуться. - Давай зарядим твой телефон и снова включим его. Тебе он понадобится, - мужчина ухмыляется, жестом приглашая следовать за ним. Шарлотта ушла точно в назначенное время и поспешила обратно в замок. Добравшись до двери, нашла место, где можно спрятаться, и отправила Гейзенбергу сообщение. [Шарлотта] Я внутри. С этими словами она убрала мобильник и пошла заниматься своими обычными делами. Не прошло и минуты. Зазвонил городской телефон леди Димитреску. Опять. Шарлотта усмехнулась и продолжила работать. Один час превратился в два, а потом в пять. Затем, наконец, к 7-му часу леди Димитреску ворвалась через замок в свою приемную, чтобы снять трубку телефона. - Чего ты хочешь, мерзкий маленький человечек? - с яростью спрашивает она. - Когда я смогу снова увидеть Шарлотту? – у Гейзенберга знакомый скучающий тон. - Уже почти полночь, несносное дитя. - женщина зашипела. - Да, и, если ты хочешь, чтобы твоя Светлость поспала, мы заключаем сделку. – Гейзенберг откидывается на спинку стула. - Я могу заниматься этим всю ночь. - Я вырву ее сердце и съем его у тебя на глазах, - грозит, теперь в нескрываемой ярости. - Эксцентрично, но моя дорогая мама, конечно, не одобрила бы этого, ведь она сказала тебе оставить ее в живых, если она не напортачит, - указывает мужчина. - А я просто делаю то, что мне сказали, и спрашиваю разрешения. Ее глаз дернулся на его ответ. – И что может заставить тебя больше никогда мне не звонить? - Ну, тебе нужно получше делиться игрушкой. - он понимает, что выигрывает. - Я хочу ее видеть. И я буду звонить каждый день, пока ты не ответишь и не позволишь мне. - ХОРОШО, - раздраженно соглашается она. Если он собирается так делать, то оно того не стоит. Приходилось оставлять телефон доступным на случай, если позвонит Миранда. Это было нелепо. – Она будет отпущена на фабрику с 6 до 10 вечера, но я ожидаю, что она будет возвращаться ровно в 10. Я не допущу, чтобы горничная отсутствовала позже этого часа. - Договорились, - соглашается Гейзенберг. - Разве ты не самая милая старшая сестра? Альсина швыряет трубку и срывается с места. '*'*'*'*' С тех пор прошло чуть больше недели. До сих пор казалось, что план Гейзенберга работает. Смутно. Благодаря своему небольшому телефонному налету он мог давать Шарлотте 4 часа покоя каждый день, когда она могла работать над их проектом. Однако из-за сокращения рабочего дня леди Димитреску настояла на том, чтобы Шарлотте давали только один прием пищи в день. Что было не так плохо, как казалось. Когда девушка объяснила Гейзенбергу, каково наказание, он обеспечил ей ежедневную тарелку с едой. Обычно это была не более чем говяжья подливка поверх риса или куриная подливка поверх лапши, но это была еда. Шарлотта посмеивалась про себя, шагая по проселочной дороге обратно к замку. Она надеялась в какой-то момент раздобыть немного брусчатки и начать прокладывать более прочную дорогу, но, похоже, этого не произойдет. - Мисс Уилтце. Добрый вечер, - приветствует Герцог с улыбкой. - Не виделись с вами некоторое время. - Так и есть. - она соглашается с легким кивком. - Замок оставляет мне мало времени, чтобы заниматься чем-то еще, кроме работы. - Какой позор. - Спокойной ночи, - говорит Шарлотта, прежде чем двинуться дальше. - Мисс Уилтце, один вопрос, прежде чем вы уйдете. – Герцог легким жестом приглашает ее вернуться. Она подчиняется. - Боюсь, у меня мало времени... в чем дело? - Вы молодец, что продержались так долго. Считая сегодняшний день уже целый год, - он улыбается. - Однако... Интересно, много ли вы думали о том, что делать, если ваш план провалится? - Не провалится. – девушка хмурится. - Конечно, конечно. Просто гипотетически, - Герцог веселеет. - Если такой сценарий станет возможным. У меня есть информация, которая может оказаться полезной. Контакт с внешним миром, со средствами, которые помогут закрепить ваше положение в деревне. Шарлотта слегка нахмурилась. - И сколько будет стоить эта информация? - 2000 леев, - ответил Герцог. Примерно 500 долларов. Цифра оказалась гораздо больше, чем она ожидала. Раньше было всего 500 леев за имя. Его цена выросла в четыре раза. У нее были деньги. У нее все еще оставалось около 2500 леев, сэкономленных на поездках в город, и она надеялась сэкономить их на обеды в те дни, когда была особенно голодна, и на припасы вроде юбки на случай, если с ней что-нибудь случится во время работы на стройке. - Я подумаю об этом. Могу я позже назвать вам эту же цену? - Я человек слова, мисс Уилтце, - весело говорит он. - Ну что ж. Мне бы не хотелось, чтобы вы опоздали. Шарлотта кивает и направляется обратно в замок. '*'*'*'*' После стычки с Герцогом прошло еще несколько дней. Шарлотта была занята тем, что вытирала пыль по всему замку, и нахмурилась, когда их разговор всплыл на задворках сознания. Интересно, много ли вы думали о том, что делать, если ваш план провалится? Он не подведет. Он НЕ МОЖЕТ провалиться. Подумала она, сосредоточившись на чистке шкафа, стоявшего в коридоре. Какое странное место для него... Тем не менее она работала до тех пор, пока не раздался громкий гулкий взрыв. - Какого черта? - тихо бормочет Шарлотта, оглядываясь в поисках источника звука. Ее разум пытался придумать объяснения. Он атаковал сейчас? Все должно было начаться только весной... пока она убиралась, были слышны еще несколько громких звуков, а затем это просто. Прекратилось. Чувство страха поднялось у нее в груди, и волосы на шее встали дыбом, когда она услышала телефонный звонок. - Клянусь, если это не Матерь Миранда, я ЧТО-НИБУДЬ УСТРОЮ, - слышит Шарлотта, как леди Димитреску входит в приемную, чтобы ответить на звонок. Как она и опасалась, через несколько минут дама вышла из комнаты и закричала: - Шарлотта! Где эта девушка, - ворчит она. Шарлотта колеблется, но подходит к перилам. - Я здесь, миледи. - Хорошо. Пойдем. Матушка Миранда вызвала нас. - леди Димитреску начинает идти. - Ты выйдешь через дверь для слуг и отправишься в крепость оттуда. - добавляет она, чтобы дать понять, что они не равны. - Да, леди Димитреску, - кивает Шарлотта и спешит вниз по лестнице, чтобы выйти через дверь для прислуги. Ничто не могло подготовить ее к тому, что она обнаружила, войдя в крепость. Леди Димитреску, леди Беневьенто, лорд Моро, лорд Гейзенберг и Матерь Миранда смотрели на четыре коленопреклоненные фигуры, прикованные цепями к полу. Три офицера и одно знакомое лицо. Алекс. - Шарлотта, займи свое место рядом с леди Димитреску. - инструктирует Миранда. -... да, Матушка, - тихо отвечает девушка и делает как велено, время от времени бросая взгляд на избитого и связанного союзника. - Как вы, возможно, слышали ранее, по нескольким взрывам гранат. Мы подверглись нападению на деревню, - раздраженно начинает Миранда. - Раньше их было 10, но это те, что остались целыми. – Миранда объясняет дальше. - 9 чужаков пришли сюда под лидерством одного из наших. Я получу удовлетворение. Теперь мои дети. Кто возьмет на себя эту высокую ответственность? Шарлотта слышала, как стучит в ушах ее сердце, а дыхание участилось. Давай, думай! Спаси его! Она почувствовала, как металлическая цепь напомнила ей не делать глупостей. - Охохох! Я хочу новые игрушки! Они выглядят забавно, - Энджи спрыгивает вниз, чтобы посмотреть на четверых мужчин. - О-о-о-о-о-о, - хихикает она, пританцовывая вокруг. - Меня уже довольно давно не кормят должным образом, матушка. Отдайте мне смертных, чтобы я могла прокормить своих детей, - просит леди Димитреску. - Страдания предателю будут гарантированы. Она собирается съесть его?! - Отдайте их мне! - быстро возражает Шарлотта, видя, как леди Димитреску сердито смотрит на нее. Как СМЕЕТ эта челядь оспаривать ее просьбу? Все взгляды были прикованы к ней, и у нее не было времени на раздумья. – Отдайте их мне... С июня я не могу ездить в город за припасами. А это значит, что образцов нет. Они дадут нам четыре новых генетических образца для деревни. - указывает Шарлотта. Миранда не отвечает. Вместо этого она смотрит на двоих оставшихся. - Уже есть 3 петиции. Оставлю их дамам. - отвечает Гейзенберг, - Все, о чем я прошу, - это чтобы ко мне была проявлена благосклонность в следующий раз. - Твоя просьба принята к сведению, - отвечает Миранда, прежде чем посмотреть на Моро, выждать мгновение и двинуться дальше. - Выслушав ваши просьбы… Для рассмотрения были представлены солидные аргументы... - признается Миранда. - Шарлотта, тебе дадут двух выживших, чтобы ты отвезла их в деревню. "О, слава богу", - подумала она и бросила еще один взгляд на Алекса, который смотрел на нее с потрепанной улыбкой. - Леди Димитреску, вам будет предоставлен предатель и еще один выживший для вашей кладовой. Поскольку вы получите только одного из трех, вам будет предоставлен первый выбор. НЕТ! Паника Шарлотты не уступала панике Алекса. Она бы пошевелилась, если бы цепь не душила ее, не давая протестовать дальше. - Спасибо, Матушка Миранда, - отвечает леди Димитреску и смотрит на Шарлотту. - Ну, дитя. - ...Спасибо, Матушка Миранда, - говорит Шарлотта после того, как цепь ослабевает. - Мне нужно решить еще один вопрос, - Миранда подходит к Алексу. - Я изменю свой выбор и верну тебя в деревню при одном условии, - говорит женщина холодным ровным тоном. - Назови мне любое имя того, с кем ты сотрудничал. Любое имя. И ты будешь спасен. В ответ Алекс плюет ей в лицо. - Ты убила мою дочь, сука. Она двигается, чтобы вытереть окровавленную слюну со щеки. - На этом наша встреча заканчивается, - она встряхивает руку, чтобы попытаться очистить ее, прежде чем уйти. Леди Демитреску улыбнулась, встала, подошла и легко сорвала цепи, разрывая их. Схватила Алекса и самого крупного из офицеров и резко рванула их на себя. - На ноги, или вас потащат, как собак, - говорит она и без усилий тянет их за собой. - Гейзенберг, за дитя отвечаешь ты, проследи, чтобы она была в замке к 10 часам, - леди Димитреску уходит. Несмотря на свою прежнюю храбрость, Алекс боролся с тем, чтобы его утащили, волоча ноги и отступая назад. В конечном счете попытки были бесплодны. - К утру я подготовлю остальных двоих, - тихо говорит Донна, пока Энджи танцует вокруг оставшихся людей, как пастушья собака, удерживая их на месте. - Рафф-Рафф! Собаки, вы две собаки, - поет Энджи, передразнивая предыдущее оскорбление леди Димитреску. Шарлотта посмотрела на дверь, в которой только что стоял Алекс. И тихо кивнула, прежде чем уйти, чувствуя себя опустошенной. Идя рядом с ней, Гейзенберг хмурится. Ее лицо было совершенно пустым. Только когда они вернулись на фабрику, все изменилось. Она начала дрожать, ее дыхание стало тяжелым, прежде чем она издала гневный вопль и позволила себе сломаться. Внезапный высокий всхлип заставил мужчину вздрогнуть, но это было как раз то, что ему было нужно, чтобы заметить, что она вот-вот упадет в обморок. Он резко подхватил девушку и уже более мягко сел с ней, пока она буквально вцепилась в него. - Я держу тебя, - тихо говорит Гейзенберг, обнимая ее и успокаивая, когда она открыто рыдает по кому-то другому. – Мы поймаем эту гребаную сучку, хорошо? Их обеих. - О-она его с-съест, - бормочет Шарлотта сквозь рыдания. – Это все моя в-вина, - икота заставляет ее запинаться. Она никогда не должна была впутывать его в это дело, она должна была просто заставить его уйти, убежать отсюда. Работать в одиночку и не вовлекать никого другого. Это все ее вина. Сейчас здесь застряло больше людей, чем она могла освободить... Она потерпела неудачу. *** Я продолжаю заканчивать на действительно грустных нотах, и это ранит мою душу, потому что я не хочу этого делать, но мне действительно нужно остановиться здесь для следующей главы, или все выйдет из-под контроля XD В разработке намечается еще одна грустная глава, а затем мы вернемся к счастливым милым пушистым вещам, я обещаю. Держитесь, скоро мы нырнем в RE 8, так что это будет просто потрясающе.