Как приручить дикого зверя

Короче говоря, я не могу вспомнить, откуда у меня возникла такая идея. Хорошая или плохая, не знаю. В Москве невероятно жарко. Да так, что даже кондиционер не справляется. Поэтому всё время я провожу в ванной под холодной струёй воды. А иначе я просто высохну от жары. А Рыжий сидит на кровати, потеет, смотрит в никуда и просто молча принимает свою скорую смерть. А иногда он собирается с силами и даже уходит на кухню попить воды из-под крана. Я его приглашал к себе. Мол, ничего страшного, трогать я его не буду, просто посидит в прохладной воде, но что-то он постоянно отказывается. Я уже честью своей поклялся, что не буду брызгать в него. Я правда не могу понять, почему он отказывается. Боится, что ли? Ну хотя, в его случае было бы удивительно, если б не боялся меня. И я принял одно решение: раз в Москве находиться практически невозможно, потому что невыносимое пекло, границы все закрыты, то остаётся последний выход. Это моя дача. Где ужасно холодно. Маленькая дверь в туалет. Протекает крыша в доме с печкой. И полно насекомых. Я гений, согласитесь? Зная то, что мой друг жуткий арахнофоб и всё такое, я повёл его в самое пекло. Ну, может, хотя бы бояться перестанет. Моя дача — местечко тихое: участок у самого леса. Соседей я знаю, они люди приличные, почти никогда не шумят. Это я иногда люблю выпить и петь всякую ерунду со своим в бревно пьяным соседом, ну уж это мой грешок. Только Артур алкоголь не переносит. И от вкуса его тошнит, и от одного упоминания уже настороже. На даче у меня два дома: первый — холодный, я его назвал так, потому что в нём нет печки. В нём я обычно и живу: большую часть времени, когда погода портится (а портится летом она достаточно часто), смотрю телевизор в одной из комнат. Да и интернет тут на втором этаже лучше всего ловит. А другой дом — тёплый, в нём как раз и есть эта несчастная печь. И ещё крыша протекает. Во время дождя очень сильно заметно: я тогда потоп разгребаю. Там же есть дверь в сарай, и если пройти по коридору, то будет дверь в ванную и туалет. Я убью того, кто проектировал этот дом! Как можно было сделать дверь в туалет, в это самое нужное место, такой маленькой?! Ладно у меня габариты такие, ну и мои друзья еле туда пролезают. А как Артур туда доберётся? Ну, хотя, тут рядом лес... (Кто понял, тот понял) Местечко у меня, конечно, не самое шиковое, но, чтобы переждать жару — самое то. У меня же участок возле леса, и из-за лесной тени постоянно холодно. Я пробовал вырастить что-нибудь, но, видимо, такой себе из меня садовод. Ну хотя бы красная смородина растёт, уже хорошо. Стоит упомянуть нашу поездку туда: поехали мы на машине. Все-таки вещей Рыжего там нет, поэтому пришлось взять несколько пакетов. И что-нибудь поесть мы взяли по дороге, когда подъезжали к поселку городского типа, где как раз и находится моя дача. Самое "весёлое" в нашей поездке было то, что моя машина — чёрная. Салон — чёрный. Всё нагрелось. Такое ощущение, что мой зад расплавился через одежду и растекся по сидению. Даже кондиционер не спасал. Гребанное солнце постоянно в глаза светило. А если открывали окно, то застоялый машинный запах из-за огромной пробки не заставлял себя ждать. Я думал, что у меня там уже мозги поплавились и через уши потекли. А нет, это был всего лишь пот. И даже этот пот всё равно обжигал! Пару месяцев назад я жаловался на нескончаемые холода, а сейчас я жалуюсь на невыносимую жару. Не одному мне тогда было так себе: Рыжий ехал на переднем сиденье, и в него, как оказалось, бессердечно светило солнце. Температура градусов так тридцать уже будет, а Рыжего ещё и солнце выжигает. Наверное, он там уже успел сознание несколько раз потерять. В общем, решился он на то, чтобы снять кофту. Окно я закрыл. Мне и так надо было за дорогой следить, как и всем другим водителям, а не смотреть на мужчин с шикарными формами (кхм, о чем это я...). Да, признаю, тело Артура для меня — идеал. Но я не собираюсь резать себя ради таких же шрамов. Он просто круто накачался. Вот и всё. Только вот Рыжий постоянно оборачивался, руки скрестил и хохлился постоянно. Ясен пень, не каждый день видишь шрамы на теле человека, но я привык. И для меня это уже нормально. Но вот Артур почему-то считает по-другому. Поэтому и так реагировал. Артур успокоился и прилёг. Поспал до того момента, как я пошёл за продуктами. Я его разбудил, предупредил и сказал, что через полчаса мы будем на месте. А тот один глаз открыл, кивнул и завалился спать опять. Я его тащить на себе лишний раз не собираюсь. Я, конечно, очень сильный, но не настолько. Пришлось несколько минут тормошить его. Я знаю это чувство, когда ты не понимаешь, где вообще находишься. Но надо привести себя в порядок. Кофту он может и не надевать, наши законы это позволяют. Но хотя бы полностью проснуться и причесать гнездо на голове. А то его волосы уже везде. И иногда мне даже в рот лезут. Когда я был уже в самом СНТ, начало смеркаться. Первое впечатление об участке у него было не лучшее: я давно траву не косил, поэтому всё заросло и этой самой травой, и прочими сорняками: одуванчиками, лопухами, крапивой. Даже каменная дорожка уже проросла травой. Пора бы заняться участком. Это второй раз, когда я приезжаю на дачу в этом году. Первый раз обычно выпадает на майские праздники, когда я настраиваю воду, электричество и иногда расчищаю снег. Во второй раз обычно всё зарастает сорняками и прочим, и природа "наконец-то" просыпается: грёбаные осы, пауки и комары. Я с осами мучаюсь уже несколько лет. Раньше было два гнезда: под старым деревом, где жили земляные осы, и на втором этаже холодного дома, где доски. Осы на втором этаже замёрзли этой зимой, а земляных я уничтожил ещё в начале этого года. Но какая-нибудь гадина всё равно умудряется залететь ко мне в окно. На этот случай я купил электрическую мухобойку. Кнопку нажмешь, и она током бьётся. Замечательная штука. Ещё и жарит трупы. В общем, открыл я дверь в дом. А там — прохладно! Наконец, как же долго я этого ждал. Могу хоть одеть что-нибудь полегче. Или вообще раздеться. А вот Рыжий, скотина, посмотрел по сторонам, вздрогнул и решил уйти из дома со словами: "Срань господня, какого хера здесь так холодно?! " Я его оттянул в дом и сказал, чтобы переоделся. И пакет с вещами протянул. А в комнатах было так хорошо, так прохладно, так влажно. Только Рыжему постоянно холодно. Ну понятно, вспотел, мокрый весь, и теперь на него дует холодный ветер. Как только переоденется, придёт в тёплый дом, на кухню. Я пельменей сварю. Ох, как же я ненавижу эту противную газовую плиту. Её хер включишь. Постоянно то затухает, то не загорается. Как я там раньше делал, надавливал сверху или сбоку? И сколько её так вообще держать надо. Короче говоря, с плитой помучился я минут пять и зажёг несчастный газ (минус половины коробка спичек). Поставил кастрюлю на огонь и немного посолил. Как же у меня в горле пересохло. Наконец-то я могу попить воды. Холодненькой, мягкой. Из-под крана. Я будто выпил из святого источника. По телу пробежал небольшой холодок. Вся маленькая сонливость, что накопилась во мне во время поездки, мигом испарилась. Не знаю как, но эта вода поистине целебная. Хоть и из-под крана. От плиты мне отходить нельзя: я закинул половину пачки и начал размешивать большой ложкой. Чтобы не слиплись. Притащить сюда табурет я не догадался, а стоять у меня ноги устали. Но что поделать, пельмени сами себя не сварят. Через минуты три они наконец все всплыли, и я могу уже присесть, поставив будильник... Твою-то мать, 3 процента! Вовремя я взял его, а то бы сдох, и всё. А мне сажать его нельзя. Батарея слабая. А вот и зарядка, которую я оставил ещё далеко в прошлом году. Понятно, где она была всё это время. Надо бы перед Сильвером извиниться, а то зря наорал на него. Ах да, мы же не в центре Москвы. А я-то сначала удивился, что у меня интернет так медленно работает. Ну, пару дней можно и потерпеть. Что-то Артура долго нет. Одевается он минуты за две, не более. Так чего его так долго нет? У меня вот уже и пельмени сварились. А Рыжего всё нет и нет. Задремал, что ли? Как бы то ни было, в любом случае придётся идти и проверять, а то вдруг что-то произошло. Постоянно с Рыжим что-то случается. Пельмени я выложил в одну огромную миску. Есть мы будем из неё, каждый, сколько ему нужно. Поставил остывать и пошёл в холодный дом, чуть не наступив на лягушку, что внезапно прыгнула на дорогу. Как я испугался. Ладно, сейчас не об этом. Артур мог опять что-то такое натворить, что даже умереть может. Так, дверь закрыта. А свет горит. Видимо, он ещё в комнате. Рыжий же ненавидит включённый свет. Говорит, глаза жжёт. Ну я вздохнул и открыл эту дверь, потянув на себя... То, что я был в шоке, наверное, понятно: Рыжий сидел на одной из кроватей с ногами в новых штанах, с одним носком на ноге, в футболке с едва заметным пятном. Артур забился прямо в угол, поджал ноги и придерживал их руками. В одной из рук он держал второй носок. Ещё так напуганно смотрел на лампу, как будто из глаз сейчас лазером выстрелит. Сидит, не дышит, не двигается, но дрожит. — Рыжий, ты чего? Что на этот раз? — я скрещиваю руки, и, наверняка, мой взгляд напоминает взгляд злой матери, которая ругает провинившегося ребёнка. В ответ Артур показывает рукой в сторону лампы. — Т-т-там... Оса. — Рыжий вздрогнул. В первый же день его приезда он успел уже напугаться до такой степени, что аж бледнеет и слова еле связывает. Оса где-то на лампе. Я подхожу ближе и стараюсь разглядеть негодницу. Бедные, бедные мои глаза. На долю секунды свет со стороны окна пропал, а потом появился. Вот она, оса. Артур испугался этого сильнее, заметно вздрогнул, издал какой-то непонятный мне звук, ещё сильнее забился в угол кровати. Хотя, казалось бы, куда? Ладно, все-таки может у него аллергия на укусы ос, поэтому так реагирует? (Хотя это вряд ли, в последний раз говорили, что он здоров как конь. Просто нервный). В любом случае надо будет прогнать осу. А лучше хлопнуть. На шкафчике была какая-то тетрадь. Я в ней раньше записывал телефонные номера, адреса и свои грязные мысли иногда. Ну и рисовал в ней всякие каракули. Вот она и пригодилась. Я хватаю её, и мгновенья не прошло, как труп отлетел в сторону Артура. Он завизжал. На тетради остались тёмные следы. И осиная лапка. Рыжий перебрался на кровать рядом и всё также был готов оборонятся носком. Испугался, маленький. Я поднимаю труп тетрадкой и выхожу из дома, чтобы выкинуть её в траву. Такая маленькая, а столько хлопот от неё. Я подхожу к Рыжему. Он уже не зажимается, но всё равно выглядит обеспокоенным. Не до конца прошёл его испуг. Артур наконец-то догадался надеть второй носок. Надел и уставился куда-то в пол. — Ты извини, а... Что опять бед прибавил. Я просто испугался. Всегда до усрачки боялся насекомых. — Ну-у-у, чего ты, Рыжка. Бывает. У меня точно такая же реакция на появление таких незванных гостей. Только надо брать себя в руки, смотреть, что из вещей не жалко, и бить. Только так, чтобы лампа хотя бы уцелела. — Погоди-погоди, то есть ты хочешь сказать, что у тебя были прямо точно такие же ситуации? Когда в комнату залетали осы? — И не только осы, ещё и шершни. — у Артура округлились глаза. Только от одного упоминания этих насекомых у него уже, наверное, всё свело. А врать-то я умею. — Прилетали и садились либо на лампу, потому что она тёплая, либо на еду, потому что сладкая и съедобная. С голоду-то я не помру, а вот с лампой обычно я действую так: открываю дверь, солнечный свет очень яркий на веранде, и выключаю свет в той комнате, где оса. Рано или поздно она вылетает, и я уже что-нибудь придумываю на ходу. Ну не переживай ты так, ос ты видишь редко, вот и не ожидал такого. Мне кажется, или Артур едва не плачет? Может быть, это потому что я видел его напуганным и случайно раскрыл его слабость? Когда же он привыкнет, что его слабостями никто пользоваться не будет? Сейчас не время рассуждать. Он тоже сильно нервничает. Надо бы его как-то отвлечь. О! Точно! Пельмени! Он же обожает пельмени этой марки. — Э-эй, Рыжий, ну не грусти... Я там пельмешки сварил. Сибирская коллекция. Твои любимые. Пойдём, а то совсем остынут. Или мыши разворуют. Артур сразу оживился от моих слов: воодушевлённо поднял на меня глаза, улыбнулся и едва заметно кивнул. Очевидно, что он проголодался за всё это время. И, кажется, я сегодня останусь без ужина. Ну ладно, потом остальное доварю. Но главное, Рыжий вроде успокоился. Всё стало налаживаться: стало немного прохладно. Конечно, солнце уже едва не ушло. Этот запах мокрой травы, леса. Как же хочется лечь на траву, опрокинуть этого депрессняка и просто дурачиться. Толкать на траву друг друга, легко драться или просто играть в догонялки. Как дети. Судя по выражению лица Артура, думает он примерно о том же, о чем и я. Только вот для начала надо покосить. А может быть, и Артуру у меня здесь понравится. Я на втором этаже оставил ракетки и воланчики. На крайний случай вместе телевизор посмотрим. Или на речку сходим. У меня такое предчувствие, что мы с ним не заскучаем. Я всегда найду, как повеселиться самому и как повеселить остальных.