Страсть

                              Вроде бы обычный вечер. После самой обычной тренировки. Ничего особенного. Ну устал, как собака. Дело привычное. Так всегда бывает. Тогда в чем дело? Изнутри грызет что-то. И измотан он больше не физически, а морально. Неужели в музыке дело? В программах. В общем настрое. Сомнений стало слишком много. И давит что-то. Гнетет. Решил сразиться с Немезидой на главном старте жизни. А не переоценил ли он свои силы? Карающая богиня плюс Реквием. Комбо. Придавило его что-то. Музыка в программе должна вдохновлять, вести за собой. Вверх куда-то. Силы давать. А здесь? Мрак. Слишком много мрачных мыслей. Выдержит ли? Не сорвется ли в пропасть? И вообще, не накликаешь ли ты на себя беду, Нейтан Чен? Слишком уж много драмы в последнее время. Вот хотя бы с Олив. Да и его собственные метания.       «Я становлюсь параноиком», — криво усмехнулся Нейтан, открывая дверь машины. Глупости все. Мистика эта. Музыка, как музыка. Он просто устал. Лечь в постель и хорошенько отдохнуть. И вся дурь утром выветрится, как дым. Нейтан плюхнулся на водительское кресло и откинулся на спинку, с наслаждением закрыв глаза. Пару минут покоя, а потом он поедет домой. Там ванна, легкий ужин и столь желанная кровать…       — Ты уснуть здесь собираешься? — резкий, хриплый шепот заставил Нейтана вздрогнуть от неожиданности. — Битый час тебя дожидаюсь. — Ощущение холода стали где-то в районе скулы угрожающе сопровождало произнесенные фразы.       «Накликал, все-таки», — мелькнуло в голове. Ладони моментально вспотели, а сердце болезненно ухнуло где-то в районе желудка. К горлу подкатила противная тошнота.       — Ну ты примерз там, что ли? — в свистящем шепоте незваного пассажира явно послышалось нетерпение. — Заводи, поехали.       — Куда? — Нейтан мысленно удивился тому, что голос его прозвучал почти ровно. Без дрожи.       — К зазнобе твоей, в гости, — чуть насмешливо буркнули сзади, и холодная сталь сильнее обожгла кожу. — Только не вздумай мне тут лапшу вешать, что понятия не имеешь, где она. А то знаю я вашу породу. Ужом вертеться начинаете: «Я не я, кобыла не моя». Ненавижу болтунов. Заводи тачку и вперед. И так времени вагон с тобой потерял.       — Зачем вам Олив? — Нейтан понимал всю глупость своего вопроса. Он просто тянул время, чтобы немного подумать. И все его действия были медленными, словно во сне. Ясно, что он столкнулся с одним из тех мексиканцев. Испанский акцент резал слух. А пушка в руке и интерес к Олив уже не оставляли сомнений. Он должен предупредить ее об опасности, но как?       Украдкой взгляд Нейта скользнул по лежавшему на соседнем сидении смартфону. Но под злобным взглядом сзади об этом лучше не думать. А если все же попробовать? Рука, словно под действием магнита потянулась в сторону кресла. И тут же Нейтан ощутил, как железные пальцы бандита схватили его за горло. А дуло пистолета так надавило на висок, что казалось, разломает кости черепа.       — Ты за идиота меня держишь? — голос сзади шипел ему в ухо с такой яростью, что капли слюны попадали на кожу парня. Нейтан с трудом ловил открытым ртом воздух, содрогаясь от боли, противного липкого страха и омерзения одновременно. — Еще раз клешни к кнопкам потянешь, враз мозги вышибу. Понял меня? Понял?! — Мексиканец тряхнул свою жертву. Нейтан мог издать только что-то среднее между вздохом и хрипом. Но все-таки кивнул, после чего железные пальцы на его горле разомкнулись и парень сотрясаясь от кашля рухнул лицом в соседнее сидение. Дыхание восстанавливалось с трудом. Через пару минут бандит схватил его за футболку на спине и резко посадил на водительское сидение.       — Все, оклемался уже, — рявкнул он. Потом сам дотянулся до смартфона и сунул его в карман. — Так надежнее будет. А теперь заводи, пока я последнее терпение не потерял. Не то завтра твоя зазноба в сводках новостей любимый труп лицезреть будет.       Руки плохо слушались, а в голове все еще шумело. Больших усилий стоило Нейту завести машину. Он вырулил на трассу. Дорога была опасной. Горной. Но этой горилле сзади ведь без разницы. Вези. Ну и влип же ты, Чен. Оба мы с тобой влипли, милая моя Олив.       — Долго ехать придется, — буркнул Нейт, пройдя рискованный поворот.       — Так не спи на ходу, — рявкнули ему в ответ. — Дави на газ да язык прикуси, наконец. Утомил ты меня. С бабой потом еще разбираться. Тьфу. Удружили, сволочи, нечего сказать. Для этой стервы и одного Пульпито хватит. Много ей чести, втроем за ней гоняться.       — Pulpo … осьминог, — тихо, как бы про себя, проговорил Нейтан, вспомнив курсы испанского.       — Ишь ты, грамотный, — хмыкнул бандит. — Осьминогом прозвали, потому что хватка мертвая. Не вырвешься. И ты ее надолго запомнишь.       Нейтан поежился, вспомнив ощущение железных пальцев, сдавливающих его горло. Настоящий спрут. Точнее не скажешь.       — Милое дело было с журналюгой разбираться, — вздохнул Пульпо. — Здоровый мужик. Втроем еле скрутили. Разгуляться было где. Но молчал, гад, как рыба. Кроме «не видел», «не знаю», ничего не добились.       — Вы его … убили? — Голос Нейта все-таки дрогнул, хотя он изо всех сил старался держать себя в руках. В душу копошился тоскливый ужас.       — Заткнись, не твое дело, — снова рявкнул бандит. — Гони быстрее.       — Олив не впустит никого, если я не предупрежу, что приеду, — мрачно предупредил Нейтан, спустя некоторое время.       — Впустит, — осклабился Пульпо. — Я уж о том позабочусь. Пистолет тебе в ребра суну, а ты ей под дверью пропоешь. Не откроет — труп у порога найдет. Я уверен, она девка добрая. Пожалеет молодого и красивого. И флешку отдаст, кому надо. Твое дело гнать быстро и не выводить меня из терпения. Усек? Тогда шевелись.       В машине воцарилось молчание. Нейтан был рад этому. Общаться с убийцей удовольствие ниже среднего. Да и подумать надо было. Над сквернейшей ситуацией, в которую он влип. Какой может быть выход из нее? Отвезти мерзавца в полицию? Ну да. С пистолетом у виска. Пока они там копаться будут с операцией по захвату, его уже на свете не будет. Упереться рогом, мол, не повезу к Олив. Исход будет тот же. Если они вычислили их связь и прочее, то все равно найдут девушку. Лучше уж он рядом будет в тот момент. Хотя какой от него прок? Что он может против оружия? Да и вообще, что он может.       Поначалу казалось, что все складывается неплохо. Связались с юристом Нейтана. Тот, конечно, подтвердил, что флешку лучше в полицию сдать. Это их дело. Сдали. Пару дней Олив, в самом деле пряталась в подсобке на катке. Раф дал согласие сквозь зубы. Все эти шпионские игры очень уж ему не нравились. Но к его счастью, в полиции сочли это убежище ненадежным. Слишком много людей подвергалось опасности в случае чего. Олив нашли уединенный домик на время. Подальше от этих мест. По хорошему, к ней, как ценному свидетелю, должны были бы приставить охрану. Но людей там, как всегда не хватало. Пообещали, что выделят попозже. А пока сидеть в доме тихо, и не отсвечивать. Держать связь. Визитеров не принимать.       С последним Нейтану было трудно смириться. Да, у него совершенно не было времени за тренировками. Но все же, не зря в мире фигурного катания ходила шутка, что у него не 24 часа в сутках, как у других. А гораздо больше. Пару раз Нейтан умудрялся вывернуть свой нечеловеческий график наизнанку и навестить Олив. Он понимал, как ей жутко там одной. Как она вздрагивает от каждого шума и шороха. Как не спит ночами, вглядываясь в ночной мрак. И ждет, ждет чего-то ужасного. И он подбадривал ее, как мог. Восхищался самообладанием девушки. Она еще и шутить пыталась. По поводу своего положения заточенной в башне принцессы. А он был ее рыцарем-спасителем. Никогда она не думала, что в ее жизни будет эпизод похожий на приключение из романа.       «Больно мрачный роман», — думал Нейтан. Скорее это похоже на сюжет из фильмов нуар, с которыми он познакомился благодаря Шейле. Шейла … В эти дни Олив будто бы вытесняла из души Нейтана ее образ. И все же ей не удавалось пока стать там полновластной хозяйкой. Шейла была слишком яркой, слишком страстной, чтобы вот так взять и исчезнуть. Он все еще скучал по ней. По тем безумствам, что они творили вместе. По ее дерзкому, порывистому нраву. Близость с ней была похожа на увлекающую бездну, в которую летишь на бешеной скорости, только ветер в ушах свистит. Летишь, пока сердце не разорвется. Шейла и жила так. На предельной скорости. И это вызывало у Нейтана какое-то смутное беспокойство. Пока еще неосознанное до конца. Не объяснить словами.       А вот беспокойство за Олив сейчас было вполне конкретным. Хотя скорее его чувства можно было назвать страхом. Сейчас он как бы заново сближался с девушкой. Узнавал, ощущал ее ближе. И не хотел потерять. Смятение чувств испытывали сейчас оба. Нейтан и Олив решили не форсировать события. Дать время друг другу спокойно все обдумать, прочувствовать, понять. Да и обстановка сейчас не располагала к страстному изъявлению чувств. Они старались оберегать друг друга. Понимать. А, главное, избегать тяжелых разговоров и выяснения отношений. Мрачные мысли все равно посещали обоих, и они предпочитали в тот момент молчать. Нейтан просто наблюдал тихонько за девушкой, когда ему казалось, что она этого не замечает. Ее походка, жесты, оттенки чувств … Казалось, он пускал ее в себя заново. И с радостью отмечал, что ему комфортно быть таким вот, немного андрогинным существом. Он и она как целое.       И целовал он ее с какой-то немного грустной нежностью. Как вновь обретенное родное существо, с которым все было так привычно и понятно. И разрушать это хрупкое равновесие между ними излишней горячностью, пока не хотелось ни ему, ни ей. Всему свое время. Как же хотелось верить в то, что оно скоро наступит.       Но, как всегда бывает, если чего-то желаешь страстно и ждешь, то получишь прямо противоположное. Удар под ребра получишь. Словно в насмешку. Вот они оба и получили. Вместо тихого расцветающего цветка счастья, мы имеем Пульпито на заднем сидении. И перспективу стать трупом в расцвете лет. Выход. Где же выход?       Всех этих тревожных мыслей нашему водителю хватило до самого конца дороги. Они добрались до убежища Олив слишком быстро. Гораздо быстрее, чем хотелось Нейтану. Он бы вообще предпочел, чтобы что-то задержало их в пути. Или случилась бы какая-то спасительная неожиданность, которая сделала бы дальнейшее передвижение невозможным. Тогда бы с его плеч свалился бы непосильный груз. Можно было бы, конечно, просто врезать машину в ближайший столб и делу конец. Да только Пульпито действует не в одиночку. Дружки его все равно бы нашли Олив. Рано или поздно.       А теперь он затормозил у небольшого домика, спрятанного в стороне от трассы. Нейтан страшно устал. Проделать изнуряющий путь после тренировок не лучшим образом сказывается на самочувствии. В висках стучало. В теле ощущалась какая-то вялость. Да и соображал он плохо.       — Что расселся, вылезай давай, — скомандовал Пульпито. Нейтан подчинился ему почти автоматически. Бандит оглядел домик. — Неплохо устроились, — отметил он. — Провинциальный уют. Топай к дверям, — холодная сталь ткнулась в ребра Нейта. — Сейчас сыграем в Волка и козлят. Будешь петь там под дверью: «Отворите, отоприте». Хотя не верю я в твои актерские способности. Лучше сам оповещу о нашем визите.       Свободной рукой бандит достал телефон Нейтана, немного там порылся.       — Ну и мусорная куча, — проворчал он. — Номер небось шифрованный. Ищи сам. Да не тормози! Вот так. Не берет, — Пульпо едва сдерживал злость. — Замок, что ли ломать придется. Алло, сеньорита. Весьма прискорбно, но вынужден сообщить вам крайне неприятное известие. Хозяин телефона здесь, рядом. Подойдите к окну, если нужно убедиться. Что я хочу? Нанести вам визит. Мы с вашим другом вместе его нанесем. Короче открывай дверь, если не хочешь увидеть его у твоего порога с разнесенным черепом. Зрелище, поверь, не из приятных. Усекла? Даю две минуты на размышление. Время пошло.       — Будем молиться, чтобы бабенка понятливой оказалась, — бандит засунул телефон в карман. — И чувствительной к твоим чарам. Это и в твоих, и в моих интересах, — он гаденько усмехнулся. Нейтана коробил этот мерзкий тон. До тошноты прямо. Как бы с удовольствием он бы двинул в эту скалящуюся рожу. Но бандит был сильнее. Почти стальная хватка сжимала Нейта посередине туловища. Даже ребра болели. А пистолет вообще окончательно отнимал возможность дергаться.       Время ожидания тянулось слишком медленно. Казалось, прошла вечность, а не две минуты. Но вот щелкнул замок. Дверь слегка приоткрылась.       — Путь свободен, прошу, синьор, — все в том же издевательском тоне продолжил бандит и довольно сильно толкнул Нейта пониже спины. — Давай, топай.       К тому времени солнце уже зашло, и сумерки сгущались даже на улице. В комнате же, куда они вошли, свет не горел. Глаза с непривычки вообще ничего не различали в темноте. Немного проморгавшись, Пульпо заметил на стене выключатель.       — Так то лучше, — проворчал бандит, когда мягкий свет залил комнату. Он напряженно оглядывался вокруг, словно зверь в ловушке. Пульпо на уровне инстинктов чуял опасность. И что-то ему сейчас не нравилось. Хотя комната выглядела совсем мирной.       — Эй, сеньорита, — кривляясь и паясничая, крикнул он. — С вашей стороны неучтиво не выйти навстречу гостям.       — Неучтиво, да только гости незваные, — ровно и холодно прозвучал женский голос.       — Выходи, не выводи меня, — тон бандита сменился на злобный. Он пытался найти глазами обладательницу голоса. — Не то ему плохо будет. Рука его снова потянулась к горлу пленника. Нейтан резко дернулся.       — Оставь его, — в голосе девушки послышались стальные нотки. В самом темном углу комнаты вспыхнул яркий свет. Фигура Олив возникла из мрака. Она стояла за высокой спинкой кресла. Руки были вытянуты вперед. Локти опирались на ту самую спинку. Девушка держала пистолет. — Это тебя убеждает?       И Пульпо и Нейтан поначалу оторопели от неожиданности. Уж очень жестким и решительным был взгляд у девушки. И пистолет не выглядел в ее руках игрушкой. Бандит первым пришел в себя и ухмыльнулся:       — Сеньорита желает поиграть в шпионов.       — Да, знаете ли, с детства мечтала, — все также холодно парировала Олив. — Дарили все кукол и кукол. А я хотела такую вот игрушку.       — Детские мечты должны сбываться, — Пульпо ухмылялся, но глаза сверкали злобой. — Все, хватит. Ты знаешь, зачем я пришел. Где флешка? Ты слишком заигралась и не с теми людьми.       — У меня нет того, что тебе нужно, — покачала головой Олив.       —Зато у меня есть то, что тебе нужно, — рявкнул бандит и встряхнул Нейта. — И если через минуту флешки не будет здесь…       — Я отдала ее в полицию, — Олив не дала ему договорить.       — Мне плевать, откуда ты ее принесешь! — заорал Пульпо. — Значит через десять минут она должна быть здесь. Вы оба у меня в заложниках. Так что время пошло.       — Я должна была звонить и докладывать о себе каждые четверть часа в полицию. В последний раз я не доложила, потому что ты так потребовал по телефону. С минуты на минуту они здесь появятся.       — Вот и потребуешь с них флешку. А потом я уйду. Вместе с этим вот. — Бандит тряс Нейта, как охотничья собака утку. — Хотя он уже выбесил меня за этот вечер.       Нейтан молча сносил все эти издевательства. Он сосредоточенно думал. Олив и пистолет. Это для внушительности вида или это серьезно? Она ведь совсем не умеет стрелять. В тире ни разу не попала. Нарочно? В любом случае, он должен прояснить сейчас этот вопрос. А вот Пульпо не должен. По всей вероятности, он считает пистолет просто игрушкой в ее руках. Но Нейту нужно знать точно. Он провел глазами по комнате. Вот. В кресле сидел фиолетовый кот. Тот самый. Он попытается.       — Я не сразу узнал нашего кота, Лив, — тихо произнес Нейтан, когда Пульпо на минуту заткнулся. Он напряженно смотрел в глаза девушки, как бы давая понять, насколько важен его вопрос. — Сейчас он кажется мне другим. Хотя, возможно, в темноте тира, в Луна парке, я не разглядел его толком.       Олив, кажется, поняла, почувствовала, что он хотел сказать:       — Там действительно было слишком темно, — тон ее звучал почти равнодушно, весь огонь горел во взгляде. — Какие-то мелкие детали в нем ты мог упустить.       —Пожалуй, — Нейтан слегка улыбнулся ей       — Ну вы, голубки, кончайте вечер воспоминаний, — загремел Пульпо. — Ты, бери трубу и звони в полицию, — гаркнул он Олив. —Чтобы флешку тащили. В печёнках вы у меня оба уже. Не то колени этому перебью. Посмотрим, как он тогда скакать по льду будет.       — Да стреляй! — вдруг взорвался Нейтан. Его слегка трясло от нервной горячки. Все отчаяние, что накопилось в нем за этот вечер, выплескивалось наружу. — Весь вечер только и делаешь, что угрожаешь. Издеваешься. Я устал и хочу уже покончить с этим. Стреляй и избавь меня, наконец, от твоего мерзкого общества! Ну!       Пульпо не ожидал такой реакции от своего пленника. На секунду он слегка потерял бдительность. И тут раздался выстрел. Пуля пробила ему запястье. Бандит вскрикнул от боли и выронил пистолет из ослабевших пальцев. Нейтан тут же резко саданул его локтем под ребра и вывернулся из «щупалец осьминога». Ногой же оттолкнул пистолет подальше. Все это произошло в долю секунды, спустя которую раздался второй выстрел. Пуля Олив раздробила колено бандита. Тот взревел и схватился за ногу. Стоять было тяжело, и Пульпо упал на пол.       — Думаю, что с тебя хватит, — девушка опустила пистолет и тут все услышали звук полицейской сирены. Дверь была взломана в момент двумя бравыми парнями в форме. Сразу же они кинулись к сидевшему на полу Пульпо.       Нейтан же ощутил безумную усталость. В голове зазвенело, заломило виски, и он тихонько сполз по стенке. Олив испуганно бросилась к парню.       — Ты цел? — дрожащим голосом спрашивала она, ощупывая Нейта. — Я не задела?       — Цел, — он отвечал будто во сне. — А ты ведь спасла мне жизнь.       — Я подвергла ее опасности, — Олив в отчаянии покачала головой. На глаза ее навернулись слезы. — Ты простишь меня?       — Я ведь сам согласился участвовать в этом … приключении, — Нейтан слегка усмехнулся. — А ты быстро соображаешь.       — Я действовала по настроению секунды. Ты отвлек его внимание на себя. И потом этот мерзавец не думал, что я могу выстрелить. Он глуп и самоуверен.       — А все-таки, что за мистика? Ты же без конца мазала в тире.       — Я просто хотела, чтобы кота выиграл ты, — призналась Олив, слегка смущенно. — А вообще у меня первый разряд по стрельбе. И это очень долгая история, связанная с одним … ну в общем с одним мерзавцем. Предательством. Когда я поняла, что должна уметь защитить себя.       — А я ведь тебя совсем не знаю, Лив, — Нейтан коснулся ладонью щеки девушки. Он смотрел на нее пристально и как-то задумчиво.       — Это плохо? — занервничала девушка.       — Да нет, — улыбнулся ее собеседник. — Это интересно. Невольно задумаешься о том, что можно прожить жизнь с человеком, так его и не узнав. А твои загадки меня чертовски привлекают. Я это только сейчас осознал. Вот только разгадки придется отложить на неопределенное время. Нам предстоит не самое приятное общение с полицией. И я заранее ужасаюсь, думая о том, что скажет мама, когда узнает.