Глава 11. Обычный дом
20 марта 2022 г., 10:21
Северус тихо выругался, спускаясь на лифте в Отдел тайн. Притяжение было настолько неистовым, что ему едва хватило времени продумать план. Никто из хозяев не ожидал и не хотел, чтобы он присутствовал здесь сегодня вечером, но притяжение, могущественный хозяин сам по себе, вынудило его. В определённый момент ему будет нужна возможность оправдаться и потом надеяться, что какую бы чушь он ни выдумал, она сохранит ему жизнь. А также убережёт Грейнджер от более опасных рук.
Мрачный мраморный коридор чересчур громко отзывался эхом на его шаги. Он попытался игнорировать звуки, когда вытащил свою уменьшенную одежду Пожирателя Смерти и сменил одну чёрную мантию на другую, следом надел серебряную маску на лицо. Он ворвался через дверь на другом конце коридора в… комнату, полную других дверей. Как только за ним закрылся выход, комната завертелась. Это не имело никакого значения. Притяжение было сильнее, чем какая-либо магия, делающая Отдел тайн таким запутанным и зловещим. Он с уверенностью выбрал дверь слева от себя, потянулся через круглую комнату, чувствуя, как его тянет за живот. Смесь облегчения и ужаса охватила его, когда он понял, куда идти и почему он об этом знал.
Комната была сравнительно небольшой, с тусклым освещением, вызывающим у него приступы тошноты. Он поблагодарил всех существующих богов, за то, что здесь не оказалось других Пожирателей Смерти, однако сразу понял почему. Все в комнате были без сознания. Девчонка Уизли растянулась на полу. Беглый осмотр с помощью палочки сообщил ему, что, если не считать сломанной лодыжки и хорошего Оглушающего заклятия, с ней всё в порядке. Лавгуд неловко лежала на обломках стула, на который она приземлилась. Впрочем, тоже в порядке. Приглушённое бормотание привлекло его внимание к углу, где Уизли отбивался от... мозга со щупальцами? Северус содрогнулся, протягивая палочку, чтобы оглушить его, перед тем как забрать мозг. После недолгих поисков он переместил массу серого вещества обратно в контейнер, который раньше не заметил. Состояние Уизли выглядело более критическим, чем у его друзей, но он выживет, пока Орден не вытащит их.
Грейнджер, Грейнджер, Грейнджер. Он лихорадочно огляделся, прежде чем сила притяжения, казалось, подтолкнула его дальше в комнату. Северус упал на колени рядом с ней. Порез, разорвавший впереди её мантию, не нуждался в магии, чтобы его диагностировать. Долохов. Это было его любимое боевое заклинание. Оно не оставляло отметин на жертве, только серьёзные внутренние и магические повреждения. Поразительно, что Грейнджер вообще была ещё жива. Северус подхватил её на руки и позволил притяжению вывести его обратно из Отдела к лифтам. А затем притяжение попросту исчезло. Северус остался в здравом уме, без магического рывка, руководящего его суждениями, с умирающей ведьмой на руках и ситуацией, которую он не знал, как исправить.
Достигнув первого этажа Министерства, он направился к выходу, мысленно призывая полицейскую будку переместиться быстрее, как только она вздрогнула и радостно зазвенела.
— Министерство Магии надеется, что у вас состоялся хороший визит, и желает вам волшебного дня.
Северус проигнорировал бестелесный голос будки и выбрался из неё. Он быстро нашел ближайший переулок, прежде чем кто-либо из магглов смог увидеть его и ведьму в бессознательном состоянии. Оглядевшись, Северус трансгрессировал в Коукворт. Даже ночью серый цвет каким-то образом пронизывал темноту. Северус почувствовал, как внутри него поселилась горечь, когда он шагал ночью к последнему дому в Тупике Прядильщиков. Развевающиеся полы его мантии подхватили на ветру старую упаковку от рыбы с жареной картошкой. Наконец он стянул маску со своего лица, убрал её в карман и прошёл через первый барьер защиты. По крайней мере, здесь, если бы кто-нибудь из соседей выглядывал из своих окон, они не смогли бы его увидеть. Он поудобнее взялся за палочку и что-то пробормотал, шевеля ею, видоизменяя заклинания. Новые распознают Грейнджер и не позволят всем остальным заходить дальше входной двери без явного приглашения, которое им понадобится, если они пожелают вернуться. Он также усилил чувствительность внешних Щитовых чар. Вероятно, он получит ложную тревогу от бродячей кошки, пробегающей мимо, но сейчас ему требовалась дополнительная осторожность.
Северус использовал магию, чтобы открыть входную дверь, затем захлопнуть и запереть её за собой. Он огляделся, затем указал палочкой на камин. Он не смог бы полностью отключить каминную сеть, но сейчас, пока он был жив, любой, кто попытался бы добраться до сети Тупика Прядильщиков, очутился бы по-настоящему в огне до тех пор, пока не перебрался бы в другой камин. От усталости его руки отяжелели, и он почувствовал, что его магические резервы почти иссякли. Ему нужно было работать быстро. Он едва справился с тем, чтобы подняться по узкой лестнице, явно не предназначенной для того, чтобы кто-то взбирался по ней, неся другого человека, на верхний этаж и уложил Грейнджер на свою кровать.
Он был в полном замешательстве.
Северус позволил себе эту мысль, прежде чем сорвал мантию Пожирателя Смерти и бросил её в темный угол вместе с маской. Он глубоко вздохнул и начал обследовать находящуюся перед ним ведьму. Кровь забрызгала её мантию, хотя большая её часть, похоже, принадлежала не ей. Несколько порезов и царапин покрывали её лицо, а на кончике правой брови красовался синяк. Он подвернул рукава её джемпера, чтобы найти ещё царапины и синяки, однако ничего угрожающего для жизни не было. Он нахмурился при виде раны, которую обнаружил на её левом бедре, тыча в неё палочкой, пока не почувствовал, что она достаточно безобидная, чтобы накладывать исцеляющее заклинание, останавливающее кровотечение. Работая, он опустил руку и натолкнулся на передний карман её джинсов. Вспышка магии заставила его отдернуть руку назад. Его брови нахмурились, и он снова потянулся вперёд, но был остановлен ещё одним резким всплеском магии. Что бы ни было у неё в кармане, она явно хорошо защитила его.
Он проигнорировал своё любопытство, залечил рану, затем обратил своё внимание на разрез спереди на джемпере. Изобретение этого заклинания было, пожалуй, единственной оригинальной вещью, которую Долохов когда-либо придумывал в своей жизни, и, к сожалению, он справился с этим хорошо. Оно приводило к интересному эффекту повреждения одежды, не оставляя следов на коже жертвы. Его было трудно обнаружить, если не знать, что они искали, и так же трудно вылечить, учитывая, что его цель даже пережила первый выстрел. Большинство — нет. Северус задумался об обстоятельствах, которые помешали проклятию проявить свою полную силу. Грейнджер пришлось бы соблюдать строгий режим приёма зелий целую вечность. Ей повезло, что она оказалась с очень талантливым Мастером зелий. Он вытащил из кармана заготовленный набор зелий и придал ему прежний размер, положив его на кровать рядом с её неподвижным телом. Северус схватил свободную подушку с другой стороны кровати и подложил ей под голову и плечи, приподняв Грейнджер. Он взял Кровосполняющее зелье и дал ей половину, одной рукой ловко раздвигая её губы и вливая, в то время как другая возилась с её горлом. Как только он убедился, что она проглотила всё содержимое, он дал ей целый пузырек противоядия от обычных ядов. Кто знает, с чем, чёрт побери, она столкнулась в этом неприятном месте? Наполненные пузырьки тонизирующего и обезболивающего, а также полпузырька мышечного релаксанта и успокаивающего — позже, Северус откинулся на край кровати и запрокинул голову.
Северусу необходимо было приготовить другие зелья, которые Грейнджер нужно будет принимать согласно режиму. Ему нужен план. Как долго он сможет удерживать её здесь? Должен ли он сообщить своим хозяевам? Сколько у него осталось времени до того, как поисковые отряды всерьёз начнут её разыскивать? Он отчаянно нуждался в небольшом отдыхе после трёх проекций ядра, но сейчас у него не оставалось времени. Он достал из набора Бодроперцовое зелье, проглотил его целиком и заставил себя встать. Снова подобрав свою палочку, Северус наложил узкоспециализированное заклинание стазиса на проклятие, чтобы оно не распространялось. Это даст ему достаточно времени, чтобы сварить необходимые зелья и, надеюсь, выяснить, что, во имя Мерлиновой бороды, делать дальше. Он использовал заклинание, для того чтобы приподнять Грейнджер достаточно высоко над кроватью и вынуть одеяло из-под неё. Опустив обратно, он накрыл её одеялом.
Он трижды проверил свои чары, прежде чем выйти из дома. Северус прошёл к деревьям, находящимся с одной стороны дома и трансгрессировал к Хогвартсу. В окнах замка горел свет, и этого было достаточно, чтобы понять, что, по крайней мере, преподаватели не спят. Северус глубоко вздохнул, прошагал через ворота, пересёк территорию и спустился прямо в подземелья. Он двигался быстро: собирая, измельчая, раздавливая и нарезая ингредиенты. Северус призвал дополнительные котлы из шкафов и установил пять варочных одновременно. К одному ему не нужно было прикасаться в течение часа; один требовал непрерывного помешивания в течение десяти минут; ему нужно было периодически добавлять мандрагору в третий; четвёртый нужно было перемешивать строго один раз, против часовой стрелки, каждые три минуты, и каждый раз чистой стеклянной палочкой; в пятый нужно было добавлять глаза тритона и настойку растопырника поочередно.
Северус прижал ладони к глазам, затем установил таймер для первого, поставил второе и четвёртое зелья на самостоятельное перемешивание и просидел в ожидании третьего и пятого. Теперь, что делать с ведьмой, лежащей в его постели в Тупике Прядильщиков? Она не сможет уйти, до тех пор, пока полностью не исцелится. Но тогда какой будет удобный момент, чтобы отпустить её? Как она могла объяснить своё исчезновение и появление, не подвергая его риску? Следует ему рассказать Дамблдору или Тёмному Лорду? Никто не видел его в Отделе тайн, за исключением Рональда Уизли. Но даже тогда Северус был в маске. Небольшое благословение: оно помогло ему выиграть время, прежде чем ему придется отчитываться перед кем-либо. Помимо того, он вспомнил, ожидалось, что он появится и проверит обстановку с Дамблдором. Северус тяжело выдохнул через нос.
***
Гермиона вздрогнула, проснувшись, и тут же пожалела об этом, боль пульсировала расходящимися волнами от её туловища, хотя и казалась слегка приглушенной. Она попыталась приподняться, но обнаружила, что не может. Её руки дрожали, а мышцы не поддерживали её. Страх пробежал по её спине, и она потянулась за палочкой, но её там не оказалось. В отчаянии она сунула руку в передний карман джинсов и вздохнула с облегчением, когда обнаружила шар в своём кармане нетронутым. Где она была? В комнате было темно, сероватый свет пробивался из-за рваных занавесок. Ничто вокруг неё не выделялось, только кровать в пыльной пустой комнате, которая могла принадлежать кому угодно. На мгновение она с надеждой подумала о площади Гриммо, несмотря на то, что она знала каждую комнату на площади, эта была не одна из них. Она предположила, что, возможно, её схватил один из Пожирателей Смерти, но это не имело смысла, особенно учитывая то, что её положили в постель, а во рту сохранился привкус зелий. Что происходит?***
Поттер был в порядке, хотя и выглядел очень расстроенным. Его крёстный мёртв, а один из его лучших друзей пропал без вести. Никто на самом деле, казалось, не был уверен, что думать об этом последнем; зачем брать только одного пленника в комнате, полной бессознательных друзей Гарри Поттера? Уизли пробормотал что-то о том, что Пожиратель Смерти оглушил его, но в его голосе не присутствовало уверенности. Северус был прав; мальчик едва был в здравом уме. Единственным по-настоящему подозрительным человеком был Альбус, который наблюдал за Северусом, наклонив голову и бросив понимающий взгляд. Северус мгновенно решил, что Альбусу не нужны никакие чёртовы подробности. Он извинился, любезно ухмыльнувшись глупости Поттера, и вернулся в подземелья. Он разлил по флаконам пять зелий, которые приготовил для Грейнджер. Когда они оказались в защищённости, он достал из своей кладовой ещё несколько зелий, чтобы Поппи использовала их на кучке болванов наверху. Северус отправился в гостиную своих комнат и отдал Поппи зелья. Когда это было сделано, он приступил к замысловатой серии заклинаний на камине, прежде чем покинуть свои комнаты, защитив их и вернувшись к точке трансгрессии, а затем отправился в Коукворт. Северус сначала повернулся к своему камину в Тупике Прядильщиков, повторяя ту же замысловатую серию заклинаний, затем побрёл вверх по лестнице в спальню. Он резко остановился, как только вошёл. — Профессор? — голос Грейнджер был слабым, растерянным и полон облегчения. — Мисс Грейнджер. — Что случилось? Где я нахожусь? — Вы были тяжело ранены во время вашей мелкой выходки в Отделе тайн. Вы находитесь в моём доме в Коукворте. Северус почти видел, как её мозг переваривает эту информацию. — Со всеми всё в порядке? — Вы в худшем состоянии, чем кто-либо другой. Ну, помимо Блэка. — Сириус? Его там даже не было… — Похоже, он пошёл вместе со спасательной командой Ордена. — Что с ним случилось? — Беллатриса Лестрейндж убила его. Глаза Грейнджера округлились и заслезились, и он почувствовал прилив злости. — О нет, бедный Гарри. Сириус был единственным оставшимся из его семьи. Северус не решался заговорить, поэтому ничего не сказал и медленно приблизился к кровати. Он призвал стул и сел, оказавшись практически на одном уровне с Грейнджер. — Вы помните, что с вами случилось, мисс Грейнджер? Её лицо скривилось в раздумье. — Мы с Гарри и Невиллом сражались с двумя Пожирателями Смерти, и я заставила умолкнуть одного, который звал на помощь, а Гарри оглушил второго. Первый метнул что-то фиолетовое, и это попало в меня... Грейнджер слабо указала на свою грудь. — Вы были поражены очень мощным заклинанием, сотворённым Антонином Долоховым. Я полагаю, что единственная причина, по которой оно не убило вас, заключается в Заклинании немоты. Я приготовил зелья, которые вам нужно будет принимать по строгому расписанию, — он вытащил из кармана пять крошечных стеклянных пузырьков и вернул им первоначальный, гораздо больший размер. — Одного глотка каждого должно хватить, затем я сниму чары стазиса, которые удерживают вас от движения. Грейнджер вглядывалась в его лицо, после чего взяла каждый из пузырьков по очереди и глотнула из них, периодически морщась. Когда она закончила, он закупорил все пузырьки и поставил их на прикроватный столик, затем поднёс палочку к её животу. — Почему я здесь? — тихо спросила она. — У меня... не было выбора, — ответил также тихо Северус. Он даже не придумал историю, чтобы рассказать ей, однако оправдания действительно не было. — Связь? Он кивнул. Они молчали в течение долгой, неловкой паузы. — Вы здесь живёте? Северусу вдруг стало ужасно стыдно за свой дом. Он был старым и пыльным и выглядел чуть ли не заброшенным. Он содержал спальню в чуть лучшем состоянии благодаря тому, что временами занимал её, но ничто здесь не казалось уютным. Он вообще ничего не украшал, если не считать переполненных книжных полок в гостиной внизу. — Исключительно летом. Грейнджер медленно попыталась сесть и прислониться к спинке кровати. Устроившись, она наклонила голову, чтобы посмотреть на него, и он встретился с ней взглядом. — Спасибо. Я знаю, что у вас не было выбора, но... Северус пожал одним плечом: — Тем не менее, у нас возникла серьёзная проблема. — Никто не знает, где я, — произнесла неторопливо она, каждое слово, казалось, явилось для неё неожиданностью. — Поттер уже решил, что вас похитили и захватили в плен. — Что ж, он не так уж и не прав... Северус недоверчиво взглянул на неё, когда она усмехнулась. Она что, дразнила его? — У вас есть план? Северус потёр переносицу: — Честно говоря, нет. Она кивнула. Мгновение они наблюдали друг за другом, осторожно впуская друг друга в эту новую, уединённую обстановку. Внезапно Грейнджер покраснела. — У вас... случайно не найдется чего-нибудь поесть? Я умираю с голоду. Конечно, нет. На кухне было совершенно пусто, если не считать, пожалуй, пачки чёрствого печенья. Он всё равно утвердительно кивнул головой и, извинившись, вышел из комнаты. Время проверить его новые ограничения на каминную сеть.***
Гермиона рассмеялась бы, если бы по-прежнему не пребывала в лёгком шоке. В этом доме Северусу Снейпу явно нечего было есть. Она отчаянно пыталась осмыслить всё это: смерть Сириуса, её спасение, одновременно делавшее её пропавшей без вести в глазах всех остальных, и это место. Снейп заявил, что живёт в этом месте два месяца в году. Гермиона аккуратно спустила ноги с кровати и медленно встала. На самом деле она чувствовала себя прекрасно, просто немного ослабла, но пообещала себе, что не будет напрягать себя слишком сильно. В комнате не было никаких признаков того, что тут кто-то жил, ни фотографий, ни личных безделушек. В углу валялась мятая бесформенная кучка чёрного, и она решила, что это, должно быть, его мантия. В шкафу висела коллекция одинаковых чёрных плащей, брюк и белых рубашек на пуговицах, которые нужно было хорошенько выстирать, прежде чем надевать. Она проигнорировала комод, очень сильно чувствуя, что найдёт его нижнее бельё, и очень не желая его видеть. Коридор выглядел почему-то ещё более обшарпанным, чем спальня, и она осторожно направилась в ванную. Она была старой и пыльной, но явно в хорошем состоянии. Две бутылки, стоявшие на краю ванны, были единственным признаком того, что этой комнатой когда-либо пользовались. Ещё одна дверь наверху была заперта, и когда Гермиона открыла её, по её спине пробежал холодок. В одном углу стояла полностью прогнившая кровать, ужасно маленькая, она была единственным обитателем комнаты. Дверцы шкафа были приоткрыты и, кажется, гнили. Вспомнив, что Ремус рассказывал ей о Коукворте, Гермиона задалась вопросом, был ли это дом, в котором вырос Снейп, была ли эта крошечная, сломанная кровать когда-то его. Гермиона захлопнула дверь, чувствуя необъяснимую грусть. Она осторожно спустилась по лестнице и толкнула дверь внизу. Она вела в гостиную, которая, по крайней мере, выглядела так, как будто кто-то провёл там определённое время. Стены от пола до потолка были уставлены книжными полками. На полу расстилался чистый ворсистый ковёр, в комнате также располагались диван, неудобное на вид кресло и чрезвычайно неустойчивый на вид стол. Единственной другой дверью в комнате, по-видимому, была входная дверь. Она занимала ту же стену, что и необычайно маленькое окно, прикрытое серой шторой. Нездоровый слабый свет заливал тёмную комнату. Вдруг камин вспыхнул зелёным пламенем, и Гермиона нырнула за диван, вздрогнув, когда рухнула на пол. Она ждала, съёжившись в маленький комочек и ужасно скучая по своей палочке. Неужели Снейп забрал её? Она осторожно выглянула из-за ножки дивана и моментально распознала ботинки из драконьей кожи. Она смущённо встала, и Снейп поднял бровь, глядя на неё. — Исследуем? — Эм, да? Он отвернулся от неё и махнул рукой в сторону стены, часть которой сдвинулась вперёд, открывая проход. Он проследовал внутрь, и Гермиона последовала за ним, оглянувшись через плечо, когда дверная стена закрылась за ней. Комната, в которую они вошли, представляла собой тесную кухню с маленьким столом, едва достаточным для двоих, придвинутым к другому окну. Напротив них была ещё одна дверь, которая, возможно, вела на задний двор. Снейп вытащил из карманов две тарелки, восстановил их размер и поставил одну на стол. — Любезно предоставлено домашними эльфами Хогвартса. Он жестом подозвал её к нему. Гермиона резко шагнула к столу и села. Она тихо поблагодарила его, прежде чем приступить к еде. Она чувствовала себя довольно странно, когда Снейп ел стоя, собирая кусочки с тарелки, которую держал на уровне груди, прислонившись к стойке и скрестив ноги. Несмотря на то, что кухня была самой освещённой комнатой в доме, она, очевидно, была самой запущенной, и Гермиона задумалась, принимал ли он здесь когда-нибудь пищу за всю свою сознательную жизнь. — Вы останетесь здесь до тех пор, пока полностью не выздоровеете, после чего я найду время, чтобы отпустить вас обратно в мир. Тем временем Тёмного Лорда необходимо будет проинформировать о том, что вы здесь находитесь. Если он каким-либо другим способом узнает, что я держу вас здесь, последствия будут самыми плачевными. Я никому больше не скажу, так как будет очень подозрительно, если ваши... друзья перестанут вас искать. Гермиона нахмурилась, но кивнула. Его рассуждения имели смысл, хотя она сомневалась, что Гарри прекратил бы её искать, если бы точно знал, в чьём доме она находится. Возможно, даже это подстегнуло бы его ещё больше. — Если я останусь здесь, могу я попросить продукты? Она подняла бровь, глядя на их тарелки с едой из Хогвартса. — Составьте список, мисс Грейнджер, а я схожу за продуктами. Гермиона уставилась на него. — Да? — Извините, сэр, я просто пытаюсь представить вас в маггловском продуктовом магазине. Он поджал губы, смотря на неё, но ей показалось, что она уловила намёк на юмор. Когда они покончили с едой, Снейп протянул ей волшебную палочку. — Она не зарегистрирована, и её невозможно отследить. Из того, что я выяснил, у мистера Лонгботтома сломалась палочка во время боя, и он позаимствовал вашу. — Спасибо, — вздохнула с облегчением Гермиона. Палочка была не её, но, по крайней мере, это была палочка. Снейп показал ей, какое заклинание использовать, чтобы открывать и закрывать потайные двери из гостиной, и заверил её, что он настроил каминную сеть так, чтобы она была связана только с его кабинетом и распознавала только его магическую подпись. Затем он потребовал, чтобы она отдохнула. Гермиона по его просьбе поднялась по лестнице и забралась обратно в кровать. Она была заточена в этом очень маленьком пыльном доме на неопределенное время, но было ясно, что Снейп сделал всё, чтобы обеспечить её безопасность и здоровье. Кровать была удобной, чистой и пахла по-домашнему. Прежде чем она успела подумать о чем-то ещё, Гермиона погрузилась в глубокий сон.***
Северус долго ждал, заколдовав потайную дверь, чтобы она разбудила его, если Грейнджер спустится вниз. Он снял ботинки, сюртук и шейный платок и откинулся на спинку дивана. Им нужно будет придумать более комфортные условия для сна, но сейчас Северус просто хотел прилечь. Полная абсурдность его неконтролируемой спасательной операции по спасению родственной души только сейчас начала доходить до него. Наряду с тем фактом, что упомянутая родственная душа в настоящее время спит в его постели, в его доме, прямо над ним. Его жизнь никогда не была простой, но сейчас? Первые часы прошли в усталом сне, пока чары не разбудили его вибрирующим звоном в ушах. Ему удалось сесть, провести рукой по волосам и призвать книгу с полки, прежде чем дверь отворилась. При этом у Грейнджер была та же самая эстетика, которую он сейчас пытался изобразить, — потрёпанная-кровать-но-старающаяся-не-выглядеть-так. Он посмотрел на неё, когда она остановилась в дверном проёме, уставившись на него. Несколько секунд спустя она пересекла комнату и села на противоположную от него сторону дивана. — Прошу прощения, сэр, за то, что прогнала вас. Северус пристально посмотрел на неё. — Я имею в виду, что, очевидно, здесь только ваша кровать и... — сглотнула Грейнджер. — Разберёмся с чем-нибудь более постоянным. Постоянным. Они взглянули друг на друга и отвернулись. Это было не навсегда, это не было постоянным. Лишь до тех пор, пока она не выздоровеет. Вот и всё. Грейнджер пару раз открыла и закрыла рот. Северус ждал с любопытством, что она, наконец, скажет. — Чем вы обычно занимаетесь летом, сэр? Он удивлённо вскинул брови. — Исследованием. Её глаза пробежались по бесконечным полкам с книгами, окружавшими их. Она кивнула головой один раз. — Я не буду вам мешать, но, возможно, я смогу как-то помочь? Северус вздохнул через нос: — Пожалуй. Но это может подождать, мисс Грейнджер. Проклятие вызовет у вас внутренние повреждения и нарушит ваш поток магии. Вам нужно отдыхать. Грейнджер выглядела готовой возразить, но затем глубоко вздохнула. — Тогда могу я почитать ваши книги, пока я снова не стану... полезной? Сэр. — Конечно. Северус посмотрел на потрескавшийся циферблат часов над каминной полкой. Они проспали большую часть дня, и время близилось к обеду. В доме у них по-прежнему ничего не было. — Пожалуйста, напишите для меня список необходимых покупок. Я скоро уйду. Северус призвал ручку и бумагу из Мерлин-знает-где он в последний раз оставил, и положил письменные принадлежности на диванную подушку между ними. Он встал и вспомнил, что кое-что потерял. Неудивительно, что она так уставилась на него. Он быстро натянул сюртук, оставив несколько верхних пуговиц расстёгнутыми, затем ботинки. Он оставил свой шейный платок висящим на спинке стула. К тому времени, как он оделся, мисс Грейнджер передала ему сложенный листок бумаги, не осмеливаясь взглянуть ему в лицо. Она выглядела слегка смущенной, и он задумался, о чем, чёрт возьми, она просила. Северус кивнул ей и вышел из дома. Он шёл по улицам к продуктовому магазину Коукворта, быстро преодолел два квартала и шагнул в магазин. Несколько глаз повернулись к нему, после чего отвернулись. Весь Коукворт представлял собой кучу мусора, как только вы уезжали из центра города, его становилось заметно больше. Мусор на улицах, грязные здания, и никто не задумывался о том, как кто-то выглядит. Даже кто-то, как Северус. Он развернул листок, который дала ему Грейнджер, и его глаза выпучились, прежде чем он снова взял себя в руки. Список был длинным и подробным, включая продукты, специи, молочные продукты, мясо, выпечку, и в самом низу — он понял, почему она покраснела. Между шампунем/кондиционером и зубной щеткой/пастой небрежно были написаны слова «Средства женской гигиены». Похоже, она принялась писать тампоны, но потом передумала. Мерлин милостивый, он не был готов к этому. Северус прошёлся по списку по порядку и был удивлён, обнаружив, что она перечислила всё по разделам, чтобы он мог следовать списку и перемещаться по магазину, не сильно петляя. Добравшись до конца списка, Северус понятия не имел, какие предпочтения были у Грейнджер, поэтому он понюхал несколько шампуней и выбрал тот, который приятно пах, но не слишком приторно. Он уставился на полку с тампонами, а затем бросил коробку с надписью «обычные» в корзину. С зубной щёткой и пастой было намного проще. Тележка с покупками, которую он схватил, была полностью заполнена, и он проскользнул в очередь к кассе. — Мистер Снейп, вы пришли рано в этом году. Кассир всегда присутствовал здесь и помнил всех. Он изумленно уставился на тележку, которую разгружал Северус. — Никогда не видел, чтобы вы так много покупали. Похоже, появилась подружка. Он с отвращением пошевелил бровями. — Дальняя родственница, — ухмыльнулся Северус. Ему не нужно было, чтобы какой-то случайный продавец сплетничал с соседями о «подружках» Северуса. У магглов было слишком легко получить информацию на случай, если кто-нибудь придёт и спросит. Северус уже подумывал переделать память этого человека, но парень на самом деле ничего не знал, и на этот раз Северус смог подавить свою паранойю. Он вернулся в дом, пакеты с продуктами были уменьшены и спрятаны в карманы. Когда он открыл дверь, Грейнджер сидела, свернувшись калачиком в углу дивана, полностью погруженная в книгу. Он не верил, что она слышала, как он вошел. — Какую книгу вы выбрали? Она резко повернула голову и на мгновение посмотрела на него безумными глазами, прежде чем улыбнуться: — История златоглазок. Северус подавил желание рассмеяться. Только Грейнджер могла быть заинтересована магическими особенностями златоглазок до такой степени, чтобы полностью увлечься ими. Он открыл проход на кухню и ступил внутрь, собирая продукты и ставя их на стойку. Он был абсолютно уверен, что в его доме в Тупике Прядильщиков никогда не было столько продуктов за раз, во всяком случае, с тех пор, как он жил один. Дверь тихо скрипнула, и он увидел, как Грейнджер вошла, всё ещё улыбаясь. — Вы не возражаете, если я уберу продукты, сэр? Северус жестом пригласил её идти вперед и положил последнюю сумку на обеденный стол. Он опустился на один из стульев, не понимая, почему бы ему просто не заняться чем-нибудь другим. — Как вы себя чувствуете, мисс Грейнджер? Она пожала плечами. — Немного неудобно, и я быстро устаю. Хотя я не очень сильно напрягала себя. Северус кивнул. Когда всё было убрано, Грейнджер подняла палочку, чтобы произнести заклинание, и остановилась ещё до того, как полное заклинание слетело с её губ. Она взглянула на него грустными глазами и вздохнула. — Я недостаточно сильна, вы не будете против? В течение следующих нескольких минут Грейнджер инструктировала его по трансфигурации случайных вещей, оставленных в шкафах, в кухонную посуду, ножи, разделочные доски, тарелки и посуду, которые, по её мнению, были необходимы.***
Гермиона знала, что может сделать ровно две вещи, чтобы помочь, пока она выздоравливает: привести в порядок обширную, но беспорядочную библиотеку Снейпа и готовить. Она решила заняться последним сегодня вечером и чувствовала себя ужасно неловко, когда Снейп наблюдал за ней. Это было то же самое чувство, которое она испытала на уроке Зельеварения, и она чуть не рассмеялась. Она предпочла что-нибудь быстрое и простое на ночь, так как у неё было не так много времени. Это было любимое блюдо её папы в напряжённые школьные вечера. Когда она закончила готовить, то сполоснула посуду в раковине и поставила тарелку перед Снейпом, выглядевшим совершенно сбитым с толку. Ну, по крайней мере, настолько сбитым с толку, насколько Снейп вообще так мог выглядеть. — Что-то не так? — спросила она, садясь напротив него и ставя на пол сумку с продуктами. — Я просто не думаю, что этой кухней когда-либо пользовались. Это странное зрелище. — Наверняка, ваша мать... Снейп бросил на неё взгляд, немедленно заставивший её замолчать. Они ели молча, слышался только стук столовых приборов по тарелкам. Гермиона была довольна, когда он отмыл свою тарелку от пасты с креветками. К её удивлению, он взял их посуду и вымыл её вместе с кастрюлей и сковородкой, которые она использовала. — Ваши туалетные принадлежности в этой сумке, мисс Грейнджер. Гермиона покраснела, она совсем забыла о том, чтобы попросить средства женской гигиены, но она не знала, как долго пробудет здесь, и лучше было подготовиться. — Спасибо, сэр. Вы не возражаете, если я возьму с собой в постель книгу? Снейп вытер руки полотенцем и повернулся к ней лицом. — Чувствуйте себя свободно. Гермиона кивнула, подняла с пола пакет с покупками и протиснулась сквозь дверь-стену. Она схватила книгу о златоглазках, которую читала раньше. Когда она двинулась, чтобы открыть дверь в стене, ведущую на лестницу, она обнаружила, что она уже открыта и Снейп поднимается по ступенькам. Она последовала за ним, пока они неловко не остановились в коридоре. Гермиона подняла глаза, желая что-то сказать, однако ей нечего было сказать. Тогда её осенило. Сколько раз она смотрела в глаза Снейпу за последние двадцать четыре часа? Конечно, бесчисленное количество раз, и всё же притяжение не действовало на неё, не было ни самого притяжения, ни толчка, ни неконтролируемых желаний. Только что это была она, смотревшая в его удивительные чёрные глаза и действовавшая исключительно по собственной воле. Казалось, он понял это в тот же момент, что и она, оба их тела застыли, когда смоляные и медовые глаза уставились друг на друга просто потому, что могли. Гермиона улыбнулась: — Что ж, тогда это интересно. — Безусловно. Снейп скрылся в ванной, а Гермиона — в спальне. Она схватила запасные одеяла и вторую подушку с кровати и отнесла их вниз на диван, сложив аккуратной стопкой. Она улыбнулась про себя и вернулась наверх как раз вовремя, чтобы Снейп вышел из ванной, а она проскользнула туда. Прежде чем закрыть дверь, Гермиона оглянулась через плечо. — Спокойной ночи, сэр. — Спокойной ночи, мисс Грейнджер.***
Прошло ещё два дня, в течение которых Гермиона готовила завтраки и ужины. Они читали по утрам, а днём обсуждали трансфигурацию пустого подвала во что-нибудь полезное. Утром третьего дня Северус ушёл рано, оставив на кухне записку для Грейнджер. Он страшился того, что ему предстояло сделать, а жжение на левой руке наконец дало ему шанс. Он прибыл в Малфой-Мэнор и вошёл внутрь, его плечи были напряжены, барьеры окклюменции на месте, а ложные воспоминания наготове на всякий случай. Нарцисса поприветствовала его поцелуем в щёку и показала ему одну из больших незанятых комнат, которая была убрана и в настоящее время вмещала группу примерно из двадцати Пожирателей Смерти. Северус проскользнул в комнату и встал спиной к стене у двери. Хотелось бы надеяться, что всё пройдет гладко, и он избежит Круцио. Первая половина встречи выдалась такой нудной, что Северусу пришлось заставить себя сосредоточиться. Эгоцентричные речи Тёмного Лорда никогда не были интересными, особенно когда вы слышали каждую версию на протяжении бесчисленных лет. Наконец он перестал говорить и начал запрашивать последние новости. Северус быстро кое-что понял. Люциус лишился благосклонности. Его провал в извлечении пророчества из Министерства разрушил его репутацию перед Тёмным Лордом. Северус нуждался в этой благосклонности. У него было своё собственное пророчество, которое нужно было защитить, вместе с женщиной, которая появилась с ним. Во время подходящего затишья в гуле отчётов Северус отстранился от стены настолько, чтобы привлечь к себе внимание. — Северус, ты хотел что-то сказать? — Да, мой Лорд. — Рассказывай. — В результате… провала в Министерстве, мне удалось получить кое-что важное. Он не мог упомянуть Люциуса в качестве причины провала, хотя об этом было широко известно, вполне возможно, что Малфои понадобятся ему позже, и бросать главу семьи на растерзание волкам было неразумным шагом. — Пока Поттер сражался, я захватил в плен одного из его близких друзей. Тёмный Лорд изменился в лице: — Ты проявил инициативу без приказа. — Да, мой Лорд, но времени было мало. Никого не было рядом, чтобы остановить меня. Книжный червь думает, что я её спаситель. Тёмный Лорд провёл рукой по своей палочке. — Я осознаю выгоду от того, что девочка находится под контролем одного из наших. Тем не менее, я недоволен тем, что ты принял такое решение без моего позволения. Круцио. «Сейчас слишком рано для этого», — подумал Северус, как только его колени ударились о жёсткий пол.
