Город «Драма»

— Нет, я когда думал об этом, конечно, догадывался, что ты пойдешь против меня, но, честно, не ожидал... Давно ты перестал скрывать свое подражание на меня? Может быть начнёшь уже жить своей жизнь?.. Парень, что сидел с ним за одним столом в известном баре их города, лишь злобно посмеялся и оскалился. Ему не нравилось, что «партнёр» и его конкурент откровенно обвиняет его в том, что тот всего лишь пошёл по лёгкому и очевидному для себя пути. Ну уж извините, если они живут в таком городе, то очевидно, что рано или поздно он бы пришёл к этому, как и человек напротив него. — Брось, не строй из себя неженку, ты всегда сам был не лучше, тем более в нашем случае. Ты никогда не оборачивался и шёл по головам остальных, считая, что они тебя копируют. Открою тебе секрет... – Парень приблизился к нему слишком близко, явно побеждая в этом поединке за статус более сильного во всех планах. Он не оставляет человеку напротив никаких шансов, когда чуть ли не носами соприкасается с его. – Ты никогда не был кем-то, действительно, сильным или с высокой самооценкой. Советую тебе держать от меня и моей семьи подальше, если не хочешь развязать очередную войну, которая для тебя, возможно, станет последней. Показушно кинув на стол несколько купюр, парень вышел из бара, ликуя своей победе, что, естественно, разожгла в противнике огонь, который никто тушить не собирался. Им нравилось играть друг с другом, выводить на такие эмоции, от которых стремительно сокращались нервные клетки и которые давали понять – не безразлично до сих пор.

Ведь... Лучше ругаться, чем молчать?

***

Утро начинается не с кофе.

Ураганов нашёл себя в комнате воспитателей, в которой обычно оставались на ночную смену. По ощущениям парень подумал, что его переехал автомобиль, но потом вспомнил, что это из-за пьянки вчера. Он не сильно пытался восстановить вчерашние события, так как он уже подсознательно догадывался, что успел натворить. Почему-то Артём проснулся только с одной мыслью: «Какой стыд...» Сначала учитель надеялся, что он может ошибся и всё закончилось мирно и тихо, но Егорчик всё испортил, когда появился в его дверях и сразу с порога начала над ним прикалывться. Сначала Юрген не вдуплил, почему подопечный так над ним ржет, но уже после рассказа о вечеринке, Тёма был в шоке с себя же. Рыльцов рассказывал ему всё в мельчайших подробностях, даже упомянув подкат к себе, от которого воспитатель сразу и побледнел, и позеленел, и поскраснел, и посинел. Он молился всем богам, чтобы больше никто, кроме Егора, об этом не знал, потому что это был такой позор, что математик готов расстроиться, лишь бы все забыли об этом и не смотрели косо, словно парень сумасшедший извращенец. Рыльцов ему клятвенно клянётся, что никому и никогда, но троллить явно его не перестанет – характер такой придирчивый. Юрген хотел было и ему что-то вспомнить, но не смог – косяков то за Егорчиком не было, как, например, за ним же. Поэтому он лишь уныло продолжал молиться опять же всё тем же богам, чтобы никто, кроме них об этом не узнал. Ещё с утра для него стало открытием то, что директриса не стала церемониться с выпускниками и сразу объявила, что до ночи они собирают свои вещи и выселяются в свои квартиры. Такие действия не поддавались логике, особенно, когда ты сама разрешаешь гулять до утра, а потом всех гонишь метлой под зад. Ураганова такая позиция сразу не понравилась, потому что это всё равно дети, что теперь ещё страдают от похмелья и резкого переезда с одного места на новое. Артём как раз шёл к ней об этом поговорить, но не дошёл, поскольку у почти самых дверей старший застал Тато, который тащил тяжёлый чемодан, выполняя указ карги и собрав свои вещи на переезд. Рядом с ним крутился Асси, который нёс на плече сумку друга и предлагал свою помощь, от которой с особой остротой отказывались, словно боялись, что навредят лишним грузом. Абилаким и Кирия были довольно близкими людьми друг другу, поэтому Тёма не удивился, когда увидел, что помогает Гличу именно Асылжан. С момента истории про карты прошло довольно приличное время, за которое оба осознали свои ошибки. Тёма не должен был так реагировать, тем более давать пощёчину парню, так как знал, что для таких детей – это удар по самому больному месту. Да и Асси сам понял, что лучше сидеть смирно и ничего не говорить Тато, пока учитель был рядом. Всё же ему, возможно, действительно не стоило лезть и подбивать друга, что не остановился бы просто на часах. Отношения между воспитателем и Абилакимом наладились, потому что воевать у них не было смысла, но и дружить тоже. Глич, как только заметил математика в проходе, сразу кинулся к нему с прощальной речью и объятьями. Они всё же, безусловно, будут скучать по их Тёме, что скрасить их последние месяцы проживания здесь. Им было не всё равно на него, как и ему на своих детей, который любили его и ценили. Даже если они ругались, то чувство любви и уважения всегда побеждали и всё заканчивалось хорошо одинаково для всех. Сейчас, стоя в объятьях Кирия, что продолжал говорить ему всевозможных хороших слов, пока Асси стоял в стороне и чуть ли не смеялся в голос, Артёму кажется, что он заревет прямо здесь. Он настолько много упустил из-за своих загонов, столько дал всему случиться, что теперь он винил себя – мало времени давад и проводил вместе с ними. Они уже выходят в взрослую жизнь и будут крайне редко появляться в стенах этого приюта, забывая о таком воспитателе, как Артём. Ураган был уверен, что через время его забудут, возможно, даже к лучшему – меньше будет боли у них, а свою он переживёт. Ещё один потрясением для него стало резкое и некрасивое расставание Литпута и Мэда. Старший просто самым грязным образом покинул стены этого здания, бросив малдшего одного и не давая и шанса на совместное будущее – он не ждёт его после выпуска. Коля сразу не понял, когда проснулся, что произошло, но как только увидел самую сухую СМС в своей жизни, сразу был убит морально. Его растоптали так сильно, что даже родители, которые вырывали из его головы большое количество волос, не сравнимы с тем, как вырвал Каунтри его душу и веру в любовь. Ураган сразу не поверил – не мог же Иэд просто взять, переспать со своим парнем в эту ночь и на утро так бессовестно закрыть все двери перед второй половинкой. Особенно был грязен тот факт, что это произошло после интима, который произошел у ребят в первый раз. Литпут боялся подпускать парня к себе ,но тут решился и получил такой нож в спину.

Зачем оставлять засосы, зная, что этот мальчик уже не твой и ты разрушил в нём всё хорошее?

Ураганов лично захотел поговорить с Колей, утешить бедного парня, что ходил, как труп. Литпут не хотел с ним разговаривать, боялся осуждения с его стороны, но, когда Артём затащил его в кабинет математики и максимально нежно попросил ему всё рассказать, младшего прорвало. Он дрожал так сильно, словно кленовый лист в самый сильный ветер на улице. Он был настолько разбит, что сил хватало только шёпотом объяснять, стараясь не захлебнуться собственным горем: — Я... Я не знаю, что с ним произошло. Я честно не ожидал на утро увидеть пустую часть кровати, на которой должен был находиться он... Я, блять, не могу сам до конца понять, что я сделал не так... Сука! Коля настолько не контролировал своих эмоций, что сразу осел на пол, зарыдав в голос, потому что боль не утихала, а только становилась крепче и твёрже. Ему было настолько противно, что просто не могу даже и слово больше сказать, кроме: — Ненавижу, не... Ненавижу! Уйти в себя слишком далеко не даёт Тёма, что сразу прижал подростка к себе, заставляя смотреть в его глаза и слушать, чтобы отвлечься и успокоиться. Ураган себе места не находил рядом с таким Литпутом, который просто умирал внутри так быстро, что становилось страшно. Мэда он прибьют при первой встрече, живого места от него не останется, потому что он не заслужил такого человека, как Коля. — Тшшш, солнышко, успокойся, пожалуйста... Зайчик, умоляю, просто забудь его навсегда, не вспоминай и перестань убиваться по нему. Он не достоин и слёзы твоей, раз так поступил по скотски с тобой, бросив одного умирать внутри. Коль, тише, я всегда рядом, только успокойся и постарайся забыть и сделать всё, чтобы он пожалел о том, что сделал с тобой когда-то. Будь счастлив на зло ему. Коля тогда аккуратно уснул на руках у Юргена, потому что слишком устал – устал быть куклой для битья и слабохарактерным. Ему нужно брать себя в руки и доказать всем, что это они не правы, когда шепчутся у него за спиной, обсуждая их с Мэдом в ключе, что именно младший плохой. Доказать в первую очередь самому себе, что Каунтри, действительно, не достоин лучшей жизни рядом с кем-то, кроме него.

А сейчас он чувствует тепло, что исходило от Урагана, который опять спас одного из подростков от падения, которое могло быть фатальным.

***

Ещё один важный для него момент заключался в том, что Артём до сих пор не общался с Чупиксом и ФлекДжиКеем. Они не пытались к нему подойти, поговорить, единственное, что извинились. Урагану было странно, что вроде косяк не за ним, но стыдно опять ему же. Он бы мог быть мудрее, дать понять, что парень остыл и простил их уже заведомо. Но ни Игорь, ни Джонни не пытались подходить. Они считали, что рано, не момент, с особенно сейчас, когда парень только расстался с девушкой, которая всех бесила всё время. Она не давала им сделать первый шаг к учителю, которому сломали нос. Поэтому оба молчали и старались не трогать математика, который каждый день желал, чтобы они подошли к нему.

Но они не успели помириться до уезда выпускников.

Парней вытащили только на утро, когда резко вспомнили, что по пьяне закрыли их вдвоём. Олег летел тогда со скоростью света, даже чуть не сбив Лита и Урагана, который вёл младшего в его комнату. Коля был сонным и заплаканным, пока Артём смотрел на него с сожалением в глазах. Коффи особого внимания на этом не заострил, мчась дальше к нужной комнате. Когда он открыл эту дверь, на него уже грозно смотрел Чупиков, который умирал от похмелья и на утро удивился тому, что Колбая находился с ним в одном помещении. Он вообще не понимал на утро, как оказался в этой комнате особенно с этим ненавистным парнем. Он даже в страшном сне не мог поверить в то, что они остались наедине, пьяные вдрызг. Гарик сразу вылетел с помещения, отталкивая Олега и матеря его под нос. Ему не хотелось оставаться рядом с этими ребятами, которые, возможно, будут ещё и издеваться над ним, мол: «Пф, убегаешь? Что-то ты вчера не сильно бунтовал и не выломал дверь». Ему не хотелось чувствовать опять обиду и злость, поэтому даже не обернулся, когда Колбая его окликнул. Ему хотелось раствориться в воздухе, чтобы его никто не трогал. Было почему-то чувство эйфории, словно между ними что-то было там, но сам Чуп не мог это вспомнить. Колбая же был не лучше него, единственное, что он запомнил – их закрыли тут и они начали издеваться друг над другом. Про остальные подробности этого вечера Джонни забыл или не хотел признавать, что между ними было большее, что они потерялись в своих чувствах и просто переспали друг с другом. Старший этого не помнил, но чувствовал, что это может быть правдой, от которой он хотел провалиться под землю. Он не мог даже вообразить, чем они там могли заниматься, пока пьяные не уснули. Было страшно за последствия, но, слава богу, никто из них не запомнил того, что было дальше. Джонни отмахивается от Олега, который чувствовал себя виноватым, словно они опять поругались ещё больше и теперь жить спокойно не могут друг без друга. Но тут же вспомнил, что ФлекДжиКею пора собирать вещи, потому что ему дали квартиру и пора съезжать. Колбая лишь нахмурился и отправился в комнату, надеясь, что не увидит Чупикса на горизонте – страшно от реакции на него же. Он понимал, что их общение станет ещё хуже, хотя казалось бы куда уже. Игорь был слишком эмоциональным и открытым, чтобы скрывать от него свои чувства и закрыть свой рот. Но, на удивление Джонни, Гарика он не застал ни в одном проходе, словно тот растворился. Но потом дошло – вещи собирает скорее всего, пока на нём весит Доми, который прощается с соседом. Сам же ФлекДжиКей собирал вещи не спеша, за понимал каждую деталь своей комнаты, потому что расставаться с тем, что было в твоё жизни почти 5 лет – сложно, почти нереально. Даже если здесь происходило много жести, появились страхи и враги – всё равно это было его место, куда можно было вернуться и знать, что ждут. А сейчас будет пустая квартира и редкие встречи с друзьями, Тёмой... Этот человек больше всего залез в его сердце и делиться с кем-то в нём не собирался. Ему было до сих пор стыдно, что он никак не мог подойти к воспитателю и просто помириться. Его останавливал страх, что его не простят, забудут, возвысят Чупикса и всё – это будет конец войны, в которой он проиграл своему самому закрытому врагу. Такого Колбая допускать не собирался, поэтому уже подготовил в голове план действий, как навестить всех друзей через неделю, а потом в тихую зайти и к Артёму, извиниться и просто его обнять, стараясь не выдать того, что было в его сердце. Влюблённость расцветала, что вызывало бабочек в животе даже тогда, когда он уже сидел в машине и ехал в сторону новой, взрослой жизни.

***

— Может прекратишь уже ломать меня? Мне правда надоело то, что ты пытаешься ставить мне палки в колёса. Умоляю, оставь меня, даже если у нас есть бизнесы, которые пересекаются между собой... — Нет, уж извини, но ты сам когда-то привязал меня к себе. Вот теперь и терпи, хотя бы ради своей любви к нему... Завались и не ной, словно ты до сих там, а не взрослый и самостоятельный. — Просто оставь меня или хотя бы не говори со мной, просто игнорируй и забудь. Пожалуйста, ради хотя бы него, если ты не можешь это сделать в пользу себе. Парень опять ушёл, лишь бы не разговаривать с соперником, который и так мозолил ему глаза не первый год. Душа молила, чтобы это закончилось, но обиды не дадут ему этого сделать, просто отпустить всё, что было до этого. Когда-то именно «партнёр» в общей сфере просил отстать, а теперь уже он молил, чтобы тот не был рядом с ним. Сердце болело, потому что правда была ужасна, самая страшная – влюбился и чувствовал связь с врагом. Ему просто не хотелось верить в то, что они рано или поздно будут вместе из-за него – первая и единственная влюблённость. Именно он хочет, чтобы они были вместе, даже спустя годы ненависти и обид.

Хотелось застрелиться.