Напутствие Хамелеона

      Книги были отложены в сторону, и теперь троица сидела в небольшом кружке на полу. Среди них была небольшая напряжённость, учитывая что им предстояло сделать, то немудрено. Они не так давно приблизились к отметке со статусом «взрослые», в душе ведь они ещё те дети. Ещё слишком юны и хрупки. Цветы, росшие в заботе и мире, не готовы сразу и с отвагой нырнуть в страх и войну. Единственным шиповником их семьи, готовым выдержать лютый холод, была Альма.       — Итак, все всё поняли? — Диас провёл по своему лбу вновь, пытаясь угомонить нарастающую боль. — Второго шанса у нас не будет.       — Да-п, — Камило кивнул и улыбнулся, — мы втроём, и у нас всё обязательно получится! Мирабель взяла кузенов за ладони и улыбнулась.       — Мы поможем спасти наш край, мы всё сможем! Я в этом уверена. И эта улыбка была дороже всех песо на свете, дороже всех драгоценных камней. Ведь только улыбка их Мирабель могла воскрешать надежду и дарить силы вновь и вновь. Может она обладает и не одним даром? Кто знал. Мирабель — их маленькое чудо семейства Мадригаль.       — Спасибо, Мира, — Диас наклонился к её лбу, дабы легко его чмокнуть, — беги собираться. Мы с Камило тоже начнём, но вероятнее закончим быстрее, чем ты.       — Где встретимся? Если вы будете ждать меня прям во дворе, то велик шанс того, что Долорес нас услышит.       — Она не услышит, — отрицательно покачал головой Камило. — Мариано сейчас очень сильно заботится о её состоянии. Она буквально ничего не слышит во время сна, всё из-за небольшой переделки комнаты, и небольших мягких наушников.       — Ох, я не знала об этом, — печально вздохнула Мирабель, но она была счастлива, что их старшая кузина могла спокойно поспать без лишнего шума.       — Тогда встретимся возле сада моей матери, он ближе всех к лесной тропинке, — предложил Диас, — мы пройдём по ней по дуге, напрямик к концу общины. Там, по словам Феликса, они оставили свои повозки.       — Окей, — Мира встала, поправив складки и показав большой палец, поспешила в свою комнату.       Обычно Мира порхала как бабочка по своей комнате, ведь не было причин для расторопности, но сейчас иной случай.       — Чёрт, и куда я умудрилась их положить? — девушка открыла свой шкаф и активными действиями начала перебирать одежду, попутно выкидывая её на поверхность кровати. — Нет, нет… агх! Где чёртовы штаны?! Касита? — она обернулась и посмотрела на ставни. Те не дрогнули. — Я знаю, что это ты их спрятала, зачем? Всё такое же молчание. Несколько часов назад она была послушной и милой, как самая преданная собака.       — Ладно, без тебя найду! — она взмахнула рукой и принялась переворачивать свою комнату вверх дном. И спустя целый хаос в детской комнате, она нашла злополучные штаны. — Да! — она победно подпрыгнула. Это были свободные штаны цвета хаки, специально для Диаса и его зелёной ветки. Но она ошиблась при замерах длины ткани. И теперь это скорее бы походило на звание полу-шорт полу-штанов для парня, а вот для неё в самый раз.       Девушка быстренько скинула синюю юбку и посмотрела в зеркало. Стоит ли ей брать с собой заколку? Она может её потерять или зацепиться ещё за что нибудь.       «Положу в сумочку».       Теперь Мирабель крутилась перед зеркалом, осматривая свой новый образ. Он был крайне необычным в их местах, хотя тут скорее бы подошло непривычным. Для конспирации она умудрилась найти чёрную рубашку с вышитыми созвездиями на плечах и груди, это хоть как-то лучше, чем все её безумно яркие наряды. И чёрный цвет рубашки, которую она заправила вовнутрь, хорошо смотрелся со штанами с высокой посадкой. Её смущало лишь одно — её бедра и то, как они выглядели. Ткань буквально повторяла все её черты и любой мог бы оценить пышность бёдер девушки. Мирабель провела по своему бедру и закраснелась, пришлось даже снимать очки и проверить, не они ли так неожиданно запотели. Или это повалил дым из её ушей. Неловко и смущает. Успокаивало то, что её в этом увидят только братья…       Диас с Камило собрались быстрее. Те решили отказаться от такой привычной вещи, как руана. Она бы мешалась, если бы им пришлось убегать, ведь такая свободная ткань будет только тормозить их побег. Их буквально могли бы схватить за этот атрибут их образа.       — Я словно голый сижу, — Камило потёр свои плечи и зябко осмотрел садик Перлиты. Родители уже спали, как и большинство жителей. Только редкие огоньки ещё горели возле ставен домов вдалеке. Небольшую тревогу изредка вызывали стоны ветра и шуршания покачивающихся растений рядом. Но кузен, стоявший рядом, успокаивал. Он не один в этой тьме. Если что, он всегда может его позвать.       — Понимаю, — Диас старался держать марку, стоял неподвижно и размеренно дышал. Он это затеял, и он несёт ответственность. Хотя, будем честны, заглянуть под брезент они хотели ещё до случая на кухне. Но теперь то это имело совершенно другой оттенок. Опасный и даже смертельный, в каких то версиях в его голове.       «Может и не стоило. Может, развернуться и пойти к отцу?» Но к нему подошли и взяли за плечи. Диас очнулся и чуть опустил взгляд на брата. У них совсем небольшая разница в росте, буквально пара сантиметров. Вообще удивительно, что именно Диас был выше. Его родители не отличались высоким ростом.       — Мы всё сможем, уже поздно поворачивать назад, — Камило обратился в Бруно и улыбнулся, — видишь? Твой отец одобряет, — он ждал, пока с лица его брата исчезнет эта, уже успевшая поднадоесть, маска мрачности. И тот улыбнулся в ответ.       — Знаешь, порой мне кажется, что ты специально обращаешься в моего отца немного не так.       — А как? — он вернулся в свою личину. — Неужели я чего-то не знаю о внешности дяди?       — Он немного ниже, — Диас махнул рукой над своей головой. Камило топнул носком, наверное, пытаясь вспомнить рост дяди, и после недовольно вытащил кончик языка.       — Чёрт, провалился, обидно, — он вновь топнул ногой.       Шурх       Парни тут же обернулись на звук, натягиваясь, как струнки, представляя, что сейчас к ним выйдет кто-то из взрослых. Но нет, это была Мирабель. Та переминалась с ноги на ногу и крепко сжимала ремешок своей расшитой нитками сумки.       — Мира, уф, напугала, — Камило приложил руку к сердцу и осмотрел сестру с ног до макушки. Та вечно поправляла одну маленькую прядку возле ушка, эта непослушная чёрная прядка не хотела прятаться в завязанном хвосте. Но зато стала некоторым успокоением для девушки.       — Хорошо выглядишь, — Диас подмигнул Мире, не столь, конечно, удобный момент дабы разбрасываться комплиментами. Цель — есть цель, и для неё нужно было спокойствие и уверенность в себе. — Тебе идут штаны, думаю, тебе бы стоило носить их чаще.       — Тут и я согласен, — Камило подозвал сестру ближе, — ты выглядишь фантастически.       — С-спасибо, — протянула Мирабель и подошла к ребятам, — просто непривычно. Итак, идём?       — Да, — Диас повернулся к лесу, заглядывая в ожидающую их тьму. Хорошо было бы договориться с Антонио насчёт зверей, но это было опасно. Брат мог не понять их целей и рассказать родителям. Он не стукач, он просто ребёнок.       — Жаль свечки нет, — Мирабель отодвинула ветку, — она бы нам пригодилась. Камило выглянул из-за её плеча, хватаясь за женские плечи.       — Нас могли бы увидеть, те же чужеземцы или звери, и вот это было бы прискорбно.       — Но большинство зверей не трогают нашу семью, — проговорила Мирабель, первая ступая на песочную тропинку. И её хрупкий образ растворился в темной пасти ночного леса.       — Я бы не хотел рисковать вашими жизнями, — Диас встал позади, так он мог видеть и Камило, и Мирабель сразу, и то, что было впереди, немного. Бросив взгляд на свой дом, он кивнул: они выполнят затеянное. И они спасут Энканто. Никакого пожара. Никаких смертей.       Вступив на границу леса, они сразу попали во тьму. Лунный свет почти не проникал из-за крупной листвы, а потому им приходилось быть очень внимательными к дороге и держать ухо востро.       Один неловкий шаг — полетишь в кусты. Не заметишь рыка зверя — можешь оказаться далеко от родного дома. Диас потряс головой, прогоняя ужасные картинки перед своими глазами. Его сердце болело лишь от одной мысли, что он мог бы увидеть бездыханные тела своих родных. Своих любимых… Очень сильно захотелось обнять их, прижать к своему сердцу и никуда не отпускать.       Камило с Мирабель разделяли его чувства. Они были одногодками и имели крепкую связь, находясь всё своё детство и юношество бок о бок. Пускай Мирабель спустя время стала отдаляться, но она была очень дорога кузенам, и если бы кто-то захотел причинить вред их бабочке, то этого человека никогда бы уже не нашли. Жестоко. Но ради любимых ты становишься крепче и приобретаешь те черты, которые бы в обычных условиях не приобрёл.       — Как будем разделяться? — решил обсудить план Камило. — Там два брезента, думаю, что они стоят рядом.       — Нам нужно сначала посмотреть не спят ли те трое возле своих повозок, а после Мирабель спрячется в удобном месте, чтобы у неё был хороший обзор и возможность доложить нам. Ну, а мы, понятно дело, разделимся между двумя повозками.       — А если что-то случится? — Камило чуть остановился, оборачиваясь на брата. Тот мягко улыбнулся. — Что тогда?       — Тогда ты хватаешь Мирабель, обращаясь самым ловким, и бежишь в лес, к Касите под защиту взрослых.       — А ты? Ты тоже должен будешь бежать, — буркнул кузен, — я не оставлю тебя там. Я сам себя не прощу.       — Камило, сделай как я прошу, кто-то всё равно должен был бы там остаться или побежать в другую сторону, чтобы их хоть как-то дезориентировать.       Камило недовольно поджал губы, ему естественно не нравился этот план с пожертвованием. И плевать он хотел на просьбу, вот возьмёт он и обратится в самого сильного и уволочит их подальше, или вообще! Сам сразится с тремя.       — Ты уже что-то решил в своей голове, не так ли? — Диас наклонился ближе к лицу Камило, серьёзно заглядывая в его глаза. Ночной свет не позволял разглядеть всех эмоций и оттенков, но эту искру решимости заметил бы каждый.       — Да, — он кивнул и двое поспешили за Мирабель, которая встала ожидая их возле одного из поворотов. Нельзя терять друг друга из вида. Чревато последствиями.       Успокаивая страх быть съеденным, ребята двигались вперёд, петляя по дорожке, скрытой от глаз жителей. Вот вроде рукой подать до ближних домов, а на самом деле совсем не так. И им бы пришлось неплохо так пробежаться через поля с кукурузой.       — Аккуратно, — Мира перепрыгнула выпирающий корень, и обернулась на кузенов. Они так же ловко смогли преодолеть это небольшое препятствие. Она посмотрела вперёд, до конца общины осталось совсем немного. И вот-вот они столкнутся с их врагами и главной задачей. — Мы почти подошли.       — Хорошо, — Диас коснулся плеча Камило, — можешь пойти вперёд и оценить обстановку?       — Конечно, — Камило обогнул кузину и побежал лёгкой рысцой вперёд.       — Мы подождём его здесь, — Диас встал возле сестры, та порой вздрагивала от прохладного ветра, пробегающего по её смуглой коже, — холодно?       — Чуточку, я не привыкла гулять ночью, — она усмехнулась, — ещё и в джунглях.       — Резонно, — его порой тоже морозило, но вот от страха или от реального холода мозг был пока не в состоянии понять, — мы быстро справимся и вот ты уже будешь лежать в своей тёплой постели.       — Хах, — Мира щелкнула пальцами, — по-другому и быть не может.       Спустя пару минут, к ним вернулся чуть запыхавшийся Камило с очень довольным лицом.       — Ну что? Как там? Они на месте? — сразу огорошила его Мирабель, не давая бедному отдышаться. Камило приподнял ладони, успокаивая маленькую бабочку.       — Д-дай выдохнуть, — он засмеялся, — их нет на месте. Я всё осмотрел, возле повозок никого. Только лошади спят.       — Где же они? — Диас опустил брови. Это было довольно подозрительно. — Может, они спят внутри?       — Может быть, — Камило повёл плечом, приходя в себя, — если это так, то мы приподнимем брезент и, увидев их, поспешим обратно. Тут у нас особо вариантов то и не будет.       — Но если это так, нам может повезти и мы уйдём незамеченными, — Диас пошёл вперёд, отстраняя брата с дороги.       — И уйдём ни с чем, — Мирабель потёрла большие пальцы, — разве… — большой комок страха застрял в её горле, не давая произносить слова с необходимой точностью.       «А если я не смогу их предупредить?»       — Мира, если запахнет жареным, мы должны будем бежать, — он отбросил сомнения. Если они сейчас начнут сомневаться, то и весь план пойдёт под откос. Единственное сомнение может привести к худшему. Нужно отключить мозги… нужно отключить страх. Действовать и двигаться.       Как жаль, что люди порой смотрят куда угодно, но не видят самого важного перед своим носом…       Ребята прошли оставшийся участок дороги, прикрывая лицо от лунного света, который теперь пробивался через редкие листья намного сильнее. Первым на свет вышел Диас, утаскивая за собой Мирабель и Камило. Остановившись возле дерева, они оглядели привал чужеземцев.       Пустынный участок их общины сейчас выглядел пугающе, только из-за наличия огромных повозок, внушающих животный страх. Именно эти повозки: они могли нести смерть и разруху. А сейчас эти колесницы смерти стояли как ни в чём не бывало. Лошади, что обязаны были тащить на своих прекрасных спинах это чудовищное создание, мягко дремали возле дерева. Мужчин и правда не было, ни возле повозок, ни возле лошадей. Словно в воду канули. Надежда была на то, что те решили насладиться прекрасными видами Энканто в последний раз.       — Итак, Мирабель, — Диас кивнул на небольшую засаду возле кустов и большого древа с лианами, — сядь там и наблюдай за округой. Если появится кто-то подозрительный — дай знак.       Мирабель задумалась и прикусила кончик своего пальца. Какой знак подать? Да такой, чтобы её ребята поняли, а подозрительная личность нет?       — Я что-нибудь придумаю, — она уверенно поспешила к засаде. Подобрав ноги под себя, она села на колени и спряталась среди листвы, прижимаясь бочком к стволу дерева.       — Замечательно, — Диас взглянул на две повозки стоявшие относительно рядом друг с другом, — тогда, Камило, ты осматриваешь ближайшую повозку, я пойду к дальней.       — Ты вновь берёшь самое опасное, — фыркает Камило, но соглашается с распределением. Разницы то всё равно никакой нет. Оба парня поправляют тёмные сумки на боку и Диас двигается первым. Перепрыгивая через кусты и пригибаясь, спешит мелкими шажками в сторону дальней повозки, скрываясь из вида Камило. Тот потрепал краешек сумки и, взяв себя в руки, рванул к своей повозке.       Вблизи повозка оказалась ещё больше. Старое дерево скрипело от резких порывов ветра, а конец брезента поднимался, приоткрывая тёмный уголок таинственного. Камило откинул сумку к пояснице и начал развязывать уголки брезента, сделав небольшое отверстие, чтобы заглянуть внутрь. Пролить крошку света, и если там никого не будет — пролезть вовнутрь.       Шнурки не поддавались так легко, и пришлось долго с ними помучаться, прикусывая губу и чутка горбясь.       — Да развязывайся ты, чёрт подери! — тихо выругался Мадригаль и затихнул: он услышал мычание. Тихое, приглушённое. Будто кто-то говорил через толщу воды или через ткань.       «Показалось?»       Он махнул головой, просто показалось, чего только не мерещится ночью то. Тем более в такой обстановке, когда нервы шалят и ты то и дело заваливаешься на слабую ногу.       Победа. Шнурки поддались, и лицо Камило озарилось. Он приподнял уголок брезента, заглядывая внутрь.       Сердце остановилось, совсем перестало биться. Его опустили в ванную с парафином. Превратили в свечи и забыли поджечь. Рука, державшая брезент, задрожала, но продолжала держать ткань… Что, если он сейчас опустит её? Ему казалось, опусти ткань и это окажется реальностью. Пускай это будет просто бредовый сон. Самый бредовый, который он видел. Пускай это будет кошмар, и сейчас он проснётся.       Было одно «но». Рука, державшаяся за край повозки, ощущала боль. Он слишком сильно сжал деревце до красных следов на руке. Всё слишком реально, чтобы быть обычным кошмаром. И Камило теперь понимал, что лучше бы они отказались от этой затеи. Она была не просто паршивой. Она была безумно паршивой. Ужасной. Нет такого прилагательного… нет возможности описать это.       — Н-нет, — он приобрёл возможность говорить, заставлял ватный язык поворачиваться, — Д-диас, — он позвал брата. Он должен был услышать, да, обязан. Он же рядом, — Диас, прошу, бежим. Э-это… — подозрительная тишина давила на него. Погружая в ещё большую панику. Он не слышал брата, не слышал его шагов. И он не слышал Мирабель в кустах. Тело начало потряхивать вместе с рукой, а в голове билось лишь одно.       «Бежать. Бежать... Бежать!»       Нет, ему просто кажется. Из-за страха и паники он просто стал хуже слышать. Это просто паника, обычная истерика. Ничего такого.       Хруст.       Мадригаль медленно повернул голову, поворачиваясь корпусом и отпуская брезент из рук. Теперь глаза не хотели закрываться, и если раньше казалось, что сердце остановилось, то теперь Камило готов был поклясться на своем же даре, сердце просто взорвалось. Возле дерева тихонечко лежала Мирабель с закрытыми глазами. На её шее лежала тёмная веревка, и даже через темноту он видел красные следы от жёстких волокон. Теперь страх смерти залезал под свободную рубашку и ломал его рёбра.       — М-мира… — Камило дёрнул ногой и запнулся, всё тело превратилось в болото. Что делать он обещал Диасу, что если что-то пойдёт не так, то он обратится и убежит с кузиной. Но он не слышит брата. Может, тот уже убежал? Или… или нет.       От следующего шага его остановил смертельный холод за спиной, он не успел обернуться. Не успел уклониться, он не успел. Промедлил. Упав лицом в песок и ощущая солёность во рту, темнота начала поглощать картину перед его глазами. Образ сестры с веревкой на шее и отсутствие брата… всё это становилось тяжелым и расплывчатым, пока не поглотило без остатка всё его сознание.       — Зря вы сюда заглянули, — раздался хриплый смешок и грубый удар железки о песчаную дорогу.