Часть 18
15 февраля 2022 г., 12:06
***
И потекли размеренные дни, наполненные счастьем, нежностью и бесконечной любовью. Пробуждение и долгие медленные поцелуи, ещё сонные, но не лишённые чувственности. Сборы на работу и порой торопливые завтраки, из-за того, что парни вновь увлеклись друг другом, забыв про кофе и бутерброды. Выступления, неизменно приносящие радость и заряжающие энергией, а потом томные вечера, проведенные в обнимку перед телевизором или на прогулке. Каждый день Арсения был наполнен счастьем, а поцелуи Антона, казалось, будут всегда щемящей болью отзываться в сердце Попова. Их совместная жизнь напоминала семью, в которой царили уют, гармония и взаимная поддержка. Однако, хоть парни и были близки, ещё ни разу они не заходили дальше свои ласки. Максимум, что был между ними: оральный секс, во время которого Арсений каждый раз доводил Антона до мощных оргазмов. Выходной проходил по-домашнему тихо и спокойно. Приготовив ужин, парни сидели за столом и играли в какую-то простенькую настолку (и где только Арс её раздобыл?). Бросив беглый взгляд на окно, Попов вновь вперил глаза в небо, постепенно раскрашивающееся в красно-желтые оттенки. Вскочив с места, парень выронил карты, от чего те разлетелись по полу. — Собирайся, скорее! — Не обращая внимание на недоуменный взгляд Шастуна, Арсений нашёл приложение на смартфоне и, вбив адрес, вызвал такси. — Все вопросы потом. Уже через пять минут они мчались на другой конец района, в место, где когда-то жил Попов. — А теперь закрой глаза и доверься мне. — Арсений светился от счастья, и Антон закрыл глаза, полностью вверяя свою жизнь в руки Попова. Несколько раз Шастун порывался подсмотреть, куда ведёт его парень. Он чувствовал ступеньки и ощущал поворот за поворотом, но все же сдержался. — Открывай. Антон послушно выполнил указание Арсения и замер, поражённые красотой увиденного. Перед парнями, оказавшимися на одной из питерских крыш, всеми красками блистал закат, от красоты которого захватывал дух. — Это моё любимое место в этом городе. И сегодня здесь особенно красиво. — Обняв Антона со спины, Арсений поставил подбородок на плечо Шастуна и счастливо улыбнулся, ощущая переполняющее счастье. Вдохнув вечерний прохладный воздух полной грудью, Антон прикрыл глаза, проживая этот момент каждой клеткой своего тела. — Просто ахуеть. — Выдохнув, Шастун широко улыбнулся с усмешкой, ведь других слов нельзя было подобрать. Положа руки поверх рук Арсения, он заставил его обнять себя крепче. Подбородок упирался в плечо парня, ветерок кружил аромат его тела вокруг носа Антона, заставляя покрываться мурашками вновь и вновь, словно он — впервые влюбленный мальчишка. Повернув голову чуть вправо, они соприкоснулись носами, что вызвало счастливый смешок у Антона, и, не удержавшись, он потянулся за поцелуем, быстрым и легким. Затем, взяв за руку парня, он повел его гулять вдоль крыши. — Ты даже не представляешь, как часто я встречал рассветы, проводя бессонные ночи в этом месте. — Усмехнувшись, Арсений опустил голову вниз и прикрыл глаза. Ладонь Антона уютно покоилась в его руке, а пальцы парней переплелись, создав единое целое. — И каждый раз загадывал, чтобы однажды ты оказался рядом. — Шастун едва расслышал слова Арсения, так тихо они были сказаны. Остановившись у края крыши, Попов повернулся к Антону и серьёзно посмотрел тому в глаза. — Обещаю, я всегда буду с тобой. — Взяв вторую руку Шастуна, Арсений продолжал смотреть в глаза Антону, а голос парня звучал тихо и чуть хрипловато. — Даже если мне придётся сразиться с целым миром, в конце пути я все равно припаду к твоим ногам. Я люблю тебя, Шаст. — А я припаду к твоим. — По-доброму усмехнувшись, Антон вспомнил первую близость в ванной. — И я тебя люблю, больше жизни. — И в подтверждение своим словам, он притянул к себе парня, втягивая в нежный поцелуй. Он ласкал его губы мягко, иногда покусывая нижнюю, как любил. Запустив руку в мягкие волосы, и притягивая Арсения к себе, он напористее давил губами. Язык скользил во рту Попова, сладостно сплетался с его, пошло и мокро, но так по-родному. Затем, в какой-то момент, их поцелуи стали более страстными и настойчивыми, оба тяжело дышали друг в друга, активно сражаясь языками. Антон опустил руки на ягодицы Арсения, сжал их ладонями, довольно простонав и улыбнувшись в его губы. Затем, приподнял немного и прижал его тело к своему, потеревшись пахом о его, и оба почувствовали как они были возбуждены. Антон поднял Арсения за бедра, усадив на свою талию, и прижал к ближайшей двери спиной. Арсению это явно понравилось, о чем говорило то, как он задышал и страстно целовал губы Антона. Парень оторвался от губ и опустился к его шее, стал покрывать ее поцелуями, проводил влажным горячим языком дорожки к уху, целовал за мочкой, горячо дыша. Сжав в ладонях ягодицы, он прорычал хрипло и возбужденно. — Арс, я так тебя хочу. — И прижался возбужденным членом меж ног парня. — Я уж думал, ты никогда этого не скажешь. — В хриплом голосе Попова послышался смешок, однако это ни на йоту не снизило возбуждение парня. Обхватив лицо Шастуна ладонями, Арсений впился в губы любимого, сходя с ума от возбуждения. Крепче обхватив Антона ногами, Попов запустил пальцы в волосы парня и зарычал от удовольствия. — И я хочу тебя, Тош. — Прикусив нижнюю губу, Арсений лизнул место укуса и прислонился лбом ко лбу Антона. — Я вызову такси. Найдя телефон, парень, с трудом оторвавшись от губ Шастуна, заказал машину и вновь все внимание обратил на любимого и его ласки. Когда телефон прислал уведомление об ожидающем такси, руки Антона уже блудили под майкой парня, гладя пресс и царапая спину. — Антон, машина. — Прошептал Арсений, но также не мог оторваться от губ Шастуна. — Да, знаю. — И все равно продолжал возбуждённо целовать каждый сантиметр губ Попова. Телефон зазвонил и на ответившего Арсения полились нетерпеливые возмущения. — Идём. — Ещё раз поцеловав Антона в губы, он открыл дверь и побежал вниз по лестнице, а Шастун за ним. Где-то на середине лестничного пролёта, Антон, налюбовавшийся бегущей спереди аппетитной задницей, остановился и притянул к себе Арсения, вновь и вновь целуя, не давая тому ни на каплю расслабиться. Затем он также резко оторвался и теперь уже бежал первым. Запыханные, но счастливые, они уселись на заднее сиденье автомобиля, а Антон успел подложить ладонь на сидушку так, что Арсений теперь будет сидеть на ней до самого дома, и будет чувствовать, как парень гладит и сжимает его внизу. Поездка домой показалась Арсению вечностью. Рука Антона, поглаживающая бедра парня, сводила с ума, заставляя низ живота тянуть от возбуждения. Таксист, то и дело поглядывающий на парней через зеркало заднего вида, казалось, о чем-то догадался, и на лице мужчины читалось раздражение. Но Попову было плевать, что скажут о нем люди. Сейчас он мог думать только о горячих губах Шастуна, ласкающих его шею, о руках, скользящих по спине и плечам, и о члене парня внутри себя, содрогающемся от оргазма. Не обратив ни малейшего внимания на комментарий, отделенно напоминающий: «Пидорасы», парни поспешили в подъезд, желая поскорее скрыться от пытливых глаз. Как только за ними захлопнулась дверь, а магнитный замок перестал издавать трель, Арсений впился в губы Шастуна, прижимая парня к подъездной стене. Язык Попова по-свойски проник в рот Антона и переплелся с языком парня, а руки скользнули под футболку, зацепляя большими пальцами ремень. — Ты мой, Шаст. — Вновь впившись в губы Антона, Арсений потянул его вверх по лестнице, желая поскорее попасть в квартиру. Как быстро они преодолели несколько пролётов, можно было только догадываться. В нетерпении Шастун еле попал ключами в замок двери, сгорая от желания и от того, как к нему сзади прижимался Арсений, целовал шею и расстёгивал джинсы. Влетев в квартиру, Антон потянул Арсения за собой и закрыл им дверь, прижав его телом изнутри. Возбуждённо прорычав, он накинулся на улыбающиеся губы парня и сжимал их жадным страстным поцелуем, пока руки блудили по горячему телу. Снова подхватив парня под бедра, он понёс его к кровати и устроился на ней вместе с ним, только нависая сверху. Взгляд Шастуна был похож на опьяненный, в них горело дикое желание вместе с любовью. Устроившись меж ног Арсения, парень вновь и вновь целовал любимые губы. Руками он нащупал края футболки и потянул ее вверх, освобождая прекрасное тело парня для себя. На несколько секунд задержал на нем взгляд, полный восхищения, он провёл ладонями по прессу, груди, задевая соски пальцами, затем по рёбрам, едва касаясь и оставляя мурашки. — Мой Бог. — Шёпот Антона был таким эротичным, что вызывало в Арсении бурю эмоций. Шастун справился с одной пуговицей на джинсах Попова, а затем и со второй, не отрывая взгляда от голубых глубоких глаз. Позволил снять с себя футболку, предстать голым и физически и душевно перед любимым. Но он не смел торопить любимого, позволяя им обоим привыкнуть к новым ощущениями, сближаясь шаг за шагом. Чувствуя на себе тяжесть тела Антона, наблюдая, каким пронзительным, полным нежности взглядом тот рассматривает его, поглаживая торс, Арсений сгорал от возбуждения. Чувства переполняли Попова, и он был готов кончить лишь от одних поцелуев, но всячески сдерживал себя, желая получить большее. Подушечки пальцев надавили на плечи и двинулись вдоль позвоночника, завершив свой маршрут в ложбинке на пояснице Шастуна. Хриплое дыхание Антона, его опьяненный взгляд и рука, скользнувшая к паху, сводили Арсения с ума, а любовь наполняла парня до краев. Потянувшись к джинсам Шастуна, Попов дернул ненужные детали гардероба вниз, освобождая рвущийся наружу член. Антон воспринял этот жест как сигнал к наступлению. На мгновение оставив Арсения, он поднялся, стянул с себя джинсы и трусы, и вернулся к Попову, помогая тому избавиться от одежды. — Подожди-подожди. — Прервав поцелуй, Арсений дотянулся до валявшихся на полу песочного цвета брюк и достал из кармана презерватив. Почему-то это действие смутило Попова, и он прикусил губу и отвел взгляд, протягивая серебристый квадратик Шастуну. — Не думаю, что он нам нужен, Арс. — Взяв презерватив, Антон закинул его куда-то за спину и провел ладонями по телу парня, в очередной раз любуясь изгибами тела. — Но почему? — На лице Попова отразилось непонимание. Арсений был уверен в себе, ведь до близости с Антоном он был лишь с одним мужчиной, после расставания с которым сдал все возможные анализы. Но как мог быть уверен в нем Шастун? — Потому что я доверяю тебе. — Остановив руки на животе парня, Антон поднял взгляд и заглянул в глаза Попова. Сердце Арсения пропустило удар, сбиваясь с ритма и заходясь ещё сильнее. Не в силах сдержать эмоции, парень поднялся на локте и, притянув к себе Шастуна, впился в его губы глубоким поцелуем, вкладывая всю любовь и нежность, что переполняли душу Попова. Сквозь поцелуй он почувствовал улыбку Антона и медленно отстранился, блуждая взглядом по лицу любимого. — Но если ты хочешь чувствовать не меня, а резинку, я могу его вернуть. — Кивнув в сторону валявшегося на полу презерватива, Антон лукаво улыбнулся и тут же получил тычок в бок. — Я хочу чувствовать тебя, Шаст. Горячего и пульсирующего во мне. — Хриплый голос Арсения и то, что сорвалось с губ парня, окончательно сорвало Антону крышу. Повалив Попова на кровать, Шастун навис сверху, поставив руку рядом с головой Арсения. — Только ты направляй меня, ладно? — Погладив Попова по щеке, Антон задержался на губах парня, и Арсений тут же принялся посасывать палец Шастуна, смачивая его для дальнейших ласк. Несмотря на то, что в постели Антона побывало несколько девушек, анальным сексом парень собирался заниматься впервые, и потому Шастун испытывал трепет. Он боялся причинить Арсению боль, сделать что-то не так, но поклялся себе, что будет беспрекословно слушать все, что говорит ему любимый. Посасывания парня возбуждали Шастуна все больше и больше, и не в силах больше сдерживаться, Антон перевернул Попова на живот и провел ладонью по спине, чуть надавив на поясницу. Зная, что делать, Арсений прогнулся и широко расставил ноги, открывая Шастуну кружащий голову вид. Пристроившись сзади, Антон ещё раз облизнул свой палец и, подставив его к анальному входу, медленно ввёл на фалангу в Попова. С губ Арсения сорвался стон, и парень прикрыл глаза, пытаясь полностью расслабиться. — Если бы я не знал твоей истории, подумал бы, что я у тебя первый — Наклонившись к Попову, Шастун поцеловал любимого за ухом, продолжая медленно растягивать Арсения. Смешок Попова перешёл в стон, когда Антон полностью ввёл палец и замер, позволяя парню привыкнуть к ощущениям. — Как ты успел заметить, долгое время мне приходилось работать в рукопашную. — Голос Арсения был хриплым и сбивчивым, что распаляло Шастуна ещё сильнее. — А если серьёзно, то ты итак первый в моей жизни. Во всем. Медленные движения Антона сводили Попова с ума. Парню не терпелось почувствовать член Шастуна в себе, ритмично двигать бедрами, принося Антону невероятное удовольствие. Антон прижался к горячим губам своими и вовлёк Арсения в чуткий, полный любви поцелуй. Добавив ещё один палец, он поймал выдох Попова со стоном и кусанием губ. — Я с тобой, расслабься. — Шастун целовал парня в губы, шею, уши, да везде. — Сейчас будет лучше. — Шептал он, пока медленно раздвигал тугого Арсения. Продвинувшись пальцем поглубже, он задел простату, отчего парень под ним изогнулся, наполняя комнату горячим стоном, и крепко вцепился зубами в плечо Антона. — Боже, как я люблю тебя, ты не представляешь. — Слушая стоны парня, он мог бы кончить прямо сейчас, но все сладкое было только впереди. Арсений расслабился, почувствовал это Антон, когда тот начал сам подаваться навстречу пальцам, трахая себя. Тогда Антон, аккуратно вытащив пальцы, приставил разгоряченную головку, предварительно обильно смоченную слюнями, ко входу и принялся медленно входить. Короткие ногти впились в спину Шастуна, оставляя небольшие углубления. То, каким Арсений был узким, сносило крышу Антона на все триста шестьдесят. Продвигаясь медленно глубже, он наслаждался горячими и такими сладкими стонами любимого. И когда он снова начал сам насаживаться на член, то Антон, вцепился в плечи парня, припал к губам и задвигался ритмичнее. Опустив руки, он сжал соблазнительные ягодицы, на которых завтра, скорее всего, проступят синяки. Но страсть так поглощала обоих, что им было не до этого, они в этот момент растворялись в друг друге. — Я люблю тебя, Антош. — Крепче сжав Шастуна бедрами, Арсений насадился на всю длину и шумно выдохнул в губы любимого, прогибаясь в спине. Парень был так нежен и аккуратен, что Попов почти не почувствовал дискомфорта, лишь удовольствие, волнами накатывающее по мере того, как Антон двигал пальцами, то и дело касаясь простаты. А когда Шастун вошёл в него, хрипя от возбуждения, Арсений и вовсе потерял голову, растворяясь в моменте. Движение Антона были такими медленными, что Попов был готов выть от желания. Арсений ощущал, как каменеет его член, и чувствовал, что совсем скоро он не сможет сдерживаться. Привыкнув к члену Шастуна в себе, Попов сам принялся двигать бедрами, ускоряя темп. Подстроившись под ритм любимого, Антон впился в губы Арсения, то и дело кусая их и сжимая ягодицы парня. — Какой же ты охеренный, Шаст. — Вцепившись пальцами в плечи Антона, Попов выгнулся, полностью ощущая всего Шастуна в себе. Движения стали размашистее и быстрее, а дыхание парней громче. Почувствовав, как сжимаются яйца, Арсений впился в губы Антона, пальцы запуская в волосы парня. Пара толчков, и Попов понял, что он больше не может себя контролировать. Выгнувшись, Арсений хрипло застонал, дрожь пробила парня с ног до головы, и он обильно кончил, забрызгав себе весь живот. Видя, как Арсений сжимается от удовольствия, прогибается, стонет, стягивая член Антона внутри себя, парень толкнулся ещё пару раз, держась как мог, и, вцепившись зубами в плечо парня, громко простонав или даже прорычав, он кончил внутрь него, полностью заполоняя своей спермой. Этот оргазм самый взрывной из всех оргазмов Шастуна. Тело будто прошибли двести двадцать вольт, а мозг взрывался миллиардами фейерверков. Парни не могли отдышаться, судорожно глотали воздух ртами, лежали в объятиях друг друга голые, мокрые, но дико счастливые. Антон, лишённый сил после фееричного оргазма, повалился на Арсения, придавив того своим телом. Но выпускать парня из объятий Попов не хотел, а потом, обвив руками спину Шастуна, он кончиками пальцев водил по плечам и между лопаток любимого, в блаженстве прикрыв глаза. Член Антона все ещё был в Арсении, и парень, ощущая, как тот подрагивает, каждый раз ощущал, как тянет низ живота от удовольствия. — Кто бы мог подумать, что романтичный вечер на крыше закончится таким образом. — Усмехнувшись, Попов спрятал улыбку в макушку Антона, вдыхая аромат волос парня. Сердце колотилось, готовое в любой момент вырваться из груди, а душа трепетала от счастья. В объятиях Шастуна было так уютно, а их первый раз был настолько эмоциональным, что Арсений теперь чувствовал, как его тело расслабляется, а мозг постепенно отключается.
