Часть 24
15 февраля 2022 г., 17:59
Получив ключи от новой квартиры, Антон проводил хозяйку и, закрывшись на все замки, принялся глушить свои чувства в бутылке виски.
Взяв телефон, он зашёл в Инстаграм и принялся удалять их общие с Арсением фото,
роняя слёзы на экран.
***
— Ну что, птенчики мои, как ваши дела? Как там Шастунишка? Готовы порвать зал? — Бодрый голос Воли с такой силы вбивался в мозг Арсения, что тот поморщился и потер переносицу. — Почему бы тебе не позвонить ему самому? — Попов даже не пытался скрыть раздражение. Голова гудела после очередной бессонной ночи и непомерного количества алкоголя, и меньше всего сейчас парень хотел выслушивать нотации Павла. — Арсюшка, солнце, ты почему дерзишь? — В тоне Воли проскользнуло недовольство, но Попов не обратил на это ни малейшего внимания. — Говори, что хотел, или я кладу трубку. — Отпуск закончился, Арс. Завтра на студии как штык. — Холодный голос Павла сменился короткими гудками, и Попов откинул телефон в сторону, шумно выдыхая. Завтра ему предстоит вновь увидеть Антона. Дни, которые сменялись, как кадры в чёрно-белом кино, Арсений помнил плохо. Стены давили, и потому Попов предпочитал проводить вечера, забываясь в очередном баре или бродя по ночным улицам, куря сигарету за сигаретой. Всё существо парня рвалось к Шастуну, мечтало вновь увидеть блеск его глаз, коснуться родных губ и забыть все злые слова, что сорвались с губ Антона. Однако, каждый раз, как только Арсений начинал думать о парне, в его голове всплывало «Я не люблю тебя», и Попов снова ощущал, как в который раз умирает его душа. Собравшись с мыслями, Арсений встал и направился в ванную. На свое отражение в эти дни он предпочитал не смотреть, поэтому парень просто набрал в ладони ледяной воды и опустил в них лицо. Он не позволит своим чувствам испортить то, к чему так долго шла их команда. Арсений — актёр, а это его роль, которую он сыграет безупречно выходя на бис раз за разом. А то, что его душа мертва, знать всем не обязательно.***
Антон был разбужен звонком начальника и, прекратив выспрашивания о состоянии здоровья, он выслушал указания насчёт завтрашнего выхода. И даже то что Павел сжалился над Антоном, предупредив, что в красной комнате, шокерах и мышеловках он временно не участвует, его не обрадовало. Наоборот, если бы его били все двести двадцать или больше, то, может, это хоть как-то заглушило его боль.***
В течении прошедших дней Ира навестила Шастуна, но незнание квартиры было ему на руку, поэтому они встретились на углу дома. Сияющая девушка кинулась обнимать его, а он стоял как столб не выражая никаких эмоций. Разбитый, помятый, с лохматой грязной головой, совсем не под стать ей, яркой и ухоженной. — Ты же не любишь меня, также как и я тебя. И никогда не полюблю. Зачем тебе это все, дура? — Втягивая сигарету, он с отвращением смотрел на девушку. — А мне плевать. Главное, что ты мой, также как и твоя популярность, дорогой. Так что, будь добр, в следующую встречу выгляди хотя бы чуть получше бомжа.***
Раньше Шастун приходил на работу с особым трепетом и радостью, но сейчас он шёл будто на казнь, даже не удосужился побриться. Душа его была разбита и он даже не имел представления о том как будет сегодня выполнять свои обязанности перед Павлом и зрителями. И что самое худшее — видеть Арсения и не иметь возможности обнять и поцеловать как раньше. Войдя в гримерку, в него полетели выстрелы из хлопушек и весело заорали парни. — С выздоровлением! — На стене висели плакаты, шарики, а команда дружно улюлюкала, за исключением Арсения. Попытавшись улыбнуться, Антон поздоровался и обнялся с каждым парнем и поблагодарил. Дима же, как самый героический мужчина, вызвался рассмотреть боевой шрам. Короткие объятия Шастуна подействовали на Арсения как прикосновение к коже каленого железа. К горлу подкатил ком, и потому Попов поспешил ретироваться, забившись в самое дальнее кресло. Чтобы лишний раз не сталкиваться с Антоном взглядом, парень все внимание направил в экран, бесцельно листая ленту. — Ну что, парни, как у вас дела? Небось весь отпуск не вылезали из постели. — Сергей пошловато стрельнул глазками, закинув руку на плечо Позова. — А нет больше никаких нас. — Шастун лишь успел открыть рот, чтобы ответить, но Арсений был быстрее. Слова парня были хлесткими, если не жестокими, а взгляд все также был устремлен в экран. — Чего, блять? — Опешив, Сергей посмотрел сначала на Попова, потом на Шастуна. — А что тут непонятного? — Усмехнувшись, Арсений удостоил друга безучастным взглядом. — Мы расстались. — Вы ебанулись? — На лице Сергея отразилась гамма эмоции, а Позов же стоял, не понимая, что происходит. Антон покачал головой и пожал плечами. — Нет. Это взвешенное и серьёзное решение. И, если вы не против, больше к этой теме я возвращаться не собираюсь. — Шастун залез в холодильник, достал оттуда бутылку воды и приложил холодный пластик к пульсирующему виску. Откинувшись в кресло и закрыв глаза, он принялся ждать ведущего. — Какое, нахуй, взвешенное решение?! — Сергей, казалось, завелся не на шутку. Принявшись мерить гримерку шагами, он хватал воздух ртом, активно жестикулируя. — Я, блять, несколько недель тебя, Арс, успокоительным отпаивал, пока ты, Шаст, лежал невменозе. Да вы же светились от счастья, как ебанные лампочки, когда были вместе. И теперь вы, блять, заявляете, что расстаётесь? Да ебануться! — Упав в кресло, Сергей закрыл лицо рукой, шумно выдыхая. — Парни, вы же через столько прошли вместе. — Дима говорил мягко, попеременно смотря то на Арсения, то на Антона. На слова Позова Попов усмехнулся, нажимая на блокировку экрана. — Арс, это же стеб, да? — Убрав ладонь от лица, Сергей с болью посмотрел на друга, но в глазах парня светилась надежда. — Ведь ты и Антоха… — Этот человек умер для меня. — Не глядя в глаза коллегам, Попов поднялся с кресла и покинул гримерку. Антон проводил Арсения взглядом и зажмурился, когда за тем захлопнулась дверь. Не успев услышать, что хотят сказать парни, он вскинул руку, звякнув кольцами, прерывая все их слова. — Пожалуйста. — Взявшись за бок, наверное, уже по привычке, а может он все же продолжал болеть, Антон поднялся с кресла. Не успел он дойти до двери, когда вошёл Павел и позвал всех на сцену. Шоу прошло не так весело, как обычно, народ требовал Антона в шокерах и красной комнате, не желая видеть Арсения в паре с Сергеем, но разглашать проблемы здоровья артиста никто не намеревался. И все же, несмотря на недовольство в парах, зрители были рады видеть новые виды импровизаций, такие как «Опции» и «Детектив». Так что овации в конце шоу были заслуженными, а публика удовлетворённой.***
Арсений уходил один из последних, когда, проходя мимо кабинки охраны, услышал разговор ведущего. Замедлив шаг, любопытный Попов попытался расслышать о чем говорил мужчина. — Наймём ещё пару человек для охраны и поставим камеры тут, тут, ещё вот здесь. — Командовал голос Воли. — И вот здесь, чтобы захватывало тот участок, через который она прошла. — Отвечал ему мужчина. — Ага, в самый раз. Ладно дурнушка одна прошла, а если кто серьёзнее. Парни с каждым днём становятся популярнее, за ними глаз да глаз нужен, чего только ситуация с Антоном стоит, бедный парень. В общем и целом, ты меня понял, камеры, усиленная охрана, все дела, без доплаты не останетесь. Работайте. Задумавшийся Арсений чуть было не попался Павлу, но вовремя успел спрятаться за углом. Что же так насторожило ведущего, что потребовались дополнительные меры безопасности? Погруженный в собственные мысли, Попов не заметил, как вышел со студии и опомнился, лишь когда его обступил сумрак вечернего Санкт-Петербурга. Прикрыв глаза, парень сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с духом. Возвращаться в пустую квартиру, где каждый сантиметр стен напоминал о тех временах, когда Арсений был счастлив, было пыткой, и с каждым одиноким вечером Попов ловил себя на мысли, что ещё немного, и он сойдёт с ума.***
— Ты как, Арс? — Парень вздрогнул, когда рука Сергея легла на его плечо. Теперь, когда они не были под прицелами объективов, Попов наконец мог сбросить маску и обнажить истерзанную душу. — Херово, Серёг. — Уронив голову на грудь, Арсений зажмурился, боясь поднять взгляд и увидеть в глазах Матвиенко сочувствие. Тогда Попов точно не сможет держать под контролем чувства, и самообладание окончательно покинет его. — Можно я поживу у тебя, пока не подыщу новую квартиру? Я больше не могу туда возвращаться. Не сказав ни слова, Сергей забегал по кнопкам, и через пару секунд в директ Арсения прилетел адрес. — Жду тебя в любое время, приятель. — Сжав плечо парня, Матвиенко заглянул в глаза Попову, и в его взгляде отразилась решимость. — Ты не один, Арс. Я рядом.***
В последний раз оглядев место, которое стало ему домом, Арсений шумно выдохнул и медленно побрел к выходу. Который раз за этот год он бежит от самого себя, надеясь, что там, в неизвестности, ему будет лучше? И сколько раз эта заезженная пластинка вновь пойдёт по кругу? Спускаясь к такси, Попов лишь на мгновение замер у почтовых ящиков и, не раздумывая ни секунды, бросил ключи в один из них, обрывая последние пути к отступлению.***
— Представляешь, Серёг. Связаться со мной… Ик… Было самой большой ошибкой в его жизни. — Криво усмехнувшись, Арсений налил очередной стакан и залпом опрокинул его в себя, поморщившись от горечи, обжигающей горло. Под столом уже валялась пустая бутылка с виски, купленная Сергеем для поддержания серьёзного разговора, а с этой Попов приехал сам, по дороге выпив почти половину содержимого. — Вот такая нахуй любовь. — Пьяные глаза Арсения, красные от слез, уже давно не могли фокусироваться, но парню, казалось, было на это плевать. Он рассказывал об их разрыве с Шастуном уже, наверное, раз пятый, и каждый раз Матвиенко слушал его, не перебивая и стараясь сдерживаться от гневных комментариев. Когда Попов потянулся за бутылкой, его локоть соскользнул, и он рухнул бы под стол, если бы не Сергей, вовремя подхвативший друга. — Пойдём, Арс. — Закинув руку парня на плечо, Матвиенко почти волоком довёл его до гостиной, где для Попова уже была подготовлена постель. — Я не люблю тебя. Так, сука, и сказал. — Уложив Арсения, Сергей сел на край дивана и стал мягко поглаживать его по волосам. По щекам Попова вновь покатились слезы, и парень сжал в кулаке край пледа, поджимая колени к груди. — Нам этот ваш Арсений нахуй не нужён. — Сквозь ткань раздался всхлип, и Сергей выдохнул, чувствуя всю боль друга. В этот момент Матвиенко больше всего хотелось найти Шастуна и разбить тому лицо, выместив всю ярость за то, что тот в который раз причинил Попову боль. Но вместо этого он мягко гладил Арсения по голове и тихо повторял, что все будет хорошо. — А я ведь люблю его, Серёг. — Голос Попова постепенно затихал, и вскоре парень провалился в беспокойный сон, тенями блуждающий по его лицу. Только убедившись, что Арсений крепко спит, Матвиенко, поправив плед, выскользнул из комнаты. Сев за кухонный стол, он устало потер виски, после чего взял телефон. «Какой же ты мудак, Шаст.»***
Антон уже спал, когда телефон издал оповещение. Ослеплённый светом экрана, он посмотрел на сообщение от Матвиенко. Шастун предполагал, что Арсений все тому расскажет. Ну и пусть считает так, пусть считают как хотят. Лишь осознание того, что его любимый цел и невредим успокаивало, а на остальное наплевать. Вдаваться в подробности, жаловаться на жизнь и на проблемы он никому не собирался. Так что ответив коротко «Ага.», он проверил ещё раз будильник и провалился в сон.***
Следующим днём Антон наблюдал за помятым, явно после алкогольной ночи, лицом Арсения. Ещё по студии сновали туда-сюда работники охранных служб, а команде представили новых охранников. Снова съёмки, снова шутки, но в душе Шастуна все было не то, все было не так, но никуда от этого он не мог деться. Отработав и получив аванс, Шастун решил первым делом сначала заехать в бывшую квартиру и заплатить остатки долга перед хозяйкой. Конечно, он мог бы передать деньги Арсению или вообще, быть последним подонком и скинуть долг на него, но он не такой. Поэтому с твёрдым намерением заплатить только за квартиру и, в случае чего, держать нейтралитет, он поднимался в квартиру. По привычке заглянул в почтовый ящик и заметил вторую пару ключей. В изумлении вскинув бровь, Антон прошёл к двери. Открыв квартиру, он обнаружил, что она абсолютно пуста, до самой последней мелочи. Не было даже ни намёка на чьё-либо присутствие. Зачем-то Шастун кивнул сам себе головой и закрыл дверь. Поднявшись на несколько этажей выше к хозяйке, он передал деньги и обе пары ключей. Попрощавшись, он навсегда покинул ранее родной дом. У подъезда его встретила Ира, скрестив руки на груди. — Думал, я не буду в курсе, если ты к женишку побежишь? Так вот, он отсюда свалил, а куда, я тебе не скажу. — Самодовольно усмехнулась она. — Вот ты дура, а. Если мне надо, я с ним в студии при камерах и зрителях ебаться буду, тебя не спросив. А сейчас я отдал долги, дорогая моя. — Съязвил Шастун, доставая сигарету. Девушка обвила вокруг его локтя свои руки и стрельнула глазами. — Что, Антош, может в клуб? — Прижавшись щекой к его плечу, она прикрыла глаза. Антон с минуту подумал, пока выкуривал сигарету, а затем сплюнул и кивнул. — Похуй, пошли. — Единственным его желанием сейчас было — напиться и забыться.***
К клубу они подкатили на такси, Антон сразу в толпе потерял Иру, чему был несказанно рад, поэтому направился к барной стойке. Пропуская шот за шотом, он жаловался бармену на то, как несправедлива сука-жизнь. Тот советовал оторваться в танце, поэтому прибавил музыку на всю и протянул ещё один шот за свой счёт, высыпав туда какую-то порошкообразную смесь. — Станет легче, дружище, а теперь вперёд — на танцпол! Сначала Шастуну было весело прыгать под музыку, освещённому яркими бликами, кричать знакомые тексты и кружиться по кругу так, как кружилась его голова. В глазах моргали разноцветные блики и пузырились шарики. Но, когда веселье спало, он закрылся в отдаленной кабинке и орал что есть мочи, сидя на крышке унитаза, разрывая сердце от тоски по Арсению.
