Вечность горьких объятий

Стоя в ванной перед зеркалом, темнокожий парень оценивал свой внешний вид. Противные мешки под глазами, слипшиеся на лбу волосы, глаза горели красным огнем и уже не могли выдавить из себя хоть каплю. Голова кружилась, его окутала сильнейшая дереализация, ноги были ватными и единственное что служило ему опорой, так это белоснежная раковина, от которой он так часто отмывал багровые пятна. Ледяная вода привела в чувства и по телу пробежала дрожь, голова загудела, будто организм отрезвел после дикой дозы алкоголя. Вытирая лишнюю влагу полотенцем, Эмиль уткнулся в него лицом, стоя с закрытыми глазами и падая в сон. Он готов был заснуть где угодно, где было мягко и тепло. Но нельзя. Он уже знал, как начнет "доказывать" что-то своему любимому Диме, который сейчас нежился в уютной и теплой кроватке. Стараясь издавать как можно меньше шума, Иманов осторожно вошел в спальню, закрывая за собой дверь и оставаясь стоять возле нее в полной темноте. Спали они в одной комнате, на одной кровати, только по разным её краям, но сегодня он кое-что поменяет. Эмиль, стараясь ни обо что не споткнуться и ничего не задеть, прошел к кровати и медленными движениями лег на свою половину. Взгляд был устремлен в потолок. Одеяло было занято. Он все никак не мог решиться и провалялся в таком положении еще минут пятнадцать, собираясь с мыслями и всеми силами держа организм в разуме. Наконец, он приступил. Поворачиваясь лицом к спине, наверное, уже спящего Дмитрия, он неуверенно приблизился. Немного дрожащей рукой он подковырнул одеяло и поднял его край, залезая под него полностью. Одеяло было не таким большим, поэтому Эмиль прижимался грудью к чужой спине, это было непривычно, но только в его пользу. Парень осторожно прикоснулся к талии Димы, немного захватывая её ладонью и обнимая. Сердце пробивало в груди дырку от непонятных ощущений. Если бы в комнате не была кромешная тьма, был бы виден этот румянец на темных щеках. Неожиданно, Масленников дернулся и схватил тонкое запястье, обездвиживая его. Все тело передернуло, будто кипятком облили. - Что ты делаешь? Дмитрий даже не оборачивался и наверное даже не открывал глаза, задавая четкий и прямолинейный вопрос. Хриплый, такой строгий голос. Эмиль хоть и растерялся, но смог взять себя в руки и ответить. - Ты хотел, чтобы я доказал свои слова, - сквозь пелену страха, игнорируя зажимающую его руку, парень крепко обнял теплое и большое тело, прижимаясь к его спине щекой. - я это и делаю. Дима был как большая, мягкая подушка. Эмиль даже не подозревал, что с ним так приятно обниматься. Он чувствовал это только второй раз, но уже хотел чувствовать всегда и везде. Масленников, недолго подумав, убрал руку и не задавал больше никаких вопросов. Это была первая ночь, когда он заснул довольно быстро. Сам по себе он любил объятия, но никогда не делал этого перед сном. И то, что добавляло красок в этот момент, то что Эмиль сам обнял его. Взял, прижался и крепко держит. Наверное именно тогда он и узнал, что такое бабочки в животе. Но в ту ночь Дима не смог понять этого чувства, поэтому не придал ему слишком большого значения, проваливаясь глубоко в сон.