You will forever be mine

***

Сальваторе сидела в машине Клауса, наблюдая за пасмурной погодой за окном. Вампирам предстояла длинная дорога через штаты. Гибрид прощался с разбитым Марселем, прося присмотреть за домом, но он так сильно был подавлен смертью Давины, что явно не был вовлечен в диалог. — Едем, — уверено сказал гибрид, заводя машину. Изи все думала о брате и никак не могла сосредоточиться на чем-то другом. Клаус понимал её, поэтому не поднимал тему случившегося и просто молчал. Девушка думала о том, как бы побыстрее приехать и помочь Деймону. Майклсон не хотел возвращаться в Мистик-Фоллс сам и не хотел отпускать девушку домой, но ничего не оставалось, как ехать вдвоём на родные земли. — Почему мы не могли выбрать более быстрый способ добраться до Мистик-Фоллс? — нарушила вампирша тишину. — Я так захотел, — твердо ответил мужчина. Вздохнувшая девушка отвернулась обратно к окну, по которому молотил сильный дождь. — Не переживай за Деймона. Я помогу ему. Клаус едет помочь ему лишь из-за Изабеллы. Та не простит, если Деймон умрет, а единственный, кто мог ему помочь — не помог. Гибрид улыбнулся мысли, как помогал Сальваторе в первый раз. Как Изабелла просила его. Как Стефан пошёл на сделку ради семьи. Ему грели душу эти воспоминания. Въехав во двор дома Сальваторе, она почувствовала некоторый холодок по коже, взглянула на Клауса, и тот все понял. Они стояли нескольких минут у машины, смотря в пустоту, и у обоих было одно и то же воспоминание в голове. То, что разрушило жизнь. — У меня нет к тебе чувств. И никогда не было. Ты трус, Никлаус. — Перестань. Врать. — древний не хотел этого слушать. По нему били эти слова. Зачем она их говорит? Чтобы ранить? — Это не вранье. Я не люблю тебя, Клаус. Ну и зачем я вру ему? Майклсон встал как вкопанный. Слова режут слух, режут сердце, жизнь. Он смотрел лишь ей в глаза и все, что ему сейчас хотелось: остановить её, не дать уехать. — Останься, — прошептал мужчина, но девушка забросила чемодан в багажник и, сев за руль, выехала за пределы поместья Сальваторе. Вспоминая это, Изи даже не могла представить, что когда-то будет снова стоять на этом месте вместе с Ником и думать о том, что когда-то тут случилось. Вампирша аккуратно открыла дверь в дом. Из дома сразу повеяло теплом и какой-то жизнью. Повеяло доброй атмосферой и яркими воспоминаниями. Девушка с опаской переступила порог, за ней более уверенно вошёл Никлаус. Оба встали в ступор, когда увидели сидящего на диване Аларика. — Рик… — не успел Майклсон опомнится, как Изи оказалась в объятиях Зальцмана. Он уткнулся ей в плечо и широко улыбался. — Как такое возможно? — Я не один тут, — мужчина кивнул куда-то влево за её плечо, где в углу стояла с бокалом вина Лекси. — Боже… Сальваторе обняла погибшую подругу. Веяло невероятно чистыми воспоминаниями. Лекси обошла дважды по кругу девушку, рассматривая её и то, каким хорошим вампиром она стала. Именно этому Лекси её и учила. Пока Изабелла стояла и разговаривала с давно погибшими друзьями, Клаус находился почти при входе и наблюдал за этим зрелищем. Он был рад, что хоть на какой-то миг девушка увиделась с теми, кого безумно любит и кого потеряла. — Где мои братья? — У Стефана выпускной. А Деймон увел куда-то охотника. Обеспокоенно взглянув на Аларика, девушка понимала, что им с Клаусом лучше поспешить. Времени может осталось не так много. Как только Рик сказал возможные варианты обитания Деймона, Сальваторе, закатив глаза, на вампирской скорости вылетела из поместья в поисках брата. Семейные узы. Вот что всегда связывало и будет связывать её с этими людьми. Что бы они не сделали. Как бы не поступили. Она всегда будет возвращаться туда, где семья. Сальваторе всегда была рядом с братьями. На протяжении почти двух веков они были вместе, лишь изредка расставаясь. Хорошо ли это? Хорошо быть постоянно возле своей семьи и постоянно решать появившиеся проблемы? Стефан и Деймон всегда считали её своим ангелом хранителем. Вампирша всегда появляется в нужный момент. Поляна. Водопад. Изабелла резко остановилась, увидев брата. Клаус затормозил чуть дальше нее, но не упускал из виду. — А ты как обычно, Деймон. Герой-спасатель, — ехидно улыбнулась девушка. — Любимая сестра. Вернулась все-таки… — прохрипел старший брат, засияв как только увидел родную сестру. Девушка хоть и злилась на семью, но была невероятно счастлива увидеть брата живым. — Изабелла? — позвал её незнакомый мужской голос, но как только Сальваторе обернулась она увидела перед собой старого знакомого, от которого сбежала несколько лет назад. — Изи, ты сказала, что уже видела знаки с пуль. Где? — спросил заинтересованный Стефан, уставившись на обескураженную сестру, которая совершенно не хотела рассказывать об этом. — Да. Несколько лет назад у меня был роман, — трое вампиров ошарашенно взглянули на девушку, пока она делала вид, будто не заметила этот жест. — Ты ничего не говорила об этом, — уточнил брат. — Это неважно уже. Он охотник на вампиров, как я позже поняла. Это было в Бостоне. Мы познакомились в баре, какой-то период времени встречались. — Кто он? — спросила Бекка. — Один из пяти. Я сбежала от него, как только увидела оружие. Ничего интересного. — Вон? — перед ней стоял абсолютно живой охотник, направляя пистолет в сторону Деймона. Гален Вон — сверхъестественный охотник на вампиров и член Братства Пяти, который не возражал против того, чтобы оказаться на вершине пищевой цепи. Как и его товарищ по Братству, Коннор Джордан, Гален очень хорошо выполнял свою работу и был известен тем, что использовал изобретательные приспособления для охоты на вампиров. В какой-то момент своей жизни Гален получил Метку охотника и стал членом Братства Пяти. Гален охотился на вампиров большую часть своей жизни, но этого никогда не было достаточно, чтобы завершить татуировку на руке. Он встретил Изабеллу в баре в Бостоне, когда та пыталась найти тех, кто хоть что-то подскажет почему она снова человек. У них завязался роман, но Гален даже не подозревал, что его девушка — бывший вампир. Во время охоты на вампиров в Колорадо его встретила Катерина Петрова, которая предложила ему помощь в нахождении Сайласа и исполнении его сверхъестественного предназначения. Уже зная о Метке охотника и Лекарстве, она работала с Галеном и рассказала ему о месте захоронения Сайласа. Новоиспеченный охотник Джереми Гилберт завершил свою собственную Метку охотника, убив Кола Майклсона, древнего вампира и, следовательно, всю его родословную, после чего собственная метка Галена завершилась и стала видимой для других людей. Увидев девушку, Вон все понял. Он направил пистолет в сторону вампирши, и не задумывшись, выстрелил в неё деревянной пулей, смоченной в слюне оборотня. Не успев опомниться, Сальваторе схватила за руки появившегося на вампирской скорости перед ней Клауса, в спину которого в итоге влетела пуля. Девушка ошарашенно подняла на его взгляд. — Ник! Сальваторе ужасно испугалась за него. Это было так неожиданно и смело. Рык Клауса пронёсся эхом по долине. Не став медлить, вампирша вынула пулю из спины, отбрасывая в сторону. — Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Клаус. — Да… спасибо. Ник с гневом обернулся к Вону, тот стоял и ничего не понимал. Майклсон уж было хотел напасть на охотника, но Сальваторе его остановила. Вампирша на скорости оказалась перед ним, касаясь руками груди. Лишь от одного прикосновения древний выдохнул и взял себя в руки. Изи с надеждой посмотрела на него и улыбнулась, Клаус смягчился и обернулся к Деймону. — Ну привет, дорогуша! — Майклсон присел на корточки напротив Деймона и, надкусив запястье, протянул умирающему. Сальваторе смотрел на него с такой благородностью и благодарностью. За всем этим зрелищем наблюдали Вон и Изабелла. Брюнетка с гневом оборачивается к охотнику. Но ее злобы не было предела, несмотря на то, что теперь с братом все хорошо. Он не только чуть не убил Деймона, он чуть не убил её саму и Клауса. Подлетев к Галену, девушка выбивает пистолет из рук и хватает за горло, чуть приподнимая над землёй. — Ты не убьешь меня ведь… — Почему это? — уверенно спрашивает вампирша. Теперь за ними наблюдали уже Клаус и полностью здоровый Деймон. — Нас так много связывает… — прохрипел он. — Тебе это не помешало… — Ты вампир. Давно? Как такое возможно? — Гален действительно не понимал, как девушка может являться сестрой Сальваторе, но при этом он знал, что она не была вампиром, когда они встречались. Охотник проверял все по несколько раз. — Удивлена, что ты не знаешь моей истории. — Ты. Не. Убьешь. Меня. — все снова и снова повторял мужчина в надежде, что это спасёт его от рук вампира. — Ты и так мёртв, Вон. Никто не смеет трогать моих родных! — озлобленно проговорила девушка и, свернув охотнику хрупкую шею, сбросила тело вниз, в холодную бурляющую воду. — У нас проблема… — проговорил Деймон, сожалеюще смотря на сестру. — Эта? — Сальваторе показала лекарство, которое на последок забрала из кармана охотника. — Проблема решена. Не выдержав такой сильной разлуки с сестрой, Деймон подошел и обнял Изи, вдыхая сладкий запах ее волос. Вот этого им обоим не хватало. Семьи. Клаус, стоящий в нескольких метрах от них, улыбался. Улыбался, что хоть что-то хорошее произошло за последние дни. Это действительно радовало. Да и у Майклсона появилась надежда на прощение. Ведь если девушка простит братьев, то и его когда-нибудь тоже. Сколько бы времени это не заняло. Он готов ждать вечность.

***

Между Изабеллой и Стефаном было порядка метров пяти. Старший Сальваторе стоял как вкопанный, не веря своим глазам. Его сестра. Его жизнь. Вдохновение. Маленький луч света сейчас стоит перед ним. Вампир оставил сестре тысячу сообщений и звонков за все время её отсутствия. Но ни на одно не получил ответа. А сейчас она просто стоит перед ним. Живая. Здоровая. Стефан знает и понимает, как сильно предал доверие сестры. Знает, что разбил ей сердце. Сохранив секрет одного человека, он предал доверие другого. — Я обещал ему. — Вот и оставайся с ним! А я уезжаю. Каждый миг, вспоминая все это, буквально приходится лезвием по сердцу, терзая душу. А сейчас видя её тут, вся боль куда-то ушла. А сама Изабелла, смотря на брата, вспоминала все то прошлое, что он так тщетно пытался скрыть вместе с Клаусом от нее. Вспоминала и к горлу подступили слезы. Они буквально душили её. И не давали спокойно жить. Каждую ночь она выходит на улицу, мечтая проснуться от этого ужасного сна. Сна, в котором она не участвует в жизни братьев. В котором она не знает живы ли они вообще. Сна, в котором она всеми силами пытается ненавидеть Клауса, но ее так и тянет к нему. Сна, в котором она хочет снова быть с ним. Снова сокрушать врагов. Снова идти рука об рука с гибридом. И не думать о последствиях. Сна, в котором гордость и обида стоит выше чувств. Она хочет простить его. Хочет, но не может. Если она это сделает, то даст понять, что такое вообще можно простить. А такое нельзя забыть. Нельзя забыть, как у тебя отняли часть жизни. Как вычеркнули лучшие годы жизни из памяти. Заставили все забыть. Как убили дорогих людей. Такое нельзя забыть. И это с каждым днем все больше и больше пугало, не давало спокойно спать, ведь как только ты закроешь глаза — увидишь то, что видеть совсем на хочется. Сальваторе-младшая готова сейчас всеми силами благодарить Елену, которая сама ей написала. Ей и Клаусу. Написала, что Деймон умирает и только гибрид может помочь ему. Ведь именно благодаря этому сообщению вампирша поняла, как много для неё значат эти люди и что все обиды и пожитки прошлого не стоят жизни близких. Ведь сам Деймон бы не написал, а сообщения и звонки Стефана Изабелла просто игнорировала. Чувства зашкаливали, и слеза скатилась по лицу Изи. Заметив настроение сестры, Стефан двинулся к ней. Но очень аккуратно, так как понимал всю остроту их нынешних отношений. Но ответный порыв брюнетки очень удивил Сальваторе. Не прошло и секунды как вампирша сама налетела на брата. Он прижал её к груди, поглаживая правой рукой волосы сестры. Она обняла его так сильно, будто это последний раз. Хотя знала, что теперь это точно не последний раз. — Прости… прости меня, — прошептал Стефан на ухо Изи. Вампирша на миг взглянула в его глаза, а после снова обняла. Должно пройти время, чтобы она окончательно простила и отпустила ситуацию, но сейчас ей и так хорошо.

***

Гостиная поместья Сальваторе кипела жизнью. На диване расположились братья Сальваторе, Изабелла, Клаус, Лекси, Аларик и Елена. Это был первый и последний раз, когда все сидят в таком составе. Это были самые близкие люди для Изабеллы. И сейчас сидя тут, она была действительно счастлива. Полностью и безоговорочно. Конечно, столь тёплая компания быстро разбежалась выяснять отношения между собой, но это не делало этот день хуже. На диване тихо и мрачно сидел одинокий и расстроенный Стефан, вслушиваясь в разговор Деймона и Елены, которая признавалась ему в любви. Изабелла медленно и бесшумно подошла к брату со спины и положила руку на плечо. — Кто теперь подсматривает? — но Стефану было настолько больно, что он сжал руку сестры и прижал к себе ещё сильнее. Вампирше было больно за брата. Очень больно. Но повлиять на это она никак не может. Как только Стефан собрался с мыслями, он положил тело Сайласа в машину и остановился напротив Клауса и Изи. Теперь их снова ждёт прощание. И никто не знает настолько долгой будет нынешняя разлука. — Иди сюда… — Сальваторе прижал к себе сестру, но смотрел он на Клауса, будто хотел что-то сказать, но не мог. Изи знала, что Стефан не вернётся. Хотя ей хотелось верить в обратное. Но это уже не её решение. — Пиши и звони почаще, — ехидно улыбнулась вампирша. Теперь все будет хорошо. — Конечно, родная, — вампир нежно поцеловал брюнетку в лоб. — Удачи, друг! — Клаус и Стефан обнялись. — Помни о нашем разговоре, — произнес последнюю фразу Сальваторе, прежде чем сесть в машину. Изабелла никак не могла сдержать эмоций и слезы сами капали вниз. Это невероятно больно… отпускать кого-то так далеко от себя. После прощания с Лекси, Стефаном и Алариком Изи не могла больше находиться дома. Поэтому Клаус не сразу нашёл её. Но он точно знал куда идти. Туда где все началось. Гора и обрыв, где она встретила Клауса почти два года назад. Сердце болело за брата. Ночное небо манило, а звезды на небе притягивали ещё больше. — Я не хочу, чтобы ты всю жизнь ненавидела меня… — неожиданно произнес Клаус, появившийся непонятно откуда. Он знал, что поступил правильно, стерев девушке воспоминания о себе, ведь именно это и спасло ей жизнь. Но в то же время… Он столько раз терял её и не был готов снова отпустить. — Я тебя не ненавижу, Никлаус… — спокойно ответила девушка, смотря куда-то вдаль. — Я поступил правильно. Ты ведь знаешь, кто я. Я эгоист. Я принял эгоистичное решение. Но я такой какой есть, меня не изменить, — он запнулся, ведь даже сейчас все эти слова давались ему с трудом. — И нет таких извинений в мире, которые охватят все то, в чем я виноват… но я хочу стать твоей последней любовью… — Майклсон не успел договорить фразу, как вдруг вампирша его перебила. Я готов ждать. Столько, сколько нужно. Только дай мне надежду. — Я знаю. Я все это знаю. Умерев с тобой, я чувствовала себя живой, настоящей. Но сейчас все иначе. Сейчас все изменилось, — Сальваторе помедлила. Раз удар по сердцу. Пыталась правильно подобрать нужные слова, дабы не подлить масло в огонь. — Я не задержусь надолго в Новом Орлеане. Два удар. — Скоро я уеду. Три. Убит окончательно.