You will forever be mine

***

— Скажи, что ты шутишь… — проговорила взволнованная Изабелла в трубку телефона, когда услышала, что пропали все, кроме Ребекки, Елены и Стефана. — Если бы. Когда мы вернулись с поисков Джереми, Шейна и Бонни тоже уже не было. Шейну нужны Бонни и татуировка Джереми, чтобы найти лекарство. И он смог увести их у нас прямо из-под носа. — А где тогда Деймон? За брата Сальваторе боялась больше всего, зная то, как он любит лезть на рожон. Это у них совместное. Оба постоянно попадают в какие-то передряги. — Мы поссорились. Я думала, он просто гуляет. Но когда мы пришли на пляж, увидели следы борьбы. — Что это значит? Изи стояла в доме Гилбертов, где буквально ночью умирала от укуса оборотня. Напротив неё, в гостиной, сидел довольный Клаус. Он сам даже не знал, чем был больше доволен: тем, что все потерялись на острове или тем, что Изабелла осталась жива. — Что кто-то напал на него и взял в плен, — высказала догадки Елена. — Думаешь, это был Шейн? — Нет, у него не хватит сил напасть на Деймона, даже учитывая элемент неожиданности. Ему помогает кто-то и, возможно, не один… — Как жаль, что я не могу вам помочь. — Может, ты сможешь помочь нам из дома? — предложила вампирша, расхаживая по берегу острова, где-то рядом стояли уставшие Стефан и Ребекка, переговариваясь между собой. — Что угодно, только скажи! — Шейн ищет лекарство, мы сможем найти его. У нас есть фотографии татуировки Джереми. Но мы не можем расшифровать карту. — Только если у вас не будет меча Клауса, — Изи взглянула на первородного, тот лишь громко усмехнулся, смотря прямо в глаза брюнетки. — Вот именно. — Он ни за что не отдаст меч! Где-то на фоне отголосками был слышен диалог первородной и Стефана, обсуждающих как добыть меч и расшифровать карту. — Если кто и заставит отдать его, только Изи… — твёрдо ответил Сальваторе. — Он ни за что не отдаст меч, даже Изи. — Клаус уже отдавал ей его. — Он боится, что мы используем лекарство, чтобы сделать его смертным. Да и не хочет, чтобы кто-то из нас испытал счастье стать человеком. — Может ему не придётся отдавать… Заклинание Бонни закрыло его в доме Елены. Он не может выйти. А метровый кусок металла мало где можно спрятать. — Я найду его. Не переживай. Просто пришли мне фотографии татуировки. Я найду меч и разберусь, — твёрдо ответила уверенная вампирша, которая уже побыстрее хотела разобраться с этим и увидеть семью дома. — Спасибо тебе, Изи. — Пока, — Изабелла положила трубку и сделала шаг в глубь дома, где мирно и тихо сидел Никлаус. Его лицо блистало, а на губах застыла довольная улыбка. — Нужна моя помощь, дорогуша? — прошептал Клаус, поднимаясь со спинки дивана. — Если скажешь, где меч — будет идеально, — но Ник так и продолжил молчать, что говорило само за себя. Он не собирался помогать и меч не отдаст, сколько не проси. Поэтому Изабелла решила поступить по иному и позвонила Кэролайн, а та попросила Тайлера, он в доме Клауса куда лучше ориентируется. Пытаясь оторваться от мыслей о прошедшей ночи, Сальваторе занялась поиском ответов на вопросы, касающихся татуировки Джереми. Бездельничал лишь Клаус, уставившись на вампиршу. Ему нравилось её смущать и мешать работать. — Лучше бы ты принял участие и помог, — тихо, но гордо проговорила девушка, даже не отрываясь от экрана ноутбука. Она чувствовала пристальный взгляд гибрида. — А вот и маленький сирота Локвуд, — отшутился Майклсон, как только на пороге показался Тайлер. Изабелла дернулась, но никак не отреагировала на появление гибрида. С ним была Кэролайн, поэтому ее никто не тронет. — Пришёл показать, насколько ты бессилен передо мной? — Пытаюсь помочь своим друзьям найти лекарство. Нашёл у тебя на чердаке, — утвердил Тайлер, показывая завернутый в какую-то тряпку меч. — Думаешь, найдя меч, ты стал ближе к лекарству? — Сам скажи. Я поиграл с рукоятью, повертел её и нашёл это, — он скинул какую-то накидку и оголил рукоять меча, на ней виднелись странные шрифты. Кэролайн замерла от удивления. — И что же это по-твоему? — Это криптекс, — ответила Сальваторе, поднимаясь с дивана и двигаясь в сторону стоящих гибридов. Все внимание было приковано лишь к ней. Клаус с восхищением смотрел на неё, а Тайлер и Кэролайн с удивлением и непониманием. — Поворачиваешь в разные стороны красным символом, на другой стороне получаешь перевод. Вообще, криптекс — это неологизм, придуманный Дэном Брауном в его романе «Код да Винчи» в 2003 году, который обозначает портативное хранилище, используемое для секретных сообщений. Это сложение слов «криптография» и «кодекс» — «вполне подходящее название для прибора, использующего науку криптологию в целях защиты информации, нанесенной на валик или свиток». Первый рабочий криптекс был создан в 2004 году Джастином Кирком Нэвинсом. Первый криптекс описан в романе как каменный цилиндр, содержащий «пять мраморных дисков размером с пончик, которые накладывались друг на друга и скреплялись между собой изящной медной полоской». Возможность заглянуть внутрь полого цилиндра исключали крышки, находящиеся на торцах. Каждый диск с вырезанным на нем алфавитом мог вращаться независимо от других таким образом, что в итоге из них можно было составить слово или комбинацию из пяти букв. Криптекс работает «по принципу современных комбинационных замков для велосипеда», и если вращать диски в правильной последовательности и собрать правильный пароль, то «внутренние тумблеры выстроятся так, как надо, и цилиндр распадется на части». Во внутреннем отсеке криптекса секретная информация, написанная на тонком папирусе, обернута вокруг хрупкого флакона с уксусом (в качестве меры безопасности от грубого взлома): если не знать пароль, но попытаться проникнуть внутрь силой — флакон разобьется и уксус растворит папирус до того, как он может быть прочитан. Изабелла немного рассказала истории, пока её не перебили. — С помощью магии интернета Елена прислала вот это, — проговорила Кэролайн, показывая распечатки фотографий, на которые Сальваторе и так смотрела все утро. Тошнит уже. — Осталось только расшифровать. Если захочешь помочь, не будем тебя останавливать! — Точно. Могу посоветовать с помощью магии интернета заказать англо-арамейский словарь в ближайшим книжном, — усмехнулся Клаус. — Что за арамейский? — поинтересовался гибрид Локвуд. — Мертвый язык. На нем не говорят с библейских времен, — пояснила Изабелла, присаживаясь на подлокотник дивана. — Видимо, родной язык Кетсии. Даже если бы у вас был лучший в мире словарь, на перевод уйдут дни, а может и недели. Клаус что-то проговорил на арамейском и улыбнулся, зная, что им все равно понадобится его помощь. Без него ничего не получится, сколько не пытайся. — Что это значит? — Если бы вы только говорили по-арамейски…

***

— Итак, — начала Кэролайн спустя часы. — Все готовы. Мы перевели все символы на татуировке. Чтобы войти внутрь нужен молодой человек. И красивый цветок. Это какой-то бред, — блондинка швырнула листки куда-то вдаль, ибо её они уже начинают злить, никакой точности. Куча вопросов и ни одного ответа на них. — Нет, — Клаус уже не выдержал и начал переводить. — Нужна могущественная ведьма и охотник в расцвете сил. — Что ты делаешь? — спросила недоумевающая Форбс. Тайлер стоял с открытым ртом, а Изабелла улыбалась на выходку Ника. — Я не должен объяснять свои мотивы, Кэролайн, — съагрился древний и перевел взор на другую вампиршу. — Изи, принеси сюда мой меч, — она послушно берет меч из рук Тайлера и подходит к Клаусу. — Сайлас лежит на дальней стороне. И смерть его у него под рукой. Лишь на миг первородный завис, переводя взгляд то на экран ноутбука, то на меч. — Поверни криптекс направо. Девушка уверенно, но очень аккуратно поворачивает направо, пока Ник её не останавливает. — Стой. Вершина рукояти открывает ключ к навигационной карте. Поверни её налево. Теперь поверни другую часть. Тут что-то ещё… Изабелла выполняет все указания гибрида, внимательно вникая в слова. Никлаус резко остановился и расплылся в довольной улыбке, забирая меч из рук девушки, он отходит чуть подальше и садится в кресло. — Что там, Ник? — спрашивает Сальваторе, подходя ближе к нему. — Что там, Клаус? — грубо проговаривает Локвуд, заметив хитрое лицо первородного.

***

— Привет. Это Кэролайн. Мы расшифровали татуировку. Отправляем вам карту и инструкции к ним. Спокойнее всего в гостиной сидели Изабелла и Клаус, они пили виски и наслаждались высоким напряжением Тайлера. Ему было не по себе. И возможно, он даже боялся. Теперь Клаус точно будет мстить. Но тот пока обдумывал новый план действий, как бы сделать похуже и побольнее. — Получила. Спасибо, — послышался голос Ребекки в телефоне. — Вообще-то это я помог. — Ник. Неужели. — Ты так удивлена, сестричка. — Конечно. Ты же не хочешь, чтобы я стала человеком, как и кто-то из нас. Зачем ты помогаешь нам найти лекарство? — Может я понял, что чем дольше стою у вас на пути, тем дольше вы меня ненавидите. Я хочу, чтобы моя сестра наконец обрела счастье. Клаус говорил это максимально искренне, и даже Сальваторе не могла понять серьёзно ли он или это очередная попытка насмехнуться над близкими людьми. — Солгавший раз, солжет и дальше. А ты солгал сто раз. — Больше никакой лжи. Никаких игр. Я надеюсь, ты будешь жить и умрёшь как пожелаешь. — Я тоже. — И ещё одно, Ребекка. Доза всего одна, — затороторил очень быстро гибрид. — Ты должна найти его первой. Это единственный способ! Тайлер попытался сбросить трубку, пока Никлаус все это проговаривал, но у него вышло только под самый конец. Теперь это окончательно проигрыш. Только не Клауса. Теперь проиграл Локвуд. Окончательно. Майклсон пойдёт мстить, как только выйдет отсюда. Будет мстить за предательство, за попытки убить, за попытку убить Изи. Поняв, что Клаус выиграл снова, Тайлер с грохотом поднялся с дивана и пулей вылетел на крыльцо, за ним ушла и Кэролайн. Изабелла через время вышла на улицу к гибриду и Кэролайн, та плакала, а Тайлер пытался её утешить, но у него не получилось. Изабелла прекрасно понимала вампиршу, они прощаются уже не в первый раз из-за Древнего, но это было не её решение, а на решение Клауса никто не может влиять. Если он решил убить его, он убьет. — Мне жаль, — проговорила Изабелла, подходя к ним ближе. Кэролайн посмотрела неё с такой болью, что внутри все разрывалось. — Изи, извини, — начал Тайлер, поднимаясь с качелей. — Я укусил тебя на эмоциях. Извини. Но Изабелла, ничего не ответив, направилась обратно в дом хотя бы попытаться убедить Клауса отпустить Тайлера ради Кэролайн. — Ты не можешь убить Тайлера, — утвердила девушка, закрывая входную дверь. — Не только могу, но и должен. Я должен поддерживать репутацию. Более того, я хочу. Типичный убийца Клаус Майклсон. — Я не прошу тебя простить его. Я лишь прошу позволить ему жить где-нибудь подальше отсюда. — То есть он будет жить счастливо, после того, как настроил всех гибридов против меня? Пытался убить меня. Пытался шантажировать меня твоей жизнью. Чуть не убил тебя. Сделал целью своей жизни поиски лекарства, чтобы использовать его против меня. — Мы все хотим найти лекарство, — напомнила девушка, все ближе подходя к мужчине. — Правда? Ты хочешь? — он делает шаг навстречу и оказывается лицом к лицу с ней. — Это неважно уже, — согласилась вампирша, уставившись на гибрида. — Доза всего одна. — Но если бы получила, ты бы не приняла? — Клауса волновал этот вопрос все то время, что они ищут это лекарство. Но он уже задавал этот вопрос. И уже слышал на него ответ, но все равно повторяется. Сам не знает зачем. — Ты предпочтешь остаться такой или стать такой, какой была когда-то? Тебе нравится быть сильной, нестареющей, бесстрашной. В этом мы похожи. Мы одинаковые, Изабелла. — Так покажи мне. Если мы такие одинаковые, прояви свое сострадание. Прояви милосердие, которое я когда-то проявила к тебе… — она выдыхает последнюю фразу так тихо, что будь Клаус человеком, он бы не расслышал. — Милосердие? Для Тайлера? — Древний начинал злиться, вены на висках начинали играть, а челюсть сжималась до невероятных возможностей. — Очень хорошо. Скажи ему немедленно уехать из города! И скажи, чтобы спрятался там, где я его никогда не найду! — Конечно… спасибо, — Изабелла уже собиралась выходить из дома, как вдруг её остановили слова Ника. — Передай ему, что это милосердие доровано ему ради тебя и только потому, что ты хочешь помочь Кэролайн, что я даю ему фору прежде, чем убить! Сальваторе улыбнулась и мигом вышла из дома сообщить новость Тайлеру, тот вместе с Кэролайн быстро удалились, оставляя брюнетку наедине со своими мыслями. Она уселась на качели и упала в мысли.

***

Клаус прав. Они одинаковые. Оба хотят остаться теми, кем являются и никогда не меняться. Наверное, это даже хорошо. Только человек, считающий себя плохим вампиром, захочет вернуться в бытие обычного человека. Если бы кто-то ей сказал раньше, что она будет искать общие черты с Клаусом Майклсоном, она бы никогда и ни за что не поверила в этот бред. Но сама сейчас сидит и думает, может, действительно они похожи так сильно? Может то, что они встретились не простое совпадение, а важное событие в их совместной жизни? Из мыслей она вылетела как только заметила открывающуюся дверь дома Гилбертов. Взгляд выходящего Клауса был устремлен к Изи, она, заметив его, встала с качелей. — Как ты вышел? — Боюсь, что-то плохое случилось с Бонни. — Ясно, — безразлично ответила вампирша, делая шаг назад, чем вызвала недоумения до стороны гибрида. — Не волнуйся, дорогуша, я никогда тебя не трону. Но она не боялась. Она знала, что он и пальцем её не тронет. Дело было в другом. В её чувствах. В доверие к этому человеку. Он столько раз спасал ей жизнь, хотя сам мог дать умереть ещё после танцев. Но он всегда рядом, всегда спасает, даже когда его не просят. И самое важное и главное, Клаус никогда не просит что-то взамен. Он делает все для этой девушки просто так. — Ты сделал достаточно. — Более, чем достаточно. Я проявил доброту. Прощение. Жалость… Ради тебя, Изабелла. Только ради тебя. Не услышав ответа, Никлаус развернулся и покинул крыльцо дома. Куда он пошёл, она не знала и не понимала. Сейчас она думала только об этом. Только о том, куда пошёл Клаус. Никто не интересовал её так, как он. Никто не вызывал в ней столько чувств и эмоций, как этот человек. Ненавижу постоянные мысли о тебе, Клаус! Возможно, это неправильно. И так нельзя. Но по-крайней мере тут девушка делает только то, что желает. Клаус всегда слушал её. Прислушивался и давал делать то, что девушка действительно хочет. Даже тогда, когда она спалила целый мотель, древний тихо и мирно стоял позади. Они смотрели на этот огонь вместе и молчали, а после он увёз её оттуда подальше. Блуждая по улице, вампирша не заметила, как подошла к особняку Клауса. Свет нигде не горел, а значит, что скорее всего гибрид так и не появился дома. Но ноги сами повели её внутрь. Ей так хотелось сейчас быть именно с ним. В доме стояла гробовая тишина, так будто жизни не было десятки лет. Ни малейшего шороха, звука, скрипа. Ничего не было. Одна тишина и пустота. Такая же пустота, как и в душе Сальваторе. — Ник… — тихо прошептала девушка, делая аккуратные шаги. Её не пугало это место, её пугала тишина и безжизненность этого места. Но тишина начинала поглощала изнутри, вызывая мурашки по спине. — Ты тут, Клаус? — и снова тишина. Она прошла вглубь дома, останавливаясь в гостиной, но так никого и не нашла. Она вгляделась в камин, вспоминая, как на этом месте Майклсон выгонял её из дома, потому что не доверял, думал, что та предала его и хотела убить. Но все оказалось ложью. Сальваторе пыталась предупредить, но у неё не вышло. Вампирша все-таки была одна в этом доме. Хорошо ли это? И где тогда Клаус? Почему не вернулся домой? Пошёл искать Тайлера? — Изабелла? — послышался голос откуда-то сверху, вампирша сразу направилась наверх, туда, где только что слышала голос. И теперь она уже стояла перед ним, смотря прямо в глаза, которые были еле видны под светом луны за окнами. Буря эмоций, бушующих у него в груди, вырывались наружу, заставляя испытывать различные чувства. Он устал бороться сам с собой. Бороться с чертовым желанием быть с ней. Бороться за малейшую крупицу этого счастья. Клаус просто хочет забрать её и уехать далеко отсюда. Навсегда. И никогда не возвращаться на место, где оба они родились. — Зачем пришла? — грубо спросил он, делая шаг вперёд. — Я чуть не убил тебя той ночью. Забыла? — Ну не убил же. — Решила повторить? Тайлера тут нет. Но есть я. И я тоже оборотень. Никлаус делает еще шаг вперёд и оказывается в полуметре от Сальваторе. Его тяжёлое дыхание выдаёт его. Он пытается оттолкнуть её. Снова. Не зная зачем. Я сам себя не понимаю уже! Клаус не хочет этого. Не хочет отталкивать. Не хочет, чтобы она уходила. Но это получается как-то по себе… случайно. — Убьешь меня? — произносит она, сглатывая и понимая, что рискует. — Убью, — угрожающе повторяет он. — Прежде, чем ты сделаешь то, что хочешь, позволь я скажу… — она пыталась набраться наконец смелости и посмотреть правде в глаза. Вампирша больше не хотела противоречить себе и своим желаниям. — Я хочу остаться с тобой. Хочу уехать с тобой, как только мы разберёмся с лекарством, — она сделала паузу, пытаясь сфокусироваться. — Я уеду с тобой, если ты не передумал связываться с такой проблемной, как я. Клаус застыл на месте, не в силах даже сдвинуться. Он замер и забыл как дышать. Данная фраза рухнула на него, как снег на голову. Майклсон совсем не ожидал такого. Он хотел быть с ней, хотел увезти с собой, но он не думал, что та в итоге сможет отказаться от всего… и снова покинет город с ним. — Подумай об этом на досуге. Она разворачивается и уходит. Не глупи, Клаус. Никлаус подрывается с места и хватает девушку за руку, разворачивая к себе лицом. Он был готов вечность смотреть в эти глаза, наблюдать за её реакцией, но сейчас он хочет лишь одного. Древний целует её и, ловя ответный поцелуй, подхватывает её на руки, по коже Клауса пробежались мурашки от такого страстного ответа. Через пару секунд они уже были в спальне. Он сел на кровать, притягивая брюнетку к себе, но она грациозно начала снимать с себя рубашку, пуговицы вслед друг за другом оголяли шикарное тело девушки. Он был в шоке… ужасном шоке. Его сердце стучало так, как будто собиралось вот-вот выскочить и разбиться вдребезги. Все внутри скручивалось в морской узел, который никто не способен развязать. Эта девушка удивляла его каждый раз все больше и больше. Клаус встает, как только футболка оказывается на полу, он разворачивает девушку к себе спиной и медленно проводит большим пальцем по позвоночнику, чем вызывает мурашки по коже вампирши. Его руки потянулись к застежке бюстгальтера и оголили ее безумно красивую грудь. Сам садится на кровать и пододвигает девушку к себе. Он медленно целует шею, спускаясь все ниже, покрывая поцелуями спину. Руки тянутся вниз, к бедрам, стягивая джинсы. А она невольно стонет. Клаус опускает её на кровать, нежно расцеловывая оголенную шею. Его сильные руки медленно переместились на талию и прижали ее к крепкому торсу, где знатно ощущались кубики пресса. Он прижал Изабеллу к себе и снова поцеловал — медленно и максимально нежно, так как давно не целовал. Ей нравилось как он целовал ее: грубо, потом нежно, и снова грубо, ласкал, как шептал ей на ухо о том, какая она красивая и замечательная. Она была в восторге. Клаус восхищался ею. Изабелла так страстно отвечала ему, что он готов был всю свою жизнь доставлять ей удовольствие, лишь бы видеть её настоящие эмоции рядом с ним. Видеть её такой… счастливой. Клаус шептал ей самые искренние слова в мире. Шептал о том, как она прекрасна и как он хочет, чтобы она была с ним. Древний навис над ней, вглядываясь в довольный взгляд, и страстно поцеловал, а через секунду одним рывком вошёл в нее и замер, наслаждаясь её громкими стонами. Майклсон медленно начал двигаться, покрывая лицо, шею и грудь вампирши поцелуями. Давно он не наслаждался этими моментами. Он не помнил, когда даже видел эту девушку в таком виде. Наверное, сотню лет назад. Сотню лет назад он наслаждался ею, как сейчас. Сотню лет назад он целовал её также страстно, как и сейчас. Сотню лет назад он был безумно влюблен в эту девушку, точно также как и сейчас. Его темп медленно ускорялся. И только сейчас он вспомнил, что такое заниматься любовью. Не просто сексом, а именно любовью… тонуть в этих глазах, гладить тело и получать эту эйфорию… эти незабываемые чувства. То чего так давно не было в его жизни. Ник зарылся в её волосах и позволил себе кончить, как только оргазм получила вампирша. Выйдя из девушки и скатившись с нее, гибрид тяжело отдышался, а после нежно накрыл губы Сальваторе своими и целовал до тех пор, пока воздух в легких не кончился.