Чародейка

После событий выходных, несмотря на то, как плохо закончился званый обед, Элайджа остался мертвым из-за хитроумного плана, на который Аделине было наплевать. Первородный вампир больше не представлял угрозу для её семьи, и это главное. Тем не менее, она все еще злится на Деймона за то, что он не рассказал ей план. Но сейчас все это не имеет значения, потому что сейчас она занимается любимым делом. Если и есть что-то, чем дорожит Адель, так это сон. Будучи дочерью горничной, ей обычно приходилось рано вставать, чтобы помогать матери и сестрам по хозяйству. Это было занозой в ее заднице целых шестнадцать лет. Честно говоря, она не очень часто спала. Однако те несколько ночей, в которых она решила полноценно отдохнуть, она дорожила. Вот почему, когда Стефан входит в ее спальню и отдергивает шторы, выпуская поток резкого солнечного света, она больше всего на свете хочет выбросить его из упомянутого окна. — Нет, — она кричит, швыряя в него подушкой и прячась под одеялом, — Уходи, Стефан. — Теперь ты живешь в Мистик Фоллс, — улыбается Стефан, подходя к её шкафу, — И у нас с Деймоном есть репутация, которую нужно поддерживать. Я учусь в старшей школе, а поскольку ты моя младшая сестра, то и ты теперь тоже. — Черт возьми, нет. — У тебя нет выбора. — Мне все равно. Оставь меня в покое, прежде чем я превращу тебя в одну из белок, которых ты ешь на завтрак. — Ха-ха, — закатывает глаза Стефан, бросая сестре какую-то одежду. Она ловит их магией, стягивает простыню с головы и швыряет обратно в Стефана, — Кроме того, ты на самом деле никогда не ходила в среднюю школу. Считай это опытом. — У меня больше квалификаций, чем у любого из учителей в этой школе, — ворчит девушка, но тем не менее вылезает из постели. Она знает, что слова Стефана содержат правду. Если она хочет остаться в Мистик Фоллс, то должна соблюдать правила. — Итак, ты помнишь свою историю о том, почему ты здесь? — спрашивает Стефан, плюхаясь в плюшевое кресло, пока Адель протирает заспанные глаза. — Да, да. Мне шестнадцать, самая младшая из Сальваторе, вернулась из школы-интерната в Европе, — зевает она, закатывая глаза, — Хотя для меня это не совсем понятно. На деле, старше тебя. — То, что ты обратилась, когда тебе было восемнадцать, не делает тебя старше меня. — Делает. — Как угодно. Если тебе от этого станет легче, мы можем сказать, что ты пропустила класс вперед, — пожимает плечами Стефан, — В любом случае, так лучше. Таким образом, если нам нужно будет сгруппироваться, у нас будет похожее расписание. — Боже, Стеф, для меня это все так по-детски, — стонет Аделина, потирая лицо и падая обратно в постель, — Средняя школа — это система, в которой детей, лишают сна, сажают на стул на семь часов подряд, кормят тупой информацией только для того, чтобы пойти домой и повторить процесс на следующий день. Вот почему я никогда не ходила туда, а сразу писала дипломы. И ты хочешь, чтобы я соблюдала нормы общества, когда они, очевидно, что идиотские. — Ты слишком драматизируешь, — закатывает глаза Стефан, вставая, — Одевайся! Мы скоро выезжаем. Аделина пускает последний громкий стон раздражения, но тем не менее встает и хватает одежду, которую подобрал Стефан. Пятнадцать минут спустя она одета в молочно-бежевый плащ, трикотажную белую блузку и в мини-юбку. После как минимум пяти попыток ей, наконец, удается собрать свои кудри в «легкий» пучок, и она решает, что довольна своим внешним видом. Нанеся макияж, надев солнцезащитные очки и обувь Аделина готова сыграть старшеклассницу. Собирая сумку для книг на предстоящий день, ведьма-вампир не может не задуматься о том, что принесет ей весь этот «школьный опыт». Честно говоря, хотя она никогда бы не призналась в этом Стефану, Адель не совсем ненавидит идею посещения старшей школы. В любом случае, у неё никогда не было нормального подросткового опыта. Однажды, в 50-х годах, она попыталась пойти в среднюю школу. Учитывая, что в то время в стране все еще был полный беспорядок, а дискриминация все еще была очень серьезной проблемой, это был не совсем лучший опыт. В любом случае, теперь, когда существует равенство, Адель может себе представить, что ходить в школу будет терпимо. Особенно если учесть, что ей нравится узнавать что-то новое. Как только она кладет в сумку пенал, Аделина слышит панический голос Елены, доносящийся из комнаты Стефана. Нахмурившись, она выпрямляется и снова слышит голос Елены. Но более спокойный. Два голоса. Нет. О черт возьми, нет. В одно мгновение Адель устремилась в комнату Стефана, её сердце упало, а гнев взял верх, когда она увидела то, чего боялась. Кэтрин Пирс. *** — Ты, должно быть, шутишь, — первые слова из уст Аделины, когда она стоит у входа в комнату, наблюдая, как две версии Елены смотрят друг на друга сверху вниз. Было совершенно очевидно, кто из них Кэтрин, но Адель должна была похвалить Елену за то, что она изо всех сил пыталась скрыть страх, который был очевиден в ее темных глазах. — Адюня, — Кэтрин оборачивается, ухмылка играет на ее губах, когда она внимательно наблюдает за Аделиной, — Мне было интересно, когда ты собираешься присоединиться к нам. — Братья, — Адель пытается сохранить голос, даже мрачно глядя на двойника, — Пожалуйста, назовите мне хотя бы одну вескую причину, по которой я не должна убивать эту дьяволицу прямо сейчас. — Что она здесь делает? — спрашивает Елена, скрестив руки на груди. Деймон, глядя на Кэтрин, отвечает: — Когда мы убили Элайджу, внушение потеряло силу и она освободилась. — Как это вообще возможно? — Адель хмурится, все еще раздраженная. Она всегда ненавидела Кэтрин, даже до того, как узнала, что она вампир. Она видела, как легко одна женщина встала между братьями, и ненавидела это. Не говоря уже об увлечении Дэймона ею более века. Это раздражало, если честно. — Он Древний. У них есть много необычных способностей, — отвечает Кэтрин, поглаживая перо в руке. — Я не хочу, чтобы ты была здесь, — сердито поворачивается Елена к Стефану, — Уберите ее отсюда! — Я могу это сделать, — Аделина делает шаг вперед, её глаза сияют. Глаза Кэтрин слегка расширяются, прежде чем она быстро приходит в себя. Она оборачивается к Елене. — Я нужна тебе, Елена, — Кэтрин бросает многозначительный взгляд на Адель. — Нужна всем вам. — Я лучше вырву себе позвоночник, — хором отвечают все Сальваторе. Кэтрин все равно продолжает. — Мы все хотим одного и того же… Смерти Клауса. А вы все здесь, бегаете, как цыплята с отрезанными головами. — Забавно, что ты используешь эту аналогию, поскольку я как раз планировала отрезать тебе голову, Кэти, — с притворной милостью отвечает Аделина. Кэтрин закатывает глаза. — Нам не нужна твоя помощь, — отрезает Елена. Кэтрин усмехается, — Ты знаешь, где Клаус? Когда он придет, как он выглядит? — Я слышала, что он блондин, — Адель понимает свою ошибку, как только она это говорит. Деймон не стал зацикливаться на этих словах, а вот Стефан хмуро смотрит на нее. Она надеется, что он, возможно, забудет об этом, но Аделина знает, что ее старший брат умнее. — Если ты что-то знаешь, скажи это или уходи, — ворчит Деймон. Кэтрин пожимает плечами, скрестив руки на груди. — Хорошо. Тогда я просто пойду в бар и пообедаю... — она смотрит на Елену, — Может, тетя Дженна свободна перекусить. Аделина перерывает минутное молчание: — Я уверена, что мы справимся и без тебя, — огрызается она, поднимая руку. Глаза Кэтрин расширяются, когда воздух в ее легких начинает медленно исчезать, пока она задыхается на полу. Брови Дэймона удивленно поднимаются, но Стефан делает шаг вперед. — Стоп. Как бы нам не хотелось признавать это, но она действительно будет полезна. — Да, может быть, для стрельбы по мишеням, — бормочет Адель, но останавливается. Кэтрин глотает воздух, глядя на сестру Сальваторе. — Сука. — Вампирская шлюха. — Хорошо! — Стефан поднимает руку между ними, зная, что они могут продолжить эту перепалку на несколько часов, если им позволят, — Нам нужно в школу. Деймон, присматривай за Кэтрин и постарайся не убить её. — Ни за что, — хмурится Адель, скрестив руки на груди, — Я тоже остаюсь. — Нет, — качает головой Стефан, — Нам больше не нужны драки в доме. Хотя она хочет остаться, чтобы присматривать за Кэтрин, Адель неохотно следует за своим старшим братом и его девушкой за дверь. Но не раньше, чем бросит грязный взгляд на Пирс.

***

Хотя Стефан предложил подвезти, Адель предпочла поехать на своей машине. Быть Сальваторе означало иметь странную одержимость старинными автомобилями, и она ничем не отличалась. Когда Адель въехала на парковку школы Мистик Фоллс в своем элегантном серебристом кабриолете Jaguar E-Type 1969 года выпуска, она заслужила немало любопытных взглядов. Она на самом деле получает от них удовольствие. Её братья потратили довольно много времени на создание репутации таинственной, но интригующей пары в городе, и она здесь, чтобы соответствовать этому. И это будет не сложно. У нее было достаточно практики. — Классная тачка. Но у меня тоже не плохая. Не хочешь как-нибудь прокатиться со мной, малышка? Аделина закатывает глаза от последнего комментария какого-то паренька, выходит из машины и идет туда, где стояли Стефан и Елена, обняв друг друга. — Боже, — она с отвращением морщит нос, — Меня сейчас стошнит. — Умеешь ты портить трогательные моменты, сестра, —Стефан закатывает глаза на сестру, отстраняясь от Елены. — Адель, сегодня вечером я собиралась устроить девичник с двумя моими подругами. Кэролайн Форбс и Бонни Беннетт — я думаю, ты встречалась с ней. Ты… хочешь присоединиться? — неуверенно спрашивает Елена, пока они идут к школе. Помирившись со Стефаном, он рассказал ей почти все, что мог, об сестре. И из того, что Елена собрала, он был довольно близок с Адель. Так что ее одобрение, очевидно, имело значение, и Елена хотела оказаться на ее стороне. Вампирша вежливо улыбается ей, понимая, что она пытается сделать, и не проявляя к этому особого интереса, — Я в порядке, спасибо. В любом случае, Кэтрин посмотрю позже, — пожимает она плечами. Как только все трое входят в школу, Адель замечает идущую к ним блондинку с ярко-голубыми глазами и хмурым лицом. — Боже, Мэтт иногда так сбивает с толку, — стонет она, прислонившись к белому шкафчику. Словно впервые заметив Аделину, она выпрямляется и быстро озаряет её доброй улыбкой, — О! Привет, я Кэролайн. Ты новенькая? — Кэролайн, это Аделина, — представляет Елена, доставая несколько книг из своего шкафчика, — Сестра Стефана и Деймона. — Приятно познакомиться, — вежливо добавляет Адель, наклоняясь вперед и пожимая ей руку. Глаза и улыбка Кэролайн расширяются. — Вау, у Сальваторе есть сестра? — удивленно повторяет она, крепко пожимая ей руку, — Так ты тоже вампир? — Аделина приподнимает бровь, не ожидая, что этот светловолосый подросток что-то знает о вампирах. — Вроде того, — кивает она, глядя на Стефана. — Кэролайн тоже вампир. Недавно обращенная, — объясняет он. — Да, спасибо Кэтрин, — Кэролайн закатывает глаза, фыркая. Адель легко смеется. — Рада видеть здесь еще одного члена клуба ненавистников Кэтрин. Я начинаю думать, что Стефан смягчился над ней. — Нет! — Позвольте мне убить ее, тогда я пересмотрю свою точку зрения, — подталкивает его Адель.