Чародейка

Глаза Аделины медленно открываются, солнечный свет падает на ее лицо. Она садится, стонет от пульсирующей боли в голове. Но боль ничто по сравнению с её голодом. Растущая пустота сжимает ее живот, и она практически чувствует запах мешков с кровью внизу. Кто-то перенес ее спальню, а на прикроватной тумбочке лежат ее ожерелье и телефон. Как давно она вышла? Этот голод кажется таким, будто она не ела несколько дней. Схватив свой телефон, Адель включает его и задыхается. Прошло почти два дня с тех пор, как она потеряла сознание. Выругавшись, она выхватывает свое ожерелье и неохотно застегивает его на шее, вставая, чтобы пойти взять немного крови. Устало протирая глаза, Аделина спускается по лестнице и уже собирается свернуть в подвальный коридор, когда останавливается, заметив Дэймона, стоящего перед окном. Ее глаза расширяются от шока, когда он снимает свое кольцо Дневного света и позволяет солнцу обжигать свою кожу. Слишком слабая, чтобы использовать свои силы, Адель подбегает к своему брату и хватает его, они падают на пол вдали от света. — Отстань от меня! — Деймон отталкивает ее, глядя на нее, — Когда ты проснулась? — Что, черт возьми, ты делаешь? Ты сошел с ума? — она внезапно останавливается, ее глаза широко раскрыты, — Это Елена, не так ли? Она умерла во время ритуала, так что теперь вы обращаетесь к самоубийству как к единственному варианту. Как человек, который попробовал этот путь, я не рекомендую его. — Елена не умерла, — Деймон хватает свое кольцо с пола, — Ты многое пропупустила, сестра. Короче говоря, ритуал удался. Дженна мертва, Елена — человек, и мы все живем, чтобы видеть Клауса в образе большого злого волка, — прищурившись, смотрит на него Аделина. — Тогда скажи мне, о мудрейший, почему ты пытаешься сжечь себя заживо? — Деймон хмуро смотрит на нее, отводя взгляд, — Деймон? Что ты мне не договариваешь? — Его укусили, — брат и сестра поднимают глаза, когда Стефан входит в комнату, глядя на Деймона, — Тайлер. — Кто такой Тайлер? — Аделина устало трет глаза. Имя звучит знакомо, но она слишком голодна, чтобы сосредоточиться. — Локвудский оборотень, — объясняет Деймон. Аделина замирает, потрясенно глядя на брата. — Но это значит… — Я умираю, — заканчивает Дэймон, вставая, — И я не планирую умирать мучительной смертью, поэтому я решил, что уйду спокойно. — Ты не умрешь, — рычит Стефан, хватая Деймона и ускоряя его вниз к подвалу. Аделина не следует за ними, все еще позволяя словам братьев дойти до ее сознания. Она провела почти 160 лет со Стефаном и Деймоном. И мысль о потере одного из них пугает ее больше всего на свете. Она не может этого допустить. Стефан уходит, чтобы попытаться найти лекарство, советуя сестре остаться и присматривать за Дэймоном. Сначала она пошла в свою оранжерею, чтобы создать смесь, которая сделала бы этот процесс для него максимально безболезненным. Смешав несколько трав, она возвращается в подвал, когда у её брата появляются первые галлюцинации. Он несколько раз бормочет имя Кэтрин, отчего Адель вздыхает. — Деймон, выпей, — она ​​аккуратно хватает его за голову, заставляя смесь пролиться ему в горло. Он задыхается от вкуса, грубо отталкивая ее, — Я пытаюсь помочь, дурак. — Чем? Кормишь меня крысиным ядом? — Деймон кашляет, глядя на нее снизу вверх. Она ухмыляется. Он вернулся. — Конечно, крысиный яд, — легко смеется она, быстро запирая дверь, прежде чем он успевает выйти. Аделина сидит в кресле, которое она поставила возле подвала, высасывая из своего четвертого пакета кровь, читая книгу мертвой ведьмы, у которой она одолжила её несколько лет назад. В ней должно было быть что-то, что содержало ответ. — Так почему ты так долго спала? — Деймон хмыкает, садясь, прислонившись к стене. Адель пожимает плечами. — Понятия не имею. Но моё предположение, что Талисман хотел подождать, пока ритуал не будет завершен, — она перелистывает страницу, — Это означает, что Клаусу пришлось пройти через полную трансформацию. Кто ещё знает, что тебя укусили? Аларик знает? — Конечно, знает. У Рика, наверное, сейчас самое лучшее время в жизни. У него есть повод меня ненавидеть. Из-за меня погибла Дженна,— хмурится Деймон. Аделина поднимает глаза, закрывает книгу и наклоняется вперед. — Эй, — Деймон смотрит на нее, встречаясь с её взглядом, — Ты не умрешь сегодня, слышишь меня? Мы найдем способ спасти тебя. — Осторожнее, Адюня, — ухмыляется Деймон, — Я могу начать думать, что ты на самом деле заботишься обо мне. Через мгновение Аделина вздыхает, проводя рукой по волосам, — Хочешь, я позвоню Елене? — Уже планируешь мое прощание? — Деймон смеется, — Признайся. Я умру. Я смирился с этим, теперь твоя очередь. — Заткнись, Деймон, я серьезно, — рявкает Аделина, глядя на него, — Я же говорила тебе, что ты не умрешь. — Не звони Елене, — Деймон игнорирует ее замечание, закрывая глаза, — Она потеряла свою тетю. Я не хочу, чтобы ей пришлось беспокоиться о потере кого-то еще. — А ты? — А что я? — Ты любишь её, — Адель хмурится, — Ты должен сказать ей. — До того как я умру? — Клянусь Богом, ещё раз это скажешь, я сама убью тебя. — Выглядишь не очень, — брат и сестра поднимают глаза, когда Аларик входит в подвал. Старший Сальваторе пожимает плечами. — Мне хуже. Мое подсознание преследует меня, и моя сестра думает, что кормление меня отвратительными зельями поможет, — Адель закатывает глаза, вставая. — Кстати говоря, я должна пойти сделать ещё кое-что. Достать еще несколько книг, — она поворачивается к Аларику, — Ты останешься здесь, внизу, с ним? — Конечно, — кивает он. — Рад видеть, что ты проснулась. — Я тоже, — она кладет руку ему на плечо, поджимая губы, — Я сожалею о Дженне. Она была хорошим человеком, — он молчит на ее слова, благодарно кивая. Аделина бросает последний многозначительный взгляд на Деймона, прежде чем уйти в свою оранжерею. Девушка стоит перед своим столом для смешивания, измельчает травы и проклинает себя, когда слеза скатывается по ее щеке. Это может случиться. Дэймон может умереть сегодня, и она ничего не сможет сделать. Она уже пыталась связаться любыми контактами с ведьмами, которые у нее были. Большинство из них ответили ей, сказав именно то, что она уже знала: от укуса оборотня нет лекарства. Любой вампир, которому не повезло встретить волка, обычно умирает через несколько дней. Адель слышала о Роуз, вампирше, которая умерла до того, как она приехала в Мистик Фоллс. А теперь и Деймона ждала та же участь. — Аделина! — она вырывается из своих мыслей, услышав встревоженный голос Аларика, и бежит к входу в оранжерею, чтобы найти его стоящим там, тяжело дышащим, — Шериф пришел за Деймоном, он вышел. — Черт возьми, — ругается Аделина, оглядываясь на свои смеси, — Куда он идет? Мне нужно остаться здесь и попытаться найти кое-что. Ты можешь справиться с этим? Аларик кивает, выхватывая свой телефон и поворачиваясь, чтобы пойти позвонить. Аделина вздыхает, кусая губу. Через несколько часов она сидела на земле, окруженная кучей книг и заклинаний, листая свою пятидесятую книгу в поисках чего-то. Что-то должно было быть. Это не могло быть концом Деймона Сальваторе. Телефонный звонок прерывает ее чтение. Она вздыхает, увидев номер Аларика, — Пожалуйста, скажи мне, что ты нашел его. — Не совсем так. Джереми застрелили, когда он пытался добраться до Деймона. — Это Элизабет, черт возьми, застрелила его… — Это было недоразумение, — перебивает ее Аларик, — Деймон все еще на свободе. Тебе придется найти его, — ругаясь, Аделина вешает трубку. — Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам, — бормочет она себе под нос, хватая свой плащ и ключи. Она честно думала, что на поиски Деймона уйдет больше времени, но Елена оказалась довольно громкой крикуньей. Аделина не слишком удивлена, обнаружив, что Дэймон питается выбивающимся из сил двойником на городской площади. — Деймон! — Адель подбегает к ним двоим, отрывая своего брата от девушки Гилберт. Он выглядит потрясенным, когда смотрит на нее, его рот залит кровью. — Адель? — слезы наворачиваются на его глаза, когда он обхватывает ее щеку, — Я думал, они убили тебя вместе с остальными Вебер... — Аделина нежно хватает его за руку и качает головой. У него галлюцинации. — Я жива, — улыбается она, — Давай отвезем тебя домой, хорошо? — Деймон кивает, слегка покачиваясь, прежде чем потерять сознание. Адель вовремя ловит его, перекидывает руку через плечо и тащит к машине. Как только он усаживается на свое место, она поворачивается к Елене, — Ты в порядке? — Д-да, — кивает Елена, все еще прикрывая рукой шею, — Аделина, он умрет? — Адель молчит, ее сердце слегка падает при словах Елены. — Не знаю, — честно отвечает она тихим шепотом, — Но ты нужна ему, Елена. — Я знаю, — кивает Елена, направляясь к машине, — Давай вернем его в дом.

***

— Вот, дай ему это, — Адель подходит к кровати Деймона, где Елена плачет, держа его за руку, — Это приглушит боль. Хотя бы немного. — Нет, я больше не буду пить твою мерзкую жижу, — Деймон морщит нос, слабо отворачиваясь. Адель смотрит на него. — Ты предпочитаешь страдать? — Я твой брат. Я и так всю жизнь страдал, — она закатывает глаза, когда Деймон издает легкий смешок над собственной шуткой. — Приятно видеть, что даже находясь при смерти, ты находишь время шутить, — Елена наблюдает за этим, слезы все еще текут по ее лицу. Она рада, что Аделина здесь. Если Деймону суждено умереть, будет лучше, если его окружат люди, которых он любит. — При смерти, это громко сказано, — Адель резко оборачивается, и ее взгляд темнеет, когда она видит Кэтрин, прислонившуюся к дверному проему и выглядящую как всегда самодовольной. — Убирайся, — Адель указывает пальцем на Кэтрин, _ Никто не заслуживает того, чтобы видеть твоё лицо, пока они умирают. Без обид, Елена. — Хорошо, думаю, я могу уйти, — Кэтрин с ухмылкой держит маленький пузырек с кровью, — Но мне придется взять с собой лекарство. — Это лекарство? — брови девушки приподнялись. Кэтрин кивает, проходит мимо нее и садится с другой стороны от Деймона. — Кровь Клауса, — удивленно переглянулись Адель и Елена. Кэтрин сужает глаза, глядя на Елену, — Я думала, ты умерла. — Была, — отвечает Елена, вытирая слезы. Кэтрин пожимает плечами, поворачиваясь к Деймону, который смотрит на нее в замешательстве. — Тебя отпустили? — Ага. Наконец-то, — улыбается она, поднося флакон к губам Деймона, — Но я была должна тебе. С плеч Адель спадает груз, когда Дэймон пьет кровь Клауса, и его рана начинает заживать. Теперь с ним всё будет в порядке. Он будет жить. — Где Стефан? — спрашивает Елена. Кэтрин наклоняет голову к человеческой девушке. — Тебе интересно? — Где он? — рычит Адель. Кэтрин могла помочь Деймону, но у них не было времени на ее игры. — Он за это платит, — Кэтрин держит флакон, — Теперь он принадлежит Клаусу, — Я бы не ждала его в ближайшее время. — О чем ты говоришь? — Аделина хмурится, ловя пузырек, который Кэтрин бросает ей, — Зачем Клаусу нужен Стефан? — Кэтрин задумчиво постукивает по подбородку. — Хм, я не знаю. Может быть, потому что Стефан больше не в себе? — при ее словах Адель замирает, ее кровь стынет в жилах. Она сглатывает, делая шаг к Кэтрин. — Скажи мне, что он этого не делал, Кэтрин, — в глазах Пирс появляется намек на редкое сочувствие в ответ на вопрос Аделины. — Прости, Адюня, — искренне говорит она тихо, — Он сделал это, — с этими словами Кэтрин убегает. Адель в шоковом состоянии смотрит на то место, где когда-то стояла Кэтрин, её сердце бьется всё чаще и чаще. Этого не может быть. Он бы не стал этого делать после всего. Не после прошлого раза. — Что она имеет в виду, что Стефан не в себе? — Елена отчаянно смотрит между братом и сестрой, — Адель? Что происходит? — Стефан ушел, — голос вампирши срывается, когда она говорит. Она очищает его, делая дрожащий вдох, — Не утруждай себя его поисками, Елена. Тот Стефан, которого ты знала, ушел. И он не вернется. Адель думала, что ее самым большим страхом была потеря братьев. Но она ошиблась. Стефан становится Потрошителем. Вот это был её самый большой страх.