Чародейка

— Деймон, перезвони мне, или, клянусь Богом, я подсыплю вербены в твой гель для душа, — Адель швыряет телефон на стол, потирая переносицу. Вернувшись домой прошлой ночью, она ждала, пока вернется Деймон, чтобы рассказать ему о том, что она увидела на складе в Чикаго. Однако он так и не вернулся. Позвонив Елене, она узнала, что он, вероятно, выпивал и все такое. Должно быть, он вернулся где-то утром, но, поскольку она крепко спала, она ничего не заметила. А теперь он снова ушел, уклоняясь от ее звонков по какой-то причине. Она воспользуется заклинанием-локатором, чтобы выследить его, но это дело не было первостепенной срочностью. Сегодня вечером у Локвудов была вечеринка, так что она там просто расскажет ему свои новости. Говоря о вечеринке, Аделина понимает, что ей еще нужно одеться. Примерно через час, когда она распутывала свои кудри и наносила нечестивое количество геля на свои волосы, ей удается собрать волосы в приличный конский хвост. Нанеся немного макияжа и надев черный комбинезон и длинное темно-зеленое пальто и направляется к своей машине. Как только она подъезжает к возвышающемуся особняку, Аделина с облегчением видит, что Деймон, Елена и Аларик стоят снаружи и спорят друг с другом. Как только она выходит из машины, Деймон хватает Аларика за шею и ломает ее, сопровождаемые протестами кричащей Елены. Закатив глаза, Адель подбегает к ним двоим прежде, чем Деймон успевает уйти. — Замечательно, — она поднимает бровь, глядя на мертвое тело Аларика,— На нем кольцо? — Очевидно, — усмехается Деймон. — Я звонила тебе весь день, — Аделина машет телефоном ему в лицо, хмуро глядя на брата, — Почему ты не брал трубку? — Он сломался, когда Клаус напал на меня, — ухмыляется Деймон, — Так сильно скучаешь по своему старшему брату? — Нет, придурок, мне нужно было сказать тебе кое-что важное, — взгляд Адель на мгновение останавливается на Елене, которая, кажется, либо не понимает намёка, либо просто не хочет уходить. Вздохнув, она продолжает, — Я следила за Стефаном и Клаусом прошлой ночью после того, как ты ушел. — Лицемерка, — Деймон закатывает глаза, — Ну и зачем ты вмешивалась в это? — Я не вмешивалась, — поправляет его Адель, хмурясь, — Мне просто нужно было понять, почему они в Чикаго. — И? Ты получила ответ? — Да, — сглатывает Аделина, — Деймон, я думаю, у Клауса есть сестра, — при этих словах старший Сальваторе запрокидывает голову и издает громкий стон. — Серьезно? Они просто появляются, как кролики, не так ли? — Убийственные, сумасшедшие кролики, но да, — соглашается Адель, сглатывая, — Но слушай дальше про сестру. Её зовут Ребекка. — Это имя должно что-то для меня значить? — Чикаго, 1922 год. Теперь помнишь? — шипит Аделина. Глаза Деймона расширяются от осознания, когда он втягивает зубы. — Год, когда ты пыталась убить Стефа. — Ты что пыталась сделать? — Адель медленно закрывает глаза от раздражения. Она знала, что должна была прогнать Елену, пока у нее был шанс, — Ты пытался убить Стефана!? — Это было давно, — пытается отмахнуться Адель, но, очевидно, двойник не позволит уйти от этой темы. — Зачем тебе пылась его убить? Что случилось? — Аделина и Дэймон обмениваются взглядами, прежде чем младшая поворачивается к Елене и качает головой. — Поверь мне. Это не имеет значения. — Но... — Это не относится к делу, Елена, — перебивает ее Деймон, хмурясь. Адель смотрит между ними двумя, чувствуя напряжение. Он поворачивается к сестре, — Так почему же Стефан бегал с Первородным в двадцатые годы? — Очевидно, они с Клаусом были лучшими друзьями, — саркастически возражает ведьма-вампир, — И у него с Ребеккой что-то было, — она не упускает из виду, как при этом падает лицо Елены, — Пока Клаус не стёр это из его памяти. — Зачем он это сделал? — Понятия не имею, — Адель скрещивает руки на груди, качая головой, — Но это объясняет, почему Стефан так и не рассказал мне о том, что случилось той ночью. Я предпологала, что он просто не хотел об этом говорить… — Но он просто не помнил, — заканчивает Деймон, цокая языком, — Ну, это здорово. Я добавлю это к растущему списку проблем. Мне нужно идти. Не могла бы ты отнести его обратно в дом? Он не ждет ответа, уже уходя от двух девушек. Адель гримасничает, глядя на тело Аларика, — Я ненавижу мертвых. Они такие отвратительные. — Смотри, — Елена поворачивается к ней, поджимая губы, — Мы с тобой не очень хорошо знаем друг друга, так что ты мне ничего не должна. Я это знаю. Но ты не думаешь, что мы все должны быть в курсе того, что происходило между тобой и Стефаном? — Елена, у тебя есть брат. Значит, ты знаешь, что братья и сестры дерутся, — пожимает плечами Адель, опускаясь на колени у тела Аларика, — Мы были в ссоре. — Когда мы в ссоре с моим братом, мы не пытаемся убить друг друга. — Подожди лет сто, я уверена, ты доживешь, — саркастически улыбается Аделина, хватая Аларика за руку и перекидывая через плечо, поддерживая его тело. Она встает, глядя на Елену, — Я думаю, Елена, ты не захочешь знать такую правду. Так что перестань спрашивать об этом.

***

— О, напитки, — Аделина идет за Деймоном в библиотеку, где он размешивает в стаканах два ледяных алкогольных напитка. Прошлой ночью она перенесла тело Аларика обратно в дом, где он все еще мертв на диване. И провела остаток ночи за чтением. Со своей вампирской скоростью ей удалось прочитать две новые книги и перечитать еще три. Вся эта ситуация со Стефаном и Ребеккой официально вызвала у нее стресс, а когда она в стрессе, она не может спать. Раннее утро, солнце едва пробивается сквозь занавески. Аделина тянется за напитком, но Деймон отбивает ее руку. — Это не для тебя, — он поднимает их и проталкивает мимо нее. Адель смотрит на него. — Рик все еще мертв. Это пропадет зря, — указывает она, — Не говоря уже о том, что прошлой ночью мне пришлось тащить его тело домой. Ты мне должен. — Он слишком долго в таком состоянии, — игнорирует ее Деймон, садясь рядом с Алариком, — Он вернется? — Какая ирония была бы, если бы ты убил своего лучшего друга? — Адель фыркает, подходя к Аларику и держа руки над его телом. Бледно-зеленый цвет ее глаз превращается в кружащийся фиолетовый. Через мгновение она шевелит пальцами и отстраняется, несколько раз моргая, — С ним все будет в порядке. Магия кольца Гилберта все еще работает. — Хм, — мычит Деймон, тряся стакан у головы Аларика. Напевным голосом он добавляет: Просыпайся! — словно по сигналу, глаза Аларика распахиваются, и он вздрагивает, задыхаясь, схватившись за грудь. — Ты убил меня, — широко раскрытыми глазами поворачивается Аларик к Деймону, который усмехается. — Ты вывел меня из себя. — Ты убил меня! — гнев очевиден в голосе Аларика, но вся ситуация просто заставляет девушку смеяться. — Как бы меня не веселила эта ситуация, я пообещала Бонни, что сегодня буду практиковать с ней заклинания, — она машет им двоим, — Постарайся больше не умирать, ладно, Рик? — Это не совсем зависит от меня!

***

После недели, что у нее была, Адель очень рада, что она уютно устроилась под своим одеялом, вентилятор работает на полную мощность, пока она читает старые книги о ведьмах. Дом пуст, Стефан и его новые приятели далеко, а в Мистик Фоллс все спокойно. А может и нет. Ей на самом деле все равно. Ее рингтон включается, когда имя Кэролайн вспыхивает на ее экране. Вздохнув, она откладывает книгу и берет трубку. — Кэролайн, я уже говорил тебе, подростковые вечеринки не совсем мое. — Здравствуй, любовь моя, — Адель напрягается из-за британского акцента, медленно садясь в постели. — Клаус, — она сглатывает, надеясь, что он не слышит через телефон стук ее сердца, — Что ты хочешь? — Немного волшебства, — отвечает он, — Я нахожусь школе с двойником и ее маленькими друзьями. Видишь ли, все лето мои гибриды умирали. У меня здесь ведьма Беннет, но, возможно, мы могли бы использовать немного старой доброй магии Чародейки, чтобы выяснить это. Теперь я советую тебе быстро добраться сюда, или я начну убивать вашу маленькую банду одного за другим. — Я тебе не помогу, — выплевывает Адель, — Они мне не друзья. Убей их. Какое мне дело? — А я думал, что был резок, — смеется Клаус, — У меня здесь и Стефан. Теперь, хотя я ценю, что твой брат находится под моим контролем, я убью его, если до этого дойдет, — добавляет он более мрачным, угрожающим голосом, — Иди сюда, или он умрет. Клаус вешает трубку, позволяя Аделине издать череду красочных проклятий, вскакивая с кровати. Конечно . Это Мистик Фоллс. Город, где мирная ночь так же редка, как летающие свиньи. По дороге в школу она чуть не наезжает на несколько знаков остановки, но в конце концов добирается туда и бежит по коридору, откуда слышит голос Бонни. — Аделина! — Мэтт, промокший до нитки и разговаривающий с Бонни, оглядывается через плечо друга и видит, как она бежит к ним, — Что ты здесь делаешь? — Привет, Мэтт, — мрачно улыбается ему Адель. Бонни смотрит между ними двумя. — С каких это пор вы друзья? — Нет, мы просто переспали вместе, — отмахивается Адель. — Что? — Слушай, это не важно, — качает головой вампир-ведьма, — мне позвонил наш любимый Первородный и сказал, что всех вас убьет, если я не придумаю, как исправить ситуацию с его гибридами. Пожалуйста, скажите, что у вас есть решение. Тут Аделина видет, что в глазах Бонни слезы, — это потому, что Елена все еще жива. — И как я сама до этого не догадалась — усмехается Адель, — Значит, мы сохраним жизнь Елене и позволим оборотню, который есть у Клауса, умереть. — Оборотень — это Тайлер, мы не можем просто позволить ему умереть, — возражает Мэтт. Адель приподнимает бровь. — Кто такой Тай... А оборотень Локвуд, который чуть не убил моего брата? Да какая разница? — Нам не все равно, — рявкает Мэтт, делая шаг вперед, — Он наш друг! Я знаю, что тебе трудно понять эту концепцию… — Боже, Мэтти, с каждым днем ​​я все больше и больше жалею о своем пьяном решении, — она отворачивается от них двоих, проводя рукой по волосам, — Мне просто нужна минута, чтобы подумать. — Тайлер умрет, не так ли? — Бонни задыхается, прикрывая рот рукой. — Я бы не был так в этом уверен, — все оборачиваются на голос Клауса и обнаруживают, что он небрежно прислонился к дверному проему, — Если у меня есть выбор, двойник или гибрид, я буду выбирать гибрида, — его взгляд переключается на Адель, — Думаю, ты бы мне не нужна была в конце концов. Адель подходит к нему, глубоко вздыхая. Она пожалеет, что сделала это, — Что, если... что, если смерть Елены - это не решение? — Клаус молчит, хмурится. — Объясни. — Послушай, это логика, а не магия, — сглатывает Аделина, делая еще один шаг к нему, так что их разделяет всего фут, — Элайджа сказал, что эта часть тебя была сдерживаема по какой-то причине. Я думаю, что двойник должен быть жив, чтобы гибриды вообще могли быть созданы, — Клаус усмехается. — Она была жива, но мои гибриды умирают. Как ты это объяснишь? — Да, вот чего я не могу понять, — девушка постукивает пальцами по губам, проходя мимо Клауса и шагая взад-вперед. По правде говоря, она точно знала, какое решение есть. Не нужно было быть сверхъестественным существом, чтобы понять, насколько простым был ответ. Вопрос в том, хочет ли она, чтобы Клаус знал? Он, вероятно, поймет это в любом случае, но есть очень маленький шанс, что он этого не сделает. Но если она не скажет ему, Стефан и оборотень Локвуд умрут. И есть очень большая вероятность, что их смерть может быть напрасной. — Часы тикают, милая, — нетерпеливо огрызается Клаус. Аделина оборачивается, глядя на него. — Я удивлена, что ты до сих пор этого не понял, — пожимает плечами она, делая шаг к нему, — Тебе не нужен мертвый двойник, чтобы сделать больше гибридов. Тебе нужна ее кровь. Клаус подбегает к Аделине, которая замирает и задерживает дыхание, когда он наклоняется к ней. На мгновение ей кажется, что он собирается ее убить. Оторвать ей голову прямо здесь и сейчас. Вместо этого на его губах появляется легкая ухмылка. — Спасибо, Аделина, — шепчет он, — Я очень надеюсь, что это сработает, — через долю секунды его руки тянутся вверх и хватают ее за шею, наблюдая, как она падает на землю, — Было бы обидно увидеть Стефана мертвым.

***

Аделина резко просыпается, задыхаясь. Ее сердце слегка болит, возвращаясь к ритму биения, шея пульсирует знакомой болью от того, что ее сломали. — Наконец-то. Тебя не было всю ночь, — она поднимает взгляд на Деймона, который входит в ее комнату со стаканом виски, — Вот. Тебе это понадобится. — Что случилось? Стефан жив? — Адель лихорадочно садится, игнорируя протянутую руку Дэймона. Он смотрит на нее смущенным взглядом. — Да, и раздражает больше, чем обычно, — Деймон ставит стакан на ее столик. — Клаус сказал, что убьет его, если мое решение не сработает, — облегченно вздыхает Аделина, потирая лоб. Она берет стакан и делает глоток напитка, — Что я пропустила? — Локвуд – официально второй гибрид, — Дэймон плюхается в кожаное кресло, — Стефан дома, но Клаус лишил его человечности, так что это будет раздражать. О, и я думаю, что мы, наконец, взяли верх над Древними. — Что? — Аделина давится своим напитком, удивленная более чем одним предложением, которое только что вылетело из уст Деймона. Она решает сосредоточиться на самом важном, — Что ты имеешь ввиду? — Ты когда-нибудь слышала о Майкле? — А должна была? — Очевидно, он единственный вампир, который знает, как убить Клауса, — объясняет Дэймон, — Он вампир, который охотится на вампиров, и единственное, чего боится Клаус. Потому что прошлой ночью я упомянул его, когда пошел за Еленой, — ухмыляется Деймон, наклоняясь вперед, — Адель, я впервые увидел в его глазах настоящий страх. Кем бы ни был этот парень, он пугает Клауса. Единственная проблема заключалась в том, что он спал — по словам Анны, его похоронила какая-то ведьма — ты её помнишь. Мертвая дочь Перл. — Боже, я ненавидела Перл, — ворчит Аделина, — Она всегда смотрела на меня, пока я убирала, будто я собиралась что-то украсть. Тут более громким голосом Деймон говорит: Надеюсь, ты не пытаешься шпионить за нами, Стеф. — Вообще-то, я только что вернулся домой, — взгляд Аделиня темнеет, когда в дверях появляется Стефан, ухмыляясь, — Эй, Адель. Ой, ты еще злишься на меня, не так ли? Да ладно, это было сто лет назад. — Заткнись, Стефан, — рявкает Деймон, вставая, — Пока один из нас не заставит тебя заткнуться. — Ох, Деймон — старший брат-защитник, — смеясь, Стефан притворяется испуганным, — Это действительно не подходит тебе, чувак. — Я не могу оставаться с ним в одном доме целый день, — бормочет Адель, ставя стакан и проходя мимо Деймона. — Куда ты идешь? — Деймон зовет ее вдогонку. — Школа. Честно говоря, Адель не собиралась идти в школу в этом году. У нее были планы просто пропустить последний год обучения. Но бесчеловечный Стефан под одной крышей с ней? Она бы предпочла сидеть и слушат, что Аларик бубнит с похмелья о Гражданской войне, чем быть рядом с этим. Учитывая изнурительную жару в воздухе, Адель выбирает легкое платье розового цвета с цветочным принтом и лоферы светлого оттенка, решив, что может просто запихнуть все свои смеси в свой рюкзак. Сама школа скучна, как и ожидалось. Наконец-то она понимает привлекательность летних каникул. Адель идет по коридору к истории, ее телефон прижат к уху, когда она разговаривает с Дэймоном. — Значит, она только что появилась? — Барби Клаус, по-видимому, бросил ее старший брат, — объясняет Дэймон по другой линии, — Что для нас просто солнце и радуга. — Тьфу. Ты не можешь попытаться выгнать Ребекку или что-то в этом роде? — Аделина стонет. Деймон усмехается. — Да, дай мне прямо сейчас написать мою предсмертную записку. Как дела в школе? — Ужасно. Думаю, я могла бы съесть свою учительницу математики — она сука, — закатывает глаза Адель. Деймон смеется на другой линии, — Есть новости от Кэтрин? — Ага. Все еще пытается разбудить Майкла. — Держи меня в курсе. — Конечно, — Аделина вешает трубку, вздыхая. Она скучает по тем дням, когда ее самой большой проблемой было добраться до работы вовремя. — Стефан, перестань! — взгляд Адель устремляется на голос Елены, ее глаза расширяются, когда она обнаруживает, что ее брат угрожающе прижимает Аларика к шкафчикам. Конечно, единственный человек, которого она пытается избегать, здесь. Она подбегает к ним троим, отталкивая Стефана от учителя истории, — Отстань, Стефан. Он усмехается над обезумевшим выражением лица, которое они все несут, — Увидимся втроем в классе, — девушка наблюдает за своим братом, когда он уходит. — Почему он здесь? — спрашивает она сквозь зубы, пытаясь (безуспешно) сдерживать свой гнев. — Клаус попросил его присматривать за мной, — устало протирает глаза Елена, — Это нехорошо. Мы должны что-то сделать. — Я думаю, что нет, черт возьми, — поднимает палец Адель, — Стефан отключил человечность. Поверь мне — ты не должна связываться с ним, когда он в таком состоянии. — Локвуд, — Адель плюхается рядом с Тайлером в классе и слегка улыбается ему, — Я не думаю, что мы официально знакомы, — Тайлер поднимает взгляд, приподняв бровь. — Ты Аделина — еще одна Сальваторе, верно? — И технически причина, по которой ты вообще сейчас жив, — Адель откидывается на спинку стула, — Пожалуйста, кстати. — Да, спасибо. — Так на что это похоже? Быть гибридом? — Аделина опирается на локоть и поворачивается к нему, — Я не могу представить, чтобы быть мини-Клаусом весело. — На самом деле это довольно круто, — усмехается Тайлер, пожимая плечами, —Я чувствую себя… могущественным. — О, — Адель цокает языком, — Это совсем не тревожно. — Не волнуйся, я не Клаус, — разводит руками Тайлер, — Но ладно, я его первый успешный гибрид. Это довольно круто, не так ли? — Аделина сужает глаза. — Значит... ты не ненавидишь Клауса за то, что он обратил тебя? — Ненавижу его? — Тайлер усмехается, — Он снял проклятие. Не то чтобы он мне нравился или что-то в этом роде, но не могу сказать, что не благодарен ему, — кивает Адель, сжимая губы в тонкую линию. Шестеренки в ее мозгу начинают вращаться, когда она позволяет его словам обосноваться. Что-то в Тайлере кажется… неправильным. Клаус чуть не убил его, но он благодарен. Аларик входит в класс, когда звенит звонок, официально начинается урок. Адель отключается, когда он говорит о коренных американцах, изо всех сил стараясь не обращать внимания на раздражающего Елену и Стефана, сидящих несколькими местами впереди. — А как же викинги? — Ты, должно быть, шутишь, — несколько голов поворачиваются к Аделине, когда слова вылетают из ее рта, но ей, честно говоря, все равно. Ребекка стоит впереди класса и мило улыбается Аделине. Аларик смотрит на неё, приподняв бровь, когда она садится на переднюю парту. — Нет никаких фактических доказательств того, что викинги поселились в Соединенных Штатах. Э… а вы кто? — он откладывает мел. — Меня зовут Ребекка. Я новенькая, — представляет она себя, — А история — мой любимый предмет. — Конечно, — ворчит Адель. Поскольку Стефан, а теперь ещё и Ребекка учились в старшей школе, ее день стал в десять раз хуже.

***

Адель распахивает дверь в квартиру Аларика и входит внутрь. Сегодня у нее довольно хорошее настроение. Мало того, что сегодня выходные, так еще и вчера она была полностью предоставлена ​​самой себе, без какого-либо раздражения со стороны товарищей Сальваторе или дерзких Древних. Судя по всему, в Мистик Фоллс была какая-то проблема с призраками, но это была не совсем ее проблема. Она не увидела никого интересного для неё. Однако, по-видимому, Деймон и Аларик нашли кое-что интересное прошлой ночью в старом подвале Локвуда, и им нужна была ее помощь. Поэтому она согласилась встретиться с ними утром в квартире Аларика. — Адюня, — Деймон улыбается ей, стоя напротив раздраженной Елены, — Пожалуйста, скажите нашей подруге-двойнику, что она ужасный боец. — Рик, что случилось? — Адель игнорирует его, проходя мимо учителя истории. Он стоит над своим столом, на котором разбросано множество фотографий и документов, — Вау. Что это? — Мы нашли это в подвалах, но я не думаю, что это принадлежит Локвудам, — объясняет Аларик, протягивая ей несколько фотографий. Аделина берет их, ставит сумку и хмурится. — Это древний язык — замечает она, садясь на свободный стул. — Ага, от викингов, — кивает Аларик, — Ты свободно говоришь?" — Я знаю кое-что из уроков, которые посещала в 40-х, — пожимает плечами Адель, щурясь на фотографии, — Кол... Финн... Ребекка... Эстер... подожди. Это Первородная семья? — Я так думаю, но это не самое удивительное, — Аларик тычет пальцем в фотографии, — Продолжай читать», — приподнимает бровь Аделина, но тем не менее возвращается к фотографиям. — Никлаус… хм, ужасное имя. Даже больше, чем Клаус, — усмехается Аларик над ее словами, — Элайджа… черт возьми, — она внезапно останавливается, выпрямляясь, — Майкл?! — Отец Первородных, — поправляет Деймон, ухмыляясь. — Майкл – их отец, — подтверждает Аларик, подсовывая еще несколько фотографий, — Эти говорят об оружии. Я думаю, это может быть оружие, которым он владеет, чтобы убить их. — Зачем ему убивать их, если он их отец?— Адель хмурится, поднимая глаза, — Он действительно так сильно ненавидел своих детей? Значит, это всё... их история Первородной семьи? — Ну, тогда давайте перейдем прямо к источнику, — Елена отталкивает от себя Деймона и подходит к столу. Адель кивает. — Вы идите и займитесь этим, а я останусь здесь с Алариком и продолжу расшифровывать это. Деймон и Елена идут выполнять свои задания, оставив Аларика и Адель одних, чтобы попытаться понять. Он протягивает ей учебник, чтобы помочь с переводами. — Это, — Адель тычет пальцем в символ круглой формы, — Я видела это раньше. Но где? — Аларик наклоняется к ней, изучает фото и хмурится. — Я тоже... — он берет фотографию, — Но я могу ошибаться. Подожди, дай мне позвонить Бонни очень быстро, — кивает Сальваторе, возвращаясь к учебнику. Бонни появляется позже, также показывая, что символ получен из ожерелья, которым владела Ребекка, и передан Елене, что означает ведьма. Спустя довольно много времени Аделина встает, чтобы позвонить Деймону, просто чтобы убедиться, что он не навлек на себя новые неприятности. — Адель, я сейчас немного занят, — раздраженно говорит он, отвечая на звонок. — Эй, где ты? — Аделина проводит рукой по своим кудрям. Она хмурится, когда Деймон молчит, — Что ты успел натворить? — Почему ты всегда думаешь, что я что-то сделал? — Потому что я знаю тебя, Деймон, и ты только и делаешь, что создаешь проблемы, — огрызается Адель, — А теперь ответь на вопрос. — Ну, знаешь, так получилось, случайно, что я заманил Майкла в город. — Что ты сделал?! — Я во всём разберусь, — с этими словами он вешает трубку. — Идиот, — ворчит она, запихивая телефон обратно в карман пальто. — Аделина, — зовет ее Аларик обратно к столу, — Елена закончила с Ребеккой. Думаю, у нас могут быть ответы.

***

— Кто ты, черт возьми? Обычно Аделина была бы немного более бдительна, если бы обнаружила незнакомца в своем доме, но в наши дни это становится все более и более распространенным явлением. Самый новый житель — светловолосый мужчина средних лет с глубокими морщинами и холодными голубыми глазами, наливающий себе напиток. Она только что вернулась с перевода с Алариком, ей нужно было начать готовиться к возвращению домой. Не то чтобы она хотела идти, но там будут ее братья, и она пытается присматривать за ними теперь, когда в город приезжает Клаус. — Майкл, — он прищуривается, глядя на нее, — Ты не полностью вампир. Кто ты? — Усталый и переутомленный вампир, — ворчит девушка, хмурясь, — Так ты тот печально известный отец Клауса, о котором я слышала. — Никлаус не мой сын, — огрызается Майкл, — Из-за этой мерзости я здесь. Чтобы убить его раз и навсегда. — Верно, — растягивает слова Адель, косясь на него, — Ну, я только за. Клаус злой, и я хочу, чтобы он ушел. — Я хотел, чтобы он ушел задолго до того, как он стал «великим злом», которым он является сегодня, — Майкл делает глоток ликера, — Этот ублюдок не принес мне ничего, кроме позора. — Поэтому ты хочешь его смерти? — Аделина полностью поворачивается к нему, скрестив руки на груди, — Потому что он тебе не родной? — Это осуждение я чувствую в твоем тоне? — Не поймите меня неправильно, я хочу смерти Клауса так же сильно, как и любой другой присутствующий здесь, — она поднимает руки, защищаясь, — Но желать его смерти из-за того, что твоя жена изменила тебе... Он не мог это контролировать, не так ли? — Древний подбегает к ней, разбивая стекло об пол. — Продолжай защищать это жалкое создание, и я подам твою голову на блюде, чтобы его собратья-мерзости могли полакомиться ею! — он рычит ей в лицо, — Как ты смеешь мне говорить такое. — Эй, расслабься, большой парень, — Деймон врывается в комнату, отталкивая Майкла от сестры. Он слегка поворачивает голову к Аделине, — Ты в своем уме? Ты посчитала разумным затеять с ним драку? — Ты должна послушать его, девочка, — свирепо смотрит старший Первородный, — Маленькая, хрупкая девушка, такая как ты, не должна пытаться затеять со мной драку. — Он раздражает больше, чем его сын, — шипит Адель, шлепая брата по руке. — Никлаус не мой... ! — Хорошо, мы поняли! — Адель перебивает его, — Ты ненавидишь Клауса, потому что тебе грустно, что твоя жена изменила тебе. Преодолей себя и отпусти эту ситуацию. — Что с тобой не так? — ругается Деймон, бросая на нее многозначительный взгляд, — Ты пытаешься убить себя? С каких это пор ты защищаешь гибрида? — Я не знаю. Но, будучи внебрачным ребенком, я просто не вижу в этом причины кого-то ненавидеть, — Аделина поддерживает зрительный контакт с Майклом, разговаривая с Деймоном, — Есть миллион причин ненавидеть его. Но эта не одна из них, — с этими словами она выбегает из комнаты, Деймон следует за ней. — Он помогает нам, — огрызается старший. Адель вздыхает, замедляя темп, чтобы он мог не отставать,— Попробуй, может быть, не злить его? А еще, не целовать задницу Клауса. — Заткнись, Деймон, — ворчит она, — Я презираю Клауса. «Тебе не обязательно быть любезной с его отцом. Просто держи свое личное мнение при себе, — Деймон щелкает ее по лбу, — Что с тобой случилось? Ты всегда думаешь мозгами, а не чувствами. Я думал, что это твоя фишка. — Все мое детство меня ненавидели другие дети, потому что я была результатом романа, — замирает Адель, поворачиваясь к нему, — Это больная тема для меня. Ты знаешь. — Просто веди себя хорошо, ладно? — Никаких обещаний, — ухмыляется Адель, поднимаясь по лестнице.

***

Около часа ушло на то, чтобы сделать ей макияж и подобрать наряд, и еще час на то, чтобы выпрямить упрямые кудри, но Адель наконец была готова. Она остановилась на атласном платье коричневого оттенка, которое было выше колен. Адель берет телефон и находит сообщение от Кэролайн. Вечеринку перенесли в особняк Локвудов. — Эй, Дэймон, я ухожу… тьфу. Фу, — она останавливается перед дверью в спальню, с отвращением глядя на иссохшее тело Ребекки, — Я действительно ненавижу мертвых вампиров. Почему они выглядят так отвратительно? — О, это все, Елена, — гордо улыбается Деймон, указывая на обеспокоенного человека. Она сидит, скрестив ноги, на кровати с виноватым видом. Брови Сальваторе взлетают вверх. — Правда? — она кивает, — Хорошо. Что ж, я пошла. Дай мне знать, когда придет время убрать Клауса. Аделина мчится к своей машине и заводит ее, немного превышая скорость, чтобы догнать Локвудов. Она стонет, когда видит, как невероятно забит дом. Эта ночь не будет веселой. Адель паркует машину в удобном месте и входит в переполненный особняк. — Аделина! — голос Кэролайн привлекает ее внимание, когда Сальваторе выходит на задний двор, уворачиваясь от пьяных подростков, — Боже, ты можешь в это поверить? — Во что поверить? Что эти дети пьянеют от пунша? — Адель усмехается, наблюдая, как какой-то мальчик-подросток выкрикивает какую-то тарабарщину и вызывает бурю аплодисментов. — У Тайлера связь с Клаусом. Девушка удивлена. Она еще не слышала эту информацию, — Ну, не могу сказать, что у меня не было предчувствия. — Он ведет себя как полный придурок! — Кэролайн топает ногой, пыхтя, — Не могу дождаться, когда Клаус умрет. — Тссс, он может быть здесь с тобой, — Адель показывает пальцем, кивая туда, где стоит Клаус, окруженный группой людей. Она сужает глаза. Аура, которая исходит от них... похожа на ауру Клауса и Тайлера. Отлично. Толпа гибридов. Кэролайн смотрит. — Я потратила недели на этот вечер, и теперь Клаус собирается его испортить, — она закатывает глаза, — Я ненавижу свою жизнь. — Нас двое, — Адель улыбается ей сжатыми губами, — Я пойду выпью, — она ​​оставляет блондинку и поворачивается к дому, надеясь найти где-нибудь запасную бутылку бурбона. Наконец она находит пиво, берет шесть банок и плюхается на запасную скамейку, наблюдая, как люди танцуют и болтают между собой. О, как она хочет быть такой же наивной и глупой, как эти человеческие подростки. Это должно быть так расслабляюще. — Я слышал, ты не любишь вечеринки, — Аделина закатывает глаза, когда Клаус садится рядом с ней, — И все же ты здесь. — Отличное наблюдение, Шерлок, — саркастически улыбается она. Клаус просто хихикает, еще больше раздражая ее, — Ты выглядишь напряженной. — Я не нервничаю, просто ты мне не нравишься. — Надеюсь, ты и твой старший брат ничего не планируете сегодня вечером, — Клаус смотрит прямо перед собой, постукивая пальцами по пивной бутылке, которую держит, — Потому что, если я умру, я вынудил своих гибридов убить Деймона вместе со мной. Даже после моей смерти они подчиняются моим приказам. — И? Зачем ты мне это говоришь?— она сужает глаза, — Что за игру ты ведешь? — Возможно, я просто не хочу видеть тебя мертвой, Аделина. Ты когда-нибудь думала об этом? — Клаус слегка наклоняет голову, чтобы посмотреть на нее, — Убедись, что Дэймон получил мое предупреждение, — вставая, он добавляет с дерзкой ухмылкой, — Кстати, сегодня ты прекрасно выглядишь. Как только Клаус уходит, Адель вздрагивает, — Угу, — она гримасничает ему в спину, прекрасно зная, что он ее слышит, — Подхалим. Аделина вскакивает и отправляется на поиски Деймона, где бы он ни был. Наверное, питается какой-нибудь бедной девчонкой, если быть реалистом. Аделб довольно удивлена, обнаружив, что он стоит в одной из гостевых спален и поправляет галстук. — Привет, сестра, — приветствует он, встречаясь с ней взглядом в зеркалезеркале, — Как дела? — Ты ведь не собираешься сам пытаться убить Клауса, верно? — она шепчет, зная, что везде есть гибридные уши. — Нет. Это было бы глупо, — усмехается Деймон, но она чувствует ложь в его тоне. — Ты принимаешь меня за идиотку? — Иногда, если быть честным, — Деймон оборачивается с ухмылкой. Сестра смотрит на него. — Он угрожал натравить на вас своих гибридов, если с ним что-нибудь случится. Пусть Майкл сам разбирается с Клаусом. — Это всегда был план Б, Адюня, — проходит мимо нее Деймон, выходя из комнаты. Почему-то Адель сомневается в его словах. Она подходит к зеркалу, проводя пальцами по волосам, чтобы пригладить их. Ее уши немного навострились, когда она услышала голос отца Первородных снизу. Ускорившись, она остановилась за стеной, оглянулась и увидела, что Майкл и Клаус разговаривают друг с другом, Майкл держит Елену за руку. По щеке Клауса текут слезы, когда он слушает слова отца. — Как насчет этого? У него есть сердце, — бормочет себе под нос Адель. — Это ничего не значит, — Деймон подходит к ней, также выглядывая из-за головы. Адель смотрит на него, снова обращая внимание на Майкла и Клауса. — Ты кажешься ужасно спокойным для человека, чья подруга вот-вот умрет, — шепчет она. Внезапно ее бледно-зеленые глаза расширились, — Пока не... Следующая серия событий происходит так быстро, что если бы вы моргнули, вы бы ее пропустили. Майкл наносит удар Елене или, как поняла Адель, Кэтрин, в живот, к большому удивлению Клауса. Дэймон мчится от к Клаусу, втыкая ему в живот кол из белого дуба, а из его горла вырывается мучительный крик. Кэтрин вскакивает с пола, шокируя Майкла, когда она запускает две гранаты с аконитом в гибридов. У Аделины нет времени обращать внимание на двойника или Майкла. Она наблюдает широко раскрытыми глазами, как Деймон переворачивает Клауса, вырывает кол из его живота и держит над головой, готовый к атаке. Нет, она остановит это. — Motus, — Аделина протягивает руку, отбрасывая Деймона на несколько метров, кол с грохотом падает на землю. Она мчится к нему, приседая на землю рядом с лежащим раненым Клаусом. Она поднимает его, глядя ему в глаза. Его глаза цвета океана внимательно следят за ней, и впервые она видит в них настоящий страх. Аделина прижимает кол к его груди, передавая ему, — Деймон жив, — приказывает она, — И Стефан свободен, — рука Клауса ложится на ее руку, вырывая кол из ее пальцев. Не говоря ни слова, он слегка наклоняет голову в молчаливом согласии. Адедь выдыхает, что сдерживала, когда Клаус уносится прочь от нее, схватив и убив Майкла раз и навсегда. Она поворачивается к брату, который смотрит на нее широко распахнутыми злыми глазами. — Что, черт возьми, ты сделала?