Эномель

      Бо́льшую часть вечера они развешивали гирлянды на голых деревьях, окружающих пруд в парке напротив кампуса. Пруд был совсем неглубоким; летом в нём плавали всего несколько упрямых рыб и парочка ещё более упрямых черепах.       Зимой же парк представлял собой громаду вечнозелёных растений, покрытых белизной снега и инея, что ослепительно сверкал ранним утром и поздним вечером. Из-за ив и кедров, окружавших парк, он всегда был в тени, и свет фонарей от дороги едва проникал сквозь густые ветви вековых деревьев, поэтому его освещали только редкие лампы на столбах, установленных вдоль насыпной тропинки, что огибала пруд, будто нарисованная детской ручкой неровная линия.       В вечерних сумерках Хината автоматически подавала гирлянды Неджи и Тен-Тен, опасно балансировавших на прислонённых к деревьям лестницах, и чувствовала при этом одновременно дрожь, волнение и тошноту. Мысли путались, как тоненькие провода в руках, а сердце сжималось, сбиваясь с ритма всякий раз, когда она вспоминала о Саске.       — Почему студсовет не присутствует? — поинтересовалась Тен-Тен. — Это же их идея?       — Мы присутствуем, — проворчала Сакура, махнув рукой на троицу незнакомых студентов, деловито помогающих натягивать между деревьями старомодные треугольные флажки, чтобы создать вокруг льда замкнутое пространство.       — Вас четверо? На весь университет? — недоверчиво уточнила Тен-Тен, а после сочувственно улыбнулась. — О, кошмар.       — Зато плюсик для портфолио! — парировала Сакура, испустив туманный вздох, сделавший её свирепой и похожей на дракона, и схватила ещё одну коробку гирлянд. — Наверное, я немного зануда.       — О, детка, — вздохнул Наруто с вершины одной из лестниц. — Мы знаем.       — Цыц! — рявкнула Сакура, швырнув в него сосновой шишкой, отчего Наруто опасно покачнулся на лестнице и изо всех сил вцепился в ближайшую ветку.       — Я надеюсь, что кто-нибудь всё же придёт, несмотря на то, что мы поздно сообщили о мероприятии, — пробормотала Сакура уже серьёзнее. — Мы должны были сделать это ближе к Рождеству, но, конечно же, именно тогда погода обязательно должна была испортиться. Шикамару, Ино, Сай и Ли сегодня повсюду расклеивают плакаты.       — Я уверена, что будет много людей, — успокоила её Хината, пытаясь распутать клубок гирлянд и с каждым мгновением становясь всё более растерянной. — Зимой особо нечего делать. Люди всегда рады повеселиться после наступления темноты.       — Это точно, — улыбнулась Сакура, бросив взгляд на Неджи, запутавшегося в гирлянде на вершине лестницы. Спустившаяся на землю Тен-Тен качала головой и пыталась не допустить, чтобы конец гирлянды тоже перекрутился.       — Как дела? Ты в порядке? — Зелёные глаза подруги мерцали в свете горящих цветных фонариков, что держала Хината, и Хьюга улыбнулась, радуясь тому, что участвует в создании чего-то столь прекрасного.       — О, да… это… Я думаю, что справилась довольно хорошо, — призналась она, невольно покраснев от своего горделивого тона. Сакура тут же солнечно улыбнулась. — Неджи выглядит гораздо спокойнее, чем когда спрашивал, куда вы пошли. Эм… а Саске…? — добавила она чуть тише и испытующе уставилась на Хинату.       Хината не сводила глаз с огней, будто узелок в её руках был загадкой, требующей разгадать её немедленно.       — Не знаешь, где он? Наруто сказал, что не видел его с сегодняшнего утра, а Какаши написал, что он уже ушёл из кафе.       — О, мистер Какаши был очень мил, — ответила Хината, нервно избегая всего, что касалось Саске. — Он мне нравится.       — Да… — задумчиво протянула Сакура. — Только никогда не спрашивай его, что он читает.       Хината озадаченно на неё взглянула. — Хм?       — Хина, не хочешь вернуться в общежитие? — спросила Тен-Тен. — Мы всё равно скоро закончим, а ты даже не поужинала, я тебя знаю.       Хината поёжилась под взглядом Неджи. — Уже почти девять вечера, Химэ. Ты ещё не ела?       — Нет… ну… — Она выразительно помолчала, задержав взгляд на кузене. — Я собиралась перекусить в кафе, но потом…       — Но потом явился Халк, — закончила Тен-Тен, укоряюще качая головой.       — Прости, — пробормотал Неджи. — Кажется, я сегодня слишком много извиняюсь.       — Всё нормально, — улыбнулась Тен-Тен. — Тебе нужна практика. — Повернувшись к Хинате, она склонила голову набок. — В холодильнике немного йогурта и мюсли. Столовая-то уже наверное закрыта.       — Хорошо, — вздохнула Хината, признавая, наконец, тот факт, что замёрзла, устала и уже давно мечтает о тёплой кровати. — Пока, ребята.       — Если вдруг увидишь Ино, — проворчала Сакура, — скажи ей, что я запомнила, как она помогла нам сегодня вечером, и пусть только попробует попросить меня постирать её вещи, окей?       Горестно улыбнувшись, Хината кивнула. — Хорошо.       Устало потянувшись, она закинула сумку на плечо и медленно побрела вдоль пруда. Поднявшись на старый каменный мостик, пересекающий замёрзшую гладь в самой узкой части пруда, она прислушалась к скрипу подошв по камню, а оказавшись на противоположном берегу, направилась в сторону кампуса и уличных фонарей, мелькающих сквозь бахрому хвойной зелени.       Парк имел какую-то свою утончённую красоту. Здесь не было ни пышных цветущих кустов, ни величественных вишнёвых деревьев, но улица, на которой располагался вход, была усажена тонкими кустиками слив, которые резко контрастировали с чёрным асфальтом своими лавандовыми бутонами в апреле, когда ивы качали длинными ниспадающими ветвями под весенним и летним ветерком, а прямо из воды, усеянной кувшинками и жёлто-белыми водяными лилиями, прорывался высокий и острый тростник.       Оглянувшись, Хината улыбнулась. По крайней мере одну ночь парк будет красив и зимой. Благодаря хоккейной команде лёд был ровным, без кочек, которые могли бы сбить катающихся с ног. Флажки и банеры жизнерадостно мерцали, отражая тёплые и дарящие ощущение уюта огоньки гирлянд, развешанных на деревьях. Сакура сказала, что за пожертвования можно будет приобрести горячий шоколад и попкорн, и что устроят несколько кострищ для запекания зефира на палочках. Хината с усмешкой повернулась обратно к кампусу, понимая, что взволнована скорее самим событием, нежели подготовкой к нему.       Медленно шагая по хрустящему снегу, Хината остановилась, почувствовав нервную дрожь — незнакомую, но совсем не неприятную и вызванную мыслью о том, будет ли Саске на катаниях…       Жужжание в кармане отвлекло её от нервозности, и Хината удивлённо вытащила молчавший до этого телефон.       Привет       Она с любопытством склонила голову набок, прочитав забавное сообщение, состоящее всего из одного слова. Хината уже и не помнила, когда они в последний раз здоровались. Их разговор казался бесконечным, поэтому не нуждался в начале.       Иногда он возобновлялся с того места, на котором они остановились, даже после двенадцати часов молчания из-за сна (иногда) или нехватки времени (в основном). И всегда они начинали без предисловий, просто бросая фразу, комментарий или вопрос друг другу, как спасательный круг, предназначенный для того, чтобы затащить собеседника в свою лодку.       Это приветствие показалось Хинате каким-то застенчивым, и она озадаченно принялась печатать ответ.       Привет, чем занимаешься?       Пытаюсь учиться       Чувствую, не получается?       Кажется, вместо этого я думаю о тебе.       Хината остановилась у дверей общежития, уставившись бледными глазами на текст. Она несколько раз перечитала последнее сообщение, но понимания это не принесло. Может, он писал что-то до этого, а она случайно удалила? Над входом зажёгся фонарь с датчиком движения, и под его светом Хината закрыла глаза, прижав телефон ко лбу.       …о нет…       Молчание, должно быть, затянулось слишком надолго, потому что где-то под волосами снова завибрировал телефон.       Ну что, сегодня ты сделала два шага вперёд или один назад?       Чувствуя теперь растущую неуверенность, Хината открыла дверь и вошла в тепло здания, поднялась по лестнице и пересекла холл, снова и снова перечитывая предпоследнее сообщение под аккомпанемент усилившегося беспокойства.       Думаю, вперёд… Надеюсь, что вперёд. Хотя, может и нет. Я не уверена.       Тебе следует больше доверять себе.       Не знаю… Наверное, я ужасный человек.       Я очень в этом сомневаюсь.       В следующую секунду Хината чуть не произнесла слова, которые они молчаливо договорились никогда не произносить. Пальцы запорхали по буквам, набирая новую фразу. Ты не можешь быть так уверен в этом. Ты меня не знаешь. Но, ещё раз перечитав сообщение, она удалила его, так и не отправив, потому что желудок вдруг скрутило в узел, который причинял боль больше, чем голод. Глубоко вздохнув, она нахмурилась и со всей добротой, на которую только была способна, напечатала:       Завтра вечером в парке напротив кампуса откроют каток. Я слышала, что будет очень весело. Ты случайно не собираешься пойти? Заодно мы могли бы вернуть друг другу наши вещи.       Я как раз собирался позвать тебя туда.       Хината вздрогнула от этого почти-приглашения и нервно присела на кровать.       Я приду.       Я тоже. Там будет мой двоюродный брат и много друзей. Одна из моих подруг как раз занимается организацией.       Тёмную комнату освещал лишь падающий с улицы свет фонаря, и в этой темноте Хината тяжело вздохнула, почувствовав себя совершенно ужасно. Всего пару дней назад она писала этому парню посреди ночи, спрашивала его совета и рассказывала о пятнице…       А теперь складывает строки о тёмных глазах и чувствует вину. С силой потерев лоб, она упала на кровать и окинула чужой телефон хмурым взглядом.       Но вместо ответа невидимый собеседник задал совершенно неожиданный вопрос.       Что одновременно захватывает дух и пугает?       Эм, погладить льва?       Ну, если тебе бы этого хотелось, то наверное для тебя это будет захватывающе. Лично я бы не стал, но ладно. Ещё варианты?       Начать новую работу, которая тебе очень нравится.       Да, но скучно. Пробуй ещё.       Странная игра.       Может ты выиграешь.       Хм… прыжки с парашютом?       Бинго.       А ты что назвал бы захватывающим и пугающим?       Влюбиться.       Хината вздрогнула вместе со вспыхнувшим экраном и закрыла глаза, уронив телефон на пол и позволяя темноте комнаты поглотить себя.       Я должна вернуть свой телефон. Я должна сделать это завтра. Я должна сказать, что мне очень, очень, очень жаль.       Закусив губу, она перевернулась на спину и уставилась на то, как колеблющийся свет от фонаря снаружи рисует узоры на потолке, пока в голове проносились строки:       Чернота твоего взгляда       — это не отсутствие света,       а бесконечный космос.       Ты поглотил все мои звёзды,       но я даже не переживаю.       Может, я попробую их,       может, я попробую их…       На твоих губах.       В тот вечер Хината легла спать, так и не поужинав. Там, где поселился ком из нервов, волнения и чувства вины для ужина не нашлось места.

***

      Наруто вернулся в общежитие почти в десять вечера, застав Саске, лежащего в постели и с отсутствующим видом пялящегося в потолок.       Несмотря на пальто, шапку, варежки и шарф, нос блондина был красным, а уши розовыми. — Эй, — проворчал он, входя в комнату и быстро срывая с себя одежду. — Надеюсь, ты там в пижаме, потому что к тебе пришли.       Саске перевёл взгляд на Наруто, и в его ониксовых глазах сверкнуло замешательство. — Кто?       — Хьюга. — Наруто махнул рукой себе за плечо, и Саске резко и даже испуганно подскочил, будто его ударило током.       — Нет, нет, — рассмеялся Узумаки, похлопав друга по плечу. — Другой Хьюга. Менее очаровательный.       — В следующий раз начинай с этого, — рявкнул Саске, оттолкнув его. Он подхватил свитер, натянул его через голову и сунул руки в карманы своих чёрно-красных фланелевых пижамных штанов.       — Ни за что! — Ухмылка Наруто сделалась преступно-широкой. — Ты бы видел своё лицо. — Проходя мимо, он похлопал Саске по спине. — Не виню Какаши за то, что он пытался заснять тебя на камеру рядом с ней.       — Эта грёбаная камера. Если ты знаешь, где она, тебе лучше сказать. Он успел спрятать её, — прошипел Саске и, прежде чем Наруто успел расхохотаться, захлопнул дверь. Шагая по пустому коридору, сквозь прозрачную входную дверь он увидел Неджи, стоящего под фонарём. Рядом с ним тряслась замёрзшая Тен-Тен.       Вздохнув про себя, Саске открыл дверь.       — Впускаю тебя только потому, что она тут, — объяснил он, кивнув подбородком в сторону Тен-Тен, сжавшейся на ледяном ветру. — Будь ты один, я даже бы постоял немного внутри, чтобы посмотреть, как ты отмораживаешь свою задницу.       — Любезен, как и всегда, Учиха, — проворчал Неджи, подталкивая Тен-Тен в фойе и следуя за ней. Как только дверь закрылась, шипение приближающегося снегопада осталось за стеклом. Тишину холла нарушало лишь гудение флуоресцентных ламп.       Тен-Тен пристально посмотрела на Неджи и раздражённо махнула рукой в сторону Саске. — Вперёд.       Сжав челюсти, Хьюга повернулся к Саске, который скрестил на груди руки, чтобы защититься от холода, запущенного в общежитие с приходом гостей, и состроил нарочито расслабленную гримасу. — Что?       — Я… здесь, чтобы извиниться, — медленно начал Неджи. — Кузина разъяснила мне некоторые вещи, о которых я не знал. — Он набрал в грудь воздуха, а затем добавил, уже менее жёстко: — Я благодарю тебя за то, что ты сделал для неё, когда нашёл их с Сасори, — его серые глаза потемнели, — хотя было бы неплохо увидеть его в гипсе.       Саске перевёл взгляд со странно знакомых серых глаз Неджи на Тен-Тен, которая явно забавлялась. — Прости, я не расслышал, — выдавил он наконец, стараясь сохранить на лице невозмутимое выражение, хотя грудь сдавливало от того, что он посчитал за желание рассмеяться, а щёки чесались от наползающей на лицо широкой улыбки.       Она заставила его извиниться… она заставила его извиниться передо мной. С его сердцем творились странные вещи, которые ранее Саске никогда не испытывал, и Учиха невольно задумался, нормально ли это или он умирает. На удивление, мысль была не тревожной, а просто любопытной.       — Не будь придурком, — вздохнула Тен-Тен, глядя на то, как дрогнул мускул на лице Неджи.       — Я сожалею о своём поведении ранее, — повторил Неджи с некоторым усилием после минутной тишины, последовавшей за замечанием Тен-Тен. Саске просто посмотрел на них, сжав губы, но, прежде чем он успел ответить, Неджи заговорил снова: — Но, честно говоря, тебе следовало просто отправить его в больницу.       Медленно втянув носом воздух, Саске так же медленно выдохнул, быстро обрабатывая новую информацию, и ответил резким тоном: — На это не было времени. Хината была снаружи… — он сделал паузу, взглянув на Тен-Тен, чтобы убедиться, что следующие его слова не приведут к драке, — …её платье было разорвано. Она была в шоке.       Неджи сильно стиснул зубы и резко вздохнул, будто ему не хватало кислорода.       — Наверное, я и сам был в шоке, — внезапно признался Саске, понизив голос. Тен-Тен широко распахнула глаза и даже приоткрыла рот, но, спохватившись, снова его захлопнула. Неджи растерянно взглянул на неё, а Саске напрягся, понимая, что сболтнул лишнего.       — Что такое, Тен-Тен?       — Ничего… просто… это ужасно, — Тен-Тен осеклась, заметив, что тёмные глаза Саске буравят её лицо. — Эм… — она замолчала и, потирая шею, вздохнула. — Кажется, я тоже должна извиниться перед тобой, Саске.       Оба парня уставились на неё настороженно, будто всё это было какой-то ловушкой, а они добычей.       — Что? — фыркнул Неджи.       — Ну, я, наверное, была несправедлива к тебе. — Тен-Тен бросила взгляд на Неджи. — И… немного груба. — Затем карие глаза Тен-Тен переместились на Саске, и на её лице промелькнуло что-то понимающее и почти дружелюбное. — Я сожалею об этом.       Саске пожал плечами, не зная, что ответить. Извинения Неджи — это одно (в основном связанное с очевидной ролью Хинаты), но после извинений от Тен-Тен ему сделалось нехорошо.       — Хотя… Не буду врать, когда Хината дала тебе пощёчину на вечеринке, я хотела поаплодировать. Ты заслужил это, но… Я не поблагодарила тебя за то, что ты позаботился о ней после, потому что я не знала… или, скорее, не знала всех масштабов того, что ты сделал. Я всё равно должна была поблагодарить тебя, хотя бы за то, что было известно мне.       — Погодите, — Неджи переводил взгляд с одной на другого, пока Саске упорно пытался удержать губы плотно сжатыми. — Хината дала тебе пощёчину?       Крепко прикусив внутреннюю сторону щеки, Саске, не дрогнув, встретил его взгляд.       Тен-Тен поморщилась. — Я постоянно забывала упомянуть это, — призналась она. — В ту ночь произошло многое.       — Она дала тебе пощёчину? — Серые глаза Неджи снова обратились к Саске.       — Ну не я же! — рявкнул Учиха в ответ.       — Вау, — протянул Неджи, отметив про себя, что возможно это был первый раз, когда он произнёс подобное слово. Он невидяще уставился на морозный вечер снаружи. — Вау.       — Так вот в чём дело. Если у тебя было хоть малейшее сомнение, что она твоя родственница, — проворчала Тен-Тен, махнув на дверь, — то теперь это сомнение развеялось. Пожалуйста, пойдём.       — И ещё, — продолжил Неджи через мгновение, кивнув Тен-Тен. — Хината упомянула, что ты говорил, что есть возможность подать в суд либо на братство, либо на Сасори. Вы с братом действительно можете, или это просто твоё предположение?       Саске поднял глаза на Хьюгу и спокойно ответил: — Я не строю предположений. Если она захочет, наша команда юристов способна и готова взяться за это дело.       — В этом нет необходимости. У нас имеется своя команда от «Хьюга Индастриз», и я уверен, что дядя захочет принять в этом активное участие. — Неджи нахмурился. — Я просто хотел посмотреть, если…       — Будет лучше, если команды станут работать в тандеме, — предложил Саске, стараясь не напрягаться в присутствии Хьюги и не выказывать видимой неприязни. — Чтобы не оставить камня на камне от Акацуки.       Пристально посмотрев на него, Неджи сильнее нахмурился. — Но почему?..       — Потому что! — внезапно вмешалась Тен-Тен, как раз в тот момент, когда Саске открыл было рот, чтобы назвать Хьюгу тупой задницей. — Акацуки — старое и уважаемое братство, и я уверена, что у них есть свои могущественные адвокаты — Саске, твой брат же был членом Акацуки? Наверняка есть и другие высокопоставленные участники, которые могут создать проблему. Если команда Учиха не потребуется, они спокойно оставят это Хьюгам. — Она со значением посмотрела на Саске, и он пробормотал: — Верно… убедись, что все ваши тылы прикрыты.       Неджи задумался. — Хм… хорошо, — что-то решив для себя, он кивнул. — Было бы неплохо обсудить всё с Итачи. Я могу получить его контактную информацию?       Саске кивнул, радуясь, что Хьюга уже взялся за дверную ручку, чтобы уйти. — Нам завтра нужно будет снова встретиться с Хинатой… Проект должен быть готов к следующей неделе, и нам нужно отправить его в типографию. Если она сможет, я бы хотел встретиться с ней в библиотеке около полудня. Я бы мог передать контакты Итачи через неё, или ты просто можешь встретиться с нами там.       — Я приду, — быстро вставил Неджи. — И передам ей.       Снова кивнув, Саске перевёл взгляд на Тен-Тен, которая засунула руки в карманы и одарила его лёгкой понимающей улыбкой, прежде чем выйти с Неджи в холодную ночь.       Когда дверь закрылась, в коридор с серьёзным видом высунулся Наруто. — Как думаешь, эти пучки у неё на голове — дополнительные глаза? Она раскусила тебя ровно за две секунды.       — Блядь, — простонал Саске, ворвавшись обратно в комнату, и упал на кровать лицом вниз.       Конечно Наруто был прав. Она абсолютно всё поняла.       У него было мало времени.       — Дай мне свой телефон, — пробормотал он и перевернулся на спину, с закрытыми глазами протянув руку.       Ссутулившись за столом, Наруто потёр подбородок и, ухмыляясь, бросил в него телефон, совершенно не удивившись, когда Саске поймал его вслепую.       Когда в трубке послышались гудки, Саске вздохнул, почувствовав зарождающуюся головную боль.       — …Узумаки? Уже поздно для звонков. Пожалуйста, скажи, что мой брат не мёртв и не находится в полиции, — из динамика раздался голос Итачи, и Саске раздражённо хмыкнул.       — Я когда-нибудь делал что-то подобное, чтобы заслужить такую реакцию?       — О, отлично, ты жив.       — Завтра в полдень тебе позвонит Хьюга. Не мог бы ты ответить, пожалуйста?       — …Если это Хината, то конечно.       — Нет, — решительно отрезал Саске и закатил глаза, услышав смешок Итачи. — Нет, это её невыносимый кузен.       — О, Хьюга Неджи. Кажется, я встречался с ним. — Последовала долгая пауза. — Он хочет наказать меня за то, что я пригласил его маленькую кузину на тот ланч? Ты же находишься ближе к нему, почему он ещё не избил тебя? Зачем ему беспокоить меня?       — Нет. Это о… Акацуки.       — О-о-о.       — Помнишь… как ты иногда заходил к Сасори…       — …Саске.       — Ну, Хината никогда раньше не была на вечеринках…       — Чёрт.       — И… я нашёл её с ним…       — Какого хрена ты его не покалечил? — Итачи редко использовал ругательства (холода в его голосе обычно хватало с лихвой). Языком брат владел как мечом, и любое оскорбление, которое он хотел нанести, делалось с помощью монолога, а не ругани. Саске промолчал, задумавшись, насколько на самом деле его брат увлечён Хинатой.       — Все продолжают это говорить, — отстранённо произнёс, наконец, Саске, автоматически прижав руку ко лбу. — Я начинаю думать, что это даёт мне право побаловать себя.       — Я как раз сейчас свободен и могу помочь, — спокойно вставил Наруто, строча что-то у себя в тетради.       — Сейчас ты не можешь его тронуть, — рявкнул Итачи; его настроение стало гораздо менее радостным. — Жаль, что ты не сказал мне раньше. Я мог бы поручить нашим юристам работу над этим ещё несколько дней назад.       — Это был не мой секрет, — спокойно ответил Саске. — Сегодня она решила поговорить со своим двоюродным братом.       — Я отвечу на его звонок. Да и в любом случае, у Хьюг впечатляющая команда юристов. Сомневаюсь, что это станет проблемой. — Он помолчал, а после добавил: — На случай, если ты «случайно» наткнёшься на него, и он попытается что-то предпринять… это должно попадать под самооборону или защиту другого человека.       Саске хватило меньше секунды, чтобы понять, что брат фактически дал ему зелёный свет на избиение Сасори, как только представится такая возможность. Но, как ни странно, он искал не его разрешения, а скорее кивка от светлоглазой робкой девушки, которая, как он справедливо полагал, не одобрила бы ненужное насилие.       — Разумеется, — всё равно сказал он, взглянув на Наруто, который со злобным весельем кровожадно ухмыльнулся в ответ.       — Сомневаюсь, что до этого дойдёт, — добавил он как для ушей друга, так и для брата.       — Я знаю Сасори, — мрачно ответил Итачи. — Если он увидит тебя с Хинатой, то подумает, что ты взял его игрушку без спроса. Он не сможет сдержаться.       — Тогда мне придётся сломать ему нос, — тон голоса Саске был как шёлк — гладкий и расчётливый. Заставить Сасори истекать кровью будет легко. Подстроить так, чтобы он заметил Хинату — чуть сложнее.

***

      Сидя на полу у кофейного столика, Хината отвлеклась от тарелки с мюсли и йогуртом на нехарактерно взволнованную и раздражённую Тен-Тен, которая выбрасывала одежду из их шкафа на кровать.       — На улице так холодно. Хочу надеть термобельё и джинсы, но что может быть менее сексуальным, чем термобелье?       — Подгузники от недержания мочи, — бросила Ино, сидящая на заправленной кровати Хинаты и медленно листающая какой-то журнал. — Не наденешь термобельё — твоя малышка отвалится из-за обморожения.       Хината поморщилась, почувствовав, что уже не особенно хочет есть.       — Ино, иногда мне кажется, что ты сама не слышишь, что вылетает из твоего рта, — заявила Тен-Тен, но, хотя она пыталась быть строгой, голос её дрожал от веселья.       — Она не слышит себя, — подтвердила Сакура, свесившись с кровати Тен-Тен вниз головой. Её розовые волосы рассыпались поверх светло-голубого покрывала, а зелёные глаза сияли так ярко, что казались нереальными в падающем на них из окна свете. Мир снаружи укрыло сияющим покрывалом. Ранним утром налетел снегопад, превращая всё вокруг в белое, мягкое и пушистое, кристаллизуя ветви деревьев и надевая сияющие цилиндры на все чёрные фонарные столбы.       — У меня избирательный слух. Это делает жизнь более приятной, — парировала Ино.       — А почему ты, собственно, так переживаешь? — спросила Сакура, прислушиваясь к пульсации прилившей к голове крови. — Мы сегодня только заканчиваем подготовку к катанию. Тебе не обязательно наряжаться.       Тен-Тен нахмурилась, разглядывая свои топы и футболки с длинными рукавами и высоким воротом. У неё была удобная университетская форма. У неё было тренировочное снаряжение. У неё были воскресные церковные платья. И ничего промежуточного.       — Наверное.       — У меня есть теория, что ты ему понравилась именно в тот момент, когда он увидел тебя, вернувшуюся с хорошей пробежки: вспотевшую, раскрасневшуюся и тяжело дышавшую, — откровенно заметила Ино, переворачивая страницу. — Потому что, ну, знаешь… вот как бы ты выглядела, если бы он…       — Ино! — Тен-Тен закрыла уши Хинаты ладонями, хотя Хьюга уже была ярко-красного цвета. Бедняжка даже перестала жевать, по-совиному уставившись на Ино. — Только не при ребёнке.       — Я… я всё равно собиралась уйти. — Хината нервно рассмеялась, встала, бросила одноразовую тарелку в мусорное ведро и направилась к двери.       — Куда? У тебя разве не отменили пары на сегодня? — Сакура села, поморщившись от лёгкого головокружения.       — Саске хотел встретиться с тобой в библиотеке, но я думала, что это будет позже, — добавила Тен-Тен. Хмуро глядя на них, Хината влезла в своё лавандовое пальто. — Эм, почему вы меня допрашиваете?       — Потому что, — широко улыбнулась Сакура, — когда ты исчезаешь без телефона, молодые люди очень расстраиваются.       — Ты имеешь в виду нии-сана? — Хината нахлобучила шапку на свои косички. — Уверена, он больше не будет так нервничать.       — Аминь, — проворчала Тен-Тен, с неприязнью швырнув очередную кофту в шкаф.       — Я имею в виду не твоего нии-сана. — Сакура склонила голову набок, не переставая улыбаться.       Хината сморщила нос и обернула шарф вокруг лица, чтобы скрыть это от Тен-Тен. Ино и Сакура всегда гадали, как ей удавалось выглядеть как кролик, когда она это делала. — Я прогуляюсь. На улице хорошо, и… так вы сможете поговорить обо всём и о Неджи-нии без меня, — добавила она, подняв светлые глаза на Тен-Тен.       Произошла резкая смена ролей; Тен-Тен покраснела, застенчиво хохотнув, пока Хината пристально смотрела на неё с озорной усмешкой. — Я просто хочу немного прояснить мысли.       И, проигнорировав протесты Сакуры, Хината выскочила за дверь, быстро крикнув на прощание: — Пока!       Надув губы, Сакура склонила голову к плечу, так пристально уставившись на дверь, будто могла видеть сквозь неё.       — Это Саске, — сказала она, наконец, в тишине.       Ино фыркнула: — Да.       — О нет, вообще-то, наоборот — я видела его вчера, — пробормотала Тен-Тен, закинув ещё одну футболку в шкаф и давая себе клятву никогда больше не покупать спортивную одежду. — Он пытался скрыть это, но безуспешно.       — Думаешь, она скажет «нет»? — Сакура вскочила и с неподдельным беспокойством посмотрела на Тен-Тен. — Я не знаю, как Саске отнесётся к этому. Я беспокоюсь о нём.       — Забавно, лично я бы беспокоилась о Хинате, — нахмурилась Ино. — Погодите, я что-то пропустила?       — О, многое, — хором ответили Сакура и Тен-Тен, а затем, до того, как выражение лица Ино успело смениться с удивлённого на любопытное, Тен-Тен продолжила: — Насколько я знаю Хинату, она точно думает об этом. — Она вздохнула, выставляя перед собой стопку аккуратно сложенных футболок и пристально их разглядывая. — Его задача — ничего не испортить.       Сакура задумчиво нахмурилась, осмысливая сказанное.       — Но одно он делает правильно, — продолжила Тен-Тен, поморщившись при виде выцветшей футболки с изображением группы, которую она больше не слушала. Тяжело вздохнув, она откинула её подальше. — Прислушивается к ней, и прислушивается достаточно явно, чтобы она заметила.       — Она так сказала? — Глаза Сакуры опасно заблестели, и от макушки до пят она вся будто наэлектризовалась. — Хината так сказала?       — Она сказала, что он слушает её, — пожала плечами Тен-Тен. — Для Хинаты это очень важно.       — А мы? Мы хорошо слушаем? — Ино перевела взгляд с одной подруги на другую. — Мы тоже слушатели Хины, верно?       — Большую часть времени, — призналась Сакура, плюхнувшись обратно на кровать Тен-Тен. — Ну, кроме… той пятницы.       — Что я пропустила? — с любопытством поинтересовалась Ино. — Что-нибудь пикантное, да?       — О боже. — Тен-Тен покачала головой. — Даже не представляешь, насколько.       Ино встала, подошла к шкафу и выудила оттуда кофту Хинаты, которую та не носила и никогда не надела бы. У неё был слишком глубокий вырез и она слишком сильно обтягивала фигуру, но имела прекрасный тёмно-синий цвет и принт в виде падающих звёзд.       — Надень это. С джинсами и термобельём — и плевать на сексуальность. Твоя задница всё равно в чём угодно будет выглядеть потрясающе. — Ино протянула кофту Тен-Тен, и та ухмыльнулась. — Спасибо.       — А теперь расскажите мне, что я пропустила, иначе мне придётся строить теории, и они вам точно не понравятся.

***

      Хината всегда любила снег. Распахнув стеклянную дверь вестибюля, она улыбнулась, вдохнув морозный воздух полными лёгкими, и вышла на улицу.       После снегопада всё выглядело таким чистым. Грязный асфальт и жухлая, побитая непогодой трава исчезли под покровом пушистого одеяла, а морозный воздух казался чистым и свежим и напоминал ей о мяте.       Кампус был пуст. Занятия отменили из-за приостановки автобусного сообщения. Окна общежития приветливо светились и в них то и дело мелькали студенты, принявшие столь желанный отдых близко к сердцу и спрятавшиеся от холодного утра в своих уютных комнатах. На улице можно было заметить лишь горстку студентов, направляющихся к двум единственным открытым в кампусе заведениям, одним из которых была столовая, а другим — библиотека, находящаяся чуть в отдалении.       У её общежития снег оставался нетронутым и толстым слоем лежал на дорожках, которые дворники уже начали расчищать, посыпая спрятанный под снегом лёд солью.       Быстро оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, Хината подошла к высокому платану, который летом давал прохладную тень, и, с детским энтузиазмом раскинув руки, упала навзничь в сугроб высотой с фут.       Пуф!       Вокруг летали снежинки, а морозец покусывал ноги и шею. Приглушённо рассмеявшись, Хината прищурилась от яркого зимнего солнца и закрыла глаза, двигая руками и ногами, чтобы создать снежного ангела.       Когда Хината, Ханаби и Неджи были маленькими, они выпрыгивали из постелей, как только случался снегопад. Босые и смелые, они пробегали по ещё сонному дому в утренней тишине и выскакивали в мир, застывший в зимнем сне.       Стоя в одних только фланелевых пижамах на деревянном крыльце заднего двора, где всегда было много снега, и крепко сжимая пальцы друг друга, троица смело бросалась на счёт три в ближайший сугроб. Активно размахивая руками и ногами, они делали снежных ангелов, а после резво бежали в дом. Всё это действо сопровождалось заливистым хохотом.       Потом обязательно была горячая ванна, от которой ныли замёрзшие пальцы ног, но согревалось всё остальное. По крайней мере раз в зиму нужно почувствовать спиной холод снега, и Хината решила не изменять устоявшейся традиции.       Как только снежный ангел был сделан, Хината неподвижно замерла в приятной тишине, ощущая кожей свет, что пытался проникнуть сквозь закрытые веки. Подруги ввалились к ним в комнату ещё до того, как Хината встала с постели, и хотя их шутливая болтовня была одновременно утешительной, поскольку не позволяла ей слишком сильно анализировать последний странный разговор с невидимым другом, но в то же время раздражающей, потому что ей хотелось минутку подумать о некоем парне с эбеново-чёрными глазами, что оказалось невозможным из-за белого шума, который производили девочки своей болтовнёй.       Вздохнув, Хината осторожно подумала о нём, будто мысли эти могли укусить, если она обойдётся с ними плохо. Пальцы покалывало там, где Саске держал её вчера, и она плавно перешла к воспоминанию о спрятанном под матрасом скетчбуке, заполненном её портретами.       …как он может одновременно быть таким милым и пугающим?..       — Я бы сказал, что удивлён видеть тебя такой, но нет, не удивлён.       Рвано вздохнув, Хината распахнула глаза, встречаясь взглядом с Саске, присевшем подле неё на корточки. Он чуть наклонился, чтобы заслонить собой солнце, осмелившееся её слепить.       Хината уставилась на его перевернутые черты лица, и, несмотря на окутывающий её ледяной снег, почувствовала, как тело начало лихорадить. — Саске! — наконец вырвалось у неё, и она поспешно села, с громким стуком столкнувшись с ним лбами.       — Ой! — воскликнула Хината, ударив себя рукой по голове, и ужасно покраснела. Она потянулась к лицу Саске, оттолкнув его руки, чтобы посмотреть на покрасневшую отметину, образовавшуюся на его гладком лбу. — Ах! Мне так жаль! Я-я-я такая глупая!       Поморщившись, Саске сел на снег, глядя на то, как барахтается Хината; косички выбились у неё из-под пальто и упали на плечи.       — Хороший удар, — сухо похвалил он, потирая лоб, а потом осторожно откинул её чёлку. — У тебя кровь? — В голосе Саске звучало недоверие, и холодными пальцами он приподнял её шапку и убрал волосы под резинку. — У тебя кровь.       — Хм? — Хината тупо смотрела на него, чувствуя прикосновения чужих пальцев к своим волосам и голове, как если бы чувствовала касания раскалённого железа к холодной коже. Немного шокированная, она подняла руку и провела ладонью по влажному лбу, а когда опустила её, то увидела капли крови на мягких подушечках пальцев. — Ой.       — Что ты тут делаешь? — спросил Саске, чтобы как-то заполнить тишину между ними и не дать ей стать тяжелой и гнетущей, и порылся в карманах в поисках пачки салфеток. Сакура всегда засовывала их в карманы Наруто, и когда Узумаки злило, что тех слишком много, он спихивал часть Саске, чтобы разделить раздражение. Зимой это были салфетки и дезинфицирующее средство, а летом — крошечные бутылочки с кремом от загара и алоэ вера.       В детстве они частенько называли Сакуру гёрлскаутом, чтобы позлить.       Отыскав пачку салфеток, Саске вынул пригоршню и прижал их все ко лбу Хинаты, нахмурившись при виде раны, пока она продолжала смотреть на него так, будто он был мифическим существом из её книг, которые Хината считала выдумкой.       — Эм… снежного ангела, — ответила она через мгновение. Затем, помолчав ещё секунду, вернула вопрос: — А ты что делаешь?       — Убеждаюсь, что ты не вырубишься, — решительно ответил Саске. При этом он бросил на неё такой взгляд, от которого Хината смутилась и поджала губы. — Оу.       — Хорошо, что у тебя есть чёлка, — пробормотал он. — Если твой кузен увидит тебя с таким лбом и узнает, что я имею к этому отношение, могут возникнуть проблемы.       При упоминании Неджи Хината выпрямилась, схватила Саске за руку и отвела ту от своего лица, чтобы серьёзно на него посмотреть. — Мой кузен! Я так сожалею о вчерашнем, я… я сказала ему, что он должен…       — Он уже извинился, — мягко перебил Саске, поднимаясь на ноги и подхватывая с земли то, что обронил во время столкновения их лбов. — Он приходил вчера вечером с Тен-Тен. — Саске посмотрел на Хинату в поисках признаков того, что её подруга уже проболталась об увиденном вчера, но Хьюга продолжала молча сидеть на снегу, держась за свою шапку.       — О, да? Он… он извинился? — она заторможенно моргнула, гадая, может у неё сотрясение или это просто эффект близости Саске. — Поверить не могу… Он действительно это сделал.       — Всем участникам было неловко, — зачем-то уточнил Саске, протянув руку, чтобы помочь ей подняться, и Хината медленно ухватилась за неё, поправив чёлку дрожащими пальцами, прежде чем снова надвинуть шапку на лоб.       Глядя на порозовевшую Хинату, Саске испытал внезапное, почти неконтролируемое желание коснуться её щёк, провести пальцами по её губам и вдохнуть тот фруктовый и чистый запах, что так опьянил его вчера в книжном магазине. Тяжело сглотнув, он перевёл дыхание.       — Мне нужно идти, — внезапно сказал он и резко протянул ей книги. — Я просто зашёл, чтобы отдать тебе это. Чоджи и Шикамару должны были помогать Наруто с подготовкой к катанию, но Чоджи сбежал. — Он пожал плечами. — Я должен помочь, или Наруто останется один на один с Шикой.       Хината обхватила книги замёрзшими пальцами, бегло взглянув на их обложки. — О… это… это же третья магия и кролик Питер из магазина мистера Какаши, — прошептала она. — Сколько они стоят? — Хината подняла глаза. — Я совершенно забыла…       — Это подарок, — Саске подтолкнул их ближе, пока они не упёрлись ей в ключицу, и Хината почувствовала, что её рот снова приоткрылся не столько от удивления, сколько от перманентного недоверия. Устремив свои тёмные глаза куда-то вдаль, Саске поднял воротник куртки, защищаясь от прохладного ветра. Ну, по крайней мере, он надеялся, что это выглядело именно так, а не будто бы он пытался скрыть нарастающий жар на кончиках ушей. Должен быть способ стать менее бледным, не проводя время на пляже. Он должен найти способ. Этот румянец просто неприемлем.       Неужели это действительно происходит со мной? Хината уставилась на книги в своих руках.       — …с-спасибо.       — Хм, — кивнул Саске, отступая на шаг, а затем ещё на один, и прочистил горло. — Я… Я зайду перед библиотекой, через несколько часов, — пробормотал он, и захотел ударить себя за проклятое косноязычие.       Хината наблюдала, как он сверкнул на неё глазами, прежде чем отвести взгляд, и не знала, куда себя деть. Она видела, как маленькие мальчики на игровой площадке точно так же общались с её младшей сестрой и какими порой становились парни в присутствии её подруг. Всегда оставаясь на заднем плане, Хината даже не думала, что ей придётся столкнуться с нервничающим парнем. И уж точно не предполагала, что этим парнем станет колючий Учиха Саске.       Хината открыла книгу, прочла написанное на титульном листе, проследила за рисунком шрифта на страницах и, тихо вздохнув, попыталась остановить себя, но поняла, что это невозможно.       Она улыбнулась полной теплоты улыбкой, которая заставила её покраснеть и в то же время захотеть съёжиться от самой себя. — Хорошо.       — Хорошо. — Саске, кажется, удивился её улыбке, но быстро пришёл в себя и снова отступил назад, словно не желая поворачиваться к ней спиной, а затем, глубоко вздохнув, всё-таки отвернулся и, засунув руки в карманы, зашагал прочь по снегу. Хината глядела ему вслед до тех пор, пока он не скрылся из виду.       С застывшей на лице улыбкой Хината вздрогнула от звука открывшегося на втором этаже окна и обернулась как раз в тот момент, когда Саске исчез за углом мужского общежития. Сакура, Ино и Тен-Тен прижались к стеклу, одинаково широко распахнув глаза.       — Что это было, чёрт возьми?! — крикнула Сакура, сверкая зелёными глазами и чуть ли не рыдая от счастья. — Что это было? Поднимайся сюда сейчас же! Что он тебе дал?       — Посмотрите на её лицо! — взвизгнула Ино, и Хината похлопала себя ладонью по щекам, пытаясь чуть уменьшить предательскую улыбку. — Посмотрите на неё! О, боже мой!       Тен-Тен широко улыбнулась и, приподняв брови, указала на Хинату пальцем. — Ты. Поднимайся сюда. Сейчас же.       — …ах… я… я хотела пойти прогуляться, — начала Хината, отходя от общежития. — Перед тем, как… эм… поработать в библиотеке.       — Ты имеешь в виду перед тем, как встретиться со своим поклонником в библиотеке! — пропела Ино.       Покраснев на несколько оттенков темнее, Хината продолжила пятиться.       — Увидимся позже, девочки!       — Хьюга Хината! — рявкнула Сакура. — Вернись!       — Пока!       И, прежде чем они успели отлепиться от окна, Хината бросилась бежать по снегу, чувствуя незнакомый, но вполне приятный трепет в животе.

***

      — Чёрт, что случилось с твоим лбом? — рассмеялся Наруто.       Саске одарил его таким взглядом, от которого со стены бы слезла краска, и пожал плечами. — Налетел на кое-что.       — Своим лицом? — не унимался Наруто, обходя очаг, который Какаши одолжил университету для мероприятия. За кафе стояли три металлических квадрата, в которых можно было сжигать дрова, не подвергая опасности землю вокруг. Какаши также вызвался поставить к мероприятию кофе, горячий шоколад и пакеты с попкорном, которые в данный момент споро наполнял в кафе, рассказывая Шикамару о замечательном эпизоде из жизни Саске, свидетелем которого стал вчера.       — Да, своим лицом. В последнее время ты раздражаешь больше обычного, — огрызнулся Саске.       Вышедший из кафе Шикамару закатил глаза. — Ну, просто чтобы ты знал… — начал он, хватая пару ящиков с дровами для костров и загружая их в старый рабочий фургон Какаши. — У него есть несколько довольно компрометирующих фотографий тебя и Хьюги Хинаты… так что, на твоём месте я бы…       — Этот извращенец, — прошипел Саске, с грохотом уронив свой конец кострища. — Эй! — воскликнул Наруто, безуспешно пытаясь удержать свою половину. — Ты, ублюдок! Вернись!       Шикамару ещё раз глубоко вздохнул и поспешил Наруто на выручку, протянув при этом: — Как хлопотно.       Огибая диваны и стулья, Саске пронёсся по тёмному кафе к стойке, на которой аккуратными рядами стояли десятки бумажных пакетов, наполненных воздушной кукурузой, а стоящий над всем этим Какаши радостно накладывал в них маслянистый попкорн.       — О, Саске! Два визита подряд… — начал он немного нервно, остановившись на полуслове, когда Саске, как кот, проворно перескочил через стойку.       — Ах! Они у меня на двух флешках, и одна из них у меня дома, так что тебе никогда её не найти! Лучше бы тебе сдаться! — Какаши замахал руками, вздрогнув, когда Саске схватил конверт из фотолаборатории со стойки позади.       Стиснув зубы, Саске вскрыл конверт и принялся быстро пролистывать дюжину хранящихся там фотографий. На большинстве из них была запечатлена Хината, сидящая за кофейным столиком и рассеянно смотрящая на их работу, хотя на одном снимке её взгляд был решительно сфокусирован на сидящем напротив Саске.       Этот снимок Саске рассматривал чуть дольше, но быстро одёрнул себя и продолжил пролистывать дальше. На следующей фотографии были он и Неджи, стоящие слишком близко друг к другу, и Саске быстро разорвал её на кусочки, прежде чем перейти к последней фотографии, на которой была Хината с полными руками книг. Она вопросительно смотрела на лежащий поверх стопки книг скетчбук.       Саске медленно выдохнул и, подняв взгляд на застывшего перед ним мужчину в розовом фартуке с оборками, сунул конверт вместе со всеми фотографиями в карман. — Я забираю их. И не удивляйся, если я вломлюсь в твою квартиру, чтобы найти флешки.       — Оу… что? Нет. У меня собаки. Много собак, — предупредил Какаши, наблюдая, как молодой человек перелез через стойку и вышел на улицу, чтобы закончить загрузку фургона.       Когда Саске ушёл, не сказав больше ни слова, Какаши глубоко вздохнул и протянул вполголоса: — Обидчивый.       Он вынул из кармана карту памяти со своей сокровищницей фотографий, подбросил её в воздух, поймал и с ухмылкой спрятал обратно.

***

      Большая часть утра ушла на то, чтобы насладиться нервозностью от приближающейся встречи с Саске. Хината смогла проникнуть в один из незапертых корпусов факультета и, найдя укромный уголок на неиспользуемой лестничной клетке, провела пару часов перед встречей, читая книги, которые Саске ей подарил, и работая над тем, чтобы не улыбаться как идиотка каждый раз, когда он приходил на ум.       Несмотря на несколько часов практики, желаемого эффекта не наступило.       Обычно в этот момент она бы достала телефон, чтобы написать сообщение своему другу, попросить совета по поводу нервозности, да и просто отвлечься от всего за разговором с умным человеком. Но каждый раз, когда Хината смотрела на телефон, её желудок сжимался, и, уронив голову на колени, она глубоко вздыхала. Сколько бы она не думала об этом, результат был один — ей придётся причинить ему боль в итоге, когда они встретятся.       — Ух, — тихо застонав, она крепко обхватила себя руками, изо всех сил прижимая новые книги к груди, и вздохнула, заставляя себя расслабиться.       Жалея, что у неё нет с собой скетчбука Саске, Хината нехотя поднялась на ноги, взмолившись про себя, чтобы подруги ушли заканчивать подготовку к катаниям, и она могла переодеться и собрать сумку в тишине. Сейчас в парке, наверное, разгребали выпавший за ночь снег и устраивали костровые ямы, которые привезли Наруто с Шикой и помогающий им Саске.       При мысли о Саске её губы снова растянулись в улыбке, и Хината смяла щёки холодными руками, покраснев при этом, хотя находилась одна.       Я безнадёжна…       Снаружи слепило солнце, и, пробираясь по теперь уже хорошо расчищенным и посыпанным солью дорожкам, она добралась до общежития в два раза быстрее, чем когда бежала в своё убежище.       К своему ужасу, в окне она заметила активно жестикулирующую Сакуру, беседующую с кем-то. Добравшись до двери в комнату, Хината тяжело вздохнула.       — Хорошо… глубокий вдох… просто… зайди, переоденься, возьми свою сумку и выходи… Быстро, быстро, быстро…       Открывшаяся дверь заставила все разговоры, ещё секунду назад такие оживлённые, стихнуть, и Хинату встретили необычайно серьёзные и спокойные подруги. Ино и Сакура обували ботинки, сидя на её кровати, а Тен-Тен, уперевшая руки в бока, пристально уставилась на неё поверх высоко повязанного шарфа.       — Ага, соизволила-таки вернуться, да? — нарушила молчание Ино, и Хината сморщила нос, пытаясь выглядеть равнодушной.       — Я просто… за вещами, — примирительно воздела руку Хината. — И… сразу же уйду.       — Уйдёшь? — Сакура издала короткий смешок, опасно похожий на хихиканье. — Нет, нет, дорогая. Сначала объясни-ка нам, что случилось с твоим лбом? — К концу фразы Харуно даже немного забеспокоилась.       Замявшись, Хината нервно поправила чёлку. — Н-ничего!       — Подожди, Наруто сказал, что у Саске тоже на лбу синяк! — Сакура комично выпучила глаза. — Неужели он… он пытался поцеловать тебя?       Жар, жар и пламя. Хината прижала руку к щеке, пытаясь скрыть неуклонно растущий румянец. — Нет!       Сбросив оцепенение, она резво достала из шкафа свитер и брюки под пристальным взглядом подруг.       — Он сделал это, да? — воскликнула Ино.       — Нет, он этого не делал! Я… Я просто сглупила и… — Хината сунула новые книги в сумку и взмолилась про себя, чтобы там было всё, что нужно для работы над проектом, потому что у неё не было времени проверять. — Мы просто столкнулись — всё было не так!       — Но была вероятность? — решительно спросила Тен-Тен, и Хината несколько раз моргнула, пытаясь придумать жизнеспособную ложь.       — О, ура! — Сакура всплеснула руками, часто дыша. — Ура!       Решив, что переодевание в её случае — непозволительная роскошь, Хината схватила сумку и направилась к двери.       — Куда ты? — крикнула Ино. — Не слишком ли рано? Поговори с нами!       — Вы уже всё знаете! — сдавшись, бросила Хината через плечо. Данное заявление на секунду приостановило их маниакальный энтузиазм, и мгновение подруги переваривали его смысл, а затем в три голоса завели эмоциональное обсуждение. Захлопнув за собой дверь, Хината привалилась к стене, пытаясь выровнять дыхание и вернуть лицу естественный цвет.

***

      У него оставалось время только чтобы сменить покрывшуюся копотью от кострищ одежду, схватить последние иллюстрации к проекту и выбежать за дверь, чтобы встретить Хинату у её общежития.       Наруто наблюдал за его метаниями проницательным голубым взглядом и неуклонно растущей ухмылкой. — Я тут слышал, что ты встречался с Хинатой до того, как пришёл к нам на помощь. — Он потряс в воздухе своим телефоном. — Ты становишься всё более и более откровенным с ней, да?       Саске втиснулся в свитер и одарил Наруто хмурым взглядом. — Кто тебе это сказал?       — Сакура. Кажется, Хината сбежала до того, как они смогли её допросить. Девчонки видели тебя в окно. — И, когда Саске наклонился, чтобы сунуть ноги в ботинки, Наруто легонько стукнул его по уже потускневшему синяку на лбу, вызвав этим сердитое «Ой!» и болезненный шлепок по руке. Узумаки до сих пор не мог перестать подкалывать Саске по этому поводу. — Ты пытался её поцеловать или что?       — Нет! — Саске глубоко вдохнул через нос и встал, хватая свои вещи. — Не лезь не в своё дело. Это был несчастный случай.       — Надеюсь, она выглядит лучше, чем ты. Если Неджи услышит, что хотя бы ресничка упала с его драгоценной маленькой кузины из-за тебя…       Щёлкнув друга по лбу, Саске распахнул дверь. — Заткнись. Идиот.       — Удачи, застенчивый ублюдок!       Покачав головой, Саске вышел на улицу. Он догадывался, что друзья будут только рады поводу подразнить его, но, кажется, даже не предполагал, насколько. Их смешки превратились во что-то постоянное, вроде шума машин в городе или океанских волн на пляже, и Саске уже даже удивлялся, когда в каких-нибудь текущих разговорах не мелькало его имя или имя Хинаты.       Ему не приходило в голову, что Хината может переживать то же самое, но когда Саске подошёл к её общежитию, его буквально осенило, при виде запыхавшейся Хинаты, с широко раскрытыми глазами выскочившей в снежный день. По пути она схватила его за руку и потянула за собой.       — Быстрее!       — Что?.. — начал было он, пройдя за ней несколько шагов, прежде чем обернуться на звук распахнувшегося на втором этаже окна. — Учиха! — крикнула Ино, пытаясь уместиться у маленького окна вместе с Сакурой и Тен-Тен. — Хорошая работа!       Уставившись на них через плечо, Саске от удивления даже рот раскрыл. В горле мигом пересохло, и он стиснул зубы и отвернулся.       — Хина, ты очаровательна! — закричала Сакура, сложив ладони рупором, чтобы её точно услышали.       — Кое-кто однажды сказал мне, что иногда… иногда людям нужна хорошая затрещина, а потом… — внезапно пожаловалась Хината, пока они быстро шли прочь от общежития, а смех девушек позади отдавался эхом в ледяном воздухе. — А потом я дала тебе пощёчину и… возненавидела себя за это, решив больше никогда не делать такого снова.       Удивившись, Саске полуутвердительно хмыкнул, и она сильнее потянула его за рукав. — Но… но прямо сейчас мне так хотелось треснуть их…— продолжила Хината. — Просто чтобы увидеть, как они удивятся…       На лице Саске появилась широкая и благодарная улыбка, и если бы Хината оглянулась, она бы ослепла. Он взял себя в руки и легкомысленно прокомментировал: — Мы можем вернуться.       — Нет!       — Шучу. Я шучу.       Хината резко остановилась и повернулась к Саске с уже знакомым ему выражением на лице: что-то среднее между недоверием и любопытством. — Я не знала, что ты умеешь шутить.       — Хм.       — Нет! Я… я… — Хината запнулась на полуслове, когда он ухмыльнулся, и с раздражением, от которого даже затрепетала её чёлка, глубоко вздохнула и позволила своим плечам немного расслабиться, прежде чем неуверенно улыбнуться. — У меня сегодня, похоже, на спине табличка «подразни меня».       — Я ничего не видел.       — Конечно нет. — Хината закатила глаза, что весьма удивило Саске, и, размышляя, как она отреагирует, он протянул руку, удивив теперь уже её, когда откинул тёмную чёлку со лба девушки. — Твой кузен сдерёт с меня шкуру за это, — пробормотал он, осторожно проводя пальцем по маленькой царапине и синяку.       Замерев совершенно неподвижно, Хината посмотрела прямо на него, притягивая взгляд к своим нереальным глазам.       Между ними остались лишь тишина и их смешавшееся дыхание, и Саске почувствовал, как сердце пропустило удар. На лице Хинаты появилась лёгкая хмурость, не расстроенная, нет, а скорее осторожная. Через Саске, казалось, проходили электрические разряды, и она невольно тянулась к ним.       — Саске, ты… — прошептала она, и когда он начал убирать руку, двери библиотеки с треском распахнулись, и хрупкую тишину разбил голос, услышав который, Хината смертельно побледнела.       — Только посмотрите на этих голубков. Теперь всё обрело смысл, — протянул Сасори, привлекая к себе взгляд чёрных и серых глаз. Он стоял на крыльце в компании Хидана и Дейдары, оценивающе глядящих на них.       Хината рвано вздохнула, сжав ремень сумки так сильно, что заболели пыльцы, и почувствовала себя такой же ледяной, как лежащий вокруг снег. Медленно и плавно Саске шагнул вперёд, заслонив её своим плечом, и сунул руки в карманы, одарив троицу безразличным взглядом.       — Иди куда шёл, — обманчиво мягко предложил Саске.       — Ох, но ты же знаешь, как я не люблю, когда мне указывают, что делать, — закатил глаза Сасори, лениво спускаясь к ним. Саске скользнул взглядом по снегу и льду кампуса, выискивая свидетелей их встречи и как на зло не находя ни одного. Скоро должен был появиться Неджи, но его тоже нигде не было видно.       — Тогда считай это предложением, — ровно ответил Саске, взглянув на членов Акацуки. В голове пронеслись сказанные накануне вечером слова брата, и Саске почувствовал, как по венам запульсировал адреналин, обостряя зрение и наполняя лёгкие дополнительным воздухом.       — Приму это к сведению. Расслабься, Учиха. — Улыбка Сасори — на первый взгляд очаровательная — казалась оскалом обнажившего кровавые клыки волка. — Я просто хочу перекинуться парой слов с мисс Хьюга.       Хината внезапно схватила его за руку, и Саске почувствовал степень её паники, выражавшуюся в сдавленном быстром дыхании, касавшемся его шеи.       — Мы оба знаем, что этого не произойдёт, — отрешённо заметил Саске, в уме рассчитывая, сколько сил вложить в удар, чтобы сломать Сасори нос.       Улыбка Сасори погасла, и он испустил тяжёлый раздражённый вздох. — Ну что ж. В таком случае, у нас проблема, верно?       Хидан по-акульему ухмыльнулся и, не спуская темнеющего взгляда с Хинаты, расправил плечи и двинулся в их сторону.