Ты научил меня дышать

Голова болела из-за недавней истерики, да и в целом из-за плохих мыслей, но сейчас Владимир смеялся и поглощённо беседовал со своим новым знакомым - Алексеем. Они сидели в каком-то незнакомом дворе, который не отличался ничем от других дворов старого центра, поэтому, описывать я его не буду. Чувствовался запах осени, листья потихоньку желтели на вековых деревьях, а пока ещё тёплый летний ветерок раскачивал их, иногда вынуждая шуршать между собой. Солнце грело уже не так, как в июле и даже не как в августе, но всё же было относительно тепло. — А почему ты переехал? — спросил Семенюк. — Ну, — Алексей мысленно уже ненавидел этот вопрос, но в этот раз он решился довериться и ответить честно: — я купил квартиру в этом районе и мы с семьёй переехали сюда. Я решил, шо лучше учиться по месту жительства. — Неплохо, ты зарабатывал долго на квартиру? — Вова был в некотором восторге от своего нового знакомого. Для него он был так сказать действительно хорошим примером для подражания и собственным героем, ведь Алексей за счёт своих поступков и слов являлся достаточно благородным человеком. — Год. — Моё уважение, — Братишкин увлечённо улыбнулся. — Можно я задам тебе не очень приятный вопрос? — Губанов сосредоточенно посмотрел на Вову. — Давай. — Почему про тебя ходят такие слухи по школе? Ты же не такой человек. Вот, мы с тобой сидим и спокойно общаемся, — белолицый придвинулся немного поближе к Семенюку, — шо за приколы у них? — Блять, — Братишкин нахмурился и взглянул в застывшие глаза напротив, — давай так. Вот тебе история: как-то в шестом классе, я стоял с одним из своих одноклассников в туалете. И он, мягко говоря, оскорблял меня и мою семью. Ну, а я, я терпеть не стал, вмазал ему. Так вот, потом эту историю вывернули так, что я просто так ударил его, а когда мои родители пришли в школу, и мы оправдались у директора и тот парень всё подтвердил, мои одноклассники пустили слух, что мы заплатили директору, чтобы меня не отчислили. Я думаю, что это пиздец, какой понятный пример. — Ебать, ну слушай, а мы не можем как-то обелить тебя? Это же несправедливо. — Нет, не думаю, что сможем, — Вова вспомнил все свои попытки, все случаи, когда молча терпел, но в по итогу выходил виноватым во всех ситуациях. — Ладно, — Лёша согласился, но на самом деле его упёртый характер не позволит пройти мимо такого. Он обязательно будет стараться что-то сделать. — Кстати, а кем ты работаешь? — сменил тему десятиклассник. — Я, — почему-то этот вопрос стал так неудобен для Алексея. Он не привык кому-то рассказывать о себе и своей жизни, да и не особо он и верил людям для того, чтобы рассказывать что-то такое, личное можно сказать. Так что, даже здесь, при всём доверии и снисходительности к Вове, он просто не мог таким поделиться, — я работаю в маке, там график удобный. — Круто. — Бля, вспомнил, у меня же смена сегодня, — Лёша взглянул на экран телефона. Сегодня у него три человека и адреса все разные. — Я, наверное, пойду. Хорошо поболтали, — вставая, он улыбнулся Владимиру. — Да, спасибо большое, — в груди Вовы образовалось какое-то тёплое чувство, из-за которого он невольно улыбнулся, может быть, даже сильнее, чем обычно. — Обращайся, увидимся завтра, пока, — брюнет перекинул сумку через плечо и поспешил. — Пока, — Владимир всё ещё сидел и улыбался. Он поймал себя на мысли, что сидит и лыбится, наверное, как кретин, но ему не особо хотелось переставать улыбаться, как бы глупо он не выглядел. День сегодня был сумасшедший. Столько всего произошло, в голове просто не укладывалось. Он достал из рюкзака наушники и включил любимую песню.

But the truth is, I don't wanna be me I pray to God, let me die in my sleep

Он встал и надел на одно плечо портфель. Его дом находился где-то в пятнадцати минутах от этого двора, поэтому он решил пройтись. Нужно было всё обдумать, расставить по полочкам. Вова гулял в лабиринтах из сталинских многоэтажек под мощные басы, бьющие из динамиков наушников. Первым делом он обозначил сам для себя, что к одноклассникам теперь он будет относиться нейтрально и больше вообще с ними не контактировать. Второе, что он сделал - это удалил Дашу из друзей, ведь такой подставы от неё он уж точно не ожидал. Сердце ещё болело и вроде бы как, он ещё что-то чувствовал к ней помимо отвращения. Но всё-таки такие поступки не прощают. — В бан, — парень нервно улыбнулся и закрыл приложение. Теперь он начал думать о друзьях, которым написывал всю эту и прошлую учебную неделю, а они не отвечали. Юношу терзали сомнения: — Они обиделись или их забрали в ментовку? Он снова проверил сообщения на своём устройстве, но ни одного нового от друзей не обнаружил, зато ему мгновенно пришло уведомление из инстаграмма: etozhehesus подписался(-ась) на ваши обновления. Детские голубые глаза мигом загорелись. Новый знакомый-одиннадцатиклассник очень сильно заинтересовал его. Таких людей, как Алексей Губанов встретишь редко. Он был искренним, по крайней мере казался таким, добрым и понимающим. Он , как будто не знал горестей этой жизни, его душа была чиста. Необычайный трепет сидел внутри Вовы, когда он вспоминал поступок брюнета. — Бля, это так, — Братишкин пытался подобрать нужное слово сию феномену, — это так по-мужски. Пришёл, единственный и поддержал меня. Он ещё и искал меня или же по пятам шёл. Не знаю, но в любом случае это, очевидно, сильный поступок. Хотя, он так был подозрительно добр ко мне, может это реально шутка? Над Вовой мгновенно затянулась серая туча из плохих мыслей и ассоциаций. Ну, не похоже это на прикол от одноклассников. Они же не могли зайти настолько далеко и пошутить настолько подло, так ещё и с помощью Лёши, человека нового, неиспорченного их обществом. Хотя, всё вполне возможно. — Паранойя или осторожность? Эту мысль Владимир вынашивал по дороге до дома и вплоть до следующего дня.

***

На одной из школьных перемен, Братишкин сидел спокойно на скамейке и читал биологию, но это было прикрытием. На самом деле он сидел и скрыто наблюдал за Алексеем, болтавшим со своими одноклассниками. Внутри младшего сидел маленький комок и страха и сильное желание подойти к Лёше. Но всё-таки страх и мысль, которая не давала ему уснуть всю ночь, не могли просто позволить парню пересилить себя и подойти у всех на глазах к товарищу. Поэтому он сидел и любовался брюнетом параллельно ведя спор с самим собой. — Ему похуй на меня наверное, — Братишкин нахмурился, — с чего я вообще взял, что это действительно было желание Лёши общаться со мной, а не продолжение той злой шутки или же, как сказал долбаёб по имени Давид: «предупредительного выстрела». Миловидный сероглазый старшеклассник посмеялся с шутки сверстника и прикрыл рот рукой. Вова подметил для себя эту странность в поведении Алексея. — А, да ладно, блять, Лёха же не конченный, — Семенюк снова опустил синие глаза на страницы неинтересного учебника, — зато я конченный для всей школы, и это очевидно, что нормальный чел не будет подходить ко мне при всех. Не успел Владимир вновь посмотреть в сторону Алёши, как второй приземлился рядом с ним. Вова вылупился на друга и слегка покраснел. — Пиздец чё творит. — Привет, биологию повторяешь? — тонкая белая рука показала длинным пальцем на учебник, лежащий на коленях шатена. — А, эм, да, — Вова ещё больше удивился своему неимоверному смущению, он отвёл взгляд и обматерил своё странное поведение просебя, — привет. — Если тебе неуютно говорить здесь, то мы можем куда-нибудь отойти, для меня не проблема, — Алексей внимательно рассматривал Вову. — Да нет, всё супер, — Владимир взял себя в руки, — Как твои дела? — У меня всё нормально, твои-то как? — Всё хорошо, — Вова улыбнулся. — Реально? — брюнет вскинул брови от удивления, — я рад. — Конечно у меня всё хорошо, ведь мои опасения не оправдались и прямо сейчас я беседую в тобой, а не утопаю в собственных головных заёбах. Может быть мне сказать ему об этом? Или не стоит? Не успел Вова сказать то, что крутилось в голове, как прозвенел звонок на урок. Брюнет встал со скамейки, Владимир отзеркалил это движение. Школьники, словно муравьи, разбежались по кабинетам, а парни стояли друг напротив друга и ожидали, пока кто-то из них догадается попрощаться. Для Семенюка этот момент почему-то казался каким-то волшебным. Он был несколько ниже одиннадцатиклассника, поэтому ему приходилось достаточно сильно задирать подбородок для того, чтобы смотреть прямо в снежные глаза Алексея. — Значит шо, — Лёша улыбнулся, — встретимся позже, я на геометрию пойду, — он аккуратно похлопал десятиклассника по плечу, — удачи, Вова. — Да, тебе тоже, увидимся, — Владимир улыбнулся в ответ. Брюнет развернулся и побрёл в свой кабинет, а Вова стоял, улыбался и смотрел ему вслед. — Вот же бывают люди. Внутри лишь порхали бабочки и чувства восхищения. Губанов - стал для Вовы кем-то большим, чем просто знакомый или даже товарищ, он стал кем-то особенным, кем-то с кого можно брать пример, тем, с кем можно поговорить и не ждать осуждения, он стал тем, кому действительно можно доверять.

***

Последним уроком в расписании Семенюка была литература. На перемене он вновь пересёкся с Лёшей, они снова успели обсудить пустые темы по типу видеоигр или инфоповодов, гуляющих в интернете, но так или иначе это было важно для Вовы. Ему нравилось находиться в расслабленной обстановке, шутить, как со своими друзьями летом, ловить мимолётные взгляды от брюнета и радоваться каждой улыбке и пониманию со стороны Лёши. Он был вдохновлён, ему будто почти открыли новое дыхание, единственное, что его волновало - это его друзья, от них ни слуху, ни духу. Владимир сидел по обыкновению за последней партой, смотрел в окно, на старые здания города, бизнес центры, скамейки и маленьких школьников, бурно что-то обсуждающих между собой, а также мельком слушал о том, что говорила учительница литературы. Станислава Тарасовна - преподавала литературу и русский язык достаточно давно, настолько давно, что знала отца Владимира и также, она была одной из немногих, кто относился к Вове с пониманием, она знала его хорошие и плохие качества, но из-за сильного ветряного поведения, она не могла взять Семенюка в ежовые рукавицы и научить его уму разуму. — Александр Сергеевич Пушкин во время такого периода его жизни, как «Болдинская осень», написал множество стихотворений, вдохновлённых красотой природы, а также в них вложен путь переосмысления автором своей жизни, — учительница села за свой стол и открыла учебник по литературе, — итак, я задавала вам выучить Элегию* - «Безумных лет угасшее веселье…». К доске пойдёт… Владимир Семенюк, — преподаватель требовательно посмотрела на ученика за последней партой. Вова тихо встал и вышел к доске. Небольшой мандраж и страх охватил его на мгновение, злые и сжирающие без остатка взгляды устремились на юношу. Ему стало страшно также, как в тот самый тяжёлый учебный год в его жизни, когда паранойя обострилась особенно сильно. Он взглянул в потолок, а затем вспомнил ночь, что он учил этот стих, стоя перед зеркалом, рассказывая его всё лучше и лучше с каждым разом. После, он вспомнил единственного, кто поселился с недавних пор в его голове - Алексея Губанова. Он вспомнил приятную атмосферу при их общении и также, посчитал нужным напомнить себе, что после урока они вновь увидятся, а может даже и погуляют вместе. Это всего лишь стих. Станислава Тарасовна смотрела на него немного нервно, не хотела она ставить ему два и она была давно уже наслышана о том, что Владимир пообещал своей классной руководительнице. И вот, Вова начал:

Безумных лет угасшее веселье Мне тяжело, как смутное похмелье. Но, как вино — печаль минувших дней В моей душе чем старе, тем сильней. Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе Грядущего волнуемое море. Но не хочу, о други, умирать; Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать; И ведаю, мне будут наслажденья Меж горестей, забот и треволненья: Порой опять гармонией упьюсь, Над вымыслом слезами обольюсь, И может быть — на мой закат печальный Блеснет любовь улыбкою прощальной.

Братишкин выжидающе посмотрел на преподавателя. Она сидела и улыбалась, а через минуту сказала: — Я приятно удивлена, Вова, — она взяла в руки красную ручку и вывела рядом с фамилией парня красивую, даже элегантную пятёрку, — садись, пять. Семенюк сдержанно заулыбался, но душа его разжигалась от счастья. Его оценили по достоинству. Пока он шёл обратно, за свою последнюю парту, поглядывал на одноклассников. Отличники перешёптывались, мол, как он, еле какой троечник, так выразительно рассказать стихотворение. Вова был горд собой. Он приземлился на деревянный исписанный различными гадостями стул и вновь принялся мечтать. Урок подходил к своему логическому завершению, когда Владимира подозвала учительница. Одноклассники постепенно покинули помещение и в кабинете стало пусто и тихо. Остались только Станислава Тарасовна и Братишкин. Окна в классе были открыты, так что осенний тёплый ветерок подкидывал вверх прозрачные лёгкие шторы. Солнце проникало в помещение и отбрасывало тени, а также солнечных зайчиков на стены старой школы, только один Бог знает, сколько раз их перекрашивали. Парты были старыми, но крепкими, более менее чистыми, в отличие от стульев, на которых были написаны ругательства и нарисованы неприличные вещи. Семенюк не придал значению тот факт, что его снова оставили после урока, видимо, он привык. Парень сел за первую парту и сосредоточенно обратил свой взор на учительницу. — Вова, ты очень похож на своего отца, — Станислава Тарасовна блаженно улыбнулась, она посмотрела куда-то вдаль, будто возвращалась в прошлое и прокручивала идентичный момент с папой Владимира, — я помню, что он тоже был своенравный, немного упрямый, но какой у него был стрежень. Сильный человек. Ты тоже такой, но более мягкий что-ли, — Братишкин внимал слова педагога, однако не вразумлял к чему всё это, поэтому он просто сидел, сдержанно улыбался и немного хмурился. — Ладно, сейчас не об этом, — женщина сразу сменила тон беседы, — я поистине удивлена тому, как красиво и чутко ты сегодня декламировал* элегию Пушкина. Ты долго учил? — Спасибо, — неуверенно и очень удивлённо ответил шатен, — я учил его где-то часа три, может три с половиной. А что такое? — Да вот, Вова, у меня к тебе есть хорошее предложение, — учительница хитро, но добро улыбнулась и поправила шаль, мирно лежащую на её плечах, — В апреле состоится конкурс чтецов среди школ нашего города. И я бы очень хотела, чтобы ты принял участие, — она сделала паузу, дабы Вова переварил информацию, — но сначала тебе нужно будет пройти отборочный этап по школе, он состоится в феврале. Участвуют ученики девятых, десятых и одиннадцатых классов. Потом мы отберём пять человек, которые будут представлять нашу школу, а дальше, если мы выиграем, то пройдём на краевые и по нарастающей. Что скажешь? Мне бы очень хотелось, чтобы ты попробовал, у тебя, определённо, есть талант к этому. Я не всем предлагаю такую возможность и я на тебя не давлю, если у тебя есть страх перед сценой и ты не хочешь, то можешь не участвовать. В общем, я вижу по твоему выражению лица, что это достаточно сложное решение для тебя, поэтому я даю тебе неделю на раздумия, — свою речь она подкрепила улыбкой. — Хорошо, я вас услышал, — Семенюк встал из-за парты и накинул рюкзак на плечи, — через неделю обсудим тогда. До свидания. — Удачи, Вова, — дверь закрылась, юноша покинул кабинет литературы. Как только парень вышел в коридор, то сразу расслабился и очень широко заулыбался. Выглядел он, как идиот или нет - его не волновало это сейчас. Он был искренне рад за себя. Он уже представлял обескураженные лица родителей, когда они узнают, что их сын не замешан в очередной передряге, а был приглашён на конкурс чтецов стихов. Раньше Вове это показалось бы скучной идеей и он вместе со своими друзьями поржал бы над такой возможностью, но сейчас, сейчас всё было иначе. Он завоёвывал авторитет учитель, постепенно, но верно. И плевать он хотел на чужое мнение, даже на мнение своих друзей, которые на него категорично забили, бросили можно сказать. — Я чёртов везунчик. Братишкин пошёл прямиком к кабинету Алёши и было опять-таки всё равно на то, что подумает надоедливое окружение. Пусть знают, что у главного отброса школы есть друг. Вова улыбался и представлял, как будет приятно сейчас увидеть Лёшу и рассказать ему такую новость, но из мечтаний его выбил до боли знакомый нежный голос. Шатен замер перед поворотом к классу Губанова и прислушался: — Лёшенька, ну, подожди, давай поговорим, — Дарья Куданова. Вову в этот момент, будто холодной водой окатило. — Шо тебе было не понятно из того, что я написал в инсте? — раздражённый голос друга прозвучал очень резко. — Нет, я не понимаю, — девушка начала ныть, — мы же с тобой гуляли... и не ври, что я тебе не понравилась, не ври! Я знаю, что я тебе нравлюсь! — Они ходили гулять? Когда? — в голове Семенюка всё перемешалось, на душе неприятно заскребло, — а не вчера-ли? Лёша так быстро ускакал... — Ну даже если понравилась, — Алексей сильно злился на десятиклассницу, — что дальше-то? — Вот! Ты сам это сказал! Почему ты меня отшил? — Так, хватит истерить, Даша, — Лёша тотчас сменил свою инотанацию на спокойную, — давай поговорим потом, мне нужно бежать. — Ладно. Алексей ни проронив больше ни слова завернул в другой коридор, где была лестница и моментально удалился из общества девушки. Вова тихонько выглянул и увидел заплаканную Дашу, она сидела на полу, тушь текла по гладкой коже, губы дрожали, в руках она держала телефон. Тут же она начала записывать кому-то голосовые: — Ты представляешь, этот мудила меня отшил, — она шмыгнула носом, — я ему блять устрою весёлую жизнь. Сразу его самооценку принижу. Конченный... Юноше стало противно слышать всё это, он понимал к чему клонила одноклассница и, впринципе, всё самое важное он уже услышал. Лучшим решением сейчас будет догнать брюнета и пригласить его погулять, а там уже обговорить эту ситуацию. Вова так и сделал: он спустился вниз и мигом нашёл Алексея. — Лёша, — Владмир улыбался, старался не подавать виду, что знал всё содержание диалога. Высокий юноша обернулся и взглянул на друга как-то холодно. Он с кем-то нервно беседовал по телефону, но как только Братишкин подошёл к нему, тот сразу закончил вызов. — Привет, давай схо... — Да-да, привет, Вов, давай позже, я сейчас очень тороплюсь, — Губанов даже не посмотрел на шатена, на что второй нахмурился и строго взглянул на одиннацатиклассника. — Увидимся завтра, — брюнет так и не обратил внимание на Братишкина и просто, уткнувшись в телефон, накинкул сумку и покинул здание школы. — Да что с ним блять случилось? Может что-то серьёзное?... — Владимир начал кусать свою щеку изнутри, дабы убрать куда-то нервяк, — ладно, я в любом случае выясню, но это явно не связано с Дашей, иначе он бы расстроился прямо там, а тут что-то другое и что-то явно посерьёзнее… Но всё же Братишкин смог снова перенастроить себя на позитивный лад, сегодня был неплохой, даже хороший день, более того, завтра пятница, а это значит, что выходные скоро. И в эти выходные Вова очень хотел выяснить ситуацию, происходящую между ним и его друзьями. Не успел парень отойти от школы, как наткнулся на того, о ком думал уже две недели: — О, Вовчик, — голубые глаза посмотрели вперёд. Семенюк увидел Никиту - лучшего друга, с которым они не виделись с августа. — Ну, наконец-то, — Владимир улыбнулся. — Привет, Никитосик, — Вова хотел ещё кое-что сказать парню, но тот перебил его: — Я, типа не тебя ждал, но ты тоже ничего, — он как-то злобно улыбнулся, можно сказать, что оскалился, затем Ник подошёл к Вове вплотную, — а ты ничё рассказать не хочешь? — Хочу, почему ты в вк мне не отвечаешь особенно после того, что случилось? — Почему я тебе не отвечаю в вк? — друг усмехнулся, он отошёл от шатена и сплюнул, а затем он повернулся и со всей силы ударил Вову в щёку, — Почему я блять не отвечаю? Ты уебан такое спрашивать? — Никита начал по-сумасшедши смеяться. — А ты не ахуел-ли другалёк? — Владимир раскраснелся и тут же ударил товарища в живот, тот спохватился. — Ты сдал нас мусорам, мудила. — Да какого хуя? — Вы тоже меня сдали. — Нужно было бежать тогда, — снова усмехнулся парень. — Нужно было предупредить меня блять о том, что вы собирались делать. — А ещё чё? Отсосать может тебе? Мы тогда сказали столько, сколько нужно было, — Владимир разгневался ещё больше, он ударил Ника в глаз, но промахнулся и попал лишь по брови. Ответ со стороны парня последовал незамедлительный: он ударил Вову в нос, а затем в солнечное сплетение. Голубоглазый начал задыхаться и упал на асфальт. Никита наклонился к нему, взял за подбородок и по-волчьи заулыбался: — маменкин сынок блять, нужно было ещё тогда тебя отпиздить, — уже бывший друг нанёс ему решительный удар по красивому лицу и пробубнил на прощание: — не удивительно, что ты с этим долбаном учишься. Такой же блять пидорок. — Чё он несёт блять… — перед глазами всё немного плыло, кислорода не хватало и кажется, из носа текла красная густая жидкость, — главное не откинуться здесь.

***

Пятница. Вова выходил из здания школы. Впереди его ждали беззаботные выходные, и, казалось бы, он должен радоваться, да вот только планы его, как мы помним, вчера обрушились. Пообщаться с друзьями не получится - Никита уже всё сказал и сделал так, что Владимир теперь имеет лишь желание вновь заехать кулаком в эту насмешливую рожу. Погода же не менялась: она была тёплой, как и вчера. Семенюк стоял у входа в школу и морщился от того, что солнце светило прямо на его «разукрашенное» лицо. На носу имелся глубокий порез, а левая щека была немного припухшей. Синие глаза сегодня были по-особенному уставшими, так ещё и красными. В голове гулял ураган мыслей, а на душе у Вовы было достаточно тяжело. Нелегко смириться с мыслью о том, что твой лучший друг давно мечтал тебя ударить. Ещё одна мысль не давала Братишкину покоя, а конкретно отсутствие Лёши в школе. Брюнет вчера нервно убежал после уроков и ничего не объяснил, а сегодня вообще не пришёл, на сообщения в инстаграмме не отвечал. Семенюка это тревожило, поэтому он облазил за семь уроков все социальные сети, изучил фан-группу, созданную малолетками из его школы и понял, где живёт Алексей. Он хотел сейчас наведаться в гости к Лёше, вот только не знал, что толком говорить, да и вообще дома-ли он? — Ладно уж, сходим, проведаем его, — Братишкин почесал нос, но вскоре нахмурился от боли, — он же пошёл за мной, вот и я пойду за ним.

***

Пятый этаж. Квартира тридцать два. Десятиклассник стоял и, затаив дыхание, боялся что-либо предпринять. — Пиздец, ну я же уже притопал сюда, — убеждал сам себя парень, — похуй. Он нажал на кнопочку и мгновенно сработала мелодичная трель, какая стояла на всех старых советских звонках. Кто-то по ту сторону двери заворчал, затем было минутное молчание и, наконец, чьи-то неторопливые шаги. — Я чё какому-то деду в квартиру позвонил? Дверь потихоньку открылась, проёме стоял он - Лёша в огромных пижамных штанах, какой-то кофте с длинным рукавом и тапках. На голове, где обычно находилась идеальная укладка, сейчас был беспорядок, но этот беспорядок был ему к лицу. Парень выглядел заспанно, он потирал рукой глаза и зевал. — Соня блять, — Вова засмеялся. — М, что, — брюнет открыл глаза пошире и попытался найти причину внезапного смеха его необычного гостя, — Вова? Проходи. Шатен осторожно переступил порог и начал осматриваться: обычная квартирка, прямоугольный коридор, сбоку сразу ванная и туалет, перед глазами были три двери и ещё одна сбоку. На полу лежал ковёр, на стене висел календарь, рядом была вешалка с куртками и тумба с обувью. Ничего особенного, но Вова был, как зачарованный, а Лёша же стоял и также зачарованно смотрел на шатена. — Разувайся, шо встал, — Владимир посмотрел прямо в Лёшины глаза. Он снял кеды и повесил куртку, рюкзак неловко держал в руках, — ох, ну что ты, — Алексей выхватил у него вещь и положил на тумбу, Вова ехидно улыбнулся, — Пойдём. Они зашли в одну из дверей, перед глазами нарисовалась небольшая светлая кухня. Она была выполнена преимущественно в синем цвете, лишь деревянный круглый стол выделялся из общей картины. Алёша усадил гостя на стул и велел ждать. Братишкин пару раз прошёлся глазами по комнате, а после просто стал выжидающе поглядывать на открытую дверь. Наконец, Губанов вернулся: он выглядел свежее, переоделся, причесался кое-как. — Извини, что я так это, выглядел плохо, — Лёша взглянул на шатена и замер, — Вов, а шо, кто тебя так? — брюнет сел рядом и обеспокоено уставился на результаты вчерашней потасовки. — Да, забей, — Владимир отмахнулся. — Нет, Вов, — Алексей поднялся, открыл какой-то ящик и достал аптечку, — щас мы тебя обработаем. — Не нужно, Лёш. — Ни слова больше, — парень уже достал перекись водорода и, видимо, хотел взяться сразу за нос друга, — ты лучше расскажи, шо ты пришёл. — Я волновался. Алексей наклонился к синеглазому. Он взял в своими ловкими длинными пальцами ватный диск и перекись. Одна его ладонь мягко прикоснулась к припухшей щеке Вовы. Шатен мгновенно замер, он внимательно наблюдал за движениями друга. Губанов был близко, настолько, что их носы почти соприкасались. Ледяные глаза спокойно посмотрели на Братишкина, а потом вновь обратили своё внимание на ссадину на носу. Второй рукой он приготовил средство и добавил: — Будет немного щипать. Владимир был очень напряжён, но сам не понимал из-за чего. Обстановка, прошлые события или сложившейся ситуация напрягала его? Тем временем Алёша налил на нос перекись водорода, она тотчас зашипела, а у Вовы вылетело то, что должно было остаться в мыслях: — Я волновался, вдруг с тобой что-то случилось, — щёки Семенюка загорелись красным, внутри родился обжигающий стыд. — Ох, — Алексей, будто не обратил на это внимания. Он в обычной своей спокойной манере сложил всё обратно в аптечку и полез обратно в ящик, а затем он достал из холодильника лёд и вручил его другу, — прости, что заставил поволноваться. Просто… в общем, — брюнет заволновался, он взглянул на друга, как вдруг затрещал дверной звонок. Парень встал, а Вова последовал за ним. Алексей открыл дверь, на него тут же накинулась какая-то девушка. Она была намного ниже Владимира, имела каштановые длинные волосы, на карих глазах были очки, аккуратный нос и румяные щёки. — Хеся, — приятно протянула девушка. — Хеся? Может это его сестра? — Братишкину стало ещё неудобнее из-за чего его щёки запылали ещё большим пламенем. — Оля, привет, — Лёша улыбнулся ей. — Ой, у тебя тут гость, — Олины глаза быстро забегали по Вове, затем она вновь смерила каким-то непонятным взглядом Алексея и вернулась к Вове. Она подошла поближе к шатену и протянула маленькую ручку, — Оля, можно просто Оляша. — Владимир, — парень протянул руку в ответ. Он очень стеснялся. — Прямо Владимир, так тебя и называть? — пошутила кареглазая. Братишкин оценил шутку, он немного посмеялся. — Вов, Оля - моя подруга, Оля, Вова - мой друг. — Да? — Оляша повернулась на брюнета и начала хитро улыбаться, — точно друг? А то знаешь… — Так блять, — Алексей перебил девушку, он немного замешкался, — Уважаемая, составьте, пожалуйста, Вове компанию, я ща приду. — Окей, — Оля вновь посмотрела на Владимира. Она жестом пригласила его на кухню. Они зашли и сели рядом. Оляша до сих пор детально разглядывала Вову, а Вова просто молчал, — а тебе сколько лет? — Шестнадцать, — она засмеялась. — Ну, пенсионер даёт, посадят ещё, — она улыбнулась, — а где вы познакомились? Просто Лёшенька, парень не особо разговорчивый и новых друзей у него давно не было. — А, ну, мы в школе познакомились, в новой его. — Понятно. — А вы? — решился задать вопрос парень. — Мы с пелёнок знакомы, — ответила Оляша, — наши родители дружили. — Вы не заскучали? — в дверном проёме образовался Лёша. Он зашёл на кухню. — Не скучали, но чай хоть налей, хозяин-барин, — сказала Оля. — Сейчас налью, — он налил воду в электрический чайник и поставил её кипятится, — Оляша уже знает, теперь я расскажу тебе, Вова. Короче, у меня проблемы с сестрой, там долгая история… Ну, короче, она из дома ушла, а я вчера так торопился, потому что пытался удержать её. Поскандалили мы вчера знатно, поэтому я сегодня в школу не попёрся. — Нихера, может тебе помощь нужна? — Владимир, я думаю, что вы очень сможете нам помочь, ведь я тоже ему буду в этом помогать, — Ольга вопросительно посмотрела на брюнета, — так ведь Хесус? — Я не знаю, я не хочу Вову в это впутывать, — Лёша немного нахмурился, — просто, ну смотри, там такая ебанутая компания, у моей сестры, я не хочу, чтобы его побили. Смотри, пришёл сегодня. Вчера этого не было, — обратился парень конкретно к Оле. — Я что маленький ребёнок блять? — Владимира это раздражало. — В этой комнате ты самый маленький, — Оляша подмигнула, — мне двадцать, Лёше восемнадцать, а тебе всего шестнадцать. — Ну я же не выгляжу младше вас. — Это потому что я низкая, а дед пьёт кровь единорога, чтобы не стареть, — вся компания дружно посмеялась с шутки. Так они просидели до вечера. Потом Вова отправился домой. На душе вновь было тепло, новая знакомая оказалась таким же интересным человеком, как и Лёша. Они также обменялись соцсетями.