Принц павлин

Спустя несколько лет.

— Они едут! — Хилли спрыгнула с дерева, крича на всю округу поместья. Работники, услышавшие слова маленькой горничной, немедля заметались по поместью. Они приводили в порядок последние штрихи. К примеру, юного господина, что успел где-то запачкать свою рубашку.       Дилюк спускается с лестницы, чуть хмурясь от того, как все всполошились вокруг принца. Неужели статус принца в их свободном городе имеет значение? Уже тысячу лет, как свергли королей и некоторая власть была отдана Ордо Фавониус — благородным рыцарям и защитникам свободного города. Аристократия же… ну, Рагнвиндр благородный клан, который спас Мондштандт вместе с Анемо Архонтом от тирана Архонта. Потому его семья уважаема, но это банальная история и ни один из потомков кланов не задирали нос (Джинн просто гордилась потомками, а с Эолой он не мог общаться — её отец та ещё сволочь). — Дилюк, — мальчик споткнулся и не чуть не упал с последней ступени, резко останавливаясь и смотря на отца. Тот был одет в парадную одежду — накрахмаленная рубашка, брошь из руды Кхэнриа и даже вместо высокого хвоста, небольшой и аккуратный пучок. Отец умел выглядеть красиво, когда хотел впечатлить — из-за этого мальчик вздохнул куда-то в сторону. — Отец, — он поприветствовал отца и улыбнулся, — я готов. — Помнишь, что необходимо делать при встрече с принцем и королем? — Крепус присел на колено перед ним, прикалывая на платок сыну брошь с агатом Агнидус. Мальчик поправляет шейный платок, каждый раз удивляясь тому, что его любимая брошь всегда такая легкая, хотя подумать только — остальные броши просто душили его и не давали спокойно жить. Мальчишка проворчал правила этикета, тяжело вздыхая, будто вся встреча с королевскими особями для него тяжелое испытание. Хотя… нет, все же пройти в оруженосцы Ордо Фавониус намного проще!       На улице стояла чудесная погода после утреннего дождя, будто сам Барбатос желал встречи будущих рыцаря и короля. Тучи ушли и оставили после себя лишь лужи и мокрую траву, ведь каменная дорога, выложенная к поместью, высохла под лучами солнца. Королевская повозка остановилась недалеко от врат к поместью, отчего Дилюк почувствовал, как у него засосало под ложечкой. Он отвернулся, как только дверцу кареты открыли и оттуда вышел высокий (казалось выше отца) мужчина. Крепус подтолкнул своего сына, заставляя того поприветствовать гостей. — Дорогой Крепус, рад видеть в прекрасном здравии, как и всегда, — раздался приятный баритон, в котором слышалась улыбка. Мальчишка все же поворачивает голову и смотрит на прибывших. Высокий мужчина в роскошных одеждах, отчего казалось, что ему станет жарко. Его накидка распахнулась от того, как он развел руки, предлагая объятия для Крепуса. — Ваше Величество, ваше Высочество, рады вас видеть в нашем родовом поместье, — его отец лишь немного поклонился, а Дилюк последовал за ним и сразу выровнялся. — Как же вырос дорогой Кэйа, просто чудесный мальчик, жаль, что стеснителен. — Ах, Крепус, прошу, просто Лаурин, мы ведь друзья, — король опустил голову, оглядевшись и нахмурившись, ведь его сын прячется за накидкой отца. Он вздыхает, отодвинув ткань и показывая своего сына, который сразу сделал несколько шагов навстречу, совсем не выглядя счастливым. Рагнвиндр старший подталкивает сына, чтобы тот сразу сделал первый шаг перед принцем.       Принц Кэйа неловко мнет мантию и резво делает неглубокий реверанс, раскрывая ткань наподобие женских юбок. Он зажмурился и выглядел слишком неловко в этой королевской мантии и темных одеждах, отчего Дилюк даже не сразу поприветствовал принца. Они оба обменялись неловкими приветствиями и мальчишка уже развернулся, чтобы спрятаться за отцом, но тот смотрел с лёгкой укоризной. Дилюк повернулся к принцу, который уже выпрямился и резко протянул ему руку, забавно надувая губы в недовольстве и фыркая, как только губы младшего Рагнвиндра коснулись его руки. Вот же Бездна!              Крепус и Лаурин беседовали о своем, оставив детей гулять среди виноградников. Принц заинтересованно ходил между пышных виноградных лоз, совершенно упустив из внимания юного оруженосца. Он остановился под одной из пышных лоз, оглядываясь и зажимая мантию в руках. Казалось, что он потерялся, пока резко на него не выпрыгнул Дилюк, издав какой-то боевой клич, тем самым напугав его. Кэйа замер лишь на секунду, пока на его губах не появилась усмешка и он не зачерпнул из ведра горсть винограда. — Вы не сделаете этого. — О, как же вы сомневаетесь.       Обстрел виноградом испачкал одежды юных господ, отчего начали сокрушаться горничные, а отцы смотрели осуждающе. Мальчишки продолжали друг друга ругать и обзывать, желая поддеть побольнее. Король Кхэнриа нахмурился, как только услышал с губ сына слетело «противный идиот», и громко кашлянул, из-за чего принц резко посмотрел на отца и опустил голову, издав тихое «извините, сэр Дилюк». А вот Рагнвиндр никак не среагировал, лишь попросил сына быть воспитанным юношей, а не вести себя, как бездомный дурак.       Дилюк вздохнул и долго смотрел на луну, гадая, как так вышло, что они с принцем даже не подружившись, уже поругались. Ведь с Джинн он дружит, с её младшей сестрой дружит. Он даже дружит с Томой, живущим в охотничьей деревушке Спрингвейле, правда редко навещает его. А его старший товарищ Венти тоже ему друг, хоть тот и бард, но именно он рассказывает самые чудесны поэмы. И ни с кем он не ругался, более того, не давал обидных прозвищ, но по какой-то причине с принцем из другой страны он ругается. Дилюк вздыхает и просит помощи у Барбатоса, чтобы помириться и стать друзьями с Кэйей.       В дверь тихо постучали, настолько тихо, что мальчишка не сразу понял. Разумно посчитав, что будь это отец или Аделинда, то они бы постучались громче или вошли без стука. Поэтому он слезает с кровати и тихо подходит к дверям, прислушиваясь и ему даже кажется, что время замирает и никого там нет, но раздается тихий вздох и Дилюк открывает дверь. На пороге стоит удивленный и смущенный Кэйа, который неловко сжал перед собой кулаки. — Мне не спится, — тихо прошептал мальчик, — отец мне запрещает бродить, если я не могу уснуть, поэтому, — казалось, что он выпрямился, будто хочет отдать приказ, но это было для храбрости, — можно я побуду с тобой? — О, да, я… проходи… те, — Дилюк впускает в свою комнату принца и закрывается, неожиданно понимая, что это неловко. Ого, принц пришел к нему, потому что. потому что? — Сэр Дилюк, вы ведь хотите стать рыцарем, — в голосе принца вернулась уверенность, которой не было за пределами этой комнаты. Он без разрешения сел на край кровати, но у хозяина не было и мысли возмутиться, усаживаясь рядом.       Между ними стала ненапряженная тишина, потому что Кэйа собирался с мыслями, а Дилюк угадал в этом знакомое движение — Аделинда иногда так делала, если не хотела сказать лишнее или выругнуться. Принц отвел от груди руку, мягко улыбнувшись и смотря своим глазом-звездочкой на него. Удивительно, но только сейчас Дилюк заметил, что вместо круглого зрачка у принца звезда, ярко выделяющаяся в свете луны. — Мне кажется, что это очень круто. — Спасибо. Не ожидал, что вы сделаете мне комплимент. — Я тоже хочу быть рыцарем, но Дайн, мой рыцарь, говорит, что в этом на деле мало благородства и много грязи! — возмутился мальчик и посмотрел на него, придвинувшись поближе и даже доверчиво наклоняясь. — Но ведь рыцари всегда спасают и идут на подвиги, это же круто и благородно! — и тут уже подхватывает возмущение Дилюк, ведь его взгляды совпадают со взглядами Кэйи. — Ваш рыцарь значит не считает свою службу благородной, — фыркает младший Рагнвиндр, резко кивая и соглашаясь. — Вот когда я стану рыцарем, я буду защищать каждого, восстановлю справедливость, если увижу, что её нет. И вас буду защищать, ваше высочество. — Кэйа, — Дилюк опешил, смотря на него, — Кэйа Альберих, можно просто Кэйа, — он протягивает ладонь и это напоминает юному Рагнвиндру, что коснулся он королевской руки губами, забыв про этикет в стрессовый момент. Стараясь не поддать вида смущения, он сжимает мягкую ладонь. — Дилюк Рагнвиндр, — облизнув губы, он продолжил, — можно просто Дилюк. — Рад знакомству, Дилюк.

***

      Аделинда обеспокоенно оглядывается, ведь принц пропал из спальни король Кхэнриа безумно обеспокоен. Дайнслейф молчал куда делся королевский отпрыск, хотя он всю ночь был у дверей спальни или успешно делал вид. Он лишь шагал вслед за девушкой, молча склонив голову и останавливаясь в десяти шагах от служанки. Девушка вздохнула и тихо постучалась в спальню младшего Рагнвиндра, приоткрывая дверь и замирая прямо на пороге. — Сэр Дайнслейф, — она улыбнулась и немного отошла, давая рыцарю взглянуть на открывшуюся картину. Двое мальчишек, сцепив мизинцы, спали на разворошенной постели будто между ними не было недопониманий ранее. — Думаю, им пора вставать.

      ***

— Младший Рагнвиндр прислал тебе подарок, — Кэйа недовольно посмотрел на отца, опуская мясо на тарелку и вздыхая. Аппетит пропал мгновенно, а ему необходимо кушать много и сытно, чтобы были силы на изучение предметов. Он кивает, когда служанка преподносит шкатулку, и раскрывает её. — Цветок, — тихо вздыхает принц, нежно поднимая ледяной бутон и рассматривая его. Ага, как же. Чтобы Дилюк и прислал подарок? Они же каждое лето ругаются по глупым и серьезным причинам, которые у них возникали. Они друзья-неприятели, получается? Определенно. Но… Дилюк единственный, кому он доверяет по-настоящему. — Химонантус, — произносит Лаурин, кладя ладонь на плечо сына и мягко сжимая. — Красивый цветок, они искусно использовали алхимию и крио-элемент, чтобы цветок не погиб, — Кэйа лишь кивает и оглядывает цветок, аккуратно огладив хрупкий лепесток и вздыхая. — Да. Гульфриг поистине хорош в роли преподавателя, отец. Он научил меня пользоваться катализатором с осколками нефрита Шивада и бирюзой Вайюда, — Лаурин задумчиво кивает и отпускает плечо сына, потрепав того по волосам.       Маг посмотрел на принца, слегка склонившись, и повернулся обратно к своим склянкам и книжкам. По всей видимости, он старался усовершенствовать кхэмию или пользование катализаторов с помощью осколков руды из Кхэнриа. Кэйа подошел поближе к нему неловко переминаясь с ноги на ногу и поставив на стол небольшую шкатулку, а как только Гульфриг открыл её, то уставился на мужчину и слегка нахмурился. — Проколи мне уши, пожалуйста. — Ваше высочество, почему я? — Я тебе доверяю, ты ведь почти лекарь, — Кэйа поковырял дырочку на столе, поджав губы и посмотрев на мужчину из-под челки. — Пожалуйста, — маг лишь вздыхает и достаточно нежно улыбнулся, кивая мальчику.

***

      Дилюк недовольно смотрит на принца, разложившегося на широкой ветке и свесив одну ногу, даже не смотря на него. Парнишка недовольно бухтел про то, что ему не стоит там сидеть, иначе упадет и сломает что-нибудь, а влетит им троим. Троим, то есть, Дилюку (в первую очередь), Кэйи и Беннету, который здесь оказался почти случайно. Беннет находится в поместье Рагнвиндров на воспитании от приключенцев из Гильдии искателей приключений, потому что те постоянно где-то, а мальчику нужен хороший пример — Дилюк хорош во многом. — Кэйа, — Беннет поднял взгляд на ветку, — а это правда, что вы плохо читаете? — со всей своей детской непосредственностью спросил мальчишка, совсем не замечая, как на лице старшего растягивается усмешка. — Это правда, — раньше, чем возмущенный принц успевает понять смысл, отвечает Дилюк и тут же в него летит огрызок от яблока. — Я вызываю тебя на дуэль, Дилюк! — принц путается в своих же ногах и почти падает с ветвей, но возмущения настолько огромное, что он даже не замечает, что спрыгнул он в руки аристократа. — И не в призыв, — Кэйа топает ногой, — на мечах! На желание!              Под лучами знойного солнца было удачным решением спрятаться под тенью цуйхуа с закатниками. Аделинда протянула рыцарю сахаренную фиалковые дыни, привезенные из Инадзумы в порт Сидрового озера, также следом протянув ему стакан с водой оттуда. Дайнслейф с благодарным кивком принял дыню, наблюдая вместе с ней за своими подопечными, и слегка нахмурился, когда принц стал крутить мечом и даже науськивал Беннета, предлагая научить. Дилюк немного неловко держался за меч, привыкая к легкости меча и перекидывая его в руках, хмыкая от выпендрежа принца. Ну, конечно же, тому стоило начать выпендриваться тем, какой он классный мечник, мол, «посмотрите все, какой я классный и как круто сейчас уделаю женишка». Дилюк вздыхает, становясь в стойку, и давая Кэйе возможность первым атаковать своего противника.       Кэйа сделал мгновенное и совершенно неуловимое движение, но всё же Дилюк едва успевает отскочить. Иначе бы, будь клинок настоящим, повис бы на нем, словно бабочка на игле. О том, чтобы защищать себя, он не стал думать. Принц продемонстрировал изящное движение рапирой, постаравшись в колющий удар, дабы задеть рыцаря в ногу. Мечник ушел от удара, высоко вскинув колено и одновременно ухитрившись задержать свой клинок в сантиметре от лба принца. На что тот уклонился в сторону, держа его в видимости видящего глаз. Юноша постарался его уколоть в правый бок, резко наклоняясь вниз и почти задев своего противника. Однако, не зря Дилюк был рыцарем Ордо Фавониуса, ведь извернувшись от касания рапиры, он резко оказался у принца за спиной и ткнулся концом тренировочного меча спины. — Ты проиграл, — они тяжело дышали, принц шокировано-обиженно смотрел на него и опирался на свой меч, — Кэйа, ты должен мне желание, — Дилюк рассмеялся, стоило только юноше скривиться и весь резко сгорбился. Он застонал от обиды в проигрыше и нежелании исполнять чужое желание, которое сам же хотел загадать. Наверняка что-то гаденькое — в этом Дилюк уверен. — Ну, говори свое желание, говори, — юноша резко выпрямился, тяжело вздыхая, и зачесал прилипшие волосы от пота. Дилюк повторил его движение и замер, когда сережки в ушах принца блеснули на солнце. — Что такое, Люк, обомлел от счастья? — усмехнулся он. — Ага, — кивнул он, только сейчас понимая, что заметил серьги не сразу, — я потом скажу, — Дилюк улыбается, отвернувшись к Аделинде и Дайну, наблюдающими за ними. Почему-то юноша резко почувствовал себя смущенным, ведь принц неожиданно обнял его за плечи, прижимаясь и заставляя посмотреть на себя. — Тебе идет нефрит, — Кэйа издал какой-то звук, прижавшись к нему и крепко обнимая. — Обожаю тебя, мой милый друг!       Они, своровав с кухни еду, нагло сбежали к водопаду недалеко от винокурни «Рассвет». Кэйа нес корзинку с едой, весело щебеча о том, что сворованное вино им ничего не сделает, да и они не выпьют так много, чтобы опьянеть. Он подхватил под руку Дилюка, тянув его за собой и заставляя собеседника рассказывать про то, что лежит за рекой водопада. За водопадом лежал Ли Юэ — королевство контрактов и моры, где правил Гео Архонт, Моракс, давнейший друг и товарищ Барбатоса. Чудесная гавань. — Ты там был? — принц отпустил руку, разуваясь и закатывая штаны по колено. В середине реки был небольшой островок, недалеко от водопада, куда они собирались сесть и поужинать. — Я нигде не был, кроме Монда и Кхэнриа, — Кэйа широко улыбнулся, — я не был даже в арендованных землях здесь. — Когда станешь королем, сможешь путешествовать. Сделаешь дипломатическую поездку, публично показав всем, что ты король из династии Черного Солнца, — Дилюк повторил действия принца, направившись к острову, высоко подняв сапоги, чтобы те не намокли. — Надеюсь, что по старому знакомству позовешь? — Кэйа рассмеялся, побежав к островку и спотыкаясь на собственной ноге, упав на песок. Он лишь чудом не обронил корзинку и содержимое из нее не выпало, разложившись на песке и закрывая предплечьем свое лицо от смеха. — Архонты! Я обожаю тебя, — юноша приподнял руку и взглянул на медленно идущего к нему парня. — Дилюк, но когда я буду королем, то, — он не продолжил предложение, присаживаясь и неожиданно поворачивая голову куда-то в бок. — То что? — Дилюк остановился рядом с принцем, кидая сапоги на траву. — Кэйа? — Дилюк! — восхищение в голосе Кэйи заставило его присесть, заглядывая в ладонь, в которой лежали две ракушки разных цветов: голубая и красная. Юноша смотрел с таким восхищением на эти маленькие и закрученные ракушки, совершенно обычные для самого Дилюка и невероятно прекрасные для кхэнриахца. — Давай сделаем талисманы? Проденем ниточки и дадим друг другу обещание? — Какое? — из корзинки достали две шпажки с куриными шашлычками и бутылку вина. — Не в слух, — он убрал ракушки в карман штанов, — а то не сбудется.       Они открыли вино, попробовав по глотку каждый и сплевывая сразу же. Дилюк скривился от вкуса вина, пока Кэйа отпил ещё, причитая, что вкус чудесен, а вместе с шашлычками — Просто невероятное сочетание и наверняка это подкупает его, потому что он отбирает бутылку с чужих рук и делает сразу несколько глотков, скривившись от ощущения легкой горечи. Юноши быстро захмелели, начиная тихо хихикать и разговаривать обо всем и одновременно ни о чем. Дилюк увлеченно рассказывал про службу в Ордо Фавониус, горящими глазами смотря на закатное солнце. Кэйа мягким взглядом оглядел Дилюка, аккуратно положив голову на его плечо и прикрывая глаза, его немного подташнивает с непривычки от алкоголя. — Когда мы заключим брак, Люк, — тихо начал он, сжимая предплечье Дилюка и прижимая поближе, — дашь мне клятву рыцаря? — Клятву рыцаря? — Да, клятва рыцаря. Обещаешь? — Дай мне ракушку, я дам обещание, — Дилюк хихикнул, получив в руки красную ракушку, — а ты обещай всегда быть со мной, Кэй. — Обещаю.       Дайнслейф смотрел осуждающе, но вел их на винокурню без слов, пока Кэйа тихо хихикал и просил на ушко Люка называть его всегда «Кэй», потому что звучало оно невероятно нежно и интересно. Он постоянно опирался на младшего Рагнвиндра, прижавшись к нему и рассказывая что-то невероятное, но быстро забывалось, ведь он скакал с темы на тему. Когда их отцы встретили сыновей, то они даже не отпирались и встретили свое наказание достойно — по струнке ровно оказались под холодной водой.       Лаурин нахмурился, когда его сын сел на кровать и что-то крепко-крепко сжал в своей руке, счастливо улыбаясь. Он сел рядом со своим сыном, положив ладонь на его плечо и тот резко лег на кровати, тихо хихикая над чем-то и показывая отцу голубую ракушку. Отец взял ракушку, рассматривая её и наблюдая за тем, как та поблескивает лазурным светом. Она источала энергию гидро, которая ощущалась легким покалываниям и влажностью. — А наш брак сможет стать по любви? — тихо прошептал юный Альберих и прикрыл глаза. — А с мамой ты обручился для чего-то? — Мой брак с твоей матерью был по любви. Она была мудрецом Сумеру, — Лаурин вложил в ладонь сына ракушку, — приехала изучать артерии Кхэнриа, а я юным принцем влюбился в неё и долго просил руки, ведь её родина Сумеру, — тихо вздохнул отец и слабо улыбнулся сыну, погладив того по волосам. — Подарил ей серьги с изумрудом Нагадус, — Кэйа резко сел и обнял отца, ведь он совсем не говорит о матери. — А через много лет родился ты, чудо Кхэнриа, надежда нашего королевства, Кэйа.

      На следующее лето Альберих не приехали.       Осень наступила в Мондштадте лишь ближе в конце октября, а к двадцатому числу Барбатос выпустил холодные ветра и дожди, чтобы земли отдохнули и были готовы к следующим засевам. Ордо Фавониус каждый год организовывал экспедицию для сформированных недавно рыцарских отрядов. В этом году отряд кавалерии возглавлял Дилюк. Эта экспедиция продлится до первых снежинок, которые в том году выпали очень поздно.       Экспедиция прошла успешно, даже несмотря на поздний снег и то, что она затянулась на лишние дни. В последние дни Дилюк чувствовал легкое беспокойство и уже по прибытию в поместье оно только больше нарастало, пока окончательно не замолчало из-за протянутого письма. Конверт, датируемый первым ноябрем, был из королевства Кхэнриа от принца.       В письме было приглашение на дебют, с просьбой стать партнером на вечер тридцатого ноября.       Сегодня было уже пятое декабря.