Принц павлин

      Прошло несколько месяцев со смерти короля Кхэнриа.              Клан Рагнвиндр официально не искал принца Кхэнриа, так как этим занялся Ордо Фавониус. Дилюка же от этого дела отстранили, ведь по словам самого Эроха, действующего магистра, «Дилюк Рагнвиндр заинтересованное лицо, которое своей эмоциональностью может помешать расследованию». От этих слов у всех тех, у кого осталась чистая совесть, раскрылись глаза в ужасе и скривились губы в презрении к магистру. — Сын, — Крепус притянул к себе сына, прижав его к себе, и подставляя собственное плечо для его всхлипов. Дилюк клятвенно шептал, что найдет принца, и сделает невозможное. То, что никто не сможет. Отец лишь мог соглашаться с сыном.       Это был очередной летний день, относящийся к последним дням лета. Принца Кхэнриа до сих пор не нашли, даже не искали — рыцари Фавониуса уж точно. Вон, лениво зевали и говорили дипломатам безбожной страны о том, что поиски активно ведут. Неизвестный «принц» объявил, что по воле короля он и его сестра будут следить и заботиться о Кхэнриа, пока его Величество не вернется и не займет трон. Придворный маг, на плечи которого легли поиски, искал везде, и когда Дилюк с ним общался во второй раз, тот поседел ещё больше. Только лишь Дайнслейф сохранял мнимое спокойствие, но под глазами залегла усталость от бессонных ночей. — Адел-, — юноша замер на пороге гостиной, когда увидел, как заботливо девушка накрывает рыцаря одеялом и приглаживает непослушные локоны. Она лишь вздохнула и спокойно обернулась к господину, мягко улыбаясь. Естественно она волновалась — на её глазах выросли двое парней. — Господин, пойдёмте, я сделала ваше любимое блюдо. Вам нужны силы в поиске Кэйи, — нежная улыбка тронула губы главной горничной.       Поиски он не мог начать нормально, ведь рыцари ордена сразу присылали ему «срочное» задание в разных уголках Мондштадта, куда добираться пешком дольше, чем на лошадях. Даже на своей собственной не давали, ведь это могло нарушить коллективный дух. Действующий магистр действовал Дилюку на нервы, а вместе с тем заставил подозревать, что в поместье есть крыса, ведь в такие совпадения не верилось. Но все, кто служил в поместье, были ближайшими и доверенными лицами Рагнвиндр, а друзья?       Точно нет. Беннет трудился в Гильдии приключений, а Венти и вовсе бродячий бард. Он слишком уж любит свободу и честность, даже одна из его баллад высмеивала Эроха — правда завуалированно, да и что магистр может сделать всенародному любимцу? Может, кто-то из ближайших друзей в ордене? Как бы не было больно, но Дилюк должен знать — так будет не совсем больно.

***

      Джинн в ужасе глянула на Дилюка, стукнув кружкой по столу и проливая чай, отчего сидящая рядом студентка фыркнула. Естественно, ее любимый чай был пролит, да ещё в ближайшей близости от книг, которые непредусмотрительно остались на столе рядом. Девушка была возмущена, что даже её безупречное воспитание потрескалось от праведного гнева. — Этот Эрох! — девушка заскрипела зубами, раздражено сжимая кулак и мигом теряя весь запал, — неужели он правда решил прекратить поиски принца? — обреченность в голосе даже пробрала его. Дилюк на фоне переживаний забыл, что принц был другом и любимцем Мондштадта. — Он совершенно не думает головой, как так можно, если человек пропал? Он, — казалось она сейчас расплачется, но не будь она Гуннихильдр, если сделает это. — Да уж, — студентка из Сумеру качает головой. Кажется, Лиза, — почему бы его не убрать с нагретого места, — она улыбнулась лишь уголками губ, пригубив чай и посмотрев из-под ресниц на Дилюка. — Правда, это займёт время. Как жаль, — протянула она и покачала головой, совершенно хитро улыбнувшись.       Джинн неожиданно посмотрела на друга, раскрыв губы в форме «о». Это их решение.       Уже через неделю Дилюк подал в отставку, отказываясь от должности капитана кавалерии. Вполне ожидаемо, что это событие громко обсуждалось, ведь подающий надежды рыцарь, который мог стать в будущем главой ордена, был любимцем и среди народа. Магистр Эрох мигом попытался заявить, что это было добровольно, и им очень жаль. Однако, ещё до этого заявления прошлась новость — как раз из таверны Доли Ангелов, — капитана кавалерии вынудили уйти по простой причине.       «Эрох отказался искать принца».

***

— Запретная часть библиотеки? — Лиза вздохнула, вынимая из кармана ключи и стуча каблучками пошла к дверям. — Барбатос меня накажет, если я сделаю это без уведомления магистра, ой-ой, — она причитала, — я такая невнимательная, двери оставляю открытыми, когда не нахожусь в библиотеке, — девушка причмокнула губами, разворачиваясь спиной, будто не замечая, как снисходительно поднялись уголки губ Дилюка, проскользнувшего в комнату.       Он прошел в запретную часть библиотеки, тихо затворив двери за собой и ставя фонарь на небольшой столик. Он разжег свет на торшере, от отблеска свеч стало куда проще искать. Раскрывая книги, он находил множество томов на языке Кхэнриа. Из всей предоставленной информации, Дилюк понял лишь приветствие и кто автор. Кэйа когда-то научил его нескольким словам и предложениям (значение которых ему неизвестно, но принц всегда смеялся и молчал). — И где мне искать тебя, Кэйа? — юноша раскрыл ещё одну из книг. — Кэйа, дай мне знать, — он перелистнул страницу, вздыхая. Старый диалект Мондштадта. — «Остров Безымянной богини, — шепчет он, — храм, украшенный садами, одинок в океане. С высокой горы Долины Звездопадов, что в Мондштадте, Барбатос посылал семена одуванчиков, как послание дружбы для ▌▌▌▌▌▌▌. Богиня времени умело использовала свои силы, но из-за ошибки пропала в собственном времени, а остров разрушился. Барбатос спрятал в густом тумане остров, глубоко переживая горечь потерь», — он нахмурился, продолжая читать и тихо шепча под нос.       Идеальное место, чтобы спрятать принца. Проблема в тумане и в том, что остров не видно из подзорной трубы. Сколько раз Дилюк смотрел в том направлении. Если верить координатам, то там ничего нет, кроме густого тумана. Неизвестно, кто там обитает сейчас, и существует ли этот остров — не пропал же он вместе с архонтом времени? Ведь Анемо Архонт его скрыл от глаз воров, лишь бы остров был готов к своей хозяйке. Дилюк вздыхает, закрывая книгу, и оглядывает библиотеку ещё раз, цепляясь взглядом за книги с письменами Кхэнриа — эти он не читал. — Если не тут, то где ты ещё? — он вытащил наугад книгу. — Павлины? Тебе подходит, Кэйа, — Дилюк покачал головой, продолжая читать и садясь на пыльный пол. — Так павлины в Кхэнриа к проклятью, — прошептал он, — значит, застрелю одного и сниму проклятье с тебя, милый мой принц, может так ты появишься?

***

      С пика Буревестника открылся чудесный вид. Винд поприветствовала его, привыкшая к приходящему Дилюку за последнюю неделю. Даже кормила пару раз лепешками. Юноша лишь благодарил ее каждый раз. Он отошёл к краю скалы и вдохнул воздух, садясь на край и откладывая в бок колчан и лук.       Дилюк прикрыл глаза, ощущая тяжесть в глубине души. Где его любимый? Жив? Или страдает от пыток? Дилюк почувствовал влагу на щеках, но… он обещал отомстить. Подул ветерок в спину, а мимо промелькнули листья, смешанные с семенами одуванчиков. Но в горах Буревестника нет одуванчиков.       Барбатос скучает за богиней времени, разделяя печаль юноши.       Дилюк устало вздохнул, когда солнце начало опускаться к закату. На пике ничего не происходит, вдалеке не видно остров, как и не было тумана. Видимо, сказка. Юноша поднялся на ноги, подбирая свое снаряжение, и спрыгнул вниз, раскрывая планер. Вскоре, под его сапогами почувствовался песок.       Он вдохнул морской воздух и резко закричал, спугнув чаек на берегу. В крик он постарался вложить все, что на душе болело. Юноша почти упал на песок, но только его колени коснулись песка и он наклонился к земле. Блик, попавший в глаза, заставил его приподнять голову и резко схватить предмет. Серёжка Кэйи служила ему талисманом, который он почти потерял. Дилюк ощутил слабую улыбку.       Он почувствовал, как кто-то смотрел на него. Повернув голову, Дилюк увидел павлина, смотревшего на него под горой. Он не совсем уверен, но его руки быстро взялись за лук и стрелы, нацеливаясь на несчастное существо. Птица пригнулась, увернувшись от стрелы и рванув куда-то под скалу. Лишь тот факт, что он промахнулся наводил на то, что птица лишь удачлива. Крайне везучая.       Рангвингдр побежал за ней, держа наготове стрелы и лук. В голове крутились мысли от «эта птица проклятье в Кхэнриа» до «последний павлин в Монде был истреблен ещё тысячу лет назад аристократами». Он остановился у дверей с тремя ступенями, по которым павлин пронесся мимо и скрылся в портале. Что там?       Не убирая стрел и готовясь в любой момент атаковать, Дилюк поднялся по ступеням и неуверенно вошел в неизвестность. Он раскрыл глаза, когда снова уверенно стоял… в воде. Перед ним раскинулись деревья, открывая местность, и неожиданно юноша понял где он, ведь если слегка приглядеться, то везде стоял туман.       Остров Богини Времени. Луна только-только вступала в свои права, давая последним солнечным лучам осветить остров. Павлин уверенно двинулся вперед, резко взлетев на ветку и рванув дальше, петляя среди веток. Дилюк двинулся за ним, отмечая убегающих павлинов, прячущихся в листьях кустарников ежевики.       Он встряхнул плечами, шагая дальше и с легким прищуром оглядываясь вокруг, готовясь выстрелить в того павлина. Павлин резко остановился, оглянувшись на него, и резко соскочил с ветки, оказываясь в первых лучах луны. Блики на перьях переливались от синего до черного, но юноша не поддался на красоту птицы и натянул на тетиву. Неожиданно ему что-то прилетело в спину, из-за чего он повернулся, нацелился в куст, но не выстрелил. Неизвестный серебряный свет осветил его из-за спины.       Лучник обернулся, опуская лук, и широко раскрыл глаза, смотря на то, как в цветочном вихре появляется юноша. Лук и стрела выпали из ладоней Дилюка, стукнувшись об друг друга. Он видел замутненным взглядом, ощущая влагу на щеках и то, как руки слегка тряслись. Кэйа.