Свет в заброшке напротив

Всё же Егор вернулся домой раньше обычного, потому что его отпустил Павел Алексеевич. Историк посоветовал мальчику остаться завтра дома, но тот не согласился — что ему делать у себя в квартире целые сутки? Лучше уж перетерпеть несколько уроков, пусть и с болью, но зато провести время с пользой и интересом. В школе никогда не было скучно. Рюкзак сразу отправился в комнату мальчика к столу, за которым он делал уроки. Стол этот был самый обыкновенный — среднего размера, с тремя выдвижными ящичками для тетрадок и канцелярии, разве что только с правого краю лежала стопка рисунков младшего брата, которые тот каждый раз приносил ему на оценку. Егор быстро переоделся из школьной формы в более удобную одежду — спортивные штаны с футболкой и кофтой (скоро ему снова нужно было уходить из дома, а время на переодевания лишний раз тратить не хотелось). Щека неприятно саднила ещё со школы. Медсестра сказала, что лечебную мазь стоит наносить перед сном, поэтому в другое время пятиклассник её не будет трогать. В последние пару лет Егор привык чётко соблюдать инструкции у лекарств — заметил, что так болячки проходят быстрее. Мальчик открыл полупустой холодильник, проверил кастрюлю: супа с фрикадельками осталось совсем мало, буквально на две порции. Егор решил, что его стоит оставить до того момента, когда он приведёт Тёму из садика. Долго не мешкая, ребёнок стянул с серванта, в котором хранились иконки и старые чайные сервизы, пылящиеся в нём уже долгое время несколько купюр и, убедившись в том, что денег хватит для покупки продуктов и захода в аптеку, пошёл за братом. Детский сад располагался недалеко от дома, поэтому Егор спокойно успевал отводить младшего туда к восьми утра, а сам не опаздывал в школу. Садик был хороший, недавно построенный в отличие от всего района в целом. Егор пришёл туда в первый раз, когда ему было шесть, за год до школы. Его воспитательницей была Ольга Борисовна, и так получилось, что Тёма попал в группу к ней же. Женщина была рада видеть младшего из братьев так же, как и старшего, который заглядывал к ней уже реже, но всё же приходил в свободное от школы время. Егор дошёл до детского сада и, минуя знакомые коридоры, разукрашенные во все возможные цвета и рисунки, оказался в раздевалке младшей группы. — Здравствуйте, Ольга Борисовна! — мальчик остановился в дверях около игровой комнаты. — Привет, Егор, — женщина лет сорока улыбнулась и подошла к нему. — Папа снова работает? — Да. Я сегодня говорил Тёмке, что приду за ним. Если он сейчас не спит, можно мне забрать его? — Конечно. Он не спит, играет. Сейчас приведу Тёму. В прошлом году возникли проблемы с тем, чтобы забирать Артёма из детского сада. Отец это не всегда мог сделать, тем не менее с его согласия за ребёнком могли приходить другие родственники, друзья и знакомые. Главное, чтобы все люди были совершеннолетними. Егору только исполнилось десять лет, но он был лучшим вариантом, чтобы забирать Тёму. В итоге благодаря некоторым разговорам получилось убедить директора и воспитателей, чтобы те отдавали младшего в руки Егора. С тех пор он был всегда под присмотром школьника. — Привет, Егор! — Артём, нечётко выговаривая букву «р», подбежал к брату и обнял его поперёк талии. — Я соскучился! — И я, малыш, — Егор потрепал его по волосам. — Ну, беги, одевайся, сейчас домой пойдём. Тёма ринулся к своему шкафчику переобуваться и накидывать верхнюю одежду. — Егор, всё в порядке? — поинтересовалась Ольга Борисовна. — У тебя лицо побито. — Это так, — махнул рукой мальчик, скорее сейчас ощущая гордость за свой поступок. — У меня одноклассники, скажем так, не очень хорошо поступили, я попытался отговорить их, но они слушать не захотели. Подрались. Учительница физкультуры нас разняла, а потом позвала классного руководителя. У этих двоих родителей в школу вызвали. А меня похвалили. Воспитательница вздохнула, покачала головой и, перекинувшись ещё парой фраз со школьником, пока Артём одевался, пожелала ему удачи, когда они ушли. — Нам нужно в магазин зайти, — сказал Егор, спускаясь по ступенькам на улицу. — Накинь капюшон, а то холодно становится. Тёма выполнил просьбу старшего, а потом, присмотревшись к его лицу, спросил: — Что у тебя с щекой? Тебе больно? — Уже не больно. Я в школе подрался, — начал объяснять Егор. — Петя с Ваней оказались не самыми умными, сигареты пытались поджечь. Павел Алексеевич сказал, что я молодец, но в следующий раз лучше его позвать, а не самому пытаться разобраться. — Они плохие, раз ударили тебя, — сделал вывод малыш. — Они не плохие. Просто не смогли со мной поговорить, им проще было начать драку, — помотал головой старший. — Только кулаки чешутся, а мозгов совсем нет. Братья дошли до магазина, в котором в силу времени было всего несколько человек, в основном пожилые люди. Егор схватил корзинку и набрал в неё самые нужные продукты: по одной упаковке риса, гречки и мелких макарон, сыр для бутербродов и сливочное масло, пакет молока, хлеб, батон, немного яблок, какао, которое очень любил пить Артём. На кассе мальчик также ухватил два милкивея — себе и брату. Расплатившись за продукты, ребята отошли чуть в сторону, и Егор набил свой рюкзак и рюкзак Тёмы покупками, чтобы нести было не тяжело. — Ну ладно, теперь пошли в аптеку, — старший кивнул в сторону таблички с красным крестом, аптека располагалась внутри магазина. — Мне нужно купить мазь от царапин, и я думаю, ты не против получить упаковку с аскорбинками. Артём радостно улыбнулся и первым побежал к прозрачным стеллажам, наполненным медикаментами. — Здравствуйте, у вас есть что-нибудь для лечения ссадин и царапин? — Егор слегка привстал на носочки, чтобы точно видеть фармацевта. — Здравствуй, могу посоветовать тебе метилурацил, — женщина посмотрела что-то на своём компьютере. — Он ускоряет заживление ран, язв, ожогов, повышает сопротивляемость организма инфекциям, оказывает противовоспалительное действие. Есть в форме мази и таблеток. Тебе как лучше? — Давайте мазь. И ещё упаковку аскорбинок, пожалуйста. — Хорошо, — аптекарь отошёл в сторону, достав упаковку лекарства с полки. — Восемьдесят рублей. Егор протянул пятидесятирублёвую купюру вместе с мелочью и забрал мазь с аскорбинками. — Спасибо. До свидания. — Всегда пожалуйста. Приходи ещё. Дети отошли от кассы, после чего Егор присел на колени около брата, чтобы быть с ним одного роста. Мальчик улыбнулся и сказал: — Ну вот и всё. Мы купили, что нужно. Теперь пошли домой.

***

— Тём, беги пока переодевайся и ручки мой. — Хорошо! Егор начал хозяйничать на кухне: сначала разобрал покупки, затем достал из холодильника остатки супа, разлил его по тарелкам и стал по очереди греть в микроволновке. Разложил на столе ложки и отрезал два кусочка хлеба, кастрюлю пока оставил в раковине — всё равно нужно мыть посуду после обеда. — Тёмка, пошли кушать! Младший сразу вскочил на ноги — последние пару минут он возился с игрушечным грузовиком, лёжа на полу. Забежав на кухню, Артём занял свое место: стул напротив окна. По утрам он часто любил смотреть туда, разглядывать прохожих людей и бродячих животных. Сейчас же он хотел поговорить с братом. — У вас были какие-то занятия? — спросил Егор, пододвигая Тёме тарелку с супом. — Мы лепили черепашек. Ольга Борисовна сказала, что завтра их можно будет забрать. Я тебе покажу свою! — Конечно, — слегка засмеялся старший. — Ты придумал ей имя? — Гэрри. — Думаю, твоя черепашка самая лучшая. Дети, не спеша, обедали и разговаривали обо всём, что им приходило в голову. Егор рассказал о сегодняшних уроках и о домашнем задании, которое получил на географии, Тёма — о том, как они сегодня с утра ходили на прогулку во двор, и что скоро они будут готовиться к осеннему празднику. Через полчаса Егор помыл посуду, пообещав, что вместо тихого часа братья вместе посмотрят какой-нибудь мультфильм по телевизору. Пока Тёма выбирал мультик, переключая детские каналы, Егор успел нагреть чайник и навести брату какао, а себе чай (на самом деле он тоже был бы не против попить какао, но не хотел, чтобы тот слишком быстро закончился). Старший принёс в комнату кружки и милкивей, поставил их на маленький столик. — Начинается небольшой вечер радостей? Артём улыбнулся, кивая, а потом сказал: — Но ты же уроки не делал. — Павел Алексеевич велел, чтобы я отдохнул сегодня. Голова может разболеться. Тёма поджал губы — он не любит, когда чувствует себя плохо, а сейчас нехорошо его брату. — А папа сегодня придёт домой? — Папа работает, Тём. Может быть, он придёт завтра. Артём подполз теснее к старшему, положил голову ему на плечо. — Я скучаю по папе. Но иногда мне кажется, что без него всё проще. — Не знаю… — протянул Егор. — Если бы не папа, мы бы уже давно умерли с голоду или от холода. За квартиру некому бы было платить. — Ты умеешь готовить. Мы могли бы с тобой уйти в какой-нибудь пустой дом, я несколько раз видел такие на улице. И мы бы там жили. — Я думаю, нам бы тогда с тобой очень несладко пришлось. Это трудно — жить одним. — Но ведь папы уже нет четыре дня, и мы справляемся без него. — И это тоже верно, Тём, — поджал губы Егор. — Давай просто отдохнём и посмотрим мультик? Если честно, я устал немного. И щека побаливает. — Хорошо.

***

— Нет, завтра я не вынесу ещё одного дня дежурства, — Антон облокотился на детские качели, зажимая двумя пальцами тлеющую сигарету. Серёжа сидел на этих самых качелях, слегка раскатываясь туда-сюда, почти не заметно. Дима стоял с другой стороны. На улице уже давно смеркалось, время было почти девять вечера, и ребята собирались расходиться. Домашка на следующей день была сделана через пень-колоду — никому не хотелось заниматься уроками после действительно утомительного дня. Таких дней ещё должно было быть пять. — Да ладно, там у столовой стул стоит, тебе хотя бы сидеть можно. А у нас с Позом ни лавочек, ни чистого пола, — Матвиенко начал раскачиваться чуть сильнее. — Так я в столовке почти не дежурил. Махнулся местами, в итоге на лестнице сидел. И похуй, что грязно, ноги меня уже не держат. — А потому что есть надо больше, — усмехнувшись, проговорил Дима, хотя говорил он на полном серьёзе. — Думаете, доживём до конца недели? — Шастун снова прислонил сигарету к губам. — А другого выхода и нет. — Тоже верно. Парни ещё немного поговорили о банальных вещах, о нынешних проблемах, которые уже успели появиться из-за школы. Расходиться никому не хотелось, но было уже достаточно поздно, поэтому пришлось прощаться. — Рассос? — с широченной улыбкой на лице проговорил Серёжа. Дима вместе с Антоном засмеялись. — Бля, Серый, ну ты и дурак. — Обидно вообще-то, — наигранно-надуто ответил парень. — Ну конечно, — Позов сохранял радостное выражение лица, пока не развернулся к Антону. — Тох, ты сегодня как, где ночуешь? Можем ко мне, если опять тебе нужно в заброшку идти. Сейчас температура ниже становится, лучше не рисковать. — Нет, я сегодня домой. Ксю позвонила, скучает, мы и правда давно не виделись. Мать куда-то ушла на ночь глядя, придёт только к утру, отчиму поебать будет, если я всё тихо сделаю. Хочу сейчас с Ксюшкой немного поговорить. — Передавай ей привет, — кивнул Серёжа. — Конечно. Ну, давайте. Завтра предлагаю не опаздывать, — Антон уже спешил к сестре. — Только ты, Шаст, в полной мере можешь обрадовать Арсения своим ранним приходом. — Может быть, — не стал спорить подросток. Возможно, завтра он придёт в школу вовремя. И отнюдь не потому, что ему завуч успела сделать замечания насчёт поздних приходов парня. Максимум, для кого он может рано проснуться и не опоздать — Арсений Сергеевич. В этом парень ему, конечно, не признается.