Свет в заброшке напротив

Антон вернулся в заброшку в приподнятом настроении. Несмотря на стремительно ухудшающуюся погоду и осознание того, что в ближайшее время Антон продолжит ночевать не дома, парень действительно чувствовал себя радостно. Возможно даже почти счастливо. Ему понравилась эта прогулка с учителем (Антону было ещё странно называть поход в галерею таким образом). Во-первых, Шастун понял, что он уже давно никуда не выбирался, тем более не ходил в музеи, а это ему на самом деле нравилось, например в начальной школе. А во-вторых, Антон действительно отдохнул в каком-то моральном плане. С Арсением Сергеевичем было не сложно, а наоборот — легко и спокойно, примерно также как с Димой и Серёжей, но немного по-другому. Совсем скоро подростку пришлось выехать на работу. Она заканчивалась около двенадцати часов ночи, так что парень по приезде назад планировал хотя бы попробовать поспать пару часов. Организм давно требовал этого, но Антон не мог самостоятельно удовлетворить свои биологические потребности. Сегодня ему, откровенно говоря, спалось хреново. Опять кошмары, жуткий страх темноты, который преследовал подростка время от времени. Антон не понимал, почему ему вообще так часто снятся кошмары. Он не помнил, в какой это момент всё началось, когда стало ещё хуже. Шастун уже устал от всего этого, не осознавал, как помочь себе, а снотворные пить боялся. Казалось, Арсений Сергеевич играет для него роль получше всякого снотворного. Как не случится Антону уснуть где-то в зоне досягаемости мужчины, он сразу спит как убитый, без всяких страшных видений. Это одновременно радовало и пугало. Радовало, потому что парень мог спокойно поспать хотя бы пару часов, а пугало из-за того, что таких ситуаций было слишком мало, да и вообще не придумаешь, как один и тот же человек может засыпать при другом на достаточное время. Антон думал обо всём этом, пока ехал на работу, пока переодевался и пока пробивал первые заказы. Когда Кристина сменила его минут на десять, Шастун тут же ушёл в служебную комнату, схватил от туда куртку и, накинув её на плечи, чтобы было не так холодно, вышел через заднюю дверь на улицу. А дальше стандартная схема: зажигалка, сигарета, зажатая между зубами, пары дыма. Парень почувствовал жужжание телефона в кармане и осторожно достал его, чтобы куртка не слетела. Арсений Попов 19:48 Занят?)

Антон Шастун 19:48

Пока что особо нет, взял небольшой перерыв от работы. А что?

Арсений Попов 19:48 *7 вложений* Фотки хотел тебе скинуть ◍⁠•⁠ᴗ⁠•⁠◍ Антон нажал на первую фотографию и, когда она полностью прогрузилась, замер. На фото чётко было видно, как парень сопит в плечо учителю, немного кутаясь в свою кофту. Арсений же сидит совсем близко, их головы почти касаются, и мужчина, кажется, только рад этому. Он широко улыбается, и даже его глаза смеются вместе с ним. Следующие кадры особо ничем не отличались, разве что менялось положение головы Арсения Сергеевича. На последней фотографии мужчина полностью прислонился своей головой к голове Антона, прикрыл глаза, сделав вид, что сам спит.

Антон Шастун 19:51

Вау…

Арсений Попов 19:51 Я уж подумал, случилось может что-то. А то ты три минуты не отвечал

Антон Шастун 19:51

Я рассматривал всё

Арсений Попов 19:52 И как?)

Антон Шастун 19:52

Ну… Меня никогда не фотографировали спящим. Получилось очень даже мило. И вы милый

Последнюю часть сообщения Антон быстро стёр одним движением пальца, перечитал ещё раза два текст и отправил его. Арсений Попов 19:53 Ещё бы фотографии не быть милой, когда на ней есть такой заяц⁠ ⁠ つ⁠ ⁠◕⁠‿⁠◕⁠つ Антон прочитал ответ учителя, губы растянулись в мимолётной улыбке. Парень отправил смайлик, а затем, подождав целую минуту, понял, что учитель скорее всего больше ничего не напишет — сообщение он прочитал. Шастун перелистнул переписку выше, снова открывая фотографии, начал по кругу их перематывать. Сигарета почти истлела. Антон немного потупил взгляд в телефон, а потом открыл общую переписку с друзьями.

Антон Шастун 19:57

Я вам сейчас кое-что пришлю и выйду из сети. Расскажу подробнее завтра

Дима Позов 19:58 Что это ты так? Серёжа Матвиенко 19:58 Отвечаю, это что-то про Попова

Антон Шастун 19:58

Может быть

Антон быстро переслал фотографии, пока не передумал. Дима Позов 20:00 БЛЯТЬ, АНТОН, ЭТО АРСЕНИЙ ФОТКАЛ???? Парень вышел из сети, на всякий случай отключив вибрацию телефона. Он посмотрел на сигарету, курить больше было нечего.

***

В день учителя в школе царила необычная атмосфера, какая наверное бывает разве что на новый год. Ну или в последнюю неделю учёбы перед выпускным у старших классов. Всё выглядело более светлым, дети — радостнее, а педагоги намного добрее. Антон пришёл к первому уроку, у него даже время в запасе оставалось, но он всё равно резво проскочил мимо девятого класса, который дежурил на этой неделе. Ученики стояли с цветами, предназначенными для учителей. Дарили всем, неважно, вёл этот педагог у тебя что-то или нет, «с днём учителя» говорили каждому, да и цветы тоже дарили всем учителям. Шастун быстро, перескакивая через одну ступеньку, поднялся на второй этаж, а затем пошёл к своему кабинету. В руках у него был праздничный пакет, во многом даже не из самых дешёвых — картонный. А в нём лежал подарок для Арсения Сергеевича. Антон немного намучился, пока думал, что же подарить классному руководителю. Как назло на ум ничего не приходило, в интернете всё было слишком скучным, но несколько идей парень взял на заметку. Пару дней назад, когда Антон шёл в школу, он заметил магазин часов, где были часы самых разных форм и дизайнов. Чуть позже именно там Шастун купил подарок Арсению Сергеевичу. Парень притормозил у кабинета, дверь в который была открыта, немного замялся, а потом всё же вошёл. За партами сидели семиклассники, о чём-то переговариваясь и разбирая одинаковые пакеты с конфетами. Обычно первый урок в день учителя проходил не самым должным образом, потому что тридцать минут ученики ходили по всей школе и дарили подарки педагогам от класса. — Арсений Сергеевич здесь? — спросил Антон, не увидев учителя в кабинете. — Он в лаборантскую зашёл, — ответила девочка, после чего снова вернулась к подписанию открытки. — Спасибо. Антон костяшками пальца постучался в дверь, слегка приоткрытую, а затем почти без опаски прошёл внутрь. — Да? — мужчина повернулся, а увидев Антона, расплылся в улыбке. — Вау, заяц, это ты решил меня так с праздником поздравить? Прийти вовремя? — И да, и нет, — смущённо мотнул головой парень. — Я решил больше не опаздывать… А вот подарок у меня есть. Я, конечно, не мастер речей, но, Арсений Сергеевич, поздравляю Вас, так сказать, с вашим профессиональным праздником… Ей богу, кроме Вас и Павла Алексеевича в нашей школе нет настолько прекрасных учителей, а Вы тем более… — Антон приостановился, думая, стоит ли ему вообще продолжить говорить. — Вы очень чуткий, добрый и отзывчивый. Большое спасибо, что терпите меня, все мои прогулы, даже не ругали толком за них… Это Вам! — Антош, — Арсений Сергеевич расплылся в нежной, теплой улыбке, от которой парень сам плавился, как шоколад, — мне очень приятно, спасибо большое! Юноша хотел передать ему подарок, но учитель потянулся первым, раскрыв руки для объятий. Антон затаил дыхание, делая неловкий шаг, и тут же прижался к классному руководителю. Сердце стучало быстро, но это ощущалось спокойно и с какой-то стороны даже правильно. Арсений Сергеевич прижимал ученика к себе крепко, двумя руками, одной из них он аккуратно поглаживал подростка по спине. Шастун прикрыл глаза на пару секунд, чтобы полностью насладиться моментом. — Надеюсь, Вам понравится, — хмыкнул Антон, начиная отстраняться. Может быть, если бы это произошло при других обстоятельствах, он бы постоял в объятиях ещё секунду или две. Но за дверью сидели ученики, которые в любой момент могли зайти сюда, и почему-то Шастун думал, что он не может себе позволить долго обниматься с учителем. — Не сомневаюсь, — Арсений Сергеевич принял пакет и, раздвинув руки, заглянул внутрь. В пакете лежала относительно большая коробка, которую мужчина тут же вынул и развернул лицом к себе. Это были часы, но не обычные — на месте, где должны были быть цифры, были нарисованы писатели, а снизу них подписаны их годы жизни. Стрелки часов, судя по упаковке, должны были быть золотыми. — Боже, Антон, — сверкая глазами, проговорил Арсений Сергеевич, — они очень красивые! Где ты только смог их откопать? — Пришлось поискать, — прикусил губы парень, сдерживая свою улыбку, которая так и норовила расплыться по лицу. — Мне же теперь придётся решить, оставить эту красоту в классе и заменить ей старые часы или повесить их у себя дома в спальне. — Можно посмотреть, как они смотрятся и там, и там, — предложил парень. — Потом повесить, где лучше всего выглядят. — Так и поступим, — казалось, всё это время у учителя не сползала улыбка с лица. — Ещё раз спасибо, заяц, — Арсений Сергеевич осторожно поправил прядь волос Антона, которая выбилась из причёски. — Не забыл, во сколько начало концерта? — После шестого урока, — кивнул Антон. — Я приду за вами после пятого. Сначала ещё один раз песню на сцене прогоним, а потом скорее всего пойдём чай попьём. — Как скажете.

***

Актовый зал был по-праздничному украшен. В первые десять минут после шестого урока в нём собрались почти все учителя, участники концерта и некоторые классы, которые решили посмотреть выступления. Одиннадцатиклассники толпились в маленькой гримёрке, девушки подкрашивались, поправляли свою одежду, а парни просто ходили туда-сюда, не зная, чем себя занять. Антон нервно потирал свои ладони, как будто согревая от холода. Он подпирал стенку, подергивая ногой, рядом с ним стояли Дима с Серёжей. — Антон, ты правда уснул у него на плече? — не переставал допытываться Серёжа. — Да, да, — вздохнул Шастун, смущаясь. — Просто уснул. Во время этого фильма… Даже не помню, как называется… — Это конечно не поцелуйчики, но я ещё больше уверен в том, что вы должны быть вместе, — коварно улыбнулся Дима. — Насчёт поцелуев… — протянул Антон. — Та-а-ак, — ещё больше навострился Серёжа. — Вы уже того? Ну… А кто кого? Ты первый или… — О боже, нет! Это всё Арсений Сергеевич. Ну, он меня просто в лоб поцеловал, когда я просыпался. И назвал меня принцессой, потому что я только от поцелуев встаю… — У меня сейчас лицо треснет от умиления! — чуть громче проговорил Дима, тем самым привлекая внимание других ребят. Антон еле заметно улыбнулся и запрокинул голову кверху, ударяя затылок о стену. Он надеялся, что пока что, хотя бы до конца концерта, друзья отстанут от него со своими вопросами. Хотя на их месте Антон бы с себя три шкуры спустил, лишь бы узнать всё в мельчайших подробностях. — Тох, всё нормально? — вдруг тише спросил Дима, заметив беспокойство друга. — Никто же ничего не услышал особо. Мы можем позже поговорить, если ты хочешь этого. — Я не из-за этой прогулки… просто волнуюсь немного. Из-за концерта. — С чего бы это? — удивился Позов. — Петь ты умеешь, а когда мы будем сценку показывать, весь прикол в том, что это импровизация, в ней не получится сделать что-то неправильно. — Ну мало ли… А вдруг будет несмешно? — Всё будет нормально, Шаст, — заверил Серёжа. В этот момент Шастун отвёл глаза в сторону, заметив, как Арсений Сергеевич негромко говорит с некоторыми учениками, улыбаясь им и, кажется, настраивая для концерта. Внутри груди неприятно закололо. Антон так и продолжил буравить взглядом профиль учителя, пока он, наверняка ощутив на себе томный взгляд, не обернулся и увидел Антона. Тёплая улыбка тронула красивые, как сказал бы Шастун, губы. Парень дёрнулся, отводя взгляд. Учитель подошёл к троице. — Через три минуты начало концерта, — предупредил мужчина. — Все помнят слова песни? — Конечно, её грех забыть, — пожал плечами Серёжа. — Полностью солидарен, — улыбнулся Дима, делая вместе с Серёжей вид, будто они не обсуждали пару минут назад Антона и его странную тягу к Арсению Сергеевичу. Арсений переключил своё внимание на Антона, приподнимая одновременно бровь и уголок губы, как бы спрашивая, а как чувствует себя он. — Антон переживает немного, — сказал за него Серёжа. — Почему? — мягко спросил учитель. — Мы всё репетировали, всё хорошо пройдёт. — Мы ему то же самое сказали, — ответил Дима. — Он просто маленький ещё, поэтому и волнуется, — Матвиенко вспомнил про незначительную разницу в возрасте в несколько месяцев, из-за которой всегда намекал на то, что Антон и Дима младше его. — М, заяц? — протянул мужчина. — Что скажешь на это? — Я знаю, что мы репетировали, понимаю, что всё будет нормально, но не могу перестать волноваться… — Антон почувствовал себя слегка некомфортно. — Вдруг что-то пойдёт не так? Как у меня всегда происходит. — Послушай, Антош, — спокойно начал разъяснять учитель. — Конечно там за дверью, в зрительном зале, сидят сейчас много людей. Но они на кого пришли посмотреть? Арсений Сергеевич сделал паузу, а Антон не стал отвечать на, как ему показалось, риторический вопрос. Мужчина положил ладони на плечи парня, слегка поглаживая их. — На кого? — На нас? — Ну вот, не загоняйся. Улыбайся, будь в настроении и тащи. Я уверен, вы у меня лучше всех выступите, — Арсений ободряюще улыбнулся, слегка поглаживая плечи парня. — Спасибо, — Антон выдохнул, чувствуя, как волнение понемногу отступает. — Так что не переживай, а просто будь в игре. Мы уже через минутку выходим. — Уже? — Ну вы же первыми песню поете. Расслабься, всё будет хорошо. В конце концов, я буду стоять совсем рядом и петь вместе с вами. Антон решил поверить учителю. Выдохнул, а потом приготовился вместе со всеми выходить из гримёрки или, как лучше называть эту комнату, подсобки. Одиннадцатый класс открывал концерт своей песней, затем выступал через шесть номеров, а дальше мог спокойно смотреть за выступлениями других ребят, ну или спать на задних рядах, кому что больше нравилось. Во время исполнения песни Шастун старался кидать редкие взгляды на Арсения Сергеевича, чтобы не привлекать его внимание, однако парень чувствовал, как учитель сам наблюдает за ним. Мужчина стоял около первого ряда чуть в стороне, не закрывая обзор ни учителям, ни детям, и подпевал песню вместе со своими учениками, которая, к слову, зашла всем педагогам на «ура». После выступления ребята раздали учителям цветы, затем вернулись на свои места и стали мысленно готовиться к предстоящей сценке. Хотя готовиться было некому, только Антон и Данил знали, что точно выйдут на сцену. Дима незаметно для всех поглаживал друга по спине, тем самым успокаивая того. Это не укрылось от глаз классного руководителя, который не успел подойти к ученикам: Данил уже выбежал на сцену. — Сейчас на ваших глазах произойдёт полная импровизация! — с широкой улыбкой на лице проговорил парень. В зале поднялся небольшой гул из-за тех ребят, которые были в курсе идеи старшеклассников. — Мы покажем вам несколько небольших сценок, а для первой из них мне бы хотелось позвать… Антона Шастуна и Диму Позова из одиннадцатого «А» класса! Наша первая импровизация называется «Меняй». Ребята играют сценку, я в любой момент говорю «меняй», и им соответственно нужно изменить фразу, действие, звук, который они издали только что. Антон вздохнул, но встал вслед за другом, натягивая улыбку и поднимаясь по ступенькам на сцену. — А ещё мне понадобится ваша помощь, дорогие учителя! Вам просто нужно придумать ситуацию, в которую попали Антон и Дима, конечно, в честь нашего праздника, желательно на школьную тематику, — Данил замолчал на пару секунд и, как только увидел поднявшуюся руку, проговорил: — Пожалуйста! — Пускай это будет опоздание, — предложила Ольга Геннадьевна. — Отличная идея, да, Антон? — в шутку спросил Данил. Шастун улыбнулся, а вслед за этим пошли редкие смешки и улыбки учителей, на чьи уроки регулярно опаздывал парень. Шире всех улыбался Арсений Сергеевич. — Итак, Дима — учитель, Антон — ученик! Ученик объясняется учителю, почему он опоздал! Подождав пару секунд, пока шум зала приутихнет, Дима начал первым, выпрямившись и, как бы это комично не выглядело, всё равно смотря на Антона снизу вверх. — Ты почему опоздал? — Позов сделал свой голос слегка грубее, чем он был на самом деле, чтобы больше походить на злого учителя. — Я проспал, — сразу ответил Антон. — Меняй, — Шастун был более чем уверен, что это слово в первую очередь скажут ему. — Я долго шёл. — Меняй. — Я полз, — парень сделал вид, что скребёт что-то руками, вызвав смех у сидящих в зале. — Меняй. — Это вообще-то вы опоздали, — нахмурился Антон. — Я? — удивился Дима, приоткрывая рот. — Ну да. В помещении снова поднялся гул, вызванный смехом. — Напомни-ка, сколько сейчас времени, — Позов посмотрел на своё запястье, но, когда понял, что часов там и в помине не было, решил перекинуть вопрос на друга. — Десять тридцать. — Меняй. — Девять ноль шесть. — Меняй. — Одиннадцать шестьдесят, — твёрдо ответил Антон, бросив взгляд на учителя. На настоящего учителя. Арсений Сергеевич искренне улыбался, смотря за происходящим на сцене. Даже его глаза смеялись. — Ты хотел сказать двенадцать? — Нет, одиннадцать шестьдесят. Говорю же, вы во времени попутались, поэтому и опоздали. А я вовремя пришёл. — Ничего не понимаю. — Меняй. — Ты в своём уме, Антон? — Меняй. — Ты пришёл во́время или вовре́мя? — Вовре́мя чего? — переспросил Шастун, делая хмурый вид, хотя на языке так и крутилось «секса». — А я откуда знаю, что у тебя там вовре́мя происходит? Если ты всегда приходишь не во́время? Зал снова засмеялся из-за такой игры слов. Данил ещё немного помучил своих одноклассников и, оставшись довольным тем, что Антон опоздал, потому что чуть не упал в канализацию, а потом стал оттуда доставать ботинок, отпустил Диму и Антона на места, заменив их на других ребят. Пока они спускались по лестнице, сопровождаемые громкими хлопками гостей, Шастун посмотрел на Арсения Сергеевича. Тот широко улыбался и даже сказал одними губами «умничка».

***

После окончания концерта Арсений Сергеевич позвал всех одиннадцатиклассников к себе в кабинет, чтобы выпить ещё по чашке чая и съесть какие-то не очень дорогие тортики, на которые ребята скидывались вечером в беседе. Антон отстал от основной толпы, заприметив на стуле в группе шестиклассников Егора, болтающего ногами. — Я сейчас приду, — кивнул Шастун друзьям и, не дождавшись ответа, протиснулся между детьми вглубь зала. — Антон, привет! — радостно поздоровался Егор, когда увидел старшего. — У вас такое классное шоу было! Мы всем классом смеялись! — Привет, я рад, что вам понравилось, — улыбнулся Антон. — А вот нам понравился ваш танец, ей-богу, он очень похож на те, которые аж в девятом классе на выпускной ставят. Вы молодцы. — Спасибо, — довольно ответил Егор. — Слушай, ты сегодня вечером свободен? Может быть, прогуляться сходим, например? — А не хочешь ко мне в гости сходить? — вдруг предложил Егор. — Я как раз тебя поближе с Тёмкой познакомлю. — Давай, почему бы и нет. Только мне на работу в ночь нужно будет поехать. Мне во сколько прийти? — Давай в пять, если тебе удобно. — В пять, — Антон призадумался, просчитывая в голове оставшиеся время, а затем сказал: — Давай. Тогда встретимся в это время. — Окей. Шастун натянул улыбку и спешно покинул зал. Ему предстоял тяжёлый разговор.