Свет в заброшке напротив

— А мы сейчас уже полетим, да?! — Ксюшка, пусть и старалась вести себя тихо, всё же не сдерживалась, слишком радуясь тому, что сидит в самолёте. Последний раз она перелетала на таком транспорте, когда была совсем маленькой — даже не помнит этого и толком не знает, только по рассказам брата. А Антон рассказывал, что однажды сестрёнка вместе с мамой летала за границу летом, когда Ксюше было около трёх лет. С того времени из аэропорта осталась всего одна фотография девочки, которую Шастун успел очень быстро сделать на телефон: она пила сок, сидя в зале ожидания. Тогда Антон уговорил мать немного провести времени с сестрой перед полётом вместо того, чтобы идти к очередному репетитору. Ксюша была слишком маленькой для того, чтобы запомнить это путешествие в другую жаркую страну. Зато она прекрасно помнила свою бабушку, несмотря на то, что точно также последний раз видела её годика в три. Ксюша отлично представляла себе черты лица старушки, смутно помнила её дом, но больше — ничего. Антон конечно показывал ей их детские фотографии, но они не особо много давали девочке. Ксюшка только понимала, что бабушка её очень и очень любит, так же как и Антона, поэтому хотела ответить ей тем же. — Сейчас мы уже полетим, — Арсений мягко улыбнулся девочке, в последний раз поправляя ремешок, который крепко держал её. Ксюшу посадили у окошка, ведь именно маленькому ребёнку было интереснее всего наблюдать за полётом, облаками и высотой, которая через пару минут откроется под ними. Попов сидел посередине, а Антон — с краю, полностью доверив заботу о сестре своему парню. — Это не страшно? — уточнила Ксюша. — Совсем нет, — принялся заверять Арсений. — Помнишь, мы же с тобой сказку вчера читали? Про смелого пилота, который очень отважно вёл самолётик? Мужчина дождался кивка девочки. — Ему не было страшно, потому что он смелый и ты тоже очень смелая. Но бояться чего-то нормально, поэтому, если что, сожми мою ладонь, хорошо? Ксюша снова радостно кивнула, переводя взгляд на окошко. Двумя ручками она крепко сжимала игрушечного жирафа, которого взяла с собой, чтобы обнимать в дороге. — Тош, а ты показывал Арсу наших кошечек? — Не показывал, — усмехнулся парень, принимаясь доставать из кармана спортивных штанов телефон. Вечером, когда Арсений отъехал к школе завести какие-то документы, Антон с Ксюшей играли в зале. Тогда парню пришло видео от Димы — тот забрал на время праздников питомцев друга. Он снимал, как те с большим интересом смотрят на недавно купленный аквариум с рыбками, а Позов шутил насчёт того, что если пушистые захотят устроить себе праздник, и аквариум окажется пустым, Антону придётся собственноручно научиться рыбачить и привезти Диме из деревни новых жильцов для водного домика. Видео сохранилось на телефоне парня, поэтому сейчас он спокойно показал его Арсению без интернета. Тот смотрел очень внимательно, посмеивался, когда Аргентум пытался сцапнуть рыбку через стекло, а Дима закадровым голосом очень интересно ставил условия Шастуну на будущее, будто уже предвидев исход для своих маленьких чешуйчатых питомцев. Ксюша пересмотрела это видео ещё два раза, не сдерживая улыбку и смех — она очень радовалась, что Снежка с Аргентумом не скучают в её отсутствие. С мамой их девочка не хотела оставлять, понимала — те навряд ли будут рады такой компании. А вот с Димкой действительно совсем не скучно, особенно учитывая тот факт, что к нему на Новый Год приехали маленькие племянники, которые тоже могут развлечь пушистых животных. Девочка снова прилипла к окну, когда самолёт начал разгоняться, отрываясь от земли. Ксюше совсем не было страшно, наоборот — весело и интересно, смотря за тем, как они начинают набирать высоту. А вот Антон сжал руку Арсения, пока тот мягко улыбался ему, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони, успокаивая младшего. Шастун расслабился в кресле, когда они взлетали, а как только полёт выровнялся, отпустил Попова, одними глазами ему сказав: «спасибо».

***

Оставшаяся часть дороги прошла более, чем хорошо. В маршрутке до деревни Арсений занял место позади ребят, просто отдыхал, откинувшись на сидение. Антон рассказывал Ксюше разные добрые истории, которые он помнил с Воронежа — в основном они были связаны с бабушкой и самой девочкой, ведь больше ничего хорошего об этом городе Шастун не знал. Но в целом, ему и не нужно было делать этого. Ксюша совершенно не узнавала те места, где когда-то жила и которые видела, будучи совсем маленькой. Но это было естественно — не многие люди, даже дети, помнят то, что происходило с ними в два-три года. Девочке было вполне достаточно рассказов брата, которые она любила больше всех историй на свете. Ксюшка достаточно сильно устала после дороги — всё же, они сидели сначала в самолёте, потом в маршрутке. В конце поездки она уже полностью лежала на Антоне, сняв с себя тяжёлые сапожки и поджав ножки, чтобы было удобнее устроится на коленях у брата. Но малышка не спала, а смотрела наверх в окошко, где отлично было заметно, что начался слабый снегопад. — Ксю, вставай, мы сейчас выходить будем. Шастун помог ей обуться, подхватил свой рюкзак и её рюкзачок поменьше. Собирался взять и сумку, но Арсений, вставший следом, покачал головой, забирая две сумки, чтобы подростку не пришлось нести слишком много вещей. И вот наконец Антон снова стоял в родной деревне, на этот раз, когда та полностью окунулась в белую краску в виде снега. Его было гораздо больше, чем в городе, что очень сильно понравилось в первую очередь Ксюшке — не каждый раз видишь сугробы с тебя ростом. Пробираться через все эти завалы снега было немного проблематично, ноги сразу стали промокать, но в этом была и своя когда-то давно забытая атмосфера. Улицы были абсолютно пустыми, всё же, сейчас не лето и не осень с весной, чтобы было много работы в огородах. В основном все пожилые люди сидели у себя в домишках, плотно закрыв окна, чтобы в комнаты не задувал ветер, готовились к празднику. Рядом с ребятами пробежала, хотя лучше сказать, пробралась кошка — ей-то холодно совсем не было из-за достаточно плотной шёрстки. А мохнатых всегда выпускали зимой на улицу, дабы те слишком долгое время в доме не сидели. Наконец Антон увидел родной дом, который сразу узнал Арсений, и даже Ксюша вспомнила — не только из-за фотографии, где они сидели вместе с братом и бабушкой около веранды, но и по собственным воспоминаниям. Пёс Бим спрятал нос в будку, даже не удосужился вылезти из неё, хотя увидел гостей. Нужно было полаять, чтобы предупредить хозяйку о том, что к ней пришли, однако холод сделал своё и дворовой защитник решил остаться в своём тёплом домике. Шастун пропустил сестру и Арсения в прихожую первыми, подгонял их пройти дальше в сам дом. Зимой обувь постоянно оставляли в отапливаемой части жилища, потому что, оставь её в прихожей, на утро можно было хорошенько замёрзнуть начиная со стоп. — Бабушка?! — Ксюша, быстро стянув с себя сапожки и шапку, почти крикнула это, пока оставаясь стоять на месте. Антон с Арсением позади неё снимали с себя верхнюю одежду, наблюдая за встречей с улыбкой на лицах. Всё же больше трёх лет внучка с бабушкой не виделись. — Иду, иду! — заскрипели полы и уже через три секунды из зала выглянула старушка, которая очень широко улыбнулась, заметив приезжих — разрумяненных и радостных. — Приехали, дорогие мои! — Бабушка! — Ксюша подлетела к ней, крепко обнимая. — Ксюшечка моя любимая, Господи как же ты выросла! — бабушка обнимала её в ответ, несколько раз поцеловав в макушку и лобик. Девочка уже спокойно доставала ей до плеч. — И какой же красавицей ты стала! Стройная, высокая! Ну прямо загляденье! Ксюшка значительно обрадовалась, услышав столько тёплых слов, не переставала улыбаться, прижимаясь теснее. Она вдыхала с детства знакомый запах, который немного подзабылся за года, но сейчас погружал её в прошлое с новой силой. — Ой, там кошечки! — малышка заметила Мусю с её котятами, которые уже сами стали почти как мама-кошка. Девочка подбежала к животным, начиная их ласкать почти сразу же после того, как они обнюхали незнакомого человека. — Привет, бабуль, — Антон следующим обнял старушку, снова почувствовав себя словно маленький. Хотя теперь он верил в то, что будет навещать бабушку и не раз, такие мысли были сродни фантастике. — Привет, привет, Антош! Арсюш, и ты тоже приехал, — теперь она потянулась уже к мужчине, по-матерински целуя его в щёку. Несколько месяцев разлуки всё же закончились тем, что все достаточно сильно успели соскучиться по друг другу. — Конечно приехал, у нас же праздник через сутки! Семья собралась за столом и очень хорошо провела этот зимний вечер. Ксюша говорила без умолку, веселя всех вокруг. Ей было в радость оказаться на достаточном расстоянии от Москвы, от того места, где, по факту, у неё не было особого детства, а последние воспоминания были связаны с тем, что её избил собственный отец. Антон был очень счастлив снова увидеть бабушку, счастлив, что сделал это с сестрой и счастлив, что Арсений снова был рядом. Хотя он и не переставал быть рядом за это огромное количество времени никогда. Ксюшка с интересом играла в те игрушки Антона, которые остались у бабушки, вскоре к ней присоединился и сам парень, вспоминания своё такое недалёкое детство. Арсений со старушкой сидели на кухне, обсуждали предстоящие праздники и ещё много-много всего, что приходило на ум. Этот вечер был слишком домашним за долгое время.

***

Тридцать первое декабря ознаменовалось ещё более новогодним и праздничным настроением. С самого утра брат с сестрой начали наряжать ёлку, которую вечером принёс сосед. От неё шёл прекрасный запах, всё же она была срублена прямо в лесу. Большая и пышная она была совсем несравнима с теми ёлкам, которые продают в городе. Игрушки у бабушки хранились исключительно советские, но от них отходила самая приятная атмосфера, которая дарила сказку и уют каждому дому и каждой семье. Антон учил сестрёнку правильно надевать маленькие ниточки на колючики, чтобы игрушки не падали, но при этом, и чтобы не обколоть пальцы. Шарик «СССР», ракета с Белкой и Стрелкой, Баба-Яга, пингвин и снеговичок, зайчик, часики, домик, грибочек, другие мелкие игрушки — всё оказалось на зелёной красавице. Бабушка помогала вешать мишуру и дождик, Арсений — гирлянду фонариков, что привёз из Москвы. Кошки крутились рядом, вынюхивая незнакомый им аромат смолы. Шастун посадил на свои плечи Ксюшку, перед этим дав ей в ладошку большую красную звезду. Девочка крепко держалась за брата и с восторгом повесила звёздочку на самый верх, засмеявшись и аплодируя. Ёлка была готова, оставалось провести другие праздничные мероприятия. Антон навешал мишуру и на стены в комнатах, недолго погулял с сестрой во дворе. Они успели наваляться в снегу, построить снеговика, промочить все ноги, но вернулись с прогулки довольные и румяные. Весь день Арсений помогал бабушке готовить угощения к новогоднему столу, позже к ним присоединились и ребята. В десять вечера, когда Ксюша порядком боролась со сном, она уже сидела в зале перед стареньким, но работающим телевизором с какой-то музыкальной программой, в новеньком платьице (старушка его очень долго нахваливала). Бабушка до конца накрыла на стол, тоже надела на себя красивое платье, в котором планировала встречать праздник. Антон с Арсением выглядели поскромнее, но не менее празднично. Уходящий год стали провожать, как обычно, в одиннадцать вечера. Немного поели, немного попели, немного потанцевали и достаточно сильно повеселились. Ксюшке уже не хотелось спать и она с радостью ожидала торжественных минут. Началась речь президента, в этот момент Арсений потянулся за шампанским, которое начал неторопливо открывать. Бабушка копошилась с остатками закусок на столе, хотя Антон мягко отшучивался с этого, приговаривая ей, что сейчас уже поздно суетиться. Ксюшка была очень рада, когда брат сунул ей в ладошку бенгальский огонёк. Девочка давно стояла на диванчике, расправив спинку, пока Куранты били двенадцать раз. Попов спешно разлил алкоголь по трём бокалам, Антон по-детски загадал желание, зажмурив глаза. Когда последний двенадцатый раз отголосил эхом по комнате, сменившись гимном, вся семья поднялась со своих местах, начиная чокаться. — Ура-а-а! — С Новым Годом! — С Новым Годом! — Пусть этого Год будет во много раз лучше, чем предыдущие! Взрослые опустошили бокалы довольно-таки быстро, пока Ксюшка выпрашивала у Антона ещё один бенгальский огонёк. Парень с радостью дал ей его и не только его, залезая под стол, куда припрятал подарки. — Ксю, с Новым Годом тебя! — парень протянул ей девчачий набор, обёрнутый радужной упаковкой. — Вау, Тоша, спасибо!!! У меня для тебя тоже кое-что есть!!! — девочка повисла на брате, обняв его, а затем убежала в комнату, пока парень доставал подарок бабушке. — Бабуль, это тебе, — он протянул старушке плед, та смахнула слёзы, поступившие к глазам, крепко прижимая к себе внука и целуя его в висок. — Спасибо, спасибо тебе, Антош! Подарочек завтра под ёлочкой будет, — с коварством проговорила бабушка, точно знала какую-то тайну. — У меня тоже подарок, — старушка поблагодарила и Арсения, что протянул его расписную коробочку, внутри которой находились разные вкусы мёда — всё было прислано из родного Омска. Ксюша вернулась в зал с рисунками в руках, нарисовала всех: и бабушку, и Антона, и Арсения в нескольких вариациях и всё по зимней тематике. Протянула каждому свою картинку, за что получила только восхищение, искреннюю радость и слова благодарности. Прошёл целый час. Семья ещё немного просидела за столом, встречая праздник, пока девочка наконец не уснула прямо за столом, уронив макушку на колени Антона. Старший уложил её в постель, позвал своего парня на улицу, под предлогом для бабушки, «что Арсению нужно покурить», пока та начала убирать недоеденную еду в холодильник. Пара и вправду вышла на улицу, остановившись около входа в дом. Снег валил не переставая, старая лампочка периодически мигала, вот-вот готовясь потухнуть, но Антону и не нужно было много времени. — Арс, ты чуть ли не самый лучший человек в моей жизни. Я очень благодарен за то, что ты появился у меня. Ты сделал для меня очень и очень многое, — начал говорить Антон, — я безумно сильно люблю тебя, правда. Ты изменил мою жизнь и навсегда засел в моём сердце… Это тебе. Юноша протянул пакет, который Арсений, пусть и сразу взял, но всё же сначала поцеловал парня, крепко обнимая его, перед тем как открыть подарок. — Заяц, ты тоже очень и очень важный для меня человек. Я люблю тебя больше всего на свете, Антош. Ты подарил мне самые счастливые моменты, показал на собственном примере какого это — быть поистине сильным человеком. Ты самый лучший, Тош, этого ничто не изменит. И у меня тоже для тебя есть подарок. Антон забрал из рук Арсения небольшой конверт, нежно поцеловал его, но затем не удержался, просматривая содержимое. Это были два билета на самолёт в Санкт-Петербург.