Сестра для Рэсси

После отъезда сына Рэсси стало непривычно одиноко. Конечно, по-прежнему рядом были муж, брат, Эля, Адель, и всё же чего-то не хватало. С неожиданной ясностью вставал в памяти Гений. - Не пойму, чего ты мучаешься, - сказал однажды Норд, - слетай, проведай его, только возьми меня с собой. Так безопаснее. За прошедшее время жеребец почти не изменился, правда мускулы его стали мощнее, а взгляд серьезнее. Увидев Рэсси, он издал негромкой ржание через нос, как ржут лошади услышав голос любимого хозяина. Собака прижалась к нему. - Хороший мой, скучал. Норд предпочёл не подходить близко, он залёг неподалёку в засаде. Вдруг сзади послышался радостный крик. - Рэсси! Эрделька резко обернулась и увидела Стампа. - Девочка моя, - едва слышно произнес он, - вернулась. Волк напрягся, но напасть не мог, он не замечал в поведении человека никакой угрозы. Тот сделал шаг вперёд и присел на корточки. - Ну, подойди, не бойся. Пожалуйста, подойди. Рэсси одним прыжком оказалась рядом, положила лапу на раскрытую ладонь. - Как я рад тебя видеть! - И я, - отозвалась собака. Стамп слегка вздрогнул: он не привык общаться с ней. - Почему ты здесь? - Из-за него, - Рэсси кивнула на коня. - Как видишь, он в полном порядке. Я уже ездил на нём, даже начал прыгать через небольшие препятствия. Из него выйдет хорошая лошадь: Гений сын Неистового, я когда-то хорошо знал эту лошадь, и тракененской кобылы Гармоничной. Для спорта очень хорошее сочетание кровей. - А можно мне на нём проехать? - Тебе? Ну, если хочешь... Стамп оседлал лошадь, собака лёгким прыжком вскочила на спину Гению. Конь переступил ногами, но больше не проявлял никакого беспокойства. Рэсси, как в своё время её брат, быстро приспособилась к такту движения животного, тем более ход у Гения был мягким, почти без резких толчков, и ездить на нём было одно удовольствие. Человек потрепал рыжие уши. - А ты, я вижу, славный всадник. Рэсси попыталась лизнуть его в лоб, но Стамп отшатнулся. - Уж прости, этого я не люблю. Выражай свои чувства как-нибудь по-другому. Пора было возвращаться домой, но ужасно не хотелось уходить от лошади. Почти до самого вечера Рэсси крутилась на конюшне, разговаривая то с Гением, то с человеком. - Внимание, Рэсси, - радировал Норд, - фон Круг идёт сюда. - Он близко? - Метрах в тридцати. - Я останусь. Если выйти из дома сейчас, он меня заметит. - Спрячься, Рэсси, - подтвердил слова волка Стамп, - ни к чему, чтобы тебя здесь видели. Собака нырнула в соседний денник. С порога послышался голос профессора. - Почему вы позволяете посторонним ездить на лошади моего сына? - Посторонним? Я ни одному из ваших служащих не позволял садиться на Гения, можете спросить кого угодно. - Допустим. А как насчёт собаки? - Какой собаки? - Не притворяйтесь, я видел её издалека, но такой окрас не спутаешь ни с чем. Более того, вы сами отлично понимаете, что обыкновенной собаке такое не по силам, значит вам известно, что это робот. - И что с того? Последовала долгая пауза. Потом фон Круг снова заговорил. - Возможно это всё к лучшему. Она наверняка вернётся сюда, она вам верит. А раз так, рано или поздно она снова попадёт мне в руки. И вы в этом поможете. - Нет. Это предательство. Кроме того мне известно, каково ей приходилось здесь. Я не причиню вреда Рэсси. - Красиво, - усмехнулся барон, - тем не менее, вам придётся выполнить мой приказ, господин Стамп. И не отрицайте, я видел татуировку на вашей руке. Мне ничего не стоит обратиться в полицию. Подумайте, стоит ли машина такой жертвы? - Вы не запугаете меня. А собаку я не трону. - Подумайте. - Я уже сказал, что это предательство. Поищите другого помощника в этом деле. - Что ж, я вас предупредил. Как только профессор удалился, Рэсси выбралась из своего укрытия. Вид у неё был встревоженный. - Что он сказал? - Не обращай внимания, рыжая, я выкручусь. Чтобы не случилось, в тюрьму меня не посадят, я тебе обещаю. Теперь уходи. Пусть не думают, что мы в сговоре. Погоди. Меня беспокоит судьба Гения, присмотри за ним, пожалуйста. Таких лошадей как он очень мало, последи, чтобы он попал в хорошие руки. - Обязательно. Мы ещё увидимся? - Не знаю. Но не медли, возвращайся домой. Он потрепал собаку по голове, Рэсси увидела слёзы в его глазах, не удержавшись, лизнула в щёку. Стамп не отклонился как в прошлый раз, а только шепнул: - Прощай, Рэсси. Волк и собака неторопливо бежали вдоль улицы. До ближайшего рейса оставалось довольно много времени, а потому они решили не тратить энергию на полёт. Внимание Норда привлекла колонна полицейских машин. - Что это их так много? Можно подумать, началась облава. Что-то дрогнуло внутри Рэсси, по телу пробежала дрожь. - Движутся в сторону особняка. А вдруг Стамп не успеет скрыться? - Постой, куда ты? - Я должна быть уверена, что его не схватят. Они успели к конюшне одновременно с полицейскими. Командир направился к двери, и тут раздался выстрел. Норд хотел было задержать жену, но не смог. Эрделька метнулась к окну в задней стене, заглянула в него. И едва сдержала жалобный вой. Стамп лежал на полу всё ещё сжимая в правой руке пистолет, на его груди расплылось кровавое пятно. Волк слегка потянул жену за ошейник. - Идём. Он не хотел, чтобы тебя здесь видели. Всю дорогу до дома Рэсси молчала, только изредка начинала дрожать и всхлипывать. Лишь на пороге дома она спросила. - Ведь теперь он свободен? - Конечно. Он навсегда остался неуловимым. На его месте я, наверное, поступил бы также. Да и ты тоже. - Ты прав, - подумав, ответила собака. Норд лизнул её в нос. Он понимал, что утешить в таком горе трудно, но не мог же он просто спокойно смотреть, как страдает его жена. - Я знаю, тебе тяжело, но провести много лет, возможно, всю жизнь, за решёткой невыносимо. Я бы точно не смог. - Если бы нас не увидели вместе... - Не знаю. Любой мог случайно обнаружить, что это Стамп. Твоей вины тут нет. Похоже, этот человек сильно к тебе привязался. А ты скрасила его одиночество. - Ты в самом деле так думаешь? - Я не человек, Рэсси, поэтому не лицемерю. Пойдём домой, нас уже заждались.