Бюрократическая возня

      Следующие дни пролетели так быстро, что Гарри и не заметил, как прошло почти две недели. Он серьёзно взялся за учёбу, дополнительно занимался вместе с Джейкобом и даже начал готовить с ним проект, на что тратил всё свободное время, включая выходные.       С хорьком Поттер совсем не пересекался, хоть и жил с ним в одном доме, а от друзей вестей не было никаких, как и от Джинни.       А между тем на календаре было уже девятнадцатое декабря.       Именно в этот вечер воскресенья Малфой нашёл своего сожителя в библиотеке. У Драко было чересчур задумчивое выражение лица, что сразу не понравилось Гарри.       — Поттер, мне нужно с тобой серьёзно поговорить.       — О чём? — равнодушно спросил Гарри, который готовил эссе по основам колдомедицины.       — О твоей свадьбе, — спокойно, по-деловому произнёс Драко. — Ты в курсе, сколько потрачено на эту вечеринку? А сейчас все приготовления встали, даже приглашения не разосланы. Я просмотрел все отчёты, и там фигурируют такие суммы, Поттер, что это поразило даже меня.       Гарри отвлёкся от эссе.       — Если ты не заметил, Малфой, то меня бросила невеста. Мне не на ком жениться.       Драко фыркнул.       — Поттер, просто подай объявление в Ведьмополитен, нашёл проблему. Поверь, ты найдёшь тысячу, если не миллион, девушек, которые захотят с тобой быть, даже невзирая на моё присутствие за стенкой.       Гарри мрачно посмотрел на Малфоя.       — Говори прямо, что тебе нужно, или уходи. Я пишу эссе, а от твоего одеколона меня тошнит. И от голоса тоже.       Драко наклонился к нему, опершись руками о стол. Поттер равнодушно посмотрел на тонкие пальцы, украшенные кольцами.       — Я закончу приготовления, — предложил хорёк. — Это будет просто новогодняя вечеринка.       Теперь фыркнул уже Гарри.       — Ты был там, Малфой? Хотя, что я спрашиваю, ты же дома сидишь, — проворчал он. — Там весь замок был почти готов к свадьбе. Ты будешь только месяц украшения с чарами снимать и всё переделывать.       Гарри и правда зачем-то туда аппарировал на прошлой неделе. Наверное, чтобы лишний раз испортить себе настроение.       Драко задумался. А потом вдруг выдал:       — Ну давай поженимся, Поттер. Если ты так настаиваешь на свадьбе.       Гарри отодвинулся от вонючего хорька.       — Малфой, ты что несёшь? — опешил он. — Не хочу я на тебе жениться. Ты уродливый, гадкий и мерзкий. Если хочешь, то могу набросать тебе полный список.       — Ну и что? — парировал Драко, проигнорировав выпад. — Это ведь просто формальность. По крайней мере, ни у кого не возникнет вопросов, если я пойду за тобой в лечебницу или в тюрьму. И раз на то пошло, уверяю — ты мне тоже не нравишься.       Поттер, к своему сожалению, понимал логику Малфоя. К тому же с договором он до сих пор никуда не продвинулся. Да что уж там, Гарри просто на него подзабил.       Единственное, что он закроет для себя, обручившись с Малфоем, — это возможность завести отношения на стороне.       — А как я буду тебе изменять, если мы будем в браке? — открыто спросил Гарри.       Драко засмеялся.       — Напомню, что ты и так не можешь ни с кем спать без моего ведома. Про себя я вообще молчу. А уж если вдруг найдёшь даму сердца, то как-нибудь разберёмся в процессе.       — Чудесно, — пробормотал под нос Гарри. Учитывая, что он ежедневно мастурбировал по утрам в душе на Джинни, перспектива отношений только с Драко возбуждала его донельзя. Поттер представил, как пойдёт к Малфою за разрешением переспать с какой-то девушкой, и ему стало совсем дурно.       — Поттер, — упрямо продолжил Драко, — я же не предлагаю магическое венчание, в отличие от Уизлетты. Просто сыграем свадьбу, обменяемся кольцами. Тебя вычеркнут из списков завидных холостяков, а мы сможем свободно перемещаться куда угодно, не вызывая лишних вопросов. Потом разведёмся, если что.       — Малфой, — устало сказал Поттер, — с чего ты решил, что я хочу куда-то с тобой перемещаться? Я видеть тебя не хочу.       Драко закатил глаза.       — Потому что ты не думаешь о будущем. Ты хоть раз размышлял над тем, что маги живут в среднем по сто тридцать — сто пятьдесят лет, а кто-то и вовсе доживает до двухсот? Или ты планируешь на площади Гриммо сидеть до конца дней? Я вот хотел как минимум в Сицилию съездить в следующем году.       Слова Малфоя ударили больнее, чем пощёчина Джинни.       — Что ты сейчас сказал? — изумлённо пролепетал Гарри.       Драко удивлённо посмотрел на него.       — В Сицилию, Поттер, — медленно повторил он. — Меня Блейз приглашал погостить на его вилле пару дней. Сказал, что открыл для себя все прелести богатой жизни магглов. Он ведь совсем без магии сидит, бедняжка.       — Я не об этом. — отмахнулся Гарри, которому вообще не было дела до дружков Малфоя. — Ты хочешь сказать, что нам с тобой сто пятьдесят лет вместе куковать?       — Ты ещё скажи, что не знал, что Дамблдору было сто пятнадцать, когда он умер.       Гарри обескураженно уставился на Малфоя. Почему-то Поттер был уверен, что Дамблдору было от силы лет семьдесят — восемьдесят.       Драко рассмеялся над глупым выражением лица Гарри.       — Какой же ты придурок, Поттер, — сказал он искренне.       Гарри было нечего возразить.       Малфой продолжил приготовления новогодней вечеринки, не особо посвящая в происходящее Поттера. Гарри же обратно закопался в учёбу с головой, чем приводил Джейкоба в восторг. Они даже вместе работали над зельями, пытаясь хоть как-то вытянуть друг друга, и, к удивлению Гарри, когда делаешь что-то с другим человеком, который так же, как и ты, ничего не понимает, вы начинаете разбираться в этом вместе.       — Эврика! — радостно закричал Джейкоб, когда они наконец-то смогли сварить зелье беспокойного сна с четырнадцатой попытки.       Гарри и сам обрадовался. У него появился шанс нормально сдать зельеварение.       — Какие планы на Рождество? — спросил в тот же день Эткинс, когда они закончили со всеми заданиями и пили кофе.       — Вообще никаких, — безразлично ответил Гарри. — Я думал, что отмечу его с друзьями, но мы немного поругались, так что меня никто не ждёт.       — А Малфой что? — поинтересовался Джейкоб, который теперь был в курсе того, что Гарри всё-таки живёт с Драко: они иногда занимались и на площади Гриммо. Да и Поттер часто отправлял тому Патронуса при однокурснике, предупреждая, что не вернётся или задержится.       — Не спрашивал. И, знаешь, мне абсолютно наплевать. Но у него вроде никого нет: родители во Франции и оттуда практически не выезжают, дружки разбрелись по свету, а часть и вовсе сидит в Азкабане. Кто-то умер вообще.       Поттер отхлебнул кофе.       — Пойдём тогда вместе на рождественскую вечеринку в Аврорате, — предложил Джейкоб. — Не хочу дома сидеть, а там, может, хоть познакомимся с кем-нибудь, потанцуем, выпьем.       Вот сюда Гарри точно нужно было отпроситься у Малфоя.       — Ладно, — всё-таки согласился Поттер. — У меня вроде как раз завалялась новая мантия.       Едва Гарри переступил порог дома, как вся решимость на диалог с хорьком улетучилась. В последний раз он пытался куда-то отпроситься ещё в детстве у Дурслей, но каждый раз, конечно же, получал отказ.       Решив, что если Малфой его пошлёт, то Гарри, в общем-то, и не расстроится, он отправился на поиски Драко. Тот был в своём кабинете и писал за столом.       — Малфой, — тихо позвал Гарри. — Я хочу у тебя отпроситься.       — Куда? — спросил хорёк, не переставая писать.       — На рождественскую вечеринку в Аврорате, — терпеливо ответил Поттер. — Я пойду с Джейкобом.       — А, с Эткинсом. И что ты там будешь делать?       Гарри начал закипать.       — Малфой, что за идиотский вопрос? Не знаю, чем занимаются на вечеринках? — проговорил Поттер. — Танцевать, веселиться, пить.       Драко подозрительно посмотрел на Гарри.       — А пойдёшь ты в чём?       — Ты мне допрос решил устроить или что? — Гарри прорвало. — У меня есть выходная мантия.       Драко покачал головой и резко оживился, притом настолько, что аж глаза заблестели.       — О нет, в этом убожестве ты не пойдёшь, мы тебе завтра же купим новую мантию и нормальный костюм. — медленно и с чувством протянул засиявший Малфой, чуть ли не потирая руки в предвкушении. — У меня как раз есть неиспользованные три дня отгула за этот год.       Гарри с трудом удержался от того, чтобы не засмеяться.       — Хорошо, господин великий стилист. Так я могу пойти?       Драко проглотил насмешливый, но всё же комплимент, самодовольно и мечтательно улыбнулся и лишь потом кивнул.       Гарри отчего-то тоже стало так радостно, что он не удержался и улыбнулся Малфою в ответ.       Возможно, Поттер сходит с ума от одиночества.       В Академии уже начались каникулы, поэтому Гарри отправился с Малфоем за мантией прямо с утра, притом Драко повёл Поттера не к мадам Малкин, где уже была толпа народа, а в другое ателье, где вообще никого не было.       — О, мистер Малфой и мистер Поттер, — защебетала с очень сильным французским акцентом потрясающе красивая ведьма. — Рада видеть вас в моём ателье, господа.       Несмотря на приятную внешность, выглядела она до безумия вульгарно. У неё было чересчур глубокое декольте, слишком ярко-накрашенные глаза и неуместно красные губы. Гарри машинально посмотрел на её грудь и смутился.       — У меня лучшие ткани во всей Англии, мистер Поттер, — говорила ведьма таким тоном, словно предлагала сделать минет прямо здесь, посреди зала, — выбирайте, что вам по вкусу.       Малфой же, которому было совершенно плевать на владелицу, потащил Поттера за рукав к вешалкам, где висели красивые мантии насыщенного синего цвета. Драко придирчиво выбирал модель, пока Гарри стыдливо поглядывал на ведьму за стойкой.       — Вот, — наконец Малфой выбрал тёмно-синюю мантию с серебряными оторочками, — надевай.       Гарри послушно примерил, но Драко не понравилось, и он продолжил копаться дальше.       Когда Поттер сюда шёл, он был уверен, что они с Малфоем управились бы минут за двадцать. В конце концов, хорёк всё-таки был мужчиной, а Гарри не встречал ни одного человека своего пола, который бы получал удовольствие от хождения по магазинам.       До этого момента.       Поход за одной только мантией занял полтора часа, потому что Малфою не нравилось всё. Он смешно фыркал, разговаривал сам с собой и был настолько погружён в процесс, полностью игнорируя присутствие Поттера, что Гарри был уверен — Драко не обратит внимания даже на возрождение Тёмного Лорда.       В итоге выбор пал на серебряную приталенную мантию с красивым переливом, по фасону напоминающую те, в которых ходил Снейп.       На кассе, когда Поттер услышал цену, озвученную сексуальной ведьмой, то чуть не упал. Драко же сумму выдержал намного более стойко, даже бровью не повёл и спокойно выписал чек.       Держа в руках свёрток, который стоил почти столько же, сколько его новая Молния, Гарри поплёлся за Драко на улицу, где тот сообщил, что Поттеру нужен ещё костюм и ботинки.       — Но тут мы их не купим, — сказал Малфой. — Возьми меня за руку, я нас аппарирую.       И Драко протянул ему свою ладонь.       Гарри замешкался, но всё же осторожно взял того за руку, осознавая, что делает это впервые, не считая того момента в Выручай-комнате, но там всё было по-другому.       Кисть у Малфоя была на удивление мягкая, ухоженная, лишённая мозолей и шероховатостей. Пока Гарри об этом думал, они уже оказались в совершенно другом месте.       — Мы в Ливерпуле, — сообщил Драко. — Пойдём, тут есть отличный салон.       Поттер неожиданно почувствовал себя не очень хорошо, согнулся и схватился за грудь.       — Подожди, — прохрипел он. — Ты, кажется, немного переборщил.       — С чем? — не понял Драко, с опаской разглядывая Гарри.       Поттер отдышался и разогнулся. Стало лучше.       — С количеством магии, которую ты у меня позаимствовал, очевидно, — проворчал Гарри, понимая, что смысла ругаться с Малфоем нет. Вряд ли он мог это контролировать.       Драко задумчиво посмотрел на Гарри, хмыкнул и положил руку ему на плечо.       — Это, видимо, потому, что мы аппарировали вместе. Нужно будет попрактиковаться в совместных перемещениях. Я же не хочу убить тебя в процессе.       Гарри раздражённо скинул руку Драко с плеча.       — Пойдём уже, — пробубнил он, чувствуя себя неловко.       Малфой ничего не сказал и повёл Поттера за костюмом.       Обратно на площадь Гриммо их аппарировал Гарри, и всё произошло без инцидентов. Видимо, проблемы и правда были только тогда, когда их двоих перемещал Малфой.       В своей комнате Поттер примерил костюм с новой мантией и покрутился перед зеркалом, отмечая, что выглядел и правда неплохо: элегантно и в меру празднично.       Гарри даже с некоторой грустью переоделся обратно в футболку и джинсы, а когда уже закрывал шкаф, осознание того, что Малфой одевает и кормит его на собственные деньги, ударило обухом по голове.       Да и вообще, абсолютно всё, что сейчас происходило, оплачивалось Драко с его личного счёта.       Великий герой внезапно стал полноценной содержанкой.       Поттер неловко засмеялся от данного открытия, но решил, что это не стоит внимания. Тем более что самому Малфою было плевать.       Однако Гарри внезапно стало интересно, сколько же у Драко всё-таки денег, учитывая, как спокойно он ими разбрасывался. Этот вопрос никогда не интересовал Поттера, но и раньше хорёк ничего не покупал в присутствии Гарри.       Размышляя над тем, насколько вежливо задавать такие вопросы напрямую, Поттер спустился на ужин, который, как и завтрак с обедом, всегда подавали в одно и то же время. К этому моменту Гарри уже смирился с едой по расписанию и даже начал иногда есть вместе с Драко.       Однако Поттеру до сих пор было немного неловко сидеть с Малфоем за одним столом, но он старательно убеждал себя в том, что в этом нет ничего страшного. Они ведь живут вместе уже больше месяца.       Эльфы снова приготовили какие-то любимые блюда Драко, а Гарри было стыдно просить что-то для себя у домовиков Малфоя, которые теперь работали на кухне вместо Кричера. Поэтому Поттер ковырял то, что Драко ел на обед, а сам Малфой, конечно же, жевал салат. Гарри не знал, была ли это одна и та же трава каждый вечер или новая, но спрашивать побаивался.       Поттер разглядывал своё отражение в столовом серебре, привезённом сожителем, в сотый раз осмотрел уже привычный ремонт и не выдержал.       — Малфой, а сколько у тебя денег?       Он ожидал, что Драко удивится вопросу или вовсе начнёт злорадствовать, но он отреагировал спокойно, хоть и задумался, особенно тщательно прожевав очередной лист.       — Больше, чем у отца, но меньше, чем у Забини. Этот сучёныш выгодно вложился в серебро в прошлом году, будь он неладен. Так и знал, что стоило обратить внимание на драгоценные металлы, — проворчал Малфой. — Зачем я повёлся на акции Рудгера? Если они снова упали, то моё сердце не выдержит этого потрясения.       Глядя на бубнящего о совсем будничных для него вещах сожителя, Гарри неожиданно для себя рассмеялся.       — Поттер, а к чему этот вопрос? — забеспокоился Драко. — Если ты знаешь что-то, чего я ещё не знаю, ты лучше скажи мне сразу.       Гарри рассмеялся ещё громче, глядя на ёрзающего Малфоя, на лице которого задумчивость сменилась истинным ужасом. Драко достал палочку и произнёс какое-то неизвестное Гарри заклинание, отчего перед его лицом возникли огромные столбцы цифр.       — Расслабься, — сказал Поттер, когда наконец-то смог успокоиться. — Мне просто стало интересно, не знаю я ни про какого Рудгера.       — О, — удивился Малфой. — А я был уверен, что ты читаешь мою почту. Всё равно все официальные письма приходят мне распечатанными.       Гарри фыркнул, а Драко развеял чары.       — Заняться мне больше нечем, кроме как твои письма читать. Просто стало интересно.       Остаток ужина прошёл в молчании.       Следующим утром Гарри с Малфоем оказались на первой полосе Пророка: их поход на Косую Аллею не остался незамеченным.       Кто-то сфотографировал их прямо на крыльце магазина леди Лакруа, когда они мирно беседовали, а Рита Скитер написала очередную бездарную статью под достаточно скромным названием «По разные стороны решётки».       Опус вышел совсем так себе: Рита сначала писала, что Поттер пропал и никуда не ходит, потом указала, что продолжает готовиться к свадьбе, а по итогу сделала вывод, что Гарри выбрал себе в модные консультанты Малфоя, который был известен своим вкусом, несмотря на тёмное прошлое. У Гарри закралась крамольная мысль, что Драко заплатил Рите, чтобы та выдала настолько бесполезную статью вместо её обычной писанины, но спрашивать не стал. Тем более что почти всю полосу занимала фотография, а текста там было от силы предложений на семь.       Фотография, между прочим, была довольно неплохая для не постановочной. В кои-то веки Гарри выглядел на ней опрятно, не в крови и не щурился, а Малфой смотрел на Поттера, но его лица практически не было видно за высоким воротником.       В дверь постучали.       Гарри нахмурился: он никого не ждал, но пошёл открывать.       На пороге стояла Гермиона. Одна.       — Боже, Гарри, — выдохнула она, — ты в порядке.       Он нахмурился ещё сильнее.       — Конечно, — скептически ответил он. — А что должно было со мной случиться?       Гермиона потупила взгляд и переступила с ноги на ногу.       — Я могу войти? — осторожно спросила подруга.       Поттер отошёл от двери, пропуская Гермиону вовнутрь. Девушка изумлённо осмотрела обновлённую площадь Гриммо.       — Гарри, какая красота. Как у тебя получилось? Вы же пытались с Джинни сделать ремонт, но даже мебель сдвинуть не смогли.       — Не знаю. Это всё Малфой сделал, пока я был на учёбе.       Гермиона в ответ хмыкнула и прищурилась.       — Я хотела с тобой поговорить именно об этом, на самом деле, — выдала подруга. — Скажи, что у тебя с ним, Гарри?       — Очевидно, что я с ним трахаюсь, — выплюнул Поттер. — Он моя новая девушка.       — Гарри, я серьёзно! — воскликнула Гермиона. — Я просто пытаюсь понять, что происходит. Он здесь?       Поттер, зная, что Малфой в кабинете и что акустика в доме хорошая, твёрдо сказал:       — Нет, его здесь нет. Он вернулся в особняк.       — Гарри, — затараторила Гермиона, — ты говорил о Долге Жизни. Что именно ты должен Малфою? Я ведь правильно понимаю, что всё не так просто? Ты определённо что-то скрываешь. Но я хочу помочь, правда. Только я должна знать, что именно происходит.       — Гермиона, — Поттер сложил руки на груди, — я сам разберусь, хорошо? У меня всё в полном порядке, я счастлив и здоров.       — А что с Джинни? — Гермиона удивилась. — Как же ваша свадьба?       — Видимо, мы поторопились, — просто сказал Гарри. — Но новогодняя вечеринка будет в любом случае. Я пришлю вам всем приглашения. Кстати, я собрал вещи Джинни, передашь?       — Что ты, Гарри, — шикнула на него подруга. — Какие ещё вещи? Джинни ждёт тебя в Норе, она хочет с тобой поговорить.       Нет, это точно какой-то цирк. В памяти всплыли циничные слова Драко.       — Подожди, Гермиона, — нахмурился Гарри, чувствуя подвох, — то есть она меня сначала бросает, а потом ждёт, что я приду извиняться?       Подруга откинула волосы с лица.       — Джинни меня попросила с тобой поговорить, — призналась Грейнджер. — Эти фотографии в Пророке…       — Да что ж такое-то, Гермиона, — вспылил Поттер и взмахнул руками. — Меня опять все заочно осудили, даже не попытавшись разобраться, а как правда полезла наружу, так сразу же бросились просить прощения? Это у Уизли семейное, видимо.       — Гарри, Джинни тебя любит и хочет за тебя замуж, — возразила ему подруга.       — Чудесно, — выдал Поттер, подталкивая Грейнджер к выходу и намереваясь закрыть за ней дверь. — Я подумаю.       — И вообще, приходи на рождественский ужин в Нору, — сказала ему Гермиона на прощание. — Ты наша семья, что бы ни случилось.       С этими словами она ушла, оставив Поттера в смятении.       Честно говоря, он вообще не горел желанием идти на Рождество в Нору, особенно теперь.       Мириться с Роном пока не хотелось, а о Джинни Гарри старался забыть, хоть на сердце и было очень тяжело.       Поттер где-то видел такую фразу, что если любишь, то нужно уметь отпускать человека. Гарри решил, что это лучшее, что можно сделать в сложившейся ситуации.       Между тем Рождество уже завтра.       Гарри вообще не знал, что ему делать, а мучиться душевными терзаниями не хотелось, поэтому он отправился к Джейкобу, которому было откровенно плевать на всё, кроме чёрной магии.       Поттер не стал говорить Малфою, что ушёл к однокурснику: Драко сегодня был в крайне плохом настроении и ворчал с самого утра не затыкаясь. Слушать скрипучие стенания Гарри не хотелось, но он на всякий случай, как и положено, написал записку и оставил в гостиной на столе.       Поттер ни разу сознательно не нарушал правила их контракта. Хоть иногда и посещала шальная мыслишка проверить, какие будут последствия, но что-то его останавливало. Возможно, Гарри хватило того небольшого конфликта с Малфоем, да и совместная аппарация была крайне убедительна. А это, на минуточку, даже не нарушение, а просто нормальное функционирование связующих их чар.       К счастью Гарри, по-настоящему мощной магией никто из них не пользовался. Поттер даже успел прочитать пару книг на эту тему и теперь понимал логику, чем сильный волшебник отличается от слабого. Простыми словами: маг — это сосуд, а магия — топливо. Любое заклинание сжигает часть этого топлива, но оно восполняется само со временем. Сейчас же ситуация была такая, что, потратив часть своей энергии, Малфой не восполнял её сам, а просто забирал у Гарри. Удобно устроился, что сказать.       Мощь же волшебника зависела от нескольких факторов: размер его магического сосуда, сила топлива и скорость восполнения. Оказывается, даже простенький Люмос съедал у каждого мага разное количество энергии. Были всякие тесты, которые позволяли определить силу чародея, но настолько сильно Гарри не углублялся.       Благо Малфой пока был под запретами и ограничениями, а что будет дальше, Гарри верил, что никогда и не узнает: хорёк ещё пять лет не сможет нормально колдовать, а к тому моменту Поттер уверял самого себя, что избавится от контракта.       Джейкоб был дома, на кухне, где обустроил комнату для варки зелий. Он был одет в очки, фартук и защитные перчатки.       — Что делаешь? — спросил Гарри у однокурсника.       — Пытаюсь сварить чёртово болотное зелье, — раздражённо ответил Эткинс. — Как меня достало зельеварение.       Поттер был полностью согласен.       — У меня вроде бы получилось с первого раза. Мне Малфой сказал, что там главное — мешать правильно и помыть ложку.       — Помыть? — застонал Джейкоб и схватился за порядком отросшие патлы. — Я опять нормально не прочитал инструкцию, ну что же это такое!       Эткинс уничтожил зелье и начал заново.       — Я надеюсь, что получу хотя бы три с плюсом, — с тоской промямлил Джейкоб. — Но каждый день всё меньше верю в то, что это возможно.       Гарри наблюдал за тем, как однокурсник заново загружал ингредиенты в котёл, и изредка подсказывал, сверяясь с учебником. Всё-таки он тот ещё зельевар.       — Ты чего пришёл-то? — поинтересовался Джейкоб, когда зелье в очередной раз закипело и он начал его мешать. — Мы вроде бы всё с тобой сделали.       — Вот ты бы пошёл на семейный ужин, где будет твоя бывшая девушка? — спросил Гарри.       — Смотря, что мне надо. Пошёл бы, если хотел помириться. Если нет, то ну его.       — А ты почему на семейный ужин не пойдёшь? — полюбопытствовал Гарри.       Джейкоб скривился.       — Мои родители считают меня придурком и постоянно рассказывают о том, что я всё делаю не так. Я с ними уже года три нормально не общаюсь.       — А что именно ты делаешь не так?       — Всё! — воскликнул Джейкоб. — Не там учусь, не так стригусь, не там живу. Я плохой, что у меня нет друзей, что встречаюсь с магглой.       — С магглой? — удивился Поттер. — Не знал.       — Гарри, мы в маггловской квартире, — сказал Джейкоб, и Поттер только сейчас понял, что именно в этом доме ему показалось странным.       — Джейкоб, — осторожно заговорил Гарри, — а ты не боишься, что она кому-то расскажет о том, что ты волшебник? Ведь нельзя же магглам знать, что ты маг.       — Не, Моника немного странная. Знаешь, носит чёрную кожу и считает, что она вампир. И да — она уверена, что я тоже притворяюсь волшебником.       Гарри засмеялся.       — Но она же тебе нравится.       — Ты шутишь? — воскликнул Джейкоб. — Я вообще от неё без ума. Это самая отвязная девчонка, которую я встречал.       Видимо, они с Гарри говорили слишком громко, потому что на кухне внезапно появилась та самая Моника в одной маечке и трусах.       Поттер, который уже начал полноценно страдать от отсутствия регулярной половой жизни, закашлялся.       Моника действительно выглядела странновато: практически всё её тело было забито татуировками, чёрные волосы доходили до поясницы, а руки украшали длиннющие ногти и перстень с черепом. На фоне Эткинса, который после тесного знакомства стал напоминать Гарри сумасшедшего учёного, она выглядела ещё более импозантно.       — Привет, — поздоровалась она сонным голосом, сочно зевая. — Джекки, ты что, опять занимаешься?       — У меня почти получилось, — похвастался Джейкоб. — Это, кстати, Гарри — мы учимся вместе.       — Привет. — Поттер улыбнулся девушке.       Моника предложила ему кофе, но Гарри отказался, ссылаясь на то, что ему стоит идти домой.       — Малфою привет передавай, — напоследок крикнул Джейкоб, а Поттер аппарировал сразу же за входной дверью.