Наполовину мой

— Когда заходит он, все смотрят только на него, Он из тех мужчин, с кем как за каменной стеной, Он словно из кино — решительный, холодный взгляд, Кто твоя Мадлен, Бонд? Стоп, это же я! — театрально распахнул глаза Драко. — Держи, малыш, эта сучья корона теперь твоя, — улыбаясь, положил ему руку на макушку Гарри. Приобретение сомнительное, но Драко отчего-то смешно, он морщит нос и разражается чистым смехом, запрокидывая голову. Они прогуливались у озера, наслаждаясь погожим выходным. Счастливый, Драко стянул с Поттера гриффиндорский шарф, замотался им по самый нос, и теперь постоянно поправлял его, чтобы не мешал разговаривать. Оставив образ надушенной светской Мадонны, он просто расслабился с близким человеком, то и дело прокручивая на пальце кольцо-обещание, и плевать, что с начала учебного от него переехала сотня нервных клеток, сейчас на душе было ясно, как на небе. Гарри, усмехаясь, курил, слушал его веселую болтовню, грея прохладную руку в своей. — До сих пор не могу поверить, что мы помолвлены, — улыбаясь, рассматривал Драко кольцо на своей руке. — Не верил, что я сделаю тебе предложение? — выгнул бровь Гарри. — Не верил, что на него соглашусь, — вздернул подбородок Драко, но из-за большого шарфа получилось скорее забавно, чем высокомерно. — Ну, тогда мне повезло на всю жизнь, — улыбнулся Гарри, выдохнув дым. Они, незаметно для себя, остановились под деревом. Неподалеку, однокурсники затеяли игру в снежки, их выкрики доносились второстепенным шумом, а Гарри и Драко смотрели друг на друга и молчали. “Я несу тебе сердце горячее, кипяток”. Драко моргнул, глядя на Поттера: угораздило же. Гарри Поттер — решительный, непостоянный, бескомпромиссный, безжалостный к чужим страданиям и чувствительный, как оказалось, к собственным, непонятный, мутный и эгоистичный. На такого приятно смотреть издалека, но, когда он близко, вот так, руку протяни, открытый, обещанный... — Мой, — заканчивает Драко вслух. Гарри замирает, роняя сигарету из пальцев. Сам натворил. В груди заныло от этого изумительного разреза глаз и сладких губ, почти скрытых огромным шарфом, растрепанных легким озерным ветром платиновых волос. Гарри прикусив губу, сделал шаг и обнял Драко. Один из снежков врезался в ответвление ствола дерева, под которым они стояли, и с ветки сорвался утренний снег, падая на них пушистым шлейфом. Гарри улыбнулся, стряхивая с головы и плеч Драко снег, пока тот, прищурив глаза, закипал, высматривая кого бы обматерить. — Так-так, — прикоснулся он пальцем к кончику носа Малфоя. — Перестань быть таким лапочкой. — Не в моих силах, прости, если восхищен, — ухмыльнулся Драко, хватая его за руку. — Пошли поедим, я так голоден! Гарри зашагал, утягиваемый за руку блондином, но вдруг сорвался с места и подскочил к нему, захватывая талию другой рукой. — Мистер Малфой, позвольте мне один танец? — ослепительно улыбнувшись, спросил он, разыгрывая официоз. — Вы очаровательны и невъебенно хороши... — Мерлин, дай мне сил... — простонал Драко, закатывая глаза, но сам уже поддался на первому кругу вальса на пути к замку. — Мы снова будем танцевать, как два долбана у всех на глазах? — Ну, фетиш у меня на тебя танцующего... Гарри пытается шутить, видите ли, но Драко подозрительно ухмыляется и подсекает его ногу. Гарри поскальзывается на утоптанном снегу и, распахнув глаза, летит спиной на землю. Драко подхватывает его у самой земли за руку и талию, имитируя прогиб принцессы на балу. Со всех сторон визжат и присвистывают случайные свидетели, а Гарри, опешив от неожиданности, смотрит на него снизу вверх, повиснув на его руках и приоткрыв рот от удивления. Довольный Драко, поиграв бровями, чмокнул его в нос и привел в вертикальное положение. — Так-так, перестань быть таким лапочкой, — поправив лацканы расстёгнутого пальто гриффиндорца, мурлыкнул он, и тут же снова был вовлечён в танец. — Не делай так больше, — полусерьёзно предупредил Гарри. — Испугался? — Что у тебя спина не выдержит, — парировал Поттер. — Так, блять, — Драко остановился, приподняв брови. — Мы одного роста и телосложения, ты меня под бабу подписываешь? — Нет, конечно, — поспешно помотал головой Гарри, сделав вид, что боится хомячков. — Тогда только посмей ещё раз... Договорить Драко не успел. Гарри вдруг наклонился и, схватив за бедра, перекинул через плечо. Ухмыляясь возмущенному крику Малфоя и аплодисментам студентов, он начал подниматься по широкой лестнице к дубовым дверям замка. — Ты не договорил, что там нельзя посметь? — не сдерживая смешка в голосе, спросил Гарри. — Поттер! Я убью тебя! — прорычал Драко, долбивший его по спине кулаками. — Договаривай: “Только посмей ещё раз” — как там дальше?... — веселясь, сказал Поттер. — Быстро опусти меня на землю! Ты совсем охренел! — Что мне нельзя посметь? — щёлкнув его ладонью по заднице, продолжал спрашивать Гарри. — Быть идиотом, блять! — махая в воздухе ногами, проорал Малфой, оборачиваясь, с занавешенным волосами красным лицом, к затылку Поттера. Гарри уже хотел что-то ответить, но тут, у самой двери, столкнулся с Роном, вытаскивавшим за руку из замка, хохотавшего Сатоши. Обменявшись взглядами, они хмыкнули и, кивнув друг другу, разошлись параллелями, припрятав секрет за углом вчерашних дней. Гарри поставил, полыхающего яростью, Драко на пол в холле, улыбаясь в сорок восемь зубов, чмокнул в красную щеку, пока тот распутывал длиннющий шарф, и бегом пустился в сторону Большого Зала. — А ну, стоять! — зажав в кулаке сорванный шарф, заорал Драко и пустился за ним. — Не злись, малыш! Ты заслуживаешь того, чтобы тебя носили на руках! — весело крикнул в ответ Гарри, расталкивая студентов, ринувшихся с обеда на улицу. — Тебя щас самого уносить придётся! — догонял его Малфой, размахивая шарфом. Гарри вбежал в Большой Зал и прижался к стене, поджидая свою погоню. Драко, распихав студентов, влетел следом и тут же был схвачен за локоть, и впечатан в стену. Гарри навис над ним, опираясь рукой над его плечом и тяжело дыша. — Ты... — дёрнулся Драко. Гарри притянул его за затылок, поцеловал. Его волосы, касавшиеся чужого лица, были еще холодными, а лицо горело от бега, он прижал Драко к себе, подсадил на деревянный фриз. Он целовал будто ждал этого весь день, обдавая тающим холодом зимы и запахом своего парфюма, терзал губы, разливал тепло в груди. Проведя большими пальцами по щекам Драко, отстранился всего на сантиметры и, глядя в глаза, сказал, бережно удерживая руками лицо Драко: — Я люблю тебя. — Что? У Драко порозовели щеки, он, хлопая ресницами, приоткрыл рот, и Гарри, забавно отзеркалив его выражение лица, повторил: — Что? У Драко вырвался смешок, и Гарри улыбнулся. — Я тоже тебя люблю. Они оба расслаблены, немного возбуждены, раскрасневшиеся, замерли в одной позе, глупо улыбаясь друг другу, будто впервые увидели. Плавится всё, что в зоне действия зрачка. Гарри прислонился губами ко лбу Драко, перемещая ладони с его щек в волосы, и вдохнул их запах, прикрывая глаза. Драко, всё ещё продолжая улыбаться, зажмурился, проводя носом по его скуле и сжимая коленями бедра под полами чужого пальто. — Молодые люди, мне жаль прерывать волшебство момента, — раздался от преподавательского стола голос Дамблдора, — но мы вас не смущаем? Два пьяных и счастливых взгляда переместились с друг друга на зал, из глубины которого на них шокированно смотрели немногочисленные студенты и профессор Снейп с директором. Драко кашлянул и рефлекторно поправил волосы, зачесав назад, которые снова упали по обеим сторонам висков. Гарри ссадил его с насеста, и, поставив рядом, закинул руку на плечо, смело глядя на присутствующих. Северус усмехнулся и подпёр подбородок кулаком, с полуулыбкой наблюдая немую сцену. — Нисколько не смущаете, — сказал Гарри. — Мы не из стеснительных. — Тогда позвольте поздравить вас с помолвкой, — весело блестя стеклами очков-половинок, сказал директор и сомкнул ладони. Первым к его аплодисментам присоединился Северус.