Учеба по обмену

Все было хорошо ровно до того момента, как Итан вернулся домой после дополнительного занятия по русскому. Он был один, так как Дамиано с Томасом сразу направились перевозить шмотки блондина в его новое место жительства, пока его родители не вернулись домой. В планах у итальянца было прийти и со спокойной душой заняться уборкой, разобрать чемодан, приготовить что-нибудь вкусное. Он думал, что Соня не откажет ему в помощи, и они круто проведут время вдвоем, но он никак не рассчитывал на то, что дома его будет ждать сюрприз... Только он снял обувь и собрался было пройти дальше внутрь квартиры, как воткнулся в свой же чемодан, стоящий, как оказалось, рядом со входом. Рядом с ним Итан обнаружил мешок со своими шампунями, косметикой и прочими вещами, забранными из ванной комнаты. И что самое ужасное, поверх чемодана лежал билет на самолет… — Соня… — неуверенно позвал он. В тот же момент в проходе показалась взлохмаченная темная макушка. — Я пыталась, — хриплым, судя по всему от плача голосом сказала она. — Я старалась отговорить его. — Я верю, — кивнул Торкио, замечая, как надломился собственный голос. — Не плачь пожалуйста. Сейчас мы что-нибудь придумаем, — заверил он подругу, обвивая ее плечи руками и прижимая к себе. — Вылет сегодня вечером, — прошептала она. — Что? Нет. Не полечу я никуда, — встрепенулся Итан, схватив несчастный билет, обреченно читая «20 октября 20:36». — Папа сказал, что как вернется, будет директору звонить, чтоб сказать, что ты больше тут не учишься, — всхлипнула Соня. — А куда он ушел? — Язвительно бросил, что пошел тебе сувениров на память купить, чтоб ты про нас не забывал. Но если серьезно, то ему на работу надо было что-то закинуть. — Прости, конечно, но твой отец урод, — вздохнул итальянец, подхватывая чемодан и направляясь в комнату. — Не извиняйся, я с тобой согласна, — ответила Софья, хватая мешок. — Как думаешь, если я просто сейчас буду тянуть время, и мы опоздаем на самолет, он отступится? — Навряд ли. Скорее, просто другой билет купит. — Так. Подожди, я Дами позвоню, а потом будем думать, что делать. И надо Вик тоже позвонить, ее сегодня в школе не было. Написала, что заболела. — Хорошо. Я могу пока помочь как-то? — Думаю, что нет. Но спасибо большое. — Итан, — окликнула его девушка, когда Торкио уже собирался выйти из комнаты, —  я не хочу, чтобы ты уезжал, — чуть ли не прошептала она, когда парень остановился. — Я никуда не уеду. Обещаю, — ответил он, вновь обнимая Соню. — Скоро вернусь, хорошо? Когда девушка кивнула, Итан оставил на лохматой макушке невесомый поцелуй и поспешил покинуть комнату, лишь бы Дамиано скорее вернуся домой. Зайдя в ванную, он закрыл дверь на замок, только сейчас замечая, как дрожат его руки. Невольно по щеке скатилась первая слеза, разбиваясь о белую ткань его укороченной футболки. Сквозь пелену слез найдя в списке нужный контакт, парень прижал мобильник к уху, закрывая глаза и опираясь лбом о косяк двери, позволяя себе тихо всхлипнуть. — Итан, я щас чутка занят, перезвоню через пару минут, — сказал запыхавшийся Дамиано, явно перенося что-то тяжелое. — Дами… — только и выдавил из себя Итан через внезапно сдавивший грудную клетку плач. — Ты в порядке? — тут же встрепенулся брюнет, судя по звуку, ставя это тяжелое что-то на пол. — Приходи домой. Срочно, — только и сказал Торкио, тут же сбрасывая звонок, не в силах больше сдерживать звук, похожий на вой. — Все хорошо? — обеспокоено спросила Соня, прижавшись к двери по другую сторону. — Да, — ответил Итан, спускаясь на холодный пол. Он не уедет. Он пообещал уже двум дорогим ему людям. Все будет хорошо. Шумно выдохнув, он стер со своих щек влагу, вновь возвращаясь к телефону. — Привет. Как себя чувствуешь? — Привет! — на лице итальянца растянулась улыбка от столь знакомого голоса. — Не знаю, голова болит очень сильно. Ты чего такой грустный? — Я… — и вот тут к нему пришло осознание. Осознание того, что возможно он больше никогда не увидит Викторию, потому что она болеет, а его вылет по плану уже через пять часов. — Тут Александр спалил нас с Дами, и в общем… — Итан пытался продолжить, честно, но у него не получалось. Он понимал, что если скажет еще хоть слово, то окончательно расплачется. — Итан? — настороженно позвала его Виктория, принимая сидячее положение, напрягаясь всем телом. — Он же не посмел тебя тронуть? — Лучше бы посмел, — выдавил из себя парень, плотно сжимая веки до ярких мерцающих кругов. — Мне прийти? — Ты болеешь. — Это неважно. Итан, что происходит? — Он купил билет… — Какой билет? — На самолет. — О боже… — протянула блондинка, и вовсе поднимаясь на ноги, чуть поморщившись от того, как закружилась ее голова. — Когда вылет?.. — Сегодня. — Блять. Итан, прошу, дай мне десять минут, — сказала она, чуть ли не подлетая к шкафу с одеждой. — Но ты же болеешь… — неуверенно сказал Торкио. — Десять минут, — только и ответила девушка, отбрасывая телефон на кровать. — Итан! — послышался крик из коридора. Собравшись с духом, Итан поднялся на ноги, открывая дверь ванной комнаты, тут же натыкаясь взглядом на испуганные глаза запыхавшегося брюнета. — Что случилось? — еле дыша, спросил он. Вместо ответа итальянец быстрым шагом подошел к пытающемуся восстановить дыхание парню, тут же врезаясь в него и крепко обнимая. Обеспокоено уставившись на темные волосы, беспорядочно разброшенные по широким плечам, Дамиано обвил талию Итана руками, нежно поглаживая его по спине. — Что происходит? — нетерпеливо спросил он спустя несколько секунд. По-прежнему не говоря ни слова, Торкио отстранился, кивнув на несчастный билет, лежащий теперь на небольшом столике. Кинув в ту сторону наполненный недоверием взгляд, Давид взял листок в руки, тут же матерясь сквозь зубы. Испуганно посмотрев на Итана, он заметил его мокрые щеки и вновь наполненные влагой глаза. — Да хуй там плавал. Не пущу я тебя никуда, — прошипел он, тут же разрывая плотную бумагу пополам, а потом еще раз, и еще. — Не надо было этого делать, — охнул итальянец. — Мы только разозлим его. У него должна быть электронная версия. — Мне поебать, — ответил Дамиано, крепко сжимая ладонь Торкио, утягивая его за собой в комнату. — Мы с ним разберемся, слышишь? — спросил он, усадив Итана на свою кровать и обхватив его лицо обеими руками. — Я помогу, — подала голос Соня. — Как и мама, я уверен. Разбирай вещи, хорошо? Я пока позвоню ей. Итан неуверенно кивнул, уже не понимая, стоит ли бороться, если он все равно тут будет нежеланным гостем. Быстрым шагом направившись на кухню в поисках воды, одновременно набирая номер Вероники, Дамиано матерился сквозь зубы, стараясь унять бьющееся с невероятной скоростью сердце. Торкио успел вернуть на место ровно две кучки вещей, аккуратно складывая их в ровные стопочки, прежде чем в дверь громко постучали, одновременно с тем зажимая кнопку звонка. Виктория. Кто ж еще будет таким настойчивым? — Ты почему без зонта? — возмущенно спросил Итан, стоило промокшей под дождем блондинке переступить порог. Девушка ничего не ответила, падая в его объятия. — Разболеешься ведь совсем, — тихо произнес итальянец, опускаясь подбородком на светлую макушку. — Это неважно. Это уже точно, что ты уезжаешь? — Бред все это, — ответил за Итана Дамиано, выходя с кухни. — Я уговорил мать отпроситься с работы, она скоро приедет, — сказал он своему парню, лишь на мгновение зацепившись взглядом за его широкие ладони, покоящиеся на талии Вик. — Не стоило… — неуверенно отозвался он. — Так. Я не понял, ты хочешь тут остаться? — Хочу, конечно, просто… — Вот и не возмущайся тогда, — прервал его Давид, удаляясь в комнату. — Ты разорвал билет? – спросила Виктория, смотря на кусочки бумаги, валяющиеся на столике. — Не я, Дами, — ответил итальянец, направляясь в комнату в след за ним. — Сонь, можно тебя попросить это все обратно в ванной расставить? — Конечно! — подхватив протянутый ей мешок, девушка направилась исполнять просьбу. — Как так получилось, что он вас спалил? Мне казалось, вы были аккуратны с этим. — Пока Итан не решил трахнуть меня под носом у всей семьи и Томаса, — невозмутимо бросил Дамиано, помогая Итану раскладывать вещи по местам. — Я ни в чем тебя не виню, — поспешил добавить он, замечая наполненный обидой взгляд итальянца. — Да уж, херовые из вас экстремалы, — вздохнула Виктория, присаживаясь на край кровати своего друга. — Тебе, может, чай сделать? Выглядишь неважно, — произнес Итан, смотря на блондинку, волосы которой были собраны в ужасно растрепанный пучок, а из одежды были серые спортивки и коричневая майка-топ, в которой ей было явно холодно. — Ну спасибо, — улыбнулась она. — Ничего не нужно, со мной все в порядке. — Приляг хотя бы, — предпринял еще одну попытку вразумить упрямую подругу Торкио. — Я же сказала, все хорошо. Ты сейчас не об этом волноваться должен. Вздохнув, Итан все же кивнул, переводя взгляд на напряженного каждой мышцей брюнета. — Какой у нас план? — Оставить тебя здесь любой ценой, — коротко ответил Дамиано, сосредоточенно раскладывая вещи, продолжая этим удивлять всех окружающих. — Дами, — позвал его итальянец, забирая у Давида из рук стопку своей же одежды. — Пойду Соне помогу, — пролепетала Вик, спеша оставить парней наедине. — Дами, — повторил Итан, замечая, что брюнет всячески избегает его взгляда. — Ты обещал, — прошептал он, теперь, когда рядом больше никого нет, давая волю эмоциям. — Ты о чем? — удивленно спросил Итан, обхватывая любимое личико ладонями, большими пальцами стирая с него влагу. — Обещал, что не уедешь, — всхлипнул Давид, закрывая глаза, позволяя слезам скатываться по своим щекам и тут же пропадать в ладонях Торкио. — Мы разбираем вещи, а не наоборот, — напомнил Итан, прижимая подрагивающее тело к себе. — У меня плохое предчувствие, — прошептал он, уткнувшись лицом в крепкую грудь своего парня. — Потому что ты думаешь о плохом. Все будет хорошо, вот увидишь. Подняв голову, Дамиано заглянул в бездонные глаза Итана, сглатывая накопившуюся во рту слюну. Разомкнув слипшиеся губы, он приблизил свое лицо к чужому, замирая в паре сантиметров. Вплетя руку в кудри Давида, итальянец прильнул к его губам, мягко их сминая, вкладывая в поцелуй всю свою любовь. Дамиано отстранился лишь на пару секунд, чтобы стереть с лица слезы и, шмыгнув носом, вернулся к его губам, позволяя прижать к себе за талию. Прогнувшись в спине, он обхватил обеими руками шею Торкио, отвечая на трепетный, ненастойчивый поцелуй. Когда слезы вновь подступили к горлу, он с громким причмоком отлип от него, прижавшись лбом к горячим устам Итана. — Я люблю тебя, — всхлипнул он, наслаждаясь тем, как парень его нежно поглаживал по голове. — А я сильнее, — улыбнулся итальянец, растрепав темные прядки волос, когда их обладатель активно замотал головой из стороны в сторону. — Надо закончить с вещами, — напомнил Торкио, медленно отстраняясь от более-менее успокоившегося парня. — Да… — вздохнул Дамиано, хватая очередную кучку разноцветной ткани. — Можно я ту черную толстовку оставлю себе? — смущенно спросил он. — Оставишь. И ее, и меня, — ответил Итан, все же протягивая Давиду полюбившуюся им вещь. — Я, конечно, прошу прощения, что прерываю… — неуверенно начала Соня, застыв у входа в комнату. — Но мне звонил папа. Он сказал, чтобы мы с вещами спускались вниз. Пора ехать в аэропорт… — Скажи ему, пусть на хуй идет. Итан никуда не едет. — Мы там закончили, — заявила Виктория, останавливаясь рядом с Софьей. — Но мы не уверены, стоит ли все оставить или обратно собирать, — уже тише добавила она. — Ничего не надо обратно собирать. Где, блять, мама потерялась? — вздохнул Давид, выходя из комнаты с телефоном в руках. — Он в порядке? — неуверенно спросила Вик, смотря вслед бывшему. — Не совсем, но ничего. Мы справимся. Идите сюда, — позвал их с Соней итальянец, разводя руки в пригласительном жесте. Обняв девушек, прижавшихся к нему с разных сторон, Итан вздохнул, стараясь навсегда запечатлеть в памяти этот момент, когда две его самые лучшие подруги рядом. — Я долго ждать вас должен? — послышался разъяренный крик из коридора. Напоследок обняв подруг еще крепче, Торкио отстранился, различая дрожащий голос Дамиано. — Итан никуда не едет. Поспешив к нему, итальянец встал позади брюнета, застывшего в узком проходе в паре метров от своего отца. — Это еще что за хуйня? — воскликнул Александр, указывая на разорванный билет на самолет. — Итан никуда не едет, — уже уверенней повторил Давид, заводя левую руку за спину и ища поддержки. Вложив ладонь в протянутую руку, Итан хотел было выйти вперед, чтобы в случае чего защитить своего парня, но тот не позволил, крепче сжимая его ладонь, заставляя отойти назад. — Ты и правда настолько глуп, что думаешь, порвав несчастный билет, ты остановишь меня? — приподнял брови мужчина. — Вещи несите. — Мы их разобрали, — подала голос Соня, проскальзывая между парнями и стеной вперед. — Идиоты, — вздохнул Александр. — Собирайте быстрее тогда! — Зачем, если Итан никуда не едет? — спросила Виктория, проходя в прихожую за Софьей. — Вы армию против меня собрать решили? — усмехнулся мужчина. — Еще раз повторяю, вещи несите сюда. Бегом. — Если вам так не нравится, что Итан живет здесь, то он может пожить у меня. Вы не в праве решать, когда и куда ему уезжать, — заявила Вик. — Виктория, иди домой. Тебе тут не рады, — отмахнулся от нее Александр, переводя взгляд обратно на сына. — Не рад ей только ты, почему-то, — заметила Соня. — А ты вообще иди уроки делай. Принесла вчера двойку по алгебре и еще че-то вякает. Тебя все происходящее вообще не касается. — Итан мой лучший друг, — возразила брюнетка. — Теперь уже нет. Если вы сейчас не принесете вещи, то они останутся здесь и потом придут итальяшке почтой, — заявил мужчина. — Успокойся! — взмолилась Вероника, добираясь наконец до дома. — Истеричка. Сколько можно? — Как ты меня назвала? — Твоим настоящим именем, судя по всему. Сколько можно уже? Мальчик живет спокойно, прекрасно учится, изучает город, что ты к нему пристал? — А то, что он в свободное время поебывает твоего сына тебя вообще не смущает? — Нисколько, — невозмутимо ответила Вероника. — Помоги им собрать вещи. И поскорее. — Мальчик никуда сегодня не поедет, — ответила женщина, заходя наконец в квартиру. — Ты посмотри, что ты творишь, твои дети оба в слезах, ребенок, которого мы должны опекать на протяжении года тоже. Их подруга, хоть и чувствует себя далеко не лучшим образом, пришла под дождем, и все из-за твоих хотелок. — Мы опоздаем на посадку. — Я, конечно, понимаю, что мое слово никогда для тебя ничего не значило, но покупать билет, не посоветовавшись со мной, это уже чересчур. Мне надоело, что ты думаешь, что главный в этом доме. Теперь все будет по-другому, — заявила Вероника, направляясь на кухню. — Боюсь предположить, что будет, если ты будешь главной, — рассмеялся Александр. — Ну у тебя есть два варианта: либо остаться и узнать это, либо свалить отсюда и не мешать людям жить, — ответила его жена, отпивая воду из стакана. — Это ты типо так развестись предлагаешь? — Типо того, — кивнула женщина. — Смотри-ка, итальянец, ты и правда с каждым днем портишь мне жизнь все больше и больше, — заявил Александр, стрельнув глазами в Итана, уже без каких-либо сомнений обнимающего его сына. — А он здесь причем? — До его приезда мы жили нормально. — То есть вечные ссоры, непонятные гулянки и рукоприкладство ты называешь нормальной жизнью? Я не буду больше молча терпеть тебя. Наши дети уже достаточно взрослые для того, чтобы понять это. — Ты серьезно называешь эти недопощечины рукоприкладством? — поинтересовался мужчина. — Ясно, что ж, в таком случае, думаю, вещи пора собирать не Итану, а тебе, — хмыкнула Вероника и, не дожидаясь ответа, удалилась в свою комнату. Итальянец чувствовал, как сердце прижавшегося к нему паренька забилось быстрее, и, если честно, он не совсем понимал, от чего именно — от облегчения, ведь его отец больше не пытается выпроводить Торкио; от страха за мать, ведь Александр навряд ли так просто от нее отстанет; от неожиданного разговора про развод родителей или от всего вместе взятого. — Пойдем, — шепнул он, утягивая Дамиано в комнату, подальше от Александра, стоящего к ним спиной. Оказавшись отгороженным от отца дверью, Дамиано наконец смог спокойно выдохнуть. Заглянув своими большими, блестящими глазами в глаза Итана, он нервно улыбнулся, не веря своему счастью. — Ты все еще со мной, — еле слышно прошептал он. — Конечно с тобой, — улыбнулся Итан, целуя парня в лоб. Торкио испуганно вскрикнул от неожиданности, когда в его спину врезалась Соня, как оказалось. Рассмеявшись, наконец отпуская напряжение, он подхватил девушку, кружа ее в воздухе. — Я же тяжелая! — взвизгнула она сквозь смех. — Нисколько, — улыбнулся итальянец, ставя брюнетку на пол, отпуская лишь когда Дамиано обнял ее, придерживая, чтобы не упала. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Торкио, подходя к Виктории. — Голова болит, а так неплохо, — улыбнулась она, похлопав ладонью по кровати рядом с собой. — Тебе, может, таблетку какую-нибудь принести? — спросил Итан, позволяя блондинке уложить голову на свое плечо. — Не надо ничего, — отмахнулась она. — Я так рада, что ты остаешься… — протянула она, шмыгнув носом. — Я тоже, — улыбнулся Торкио. — Прости, что заставил подорваться и сюда идти. — Ничего ты меня не заставлял делать. Проводишь до дома? Дождь, похоже, лишь сильнее стал. — Конечно, — улыбнулся парень. — Уже сейчас пойдем? — Думаю да, спать что-то захотелось, — кивнула Вик, зевая, словно в подтверждение своим словам. — Хорошо, — кивнул Итан, поднимаясь с кровати. — Вот, возьми. Благодарно улыбнувшись, блондинка натянула на себя бежевую толстовку, которую ей дал итальянец. Поднявшись на ноги, она обвила его руку своей, направляясь к выходу. — Скоро вернусь, — пообещал Торкио, попутно поцеловав своего парня в щеку.

***

— Ты точно дойдешь? — неуверенно спросил Итан, поддерживая девушку за локоть. — Я настолько плохо выгляжу? — усмехнулась блондинка, прижимаясь ближе к парню так, чтобы они оба поместились под одним зонтом. — Выглядишь прекрасно, как и всегда, просто кажешься немного уставшей, — ответил он. — Ну давай-давай, выкручивайся дальше, — рассмеялась девушка, оттесняя Торкио в сторону, чтобы обойти лужу. — Вот почему нет таких же хороших гетеро-мальчиков? — Думаю, они есть. Просто ты еще своего не нашла. — А хотелось бы… — Иди давай. И о здоровье о своем сейчас думай, а не о мальчиках, — улыбнулся Итан, нежно подталкивая замершую было на месте блондинку вперед. — Вот не был бы ты еще таким святошей, — наигранно печально вздохнула она. — Хотя не каждый святоша станет трахаться, находясь в одной комнате с другим человеком. — Вик! — возмущенно воскликнул Итан. — Ну что?! Я просто хочу понять, по какой логике ты действовал. — По такой логике, что мне захотелось трахаться. Довольна? — А, ты из тех, кто видит цель, не видит преград? — улыбнулась Де Анджелис. — Нет, я к чему? Если тебе вдруг нравится, когда кто-то смотрит, пока ты ебешь мальчиков, то ты мог просто пригласить меня! Я совершенно не против! — Иди в задницу, — фыркнул Итан. — Не смей! — оборвал он блондинку, когда та уже открыла рот, чтобы пошутить. — Ладно-ладно! Я ж любя, — улыбнулась Виктория. — Мне с тобой зайти? — спросил Итан, когда они подошли к нужному подъезду. — Да, пойдем, я тебе сразу толстовку отдам. Согласившись с девушкой, Торкио открыл для нее дверь, пропуская вперед. Зайдя в квартиру, Итан собирался подождать Вик в прихожей, но та настояла на том, чтобы он зашел под предлогом того, что он давно здесь не был. — Мы, кстати, когда за гирляндой пойдем? Ты обещал помочь ее повесить! — напомнила блондинка, беспардонно стягивая кофту сразу вместе со своей майкой, под которой больше ничего не было. — Ты не передумала? — спросил Итан первое, что пришло в голову, смущенно отворачиваясь. — Нет, а должна? Мне кажется, она прекрасно будет смотреться над кроватью, — пожала плечами девушка, аккуратно складывая чужую вещь. — Подвинься, — попросила она, понимая, что через Итана не дотянется до нужного ящика. — Да расслабься ты, боже. Мы же говорили на эту тему, — вздохнула блондинка, наблюдая за тем, как щеки итальянца становятся все краснее и краснее. — И все же, тебе лучше одеться. И желательно во что-то теплое, ты же болеешь. — Заботливый ты мой, — усмехнулась Де Анджелис, протягивая Торкио его толстовку, сложенную в пакет. — Чай будешь? — Нет, спасибо. Могу тебе налить, если хочешь, — предложил Итан, облегченно выдыхая, когда Виктория добралась до огромной футболки, натягивая ее на себя. — Я справлюсь, не волнуйся. Беги к своему любимому, — улыбнулась Вик. — Точно? — Конечно. — Я напишу тебе вечером. — Буду ждать с нетерпением, — усмехнулась девушка и, вместо того, чтобы позволить себя обнять, поднялась на носочки, чмокнув парня куда-то в линию челюсти. — Чай обязательно выпей. — Есть, папочка, — ответила Виктория, шутливо прислонив руку к своей голове, словно отдавая честь. — Дурочка, — улыбнулся Итан, качая головой. — Иди чай пей, а потом сразу в кровать. Сказав это, он подмигнул блондинке и тут же поспешил удалиться, пока эта бестия не напала на него с новыми шутками.

***

Когда Итан добрался до все еще своего дома, он проскользнул в парадную, когда из нее так удачно выходил какой-то мужчина, ведь доставать ключи ему сейчас было крайне лень. Поднявшись на нужный этаж, он удивленно посмотрел на приоткрытую входную дверь квартиры, из которой доносились голоса Дамиано и его матери. Торкио хотел было просто пройти внутрь и присоединиться к ним, пока не услышал собственное имя, слетевшее с уст его парня. Замерев у входной двери, он прислушался. — Ты же не имеешь ввиду, что планируешь с ним долгие серьезные отношения? Я понимаю, что в молодости надо все попробовать, но это же неправильно. — Это неправильно только потому что тебе с детства это внушали. — Отношения нужны в первую очередь для продолжения рода. С ним ты его не продолжишь. — Не находишь рановатым в семнадцать задумываться о детях? И вообще, у нас еще Сонька есть. — Ладно, делайте, что хотите, но я все равно не думаю, что эти отношения долго протянут, но я рада, что тебе в них комфортно. В любом случае я хоть от вашего отца избавилась. Надеюсь, это к лучшему. — Конечно к лучшему. Хоть теперь можно пожить в спокойствии. — И все же Соня его любила, — вздохнула Вероника. — Он же не умер. А дядя Коля не так уж и далеко живет. — Да, вероятно ты прав. Ладно, мне там нужно кое-что доделать, а вы будьте, пожалуйста, осторожны, хорошо? — В каком плане? — Не позволяй разбивать себе сердце. Это больно, а ты похоже и правда сильно влюблен в этого мальчика. — Как и он в меня. — Поэтому он после всего случившегося сегодня рядом не с тобой, а с твоей бывшей? — Они хорошие друзья, а Вик себя плохо чувствует. — Слышал такое выражение, что дружбы между парнями и девушками не существует? — Существует, если парень гей. — Ну-ну. Я просто к тому, чтобы ты был осторожен. Я волнуюсь за тебя. Нарочно громко хлопнув дверью, Итан зашел в квартиру, тут же обнимая налетевшего на него парня. — Я не слышал, как ты зашел в дом. — Там мужчина меня пропустил, — ответил итальянец, утыкаясь носом в мягкие, приятно пахнущие кудряшки. — Пойдем в комнату, — прошептал он, краем глаза замечая, как на них смотрит Вероника. Но брюнет лишь сильнее к нему прижался, отказываясь куда-либо перемещаться. — Дами, — позвал Торкио, но тот лишь прислонил свои влажноватые губы к его шее, опаляя ее своим дыханием. — Запрыгивай, — вздохнул Итан, обхватывая чужие ляжки, чуть наклонившись. — Не утащишь ведь, — возмутился Дамиано, неуверенно отстраняясь. — Солнце мое, не забывай, зачем я хожу в зал, — улыбнулся итальянец, подхватывая все же запрыгнувшего на него парня за бедра. Вскрикнув от страха, Давид зажмурился, крепко стискивая бока итальянца своими ногами и прижимая его голову к своей груди, обвив его шею руками. — Аккуратно! — крикнула Вероника из кухни. Усмехнувшись, Итан лишь легонько подкинул драгоценную ношу, поудобнее ее перехватывая, теперь уже беспардонно сминая в руках ягодицы парня. Добравшись до комнаты, он хотел было уложить Дамиано на кровать, но тот чуть не повалил его за собой, не собираясь отпускать. — Мартышка блин, — усмехнулся Торкио, вновь выпрямляясь. — Я тоже так хочу, — недовольно заявила Соня, смотря на них с другой кровати. — Мое, — ответил Давид, шутливо показывая сестре язык. — Томми хотел уже сюда подорваться, когда я ему позвонил, но я сказал, что ничего страшного не случилось, и вы увидитесь завтра. Хорошо? — Да, конечно, — ответил Итан, чмокнув парня в кончик его носа. — Ты вообще собираешься от меня отлипать? — спросил он, все еще сминая в руках его задницу. — Неа, — заявил брюнет, расплываясь в довольной улыбочке. — Дите ты мое, — улыбнулся итальянец, все же укладывая парня на кровать, еле удерживая себя на ногах. — Может, тогда детка, ну или малыш? — улыбнулся Давид, удерживая Итана рядом с собой за края его пиджака. — Не знаю, что тебе больше нравится. — Боже ж ты мой, — вздохнул Торкио, присаживаясь на кровать рядом с ним. — Так тоже можно, — рассмеялся Дамиано. — Ну какие же вы милашки! — воскликнула Соня, неотрывно за ними наблюдая. — Дорогая моя, тебя не учили, что нельзя подслушивать разговоры взрослых? — спросил ее брат, скользя пальчиками по мускулистой руке своего парня. — Ты старше меня на три года, — фыркнула девушка. — Вот именно! — Ну хорошо. Удачки, малыш, — усмехнулась она, подходя к Итану. Легонько шлепнув сестру по ляжке, Дамиано закатил глаза, когда она нагнулась над его ногами, беспардонно заваленными на колени Торкио, и обняла его парня. — Пойду домашку делать, — сказала она, отстраняясь. — Да, я тоже сейчас сяду, — кивнул Итан. — Приходи, если скучно будет, вместе сделаем. — Хорошо, — улыбнулся парень, смотря вслед Соне, удаляющейся из комнаты. — Какая к черту домашка? — возмутился Дамиано, утягивая Торкио к себе. — Большая, к сожалению, — ответил Итан, все же позволяя брюнету закинуть на себя ногу и устроить ладонь на своей щеке. — На хуй все. И всех тоже, — ответил Давид, пододвигаясь поближе и закрывая глаза. — Поверить не могу, что ты все еще здесь, — заявил он, поглаживая пальчиками итальянца по лицу. — Я же обещал, — улыбнулся парень, в ответ крепко сжимая мягкую талию Дамиано. — Спасибо, — прошептал он, заглядывая в карие глаза брюнета. — Маме моей надо спасибо сказать, — хмыкнул Давид, убирая с щеки итальянца пряди длинных волос. — Безусловно. Прекрасная женщина, — кивнул Итан, отчего-то с обидой вспоминая ее слова про несерьезность их отношений.

***

Провалявшись со своим парнем около часа, Торкио все же удалось выпутаться из его цепких рук, поэтому он направился делать уроки, на счет чего Дамиано был категорически против. Спустя пару минут парни нашли компромисс — Итан делал уроки в постели Давида, а тот заплетал его волосы. Стоило ему покончить с одной прической, как он фотографировал ее, гордо показывая итальянцу, а после его восторженных реплик расплетал и делал новую. Итан умилялся тому, с каким азартом парень это делал, но несмотря на это, Дамиано вновь и вновь расчесывал пряди длинных волос с предельной осторожностью, боясь причинить боль. Спать они сегодня легли вместе. Теперь, когда Александр уехал к своему брату, они могут спокойно обниматься во сне, не боясь последствий.