(Не)просто сказки

      — Вставай, приятель, иначе на завтрак опоздаем, — Рон широко зевал, натягивая штаны. — Мама говорит, что завтрак очень важен.       — Да, моя тоже, — согласился я, поднимаясь с постели. Сонное состояние как ветром сдуло, стоило увидеть реакцию Рона на мои слова.       — Она тебе снится, да? — напряжение в его голосе было слишком заметно. Взволнованное лицо застыло, и лишь взгляд нервно метался по сторонам — Рон о чём-то очень сосредоточенно думал.       — С чего ты взял? — я старался не обращать внимания на дурное предчувствие, но у Рона получилось и меня заставить понервничать.       — Ты ведь не можешь её помнить, верно? — его голос дрогнул, и он отвёл взгляд. — Я хотел сказать, ты же был совсем маленький, когда её не стало.       — Ты прав, Рон, она мне снится иногда, — на душе стало совсем паршиво. Даже понимая, что всё происходящее тут не совсем реально, я не мог отделаться от этого чувства. И ведь не расспросить об этом никого.       Рон первым спустился в гостиную и, видимо, успел перекинуться парой слов с девчонками, потому что кроме тихих приветствий не прозвучало ни слова. Мне давали возможность погрустить о маме, и я был им за это благодарен. Такие новости мне проще было переживать в тишине.       Я не заметил, как прошёл завтрак, и мы отправились на первый урок. Погружённый в невесёлые мысли я следовал за друзьями в подземелья, не замечая ничего вокруг. Я даже забыл, что собирался приглядеться к Снейпу во время занятий. Просто механически нарезал то, что подсовывал мне Рон.       — Мистер Поттер, расскажите нам, что нужно делать с тасманскими слизнями, — ледяной голос вывел меня из задумчивости.       — Нарезать кубиками, — едва не заикаясь, ответил я, предварительно сверившись с рецептом на доске.       — Верно, — теплоты в голосе не прибавилось. — Тогда что делаете вы?       Я медленно опустил взгляд на разделочную доску передо мной и скривился. Подозрительная субстанция не была похожа ни на слизней, ни на кубики. Казалось, что это, чем бы оно раньше ни было, пропустили через мясорубку.       — Я задумался, — оправдание было произнесено слишком тихо. Даже стоящий рядом Рон, кажется, не расслышал.       — А мне кажется, вы вообще не думаете, — прокомментировал мои слова Снейп. — Объясните мне, зачем вы вообще сюда приходите?       — Потому что у меня урок зельеварения по расписанию, — странные вопросы совершенно сбивали с толку.       — Я имею в виду, зачем вы выбрали зельеварение после сдачи СОВ? Начиная с шестого курса оно не является обязательным предметом. Зачем тратите время на бесполезные для вас уроки и треплете мне нервы? Почему не отказались от недоступного вам предмета, как это сделал Лонгботтом? — он не кричал, но ощущения были схожими. Для пущего эффекта не хватало только встряхивать меня в надежде, что его слова наконец дойдут до моего сознания.       — Мы с Гарри хотим стать аврорами, сэр, — вступился за меня Рон, хотя и сам казался напуганным. — И для поступления нам нужно зельеварение.       Наверное, только напряжённое состояние помогло мне скрыть улыбку. Я мечтал стать «полицейским» волшебного мира — отец бы мной гордился. Хоть где-то я бы оправдал его надежды.       — Значит, хотите стать аврором, мистер Поттер? — теперь в голосе Снейпа появилось презрение. Впрочем, злодеи и не должны любить блюстителей правопорядка. — Весь в отца. Он наверняка бы гордился вами, если бы был жив, — от смеси ненависти, презрения и чего-то неопределимого по спине прошёлся холодок. Мерлин бы побрал эти взрослые истории с их сложными эмоциями.       Гермиона тихо охнула, видимо, выражая своё негодование бестактностью преподавателя. А до меня потихоньку стал доходить смысл сказанного — я сирота. Ни отца, ни матери. Я совсем один, если не считать друзей.       А ещё я понял, что неприязнь ко мне у Снейпа имеет куда более глубокие корни, чем я думал раньше. И это как-то связано с моим отцом. Сам Снейп вряд ли станет мне обо всём рассказывать, а у отца я спросить уже не мог. Какая-то неразрешимая проблема, не привык я к такому.       Зелье мы с Роном, разумеется, испортили, за что лишились баллов и получили дополнительное домашнее задание. Хорошо, что только письменное, хотя Рон и этого не оценил. Я предпочитал переписывать книжки, нежели резать противных слизней или махать тряпкой.       Остальные уроки прошли спокойно, я старался гнать от себя ненужные мысли и внимательно слушать преподавателей. А вечером Рон позабыл обо всех неудачах дня и предвкушал завтрашний поход в Хогсмид — деревню волшебников.       Субботнее утро выдалось тёплым и солнечным. Шумные ученики спешили покинуть стены Хогвартса, чтобы развлечься без присмотра учителей — деревня довольно большая, и сопровождающие за всеми не уследят. Среди сопровождающих преподавателей оказался и Снейп, чему я даже не удивился. Во-первых, мне не могло так повезти, чтобы вне школы рядом не оказалось врага. Во-вторых, одно его присутствие могло остудить пыл большинства студентов — идеальный кандидат для поддержания порядка.       Адаптация к этому миру для меня стала проходить незаметно, просто в нужный момент я знал нужное заклинание, куда идти или как обратиться к кому-то. Друзья перестали на меня непонимающе коситься, и я чувствовал, что являюсь частью происходящего. Единственным неразрешимым вопросом оставалась только Джинни, а вернее отношения с ней. Но тут я решил не пытаться разбираться и просто воспринимать её как Джейн, тогда всё само наладится.       За время, проведённое в Хогвартсе, я успел заметить, что многие люди, встреченные мной в реальной жизни, и в волшебном мире сохраняют большую часть своих основных характеристик. Внешность, характер, даже некоторые привычки были полностью перенесены с реальных прототипов. Это знание значительно облегчало мне жизнь.       — Подвинься, Поттер, — пихнув меня локтём в бок, мимо прошествовал Драко Малфой в сопровождении своей свиты. Я бы мог удивиться — неужто ему места мало, дорога-то широкая — но я прекрасно знал и его «прототип», а потому промолчал.       Красавчик Дэмьен Кэмпбелл был моим одноклассником. Благодаря яркой внешности он всегда находился в центре внимания, но отчего-то сразу меня невзлюбил. То ли ему скучно было в кругу своих почитателей, и он пытался так разнообразить серые будни, то ли, как утверждала Джейн, он видел во мне соперника. Причины мне были не очень интересны, но цеплялся ко мне Кэмпбелл по поводу и без.       — Как же ты меня достал, Малфой, — решил я поделиться наболевшим. В идеале бы ещё по морде его холёной двинуть за потраченные мной в обоих мирах нервы, но он же меня сразу декану своему сдаст. Или, что не менее вероятно, Снейп сам появится в самый неподходящий момент.       — Что ты сказал? — казалось, он только и ждал повода, чтобы обернуться.       — Драко, — слишком знакомым голосом окликнули его.       К нам не спеша направлялся Люциус Малфой. Такой же идеальный на вид, как и мой дорогой редактор, только у этого волосы были чуть длиннее, да мантия поверх дорогого классического костюма. Луис мантии не носил, а в остальном был очень похож. А ещё Луис был замечательным мужиком — уверенным в себе и надёжным, разве что со странными заскоками на тему семьи. У старшего Малфоя наверняка тоже имелось что-то подобное. Да вот хотя бы сыночек, это же как Люциусу не повезло с ним.       — Здравствуйте, мистер Малфой, — вежливо, но без лишних эмоций. Ассоциации — мощная штука, и я никак не мог себя заставить не любить Люциуса, а улыбаться ему видимых причин не было. К тому же Луис это будет читать и, я был уверен, заметит собственное сходство с одним из персонажей.       — Добрый день, мистер Поттер, — задумчиво протянул тот.       Чем лучше я знал человека в реальной жизни, тем проще мне было понимать его в волшебном мире. Вот и сейчас я ясно видел мыслительный процесс в глазах Люциуса. Обычно Луис выглядел так, когда просчитывал возможность включения очередной запоздалой работы в сборник и предвкушал очередную разборку с типографией. Он говорил, что любит непростые задачи. Малфою, наверное, без такого тоже скучно жилось. Знал бы я ещё, что за мысли обитали в его светлой голове, и как они касались меня.       — Нам пора, — Рон потянул меня в сторону, а Гермиона молча последовала за нами. Малфои на это никак не отреагировали, и я решил, что всё прошло нормально. Видно, не ждал Люциус от школьников, тем более гриффиндорцев, ничего иного.       Остановившись на оживлённой улочке, Рон и Гермиона спорили по поводу нашего маршрута. Идти в книжный мне не хотелось, благодаря Снейпу меня и так ждало множество часов в библиотеке, но озвучивать свои мысли я не спешил. Просидеть полдня в «Трёх мётлах» — тоже было не очень заманчивой перспективой. Впрочем, своих вариантов я не имел, а потому предоставил право выбора друзьям.       Дальше по улице, у входа в «Сладкое королевство», Снейп отчитывал за что-то ребят, курса с третьего наверное. Остальные ученики старались к ним не приближаться, из-за этого и желанный магазинчик оставался вне досягаемости. Ребята бросали тоскливые взгляды на витрины и проходили мимо, боясь попасть под горячую руку преподавателя.       Рон с Гермионой разом замолчали, на улице вообще вдруг стало очень тихо, и лишь хлопки аппараций нарушали непривычную для этой части Хогсмида тишину. Когда праздно шатающиеся по улицам ученики успели разбежаться, я не заметил, только видел их напуганные лица сквозь стёкла витрин. Мы же трое стояли посреди улицы, ища глазами пути к отступлению.       — Спорим, папочка Драко сейчас среди них? — прошептал Рон, указывая на людей в чёрных балахонах.       — И как мы узнаем, кто прав? — так же тихо ответил я. Лиц за масками видно не было, зато исходящую от них угрозу никто скрывать даже не собирался.       Зря я ждал, что они объяснят цель своего появления. Они молча окружали нас, а затем без лишних слов кто-то запустил первое проклятье.       Численный перевес был весьма ощутим, мы едва успевали защищаться, стоя спиной к спине, по большей части просто поддерживая магический щит. О том, чтобы атаковать в ответ, и речи не было. Ситуация складывалась хуже некуда, время играло против нас, а потому срочно нужно было выбираться.       Со стороны Гермионы послышался вздох облегчения, и я рискнул обернуться. Трое Пожирателей неподвижно лежали на земле, ещё двое сражались со Снейпом. Получив чуть больше свободы действий, Гермиона посылала в противников Снейпа обезоруживающие и оглушающие. Снейп же не рвался в самую гущу битвы, методично выводя соперников из строя по одному.       Видимо, оценив свои силы и внезапно пришедшую нам помощь, Пожиратели стали отступать. Они аппарировали, не забывая о бесславно павших. Было бы неплохо поймать кого-нибудь и передать в руки авроров, но сил уже не оставалось.       — Спасибо, профессор, — я встал прямо перед Снейпом и даже решился заглянуть ему в глаза. Защиты я от него точно не ждал, а он вон какой оказался.       Что случилось далее, я бы не смог сказать. За какие-то несколько мгновений произошло слишком многое. Взгляд Снейпа был направлен куда-то за мою спину, и вдруг глаза его широко распахнулись, а на моём плече с силой сомкнулись его пальцы. Рывок, и мы уже поменялись местами, когда по правому боку хлестнула волна боли, унося меня в темноту беспамятства.