(Не)просто сказки

      Всё утро мысли путались и скакали, пока я пытался записать хоть что-то. Времени на работу было мало, но, даже понимая это, я едва мог сосредоточиться. А ещё надо было определиться, что вообще можно было писать, а о чём лучше бы умолчать, иначе получалась совсем не детская история. Вечер же обещал принести новые впечатления, только я не был уверен, что готов повторить нечто столь же волнующее.       Впервые я так нервничал, собираясь на праздник в издательство. Времени у зеркала провёл столько, будто был номинантом на премию имени Ганса Христиана Андерсена и готовился выйти за заслуженной наградой. Нет, я вовсе не планировал оказываться в центре внимания, но в том, что меня удостоит таковым один вполне конкретный человек, не сомневался. И если бы не сегодняшний сон, то, вероятно, грядущий вечер бы прошёл менее волнительно.       Джейн заглянула к нам перед самым отъездом, и я не мог не признать, что выглядела она очень красиво. Вечерний макияж эффектно выделял глаза. Зелёное платье чудесно смотрелось с рыжими волосами, уложенными в сложную причёску. О том, что оно также гармонировало и с моими глазами, я старался не думать, и без того многие заметят, что мы пришли вместе.       Насколько сильно она волновалась, я понял, когда вместо водительского места Джейн заняла пассажирское. Сложно было сказать, чего именно я хотел добиться больше: отвлечь её или отвлечься сам, но всю дорогу старался поддерживать беседу. Впрочем, стоило нам оказаться в торжественно украшенном конференц-зале, как её нервозность куда-то делась. Джейн только бросила мне извиняющийся взгляд и упорхнула налаживать личную жизнь.       Я привычно переместился подальше от толпы и огляделся. Впервые я оказался в этом помещении на пресс-конференции, по случаю выхода моего второго сборника. Так сильно, как в тот раз, я не нервничал никогда прежде. Зал был полон, но кто были все те люди, я до сих пор не мог понять — на мой взгляд, их было слишком много для журналистов. Кажется, я всё-таки смог ответить на большинство вопросов, хоть и не понимал такого ажиотажа вокруг детских сказок. События того вечера постепенно стёрлись из моей памяти, как страшный сон, но Луис помнил обо всём и больше подобных мероприятий для меня не устраивал.       Сейчас же просторное помещение было празднично украшено цветочными композициями и залито ярким светом, но это пока. Обычно к середине вечера свет приглушали, оставляя уютный полумрак. У одной из стен стоял ровный ряд столов с лёгкими закусками и напитками на любой вкус. На противоположной стороне зала находилась сцена, где расположились музыканты, оттуда же будут звучать торжественные речи и поздравления.       На празднике присутствовали и сотрудники издательства от простых курьеров до руководства, и писатели вне зависимости от степени популярности и направления творчества. Шумная толпа перемещалась по залу, люди постоянно с кем-то знакомились, разговаривали, смеялись. Я же искал глазами всего нескольких человек, с которыми непременно должен был поздороваться. Возглавлял этот список мой редактор.       — Добрый вечер, мистер Портер, — рядом появился Дэмьен с самой дружелюбной улыбкой, которую я у него когда-либо видел. — Рад вас видеть на нашем празднике.       — Добрый вечер, мистер Кэмпбелл, — отозвался я, внутренне готовясь к какой-нибудь пакости. Не просто же поздороваться он подошёл.       — Слышал, недавно у вас вышла новая книга, — продолжил он светским тоном. — Поздравляю, — и отсалютовал бокалом.       — Спасибо, — робко улыбнулся я.       Он собирался сказать что-то ещё, но отвлёкся.       — Прошу меня простить, — ещё одна дружелюбная улыбка, и Дэмьен поспешил по своим делам.       — Странный он какой-то, — сказал я сам себе, наблюдая за удаляющимся недругом. Впрочем, следовало признать, что он просто повзрослел. Не все же могли позволить себе задержаться в детстве и развлекаться сказками.       — Кто?       От неожиданности я даже вздрогнул и обернулся к новому собеседнику.       — Здравствуйте, Генри, — чуть виновато улыбнулся Луис. — Не хотел вас пугать.       — Здравствуйте, Луис, я просто не ожидал, что кто-то есть рядом.       — Так кто, вы говорите, странный? — Луис выглядел заинтересованным, будто я собирался рассказать ему очередную сказку.       — Дэмьен, — немного смутился я. — Он сегодня такой вежливый, с выходом новой книги поздравил. И никаких его обычных шуточек.       — Ничего удивительного — вы ведь его гость.       — Чей гость? — удивился я. — А он тут при чём?       — Дэмьен унаследует издательство, а потому он должен вести себе вежливо с гостями. В конце концов, именно писатели приносят издательству доход.       — Но он же даже не Максвелл, — наверное, мне было обидно за Луиса даже больше, чем ему самому. — И почему не вы? Это ведь ваш отец основал издательство.       — Потому что мне нравится то, чем я занимаюсь, — признался он. Видимо, у меня на лице было написано, что я ничего не понял, а потому Луис пояснил: — Мне нравится быть редактором. Нравится работать с писателями, читать их книги. У главы издательского дома слишком много других забот. Я не хочу менять то, что мне нравится, на скучные обязанности. Отцу это, конечно, не по душе, но даже он не может не согласиться с тем, что Дэмьен подходит на эту роль больше. А что касается фамилии, думаю, он её поменяет в угоду деду.       С такой точки зрения я на этот вопрос никогда не смотрел. А пока я обдумывал новую информацию, Луиса рядом со мной сменила его помощница.       — Добрый вечер, Генри, рада вас видеть.       — Добрый вечер, — на мгновение я задумался, какое же из двух имён следовало назвать: — Эшлин. Простите, ассоциации не дают покоя, — поспешил я извиниться, заметив её удивление, вызванное задержкой.       — И с кем же я у вас ассоциируюсь? — в голосе звучало неподдельное любопытство.       — С одним персонажем из новой истории.       — С Гермионой? — тут же предположила она и, дождавшись моего кивка, смущённо пояснила: — Луис показывал мне. Знаете, думаю, я и правда на неё похожа. Для меня работа в издательстве — своеобразный волшебный мир. Наверное, только читая книги, можно совершить невероятные открытия и принять участие в захватывающих приключениях. Каждый раз я будто прикасаюсь к неведомой ранее магии. И вы один из тех, кто создаёт это чудо. Вы — волшебник, Генри, не забывайте об этом.       Подарив мне лёгкую и немного мечтательную улыбку, Эшлин отправилась приветствовать других гостей, я же смотрел ей вслед и размышлял над её словами. Просто вечер открытий какой-то.       — О чём задумался? — шепнул на ухо знакомый голос.       — О волшебстве, — хотелось сохранить тот же лёгкий настрой, что и при разговоре с Эшлин, но события выпускного вечера всплывали в памяти одно за другим.       Николас что-то рассказывал, я же слушал невнимательно, увлечённый его разглядыванием. Впрочем, он сам был виноват — выглядел потрясающе. Наверное, это был первый раз, когда я видел его с распущенными волосами в реальном мире. Возможно, поэтому так захотелось к ним прикоснуться, или потому, что где-то внутри сидело желание сравнить ощущения с теми, что испытал во сне.       — Всё в порядке, ты какой-то напряжённый? — проявил беспокойство Ник.       — Прошлой ночью я сдавал выпускные экзамены, до сих пор нервничаю, — в этот раз я решил ограничиться полуправдой. Всё остальное он тоже узнает, когда прочитает новую главу, но это будет уже не сегодня.       — Тяжелы учебные будни? — рассмеялся он.       — Да, но к счастью, с учёбой покончено, — щёки предательски пылали от воспоминаний. — Теперь Хогвартс официально окончен.       — Что будет дальше? — Николас внимательно посмотрел на меня.       — Не знаю, — я и сам задавался этим вопросом всё утро. Окончание школы точно не являлось завершением этой истории, но фантазии не хватало, чтобы предположить дальнейший исход.       Мимо нас прошла привлекательная женщина в тёмно-синем платье. Всего на мгновение она задержалась для того, чтобы окинуть взглядом Ника и кокетливо улыбнуться, но и этого хватило, внутри меня разыгралась буря эмоций. Я не знал, кем она была тут, но именно эта женщина была крайне ненавистна Гарри Поттеру. Хватало и того, что она едва не убила Сириуса, даже несмотря на то, что была его кузиной. Там она чуть не лишила меня крёстного, тут, вероятно, собиралась отнять Николаса.       — Ты работал с ней? — оставалось надеяться, что мне удалось скрыть ревность в своём голосе.       — Она пишет кулинарные книги, — скучающим тоном поведал Ник. — Я похож на человека, который будет рисовать еду?       — Только если она готовит что-то очень экзотическое вроде мамонта в кляре, — предположил я, немного успокаиваясь.       — Пожалуй, ты прав, — усмехнулся он, — тогда бы я согласился даже работать за еду, но меня такими изысками не балуют. Да и еду проще сфотографировать, чем зарисовывать.       Первым торжественную речь по традиции произнёс основатель — мистер Максвелл — пожилой, но весьма энергичный мужчина в дорогом костюме. За ним на сцену стали выходить руководители отделов и гости вечера. Поздравить любимое издательство с «днём рождения» мог любой желающий, но я, как обычно, не спешил привлекать к себе внимание.       Когда с официальной частью было покончено, в зале приглушили свет, а музыка заиграла громче. Настоящее празднование только начиналось.       Именно в этот момент Николас увлёк меня в тёмный уголок подальше от веселящихся и поцеловал, скользнув рукой мне под пиджак.