11. РОКОВАЯ СЛУЧАЙНОСТЬ
25 февраля 2022 г., 17:49
Отбытие «Нормандии SR-3» как одно из событий, определяющих историю, привлекло сотни тысяч соглядатаев всех мастей: здесь были и журналисты всевозможных изданий, туристы со всевозможных планет и всевозможные зеваки с разной степенью почитания великого героя галактики и его корабля. Весомую долю составляли и военные, как со стороны НГА, так и крипты, но последних все же было меньше – жителям Реновацио не так-то просто было привыкнуть, что теперь красно-черная форма принадлежала не отщепенцам с намерениями «террористов», как о криптах всегда высказывалась проплаченная пресса, а союзникам. Несмотря на обоюдную неприязнь с прибывшими на Торжество Памяти криптами не случился еще ни один инцидент: то ли инциденты хорошо умалчивались, то ли СБР в этот раз действительно старалась работать.
Новый Альянс и НГА сделали из обычной процедуры отстыковки корабля в доке и отбытия в космос настоящий праздник. Казалось бы, ничего примечательного: раздается предупреждение диспетчера о готовящемся открытии дока, красные сигналы начинают заблаговременно крутиться, устрашающе раздается сирена, при звуках которой док мгновенно пустеет. Ни единого техника или дрона поблизости – никого. Ни единого случайного движения. Ненадолго воцаряется выжидающая тишина, пока насосы откачивают кубометры воздуха, а перед еще закрытыми огромными воротами дока разворачивается голубоватое мерцание кинетического барьера, основного, должного свести риски перепада давления на «нет», и дополнительного – по периметру, призванного исключить все возможные ошибки. Откачка воздуха и очистка дока – процедуры страховочной безопасности, утвержденные на станции с тех пор, как в одном из доков вышли из строя генераторы барьеров и, отключившись, обрекли несколько десятков человек на гибель в открытом космосе.
С тех пор правила безопасности ужесточились. А уж при трансляции со всевозможных ракурсов дока и его знаменитого фрегата ошибок не должно быть и вовсе! По крайней мере, никто из зевак или туристов не заметил, как один из техников, забывший убрать коробку с инструментами на одном из боковых переходов, как было приказано и дабы не «засорять» кадры, появился в доке в легком скафандре и поспешил к коробке, чтобы забрать её и унести, а потом, никем не увиденный, снова скрыться с камер обзора и при этом не лишиться работы.
Однако по роковой случайности ему не хватило для этого плана секунды три: «Нормандия» в этот момент запустила двигатели, и от вибрации поверхностей коробка упала с перехода вниз, а техник, протянувший руки и упавший на колени, чтобы поймать её, воздел руки к фрегату, словно в молитве своему богу. При этом не удержался сам, оступился и слетел вниз, на нижние технические уровни. Там, зацепившись руками за огромную и свернутую «руку» ремонтного обслуживающего цеха, повис, прямо позади сопл двигателей. Вернее, расстояние до них было огромно, по меркам человека. И слишком мало, по меркам божества в виде фрегата, готовящегося запустить двигатели.
В этот момент его еще можно было спасти, ведь его манипуляции залезть обратно уже были замечены его руководством в будке наблюдения, и там поднялась небольшая шумиха. Руководство орало что-то по инструментрону, но это «что-то» немного затянулось, поскольку время было уже упущено. Или упущено намеренно, ведь спасти беднягу от неминуемой и печальной участи означало приостановить старт…
А это был не просто старт. Это было историческое событие!
Двигатель «Нормандии» запустился, готовясь к старту. Бесшумно зашипели маневровые, выравнивая фрегат, и большие магнитные зажимы, подчиняясь воле диспетчера и электронному «приказу» ВИ, снизили магнитную нагрузку и отшвартовались, освобождая фрегат от захватов. Удерживая судно и выровняв его почти с метровой точностью, пилот, знавший свое дело, кажется, вдоль и поперек, осторожно, с помощью маневровых отвел корабль дальше от зажимов, медленно и аккуратно завис и почти торжественно, не давая еще оборотов нетерпеливым антипротонным двигателям, которые жадно поглощали энергию аннигиляции, приготовил фрегат, словно дикого, непослушного мерина, уставшего от жизни в стойле, к вылету через кинетический барьер. «Нормандия» как будто хотела произвести еще больший эффект, тряхнуть роскошной гривой и торжественно перебрать копытами, прямо перед десятками записывающих каждый её «вздох» дронов.
На самом же деле двигателям требовалось время для стартового рывка. И вот он случился: сначала вполне безобидный, даже бережный и хрупкий, чтобы выброс от двигателей не причинил вред доку, а потом, как только барьер был преодолен и по мере удаления, пилот врубил двигатели по полной - и фрегат, который только что можно было различить невооруженным глазом на голопроекционных экранах, транслирующих отбытие по всей станции, внезапно превратился в маленькую горящую белым точку, а потом и вовсе исчез.
В доке, в той его части, которая была подготовлена для журналистов и везунчиков-туристов, купивших пропуски, раздались волны аплодисментов, возгласы восхищения, удивления, радости и счастья. Такие же звуки раздавались по всем уголкам станции, где, столпившись у огромных экранов, неравнодушные следили за тем самым событием, одним из исторических.
«Нормандия SR-3» снова в строю! Коммандер Шепард снова на защите наших детей! Новый Галактический Альянс желает вам приятного дня!» - пестрила повсюду реклама в виде самых популярных головедущих или представителей Совета.
Электронные глашатаи в виде кого угодно, от хомяка в бронекостюме с отметками «N/7» до танцующих элкоров, надрывались еще сильнее:
«Шепард всех нас спасет от чего угодно! Хочешь быть, как он? Тогда покупай новую серию футболок, белья и носков с его изображением! Только сегодня, в день первого отбытия «Нормандии SR-3», скидки на все! Не проходи мимо! Стань частью великого будущего!»
«Все еще думаешь, нужна тебе кружка с символикой «SR-3»? Конечно, нужна! Именно из такой кружки пьет свой кофе Коммандер Шепард!»
«Не веришь в чудеса? Сомневаешься в астрологии? И напрасно! А ты знаешь, что великий космомаг и сенсорный астролог Серж Танек заранее предсказал возвращение Великого Героя? Хочешь узнать и свою судьбу? Тогда записывайся на консультацию! А вдруг твоя судьба – быть еще круче, чем Шепард?..»
***
Кайден Аленко наблюдал за «торжественным отбытием» не с другими приглашенными офицерами в высшем наблюдательном пункте, а снизу, с остальными «смертными», общество которых было ему подчас милее. Поэтому он сразу заметил, что в доке случился какой-то инцидент. Поднявшись со своего места и подойдя вплотную к стеклу, он увидел, как снизу творится что-то странное: несколько человек в униформе сотрудников, обслуживающих док, пытались выцепить что-то сверху, используя электронные багры и дронов, и постоянно оглядывались, словно совершали преступление. Движения их были торопливы и поспешны, и уже через секунду Аленко понял причину. Сотрудники, выудив сверху, где располагались ремонтные обслуживающие «руки», свой «улов», резко отошли, когда вниз грохнулось что-то черное и обгоревшее. Они быстро поместили это нечто в другую коробку с инструментами, побольше, и поспешили скрыться. Это было обгоревшее и полностью почерневшее человеческое тело. Нахмурившись, Кайден попытался разглядеть, куда увозят тело и что вообще случилось, но не смог: с этой точки обзор был недостаточным. Но он заметил, что все камеры-дроны, которые ранее плавно парили из стороны в сторону на возвышении, демонстрируя док и своего знаменитого гостя с разных ракурсов, внезапно столпились в одной стороне, как будто намеренно игнорируя случившуюся в доке трагедию. Аленко знал ответ почему. В этот прекрасный день никому не нужна была чья-то случайная смерть. Покинув пункт наблюдения, Кайден стал спускаться вниз, где располагались технические помещения. Двое сопровождающих его повсюду охранников, якобы телохранителей, а на самом деле его «смотрителей», как сказала бы Хестром, тихими тенями последовали за ним, но не препятствовали его перемещениям по станции. Его пустили внутрь дока лишь спустя пару минут, когда был закачан воздух. А присутствия внизу во всеобщей суматохе мало кто заметил, так что по обрывкам разговоров и происходящему Аленко, наблюдающий за всем со стороны, быстро сложил в голове картину случившегося. - Бедолага сгорел от выхлопа, - раздалось рядом уверенно и ровно. – Забыл убрать коробку с инструментами. Несмотря на запрет, самолично принял решение выйти и убрать коробку. Боялся, очевидно, увольнения и того, что, если это появится в кадре, его начальник не будет с ним церемониться и уволит. Не справился с задачей вовремя, уронил коробку, оступился и упал. А «Нормандия» в это время запустила двигатели. Бедолага сгорел заживо… И эта температура еще предстартовая. Было бы две-три сотых выше – и трупа бы вообще никто не нашел, сгорел бы дотла. Интересно, пожалело ли его руководство о том, что не хватило этих сотых для того, чтобы инцидент приобрел не столь неприятные последствия? Аленко повернулся и увидел перед собой высокого стройного мужчину с военной выправкой. Он кивком головы указал на обгоревший труп, который теперь сотрудники пытались извлечь из коробки с инструментами и поместить в мешок для трупов. Делали они это по-прежнему торопливо, опасливо, поэтому и небрежно, отчего от трупа отваливались куски обгоревшей плоти. Завоняло так, словно Кайден попал на барбекю к каннибалам. Он приложил руку к носу, подавив рвотный рефлекс, а потом отошел, поравнявшись с мужчиной. Несмотря на то, что на войне он повидал и отрубленные конечности, и отваливающиеся куски, и даже куски обгоревшие, такие зрелища никогда не оставляли его равнодушным, к ним привыкнуть он не мог, в отличие от Шепарда, который, казалось, уже не обращал на это никакого внимания. Мужчина оказался блондином с очень знакомым лицом. Волосы были зачесаны на бок, военная форма рассказала Аленко куда больше, чем собственная память. - Крипт Орловский, - произнес Кайден, кивнув, как ему показалось, с деланным уважением. Действительно же, никакого уважения он не испытывал, лишь презрение. – Не думал, что вы все-таки на станции. Я как раз собирался встретиться с вашим начальником, Конрадом Вернером, по поручению… - Совета и нашего общего друга-коммандера, я знаю, - договорил тот, слегка улыбнувшись. – Генерал-майор Аленко, приветствую. Но вы ошиблись: Конрад не мой начальник. Я такой же Основатель Меритократии, как и он. У него просто репутация куда получше. - Это точно. - Я рад видеть вас, генерал, несмотря на мою репутацию, - улыбнулся крипт. - Не могу сказать того же. - Я уже это понял, с учетом того, что вы вообще отказали мне в звании. - Ваше звание у криптов для меня мало что значит, - произнес Аленко, решив не скрывать неприязнь. – С тех пор, как вы предали Альянс, вы его автоматически лишились. А система званий у вашего нового хозяина всего лишь копирка. - И тем не менее, я все-таки рад встрече с вами, - кажется, эти слова совсем не обидели Орловского. – Когда-то мы пересекались пару раз еще до войны, но у меня не было возможности сказать вам, что я крайне уважаю вашу преданность Альянсу, которой у меня, как вы наверняка думаете, никогда не было. Как уважаю и то, что вы сделали для победы над Жнецами. - Жаль, что я не могу сказать то же самое по отношению к вам, поскольку после Уайт Чепел и вашего предательства все ваши прежние заслуги выглядят уже не столь внушительными, - признался Аленко, все еще наблюдая, как сотрудники дока, уже упаковав труп, быстро увозят его в неизвестном направлении. Он услышал, как его собеседник тихо засмеялся. - Отличное начало нашего сотрудничества, - проговорил Орловский. – Наше с вами путешествие будет, уверен, крайне приятным. - Сотрудничества? – нахмурился Аленко. – Вы ошиблись. По соглашению я приписан на Серый флот криптов, на крейсер «Вечность» к Основателю Конраду Вернеру. Не к вам. - Не хочу разочаровывать вас, генерал, - с легкой досадой ответил крипт. – Но пару минут назад условия были пересмотрены. К сожалению для вас, Основатель Вернер решил задержаться на станции для дальнейшего обсуждения мирного договора. А Новый Альянс направил вашу кандидатуру по соглашению на мой фрегат. Если вы проверите свой инструментрон, уверен, приказ о назначении уже у вас. Кайден, отказываясь в это верить, тут же проверил эколайт. Сжав недовольно челюсти и даже заскрипев зубами, прочитал-таки приказ, пришедший пару минут назад. И сразу же ощутил, как внутри зашевелилось крайнее возмущение, но, как истинный офицер Альянса, он не мог высказать ни слова по поводу своего недовольства. Поэтому попытался скрыть свои чувства. Он совершенно не собирался участвовать ни в чем подобном! Он планировал подать в отставку и уехать на Бекенштейн, к своей семье. Позволив зачем-то Хестром снова затянуть себя в гущу событий – по привычке, наверное, теперь он хотел из этой гущи выбраться, поскольку сделал для друга все, что смог. Как для Хестром, так и для Шепарда. Но вот незадача: эта гуща событий, перипетий, углов, поворотов и прочих финтов его затягивала, как болото. Надо признаться, Кайден в тайне понимал, что ему это нравилось. Однообразная, скучная, мирная семейная жизнь ему нравилась, он мог ею наслаждаться, но взгляд постоянно заглядывал куда-то за горизонт. И вот теперь, когда он принял решение снова вернуться в лоно семейной жизни и снова полюбить с Ирмой выбирать шторы в гостиную, его против воли затягивало обратно. Или, может, он недостаточно пытался выкарабкаться? - Не стану скрывать, это будет нелегкое путешествие для меня, - проговорил Аленко и повернул голову к собеседнику, чтобы внимательнее приглядеться к нему. Тот бы высок. Строен и статен. Военная форма черно-красных тонов, которую Аленко привык считать вражеской, сидела на бывшем полковнике Альянса идеально. Лицо казалось открытым и честным, почти приветливым, но в голубых глазах сквозил холод. Редкий голубой цвет. Настолько «редкий», что сейчас у кого ни попадя стояли глазные имплантаты, меняющие цвет радужки именно на голубой. Настолько «редкий», что скорее стал частым, особенно на волне возвращения Коммандера Шепарда, который обладал именно голубым цветом глаз. Теперь со всех головизоров, проекторов и плакатов, как успел заметить Аленко на Реновацио, появлялись лица с голубыми глазами, аж тошно. Даже Ирма спрашивала у него, а не вставить ли ей имплантаты и нравятся ли её мужу голубые глаза. Он наврал, что не нравятся. Цвет глаз у Орловского явно был свой. Не соответствовал принятой моде, даже придавал лицу какую-то бледность и неприятность из-за слишком светлого оттенка. Аленко никогда не придал бы этому значения, если б не вспомнил дурацкую рекламу на Ренове, бьющую в глаза при выходе из Корпуса Альянса: «Хочешь модный оттенок цвета глаз, как у Шепарда? Голубые глаза снова в моде! Вставь наши имплантаты – и ты неотразим!» Любопытно, если Коммандер Шепард выколет себе глаза и станет ходить с кровяными подтеками из пустых глазниц, эта мода приживется? Вполне возможно. Хотя тогда наверняка скажут, что это новый вид стигмат. И вот этот крипт с такой же ленивой надменностью смотрел, как горит Уайт Чепел? Кайден читал отчеты. Напряжение между военными из частной компании «Криптос» и военными Альянса, длившееся много месяцев, особенно наэлектризовалось возле колонии Уайт Чепел, где произошел взрыв метана в горных рудниках. Работников завалило, первыми на зов о помощи отозвались крипты. Но по прибытию вместо спасения уничтожили все подчистую. Одна тысяча двести тридцать четыре человека, включая детей. Приказ к уничтожению отдал полковник Никлас Орловский, служивший тогда по контракту в ЧВК, после своей почетной отставки из Альянса. Что заставляет людей предавать то, что раньше они защищали? - Вы ищете ответы, генерал Аленко? – усмехнулся Орловский, когда молчание слегка затянулось, а Кайден все еще изучал его взглядом. – Или у меня на голове что-то выросло? - Я пытаюсь еще раз озвучить в голове аргументы Шепарда, чтобы вспомнить, ради чего я все-таки согласился. - И что он вам сказал? - Что крипты теперь друзья, - бестактно соврал Кайден, надеясь, что это хотя бы отчасти правда. На самом деле, аргументы Шепарда звучали по-другому. Все началось с того, что НГА и Меритократия, заключив мирный договор, договорились и о многих других аспектах взаимовыгодного сотрудничества. Совет стремился углубиться в Траверс в надежде закрепиться там, чтобы когда-нибудь отобрать этот кусок космоса себе. Крипты хотели укрепить экономику через сотрудничество с планетами, входящими в состав Совета, чтобы когда-нибудь не позволить НГА отобрать у себя Траверс. Все всё понимали, но это же политика: тут надо много молчать о сути и много говорить ни о чем. Одним из таких аспектов мирного договора было соглашение о взаимообмене военным опытом: крипты приглашали на свои суда офицеров Альянса и НГА, и наоборот. Официальные причины такого обмена звучали так: обмен опытом, налаживание мирных отношений, снижение неприязни между двумя сторонами, поиск альтернатив в выборе стратегий и тактик. Все это под эгидой борьбы с пиратами, которые должны были отдуваться по «официальным причинам». Но опять же: обе стороны хотели шпионить друг за другом, высмотреть что-то ценное, произвести впечатление, переманить на свою сторону. И те, официальные, и другие причины казались Аленко, несмотря на недовольство, что его привлекли к этой авантюре, очень полезным делом. И пиратов станет, определенно, меньше. Он позволил Командованию Альянса себя уговорить. Точнее, ему приказали, но он мог бы и отказаться, подав в отставку. Так он и собирался сделать, однако с ним связался Шепард и вызвал на разговор. Тот Шепард, который уже настоящий. Его аргументы были куда чётче и яснее, чем все причины НГА вместе взятые: - Мне нужно, чтобы ты присмотрел за криптами, Аленко. Коротко и ясно. То есть Кайдену не все было ясно, о чем он и пытался спросить. - Крипты думают, что я – это он, - пояснил Джон, когда они встретились на «Нормандии» два дня назад. Тогда судно еще было пустынно и тихо, никаких техников и журналистов, никакой новой команды, Шепард только поручил Вакариану и Картер набрать людей. Хестром где-то пропадала, и Аленко так и подмывало спросить, где она. Но он прикусывал себе язык, чтобы не задать этот вопрос. В конце концов, это уже не его дело. Хорошо еще, что Шепард вообще сообщил, что они все живы. Он помог Шепарду настоящему занять свое место, убрав, как бы это ни прискорбно звучало, клона. Заключить мирный договор. Дальше – не его дело. По крайней мере, Кайдену хотелось так думать. Но странным образом его опять затягивало, а он, чего таить, в тайне был только рад. Бекенштейн и выбор штор, конечно, были приятным занятием, но куда приятнее было мечтать об этом, находясь на службе. - Что значит «присмотреть»? – спросил Кайден тогда, невольно оглядывая помещение командного центра. Он мог бы сказать, что знал здесь каждый уголок, но это не так: с тех пор, как он «знал здесь каждый уголок» прошло десять лет, полная модернизация и даже раньше он не был уверен, что этот корабль хоть когда-нибудь принадлежал ему. Это была вотчина Шепарда, и даже когда Кайден исполнял обязанности капитана, ему казалось, что «Нормандии» он не мил. Шепард растолковал его взгляд по-другому. - Здесь нет прослушки, мы уже все убрали. - А она здесь была? – не понял Аленко, на что Джон фыркнул. - Повсюду. Здесь, в БИЦе, моей каюте, даже душевой. Саларианец, которого когда-то нашел Вакариан, спец в этом деле, все подчистил. - Но зачем это Альянсу? – не мог до конца поверить Кайден, хотя внутренне понимал, что вопрос глупый. Он уже не был так слеп, как раньше, не был так наивен, и все же ему было крайне неприятно сознавать, что Альянс, которому он несмотря ни на что был предан, использует и такие методы. Словно «Цербер» и его методы оставили след не только в душе Хестром. - Не тупи, Аленко, - проговорил Шепард, сложив руки на груди. – Хватит быть идиотом. Да у тебя в квартире уже поди все в жучках, но святой Кайден Аленко свято уверен в святости Альянса до конца. - А параноик Шепард ищет жучков в собственной душевой, - нашелся Кайден. - И находит, что самое главное, - усмехнулся тот. – Они поставили на мое место клона, разумеется, они будут за ним следить денно и нощно. Но сейчас все чисто. - И как они на это отреагируют? - Им это не понравится, но им придется смириться, - по губам Шепарда пробежалась злая усмешка. Да, он все же мало изменился. – Сейчас, когда они с таким пафосом вернули Коммандера Шепарда на место, избавиться от него незаметно будет довольно трудно. Саяки, если это его Отдел понатыкал здесь жучков, поорет немного, но ничего изменить уже не сможет – и придется смириться. - На борту могут быть и шпионы. - Аленко, ты умнеешь на глазах, - снова хохотнул Джон, усевшись в кресло и закинув ноги на голопроекционный стол. – Конечно, они здесь есть. Я их вычислю, попозже. Не стоит сразу пугать Альянс неповиновением «клона», а вреда от шпионов чуть меньше, чем от жучков. - Если это не новая Хестром Криз… Кстати, где она? – Черт, Кайден все-таки не удержался и задал этот вопрос. Но если он рассчитывал получить ответ, то ошибся. Лицо Шепарда сразу помрачнело, потемнело и даже почти окаменело. - Понятия не имею, - проговорил он, и прозвучало это как правда. – Советую и тебе поменьше о ней думать. От неё одни неприятности. - Как всегда, - пожал плечами Кайден, но расспрашивать дальше не стал. Все, хватит. Он твердил себе это каждый день с утра, как мантру, с тех пор, как она залезла в его квартиру. Ненадолго повисла тишина, в течение которой Шепард о чем-то, сосредоточенно нахмурив брови и уставившись в пространство, думал. - Итак, - отвлек его от мыслей Аленко. – Что значит «присмотреть» за криптами? - То и значит, - последовал ответ. – Присмотреть, шпионить, приглядеть, сообщать мне. Командование направит тебя на крейсер Вернера. - Он мне не нравится. Крипты мне не нравятся вообще. - Я не прошу тебя с ним потрахаться, - грубо отрезал Джон. – Хотя все методы хороши, как мы уже все успели убедиться. Действуй, как знаешь. - Шепард, - скривил досадливо лицо Аленко. – Ты так просишь меня о помощи? Или хочешь, чтобы я ушел? Шепард кивнул головой, то ли своим мыслям, то ли признавая свою неспособность вежливо просить о помощи. - Ты прав, - вдруг сказал он. – Я груб и неотесан, как обезьяна, выбравшаяся из-под обломков. - Это уж точно. - Но я действительно прошу тебя о помощи, Аленко. Ты же читал мое сообщение, которое я отправил? - Там было все несколько расплывчато. - Так вот тебе конкретика: у клона были геты. - Геты? Ты уверен? – удивился Кайден, насторожившись. Вместо ответа Шепард вдруг извлек из кармана какую-то деталь размером с два кулака и положил перед Кайденом на стол. - Уверен, как если бы они хотели меня грохнуть, - заверил Джон. - А они хотели. Около пятидесяти моделей. Точное число нам не удалось посчитать. Это процессор из одной модели. - Откуда у клона могут быть геты? Это же крайне серьезная информация, - встревожился Аленко. – Совет непременно должен узнать об этом! - Нет, не должен. Но скорее всего, уже знает, нам не удалось скрыть все следы. Мы сожгли улики, но сжечь все нам вряд ли удалось бы, у нас было мало времени, и на гетов никто не рассчитывал. Так что рано или поздно Совет и Альянс узнают о гетах. Как скоро они свяжут появление гетов с клоном – отдельный вопрос, тут я могу только гадать. Но сложить дважды два нетрудно: появился Коммандер - появились крипты – появились геты. Клон был тесно связан с криптами, значит, во всем замешаны они. - И ты говоришь это только сейчас? – возмутился Кайден. – Мы же только подписали мирный договор! - Я сам узнал только три дня назад, - пробурчал Шепард и развел руками. – Да и что это меняет? Сам понимаешь, мирный договор – всего лишь способ каждой из сторон нарастить силы. - Думаешь, крипты смогли создать ИИ гетов? Как это им удалось? - В том-то и дело, что не смогли. Эти геты отличались от обычных, тех, с которыми мы воевали. Саларианец порылся в процессоре по моему приказу и сказал, что кто-то прописал им общую программу-прототип. Это не единая сеть самосознания, не ИИ, как раньше. А некто, кто может управлять платформами. Но, по словам того же саларианца, программа только «обкатывалась» и имела много ошибок и сбоев. Я думаю… - Шепард на миг замолчал, а Кайдена так и подмывало спросить, что же он думает, но он дождался продолжения: - Думаю, что крипты нашли где-то гетов, не подключенных к системе, возможно, у синтетиков был какой-то план Б, если бы я не позволил Легиону усовершенствовать их код там, на Раннохе. Или если бы они попали под влияние Жнецов, тут я не знаю. Крипты могли найти эти модели и придумать, как их применить. - Если так, то я все равно считаю, что Альянс должен об этом знать. - Узнает или уже знает, - уверенно ответил Джон. – Но это всего лишь мои догадки, Аленко. Геты могут принадлежать кому угодно, даже той же Арии, Режиссеру или еще кому. Или самому Альянсу, почему бы нет? - Альянс бы не стал затевать такое. - Да ну, - усмехнулся Джон скептически, и Кайден почувствовал, что краснеет. Видимо, еще не вся святая наивность и слепая вера в идеальный Альянс выветрилась из головы. - Ты прав, - сразу же осекся он. – Мог бы. - Я и не могу ничего предпринимать, пока не узнаю точно, откуда появились геты, - пожал плечами Шепард. Очень редкий жест, выдававший его крайнюю обеспокоенность. – Поэтому я и прошу тебя согласиться на назначение Командования, принять приглашение криптов на свое судно – и это будет судно Вернера, крейсер «Вечность». Он отбывает через два дня, спустя восемь часов после «Нормандии» - так по крайней мере заявлено в его официальном расписании. Я уже связался с Конрадом и оповестил его о том, что его гостем на борту будет мой старый друг. - Я вижу, ты не оставляешь мне выбора, - кисло заметил Аленко. Шепард вдруг вздохнул, снова признав неспособность просить, а не приказывать. - Нет, я действительно прошу тебя о помощи, Кайден, - уже мягче сказал он. – Прошу помочь разобраться, откуда взялись геты. Клон это знал, а я не знаю. Основатели Меритократии – ключ к криптам, они связаны с Кендаллом, а с тем у меня сейчас нет связи. Вернер один из Основателей. Еще один аргумент в пользу того, что он знает куда больше, чем остальные – другой Основатель, Орловский, встречался с той женщиной, которая была с клоном, Майей Брукс, сразу же после прибытия. Тайно. Но разве бывают тайны в наше время? - Откуда информация? - Я следил за ним, - просто признался он. – С тех пор, как я собрался убрать клона, я слежу за действиями криптов, особенно таких важных, как Вернер или Орловский. У меня есть старые связи в криминале, знаешь ли. - Кто бы сомневался. Ты все предусмотрел. - Даже половину не предусмотрел, - ухмыльнулся Джон. – Поэтому я сейчас слеп. Я не могу напрямую спросить у криптов про гетов. Сам понимаешь почему. - И почему бы тебе не признаться им, что твой предшественник являлся клоном? Тому же Вернеру, он тебе едва ли не молится перед завтраком, обедом и ужином. Ты же настоящий Шепард, они тебя почитают, а не его! На лицо Джона легла какая-то тень, но Кайден не мог читать его мысли или чувства даже тогда, десять лет назад. Сейчас это был вообще призрак из прошлого. Призрак, словам которого он тем не менее верил как своим, доверял и помогал. Кажется, несмотря на всех их разногласия, Аленко всегда шел за ним. Даже когда появилась Хестром, как гром среди ясного неба. - Я не смогу ничего доказать, - наконец, после долгого молчания сказал Шепард. – Я могу доказать тебе, что я – это я, вспомнив наш разговор в Лондоне. Вакариану, просто назвав ему марку турианского пива, когда мы нажрались после Властелина. Картер, рассказав, как я поддержал её в Рио, когда она сдавала экзамен. Даже Хестром, когда мы… В общем, я могу доказать, что я - это я, только тем, кто был со мной достаточно близок, по этим деталям, которые ничего не значат для других. Именно поэтому клон так опасался встречаться с теми, кто был мне близок. Потому что я знаю, кто ждал меня на Интай’Сей и почему этот вопрос задаешь ты. А клон не имел о таких деталях ни малейшего понятия, хотя он все равно подготовился очень хорошо, вытащив из своего информатора такие детали и знания, без которых у него мало бы что получилось. Поэтому нет, Аленко: никто ничего не должен узнать, тем более крипты. Ты поможешь мне еще раз, старый друг? Вопрос прозвучал просто, без пафосного лицемерия, вкрадчивости или желания манипулировать словами. Шепард просто спросил то, что думал. Без уверток, обиняков или намеков. И если еще утром Кайден был уверен, что его самое любимое занятие – это выбирать шторы в гостиную с Ирмой, как он и собирался сделать, прилетев на Бекенштейн, то уже сейчас, спустя пару часов, он понял, что ненавидит выбирать шторы. А его истосковавшееся по приключениям, службе и войне «я» наконец-то обрело свой голос, согласившись потрясающе быстро и так же быстро смирившись: - Конечно. Я все сделаю. Шепард улыбнулся и кивнул, проговорив сухое «спасибо». Это несъедобное «спасибо» стоило множества лживых и лицемерных, какие Аленко часто слышал на приемах у своего тестя. И вот теперь он стоял и смотрел на того, за кем ему поручено было «присматривать». За криптом и Основателем. Правда, не совсем тем, за кем он собирался. Орловский, кажется, тоже изучал его. В холодных еще минуту назад глазах заплясали веселые огоньки. - Рад, что коммандер так считает. Что крипты теперь друзья, - проговорил Орловский, и Кайден напряг память, чтобы вспомнить нить предыдущего разговора. Ах да, крипт спрашивал об аргументах Шепарда, а Кайден бесстыдно соврал что-то про «крипты друзья». - Но вы явно другого поля ягода, генерал-майор, - продолжил Орловский, потом извлек из кармана кителя какую-то небольшую нить с черными бусами, положил на руку и принялся перебирать большим пальцем. Увидев, как нахмурился Аленко, Орловский счет нужным пояснить с усмешкой: - Дурная привычка, знаю. Безобидная, но дурная. Когда-то моя жена принадлежала к Церкви Божественного Плана, а я верил с ней «за компанию». С тех пор я уже совершенно разочаровался в вере, в любом её проявлении, но привычка перебирать четки осталась навсегда. Помогает мне мыслить яснее. Подумать только, - он с любопытством взглянул на черные бусины, которые перебирал его большой палец. – Моя рука всегда автоматически лезет в карман за четками, когда я чувствую себя неуверенно. Мой экипаж даже в самые трудные минуты ни разу не видел эту мою привычку. Получается, вы, генерал, задели меня за живое своим презрением, и я поделился с вами этим секретом. Может, и вы расскажете мне какой-нибудь секрет? Кайден постарался не изменится в лице. О чем это он? Прощупывает его или просто закидывает удочку? Может ли он знать о клоне? Знает ли, где геты? Мимо внезапно пробежало еще несколько сотрудников дока, потом медбратья, санитары, двое сотрудников СБР лениво пробежали следом. На двух старших офицеров мало обращали внимания, так как они стояли немного в стороне, но вот цепкий взгляд человека в строгом костюме, в котором Аленко признал кого-то из начальников дока, сразу же распознал в случайных свидетелях трагедии кого-то из высшего офицерского состава. Поэтому, остановившись рядом, человек стал что-то говорить, отчаянно жестикулируя руками: - Все под контролем! Небольшой инцидент! Все уже улажено! Проговорив это, он помчался быстрым шагом дальше, боясь быть медлительным, но в то же время так же боясь потерять свою важность, если перейдет на бег. Орловский усмехнулся, перебрав пару бусин. - Иллюзия. Везде. Повсюду. Иллюзия того, что отбытие «Нормандии» ничто не омрачило, что все прошло прекрасно. Вы, кстати, заметили, генерал-майор, что когда стало известно об этом «небольшом инциденте», как этот кто-то назвал человеческую жизнь, все камеры сразу же развернули угол охвата, а дроны, как по команде, улетели в другую часть дока? А все почему? Потому что ничто не должно было омрачить праздник. Иллюзию праздника. А человека уже нет, просто потому что он боялся потерять свою работу. А его начальник боялся потерять работу, запросив отмену старта. И теперь, если у бедолаги остались жена и дети, а я надеюсь, что их все же не было, они будут стыдливо вспоминать, что их муж и отец погиб на всеобщем, историческом празднике, просто забыв убрать ящик с инструментами. Везде иллюзии. Иллюзии того, что я свободен на станции, хотя меня повсюду сопровождают сотрудники СБР, - он покосился на эсбээровцев, стоящих в стороне и терпеливо поглядывающих на него. – Сказали, что ради моей безопасности, во избежание конфликтов. Но это тоже иллюзия, ведь факт в том, что они просто за мной следят. Да и у вас, как я погляжу, тоже есть пара «хвостов». Выходит, вы тоже живете в иллюзии, что свободны. - К чему вы клоните? – с легким раздражением спросил Кайден, чувствуя, как начинает злиться. Орловский своими намеками явно хотел что-то ему сказать, провести какую-то параллель, возможно – ткнуть носом в несовершенство системы или еще что, но Аленко так и не понял, в чем суть его слов. Это и вызвало раздражение. Крипт молчал, просто разглядывая его какое-то время. Потом наконец сказал: - Ни к чему, генерал Аленко. Есть у меня еще одна дурная привычка: говорю людям то, что они не хотят слышать. Теперь вы знаете уже два моих секрета. - Хотите секрет в обмен? – не сдержался Кайден, так как этот человек был ему неприятен. Орловский с интересом кивнул, и Аленко громко произнес: - Терпеть не могу криптов. Орловский растянулся в невеселой улыбке. - Мой фрегат «Герой» отбывает через шесть часов с орбиты Марса. Я отправлюсь туда на другом судне через час, так как время моей так называемой «Амнистии» истекает уже совсем скоро. Ну а раз моим гостем на борту будете вы, генерал, советую и вам подумать, как добраться до Марса вовремя. Вряд ли вы захотите составить мне компанию раньше, чем вам приказано. Но прошу вас, не опоздайте на борт, генерал Аленко. Смерив его коротким взглядом, в который Аленко постарался вложить всю свою неприязнь, Кайден развернулся и зашагал обратно. Что бы ни говорил Шепард, задача будет не из легких.***
Время было уже позднее. В квартире стоял густой полумрак, но Риос не спешила приказывать ВИ зажигать лампы: ей нравилась эта темнота, а от мысли пройти в гостевую комнату, где находились огромные панорамные окна с видом на Новый Президиум, и какое-то время поглядеть на них, подумать – ей даже стало хорошо. Сначала она прошла в спальню, переоделась в халат. Пустая, педантично заправленная дроном-домохозяйкой кровать намекала, что впервые за неделю Риос сможет поспать в уюте, а не у себя в офисе, где обстановка была деловая, а кушетка жесткая. Она уже давно не бывала у себя в квартире, много, слишком много работы у Советника от людей! Ей требовался результат, и что-то постоянно гнало её к тому, чтобы добиться результата!.. Какая-то маниакальная мысль, требование, желание. Она настолько увязла во всем этом, что давно позабыла, как это хорошо – просто поспать в уютной и мягкой кровати. Переодевшись, она прошла в гостиную и приблизилась к окнам. Вид её завораживал. Это был самый дорогой вид на станции. В самой роскошной её части, занимающей, по меркам Колумбии, довольно узкую часть у озера Президиума. Если пройти дальше, куда Риос и не ходила уже давно, начинались обычные кварталы, иногда трущобы, все такое разношерстное и убогое, как и сама станция снаружи, слепленная из того, что было. Но здесь, в районе Нового Президиума, царил уголочек некогда такой прекрасной Цитадели, навевая мысли, что, может, никакой войны и разрушения станции и не было вовсе?.. - Неплохие буфера, хорошо сохранились, - вдруг раздался чей-то наглый голос, и Риос, едва ли не подпрыгнув от страха и неожиданности, тут же среагировала: мгновенно спряталась за мебелью и стала шарить рукой под диваном, там, где был спрятан пистолет. Одновременно она крикнула ВИ, чтобы врубил свет и вызвал охрану. Но ничего не произошло. Наглый гость, усмехнувшись, пояснил: - Я сломал этот тупой ВИ. Он надоел мне, грозясь вызвать охрану. А твой пистолет у меня, милочка. Не старайся. Риос не сдалась и еще какое-то время искала пистолет. Потом вздохнула с досадой и сжала челюсти. Незнакомец, похоже, обо всем побеспокоился раньше. Нужно было что-то делать. Оружия у неё не было, кричать не было смысла – квартира изолирована. Но как сюда проник кто-то посторонний? Охрана проверяла квартиру перед самым приездом Риос, о чем она получила подтверждение! - Кто ты? И как сюда попал?! - Попасть было трудно, но для меня нет никаких преград, - ответил гость. Он сидел в кресле, как в каких-нибудь старых клишированных фильмах семидесятых, в каких Риос когда-то в молодости снималась. Скорее всего, он об этом знал и специально выбрал самое дальнее кресло в углу, утопающее в полумраке. Не хватало еще и лампы, которую он бы включил сам над головой, и, словно прочитав её мысли, непрошенный гость вдруг активировал фонарик в эколайте, осветив себя снизу и жутко улыбнувшись. Риос никогда не видела этого человека. Но по наглой ухмыляющейся улыбке она сразу догадалась, кто это. Однако страха не ощутила, как будто что-то внутри блокировало это чувство. - Ты, - проговорила она, поднимаясь. Все равно никакое оружие её не спасло бы. - Я, - довольно улыбнулся он, закинув ногу на другую. Ему крайне комфортно было сидеть в её кожаном кресле. - Что тебе нужно? Пришел убить меня? Он пожал плечами. - Тут как пойдет, мой дорогой Колум Росс. Вообще, я думал про это. Что может быть лучше твоей шейки в моих руках, которую я быстро и даже не напрягаясь особо, сломаю? Но потом я подумал, что сначала лучше поговорить. - Ого, ты умеешь думать, - Риос обрела на минуты утраченное равновесие, выпрямилась. Она его не боялась, даже понимая, что он может её убить в одно мгновение, от мести, гнева или просто скуки. Но она не взобралась бы так высоко, если бы боялась. Её всегда что-то выручало: собственная смекалка, удача, умения, - всегда что-то помогало ей, вело. Хотя та самая удача могла закончиться уже сейчас, в сию минуту, если опасный собеседник вдруг решит, что её убийство – хороший вариант. Нельзя было ему дать так решить. - Мое убийство ничего тебе не даст, - сказала она твердо. - О, я убиваю не только ради того, чтобы что-то получить, - ухмыльнулся наемник Мас’Ани. – Чаще я убиваю просто так, ради удовольствия. Отрываю головы и руки, иногда члены. Тебе я мог бы вырвать сердце. Знаешь, не так давно я разорвал челюсти крогану, а потом выпотрошил его. Мне охренеть как понравилось! - Тогда либо начинай, либо говори, зачем пришел, - почти грубо сказала Риос. Она терпеть не могла таких типов: самоуверенных, наглых, беспринципных, - и если большинство представителей такого типажа часто таким поведением просто бахвалились, то этот все же имел достаточные основания, чтобы так себя вести. Не зря он стал самым опасным наемником в галактике. - У меня к тебе, дорогуша, есть предложение… - заговорил он нагло. - Отсоси у меня, а я, так и быть, тебя не убью. - Что?! – вспыхнула она, пораженная такой наглостью. – Да я скорее сама из окна выброшусь, чтобы этого не делать! - Ладно-ладно, - захохотал он. – Это не то предложение, с каким я пришел, но я решил попробовать – вдруг прокатит? - Хватит паясничать. Говори. - Отзови своих псов, - перестал он улыбаться. – Мне, конечно, довольно весело убивать их постоянно, но появилось одно дельце, и я хочу полностью сосредоточиться на нем. Продолжим наши ролевые игры тогда, когда мне станет совсем скучно. Отправлю открытку, чтобы предупредить тебя о начале. А пока – отзови их. Риос скривила улыбку. - Что, не дают прохода? - Знаешь, еще пару дней назад, милочка, я сказал бы, что они разбавляют мою скуку, - проговорил он. – Но сейчас хочу сделать перерыв в наших лобызаниях. Когда я закончу дело, я даже готов убить еще кого-нибудь по твоему заказу, чтобы потом ты, как уже проделала, снова натравила на меня всех охотников за головами, чтобы убить. - Жаль, что они и в первый раз не справились. - А мне не жаль, я зато повеселился, - снова засмеялся он. – Видела бы рожу того бугая, которому я вырывал кишки и навязывал их на его же шею! Ты сама их отбираешь или у тебя целая служба для этого есть? Интересно, в Совете знают, что их представитель мочит неугодных по всей галактике? - Они сами так делают, так что ты никого этим не удивишь, - пожала Риос плечами, как если бы речь шла о погоде. Наемник прищурил свои глаза. В свете эколайта они показались Риос почти хищными. - Знаешь… странно все это, - произнес он. – Принимая заказ от некоего Колума Росса, я даже и не думал, кто может скрываться под этим именем. Мне было плевать, я выполнял работу. Но когда этот Росс решил меня потом грохнуть, мне стало любопытно. Пришлось сломать несколько хребтов, вырвать пару сердец и все такое, чтобы цепочка привела к тебе… К слову, на будущее: сколько бы ты ни платила за молчание, вид вырванных кишок развязывает языки лучше. Лучше найми кого-нибудь, чтобы они у твоих громил языки отрезали – так надежнее. - Спасибо за совет. - А тебе спасибо, что предупредила о кибержучке в переводе той сучки-Спектра. Видишь, мы уже лучшие друзья! Но признаюсь, я был в небольшом, но приятном шоке, когда узнал, кто скрывается под именем Колум Росс. У тебя же примерная биография: помогала беженцам, устраивала благотворительные акции, даже приютила когда-то целую семью. Как это трогательно! - Прежняя Риос была глупа. Новая поумнела. - Ах да, банальная история, как власть сделала из человека волка. Но знаешь, Росс, мне насрать. Убери своих псов. Отзови вознаграждение. И разойдемся, как хорошие друзья. Я забуду, что ты давала мне заказы, а потом хотела убить. Ты забудешь, что я не сдох. Все счастливы. - Допустим, - Риос слегка улыбнулась, почувствовав, что наемник скрывает свое желание отделаться от преследования чуть больше, чем хотел показать. Это было невспаханное поле для торга. – А мне что с этого? Он сжал кулак. - Как насчет того, что я тебя сейчас не убью? – пригрозил он. – Мне наскучила эта беготня. Она отвлекает. Но в качестве бонуса могу тебе сообщить одну очень важную информацию. - Говори. - Ваш Шепард, улетевший на «Нормандии» утром, – клон. - Это я и без тебя знаю, - хмыкнула Риос. Наемник нахмурился, потом хохотнул. - Хм, тогда поправочка, хрен этих Шепардов поймешь! Значит, тот, которому я помог, был не клоном. А тот, которого вы дергаете за ниточки, значит, клон. Короче, один другого убил. И улетел в закат. Теперь пришла очередь Риос нахмуриться. - С чего ты взял? - Я наблюдал за отбытием, за нашим дорогим коммандером, когда он корчил угрюмую рожу в камеру. Могу точно сказать, что это – новый. Тот, кого мне нужно было грохнуть по заказу вашего клона. Но в силу некоторого обстоятельства с голубыми глазами… - наемник нагло и почти пошло ухмыльнулся, - я передумал. Короче, мне плевать, кто улетел на «Нормандии», какое из ваших святых божеств. Разбирайтесь сами, это был лишь мой бонус к тому, что я тебя не убью сейчас. Взамен ты отзовешь всех, кто на меня охотится. Идет? Риос какое-то время молчала, раздумывая. Потом кивнула. - Идет. - И да, ту сучку-Спектра – тоже. Она меня достала. - О ней уже можешь не беспокоиться, - сказала Риос. – Она отправлена на другое задание, я не знаю куда, но можешь быть уверен – далеко. - Отлично! – вскинув руки от демонстративной радости, наемник поднялся. – Я бы выпил с тобой за завершенную сделку, поглазел бы еще на твои просвечивающие под халатом буфера, но, прости, вынужден откланяться. Он как ни в чем не бывало зашагал к выходу. Потом остановился и, казалось бы, почти весело произнес, но с очень твердой угрозой: - Если обманешь меня, Колум Росс… я тебе кишки на шею намотаю. Теперь я знаю, кто ты, где ты живешь… - Не волнуйся. Сделка есть сделка. - Приятно иметь дело с умными бабами, - хмыкнул он, а потом, помахав рукой, как старому другу, вышел за дверь. Только когда дверь закрылась, Риос перевела дыхание. Несмотря на то, что внутри не было страха, словно что-то его блокировало, опасения, что он попросту убьет, все же присутствовали. Теперь она выдохнула свободно. Подошла к бару и налила себе дорогого вина. Выпила залпом, отдышалась. Набрала по коммуникатору начальника своей охраны. Никто не отвечал довольно долго. Тогда она связалась с помощницей и велела проверить. Та спустя пару минут перезвонила, пребывая в ужасе: - Они… все они… их головы… - Ясно, - отрезала Риос. Ничего сверхъестественное наемник не придумал – просто перебил всю её охрану. – Успокойся, Кассандра. Свяжись с директором СБР, пусть приберут тела. Скажем, - Риос налила себе еще вина, - что один из сотрудников сошел с ума и всех порешил… - Но, мэм… - та едва могла говорить, сдерживая тошноту. – Здесь… кровь и кишки… повсюду… - Тогда оставайся на месте. И жди. - Я.. не могу… здесь… Колумбия вздохнула с раздражением. Как стало трудно находить себе людей, которые не падали бы в обморок, видя кровь и трупы! - Тогда выйди из комнаты охраны, дура! – рявкнула Риос. Потом нашла контакт директора СБР. - Директор Инвиктус, - сразу же перешла она, хотя время было уже позднее и по его виду можно было понять, что он спал. – В комнате моей охраны произошла стычка между охранниками. Урегулируйте этот вопрос, но тихо, чтоб никто не знал. Особенно остальные члены Совета. Особенно Виктус. Даже не дав ему ответить, она прервала связь и снова приложила бокал к губам. Инвиктус сделает все так, как нужно. Он уже у неё в кармане, когда согласился на её помощь в продвижении по службе. Ну а когда получил первую взятку – нырнул в карман намного глубже. Вино приятно щекотало язык. Оно было дорогое, очень. Когда-то давно, еще будучи полной идеалов о помощи беженцам, она продала бы такое вино, чтобы на вырученные кредиты оказать помощь хоть кому-то. Но с тех пор многое поменялось. Она поняла, как была наивна и глупа –киллеру она сказала правду насчет этого. Она долго думала над тем, что сказал ей Мас’Ани насчет подмены. Это её крайне беспокоило, ведь означало, что кто-то другой мог реализовать её идею использовать Коммандера Шепарда в собственных целях. Мысль, что же делать дальше, сложилась вскоре вполне определенная. «Убей его», - зазвучало в ушах. Она глубоко вздохнула, принимая её за свою и свято в это веря, а потом, немного подумав, смакуя вино и мысли, она набрала сообщение и отправила его двум адресатам. «Срочно. Надо кое-что обсудить».
