22. РЯДОМ НИКОГО
25 марта 2022 г., 22:16
Когда в столовой никого не осталось, Джефф незаметно вытащил из кармана куртки небольшую флягу и подлил её содержимое себе в кофе. Спрятал, огляделся, не заметил ли кто, вздохнул.
А потом с облегчением допил остатки уже остывшего кофе. По телу разлилось приятное тепло, как если бы его мозг сказал: «Да, именно этого мне и не хватало!»
Сидеть дольше было бы уже совсем странным. Мия могла не справиться одна с управлением, да-да, но там был автопилот и очень продвинутый ВИ. Не такой, как СУЗИ, конечно. По сравнению с СУЗИ здешний ВИ был просто… хм… как если сравнивать новейший и продвинутый эколайт настоящего времени с технологиями древних черных «шоколадных» плиток, с помощью которых два века назад люди общались! Это было первое сравнение, пришедшее на ум. Просто Джефф недавно, примерно с месяц назад, видел какую-то историческую передачу и, попивая пиво на диване перед головизором, так отчаянно и дико ржал над старыми технологиями, отчего всполошил адскую миссис Саттон, и она вызвала своему соседу скорую!
Передача не была смешной. Просто Джефф был немного, даже много пьяный тогда! А его дружок подогнал еще ему и какую-то травку… Тогда еще Джефф не знал, что вернется на «Нормандию». Он даже не получал еще письма Шепарда, то есть письма, написанного Вакарианом под видом Шепарда.
В общем, ВИ казался Джеффу невозможно тупым. Но фрегат он вел исправно, а Риордан исправно следила за тем, как ВИ вел фрегат. Можно было пока не беспокоиться, что происходит в рубке, тем более по приказу коммандера «Нормандия» пока дрейфовала. Наверняка это было связано с тем «хвостом», о котором соблаговолил предупредить Шепард. Перед тем, как выгнать Джокера из каюты.
Обидно. Все еще.
Целью Джеффа было понаблюдать, в Ядре ли Кеду или Криз. Но, похоже, никого там не было, и это было отличной возможностью хотя бы попытаться что-нибудь разнюхать. Доктор Чаквас отсек покинула уже давно, она общалась с коком, с которым, похоже, у неё нашлось много общих тем. Но в медотсеке осталась Лиара, которая оттуда никогда не выходила.
Джефф давно с ней не общался, но слышал, что ей досталось. Подробностей он не знал, а мог бы зайти и спросить, но тогда…Тогда Лиара, возможно, догадается обо всем, что он задумал! Но как же выманить её из медотсека?
Так ничего и не придумав, Джокер поднялся и решил вернуться в рубку. Но по пути вспомнил, что забыл на стульчике бейсболку, подаренную Шепардом, которую он принципиально не надевал первые дни, но сегодня почему-то сдался и надел.
Вернувшись в столовую, Джокер вдруг с удивлением обнаружил, что Лиары уже нет в медотсеке. Это был его шанс!
На палубе в секторе столовой вообще никого не наблюдалось. Лишь где-то далеко на главной батарее что-то говорил Вакариан, громко бубня и занимаясь тем, что ему так сильно нравилось делать на «Нормандии» на букву «к». Кажется, даже не один.
Но его можно было не опасаться. Джокер, несмотря на свою хромоту, довольно быстро промелькнул мимо и уже стоял перед входом в медотсек. Там никакой код не требовался: входи не хочу, говори, что болит, где болит, на вот, выпей это, давай свой зад для укола и все такое. Так что створки открылись по волшебному мановению руки Джеффа перед сенсорным замком.
Очутившись внутри, Джокер подошел к окнам и проверил, не наблюдает ли кто за ним. В этот момент кто-то из новой команды прошел неподалеку, но, спрятавшись за стеной, Джокер остался незамеченным. Потом в три крупных шага добрался до двери, ведущей к системам Ядра. Она была закрыта, о чем свидетельствовал красный датчик. Панель у двери была активна, но требовала ввода кода доступа, которого у Джокера в новом мире не было.
Вообще, новое положение дел его слегка задевало, но удивления не вызывало. Будь он Шепардом, он тоже бы не дал себе код доступа, хотя раньше… Но раньше и трава была зеленее, и звезды горели ярче.
Почесав затылок, Джокер начал вводить цифры: «24092197».
День, когда была торжественно «открыта» «Нормандия SR-3».
Отказ. Ну конечно, Шепард должен был придумать что-нибудь поинтереснее.
«11042154», — вел Джефф дату рождения коммандера, но снова получил отказ. Не могло быть так просто.
Эта шпионская деятельность наряду со страхом быть застигнутым врасплох его сильно взволновала. Джефф вспотел, ощутив, как по спине пробежала капля пота. Он почесал свою несуществующую уже бороду и собирался уже ввести еще одну возможную комбинацию, как вдруг услышал за спиной голос, едва не заставивший его подпрыгнуть:
— Не советую вводить третий раз. Сама видела, как Киррахе в первый раз ошибся, во второй неправильно ввел, а на третий раз коммандер получил уведомление, что кто-то ломится к системам, и сделал Киррахе выговор. Странно, что саларианец может быть таким рассеянным.
Джокер резко развернулся и почти прилип вспотевшей спиной к двери, ища глазами нарушителя его шпионской деятельности. Но никого не увидел! Точнее, поначалу. В медотсеке был выключен свет, стоял полумрак, поэтому неудивительно, что, пробираясь к двери, он решил, что никого внутри нет!
Хотя нет. Он был ужасным шпионом. Потому что Криз, например, сначала бы убедилась в отсутствии посторонних лиц в медотсеке, а уж потом проворачивала хитрые схемы. И вряд ли она не заметила бы, как, почти скрытая полумраком в углу, сидит, склонившись над своим датападом, доктор Чаквас!
— Да я… я… — сглотнул Моро, пытаясь придумать причину своим действиям, но ничего в голову не приходило!
— Хотел проникнуть в сектор управления системами «Нормандии» без доступа, — усмехнулась доктор. – Не заметив при этом меня. И мне теперь ломать голову, что же делать: то ли доложить коммандеру, то ли сначала выслушать твое объяснение перед тем, как доложить, Джефф Моро.
— Доктор! – Джефф приблизился к ней, сложив руки почти в молящем жесте. – Пожалуйста, не выдавайте меня!
— Это почему еще?
— Я… я – Джокер лихорадочно искал достойную причину, пока не вспомнил: чем ближе правда, тем правдивее звучит. – Я просто хотел убедиться… убедиться…
— В чем же, Джефф? – внимательно взглянула на него Чаквас и активировала настольную лампу рядом. Тольку тут Джефф увидел, как изменилась Чаквас, превратившись из бодрой седовласой женщины, которая могла тебе по щам дать, в усталую, испещренную россыпью морщин, но по-прежнему бодрую старушку, в глазах которой сквозило выражение, уже не раз виденное Джокером в глазах адской миссис Саттон. Каждый раз, когда Саттон появлялась в коридоре со своим злобным кулачком, чтобы погрозить очередным вызовом СБР, Джефф видел это выражение. И трактовал его как просьба обратить на него внимание, пусть и таким способом. Так смотрят на тебя люди, прожившие много лет, когда ты случайно ответил на их фразу на случайной лавочке в парке.
Джефф понурил голову, ощутив себя нашкодившим маленьким хулиганом и желая произвести именно такое впечатление.
— Хотел убедиться, что… её там тоже нет, — наконец признался он, и это была чистая правда. Почти. Ну хорошо, не совсем чистая, слегка замутненная.
Лицо Чаквас вытянулось, когда она поняла, о ком он говорит.
— Но, милый, — по-матерински жалостливо протянула она. – Её нигде нет. Ни в Ядре, ни в рубке, ни здесь. Иначе мы бы уже знали.
— Да, я знаю, — кисло подтвердил Джефф с легким раздражением. Его бесило, что с ним говорили, как с ребенком. В то же время это могло сыграть ему на руку. – И все же хотел убедиться. Знаю, что это глупо. Но мне её не хватает.
— Мне тоже её не хватает, Джефф, — выдохнула Чаквас. – Она была словно душой этого корабля.
— Прошу вас, не говорите коммандеру, — попросил он сокрушенно. – Я больше так не буду.
Она нахмурилась и несколько мгновений раздумывала. Потом, улыбнувшись, кивнула, а Джефф вздохнул с огромным и совершенно искренним удивлением.
Да уж, шпион он никудышный. Но хотя бы смог выдумать причину поубедительней. Хорошо, что Чаквас не было на «Нормандии», когда они упали на Эринле! Тогда она бы непременно знала, что останки СУЗИ покоятся под толстым слоем почвы на этой саларианской планете уже почти десять лет! И только дурак мог бы рваться в Ядро, полагая, что она там!
Джефф как раз и ощущал себя этим дураком. Несмотря на то, что у него были и другие цели в Ядре, он смог так достоверно убедить Чаквас в своем детском стремлении расшевелить труп уже мертвого зверька палкой, что можно было почти гордиться. Почти.
— Хорошо, лейтенант, — кивнула Чаквас. – Но чтоб больше сюда ни ногой, только если её вам оторвет.
— Спасибо, — выдохнул Джокер и собрался было скорее ретироваться, как на выходе почти нос к носу столкнулся с Киррахе. Тот вздрогнул от неожиданности.
— А-а, Киррахе! – театрально обрадовался Джефф, покосившись на Чаквас. – Я как раз тебя и искал!
— Меня, лейтенант? – испуганно сглотнул тот.
— Да, у меня для тебя предложение… — Джефф настоятельно вытащил Киррахе из медотсека. – Может, по какаве?
— Но у меня дела…
— Да брось, пять минут дел не решают, — Джокер, проведя саларианца к столику, жестом велел ему сидеть тут. – Я сделаю.
— Но я не хотел…
— Слушать ничего не желаю! Это приказ! – настоял Джефф и направился к стойке кока, быстро сварганил что-то наподобие какавы в один стакан и принес саларианцу. Тот, получив приказ, так и остался сидеть и ждать дальнейшей участи. И даже пить принялся откровенно плохой напиток как по приказу.
— У меня вот к тебе какое дело, — начал Джефф, шевеля мозгами, чтобы понять, как подобраться к тому, что ему было нужно. – Я про Криз. Ты и она… вы точно не того?
— Да что вы, я бы никогда не посмел! Я бы хотел прожить, как и мой дед-долгожитель! Целых сорок три года! – снова испугался тот, но жестом руки Джефф приободрил его и успокоил.
— Это хорошо, хорошо, как я уже говорил. А то коммандер бы тебе задницу надрал, они… как бы это сказать… два сапога пара, рыбак рыбака видит издалека, два винтика из одного механизма, пестик и тычинка… Ну ты понял, да?
— Не совсем, — очень старался саларианец, как понять, так и пить ужасную какаву. – Я тоже сначала так подумал. Что она шьягур, а он акра. Но коммандер довольно резко отверг это предположение.
— Какие еще акры? – не понял уже Джефф.
— Ну, в древних преданиях кроганов говорится…
— Да ладно, мне сейчас не до преданий, — оборвал Джокер, которому совсем не хотелось слушать монотонные рассказы про какие-то предания, а как-то навести Киррахе на нужную тему. – Ну это хорошо, что ты и Криз занимаетесь каким-то вирусом, а не тем, о чем я и много кто подумали.
— Много кто?
— Да это все слухи. Знаешь, «Нормандия» такое место, где слухами обрастает все, от кормы до носа.
— Да. Я уже слышал ту песенку.
— Чего? – не понял Джефф, но, испугавшись, что Кеду опять свернет с нужной темы, решил не уточнять. – Так вот, я про слухи. Например, слышал я, что у нас на борту на гауптвахте какой-то пленник обзавелся. И что вроде бы это мальчишка-крипт. Так я и знал, что криптам нельзя доверять.
— Я… ничего про это не знаю, сэр, — глазки Киррахе забегали по сторонам, и Джефф сразу понял: это самая что ни есть правда, про крипта. Но на крипта Моро было плевать, интересовало другое.
— А-а-а… стало быть, это он вирус и загрузил, который вы пытаетесь найти. Знаешь, что самое забавное, Киррахе? Что когда-то были веселые времена, и вирусы в Ядро «Нормандии» загружала Криз, а не какой-то крипт. Как же он там назывался?.. Кутурон? Кагорон?
— «Кроатон», сэр, — поправил машинально саларианец, даже не сообразив, что Джефф этого и добивался. – И крипт не загружал вирус. Это мы с Криз, наоборот, хотим загрузить, чтобы… ой, я опять проговорился!
Киррахе почти позеленел от осознания ошибки.
— Да не парься, — простецки похлопал его по плечу Джокер, состряпав обезоруживающую улыбку. – Я уже в курсе. Мы же с коммандером друзья, он мне все рассказал уже. Знаешь или нет, он меня даже один раз спас, рискнув своей жизнью. Видишь, как мы близки.
— Ух, — выдохнул тот с облегчением. – Это хорошо, сэр. Что вы уже все знаете. Да проклюнутся все ваши яйца!
— Да-да, проклюнутся. Слушай, про «Кроатон»… А вам удалось уже загрузить его в Ядро?
— Совсем нет, сэр. Мы постараемся загрузить его в Ядро противника через отправку файла, а уже потом, когда коммандер прикажет, сразу же удалим с моего автономного сервера.
— Удалите? Зачем?
— Потому что он очень опасен, как сказала Криз. А коммандер сказал, что она права, «в кои-то веки», кажется, так он выразился. Я склонен с ними согласиться. Не люблю я вирусы. Они вредные и опасные, как кроганские дети, играющие в ковлу.
— А когда вы планируете его удалять?
— Сразу, как только…
— Джокер! Вот ты где! – услышал Джефф знакомый голос и, повернув голову, увидел смущенно улыбающуюся Лиару. Она стояла в двух шагах, но подойти явно не думала. Как же давно он её не видел! В последний раз, кажется, в доке на Реновацио, когда они покидали судно НГА, которое добралось до Эринле, чтобы вернуть их в лоно остатков цивилизации. Тогда она хотела попрощаться, как полагается, но он лишь грубо кивнул ей, оставив на прощание неловкий, какой-то дурацкий жест рукой. С тех пор прошло много лет, и, вспомнив об этом сейчас, Джеффу стало очень стыдно.
Он поднялся, вытерев покрытые тонкой пеленой пота руки о бедра, и неловко попытался её поприветствовать, протянув руку для рукопожатия. Он хотел бы просто обнять её, но она стояла так обособленно и отстраненно, а он был так смущен и немного обижен, что она сорвала такой важный для него разговор, поскольку Киррахе, воспользовавшись этим, быстро отдал честь и убежал в Ядро, как если бы лейтенант стал его ночным кошмаром, — только поэтому Джефф её и не обнял, а всего лишь пожал руку. Ладонь Лиары в отличие от его собственной была сухой, но очень холодной.
— Лиара… Очень рад тебя видеть.
— Я тоже, Джефф… Мы… можем поговорить?
***
Она явно нервничала. И от этого её руки слегка тряслись. Она вытянула их вниз, растопырила пальцы, а потом сжала в кулаки. Так дрожь немного угасла. Это был страх. Но страх был оружием Дьявола, и поддаваться ему значило идти на поводу у того, с кем нужно было бороться всеми силами. Она не хотела проиграть эту битву, она готовилась к ней много лет. Поэтому она крепко сжала кулаки снова и закрыла глаза, пытаясь мысленно успокоить себя и искоренить из души адских прихвостней, вроде сомнений, страха и сожалений. Никакого страха. Никаких сомнений. Никаких сожалений. Так говорилось в Новом Писании. Избранный часто это повторял. А она слушала, всей своей душой проникаясь его речами. Он видел многое, слышал многое, говорил о многом. Все, о чем он говорил, было пропитано истиной. «Я видел смерть, забирающую даже детей. Я видел жизнь, дарованную подлецам. Все перепуталось в нашем мире, и, если бы мы приняли уготовленную нам участь, мы бы очистились от Скверны. Но многие из нас воспротивились и пошли за Антихристом. Губителем. Начали сражаться. И теперь все наши души гниют изнутри. Но еще не слишком поздно…» Да, еще не поздно. Поэтому она здесь, на этом корабле, чтобы спасти мир и души тех, кто по незнанию, невежеству своему и глупости живет изо дня в день, даже не догадываясь, как прогнила его душа. Они верят всему, что говорит Антихрист. А истинные спасители Человечества, пришедшие из самых глубин бытия, были коварно и подло уничтожены. Люди глупы. Все твари галактики глупы. Настолько, что не понимали своей участи. Но у неё была возможность все исправить. Когда Избранный решит, что время пришло и даст ей свое благословение, она все сделает правильно. Она глубоко вздохнула. Протянула руки и убрала небольшую панель в переборке, потом протянула руку и нащупала то, что должно положить начало спасению всей галактики. Предмет был небольшим, холодным, но тяжелым, как показалось ей, когда она взяла его уже в крепкую руку и извлекла из тайника. Положила в обе ладони, как какого пушистого котенка, и с нежностью погладила. Осмотрела со всех сторон. Небольшая, продолговатая, с засечками. В отличие от военных моделей, сделана из углеродосодержащего пластика, чтобы сканер, которым просвечивали этот проклятый корабль, не мог её засечь. Пронести её было сложно, но она справилась. Способ, которому её научил сам Избранный, был удивителен и одновременно противен, но все же гениален: он разобрал гранату по основным частям — корпус, запал, разрывной снаряд – а потом спрятал в её теле так глубоко, что ей потребовались значительные усилия, чтобы извлечь все. Крепкая нить, замаскированная под нить женского тампона, должна была скрыть то, что осталось снаружи. После извлечения элементов гранаты живот болел адски, но ей пришлось терпеть эту боль, и осознание, что эти жертвы священны, намного облегчали страдания. Имплантат, вживленный в матку, чтобы организм воспринял эту ношу как беременность, а не инородное тело, помог пронести священную ношу через сканеры. Все это стоило очень, очень больших средств. Откуда такие средства у Избранного, она не спрашивала, но знала, что Избранный сотрудничает с некоторыми богатыми людьми и другими тварями галактики, которые прониклись Его верой. А раз они не пожалели своих средств ради общей цели спасения галактики, она не пожалела и не пожалеет своего тела для того же. Врач-имплантолог предупредил, что, если она установит имплантат, а потом передумает, извлечь его будет возможно, но вот потом иметь детей – нет. Ну и пусть. Она все равно не передумает. Вся её жизнь вела к этому. Долгая война со Спасителями, в которой она еще не понимала, как и глупые твари вокруг, что нужно не сопротивляться, а благодарить Их за такой шанс. Потом не менее долгая реабилитация, в которой она почти потеряла веру в себя, в галактику, почти потеряла смысл. И только случайная встреча с Избранным помогла ей ступить на истинный путь, снова обрести смысл. Он рассказал ей, как все были неправы, что слушали Губителя. И она осознала, как ошибалась. А уже потом много лет она служила, как прежде, но уже с новой целью. Он велел ей ждать. Она ждала. И вот теперь, когда Антихрист вернулся, приходит время спасения… Осмотрев гранату, она снова спрятала её за перегородку. Потом убедилась, что не оставила следов. Камера видеонаблюдения в женской каюте была направлена на центр комнаты, не дальше. Она стояла как раз в слепой зоне, так что могла не опасаться быть заснятой. В этот момент датчик приближения, установленный ею в коридоре, оповестил, что к каюте кто-то подходит. Она сразу же отошла от тайника и сделала вид, что занята своими вещами на кровати. — Ой, привет! Я забыла свой карманный датапад, — улыбнувшись, юная девушка по имени Мия, второй пилот Нормандии, добралась до постели и нашарила руками под подушкой прибор. Потом помахала рукой и снова ушла. Мия была хорошая. Добрая, отзывчивая. Но тоже глупая, как и Она когда-то. Мия могла бы постичь Спасение еще десять лет назад, будучи очень юной, а только очень юные души окружали Христа в Небесном мире Спасителей. Но этого не случилось, и бедную Мию даже было немного жаль. Но когда Она начнет Спасение, Избранный укажет всем путь. Оставив свои вещи, она вышла из каюты и незаметно забрала со стены маленький датчик, спрятав его в карман. Направилась в столовую и замерла, увидев, как за столом сидят двое: пилот Моро и синекожая азари Т’Сони. Апостолы Антихриста, их стоило опасаться. Но пройти нужно было, чтобы выполнить приказ, а значит не вызвать подозрений. Постояв немного, она все же медленно, как если бы ничего не замышляла, направилась в пункт назначения. Но поскольку пилот был по званию старше, пришлось остановиться на миг и отдать честь. Он в ответ просто кивнул и дал команду «Вольно». Получив нужное, она быстро зашагала мимо.***
— О чем ты хотела поговорить? – спросил Джокер, заставив себя не испытывать досаду от того, что Лиара прервала такой важный разговор с Киррахе. Сделать это было нелегко, но Джефф успокоил себя двумя вещами: во-первых, Лиара была некогда его другом, и стоило хотя бы попытаться притвориться, что он не раздражен её вмешательством; во-вторых, кое-какую, но крайне важную информацию он уже получил. Точнее, он выведал очень важную деталь. Вирус назывался «Кроатон». В данную минуту Джефф не мог точно сказать, о нем ли говорилось в его секретном письме, поэтому испытывал и нетерпеливость, чтобы скорее сходить в рубку, но Лиара, кажется, рассчитывала на долгий и какой-то серьезный разговор, потому что глубоко выдохнула: — Может, присядем? — Ну давай. Устроившись поудобнее, она на минуту замолчала в нерешительности. А Джефф тем временем смог её внимательнее разглядеть, пытаясь понять, что ей нужно. То, что это не простой дружеский разговор после стольких лет разлуки, было ясно уже по её слегка смущенному взгляду и взволнованному выражению лица. Лиара тоже изменилась, как и все на «Нормандии». Сильно похудела, побледнела, глаза слегка впали. Она стала похожа на какую-то хрустальную вазу из дорогого, тонкого и изящного, но в то же время диковинного стекла, к которому и прикоснуться страшно. А ведь она запомнилась Джеффу совсем не такой! Что случилось с ней за эти годы? Где она была? Джефф слышал что-то краем уха, что она была в беде и Шепард её спас, и тогда он привычно подумал: ну как всегда, Шепард всех спасает, — и это не вызвало в нем ни капли озабоченности или особенного интереса. Но сейчас Джефф видел, что с Лиарой стряслось что-то действительно страшное. А еще ему очень не понравились её темные круги под глазами, очень худые руки и… следы от уколов на венах рук, которые она всячески, даже не обращая на это внимания, а просто машинально, скрывала или же наоборот – притрагивалась к ним. Джеффу пришла довольно абсурдная мысль: Лиара и наркотики? Невозможно! Но чем дольше она молчала, не зная, с чего начать, и чем дольше он на неё глядел, ожидая начала, тем сильнее он укреплялся в мысли, что тяжело приходилось не только ему! Он поддался чарам огненного змия, а, казалось бы, всегда уверенная и точно знающая себе цену Лиара… Неужели даже она попалась в ловушку дурных привычек? — Видишь ли, Джефф, — наконец, начала она. – Я знаю, что мы долго не виделись и не общались. Знаю, что сейчас нас мало что связывает, но все же когда-то мы были друзьями, особенно на Эринле, если помнишь… Он помнил. Помнил, как она пыталась отобрать у него выпивку, найденную на складах саларианцев. Помнил, как она помогала ему закапывать тело СУЗИ под дождем, зная, что это так глупо и нелепо. И все же помогала. Как и Вакариан. — Я помню, Лиара, — нашел он в себе силы, чтобы ответить утвердительно и без прежнего раздражения. – Но сейчас мы здесь. Прошло уже много лет с тех пор, что теперь вспоминать? — Да, ты прав, — кивнула она. – Но я это к тому, что я по-прежнему беспокоюсь о тебе. — Беспокоишься? Почему? Судя по твоему слегка болезненному виду, это я должен беспокоиться. — Да, я была больна. Но теперь все проходит. А у тебя, кажется, нет. — Не понял, — насторожился он, оглянувшись. В этот момент мимо их столика прошла строевым шагом одна из сестер Браун, та, что со странностями. Она быстро отдала честь и, получив команду вольно, зашагала дальше. Через какое-то время появилась её менее странная сестра, проделала то же самое, а потом, завидев кого-то из космопехов, направилась к нему. То, чем они занимались в неслужебное время вдали от чужих глаз, было уже совсем не скрыть: здоровый лысый космопех, который ранее возмущался от «фирменного осла», думая, что незаметно, а на деле – очень даже заметно, ущипнул старшую Браун за задницу. Она покраснела, шикнула, но, довольная, пошла мимо. Тут же прошла и координатор Т’Афари, сделавшая замечание лысому. Женщина-космопех, вроде медик, что-то тихо прокомментировала и прошла мимо. Внезапно с обеспокоенной физиономией откуда-то выскочил кок, залетел в медотсек, и стало слышно его громкое: «Карин! У нас проблема!» Он помог доктору Чаквас выйти, но, заметив, что несколько лиц повернулись к ним с непониманием, тут же всех успокоил: «Не волнуйтесь, салаги! Я просто забыл, где спрятал очередной кусок сыра! Хватит пялиться!» Потом они оба осторожно направились на главную батарею. Гаррус что ли его спрятал, этот сыр? На «Нормандии» стало слишком многолюдно! Лиара, проводив всех взглядом, продолжила: — Джефф, я видела кое-что. И поскольку я твой друг, я хочу сначала поговорить с тобой об этом, прежде чем идти к кому-нибудь. Черт побери! Неужели она тоже увидела, как он подбирал код к Ядру?! Может быть, он настолько ужасный дилетант, что это видело пол экипажа «Нормандии»? Однако Лиара огорошила его другим: — Я заметила, как ты прикладываешься к своей фляге. В столовой. И часто это делаешь в рубке. Прости, Джефф, ты мой друг, но ты должен немедленно перестать. От этого зависят наши жизни, жизни всех членов экипажа. Представь, что скажет и сделает Шепард, если узнает. Это… неправильно. Джеффу понадобилось какое-то время, чтобы переварить услышанное. Сначала он ощутил облегчение: Лиара говорила совсем не о его недошпионской деятельности. Но потом, осознав, о чем она говорит, он почувствовал, как внутри забурлила злость. А это было плохо. Злость вызывала раздражение, нетерпение, взаимные обвинения. Даже сознавая эту последовательность, Джефф не смог удержаться, чтобы усмирить зарождающиеся чувства внутри и не спросить с вызовом: — Что? Думаешь, я постоянно пью спиртное что ли? — Джефф, — выдохнула она, покачала головой. – Я… я видела это. При мне ты приложился к фляге один раз. А судя по тому, что ты почти что не замечаешь, как руки твои теребят карман куртки, где спрятана фляга, эта привычка впиталась в тебя уже давно. Еще, возможно, с Эринле. Ты ведь помнишь, как ты пил тогда. Очень сильно. Я догадываюсь, что после Эринле тебе не стало легче, но сейчас ты на военном фрегате, и эта привычка может погубить всех. — Подожди, подожди, — Джефф даже возмущенно усмехнулся. – Ты сказала, что я приложился к фляге один раз в столовой, но упомянула, что я часто так делаю в рубке. Ты же не была в рубке, Лиара. Ты же только выбралась из медотсека! Её глаза слегка округлились. Кажется, только сейчас она сообразила, что сказала что-то не то. Прошлая Лиара наверняка не допустила бы такой ошибки, но это была какая-то новая, сломленная дурными привычками, болезнью или еще чем – Джефф не мог сказать точно. Точно он мог сказать другое: — Это Риордан, да? – с подозрением протянул он. – Вот, кто наябедничал! — Нет, совсем нет, — попыталась увильнуть Лиара, но по её выражению лица он понял, что как раз самое «да»! – Я, верно, просто ошиблась… — Знаешь, что, Лиара, — возмутился Джефф. – Ты бы лучше своими проблемами занималась! А у тебя их полно, судя по тому, как ты сама не замечаешь, что теребишь свои еще не зажившие проколы на венах рук, — зеркально отпарировал он её обидную фразу, произнесенную чуть раньше. – А я разберусь со своими сам! Джефф совсем не хотел грубить. Вот нисколько. Но получился совсем обратный эффект: Лиара, ошеломленная его словами, шумно сглотнула. Джефф уже тогда пожалел о своих словах, но какое-то горделивое упрямство не дало ему признаться в этом и попросить прощения, как и следовало. Оно заставило его соскочить, а на самом деле осторожно подняться со стула и, забрав бейсболку, которую он внутренне почти ненавидел, как и самого себя, быстро уйти вон. На этом его злость не улетучилась. Добравшись до рубки, он нашел Мию, сидящую в кресле второго пилота и делающую какие-то расчеты, и буквально выкрикнул: — Крысятничаешь, да? Пошла вон из моей рубки! Та, словно ужаленная, быстро вскочила, перепуганная такой реакцией. — О чем вы, лейтенант? — Пошла вон! Это приказ! – снова рявкнул Джокер и уселся в кресло, слыша, как девушка, еле сдерживая слезы, кое-как отсалютовала и быстро убежала. Джефф закинул ноги на панель, и… злость его, вспыхнувшая с такой стремительностью, тут же улетучилась. Он сразу же пожалел о том, как нагрубил и Лиаре, и этой милой девчушке. — Идиот, — прошептал он самому себе с раскаянием. – Я просто идиот. Немного подумав, он понял, что правильным решением будет извиниться. Но в то же время его посетила и другая, тревожащая мысль: если Лиара или Риордан доложат Шепарду о его вредной привычке, коммандер точно отстранит его от управления «Нормандией»! Возможно, отберет и без того средний доступ к системам! А без этого доступа Джефф никогда не сможет осуществить то, ради чего он здесь! Эта перспектива его здорово взбудоражила, поэтому он срочно активировал эколайт и долго, очень долго просматривал какие-то файлы. Найдя нужный, он его открыл и стал внимательно перечитывать письмо, присланное ему три года назад, текст которого уже забылся, но только не смысл: «Мистер Моро, Вынужден сообщить вам, что моя работа на данном этапе будет прекращена. Тому есть ряд причин, основная из которых звучит следующим образом: к сожалению, дальнейшее расследование невозможно, поскольку след обрывается, а найти другие веские улики, связывающие ваш Объект Поиска с перечнем случайных событий, о которых вы говорили, мне не удалось. Так что со своей стороны я возвращаю вам часть неистраченных на расследование средств, кроме аванса, который вы оплатили мне за уже проделанную работу. Возможно, вы сможете найти следы самостоятельно, либо нанять кого-то более компетентного, нежели я. Могу порекомендовать нескольких частных детективов, которые могли бы, по моему скромному мнению, попытаться справиться с поставленной задачей, но гарантировать результат не сможет никто. Также сообщаю, что в ходе последнего расследования, связанного с обнаружением того хакера, кто, по ранним данным, и был создателем вируса-прародителя, мне удалось обнаружить адрес, по которому он некогда проживал. Я нашел адрес в уцелевших архивах переписи населения Цитадели. Но поскольку архивов для дальнейшего расследования явно не хватает, этот адрес ничего не дает. Ни родственных, ни дружеских связей обнаружено не было. Но раз я, будучи профессионалом сыскного дела, не ищу легких путей, я нашел архивы переписи жителей по данном адресу. Один из них, живший на одном этаже с «нашим» жильцом, все еще жив. И представьте: находится на Реновацио. Ему удалось покинуть станцию Цитадель по счастливой случайности до того, как она была захвачена Жнецами, а большинство жителей были убиты. Найдя свидетеля, я долго и подробно опрашивал его. Вот события, которые, возможно, вас могут заинтересовать. Хакер, создавший вирус-прародитель, был весьма заметной персоной. Свидетель не знал, каким родом деятельности он занимался, но это, по его словам, было «явно что-то незаконное». Этому служили две причины: первая – к соседу часто наведывались подозрительные личности, второе – сосед жил «не по средствам». По показаниям свидетеля, сосед часто покупал очень дорогие вещи, заказывал на дом дорогие развлечения и девушек легкого поведения, а также один раз, под действием алкогольного опьянения и увеселительных средств, настолько расщедрился, что велел оплатить всем жильцам аренду квартир аж на целый месяц вперед. При этом сама квартира интересуемого жильца была небольших размеров, и при наличии стольких средств можно было запросто снять себе вдвое, а то и втрое больше по площади. Поэтому свидетелем и был сделан вывод о том, что сосед, возможно, занимается незаконной деятельностью, но при этом не хочет слишком уж выпячивать свои средства. (Хотя тут тоже спорный момент, мистер Моро. Если бы хакер был настолько умен, чтобы создать вирус-прародитель, стал бы он так безответственно вести себя?) Свидетель был настолько озабочен данным фактом, что даже скрытно шпионил за дверью соседа через свою видеокамеру наблюдения, расположенную над его дверью. Но перехожу к сути: по словам свидетеля, в последние месяцы перед смертью к хакеру несколько раз наведывалась некая женщина. Красивая, около 30ти, стройная брюнетка. Оставаясь в квартире хакера несколько часов, брюнетка уходила. На девушку легкого поведения она не была похожа. «Слишком много одежды». В день смерти хакера, как уверяет свидетель, женщина тоже появлялась, правда, выглядела она по-другому. В какой-то «странной форме». Пробыла в квартире совсем недолго, сначала выбежала одна женщина, потом другая. Обе «исчезли». Чуть позже соседа нашли мертвым. Тут стоит отметить то, что это произошло в день, когда «Цербер» захватил станцию. Свидетель, по его признанию, в этот день прятался в квартире, никуда не выходил и наблюдал за происходящим в коридоре через свою камеру. Примечательно то, что незнакомая женщина, та, вторая, как потом засомневался свидетель, была одета в форму, похожую на медицинску…» Тут Джокер шумно выдохнул, аж подобравшись. Его только что осенила простая, очень простая догадка, настолько, черт побери, элементарная, что он поразился, как не понял этого раньше! «Я ознакомился с делом об убийстве данного субъекта интереса в сохраненных архивах СБЦ, которые мне удалось найти с большим трудом, — продолжал писать сыщик. – В деле обрывочно говорилось, что хакер был убит мечом, проткнут насквозь, вся электроника была уничтожена. Никаких других доказательств или улик. Тело было кремировано, в отчете о процедуре нет никаких особых упоминаний. Кроме одного-единственного названия «Кротя», которое было вытатуировано на теле убитого, в ареоле из розового сердца… Я так и не понял, что означала данная татуировка. Как и не нашел никаких сведений о таинственной брюнетке. Боюсь, сделать это при нынешних обстоятельствах с архивами и уничтоженными РХД будет просто невозможным, о чем я и вынужден сообщить вам. К сожалению и моему прискорбию, след обрывается. Я не смог выяснить, ни кто эта женщина, ни что это такое – «Кротя». Возможно, это ничего не значит. К сожалению, мистер Моро, на этом я вынужден закрыть данное расследование. Если у вас есть ко мне какие-то вопросы или претензии, пожалуйста, свяжитесь со мной по контакту…» Далее была бесполезная информация, которой Джефф и не воспользовался три года назад. Средств у него тогда уже просто не было, а потом… потом он на все уже плюнул, смирившись со своей невезучестью. Но сейчас его словно озарило! Словно лампочка вспыхнула в голове, не горевшая целых три года, а теперь вдруг озарившая своим ярким светом сквозь запыленное стекло не просто темную комнату, а огромную вселенную! «Кроатон». Брюнетка. Вирус. Хакер. Медицинская форма. День, когда «Цербер» захватил Цитадель. Это казалось настолько сюрреалистичным и в то же время очевидным, что Джефф вдруг громко рассмеялся. Смеялся он долго, так что со стороны можно было подумать, что он сошел с ума. Но никого поблизости не оказалось, кто сейчас сказал бы ему: «Джефф, ты идиот, как ты не понял этого раньше?!» Никого рядом не оказалось, когда Джефф принял и другое. Сегодня или никогда. Он должен попытаться. Ради СУЗИ. Никто не отговорил его от дурацкой отчаянной затеи, когда он вдруг встал и, вытащив свой пистолет из закромов терминала, глубоко вздохнул. Потому что рядом никого не было.
