Пиковая дама

      Как бы мне ни хотелось остаться в кабинете Геры подольше, девушка сама прогнала меня, мотивируя тем, что я практически не спал в ту самую ночь в походе. Действительно, заряд внутренней батарейки постепенно садился. Ощущалась только ужасная усталость до ломоты костей и головокружения.       Чувствовал ли я, что жизнь налаживается? Определенно. Этот лагерь вообще вдохнул в меня новую жизнь. И я не устану это повторять самому себе.       Утром было невероятно солнечно. Я открыл глаза в попытке сосредоточиться, сфокусироваться, но залитая светом комната не давала глазу привыкнуть к обстановке. Я выхватил телефон, не понимая, почему ни один из многочисленных будильников, заведенных на всякий случай, так и не прозвенел. Десять утра, начало одиннадцатого. Секундное замешательство, и я буквально выпрыгнул из плена нагретой теплом тела кровати.       Проспал. И почему никто не разбудил?       Собравшись, как пожарный за время горения спички, я бегом вылетел из домика, надеясь застать свой отряд завтракающими в столовой. У меня вообще нет привычки просыпать или опаздывать. Есть привычка не приходить. Но об этом знаем только я и универ.       — Почему не разбудила? — я моментально направился к Андреа, намазывающей, наверное, двадцатый бутерброд с джемом.       — Гера сказала, что у тебя выходной, — вздрогнув от неожиданности, проговорила сконфуженно вожатая. — Еще вчера. Тебе не сказала, что ли?       — Не сказала, как видишь, — я сел за стол, помогая девушке побыстрее закончить с бутербродами и приступить к завтраку.       — Ты довольно долго там был, — Андреа посмотрела на меня каким-то странным взглядом, а затем тряхнула головой, будто отгоняя мысли. — Блэк сильно ругалась?       — Все хорошо, — я криво улыбнулся, мысленно надеясь, что она подумала о другом.       Не то чтобы мне не хотелось, чтобы кто-то знал о нашем романе со старшей вожатой. Да и самой Гере не нужны сплетни. Хотя, какая разница, узнает кто-то или нет. Можно сколько угодно осуждать, говорить за спинами, что это неправильно. Мне лично все равно.       Предмет моих мыслей появилась в столовой, прижав к груди какую-то папочку. Она мирно улыбнулась поздоровавшемуся с ней персоналу, а затем быстрым шагом подошла к нашему столу.       — Эдриан, разве у тебя не выходной? — ее глаза засияли, едва встретившись с моими. — Я разве не сказала вчера?       — Можно я завтра отдохну? — я улыбнулся, следом закусив губу и прищуривщись.       Хотелось ее коснуться. Ее кожи. До дрожи в пальцах. До тянущей боли в каждой клеточке.       — Ты хорошо себя чувствуешь? — Гера точно так же потрепала белыми ровными зубами себя за нижнюю губу, обольстительно улыбаясь и пользуясь тем, что Андреа не смотрит на нас.       — Отлично. Лучше всех, — я поднялся, возвышаясь над ней, специально задержавшись у ее лица.       Так близко. И муха не проскочит.       Медленно двинувшись к умывальникам, я помыл руки, а затем снова вернулся за свой стол. Гера уже сидела за завтраком с Пирсом и Маршаллом, лениво перебрасываясь словами. Пирс выглядел жутко недовольным, лениво размешивал масло в каше, практически не участвуя в диалоге. Ему было некомфортно с Герой, которая всего пару дней назад бросила его.       Интересно, Андреа так же неприятно смотреть на меня? Она очень легко восприняла наше расставание. Слишком легко. Умело скрывает эмоции? Эх, Эдриан, лучше бы ты стал каким-нибудь следователем, нежели учителем истории.       Стоит ли поднимать эту тему с напарницей еще раз? Думаю, не стоит. Для нас обоих правда было легче отпустить друг друга.       Конечно, новость о выходном меня шокировала. Нет, он должен был быть. Должен случиться. Но я будто бы морально не готов отдыхать. Мне интересно в лагере, мне нравится работать, и я не хочу уезжать в город. Я оглядел своих малышей, громко смеющихся за завтраком и залезающих друг другу в тарелки. Ладно, сегодня не хочу.       Так или иначе в лагере устаешь. Сказывается вечный недосып, не самое хорошее питание и бесконечные физические нагрузки. Выносливость падает. Ты ничего не успеваешь, плохо соображаешь и совершенно не можешь собраться в кучу. А нужно быть энерджайзером, бесконечно носящимся по лагерю. Как Хизер, например. Нет, ну откуда в ней столько энергии?..       — Сегодня мисс и мистер Лагеря? — Селена повернула ко мне темную макушку, широко-широко улыбаясь, детскими, не до конца сменившимися зубами.       — Да, рыбка моя, — я кивнул, потрепав ее по плечу.       — А можно я буду участвовать? — в маленьких зеленых глазах зажегся трепетный огонек.       — Только если все съешь, — пообещал я, вставая из-за стола, чтобы подойти к появившемуся в столовой Мерфи.       Друг выглядел растрепано. Белая вожатская футболка была небрежно заправлена в бежевые шорты, а темные волосы взъерошено торчали, будто иголки у ежа. Он установился у раковин, взглянув в большое зеркало на всю стену. Быстрым движением пригладив волосы, он, видимо, заметив в отражении меня, резко развернулся и пошел в мою сторону.       — С тобой что? Упал с сеновала, тормозил головой? — рассмеялся я, как только мы поравнялись и сели за вожатский стол для трапезы, где уже сидели некоторые наши коллеги.       — Я проспал, — он вздохнул, подтягивая к себе чай и почти залпом выпивая все содержимое стакана.       — Эдриан тоже проспал, — Андреа ехидно улыбнулась. — Вы не вместе спали?       — Если бы, — отозвался я, наконец-то приступая к завтраку. — Уже соскучился по его азиатской морде по утрам.       — Шутишь, Ньюман, — Мерфи наступил носком кроссовка под столом на мой, сильно надавив. — Я вообще-то полночи писал отчет по походу. А ты чем занимался?       — Спал, — почти честно признался я, точно так же, в отместку, наступив на ногу Мерфи, от чего тот шикнул, грозно посмотрев на меня.       — Мегера наша еще к себе вызвала, — Андреа закатила глаза, — Эд с ней еще сколько-то просидел, так что у него тоже есть оправдание.       — С Герой, значит, вызвала, ага, — протянул друг, едва сдерживая лукавую улыбку.       Ох, лучше бы Андреа молчала…       — Ешь давай, хоть немного подобреешь, — в моем голосе зазвенели стальные нотки.       Я не хотел, чтобы Мерфи хоть как-то продолжал диалог обо мне и Блэк. Я не хотел, чтобы он сболтнул спросонок лишнего. Друг посмотрел на меня тяжелым взглядом и лишь повел плечом, молча продолжая поедать пресную, почти несладкую овсянку.       В истории много замечательных примеров, как человечество побеждало крупные войны, справлялось с природными катаклизмами, подчистую разрушающими быт. Но ни одна сила в мире не заставит заснуть на сончасе двадцать шесть маленьких засранцев, стоящих на ушах с самого утра. Оставив тщетные попытки, мы с Андреа молча сидели в любимом холле, заполняя бесконечные отчетности и дневники вожатого. Надо было готовиться к вечернему мероприятию. А наверху бесновали дети.       — Будешь завтра отдыхать, да? — неожиданно спросила Андреа в тишине, отчего я даже вздрогнул.       — Да, завтра пойду на выходной, — я отложил в сторону заполненный отчет по походу, написанный со всеми подробностями, за исключением упирающегося дула в спину.       Нам строго-настрого запретили об этом писать под эгидой того, что отчетность будут проверять педсостав детского лагеря, во главе с директором. И эта информация там ни к чему. Пирс, кстати, сам не в курсе. Ему сказали, что там обвалилась горная тропа, поэтому туристы так быстро вернулись. Не то чтобы я хотел получить звание героя за свой поступок, но происходящее меня раздражало. Рискуя жизнью, я спас детей, а они, в своей типичной манере, хотят замять произошедшее.       — А куда поедешь? Что будешь делать? — Андреа обхватила голые коленки руками, подтягивая их ближе.       — Наверное, домой поеду, спать, — я неуверено пожал плечами.       — А ты далеко живешь? А с кем? — продолжала свой странный допрос девушка.       — Если от универа считать, то не очень. Один я живу, — меня немного напрягало количество вопросов.       — Понятно, — Андреа поджала губы. — Никуда не хочешь сходить, в бар, например? Или не с кем? Я знаю парочку прикольных.       Странные вопросы. Андреа странно себя ведет. Она, конечно, всегда была прилипчивой, с самого первого дня расспросив у меня всю биографию, да так дотошно, будто хотела писать мемуары. Я просто не понимаю, зачем ее светлой головке такая информация.       — Нет, не пойду, — я вновь уткнулся в отчет, пробегаясь по уже написанным строчкам глазами.       — Ты устал, наверное, — она внезапно вскочила, зайдя мне за спину, положила ладони на плечи, сильно растирая.       — Нет, все нормально, — я выгнулся от резкой неприятной боли, выходящей из-под ее пальцев, продолжавших сжимать мою кожу. — Пожалуйста, не беспокойся обо мне.       Она со вздохом села обратно на пол, заправив длинную прядь за ухо и грустно посмотрела на меня. Неловкость явно сквозила между нами. Чего она добивается? Расспросы, странные действия. Неужели Андреа вновь пытается привлечь мое внимание?       От липкого мерзкого чувства хотелось спрятаться. Все то невысказанное между нами, шитое красными нитками, вновь вылезло наружу. Я тяжело вздохнул, переводя усталый взгляд в потолок.       — Что мне сделать, чтобы тебе стало легче, Андреа? — тихо спросил я, в надежде, что слова дойдут туда куда нужно.       — Верни все, как было, — я чувствовал, как она кусает губы, чтобы не расплакаться.       — Не могу. И мне очень стыдно, что я когда-то встретился тебе на пути, — сил посмотреть ей в глаза так и не нашлось. — Прости.       Она бесшумно поднялась с пола и точно так же тихо удалилась в свою комнату. А я остался один с тяжёлым камнем вместо сердца. Сколько еще можно ее ранить, сколько боли может вынести девушка? Я не знаю. Если бы я только мог все вернуть, я бы никогда не наступил на эти долбанные грабли и не давал Андреа никаких надежд. Но сколько можно извиняться?..       До вечера мы не разговаривали. Андреа натянула маску спокойствия и все оставшееся время общалась со мной так, будто ничего не произошло. Благо, дел было по горло, ведь мы готовили маленькую Селену к конкурсу «Мисс Лагерь». Мистером изначально хотелось сделать Алекса, но тот неожиданно для всех отказался, заявив, что это не его уровень. Я посмеялся и решил помочь его другу, Сэму, проявить себя во всей красе.       Сэм немного стеснительный, но достаточно артистичный ребенок. Оказалось, что он долгое время занимается бальными танцами и с удовольствием готов показать все свои таланты на сцене. Мы быстро придумали номера ребятам, отрепетировали их на скорую руку и ровно в семь вечера, после плотного ужина, сидели в темном зале ДК.       Селена, по своей обыденности, сидела на моих коленях, положив темную макушку на плечо. Она периодически тяжело вздыхала, теребя темный бархатный подол платья. Нервничала. Все переживали. Сэм, сидящий рядом с нами, качался на откидном сидении, бесконечно повторяя слова песни, которую должен петь.       — Эдриан, — Селена посмотрела на меня зелеными пронизывающими глазами, в которых, как хрусталики, замерли две маленькие слезинки, норовящие вот-вот скатиться по щечкам вниз.       — Что такое? — я потрепал девочку по макушке, слегка приподняв уголки губ.       — Я же побежу… Ой, победю…       — Конечно, ты ведь лучшая! — я рассмеялся. — Ты обязательно одержишь победу!       Она улыбнулась, несмотря на то, что слезинки все-таки скатились с пухлых детских щечек и были тут же подхвачены моим согнутым пальцем.       — У-у-у, а чего такая красотка плачет? — раздался приближающийся голос Мерфи, усевшегося в соседнее кресло рядом с нами.       — Она уже не плачет, — Селена тут же спрятала лицо в мое плечо, видимо, застеснявшись азиата.       — Главное — это не победа, главное — участие! — Мерфи сложил ногу на ногу, утыкаясь в телефон. — Тебя ищут за кулисами.       — Кто?       — Да я не знаю, в беседу написали, — друг пожал плечами.       Я осторожно поставил девочку на ноги, быстро удаляясь за кулисы, в ту самую маленькую комнатку, где мы когда-то готовились к выступлению вожатых на открытии лагерной смены. Коробки убрали; теперь комнату смело можно назвать гигантской, ибо места стало определенно больше. Майлз, с большими красными наушниками на шее, о чем-то болтал с Герой, пока Хизер красила светловолосую девочку на высоком стуле, повернутому к зеркалам во всю стену.       — Кто меня искал? — я улыбнулся, приближаясь к Гере, тая надежду, что это она.       — Я, — тихо сказал диджей Майлз, краснея как спелый помидор. — Вопросы по музыке.       — А что не так? Андреа должна была все отправить.       — Но не отправила, — он вздохнул, переведя взгляд на Геру, сложившую руки на груди.       — Хорошо, давай я отправлю, — я нахмурился, стараясь не смотреть на старшую вожатую, игриво улыбающуюся.       Она сегодня была невероятно хороша. Длинная пышная юбка открывала тонкие голени, а топ без бретелей, изящно подчеркивал ключицы и крепкую грудь. Бежевые туфли на высоком каблуке добавляли роста; сейчас она могла достать макушкой до моего носа. До безумия хотелось прикоснуться к ее теплой коже, провести носом по линии груди, виднеющейся из-за открытого топа, вдыхая аромат спелой малины, а затем раствориться в долгих сладких поцелуях, никуда и никогда не отпуская из плена своих рук. Даже на расстоянии вытянутой руки слышался одурманивающий запах ее тела. Мне было мало Геры, было мало этих встреч урывками и редких разговоров. Я желал ее каждой клеточкой души, мечтал чувствовать рядом, возле себя. Я хотел, чтобы она расцветала, раскрывалась, как бутон самых прекрасных цветов в моей компании.       — Было бы славно. Вы достали уже не делать это вовремя. Сейчас мне сидеть и сводить придется, — Майлз вывел меня из оцепенения и прошел мимо, скрываясь за белой дверью закулисья.       Мы остались вдвоем. Гера расплылась в улыбке, склонив голову на бок, отчего красивые кудряшки упали на оголенное плечо. Я закрыл глаза, не в силах сопротивляться этому манящему языку тела, а позже бросил взгляд на Хизер, чуть было не заехавшей себе в глаз кисточкой, которую держала в руках, выводя что-то на лице своей подопечной.       Удалившись в темноту под бойкий цокот каблуков Геры, мы оказались в полном уединении. Лишь пыльные декорации были свидетелями самого желанного поцелуя на свете.       — Выглядишь просто великолепно, — прошептал я, с трудом заставляя себя оторваться от ее губ.       — Спасибо, — так же тихо прошептала она, соприкасаясь кончиком носа с моим, — сейчас начнем уже. Иди в зал.       Нехотя, абсолютно против воли, мы оба отстранились друг от друга, переводя дыхания. До ломоты костей хотелось остаться, касаться, трогать, ласкать, кусать, целовать. Что угодно. Я шумно выдохнул, первым покидая кулисы, попутно отправляя все нужные треки Майлзу в личку.       Все претенденты выступали хорошо. Но наш отряд старался лучше всех. Селена бойко решала все задачки на викторине, вступая в полемику с Мишель из третьего отряда, которая была чуть ли не вдвое выше девятилетней девочки. Сэм загорелся невероятным энтузиазмом и так зажигательно исполнил румбу, что рукоплескал весь зрительный зал. Настоящие бойцы. Надеюсь, что отчасти это мы с Андреа привили им желание никогда не сдаваться.       Пришло время объявить результаты. Гера, скользящая по сцене с кучей длинных наградных лент, развешивала их на всех детей, в зависимости от выигранной категории. По факту победили все. Кто-то получил титул «Мисс Улыбка», а кто-то «Мистер Харизма».       Селена, как раз-таки на удивление многих, победила в номинации «Мисс Интеллект», но недовольная стояла на сцене, теребя синюю ленточку и надув губы. Когда все награды закончились, Сэм все еще никак не был награждён. Весь наш отряд затаил дыхание, надеясь, что мистером Лагеря объявят именно его.       — Неужели Сэм, — протянула Андреа, скрестив пальцы на руках.             — Я тоже надеюсь, что он. Остался еще Карлос из третьего.       Андреа замолчала, тяжело вздыхая. Ей явно тяжело давались слова, сказанные в мой адрес. Я отвел взгляд, напряженно кусая губы, стараясь не думать об Андреа. Господи, может попросить о переводе в другой отряд. Если так будет продолжаться, мы сделаем хуже в первую очередь детям.       — Вице-мистер лагеря «Прибой» становится, — Гера сделала легкую драматическую паузу в микрофон. — Сэм Макото из шестого отряда!       Зал утонул в криках и овациях. Гордый собой Сэм смело прошествовал за наградой. На маленькие плечи мальчика опустилась зеленая лента с надписью «Вице-мистер». В следующую же секунду зрителей разорвало больше, стало известно, кто победил. Карлос.       В целом, все были довольны мероприятием. Дети весело отжигали на дискотеке, пока мы, как обычно, забились в угол, чтобы обмусолить все происходящее и все события похода еще раз. Тео и Том рассказывали, как долго ругалась Гера, отчитывая их за то, что бросили меня одного, да еще и не разобравшись, сказали, что меня убили. Хизер тихо посмеивалась, нервно крутя бутылку с водой в руках. До нее очередь познать гнев богини Геры еще не дошла.       — Мне она просто дала выходной, — громко сказал я, перекрикивая «Кайф ты поймала», под который танцевали (нет, больше орали!) дети.       — И мне тоже, послезавтра, правда, — Том лениво откинулся на мягком кресле-мешке.       — Все-таки, есть в ней человеческое, — Хизер наконец-то поставила бутылку на землю. — Мерфи звал тусить сегодня после планерки. Пошлите?       — Я за! — Тео поднял руку. — Страшно хочу напиться.       — А ты разве не хотел когда-то? — Том рассмеялся, но тут же осекся, вскакивая с места и громко крича: — Эй, четвертый отряд, успокоились!       — Надо только поставить в известность Геру, — чуть тише добавила Хизер. — Ну и может, позовем и ее. Раскроется еще как неплохой человек.       — Да нормальная она, — медленно проговорил я, сжимая зубы.       Мне чертовски не нравилась то, какой репутацией она обладала. Моя девушка. Моя.       — Господа вожатые, — Гера тут как тут подоспела к нам, уже успевшая переодеться в форму и белые высокие кроссовки. — Давайте сейчас проведем планерку?       Она остановилась, уперев руки в боки, с улыбкой глядя на нас.       — Да пожалуйста, — я встал первым, возникая возле нее, — планерка так планерка.       Всю планерку мы тупо ржали. Общее хорошее расположение духа приятно грело мне душу. Стресса хватило, спасибо. Нужно иногда и хорошими эмоциями подпитываться. Блэк всех похвалила за проделанную работу, сказав, что сегодня детские номера были на высоте. Было невероятно тепло слушать такие слова из ее уст. Рамона даже зарделась, гордо вскинув голову, когда хвалили ее отряд.       Как и обещала Хизер, Геру пригласили. Она неуверенно обежала глазами всех присутствующих, буквально на долю секунды задержавшись на мне, кивнувшего головой, а затем согласилась. Не знаю, все ли довольны складывающейся перспективе потусить со старшей вожатой. Я лично очень. Еще один повод насладиться ее обществом. Честно говоря, мне уже было глубоко плевать, кто там и что подумает о нас. Но если ей комфортно держать наши отношения втайне, то пусть так и будет. Лишь бы моей женщине было хорошо. Моей женщине. От этих слов на языке становилось приятно сладко. Какая же она на вкус?..       Собраться решили точно там же, где отмечали день рождения Мерфи. Я пришел одним из первых, не дожидась Андреа, едва весь отряд улегся. Да и она не слишком-то желала находиться в моей компании. Поэтому, переодевшись в обычного человека, без этих логотипов лагеря, я решил побыть полезным и помочь Тео развесить гирлянды на стенах. Почти никого не было, все укладывали непослушных, разгоряченных детей по кроватям, желая как можно скорее сбежать на надвигающееся мероприятие. И откуда у вожатых столько сил тусить в компании друг друга вечерами? Я сам задаюсь вопросом, откуда черпаю силы. Буду думать об этом на учебе, когда в очередной раз из-за собственной лени не захочу просыпаться на первую пару. Лагерь учит ответственности. Не за себя, не за детей. А за свои действия. Учить, исправлять ошибки прошлого, не совершать новые. Всегда находиться в состоянии тонуса и не отдаляться от своих идеалов. Во всяком случае за двенадцать дней я этому научился.       Постепенно помещение наполнялось людьми. Сегодня все ощущалось по-особенному, не так, как в день рождения Мерфи, когда все еще немного стеснялись друг друга, боялись заводить какие-то личные темы. Пришла и Андреа, в сопровождении Хизер; обе тут же налетели на выпивку, общаясь исключительно вдвоем.       Я ждал Геру. Мы с Мерфи курили, сидя на подоконнике в компании Лу, что держала азиата за руку. Я старался делать вид, что ослеп на оба глаза, чтобы не заваливать друга вопросами. И так все понятно. Они смотрелись органично и горячо. Темнокожая девушка, высокая, красивая, и такой же крутой азиат ей под стать. Очень рад, что они смогли договориться и у них все сложилось именно так.       Лу рассказывала о том, как она закрывала сессию. Я слушал в пол уха, изредка кивая и затягиваясь сладким дымом, то и дело поглядывая на дверь. Вечеринка только началась, но кто-то уже знойно отплясывал, громко подпевая музыке.       — Эд, ты с нами вообще? — Мерфи загадочно улыбнулся, пряча свободную руку в карман плотных черных джинс.       Не знаю, как он носит такое летом. Азиаты все любят прятаться от солнца?       — С вами, да, — я усмехнулся, залпом выпивая водку с апельсиновым соком и вскакивая с подоконника, чтобы налить еще.       Тео и Том, возомнившие себя барменами, натащили целую кучу алкоголя, изъятого у детей, как они сказали: «в ходе следственных мероприятий». По-простому: обшмонали кучу подростков, желающих выпить, пока вожатые притворяются мертвыми в собственных постелях. Хорошо, что наши не дошли до такого уровня. Надеюсь, никто там не прячет сигареты под подушкой.       — Чего изволите? — Тео забрал пластиковый красный стакан из моих рук, попутно делая большой глоток из своего.       — А что наливаете?             — Вам — все, что угодно! — задорно рассмеялся Тео.       — Ого, у вас какие-то не дети, а мажоры! — удивился я, глядя на любимую бутылку дорогущего скотча.       — Ну, у нас есть еще один поставщик, — Том стрельнул взглядом в Мерфи. — Кстати, он сказал, что ты такое любишь.       — Да, я люблю скотч, — улыбнулся я, пожимая плечами в темной широкой футболке. — Наливайте.       Тео ловко плеснул содержимое бутылки мне в стакан и с довольной улыбкой протянул обратно.       — Чаевые бармену оставите? — он вновь вернулся к своему напитку, махом выпивая содержимое.       — О, а дама что будет? — Том взглянул куда-то мне за спину.       Тут же маленькие тонкие пальчики, едва касаясь, пробежались вдоль позвоночника. Я резко развернулся, встречаясь с голубыми, как ясное небо, глазами. Гера.       — Привет, — она мягко улыбнулась. — Мне то же, что и Эду.       — У него адское пойло, — рассмеялся Тео. — Девочки обычно пьют вино.       — Мне мама уже разрешает, — она непринужденно смахнула вьющийся локон с голого плеча. — Грин, наливай уже.       Я тихо рассмеялся. Гера такая милая, когда не пытается прятаться под маской жестокой стервы. Она вновь в топе, на это раз на тонких бретелях. Но грудь по-прежнему красиво выделяется. Короткая обтягивающая юбка с небольшим разрезом на бедре. Получив напиток, она легко чокнулась со мной, делая внушительный глоток, а затем отошла в гущу танцующих.       — Вы ей точно то налили? — я повернулся к переглядывающимся парням, стоящим за импровизированным баром.       — И не говори, подобрела в миг, — Том озадачено почесал светлую голову. — Да и не такая она и сука. Симпатичная.       Я криво ухмыльнулся, решив двинуться вслед за Герой, которая уже уселась на подоконник, поставив ноги в белых кроссовках на батарею, от чего без того короткая юбка задралась. Мерфи и Лу откровенно целовались не стесняясь Геры, которая с улыбкой ждала меня. Я чувствовал это. Тянуло к ней невероятно. Она снова безупречная, красивая, изящно держит стакан, отпивая содержимое маленькими глоточками. Не морщась.       — Я ждал тебя, — наклонившись максимально близко к ее уху, шепнул я.       Блэк счастливо улыбнулась, поправляя сползающую бретельку с плеча.       — Я стесняюсь, когда ты рядом, — ответила девушка, кусая себя за нижнюю губу.       Я рассмеялся, запрыгивая рядом с ней на подоконник, чувствуя, как наша оголенная кожа соприкоснулась друг с другом. Приятная волна мурашек пронзила тело. Хотелось большего. Коснуться нежной кожи бедра, торчащей из-под пошлого разреза на юбке. Надеясь, что никто не смотрит, я так и сделал, давая волю чувствам и слегка затуманенному мозгу.       — Ньюман! — она сверкнула глазами, но я чувствовал, как кожа словно поддается навстречу, желая оказаться под моими пальцами.       Все же руку я убрал.       Покрутив в руках электронку, я вновь сделал большую затяжку, запивая все алкоголем. Может, лучше отойти, чтобы не сорваться с катушек и не начать лапать ее прямо здесь.       — Давайте играть! — Хизер с ног до головы усыпанная блестками, внезапно сделала музыку потише. — В «Правду или действие!»       Раздался неодобрительный гул.       — Ну, чего вы! — розоволосая аж подпрыгивала на месте. — Разочек!       — Ладно, — Андреа закатила глаза, оставаясь сидеть на розовом кресле-мешке рядом с Джейсоном.       — Ну, если только действительно разочек, а то я тебя знаю, — тот шутливо погрозил пальцем.       Лу запрыгнула на подоконник рядом со мной, видимо, наконец-то отлепившись от губ моего лучшего друга.       — Только не дыми на меня, Ньюман, — темнокожая фыркнула, тут же захваченная рукой Мерфи, обхватившего девушку за талию.       — Итак, Майкл, правда или действие? — Хизер плюхнулась в кресло-мешок рядом с Андреа и Джейсоном, ловко закинув ногу на ногу.       — Действие!       — Десять отжиманий от пола!       — Пф-ф, легко, — парень тут же упал на пол, быстро отжимаясь, пока все дружно считали.       — Джулия, правда или действие? — закончив, спросил он у вожатой, возвращаясь на свое место.       — Ну, пусть будет правда, — она отставила стакан с напитком на пол возле себя, готовясь к каверзному вопросу.       — Черт, я думал, ты выберешь действие, — непривычно веселый Майкл пугал. — Ладно, хотела бы ты еще раз вернуться поработать на эту смену?       — Да что у вас за вопросы, детский сад! — Хизер возмущенно всплеснула руками, больно стукнувшись пальцами о стенку позади себя. — Ой.       — Да, я бы хотела вернуться, — скромно ответила Джулия, глядя своему парню в глаза.       — Нормальные вопросы, чего начинаешь, мелкая? — Майкл отмахнулся от Хизер, — Давай дальше.       Хизер показала ему язык, потирая палец.       — Андреа, правда или действия? — Джулия робко улыбнулась, выпрямившись на кресло-мешке.       — Правда.       — Ты когда-нибудь делала минет? — присутствующие одобрительно завопили. — Ну вы же просили нормальные вопросы!       Я на всякий случай перевел взгляд в потолок. Ответ-то я знаю.       — Да, было дело, — протянула Андреа, и я готов был поспорить, что она прошлась по мне взглядом.       Мягкая ладонь Геры легла на спину, смело задирая футболку. Она провела отчего-то холодными пальцами по пояснице, вызывая набежавшую толпу мурашек.       — Мерфи, правда или действие? — рука Блэк вновь вернулась на место, в какие-то несчастные три сантиметра от моей.       — Правда! — я коснулся тыльной стороной ее костяшек, ласково обрисовав очертания каждой мизинцем.       — Ты когда-нибудь целовался с парнем? — девушка залилась смехом, а я почувствовал, как Гера сократила расстояние между нами, прижимаясь к моему боку.       Невыносимо близко. Я судорожно вздохнул, выпивая весь алкоголь у себя в стакане. Не то, чтобы он поможет утихомирить мои чувства. Просто отвлечет от происходящего. От нее.       — Нет, — он посмотрел на Лу, щелкнувшей друга по носу. — Гера, правда или действие?       — Действие.       — Поцелуй Эдриана.       Я в ужасе взглянул на друга, медленно поворачивая голову к девушке. Тут же мягкие губы накрыли мои, жадно целуя, протискиваясь горячим языком с легким привкусом алкоголя меж зубов. Я ответил, обхватывая тонкую талию и по инерции, подтягивая Геру к себе. Мир стих, звуков не осталось. Лишь ее губы и руки, нежно касающиеся моих. Мерфи разорвал сейчас ту самую красную нить. Убрал все рамки и границы.       Пускай весь мир знает, что мы вместе.       Громко хлопнула дверь. Блэк отстранилась первой, глядя на пустое кресло, где еще минуту назад сидела Андреа. Я обвел взглядом всех присутствующих, ловя удивленные возгласы. Царило молчание, нарушаемое только тихой музыкой из переливающейся разными цветами колонки. Том вышел следом за сестрой.       — Ну, встречаются Эдриан и Гера, и что? — беспечно бросил Мерфи, спрыгивая с подоконника и подходя к бару. — Что такого-то? Они не люди, что ли?       Гера прижалась ко мне, обвивая двумя руками мое плечо. Я, будто получив разрешение свыше, обнял ее за талию, привлекая к себе. Шелковая ткань топа приятно ощущалась под пальцами.       — Давайте лучше танцевать, — Джейсон поднялся следом за Мерфи, прибавляя музыку. Постепенно к нему присоединились и другие.       — Легче стало, правда? — Гера подняла на меня глаза, касаясь губами плеча.       — Намного, — я улыбнулся, падая в затягивающий омут голубых глаз, сверкающих в темноте. — Только переведи меня в другой отряд, пожалуйста.