Пустой Перекресток

      Гарри неуверенно поглядывал на дверь квартиры всё утро. – Мальчишка, что не так? – Петуния хмурится глядя на него. Сложно не заметить взволнованность ребенка. – Я… Я не уверен, тетушка. Просто… – в этот момент во входную дверь кто-то аккуратно постучал. Женщина поджала губы, но пошла открывать. Сейчас дома были только она и мальчики. А на пороге замер молодой мужчина в светлом пальто с темно-зеленым, почти черным, шарфом. Представительный блондин внимательно смотрел на нее холодными голубыми глазами от чего хотелось поежиться. Пару секунд ничего не происходило, а потом мужчина чуть сместился в сторону чтобы стал виден его спутник. Рыжеволосый парень лет восемнадцати чуть склонил голову в приветствии прикрывая карие глаза. Петуния сглотнула, мгновения ей казалось что она видит лукавый прищур зеленых “ведьмовских” глаз сестры, что рыжие волосы должны взметнуться длинной волной под дуновением весеннего ветра. Иллюзия рассеялась так же быстро как и появилась. Парень чуть склонил голову на бок с интересом глядя на женщину, по плечу скользнула тугая коса рыжих волос. – Прошу прощения. – достаточно вежливо произнес блондин с легким акцентом. – Вы Петуния Дурсль? – Д-да, это я, – женщина кивнула будто очнувшись от наваждения, но отделаться от ощущения, что этого рыжего парня уже где-то видела так и не смогла. Да и не стала. Пусть она не ведьма, как сестра, но на интуицию никогда не жаловалась и сейчас та явно не знала, что выбрать - то ли биться в истерике от страха, то ли от радости. – Меня зовут Юграм Хашвальт, а это - Куросаки Ичиго, – от Петунии не укрылось насколько уважительным стал голос мужчины при произнесении чужого имени. – Мы здесь по поводу вашего племянника. – Гарри что-то натворил? – женщина чуть сильнее сжала ручку двери. Эти люди не были магами она это знала и ощущала четко, но явно были наделены властью. Петуния на мгновения прикрыла глаза, моля всех святых чтобы сын ее сестры не вляпался в юрисдикцию каких-нибудь правительственных служб. Пожалуй это было даже хуже, чем этот их мир “волшебства”. У ребенка там была хотя бы какая-то призрачная защита. А от спецслужб его вряд ли бы кто смог спасти, и уж тем более не она. – Что Вы, нет, – голос парня был чуть более мягким и опять-таки знакомым, правда с явным восточным акцентом. В свое время Петунии пришлось побывать на некоторых званых вечерах с мужем, что ходил как представитель от их фирмы, основные отличия в произношении она тогда запомнила. – Вы можете об этом не волноваться, Гарри чудесный ребенок и способный. Именно об этом мы бы хотели поговорить. Разрешите войти? – О, простите! – Петуния спохватывается, шире открывая дверь и отходя чуть в сторону. – Проходите, я поставлю чай, если вы не против. – Благодарим, – кивнул блондин, помогая снять куртку своему спутнику. В противовес мужчине тот был одет довольно просто, кожаная чуть утепленная куртка, джинсы, а не костюм, теплая рубашка поверх футболки. Пусть и наглухо застегнутая сейчас. Этакий богатый подросток. И от того было столь странно видеть искреннее почтение в голубых глазах.       Гарри застыл на пороге кухни, радостно блестя зелеными глазами и только что не искря. – Дядя Юграм, – блондин на обращение только тяжело вздохнул, чудом не закатив глаза. – Ичиго! – мальчик помялся, а потом влетел в открытые для него объятия. – Я очень рад, что у тебя получилось приехать, – Гарри спрятал лицо у него на груди и вжался всем телом. – Были некоторые проблемы, которые меня задержали. – голос рыжего стал очень мягким и практически нежным. – Как видишь, я с ними справился, ты же помнишь моё обещание? – Да, я не сомневался, просто… волновался. – Я рад, – рыжий с улыбкой треплет черные волосы на макушке ребенка и поднимает взгляд на замершую в дверном проеме Петунию. – Я вижу, вы довольно давно знакомы с моим племянником. – Уже скоро пару лет как, – Ичиго скрещивает руки на спине ребенка в защитном жесте. – Уж простите, что он вам не рассказывал. Вряд ли бы вы поверили… Во все. – Что же… – женщина глубоко вздыхает и приглашающе поводит рукой в сторону кухни. – Проходите. Я думаю у вас есть, что мне рассказать. По крайней мере то, что я должна знать. – Вы очень умная женщина, Петуния. – прохладно звучит голос Хашвальта, резко контрастирующий с мягким теплом в словах рыжего. – Приходится. – чуть приподнимает уголок губ в улыбке женщина и кивает мужчинам на места за столом, а сама принимается доставать чашки и все остальное, что будет необходимо для чаепития. Спустя несколько секунд Гарри присоединяется к ней, начиная сноровисто помогать. Стол сервируется в тишине, но почему-то она не кажется угрожающей. Петуния понимает, что ее внимательно оценивают, но при этом как-то отстраненно. Видимо оценка на решение не повлияет никак, она производится просто для галочки или чтобы увериться в чем-то.       Чайник закипает как раз вовремя, позволяя не прерываться на ожидание. Ароматный напиток разлит по чашкам и женщина со вздохом смотрит на пришедших в ее дом. – Итак, что я должна знать на этот раз? – Мы… – Куросаки внезапно кладет ладонь на плечо Хашвальту, прерывая. – Мы не являемся магами, и не желаем зла вашему племяннику. Мы не представители госструктур или что-то вроде, – рыжеволосый мужчина чуть приподнимает уголки губ. – Получилось так, что я помог Гарри в свое время. Принял на себя обязанности по его защите и обучению. Как уж так вышло, только Небо и ведает… – Ичиго на несколько мгновений хмурится, а потом встряхивает головой. – Перед родными и близкими я назвал его Воспитанником… – И вы желаете быть его опекуном? – Петуния с легким удивлением приподнимает вопросительно бровь. Слова этого парня ее честно говоря несколько удивляют, но мало ли. Гарри был достаточно беспокойным ребенком чтобы влипнуть на ровном месте, а она достаточно невнимательна к нему, чтобы этого не заметить. Что поделать, на лучшую приемную мать она никогда не претендовала. – Боюсь это невозможно. – пожимает он плечами. – По крайней мере официально. Моя родина - Япония. Забрать туда Гарри сейчас я не могу, да и обучаться ему все равно придется… Я бы хотел забрать его сейчас и дать ему некоторые уроки, что помогут защититься, как в мирной жизни так и при нападении. Ведь взрослые рядом могут быть к сожалению далеко не всегда. И не всегда могут защитить, оставшись живы сами. – И что вы хотите от меня? – после нескольких минут напряженного молчания интересуется женщина. – Разрешите ему уйти с нами. – простое в своей лаконичности предложение вызывает у Петунии глухой саркастический смешок. – Под предлогом? – решает все же уточнить она. – У вашего племянника хорошие успехи в школе, его заметили несколько фондов. – берет слово Хашвальт. – Возможно, что его отправили в летний тренировочный лагерь как поощрение. В свою очередь Гарри будет жить в хороших условиях с Нас… с Куросаки-саном в одном доме. С нами можно будет связаться по телефону. Мы находимся во вполне реальном и достижимом мире. – Большую часть времени. – практически не слышно прокомментировал Ичиго с самым доброжелательным выражением лица. Юграм даже с интонации не сбился, хотя бросил на своего Императора укоризненный взгляд. – Это решит и для вас и для нас сразу ряд проблем. – продолжает блондин. – Я слышал, что нахождение племянника в этом доме не всегда желанно для вас и удобно. А для нас было бы легче, чтобы для обучения и практики ему не приходилось преодолевать больше половины города только в одну сторону. Это никому не нужные затраты как времени так и ресурсов. Подобное банально неудобно и нерентабельно. – Что требуется от меня? – внимательно разглядывает двоих мужчин Петуния с каким-то странным выражением в глазах. – Подписать бумаги на участие Гарри в летнем лагере и подготовительных курсах с полным пансионом. Юридически вы все еще его опекун. – Разрешите увидеть бумаги? – женщина спокойно принимает папку с документами, изучает их достаточно внимательно, пару раз удивленно хмурится, видя вписанные номера страховок семьи и прочее. По сути ей действительно надо лишь поставить подпись, на верху страницы красуется вензель известной адвокатской конторы, подписи нотариуса тоже есть там, где необходимо. Эти люди позаботились обо всем. – Что ж, если это все требования ко мне. Я подпишу бумаги. – Гарри тихо, но отчетливо выдыхает. Петуния бросает на него немного удивленный взгляд. Как будто она могла его не отпустить куда-то, но видя выражение лица мальчика понимает, что он считал именно так. Глупый ребенок, женщина подавляет желание растрепать черные волосы. Кто она ему для подобных жестов? Сестра его матери, которая никогда особо не проявляла теплоты? Глупая ситуация, глупые мысли… – Что мы будем делать со временем, когда Гарри будет необходимо вернуться в школу? – Это мы решим ближе к сентябрю. – кивает Ичиго. – Возможно он вернется в ваш дом, а возможно останется у нас на пансионе с посещением школы. Как в то время всем нам будет удобнее. – А когда придет время отправляться в “ту” школу? – прищурилась женщина. – У нас еще как минимум полтора года. – хмыкает Ичиго. – Посмотрим, что за этот период времени удастся успеть. – Могу только пожелать удачи. – внезапно кивает женщина и протягивает руку, в которую Хашвальт понятливо вкладывает ручку. – К сожалению, я помочь в этом не смогу ничем - простые люди для них вообще ничто. – Мы примем это во внимание. – холодно улыбается Хашвальт, и в голубых глазах мелькает хорошо спрятанная, но от этого не менее опасная сталь. – Вы ведь не люди. – протягивая обратно подписанные документы хмыкает женщина без вопросительной интонации. – Изначально люди. – Куросаки чуть поджимает губы, он не желает рассказывать этой женщине хоть что-то. С одной стороны для ее же блага, с другой из-за банальной обиды на то как она раньше вела себя с Гарри. Хотя все больше ему казалось, что все тогда происходившее было какой-то гипертрофированной истерией. – Хороший ответ. – качает головой в ответ бывшая Эванс и чуть склоняет голову в поклоне. – Прошу позаботьтесь о моем племяннике и будьте к нему благосклонны. – Можете не сомневаться в этом, госпожа Петуния. – приятно удивленный Куросаки возвращает вежливость женщине и делает себе мысленную пометку все-таки оплатить расследование на улице Тисовой номер четыре городка Литтл Уиндинг. Сейчас Петуния выглядит как минимум более вменяемой чем тогда. Что-то же должно было на это повлиять. Из значимого было - его вмешательство и переезд. Конечно могли и оба фактора повлиять…       В конце концов, у него сейчас достаточно как просто не занятых, так и специализирующихся на поисках людей, оставшихся без цели. Вот будет чем озадачить часть аналитиков и разведки в реальном мире. Все-таки им тоже сидеть без дела как-то не следует, а то уже совсем расслабляться стали… Это его почему-то раздражало. Видимо внутреннее недовольство Старика так отражалось во внешнем мире. – Поскольку все основные вопросы мы решили. – Хашвальт споро распределил документы на две стопочки, оставляя Петунии заверенные копии. – Это для того, чтобы ни у кого не возникало лишних вопросов к вам, миссис Дурсль. – пояснил он. – Мы на сегодня откланяемся, а завтра приедем забрать нашего будущего ученика… – Лучше сегодня вечером. – Петуния постучала пальцем по столу пару раз о чем-то напряженно раздумывая. – Считайте это моей интуицией. Завтра днем мы с мужем и сыном уедем по горящей путевке отдыхать… – Да, думаю так будет лучше. – кивнул Ичиго. – Гарри, иди собирайся. – Да. – подскочил мальчик. – Спасибо, тетушка. – лучезарно улыбнулся Поттер и умчался в свою комнату. – Я провожу вас. – Мужчины в прихожей одеваются быстро и спокойно. – Берегите его. – практически не слышно выдыхает Петуния перед тем как закрыть дверь. – Можете не сомневаться. – доносится так же тихо в ответ, и мужчины уходят прочь, а она идет к телефону набрать номер мужа. Им и правда стоит уехать, она не знает, что случится, но лучше перестраховаться.

***

      Здесь тихо несмотря ни на что. Гарри прикрывает глаза и кутается в выданную белую форму. Когда он первый раз попал в Зильберн вместе с Хашвальтом, ему показалось, что он не может дышать и замерзает одновременно. Мгновенно промерзает до последней жилки, но крест на запястье полыхнул знакомым теплом и холод отшатнулся прочь, как напуганный.       Собственная сила в груди заворочалась разбуженным зверем, оскалилась на холод и тот отступил еще дальше, оставаясь морозным ощущением в воздухе, но уже не пытаясь остановить сердце. Гарри не видел тогда, как на мгновения побледнел и замер Юграм. Проклиная себя, что настоял отвести ребенка сам, без присутствия Наследника, совсем забыв, что у него нет и толики крови квинси, нет защиты против ярости Зильберна. И тем не менее мальчик справился, развернул плечи, приподнял подбородок, Грандмастеру показалось, что внутренне оскалился. Что ж, это далеко не самая плохая реакция, вполне достойная Воспитанника Императора.       Сегодня у него и его класса будет первый экзамен по духовной анатомии, а потом по стрельбе по мишеням. Гарри пришлось очень много наверстывать чтобы быть допущенным к нему, но он смог и не сказать, что это было легко, но честно говоря он думал, что будет хуже. Учителя здесь были внимательными и не отмахивались от вопросов, конечно они были строгими, но это как-то совершенно не напрягало. По крайней мере не его, первое время жившего с Дурслями, где лишний раз дышать надо было аккуратно. Давление и придирки он просто не замечал, в кои-то веки ему было интересно учиться, а когда интерес иссякал, он вспоминал, что это всё для того, чтобы стать сильнее и Ичиго за него не волновался. Силы появлялись как-то сами собой. Сложнее всего было с физической подготовкой, просто потому что он был банально слабее своих сверстников-квинси. Жизнь практически впроголодь не забывается и последствия не исчезают за полтора года более менее нормального питания. Местный медик после осмотра только глаза вытаращил на него да выписал горку лекарств и витаминов. Часть для принятия здесь, часть в реальном мире, и он явно был недоволен его состоянием. Даже спросил, к какой семье он принадлежит, а узнав, что он из “найденных”, как просил говорить всем дядя Юграм, настойчиво поинтересовался опекуном. Услышав в ответ - Юграм Хашвальт, чуть побледнел, но решительно кивнул и отправил восвояси.       И тем же вечером Грандмастер имел сомнительное удовольствие быть затянутым в медчасть Зильберна и подвергнуться внимательному медицинскому осмотру. Выслушать недовольства младшего Накк Ле Вара и стараться не вестись на его насмешливо проницательный взгляд. Совершенно такой же теперь, как у погибшего на руинах Вервельта Аскина.       Потеря Рыцарей до сих пор глухой болью отдавалась в душе. Ведь они все фактически выросли на его глазах. Часто Юграму казалось, что последний Аусвелен использованный Яхве, сжег что-то и внутри него самого, выжег дотла, до невесомого пепла и спекшихся в стекло ощущений и чувств. Реяцу Наследника и поведение его Воспитанника каждый раз рушили это ощущение, разносили в крошево стекло, перемалывали его в песок и смешав с пеплом оставляли лежать, медленно превращаясь в плодородную почву. Изморозь взявшая все внутри регента многие века назад исчезала. Да это было больно, но… Боль означает, что ты жив и есть шанс на выздоровление. Кейн понятливо скривил губы и протянул ему датен с информацией. – Советую Грандмастеру быть внимательнее к ребенку, которого вы взялись опекать. Дитя конечно сильное, но я бы советовал вам обратить внимание на состояние его здоровья. К сожалению далеко не всё могут выправить духовные силы, какого бы вектора и мощи они не были. – квинси был мягко говоря не доволен состоянием здоровья Поттера. – Мои рекомендации перечислены ниже. – медик опускает подбородок в уставном прощальном поклоне и отворачивается. – Благодарю, я… Мы будем следовать твоим рекомендациям, Кейн. – Регент уходит прочь, не видя брошенного в спину напряженного взгляда. – Брат… – Да, Король его знает, что там в этой белобрысой черепушке опять сдвинулось. – Аскин пожимает плечами и опирается подбородком на плечо своего близнеца. Пусть сейчас он скорее память и матрица личности, успевшая спастись, перепрыгнуть по тонкой связи близнецов. Пусть его никто кроме брата не осязает и не видит, это не страшно. У него все еще есть память, он все еще может помочь своей дорогой части выжить. Эту копию он создавал на самый крайний случай и был совершенно не уверен в том, что из этого выйдет. А теперь был несказанно рад, что побеспокоился, только его присутствие остановило близнеца от попытки шагнуть за грань вслед за ним. – Постарайся держаться к нему поближе, у тебя сейчас и повод в общем-то есть. Мало ли что у него там переклинит, когда его наконец-то отпустит. – В смысле? – удивляется младший Накк Ле Вар. – Мы с ним не были друзьями, скорее приятелями, но таким ледяным совершенством даже на моей памяти он был далеко не всегда. Это ты с ним мало общался, потому что его в медблок, как впрочем и практически всех Рыцарей, я не исключение, было не заманить. Поэтому при возвращении прошлых паттернов, да при учете потерь… – Как минимум нервный срыв. – устало потер переносицу Кейн Накк Ле Вар. – Хорошо, я присмотрю за ним. – Мы присмотрим, брат. Мы. Ведь теперь мы всегда будем вместе. Я ведь прав? – призрак старшего близнеца склоняет голову на бок и с силой сжимает чужие плечи. – Да, брат. Я помню, ты живешь, пока живу я. – слабо улыбается медик и прикрывает глаза. – Я… Буду жить. Мы будем. – во взгляде Накк Ле Вара мелькает сталь. Секунды неуверенности и слабости прошли. У него есть работа, которую необходимо выполнять, и просьба брата, к которой стоит прислушаться. Потерять сейчас Регента они не могут ни при каких условиях. Стабильность Империи только-только начала восстанавливаться. И такого потрясения она не выдержит, окончательно рассыпавшись ледяным крошевом и истаяв. Позволить исчезнуть такому количеству душ просто так он ни как медик, ни как квинси не мог себе позволить.       К удивлению Накк Ле Вара его рекомендации действительно выполнялись неукоснительно, причем обоими. Квинси начал подозревать, что имеется кто-то третий, кто за этим следит и у кого хватает власти устраивать Грандмастеру головомойки, но фантазия буксовала на самой попытке представить такого разумного. Потому что в восприятии возникал только смутный образ Императора. С которым самому Кейну встречаться не хотелось ни под каким предлогом.       Как медик и ученый он четче всех воспринимал сумасшествие их правителя и не потерялся в нем только благодаря тому, что его старший брат, его защитник, как и всегда, оттянул большинство негативных эффектов на себя. Становясь капризным, неуравновешенным, ревнивым и задиристым. Самое то для боевика Рыцаря. Именно поэтому семья так спокойно восприняла их разделение. Близнецы слишком редкое явление у чистокровных квинси. Практически всегда один получает все, а второй - ничего или крохи. В этом им повезло, пусть Шрифт ушел к старшему, младший не стал бездарным. Сила квинси у него была, пусть меньше, но он компенсировал это умом и хитростью в ее применении. Что поделать, если он не боевик, все это досталось брату, он щит и меч, а Кейн - тихая гавань в которой его буйный брат мог отдохнуть. Последний оплот здравомыслия теряющегося в силе близнеца.       И Кейн вгрызался в знания с остервенением приговоренного, рвался наверх, достигая признанных вершин среди врачей и врачевателей, прогибая под себя более старших и костных представителей профессии. И сейчас он с честью мог сказать, что не зря считается чуть ли не лучшим медиком Империи. Это было заслужено, но брата спасти так и не помогло… Зато давало призрачный шанс на то, что теперь все не рассыпется карточным домиком и они пусть с призраком, пусть с отпечатком силы, но это все равно его Аскин! Что они смогут увидеть обещанный когда-то Императором рассвет квинси.       Сегодня Кейн ненавязчиво оказался недалеко от “детских” полигонов и даже был приглашен посмотреть на экзамены младших сквайров. И понял, что поступил правильно, когда заметил в тени одного из навесов Грандмастера. Рядом с ним кто-то стоял, но сколько бы он не присматривался узнать квинси закутанного в плащ с капюшоном так и не смог. Впрочем, это было не важно, принятие экзамена по азам духовной анатомии гарантированно отвлекло его от праздного созерцания окружающих. В целом знания он признавал вполне удовлетворительными даже если списывать на то, что перед ним просто дети. Поттер был в первой тройке, идя с несколькими чистокровными квинси буквально впритирку. Кейн сделал для себя мысленную пометку. Похоже соперничество между собой этих детей дало стимул всему потоку подтянуть знания, чтобы не отставать и не выглядеть совсем бледно на их фоне.       Следующим тестом были стрельбы, честно говоря остался он на них скорее из вежливости. Что поделать собственные стрелы младшего Накк Ле Вара не отличались ни силой, ни пробивной мощью, хотя разили без промаха и уже давно. Просто один удар вместо пары сотен стрел, один, но выверено точный и смертельный. Этакая своя версия “Смертельной Дозы” его брата.       Впрочем дети справлялись весьма неплохо и живенько. Конечно им было интереснее показать себя в этом, чем в скучном заучивании текста. Вот отстрелялись чистокровные отличники прошлого экзамена, весьма достойно, надо сказать и на рубеж для стрельбы вышел Поттер. – Приготовиться. – спокойно звучит голос старшего наставника, но Кейн ловит в нем легкую тень недовольства. Присмотревшись он видит некоторые отличия в стойке мальчика от классической. Совершенно не критичные на взгляд медика, но видимо именно они чем-то возмущали учителей. Этого Накк Ле Вар не понимал, особенно если учитывать, что у более сильных квинси вообще менялся стиль боя и стоек в зависимости от Фольштендига и способностей…       Гарри чуть прикрывает глаза за стеклами подобранных специально для него квадратных очков. Почему-то на такой форме настоял дядя Исида. Потом выяснилось, что это дает лучший обзор при стрельбе и мальчик был сильно благодарен ему. А сейчас стоило показать все, на что он способен. Сила внутри довольно лизнула грудь и привычно растеклась к кончикам пальцев смешиваясь с окружающей легкой реяцу. Лук вытянул дугу и преданно застыл, еле заметно отблескивая золотом.       Сначала шли неподвижные мишени на разных дистанциях, что не составило для него проблемы. С подвижными было уже хуже. И парой попаданий он был искренне недоволен, хотя будь это пустой, он бы все равно сдох, уж такое свойство было у его смешанной силы. При контакте с пустым с желанием убить на выходе получался громкий бах, или дыра, если цель была ранить. Проникающая способность его стрел только усилилась при обучении.       Последняя цель исчезла, но сигнал к концу еще не прозвучал, когда по спине продрало жаждой крови. Рука с зажатой в ладони, практически материализованной от количества вложенных сил, стрелой рефлекторно метнулась чуть в сторону и вверх. В последний момент замирая. Острие стрелы касалось подбородка одного из наставников, что похоже попытался напугать его или застать врасплох. Хорошо хоть выжил, осознай ребенок на несколько секунд позже отсутствие угрозы и был бы труп. “Чему ты его учил, Ховайто?” - Ичиго нервно вздохнул. “Выживать, Король. Эти рефлексы спасут ему жизнь. Сам знаешь как иногда надо быстро реагировать на опасность из-за спины - не раздумывая и не размениваясь на сантименты. Залог быстрой реакции - жизнь” - пустой пожимает плечами во внутреннем мире. - “По-моему, ты его учил этому же, добровольно выступая в виде верткой и подвижной цели для стрел” “Зато смотри на результаты!” - Ичиго вздыхает. - “Ладно, я понял о чем ты”       Старик в разговор не вмешивался, но в кой-то веки кажется был на стороне пустого. Ичиго так и подмывало сходить в Готей и посмотреть, может Совет 46 опять всем составом передох, или может у капитанов проснулась внезапно совесть? У тех у кого она хотя бы в зачатках еще осталась.       Гарри медленно выдохнул и рассеял стрелу, прозвучал последний сигнал, и только тогда он рассеял Лук. – Что-то случилось, Наставник? – аккуратно поинтересовался мальчик. – Все в порядке. – мужчина улыбнулся уголком губ, прекрасно осознавая, как ему сейчас повезло, но он совершенно не злился на ребенка. Это была бы его оплошность и глупость. Эти дети уже больше воины, чем может казаться со стороны. – Я доволен твоей реакцией и способностями. – Спасибо! – искренне улыбаясь, выдыхает Поттер. – Иди к остальным. – Да!       Весь остаток экзамена проходит спокойно, если не считать нескольких эксцессов, при попытке напугать будущих зольдат. Правда столь ярко защитная реакция, как у Гарри оставалась фактически единственной. Все остальные больше пугались и замирали или уходили с испугу мгновенным шагом. Даже если до этого у них получалось с ним плохо.       Хашвальт на каждом таком ученике только тихо расстроенно вздыхал. – Да ладно тебе, Юграм. – с теплой усмешкой отзывается на очередной вздох Куросаки. – Это же еще дети в конце концов, они имеют право бояться. И они должны уметь бояться иначе то, что вырастет придется быстро хоронить. И виновником смерти не всегда будет враг, а чаще собственная глупость и зазнайство. – Регент только опускает голову чуть ниже, соглашаясь со словами Наследника. Сложно не согласиться с подобным, особенно вспоминая опыт прошедшей войны.       При объявлении оценок удивленно замерли многие. Поттера откровенно срезали по баллам. Кажется, такого решения наставников не поняли даже ученики, не говоря уже о других наблюдателях. – Простите, герр Эррих. – Гарри растерянно оглянулся на соучеников, которые тоже были в явном удивлении. Это придало ему сил. – А вы не могли бы сказать за что мне была снижена оценка? – Эсквайр Поттер. – мужчина еле заметно морщится. – Вы не придерживались необходимых правил при стрельбе, а также угрожали одному из своих наставников. – сам Наставник был явно не в восторге от того, что его приплели, но он был младше по рангу и мог только скривиться. – И некоторые ваши другие неточности в исполнении задания дали нам основания снизить вам баллы. Какие-то еще вопросы, Поттер? – Приношу свои извинения. – чуть склонил голову Гарри сжимая кулаки. Все прекрасно поняли, что это были исключительно придирки. – Больше вопросов нет. – глаза старшего наставника насмешливо сверкнули. – У меня есть. – Хашвальт выступил из-под навеса, как всегда спокойный и собранный. По застывшему за его спиной квинси остальные только мазнули взглядом, посчитав очередным адъютантом и перевели все внимание на Регента. – Во-первых я доволен увиденными успехами молодых эсквайров. – Спасибо, Грандмастер! – шеренга детей в едином порыве прикладывает руку к сердцу и кланяется. Многие фонтанируют неприкрытой радостью и обожанием. Это как-то сбивает накал недовольства Хашвальта, но тем хуже виновникам, потому что просто недовольство медленно трансформируется в холодную ярость. Ведь Наследник сегодня решился посетить Империю и, что он увидел? – Продолжайте в том же духе. Я уверен из вас вырастет достойное пополнение для рядов Штернриттеров Ванденрейха. – скупо улыбается блондин, а потом переводит взгляд мгновенно заледеневших глаз на наставников. Старшие квинси вздрагивают под этим взглядом. Выдержать неудовольствие второго по силе квинси в Империи сложно. Мужчины понимают, что они до сих пор на ногах только потому что здесь дети и духовное давление Регента не развернулось в полную мощь. – А теперь не подскажут ли мне уважаемые Наставники по поводу стоек… Кажется к этому возрасту у эсквайров уже должны проявляться индивидуальные особенности во владении Хайлиг Боген… – в руке Грандмастера сформировался и рассыпался прямой клинок из духовных частиц. Мужчины сглотнули. – Или меня начинает подводить память? – вкрадчиво уточнил блондин.       Кейн чувствует, как в его плечо вцепляются призрачные пальцы брата, если Регент сейчас хотя бы немного усилит давление, не факт, что он успеет откачать всех детей даже при учете удачного выхода в Фольштендиг. – Простите, Грандмастер. – Старший Наставник чуть склоняет голову. – Мы всего лишь стараемся привить будущим воинам нашей Империи подобающие навыки… – Значит и оценивать их стоит здраво и правдиво! – металлическим лязгом упавшей гильотины раздается в ответ. – Вижу мне придется заняться еще и оценкой компетентности Наставников… – Грандмастер! – Кейн выступает вперед отвлекая блондина, сбивая с мысли. – Вы не против, если оценкой преподавателей по духовным дисциплинам займусь я? – Аскин? – удивленно и очень тихо прозвучало от квинси за спиной Регента. – Благодарю, Кейн Накк Ле Вар, это было бы очень кстати, а вы… – Сквайры. – внезапно звучит уверенный спокойный голос, мужчина стоявший за спиной Грандмастера делает шаг вперед и одновременно с этим сбрасывает капюшон. Рыжие волосы рассыпаются по белой ткани яркими всполохами. – Свободны на сегодня. Ваши окончательные баллы получите завтра. Заверенные подписью Грандмастера. – двадцать детских мордашек радостно просияли, хоть и немного подозрительно. – Благодарим. – поклонился Гарри вынуждая своим поведением повторить и остальных. – Идите уже. – значительно добродушней замечает Хашвальт и прослеживает, как вереница детей покидает полигон. – А теперь вы. – давление реяцу обрушивается на квинси, уже не делая скидок на присутствие неподготовленных душ. – Что вы себе позволяете, герр Эррих? Мне теперь перепроверять все отчеты, что мне подает училище и каждого курсанта, что приходит отсюда в отряды? Вы считаете мне мало чем заняться или что от того, что вы кого-то выделите, а чьи-то результаты занизите, мне будет легче комбинировать отряды? Может быть, мне стоит вас отправлять в те семьи, что потеряли своих сыновей и мужей в стычках с шинигами и пустыми, потому что им банально не хватило сил или их вовремя не прикрыли? – Старший квинси уже чуть ли не рычит. – Герр Хашвальт! – учитель все еще пытается оправдаться. – Мы все знаем, что гемишты, они не способны… – Да что ты говоришь… – Цайхен на руке Регента откровенно искрит. Кейн напрягается, но упускает рыжего из виду, а тот небрежным движением стряхивает с плеч скрывающий реяцу плащ и всех присутствующих придавливает к полу вырвавшейся мощью. – Успокойся, Юграм. – голос рыжего успокаивающе мягкий. Ладонь чуть сжимает затянутое в белую форму плечо. – Уж кто-кто, а ты точно не в ответе за глупость этих людей. Хотя я, кажется, понимаю почему ты так расстроен. – слабая улыбка проскальзывает по губам парня. – И неужели ты думаешь, что он не осознает своего настоящего уровня, к тому же его непосредственный наставник его похвалил. Дома мы еще с ним поговорим. Я не думаю, что это принесет какие-нибудь неприятности. Хотя не могу не согласится, в Школе и Академии придется сделать ревизию кадров. Потому что терять талантливых воинов только из-за того, что у кого-то личная неприязнь к более успешным детям… – фразу он не закончил, но все как-то ощутили затягивающиеся на шеях петли удавок. – Как скажете, Ваше Вел… Высочество. – Хашвальт, определись уже. – с легкой насмешкой замечает Куросаки. – Величество или Высочество? – Для меня Величество. – пожимает плечами Грандмастер кажется совершенно не замечая огромного давления реяцу, что все еще прибивает остальных присутствующих квинси к земле. – К сожалению, пока вы официально не примете трон, я не могу вас так называть, Ваше Высочество. – Ой, ладно, называй как хочешь. – смиряется с происходящим Ичиго и прикрывает глаза. Что-то, кто-то, лишний здесь на этой площадке, он его чувствует, но не видит. Это заставляет напрягаться. Куросаки чуть сильнее увеличивает давление и наконец-то ощущает неправильность. Рыжий переводит взгляд потемневших глаз на Накк Ле Вара. – Представишь нас, Хашвальт? – Это Кейн Накк Ле Вар. Младший брат Аскина. – Близнецы значит. – кивает сам себе Куросаки, и медик сглатывает, осознавая, что он смотрит не на него, а за плечо, где замер брат. Собственная сила вскидывается от безотчетного страха, что брата опять у него заберут, на этот раз уже окончательно. – Успокойся! – чужая реяцу хлыстом проходится по нервам и телу гася почти разгоревшийся Фольштендиг. – Аскин, успокой брата, будь добр. Что он у тебя такой нервный-то? – Вы первый, кто смог меня увидеть, Ваше Величество, Куросаки Ичиго. – Старший из близнецов склоняет голову и присаживается к брату крепко обнимая за плечи. – Почему я не удивлен? – риторически вопрошает бывший шинигами. – Потерпите пару минут. – замечает рыжий прикрывая глаза и не понятно - то ли он просит об этом, то ли просто ставит перед фактом. А в следующее мгновение даже у привычного в общем-то Хашвальта в глазах начинают плавать черные круги. Давление реяцу еще какое-то время растет, а потом исчезает будто прорвав какую-то невидимую плотину и убывает прочь. А Юграм перестает чувствовать голод измерения, что всегда присутствовал на задворках его сознания. В голове неожиданно тихо. Грандмастер медленно поднимается с колен и бросается вперед - поддержать побледневшего юношу, но рядом с ним уже материализуется его клинок обнимая за плечи и не давая ему осесть на землю. – Яхве - старый параноик! - шипит пустой. – А ты, Король, - псих! – Хашвальт все-таки рискует подойти ближе и широко открытыми глазами наблюдает, как на плечах Наследника материализуется черный Императорский плащ. – Спасибо, Старик, – Ичиго кутается в него, доверчиво прижимаясь боком к своему пустому-занпакто. – Разрешите? – хрипло раздается со спины и Хашвальт рефлекторно делает шаг в сторону, уступая медику дорогу. – Ваше Величество? – Кейн замирает протягивая руку к чужим ключицам. Куросаки несколько мгновений сверлит его хмурым взглядом, а потом прикрывает глаза, разрешая диагностику. – Ваше Величество! – голос медика крепнет. – У вас очень низкий уровень реяцу сейчас… – Конечно! – фыркает Ичиго все-таки отлипая от Ховайто. – Шатен Берайх меня только что знатно так обожрало. Зато хоть стабилизировалось. – парень устало поводит плечами. – Юграм, доставка меня и Гарри домой сегодня на тебе. – Да, Ваше Величество! – Хашвальт склоняет голову. – Кстати, что-то его не видно не смотря на… – Ичиго! – мальчик влетает на полигон вместе со словами Грандмастера. Пару мгновений оглядывается, а потом в несколько шагов добирается до своего человека, крепко обнимая. – Что случилось? – Шатен Берайх был слишком голоден, а мой предшественник несколько параноик. Пришлось перекрывать его влияние. В общем получилось более затратно, чем я рассчитывал. – пожимает плечами рыжий. – Да неужели? – раздражённо фыркает пустой, складывая руки на груди. – Да. – Всё такое же безмятежное пожатие плечами. – Погрызи меня, если тебе станет легче. – Иди в задницу, Король! – уже спокойнее рыкает пустой и, махнув рукой, растворяется в пространстве, напоследок обещая. – В следующий раз, если подобное повторится, я просто уничтожу здесь всё, отравлю и сожру. – Хоть дай двадцать четыре часа на эвакуацию мирных жителей. – Серьезно просит Куросаки. – Двенадцать, а куда и как, пусть болит голова у Грандмастера. – Пустой окончательно рассеялся. – Это он сейчас серьезно? – уточняет Юграм. – Вполне. – Ичиго устало вздыхает. – Поэтому в следующий раз будем действовать аккуратно. Хотя я очень надеюсь, что следующего раза не потребуется. Иначе и правда дешевле просто это измерение стереть и аккуратно разместить народ в реальном мире. – Ваше Величество, простите, но это тоже крайности. Многие из нас уже все же больше духовные сущности приобретающие материальность в Генсее, а не наоборот, как было раньше. – Кейн трет переносицу. – Я могу вам предоставить соответствующие труды, если вас заинтересует эта тематика. – Заинтересует. – кивает Куросаки и трет лицо ладонями. Черный плащ струится до пола. – Хашвальт, Кейн, займитесь этими несчастными, – парень кивает на пребывающих без сознания квинси. – Или найдите тех, кто займется. Гарри проведет меня по территории, покажет здесь все. А потом мы будем вас ждать в беседке возле общежитий. Да, Юграм, я ее заметил, и, да, она мне понравилась. – блондин чуть опустил голову и отвел взгляд. Длинные пряди упали на лицо, частично скрывая еле заметный румянец. Грандмастер никак не мог понять, как Наследник понимает, что было сделано с мыслями именно о нем и для него. Поттер тихо фыркает, ему, как и Ичиго, нравится выводить их холодного Юграма на положительные эмоции. – Мы пошли, дядя Юграм! – ребенок споро уволакивает Ичиго прочь. – Молодой человек, – окликает медик мальчика. – Зайдите в столовую перекусить, это необходимо, как вам, так и Наследнику. – Да, герр Накк Ле Вар. – кивает зеленоглазый, окончательно утаскивая Ичиго прочь. Кейн переводит взгляд на Хашвальта. – Вы нам все расскажите, Грандмастер! – смутно видимая Юграму тень Аскина за плечом его близнеца активно кивает. – Хорошо, но сначала, давай разберемся с этим. – Грандмастер обводит рукой полигон и наконец-то добравшихся сюда зольдат. И не удивительно, что это случилось только тогда, когда Куросаки покинул это место. Шатен Берайх не желает исчезать или умирать, и теперь будет защищать своего кайзера так же, как и любой квинси. В принципе теперь к Куросаки можно было смело обращаться - “Ваше Величество”. Можно даже не проводить официальной церемонии. Это теперь однозначно просто пустая формальность. Сейчас любой квинси признает в нем Императора, стоит только ощутить его реяцу. Потому что именно она пронизывает все их измерение. Именно она сейчас рассыпается на рейши позволяя квинси скользить в хиренкьяку почти так же легко, как и раньше. И теперь она проникнет в каждого из них не позволяя нападать на их Кайзера. Хоть что-то хорошее в сегодняшнем дне.       Гарри внимательно следит за тем как Ичиго задумчиво ест местную еду прислушиваясь к себе. – Всё в порядке? – Да, не волнуйся, ты же знаешь, я быстро восстанавливаюсь. – Я не думал, что вы сегодня придете. – застенчиво улыбается Гарри сверкая зелеными глазами. – Спасибо, я очень рад, что у вас получилось. – Я подумал, что поддержка тебе не помешает, хотя она тебе и не понадобилась по факту, ты очень хорошо справился. – А Наставники? – робко интересуется мальчик. – Забудь. Мы с Хашвальтом побеспокоимся о том, чтобы подобного неправильного суждения более не происходило. – Куросаки на мгновение поджимает губы, но потом снова успокаивается. – А какие у нас дальше планы? – спешит сменить тему Гарри ощущая, что сейчас лучше не акцентировать внимание Ичиго на Империи квинси. – У нас же есть несколько дней на отдых. Я насколько помню у вас после экзаменов два или три дня даются? – Да, три дня. – Вот и прекрасно, три дня, а потом выходные и мы пойдем на Аллею как собирались. – Ура! – ребенок просто фонтанирует радостью и обнимает своего опекуна за шею. – Спасибо-спасибо-спасибо! – Да ладно тебе. – Ичиго зарывается лицом в чужие волосы и довольно вздыхает. – Пока еще рано благодарить. Вот разберемся со всем твоим наследством, тогда и будем решать, что да как. – Хорошо. А то помощники дяди Юграма так мало смогли найти по моим родителям… – Что поделать, ты же должен понимать, что каждый скрытый мир свято хранит свои тайны и открывает их только тем кто в него вхож. – Значит я войду и все узнаю. – Конечно, но не решай сгоряча, если трудно будет принять решение, посоветуйся со мной, Хашвальтом или Урахарой. Можно с Иноуэ или Урю, никто из нас не откажет тебе в совете или помощи. Пожалуйста помни об этом, мелкий. – Я помню, спасибо. – Гарри прижимается к чужому плечу.       А еще через полчаса Грандмастер и Рыцарь находят их придремавших, завернувшихся в черный плащ в небольшой беседке на отшибе ученического городка. Даже будить их не хотелось, но Кейн настоял, а потом еще и увязался с ними в реальный мир чтобы еще раз обследовать и быть уверенным, что с Наследником и его Воспитанником все в порядке. Хашвальт поддержал, а Ичиго и Гарри было просто лень сопротивляться, да и незачем это, Накк Ле Вар хороший медик. Лучший. Как потом объясняет Куросаки Грандмастер и он на их стороне. Впрочем как и остальные, правда вот в это Ичиго не верит. Слишком это фантастически звучит на его взгляд, но спорить с Хашвальтом он не собирается. Разве что оставляет блондина в доме вместе с собой. По крайней мере ему он доверяет себя и свою жизнь. А воспитанник у них похоже уже общий.

***

      Выходные приходят как-то неожиданно быстро. Вот они с Гарри только отсыпались и отъедались, включая противные настойки Накк Ле Вара, а сейчас мальчик носится вокруг заводным ураганчиком.       Добраться до паба практически в центре Лондона им удается спокойно и относительно быстро. Впрочем они никуда не спешат. Как-то вряд ли их кто-то там ждет.       “Дырявый котел” встречает их несколькими завсегдатаями методично пьющими за угловыми столиками, парой женщин явно перемывающих кому-то косточки, да еще парой молодых людей. В конце концов уже лето, многие разъехались по отпускам. В Лондоне стало попросторней. – Простите. – Гарри подходит к флегматично протирающему стаканы бармену. – Можно попросить у вас о некоторой помощи? – Смотря в чем, ребенок. – мужчина отставляет стакан в сторону с любопытством разглядывая мальчика перед собой. – Мне с родственниками на Аллею попасть надо, а я слишком маленький чтобы сам открыть проход… – Гарри разводит руками. – А что взрослые? – хмурится мужчина. – А среди нас маг только я. – смущенно фыркает Поттер, растрепав шевелюру. – Что решили за книгами к первому сентября пораньше наведаться? – значительно добродушнее фыркает мужчина и выходит из-за стойки. – Мама сказала, чтобы я в десять сюда пришел… – Гарри пожимает плечами, ему немного стыдно, что он приплетает сюда свою покойную матушку, но ему кажется, что она была бы не против. – А что же она сама не пришла с вами? – бармен выводит их в тупичок за зданием. – Мама сильно заболела и ее больше нет. – Поттер смотрит в землю, ощущая крепкую руку на плече. Ичиго чуть сжимает пальцы. – Всё хорошо, правда. – запрокидывает голову мальчик и встречается взглядом с понимающими карими глазами. Знающими, что не “все в порядке” и вряд ли когда будет. Что эта боль может только чуть утихнуть, но не исчезнуть вовсе. – Прими мои соболезнования, мальчик. – хмуро кивает мужчина доставая из рукава палочку и отсчитав нужный кирпич несколько раз стучит по нему. Стена тупика идет легкой волной, а потом начинает медленно расползаться в стороны открывая Арку входа. Квинси за спиной Ичиго переглядываются, видимо придя к каким-то своим выводам. Ичиго же только запоминает точку приложения сил и колебания, что создал прикосновением концентратора мужчина. Конечно вряд ли он сможет повторить их в точности, но стоит как-нибудь попробовать. Магия похожа на очень-очень-очень густую реяцу. Учитывая сколько у него ее сейчас можно было бы поэкспериментировать.       Гарри крепко вцепляется в руку Ичиго прежде чем сделать шаг на заветную магическую улочку.       Всё вокруг кажется странным и непривычным, Поттер оглядывается с любопытством, ищет что-то знакомое для себя и пока не находит. Ичиго провожает взглядом спешащих людей в мантиях и ловит на себе несколько насмешливо презрительных взглядов. Пустой внутри недовольно ворчит. “Ичиго” - голос старика спокойный и немного, самую малость, насмешливо-теплый. Как всегда придающий уверенности. Куросаки прикрывает глаза, глубоко вдыхая. С выдохом распахиваются карие озера в которых искрами мерцает сила. Все равно, что это не магия. Кто бы там знал, что именно дает этому подростку власть.       Идущий по Аллее Малфой уже собирался кинуть очередной недовольный взгляд на группу маглов с ребенком, облив хорошо замаскированным презрением, когда чуть не споткнулся. Двое мужчин достаточно экстравагантной для острова внешности в подобии какой-то военной формы стояли чуть ли не почетным караулом рядом с рыжим подростком и ребенком. Казалось будто они не уверены в том зачем здесь вообще находятся. Вот рыжеволосый прикрыл глаза, как будто прислушиваясь, улыбнулся краешком губ и что-то неуловимо изменилось.       В осанке, в повороте головы, в цепком взгляде пробежавшем по улице. Чувствовалось, что этот парень имеет право на очень многое, и двое мужчин за его спиной не смотрелись неуместно. Скорее Люциусу показалось, что сопровождающих как-то мало. Рыжеволосый наклонился что-то спрашивая у ребенка, тот задумчиво осмотрел улицу и уверенно указал на букинистический магазин. Что ж, Люциус про себя улыбнулся, почему бы и ему не зайти тоже туда? Драко давно канючил несколько новых книг. Да и Северусу можно было бы прикупить что-нибудь. Заодно приглядеть за столь колоритной компанией.       Аристократ с легким удивлением наблюдал за этими людьми. Рыжеволосый парень почти мгновенно самоустранился от разговоров в основном нянчась с ребенком, с интересом слушая, как он зачитывает те или иные названия книг, что-то тихо комментируя. Как Малфой понял разговорный английский у молодого человека был хороший, а вот с чтением возникали проблемы, у его спутников подобного не было. Высокий голубоглазый блондин выбрал несколько книг по праву, сборник законов и список чистокровных родов, пролистав его перед этим, над чем-то тихо пофыркивая. Второй мужчина со странной прической, - и как эта прядь поперек лица ему не мешает? - больше тяготел к медицинским трактатам и книгам по зельеварению. – Ичиго, смотри! – достаточно громко привлек внимание своего сопровождающего к чему-то ребенок. Это было не самым плохим вариантом для знакомства. Люциус подобрал несколько книг и спокойно пошел в сторону кассы, как раз мимо стеллажей рядом с которыми крутился мальчик и видимо его старший родственник. Хотя они были совершенно не похожи внешне, но мало ли? Замешкаться на пару мгновений, подгадать момент и врезаться в рыжеволосого парня. Аккуратно, скорее просто столкнуться, потому что у подростка оказывается феноменальная реакция. – Простите. – решает первым пойти на контакт Люциус. – Я был невнимателен. – И вы простите. Мне следует быть аккуратнее и осмотрительнее. – рыжеволосый парень еле заметно улыбается и что-то в его глазах намекает Малфою, что его маневры не остались незамеченными, но аристократ игнорирует это ощущение. Любопытство в нем сейчас сильнее. – Ичиго Куросаки, рад знакомству, пусть и такому. Это мой Воспитанник - Гарри. – Здравствуйте, сэр. – учтиво кивает мальчик находясь за спиной своего опекуна. – Приятно познакомится, меня зовут Люциус Малфой. – кивает аристократ. – Я вижу вы с молодым человеком пришли за литературой для начинающего мага? – В общем да. Может посоветуете что-нибудь? Вы явно разбираетесь в этом лучше меня. – с легким смешком кивает ему Куросаки. Длинный черный плащ отдаленно напоминающий мантию тяжело шевелится при движении его руки.       Люциус кивает, подмечая спокойную манеру общения, временами чрезмерно вежливую, временами фривольную, какое-то неизбывное спокойствие в движениях. И при этом однозначно пластичный шаг бойца. Парень перед ним должен быть очень неплохим дуэлянтом, хотя он так и не смог заметить при нем палочки. С другой стороны он сам своей не светит. Да и мало ли откуда этот молодой человек? Явно ведь не британец. Что внешность, что акцент, как бы намекают, его спутники и ребенок уже ближе.       Малфой сам не замечает, как устраивает двум внимательно слушающим молодым людям небольшую лекцию о том, что такое магия и кто такие маги. Слова льются как-то сами, да и рассказывать что-либо столь жадно и увлеченно слушающим отдельное удовольствие. Вместе они выбирают несколько книг по азам магии и ее истории, конечно историю Хогвартса, как школы в которой ребенку придется обучаться, пару ознакомительных пособий по основным направлениям обучения. В конце разговора мужчина советует им посетить Гринготтс для уточнения всех вопросов связанных с деньгами и наследованием. В ответ его сердечно благодарят за объяснения.       Люциус расплачивается за свои покупки и попрощавшись направляется прочь. Хотя на самом деле задерживается у витрины небольшого магазинчика чтобы проследить куда же направится странная компания. Спустя еще минут пять они выходят из лавки и направляются в сторону банка. А рыжий монотонно что-то высказывает блондину и это кажется настолько обыденным, что остальные двое только старательно прячут улыбки. Малфой прослеживает их взглядом до самых дверей банка, только потом отправляясь по своим делам. Конечно ему интересно кто эти люди, но узнать всё можно будет и позже. Сейчас у него еще есть дела.       Куросаки передергивает плечами, чужое внимание никогда ему не нравилось, но не сказать, что он не умел с ним справляться. Хашвальт и Накк Ле Вар синхронно придвинулись к ним со спины, перекрывая несколько траекторий возможной атаки. Квинси отчетливо напряглись глядя на стоящих у дверей низкорослых существ. Куросаки только вздохнул заходя в банк и начисто игнорируя стихи и прочие начертания при входе, ему было не интересно. Даже совершенно другая раса как-то не впечатляла. Уж после многообразия видов и внешности пустых… Гоблины как-то шли по шкале - мелочь, не пытается сожрать, разумна; прекрасно, можно работать. – Уважаемые маги что-то хотели? – проскрипели им от одной из конторок, когда видимо у гоблинов закончилось терпение. У Ичиго его было хоть отбавляй. Почему-то показная работа с гроссбухами и драгоценными камнями в общем зале вызывала лишь улыбку, у Хашвальта исключительно недоумение. – Однако вот что значит “пустить пыль в глаза”. – Аскин склонил голову на бок прижимаясь со спины к своему близнецу. – Прямо не знаю даже, то ли поаплодировать им, то ли наоборот. – В первую очередь, дорогой мой Аскин. – практически не разжимая губ посоветовал Ичиго. – Постараться не спалится и не быть запечатанным, а то и развеянным. – Вы бука, Ваше Величество! – капризно вздохнув старший близнец привычно скользнул внутрь тела младшего и там затихарился. И пусть Хашвальт дергался на такое фривольное обращение с их Кайзером, Аскин видел, что тот не против. Что это ему даже, пусть не откровенно нравится, но по крайней мере веселит. Старший Накк Ле Вар не против был побыть клоуном и капризулей, если это не даст их новому Императору сходить с ума. А Рыцарь еще прекрасно помнил насколько хрупка и тонка эта грань. Между разумом и жрущей тебя изнутри силой. – Простите. – Гарри подходит ближе к конторке. – А мы можем каким-то образом узнать о том к какому Роду я принадлежу и состояние моих счетов? – Фамилия? – проскрежетал гоблин. – Прямо здесь? – мальчик чуть склонил голову на бок, в явно подцепленном от Кейна жесте. – А как же конфиденциальность? Ваш банк нам советовали как лучший и заботливый к клиентам. – Хашвальт, ты плохо на него влияешь. – бурчит в полголоса Ичиго на японском. – Мне кажется, что напротив, Ваше Величество. – Грандмастер только чуть выше приподнимает подбородок под взглядом своего Императора. Сам, наверное, не до конца осознавая, что тоже уже давно выпал из уставного общения. – Прошу пройти со мной. – заметил еще один гоблин споро оказавшийся рядом. Ичиго только пожал плечами делая шаг за ним. Пока он не чувствовал угрозы и не считал нужным выказывать агрессию. Да и вообще, он первым никогда не нападал, спросите у любого его противника. Понятие превентивного удара это в общем-то не о нем.       В итоге они оказываются в довольно просторном кабинете отделанном в сдержанных темно-коричневых и ореховых тонах. Добротная мебель, хорошие писчие принадлежности, шкафы с бумагами, без лишней отделки и стекла. – Присаживайтесь. – кивает им из-за стола, даже на вид, пожилой гоблин. – Меня можете называть Мрачнояз. – уголок губ мужчины дергается обнажая клыки. – Что привело уважаемых магов в мой кабинет? – Уважаемый Мрачнояз. – почти зеркаля его выражение лица отвечает Куросаки устраиваясь в кресле, Хашвальт спокойно занимает место за его спиной, слева. Справа от севшего Гарри замирает Накк Ле Вар. – У нас возникли некоторые… Вопросы в магическом мире и нам посоветовали Гринготтс как возможность их разрешить. – гоблин нахмурился и подобрался, внутреннее чутье однозначно советовало быть с людьми напротив очень осторожным. Было ощущение, что он сидит около сытого и довольного всем дракона. Из диких, не прирученных и еще сохранивших сознание тех, что могли спалить за косой взгляд и дать бесценный совет, если ты им вдруг понравишься. – Мой воспитанник маг по рождению, но вот проблема, воспитывался он первое время у маглов и не знал какой он крови. Впрочем мы сейчас тоже не уверены. Вы можете нам помочь в этом? – Что ж, на самом деле это дело не хитрое. Ваш воспитанник знает фамилию хотя бы одного своего родителя-мага? – Поттер. – Что? – гоблин даже привстал со своего месте. – Меня зовут Гарри Поттер, сэр. – изумрудные глаза ребенка смотрят казалось в саму душу. – Как? Это же невозможно… – Почему же? – Ичиго подается чуть вперед и Мрачнояз сглатывает, ощущение добродушного дракона сменилось на заинтересованное чудовище. Гоблину даже показалось, что он заметил как глаза рыжеволосого подростка зазолотились. – Прошу, не поймите меня неправильно. – гоблин откашлялся. – Финансами Поттеров я не ведаю, если хотите могу вызвать их поверенного. – Куросаки кивает и Мрачнояз касается переговорного устройства в нескольких фразах обрисовывая ситуацию и вызывая поверенного Поттеров, и на всякий случай ритуалиста для уточнения возможно возникнувших недоразумений. – Понимаете ли, девять лет назад, когда случилась трагедия с четой Поттеров, банк был заинтересован в их Наследнике. Поттеры владели достаточно большим сегментом рынка, акциями некоторых предприятий, начиная от ткацких фабрик и нескольких фарфоровых заводов и заканчивая патентами на многие артефакты. Со смертью последнего взрослого представителя Рода большинство из этих деятельностей должно было быть приостановлено и законсервировано. Самые важные предприятия и патенты урезались в половину. Это было очень нежелательно, но мы готовы были пойти на подобное, потому что даже дальних родственников Поттеров не осталось, кроме годовалого ребенка, что потом должен стать Наследником. В итоге к нам пришел человек назвавшийся магическим опекуном Гарри Поттера и заверивший, что приостановление предприятий и патентов можно не делать. Мы все же соблюли некоторый компромисс оставив две третьих дохода по патентам и одну треть для всех предприятий… И людей не пришлось увольнять и деньги в принципе не теряются. – клыкасто фыркает гоблин не пытаясь себя обелить. – Все документы у этого мага были в порядке да и не было поводов ему не верить… А теперь вы говорите, что Наследник Рода жил у маглов. – Живет. – поправляет Куросаки и прикрывает глаза. – У вас есть возможность вызвать сюда медика с клятвой о том, что информация о здоровье моего Воспитанника не покинет стен Банка? Я бы был не против, чтобы и дальше этой комнаты она не ушла, но в это как-то с трудом верится. Вы ведь не простой гоблин, не так ли? Вы слишком много знаете… – Просто дело Поттеров было довольно громким. – Мрачнояз пожал плечами и вздохнул под откровенно недоверчивыми взглядами. – Возможно вы правы, но только возможно. – Хорошо, я так понимаю мы ждем всех заинтересованных лиц? – рыжий мужчина повел плечами откидываясь на спинку кресла полнее. – Да, если вас не затруднит.       Ждать приходится недолго: минут пять поверенного и ритуалиста, и еще около двадцати медика. Хотя поскольку он был не к спеху начали с насущного: выяснения и уточнения личности мальчика перед ними, а то мало ли что и кто прийти может. К удивлению гоблинов мужчины совершенно не протестовали против этого, скорее отнеслись как раз с пониманием.       В итоге на тонком заговоренном свитке медленно вырисовывалась вязь символов складываясь в витиеватое генеалогическое древо. Вот наконец рост закончился, а потом выпала и метрика. – Итак. – гоблин пробежался глазами по строчкам. – Гарри Джеймс Поттер. Мать Лилианна Поттер, в девичестве Эванс; отец Джеймс Карлус Поттер, урожденный Поттер. Статуса Наследника лишен волей последнего Лорда Поттер. Ребенок имеет право претендовать на титул. Прекрасно с этим разобрались. Дальше, крестный отец - Сириус Блэк, что очень странно. Связь закреплена обрядом. – гоблин удивленно смотрел на пергамент, как будто тот показал глупость. – Почему странно, господин Мрачнояз? – Гарри комкал кончиками пальцев штанины брюк в которых пришел, он нервничал и это не было странным. – Понимаете ли, молодой человек, исходя из этого документа, Сириус Блэк - ваш крестный, закрепленный соответствующим обрядом и обетами. Я не знаю как это происходит в мире маглов, но у магов, принявший обязанности крестного отца, да еще и по определенным канонам, а судя по свитку у Блэка был полный круг ритуалов, так вот, – гоблин откашлялся. – Крестный физически не может навредить своему крестнику. – И что? – Куросаки заинтересованно приподнимает бровь. – А Сириус Блэк сейчас сидит в Азкабане, за предательство четы Поттер и убийство скольки-то-там маглов. Простите уже не упомню сколько их ему вменяли. – фыркает гоблин и внезапно скалится, что видимо должно означать удовлетворенную улыбку. – Вот только он не мог предать, просто физически, ему бы клятвы не позволили, убив на месте. – Значит оболган и засужен. – задумчиво роняет Хашвальт и хмурится глядя на бледного ребенка, который только крепче сжал кулаки от таких новостей. В этом они с Куросаки были похожи, при чужих они ничем не покажут той истерики, что может скручивать их внутри. – С этим можно что-то сделать? – Да, можно провести дополнительное расследование, а потом подать апелляцию. – кивает уже непосредственно поверенный Рода Поттер. Этот гоблин явно несколько моложе Мрачнояза. – Правда это будет стоить определенных сумм со счетов Рода. – С этим разберемся чуть позже. – Ичиго сводит брови хмуро глядя на свиток в руках старшего гоблина. – Гм, да вы, пожалуй, правы. – Мрачнояз кивает. – По родственным связям здесь только двоюродные троюродные родичи… А это что? – гоблин несколько раз моргает глядя на искристую волну на мгновение пробежавшую по свитку. И от имени Гарри Поттера на генеалогическом древе протянулась тонкая линия куда-то в пустоту. Спустя мгновение там расцвела ажурная рамка, но не привычного гоблину растительного вида, а скорее кованый, четкий черно-синий узор. Задний фон рамки занимал пятиконечный крест странного вида, впереди же привычно выводилось имя - Куросаки Ичиго, а рядом в менее вычурной рамке, по сути просто на фоне цайхена - Юграм Хашвальт. – Э, Гифу - Куросаки Ичиго. Хогося - Юграм Хашвальт. Простите? – Это внезапно. – Ичиго удивленно вздохнул. – Гифу - можно понять или перевести, как приемный отец. Хогося это буквально - опекун. – повисает ошарашенная тишина. – Гарри ты не против, что получилось… Вот так? – Как я могу… Против? – зеленые глаза казалось светились изнутри от чувств. Самой яркой и мощной там была радость, а потом уже признательность и прочее. – Это же.. мечта… Я хотел. – Гарри явно глотает слезы. – Шшшш, – Ичиго протягивает руку и ребенок быстро перебирается к нему на колени, пряча лицо где-то в районе шеи. Гоблин ритуалист который смотрит на подобное проявление чувств с легким недовольством и где-то даже брезгливостью, получает такой ледяной взгляд в ответ, что почитает за лучшее чуть отойти назад и попытаться слиться с интерьером. – Все хорошо, Гарри, я не против. Я тоже рад… – Угу. – глухо доносится в ответ. – Ладно, что еще интересного вы нам скажете, уважаемый Мрачнояз? – с легкой теплой улыбкой интересуется Куросаки мягко перебирая волосы успокаивающегося ребенка. – Хорошего? – гоблин искренне опасается золотых искр в карей радужке. – Говорите. – в голосе звякает сталь. – В детстве были наложены ограничители, стандартные родительские и уже после их смерти более мощные, возможно для того чтобы компенсировать распад родительских, но в условиях жизни в обычном мире это почти полностью блокировало нормальную работу магического ядра из-за чего скорее всего было большое количество спонтанных магических выбросов… – Кейн при словах об ограничителях прищурился разглядывая ребенка. – Было что-то еще? – Сейчас ограничители и любые возможные внешние влияния сведены на нет. Ядро по крайней мере явно свободно от всего лишнего. В крови примеси каких-то зелий, но опять же старых, определить что это именно уже не представляется возможным. Большинство компонентов вымыто из крови, раз свиток их не определил. – медик квинси кивнул сам себе явно что-то уже прикидывая в уме. – С посторонним вмешательством вроде бы все. Правда на фоне этого я бы советовал сначала провести диагностику у целителя и только потом приступить к остальному. – Согласен. – Кивает Куросаки, мягко отстраняя Гарри от себя. – А ты? – Да, согласен, лучше знать, что со мной не так. – хмуро кивает мальчик. – Почему сразу “не так”? – удивляется Накк Ле Вар. – А бывает по другому? – Поттер как-то обреченно фыркает.       Пришедший целитель бросает взгляд на свиток, моргает несколько раз и без понуканий дает клятву о неразглашении информации. Хашвальт на всякий случай четко запоминает формулировки и делает себе заметку на память найти где-то книгу по клятвам и ритуалам. Потому что похоже эта вещь действует и на духовном уровне. Что-то внутри блондина смутно растекалось теплом от мысли о том, что магия посчитала его опекуном этого невозможного ребенка.       Целитель предлагает перейти в специализированный зал и гоблины поддерживают. Приходится спускаться на несколько уровней вниз, но гости не демонстрируют ни малейшего признака нервозности, хотя большинство людей достаточно узкие подземные ходы, как минимум напрягают.       В заклинательной зале Гарри просят встать на одну из врезанных в пол фигур, мужчина достает длинную палочку и начинает делать ей замысловатые жесты. Вскоре перед ним раскрывается подобие светящегося свитка. – Что ж, не вижу ничего катастрофического, недоедание, но его уже начали компенсировать определенным комплексом витаминов, я бы прописал еще несколько поддерживающих зелий. Сбалансированный режим питания, отдыха и не чрезмерные нагрузки через полгода, максимум год, должны убрать все следы подобного. – Кейн довольно улыбнулся. – Вижу следы старых побоев, несколько переломов, но всё хорошо срослось. У меня нет каких-либо особых рекомендаций… – Простите, – вмешивается Хашвальт цепко разглядывая целителя. – А вы не подскажите, что у него с глазами. Мы пытались решить проблему своими методами, но это оказалось практически невозможно… Мужчина посмотрел на Гарри внимательнее и кивнув произнес какое-то зубодробительное заклинание исполняя несколько сложных пассов палочкой. И отчетливо напрягся, когда на свитке высветился ответ. – Странно, близорукость вызванная недостатком питательных веществ, но все не настолько плачевно… Гарри, скажи мне, у тебя бывают головные боли? – мягко интересуется целитель. – Да, в детстве часто были, и потом почти всегда после выбросов… И шрам часто болел. Сейчас уже практически нет. – пожимает плечами мальчик. – Шрам? – прищуривается не хорошо целитель. – Постой несколько минут спокойно. Фините. – мужчина отменяет все ранее произнесенные заклинания и набрасывает движениями палочки поверх фигуры на полу что-то очень похожее на пентаграмму. – Как-то никогда не думал, что буду использовать это заклинание на ребенке, а не на мракоборцах. – фигура наполняется светом вспыхивая, призрачный фантом мальчишеского тела рядом светится приятно зеленоватым светом, кое-где рыжеватым, видимо где есть нестабильность во внутренних органах или энергетике. Вокруг головы фантома пылает красный. Целитель сжимает палочку крепче, всматривается в то, что выдает ему заклинание. – Это не темное проклятие, больше похоже на какого-то паразита… – Ой, – Гарри кривится и трет висок. – Больно. – Иллюзия его тела подергивается рыжим, а вокруг головы наливается тревожно алый цвет. – Плохо. – Целитель спешно накладывает заклинания. – Это явно какая-то тварь, но я простите не экзорцист чтобы с подобным справиться. Это вообще первый раз когда я такое вижу! – Гарри. – Куросаки тревожно делает шаг вперед. – Больно, – как-то растерянно выдыхает ребенок и поднимает взгляд на Ичиго. В левом глазу, ярко контрастируя с правым, появляется алый оттенок, почти кровавый, что смотрится жутковато. – И рука немеет, – по фантому красная полоска бежит вниз от левого виска по шее к груди, явно пытаясь добраться до ядра. – Сможете его удержать? – Куросаки обращается сразу к обоим целителям. – Да. – четко отвечает Кейн стряхивая перчатки с рук. – При необходимости разрешаю выход в Фольштендиг. – Принято, Ваше Величество. – квинси вежливо кивает и подходит ближе к целителю. – Хашвальт, мне понадобится твоя удача. – Юграм только кивает, цайхен на его запястье вспыхивает, медленно, но уверенно превращаясь в щит. Ичиго шагает почти вплотную к пентаграмме. – Гарри ты мне веришь? – Больше чем себе. – улыбается правым уголком губ мальчик, кажется левая сторона ему перестает подчиняться. – Поскольку это тварь, – глаза бывшего шинигами затапливает золото, по краю радужки окаймленное темным винным оттенком. – Я думаю с ней можно поступить как с пустым. – Гарри на мгновение хмурится, а потом кивает и задирает голову подставляя шрам и левый глаз под руку Ичиго. – Может быть больно. – мягко предупреждает Куросаки хмурясь. Между пальцами правой руки формируется маленькое серо, подозрительно смахивающее на стрелу квинси. – Я вам верю. – ребенок солнечно улыбается. – The Balance. – роняет в воздух Юграм вместе с сорвавшейся с пальцев его Императора реяцу. Зал заполняет крик ребенка перерастающий в злобный вой. Призрачные весы неуверенно качнулись и вновь пришли в равновесие.       Чужая реяцу проходит насквозь, пробегает по венам обжигая холодом и яростью, вечным голодом, колким жаром проходясь по телу, липким потом выступая на коже. Гарри слышит вой того существа, что пряталось в нем. Это было что-то чужеродное и злое, что надо было уничтожить, и его собственная магия привычно поднялась в груди, разлилась золотой волной по венам, формируя странное подобие Блюта. Подхватила чужую силу поддерживая и направляя, сливаясь с чужой яростью и голодом, натравливая реяцу приемного отца на то с чем не могла справится сама. Шрам резануло болью, по коже потекла теплая кровь, но в ушах больше не стоял чужой рев.       Реяцу билась и мерно пульсировала рядом, обнимая черно-золотой волной. Гарри сморгнул пот и кровь, голова была на удивление пустой и легкой, не болела, впрочем тело тоже. Просто слабость, как после целого дня упражнения с луком. – Ичиго? – мальчик сжал ткань одежды на груди рыжеволосого. – Как ты? – бывший шинигами явно следил за чем-то взглядом. – Хорошо. – ребенок перевел туда же взгляд и замер. В жестко очерченных пентаграммой и колкой холодной реяцу квинси границах бился черный дым, время от времени складываясь в уродливое лицо и кажется что-то вопя. – Это? – Ага, на привычного пустого не похоже… – Это не полноценная душа. – Кейн нахмурился заканчивая обходить барьер по кругу. – Скорее ее ошметки. Я бы советовал уничтожить это. И желательно без следа. – квинси весь передернулся. – Даже пустые у меня не вызывали такого гадливого чувство как это. Простите, Ваше Величество, но бррр. – Понимаю. – Куросаки скривился и поднялся на ноги, аккуратно передал Гарри медику. – Думаю после реяцу пустого от него не останется и следа… – Ваше Величество. – Хашвальт напрягся глядя на то, как Ичиго приблизился к пентаграмме. – Юграм. – взгляд обычно карих глаз обжег золотом. – Я не собираюсь делать глупостей, ни сегодня ни потом. – Когда в руке мужчины появился длинный белый клинок никто не понял, казалось он возник из ниоткуда. – Хотя не могу ручатся, что глупости не случатся сами собой. – и на кончике клинка набух черный отливающий красным шар. – Удержишь барьер, Грандмастер? – в уголках губ рыжеволосого молодого человека играла еле заметная улыбка. – Конечно, мой Кайзер. – Юграм шагнул ближе, сосредоточиваясь, стенки барьера стали толще и монолитней. Маленькое, но мощное серо сорвалось внутрь заполнив барьер черно багровым пламенем. Пару секунд оно полыхало озаряя мрачными багровыми отблесками стены заклинательной залы, а потом опало. И даже не тронуло рисунок выгравированный на полу, только жадно слизало линии пентаграммы в последней вспышке. – Вот и все. – белый Зангетсу тут же растворился в пространстве. Ховайто тихо хихикал от выражения лиц гоблинов и целителя. – Все таки, кто вы? – с чуть дергающимся глазом поинтересовался Мрачнояз глядя на парня перед собой. Простым человеком его назвать не то что язык, мысли уже не поворачивались. – Давайте узнаем? – пожимает плечами Куросаки забирая ребенка у Кейна и не думая спускать с рук. А Гарри пригревшись в знакомой ауре и кипучей реяцу уже задремал восстанавливая потраченные на сражения за свою душу силы. “Хорошо, что он начал учится, Король. Фактически он сам эту пакость вытолкнул, нам осталось только перегрызть привязку и уничтожить саму гадость” “И все-таки что это было?” - Ичиго идет вслед за гоблинами, сейчас он спокойнее более чем раньше потому что уверен, чтобы не случилось ни он, ни сопровождающие не останутся беззащитными. Да и тень откликнется ему в любом случае. В заклинательной зале он уже проверил это под шумок. “Кусок души, слепок, чем-то это похоже на вариант Аскина Накк Ле Вара…” - квинси-Зангетсу замолкает, а потом вздыхает. - “Хотя этот ребенок не стал делать глупостей и делить себя на сколько-то частей” - кажется тень Яхве даже скривился. - “Можно сказать, что Аскин здесь своей личностью. Для того чтобы вернуться к близнецу он пожертвовал своей силой, но оставил стержень - личность и память. Поэтому это действительно Аскин Накк Ле Вар, штернриттер “D”. Просто не имеющий возможностей и сил обрести “материальность”, а значит и привычную “жизнь”.” “Хорошо, хоть не обострение раздвоения личности или шизофрении” - пробурчал про себя Ичиго окончательно успокаиваясь на счет теперь точно своего личного медика. По глазам Кейна было понятно, что от него уже никуда не деться. Видимо у всех хороших врачей появляется во взгляде что-то такое общее, что дает понять: деваться некуда, тебя точно вылечат. – Гм, присаживайтесь. – устало вздыхает Мрачнояз. – Мы принесем вам еще одну клятву о том, что все что происходило не покинет стен банка ни при каких условиях. Как и вся информация связанная с Вашим воспитанником и Вами. – С чего такая перемена отношения? – Ичиго с любопытством посмотрел на гоблина. – Я еще не настолько стар чтобы оглохнуть на оба уха, и ослепнуть на оба глаза. – Мрачнояз позволяет себе довольную улыбку демонстрирующую столько “клыков дружелюбия”, что у кого-то с нервами по слабей и истерика могла бы приключиться. – У ваших спутников однозначно военная выправка и манера поведения. И они не считали должным контролировать свое к вам обращение. Я так понимаю, что вы явно не с нашего острова… Мне честно говоря все равно. Я просто прекрасно знаю, что подобными обращениями не разбрасываются, тем более с такой верой. – Гоблин смотрит на рыжеволосого юношу, который аккуратно прижимает к себе ребенка, на его сопровождающих. И если один из них явно не боец, то вот второй… Что-то подсказывало одному из старейшин, что блондин здесь камня на камне не оставит, если понадобится. И угрызения совести его не будут мучать вот ни разу. В холодных голубых глаза тепло появлялось только в двух случаях. Когда он смотрел на своего господина и на ребенка.       У судьбы, судя по всему, очень специфическое чувство юмора, иначе как объяснить, что из всех гоблинов кто бы мог принять на распознание мага-потеряшку оказался свободен именно он. Мрачнояз вздохнул и протянул Куросаки пустой заговоренный пергамент. – Вы же хотели выяснить кто вы? – пожимает плечами один из старейшин Кланов. – Да, пожалуй. – кончики пальцев касаются зачарованной бумаги, ему не нужна кровь. Капли реяцу впитываются в артефакт и по тому пробегает рябь. Как будто он перенастраивается. Вот выплывает ветвь Рода Масаки Куросаки, уходящая корнями куда-то во тьму веков, рядом четкое древо Клана Шиба. Вот тонкие линии уходящие от Масаки и Ишшина образующие еще три прямые линии, сам Ичиго и его сестры. У Ичиго золотисто синяя нить уводит к Гарри Поттеру. Рыжий кивает с любопытством разглядывая пометки рядом с родственниками. Все со стороны матери были мертвы. Рядом с шинигами стояло “мертв” или “условно мертв”. Это те кто был жив, но тем не менее был шинигами, как понял Ичиго. А потом он коснулся своей рамки которую обвивала странная черно-золотая нить. Как будто только этого и ожидая, нить распрямилась и увела куда-то в сторону. Золото в нее влилось со стороны Ишшина, а чернота со стороны матери. Куросаки подозревал, что увидит в конце ее, но все равно готов не был. Совершенно черная рамка с белым цайхеном внутри торжественно сообщала: отец по духу - Яхве Бах. Золотая нить ответвлялась и шла чуть дальше. Хотя правильнее сказать ветвилась, одна ее часть уходила вместе с тьмой к Баху, а вторая - тонка, что волос, вилась выше. За спину первому квинси, обе тонкие линии сходились образуя золотую узорную рамку где насмешливо значилось: дед по плоти и духу - Король Душ и некая неразборчивая затертая временем надпись, скорее всего бывшая когда-то именем собственным этого существа.       Пергамент в руках Ичиго дрогнул. Это не удивительно от таких-то новостей. – А кто они? – пришедший в себя Гарри неуверенно обводит черную и золотую рамку. – Это те кого я убил. – с беспомощным выдохом отвечает Куросаки. – Странно. – Поттер хмурится. – А почему “условно мертв”? – Ичиго дергается вчитываясь в пергамент и кажется еще больше не понимает происходящее. Юграм и Кейн заглядывают ему из-за плеча читая “родословную”. – Я не знаю Гарри, но мы выясним. – мрачная решимость в голосе отбивает все желание у гоблинов заглядывать в свиток нового клиента банка. – А пока давай все-таки займемся твоими делами, хорошо? – Я не боюсь. – Гарри ловит ладонями чужое лицо и смотрит внимательно своими зелеными глазами. – Я знаю ты бы не поднял клинок на невиновного. К тому же… – В глазах ребенка мерцают зеленые искры в глубине. – Я уверен, они не против того, что ты сделал и не злятся на тебя, ни один из них. – Будем надеятся, что ты прав. И я когда-нибудь смогу спросить зачем они все это затеяли. – Ичиго переводит взгляд на старшего гоблина который молча поднимает руки в жесте сдачи. – Я могу забрать свиток с собой? – Да, но он стоит денег, как и ритуалы. – разводит руками Мрачнояз. – Думаю мы договоримся. – фыркает Хашвальт и шагает вперед оставляя своего Кайзера приходить в себя. В конце концов Грандмастеру далеко не в первый раз воевать с бюрократией, а Кейн присмотрит за состоянием здоровья их Императора и его Воспитанника. Было бы еще неплохо стрясти с этих коротышек неустойки и возможно услуги… Юграм по-акульи улыбнулся поверенному Поттеров и Мрачноязу. – Я так понимаю вы можете открыть новый счет в вашем прекрасном банке и для Куросаки-сама. – Конечно это возможно. – зеркально улыбнулся старший гоблин чуя не только опасность, но и возможность очень хорошо заработать. – Вопрос в ресурсах и цене. Я так понимаю счета Рода Поттер вы тоже возьмете под контроль до совершеннолетия Наследника? – Да, пожалуй это будет оптимальный вариант. – кивает Грандмастер. – А теперь я думаю нам стоит обговорить детали?       Ичиго скрутил пергамент в трубочку и вздохнул глядя на одухотворенного Юграма. – Садись, Кейн, это надолго. – медик только улыбнулся, хотя Аскин откровенно расхохотался. – Я тогда посплю? – Гарри поудобнее устроился на руках своего приемного отца. – Да, отдыхай, я разбужу, когда Юграм наиграется. – Ваше Величество! – раздается от Хашвальта. – Да я не в претензии. Я только за. – Ичиго прикрывает глаза и сам не замечает как соскальзывает в легкую дрему. Грандмастер бросает на него обеспокоенный взгляд, но Кейн успокаивающе качает головой.       По уже убранному свитку пробегает еле видимая волна очередной “настройки” и от золотой рамки Короля душ уходит темно-красная, почти черная нить в сторону. В рамке так напоминающей золотистые кости проявляется: Двоюродный дед - Король Ада. А потом надпись блекнет и почти исчезает. Хорошо или плохо, что ее не заметили сразу… Покажет только время.