corazón ardiente/пламенное сердце

      Дима нервно заламывал пальцы, страшился хоть мизинец повредить, потому что ему девушка явно дала понять, что прибьёт к чертям собачьим. А если честно, то ему просто жаль её: она и так получила по самое не хочу в виде болезненных ожогов и других ранений, а тут его взволнованная неуклюжесть добавит огоньку.       После того как Ника обозлённо смерила его взглядом в больничном холле, Дима слегка впал в хандру. Не так представлял свою встречу с соулмейтом. Однако, в душе был невероятно рад этому. Наконец-то в свои двадцать семь нашёл её, живую, почти невредимую и громкую половинку.       Ника Стрельцова находилась на больничном из-за полученных травм в мае. Она не унывала, каждый день разрабатывала свою руку, боролась с этой болью со скрежетом в зубах. Дима забвенно слушал рассказы Вики по голосовому сообщению. Да, он быстро нашёл малыху, которая сказала свой никнейм в социальных сетях. Старшая сестра была настолько злой, что ушла из больницы, хромая, но крепко держа за плечо свой младшей.       — «На самом деле Вероника не такая уж злая колючка. Просто работа такая!.. И смерть родителей её изменила.»       — «Прости за такой вопрос, но когда это произошло?»              — «Мама и папа умерли в больнице. Папа и мама попали в авиакатастрофу четыре года назад. Нике тогда было девятнадцать, а мне — восемь.»       — «Мне жаль.»       — «Спасибо!..»       Вдруг он почувствовал боль в руке, точнее, в пальце. Видимо, порезалась? Пытается что-то приготовить? А может?       Как только он встретил её — начало тянуть к ней. Будто его крепко привязали к ней, заставляли смотреть только на неё, слушать голос только её. Что это за ерунда такая?       А Никита лишь на фоне ловит связь с космосом, ужасаясь такого резкого изменения в поведении друга. Тот будто крышу свою «потерял», тормоза словно спустились. С ума сходит потихоньку Димка, с ума сходит.       А ей хоть бы хны!       — Дим, ну позвони ты ей уже. Попроси её младшую сестру дать тебе номер, чего так волнуешься?       — Легко сказать, брат.       — Легко сказать, брат, — повторил Никита, распластавшись на удобном диване. — Вот возьми и сделай то, что тебе велят! — у парня уже появилось желание как втащить Димке за такую неуверенность в себе. Алло, это же Дима! Тот человек, который долго и упорно выстраивал кирпичную дорожку к своей цели; уверенно смотрел только вперёд, несмотря на неудачи.       — Да, да, хорошо. Позвоню, брат.       — «Совсем из ума вышел…» — Никита как-то уже начал подумывать о том, что благо он не нашёл своего соулмейта, хотя каждую ночь звучали чужие фразы. Её звонкий весёлый голос иногда не давал спать, спрашивая какие-то глупости, по типу: «А у зебры чёрно-белая полоска или бело-чёрная?»       Дима достал свой телефон, сел на край дивана, открыл директ. Он очень быстро нашёл Вику и сразу начал писать просьбу. Только тогда, когда он начал сообщение со слов «Привет, Викуля!» — все слова исчезли из головы. Будто новую Windows поставили.       — Дай я!       — Нет, я не ссыкло. Сам! — огрызнулся Масленников, а Сударь лишь хмыкнул на такое заявление. Ну хорошо, сам — так сам!

dima_maslen:

«Викуля, привет!»

13:01

wiolachar13: «Привет, Дима!» 13:01

dima_maslen:

«Ты не могла бы скинуть номер телефона твоей сестры? Я хотел бы с вами встретиться.)»

13:02

dima_maslen:

«Ну что?»

13:03

wiolachar13: «Сейчас скину его тебе. Адрес не нужен?» 13:05 wiolachar13: «Мало ли» 13:05

dima_maslen:

«Просто чудесно!»

13:07

      Получив адрес и номер телефона сестры, Дима широко улыбнулся, а после произнёс победное: «Е-е-е-ес!»       — Получил, что хотел, красавчик?       — Ага, и я прямо сейчас собираюсь выезжать.       — А ты хотя бы знаешь, дома ли она? Вдруг в поликлинике где-то? — вполне хороший вопрос, но Масленников знал ответ.       — Она без Вики толком никуда не уйдёт, учитывая то, что у малой шило в одном месте. К тому же, ей нужна помощь лишних рук, пока правая полностью не восстановиться. Поэтому я полностью уверен в том, что они дома. О, вот чему подтверждение моим словам, — протянув свой телефон Никите, довольно сказал Дима.       — Ника сейчас готовит оливье и холодник. Приезжай к нам, она не знает, — прочитал Сударь, снимая себя лёгкую ветровку, потому что было жарко. — Холодник… Свекольник… В чём разница?       — Хрен знает! Но я пошёл!       — Ты там… Это… Цветы не забудь или что-то в этом роде!       — Конечно!

***

      Стоя около подъезда, Дима всё время пересматривал цветы в руках. Это не была любимая сирень Ники, но ведь от пион ещё никто не умирал? Тоже красивые цветы, купленные по предложению Вики Стрельцовой. Малая ещё посоветовала прихватить самый горький шоколад, книжку авторства Агаты Кристи или Марка Твена, а также хорошее настроение.       — «А книги — подходят ли для первой встречи?» — поглядывая на небольшой аккуратный сиреневый пакетик, Дима услышал рядом с собой старческий голос.       — Чего встал, парень? Пропусти меня, пожалуйста! — старушка была с двумя пакетами в руках, они выглядели тяжёлыми для её положения. У мужчины внутри неприятно кольнуло, появилось желание помочь женщине. — Ты это к кому?       — К Веронике Стрельцовой, — выпалил он, а после изумлённо вылупился на представившую себя бабу Нюру. А если по-простому, то восьмидесятилетнюю женщину звали Анной Николаевной Еникеевой.       — Так вот из-за кого Никуля была такой злющей несколько дней назад. Даже рукой больной размахивалась. Ты смотри мне! Не обижай нашу Нику, а то полетишь в мусорный бак, как её Валерка, бывший парень! Тьфу, даже парнем называть противно! Бездарь без погонов!       — Понял, я могу Вам помочь с пакетами? — Валерка, ну и чёрт с ним. Хотя ладно, не чёрт с ним. Укол ревности был, но не оправдан.       — Конечно, я только рада этому! Держи, парень, — вручив ему два пакета в одну руку, старушка оживлённо двинулась к двери в подъезд. Открыв её, Анна Николаевна пригласила внутрь. Масленников от такого предложения, естественно, не отказался.       Они поднялись на пятый этаж старой хрущёвки. Димка получил наставления от женщины, что улыбалась чуть ли не во все тридцать два. Благо, что челюсть вставная была. А то что было бы, если там были остатки челюсти? Жутко.       — И запомни, Вероника у нас ранимая душа. Подбирай слова, прежде чем говорить. Ах, да, ещё! Она любит честных людей, очень проницательная детка! Смотри, не плошай! А то получишь ты от всего подъезда и Викули, понял?       — Понял-понял, спасибо, Анна Николаевна, — поблагодарил он, ставя пакеты на пол прихожей. В квартире пахло корицей и творогом. Бабушка проводила его до лестничного пролёта, перекрестила спину и отправила с Богом. Дима молча спустился на один этаж, нашёл нужную дверь.       Что ж так волнуешься, Дима? Подумаешь, двадцать первая квартира. Прямо как день твоего рождения в декабре девяноста четвёртого года.       — «Ну! Была — не была!» — и нажал на звоночек. Прозвучала трель птицы, это старая мелодия звонков. Послышался голос Вероники, просящий посмотреть кто там, а потом — топот ножек Вики. Та сразу открыла дверь и увидела высокого парня, и громко заверещала: «Привет!».       — Так быстро? Я так рада тебя видеть! — продолжила малыха, а Вероника спросила кто это своим звонким твёрдым голосом. — Это Дима Масленников! Я пригласила его к нам! — чуток соврала Стрельцова-младшая, из-за чего с дальней комнаты послышался возмущённый восклик.       — Ты что, даже спросить меня не подумала?! — появилась за поворотом длинного коридора, скорее всего она вышла из своей комнаты. Ванная и туалет находятся рядом, справа от прихожей, как и маленькая кухня. — Здравствуйте, — поздоровалась она, помахав здоровой рукой. Она всё так же хромала, выглядела больной и уставшей.       — Здравствуйте, а это Вам, — демонстрируя пионы, улыбнулся Масленников. Однако, он почувствовал лёгкую жару в квартире. Хотя был одет легко: белая майка, светлые джинсы и кроссовки в цвет верха. Ах, да, ещё кепка чёрная, чтобы голову не напекло. Однако, стоило взять белую, а не чёрную.       — Вай, какие красивые! О, а это то, что я говорила?       — Это? Да, это книги, а они?..       — Они для меня, спасибо! — и наглости у ребёнка не занимать, но Дима только с улыбкой вручил скромный подарок довольному подростку. — Что? Вероника, ты ведь мне Агату Кристи не хочешь покупать!       — Потому что в этой четверти ты получила тройку по физике, — аргументировала старшая сестра, одновременно вызвав недовольство у остальных. Что за жестокость? Масленников похлопал мелочь по плечу и сказал на ушко, что та может просить всё что хочет, но в рамках разумного. Дитя обрадовалось и побежало вдоль коридора, сворачивая налево, в свою комнату.       В этом доме пахло пионами, жареными блинчиками, холодными духами. Ни лавандой, ни чем-либо другим. Вкусно и легко.       — Чай будете?       — Конечно, я как раз принёс шоколад к чаю, — протягивая ей тяжёлую плитку, он смотрел на то, как Вероника присвистнула, глядя на такую махину. Да, когда Масленников сам такую увидел, то точно также отреагировал. Она ведь ещё такая тяжёлая! — Пойдём на кухню?       — Пойдём на кухню.       И спустя два часа неловкий разговор между ними двумя перерос в такой, будто они хорошие друзья, что ли? Им обоим было легко вести «светские беседы». Обобщали всякое, начиная от научно-технического прогресса, заканчивая её рукой. Конечно, Дима немного боялся задавать вопросы по поводу неё, но ему было всё же интересно!       — Ну, пока я этой рукой могу нарезать салат и помешать что-то в супе. Но двигать кистью пока больно, типа нерв защемила или что-то в этом роде. Когда как она себя поведёт: в один день вообще не двинется, а в другой работает, будто не получала никакой травмы.       — И как ты справляешься одной рукой?       — Если бы не мелкая, то загнулась скорее всего. Хотя, инвалиды могут без конечности жить себе спокойной и в чистоте. Главное — привыкнуть, — усмехнулась девушка, поправляя свои русые волосы, что были распущены. Длинные, тонкие и слегка растрёпанные. А на голове, чтобы не лезли в глаза, был чёрный обруч. Дима посмотрел на рассечённую правую бровь и понимал, что теперь будет шрам, но это никак не портит внешность соулмейта. Красило даже. Будто она воительница, что ли?       — Ты сегодня порезалась?       — С чего взял?       — Почувствовал боль в пальце, будто порезалась, — ответил он, улыбнувшись. Вероника, опустив свой взгляд в дно чайной гущи, еле заметно усмехнулась.       — Ударь себя.       — Чего? — спросила парень, не понимая, к чему та клонила. Но потом до него дошло для чего попросила и поэтому ударил свои пальцы об край небольшого столика. Девушка ойкнула и подула на свои пальцы, а после они слегка покраснели, словно это она ударила, а не Дима. — Ой, я переборщил?       — Зато я хотя бы уверена в том, что это ты, — неловко улыбнулась она, потирая пальцы правой руки. До Масленникова дошло.       — Блин, извини, забыл!       — Ничего, всё нормально. Оба молодцы, — расслабилась Вероника Андреевна, чьи серо-зелёные глаза смотрели на гостя. Эмоции блогера были столь яркими для него самого же. — Тебе, кстати, сколько лет? Выглядишь явно старше меня, без обид.       — Мне двадцать семь лет.       — А мне двадцать три, весной исполнилось. Тигр-баран, как тебе?       — Ты интересуешься в характеристиках и связи с космосом?       — Когда ты находишься на грани жизни и смерти, то уже и Бога можешь поверить! — смеясь, ответила девушка, незаметно пугая таким высказыванием парня. Но Дима понимал, что она веселиться от души. — Ты, значит, девяноста четвёртого года. Та-а-ак, это год... Собаки?       — Собака-стрелец, как тебе?       — Хорошее комбо! — улыбчиво смотрела она. Вдруг внутри груди разгорелся огонь, грея грудь и душу Димы.

***

      Прошло лето, началась осень. Дима с улыбкой встретил октябрьское утро, понимая, что его сегодня ждёт прогулка с Вероникой, которая стала ему ещё ближе. По окончанию той встречи, парень попросил дать ему шанс на то, чтобы построить отношения. Он преподнёс эту просьбу достаточно аккуратно и скорее как скрытно, но девушка отлично его поняла.       — «Конечно, можно пообщаться, погулять и повеселиться. Главное, чтобы занятыми не были, правда?» — она особо-то не понимала масштаб серьёзности в его расписании, как и он сам. Но умудрялся находить для неё время, как и она для него. Чаще всего они общались по телефону, по видеосвязи.       Дима показывал новые места, в ходе своих съёмок, а она — внутреннюю пожарную часть. Машины, костюмы, своих коллег и начальника, у которого шутки заставляли щёки покраснеть.       Первого октября двадцать первого года ожидало мероприятие: Вика участвовала в марафоне. Ей нужно пробежать на скорость, вырвав победу у остальных школ. Она позвала свою сестру и Диму поддержать её. Оба согласились, придумав то, как скрыть внешность Масленникова.       Конечно Дима старался ходить в маске и кепке, скрывая свою внешность от чужих глаз, ведь не хотел лишнего внимания к себе и близкой подруге. Та была категорически против насчёт того, чтобы сниматься в его история, блогах и прочее.       Никита лично был знаком с Никой, как и Даня. Парни легко восприняли новость о том, что Дима решил сойтись с ней, несмотря не на расставание с Полиной. Он уже давно отпустил её, понимая степень важности той просьбы Савекиной. Ей это было нужно.       И вот теперь он смотрел на то, как Ника энергично настраивала на нужный лад свою младшую сестру. Вика переживала, думала, что продует. Но куда может продуть это мелкое гиперактивное существо, что бегает очень быстро? Одни пятёрке в журнале, куча медалей в шкафчике и пару кубков говорят за себя. И чего детка не хочет уйти в спорт?       — «Я люблю чтиво! И люблю его писать! Пусть у меня не очень хорошо получается, но я стараюсь! Однажды я стану известной благодаря своим детективам!» — воодушевилась тогда мелочь, говоря Диме по видеосвязи. Порой они наедине болтали меж перерывами средней школы.       — «А почему не романам?»       — «Фу-у-у! Розовые сопл-и-и-и! Люблю комедию, ужастики и детективы! А, и приключения тоже!» — такие жанры разделяла её старшая сестра. Очень даже похожи друг на друга в этом плане. Да и внешне схожи, только, как по словам Ники, Вика пошла в мать, а сама — в отца. Родители работали на аэродроме: Андрей Львович был лётчиком пассажирского боинга, а Жанна Артуровна — бортпроводницей. И тогда на своём последнем рейсе родители Стрельцовых были на смене.       — Так что не вешай нос. Соберись и беги, поняла?       — Ради мамы и папы первое место урву! — зарядилась энергией Вика, подпрыгивая. Её светлые волосы были крепко завязаны в конский хвост. А глаза выражали азарт.       — Вот так держать, — тихо, но слышно похвалил Дима, а после присел на корточки. — Когда победишь — сходим за твоим любимым мороженым, только сестре не говори.       — Я всё слышу. Ей на следующей неделе к стоматологу идти.       — Не обламывай кайф, — возмутились Дима и Вика, на что Ника подняла свои руки, мол, сдаётся. Осталось только белый платок достать и начать махать.       Её рука уже более как лучше стала выглядеть. Да, так быстро зарасти она не может, но часть бинтов на ней отсутствовала, как и на ноге. Однако, хромота стала редким явлением для Стрельцовой-старшей. Только когда побегает, то уже начнёт потихоньку разваливаться. Дима до сих пор чувствовал её боль. Точнее, это уже общая боль на двоих. Он пострадает — она пострадает, она пострадает — он тоже.       Проклятие какое-то. Ведь теперь от этого они хрен избавятся.       — «Представлять роды страшно...» — подумал Дима, а после мысленно сделал себе пощёчину. Какие ещё, чёрт возьми, роды?       По итогу Вика, будучи хорошо заряженной мотивацией от старших, урвала первое место в самый последний момент. Тридцать первая школа громко вскрикнула: «Ура-а-а! Ура-а-а!». А ведущий просвистел и объявил победителя в микрофон: «Номер тридцать пробежала за три минуты большой маршрут. Остальные участницы тоже молодцы, поэтому с нас будут призы: сладости и скидки на посещение квестов.»       — Ай-да умничка! — радостно воскликнула Вероника, глядя на то, как мелкая Стерельцова довольно ковыляла до ведущего, держащего в руке золотую медаль. Точнее, её имитацию.       Фото сделано, медаль и грамота вручены, радости у всех в совокупности — многогранный объём.       Когда Дима подал обещанный им же стакан с фисташковым мороженым, то получил недовольный взгляд в спину, но довольно улыбался этому. Ничего, всё равно на следующей неделе нужно отвезти Вику к стоматологу. Он ведь ей обещал побыть рядом, когда будут проводить профилактический осмотр для назначения брекетов. Ведь Вероника в тот день будет проводить инструктаж студентам колледжа пожарников имени Максимчука. Ведь Веронику большу не подпустят к пожару, оставив на должности замначальника для занятия документацией и проведения практики студентов.