Безлично

      Кажется, она совершает ошибку.       Шумная придорожная закусочная наполнена ароматами свежесваренного кофе и сливочного масла. Непонятно почему, но, наблюдая за бесконечным потоком оживленно болтающих посетителей, несущих свои воскресные завтраки мимо их маленькой угловой кабинки, Скалли чувствует себя беззащитной.       – Сегодня такая прекрасная погода… Может, возьмем еду навынос? – предлагает она, придвигаясь поближе к окну, сквозь которое падают теплые солнечные лучи.       – Нам уже принесли кофе, – Малдер приподнимает чашку. – Расслабься, Скалли, сегодня же выходной. И вообще, как ты собираешься есть денверский омлет на ходу?       Какого черта он такой спокойный? Явно только что из-под душа, развалился перед ней в своем мягком темно-синем свитере, свежевыбритый и невероятно пахнущий. Да еще и бросает дополнительный пакетик сахара в кофе! Она уже собирается отчитать его, напомнив о риске диабета, но, сделав глоток из собственной чашки, чуть не выплевывает горькое варево.       – Господи, Малдер!.. Почему тебе тут так нравится?! Этот кофе запросто разъест краску на моей машине!       Он дразняще улыбается в ответ.       – В этом его изюминка, Скалли. Кроме того, здешние картофельные оладьи просто восхитительны.              Она всю субботу репетировала разговор, готовясь к встрече, но сейчас ее храбрость практически испарилась. Скалли упорно старается не обращать внимания на то, каким красивым выглядит Малдер под поцелуями ласкового утреннего солнца, как ярко блестят его ореховые глаза. Словно услышав ее мысли, он приподнимает бровь, и все очарование мигом рассеивается.       – Так в чем дело, Скалли? У меня проблемы?       – Учитывая прошлое, очень может быть, – язвительно замечает она, делая еще один осторожный глоток, и, не выдержав, тянется за сахаром.       – М-х-м-м, – неопределенно соглашается он. – Тогда хорошо, что ты со мной.       – Ага… с тобой… – бормочет под нос Скалли, насыпая сахар и нервно комкая пакетик.       – Разве нет?       – Ну, я здесь, это уже что-то.       – Да, ты права.       Взгляд Малдера такой нежный, что ей приходится отвести глаза. Скалли делает глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.       – Малдер, в пятницу был последний раз.       Его лицо тут же становится бесстрастным.       – Ладно.       – Ладно, – эхом отзывается она, уставившись в чашку.       Казалось бы, ей должно полегчать, но пока на душе все так же паршиво.       Подошедшая официантка суетливо расставляет тарелки на покрытую пятнами пластиковую столешницу, не обращая внимания на звенящее в воздухе напряжение.       – Денверский омлет и фрукты для леди, и наш фирменный «хоум-ран» для тебя, дорогуша, – щебечет она, игриво подмигивая Малдеру. – Держу пари, в свое время ты сорвал целую кучу.       Скалли, чувствуя, что у нее пылают уши, ковыряется в тарелке до тех пор, пока официантка не уходит.       – «В свое время»?.. Она намекнула, что я уже староват? – оскорбленно вопрошает он, запихивая в рот сразу пол-яйца.       – Эта женщина как минимум на десять лет старше тебя, Малдер. Очень сомневаюсь, что ты для нее староват, – ворчливо отвечает Скалли, с силой насаживая на вилку кусочек дыни. – Полагаю, тебе сделали комплимент.       Неторопливо жуя, он внимательно изучает ее лицо.       – Хм.       – Что?       Проглотив еду, Малдер отхлебывает кофе.       – Скалли, ты… ты ревнуешь?       «Черт».       Как ему удается с такой легкостью читать ее?! Она же все утро потратила на возведение кирпичных стен вокруг себя!       – Нет, Малдер, я не ревную. Ешь свой завтрак.       Он послушно хрустит тостом.       – Платим пополам, или у нас свидание? – Скалли открывает было рот, но он еще не закончил. – Если ты угощаешь, я закажу апельсиновый сок. Тут подают свежевыжатый.       Возможно, она как-то неправильно понимает ситуацию. Встреча затевалась, чтобы обсудить расторжение их сделки, но после того, как она выпалила заготовленную фразу, Малдер остался абсолютно спокоен, а сейчас продолжает шутить и вести себя так, будто ничего не произошло.       «А разве ты не этого хотела, Дана? Притвориться, что соглашения никогда не существовало?»       Малдер продолжает бубнить с набитым ртом, но она пропускает его болтовню мимо ушей. Поникшая Скалли едва притронулась к своему омлету, а сейчас в задумчивости гоняет виноградину по тарелке.       Интересно, когда она успела так размякнуть? Раньше у нее отлично получалось отделять мысли от чувств, раскладывать их по полочкам. Это Малдер должен быть сентиментальным, но никак не она! Скалли не может избавиться от ощущения, что ей крепко надрали задницу.       – Скалли?       «Черт!»       – А?       – Пару секунд назад я мечтал о деревянной ноге, а ты даже не предложила провести мне ампутацию. У тебя все хорошо?       Она издает тяжелый вздох.       – Я в порядке, Малдер. Просто немного устала.       – Может… есть еще что-то, что ты хотела…       – Нет-нет! – торопливо отрицает Скалли. Ее кофе успел остыть, а сахар на дне чашки превратился в коричневую жижу. – Ерунда, все нормально.       Пожав плечами, невозмутимый Малдер возвращается к уничтожению своего завтрака.              Когда официантка приносит счет, Скалли молниеносно хватает его, не дожидаясь, пока Малдер достанет деньги.       – Я заплачу, – говорит она, пристально глядя в его потемневшие глаза.       «Пожалуйста, пойми то, что я хочу сказать, – мысленно умоляет Скалли. – Не заставляй меня "объяснять поподробней". Не сейчас».       – Хорошо… – мягко произносит он, убирая бумажник обратно в карман. – Спасибо.       – Не за что, – с облегчением отвечает она.              Малдер провожает ее до машины, а Скалли тем временем мрачно размышляет, какое из череды неправильных решений привело к тому, что он гарантированно не поцелует ее на прощание. Они в неловком молчании стоят на тротуаре. Скалли судорожно стискивает пластиковый контейнер с остатками еды – ее сегодняшний ужин перед телевизором.       – Итак, – с добродушным смешком интересуется Малдер, – я попаду в ад из-за того, что ты пропустила сегодня мессу?       – Полагаю, мы оба согласимся, что это наименьшее из твоих прегрешений, – успокаивает она напарника, а затем осторожно сжимает его предплечье свободной рукой. – Увидимся завтра, Малдер.       – Увидимся, Скалли. Спасибо за завтрак.       Она рассеяно кивает, кладя контейнер на крышу автомобиля и возясь с ключами. Отойдя на пару шагов, Малдер внезапно поворачивается к ней.       – Эй, Скалли?       – Да?       Он задумчиво трет подбородок.       – Э-э… если ты вдруг захочешь заключить другой договор… У меня есть на примете один парень…       Ее желудок словно делает сальто. Нервно кашлянув, она пытается взять себя в руки.       – Я довольно ясно дала понять Фрохики, что он меня не интересует.       Малдер глубокомысленно кивает.       – Ради этого коротышки стоило спросить. Увидимся завтра.       Улыбнувшись уголками рта, он отворачивается и уходит прочь.              Скалли настолько взволнована, что вспоминает об оставленной на крыше еде только проехав полтора квартала.