Моё Солнышко

Оцепенение прошло быстро и спустя буквально секунду мой крик поднял на уши половину дома, прежде чем паника липкими лапами сжала мою шею, вмиг заткнув меня, принудив судорожно глотать воздух, вперемешку срываясь на рыдание или нервный смех. Понадобилось целых пять секунд, прежде чем в комнату, зевая, вошла сонная Люси: — Что произошло- Увидев мою комнату и меня, судорожно трясущуюся, она, надо отдать должное, среагировала практически молниеносно. Мгновение спустя я сидела на диване, в гостиной, пила успокоительное, в то время, как Люси меня успокаивала, пытаясь узнать, что произошло, однако я не могла и двух слов связать и только качала головой. Люси поняла, что я ещё не отошла и перестала спрашивать. Через минут десять, мы услышали громкий стук в двери, почти требовательный. Люси открыла дверь, пуская в квартиру сонного и взлохмаченного Дона, который хмуро посмотрел на нас, явно готовясь разразиться гневной цитатой. Дон Уильямс наш арендодатель — довольно рослый и широкоплечий мужчина, брюнет с карими глазами. Единственное что в данный момент отличало его от его… обычного вида — это белая футболка и шорты, а не привычные клетчатая рубашка на черной футболке и часы на руке. Также у него был довольно сонный вид, вместо обычного строгого взгляда. Однако голос был как всегда… резок: — Я могу поинтересоваться, по какому, ебать вас в рот, поводу, вы подняли такой шум и разбудили меня в три часа ночи? — спросил он холодным тоном, сквозь который однако пробивались нотки беспокойства, особенно когда он увидел, в каком я состоянии, — Все хорошо? — тон потеплел. Способность говорить снова вернулась и я попыталась что-то сказать, однако плач вновь заткнул меня: — Та… Там… — Что? — спросил Дон. Я покачала головой, разрыдавшись. Дон взял меня за плечи и посмотрел мне в глаза: — Что произошло, Санни? Я, всё ещё дрожа, указала в сторону комнаты. Дон взял меня за руку, и повёл в комнату. От открывшегося вида, мне стало страшно — это был настоящий животный страх. На ковре возле моей кровати были следы чьей-то обуви, в то время, как окно было широко распахнуто. Замок был грубо сломан — очевидно его взломали, снаружи. Люси отодвинула меня и заглянув, выругалась. — Какого чёрта здесь произошло?! — Кто-то взломал окно и видимо наблюдал за спящей Санни. — мрачно заметил Дон. — Кто это был? — спросила Люси. — Я не знаю… — с невыносимым трудом проговорила я. — Он… убежал…как только…я… — Проснулась? — подсказала Люси. Я кивнула. — Он… Гладил… Меня…во…– я всхлипнула. — Чёртов извращенец. — вздрогнула она. — Ты не видела его, не видела, кто это был? — Неважно, кто это был. — ответил Дон. — Важно одно — оставаться тут вам опасно. Переночуете у меня, а завтра я попрошу мастера поменять замки. Если ночной гость вздумает вернуться, я скажу ему пару ласковых. С Доном шутки явно плохи — не нужно быть гением, чтобы это знать. Об этом могут рассказать те, кого он выгнал из квартир за неуплату или нарушения правил, несмотря на многочисленные предупреждения. Дон закрыл окно, Люси забрала все личные вещи. После чего, мою комнату заперли снаружи, то же было сделано с комнатой Люси, на случай, если таинственный некто решит испытать удачу там. Я пошла за Доном, в квартиру «001». Комната была немного захламлена — везде стояли коробки, а на столе лежала куча бумаг. На стенах висели фотографии Дона, со стройной женщиной — видимо женой — и молодого парня — его сына. Дон был разведён. — Вот, ложитесь на диване, — бросил он нам, идя в сторону кровати. — Спасибо, мистер Уильямс. — промялила я в силу своих возможностей. — Спасибо, Дон, ты просто спаситель. — подхватила Люси. — Да, да, знаю. — ответил Дон уставшим голосом и поплёлся в свою комнату. Мы с Люси примостились на диване и быстро уснули. К моему удивлению, в эту ночь мне ничего не снилось. Оно и к лучшему. Утром нас разбудил Дон, позвав завтракать. Люси была уже на ногах и звонила на мою работу, говоря что я не смогу прийти по причине сосудистого спазма. Также я узнала, что Дон на удивление неплохо готовил — нам с Люси было приятно видеть стопку вкусных оладий на тарелках: — Не стоило, Дон- — начала я, однако он махнул рукой. — Считай, лекарство от вчерашнего стресса. Мы сели за стол и принялись завтракать. Дон продолжал: — Насчёт замков… Их поменяют только послезавтра. Окна у мастеров не каждый день. — О нет… И что же делать? — Ясно только одно — я туда ни ногой, пока не будут новые замки! — воскликнула Люси. — А то вдруг я следующая галочка в списке этого больного урода? Дон хмыкнул: — Не ожидал, что ты будешь недовольна… Люси мигом помрачнела. — Да, я сплю с разными парнями, не буду этого скрывать. Однако это мои друзья с учёбы, которых я хорошо знаю. А не совершенно незнакомые мужчины. — Сомневаюсь, что если они все соберутся вместе, ты сможешь их различить. — пустил колкость Дон. Ему очень не нравилось то, что Люси звала к себе парней — они были уж больно шумными с моей подругой. К сожалению, я это знала лучше, чем мне хотелось бы — её комната граничит с моей и я прекрасно слышу все звуки и разговорчики. Люси в долгу не осталась, в её глазах заплясали озорные искры. — Ну, Дон, я уверена, что будь среди них ты, я бы тебя узнала. — пропела она елейным и соблазнительным голоском. — Может, попробуем, авось понравится? Дон, совершенно не изменившись в лице, твердо сказал: — Нет. Люси пожала плечами и принялась дальше есть свою порцию оладий. — Думаю, переночую у своего друга.– проговорила она. — А как же я? — воскликнула я напуганно. Перспектива остаться самой, в квартире, с шансом того, что маньяк вернётся, причем не только, чтобы потрогать руками… Нет, нет, нет, об этом даже думать не хочется! — Может, переночуешь у ТК? — предложила Люси. — Я уверена, он не будет против. — ТК? — я задумалась… Было время, он предлагал мне совместное проживание, однако согласится ли он сейчас? — Ну не знаю, вдруг он не захочет меня приютить? — Не спросишь, не узнаешь. — ответила Люси. — Позвони ему! — Дохлый номер, он выключает телефон на работе, чтобы не отвлекаться. — ответила я, набирая номер ТК. Вызов предсказуемо оборвался короткими гудками. — Придётся идти в забегаловку и спрашивать прямо в лицо, как идиотка. Хоть у меня, по идее, всё ещё спазм… — Я уверена, он тебе не откажет. — улыбнулась Люси. — Вы же, как никак, друзья! — Да, друзья… — протянула я, отлично понимая, что на месте ТК, я бы отказала самой себе в проживании. Невротик, с постоянными кошмарами, за которой охотится маньяк. Звучит так себе. Доехав до центра города, я вышла из автобуса и направилась в сторону забегаловки. Погода была хорошей, однако на фоне недавних событий весь день казался мне мрачным и ужасным. Проходя мимо зоомагазина, я на секунду посмотрела на витрину, за которой находились котята. Раньше я бы улыбнулась этому зрелищу, однако сейчас не было ни желания, ни сил. Я вздохнула и пошла дальше. — Санни! Я остановилась. Показалось? — Санни! Повернувшись я увидела удивлённого, но радостного Питера с пакетом в руках. Он стоял на выходе зоомагазина, но когда я обернулась, подбежал ко мне. — Привет, солнышко! — Питер? Ты что тут делаешь? — моя паранойя начала давать о себе знать. — Ты что, следишь за мной? На мою враждебную реакцию, Питер даже не отреагировал. — Нет, я был в зоомагазине, покупал для Крысы корм. Я смутилась. Чёрт, я опять обидела его без причины. — Прости пожалуйста. Я случайно, не хотела, в последнее время- Неважно…– промялила я. — Ничего. — ответил мне Питер, — Совпадение и впрямь чудное, не могу тебя винить. Однако, ты выглядишь очень нервно… Все хорошо? — Да, да! — я попыталась улыбнуться. — Все просто чудесно! — Ясно… А если честно? — Я ответила честно. — А если ещё честнее? Блин, раскусил меня… Стоит ему рассказать? Но я не хочу обременять его своими проблемами! С другой стороны, он мой парень — это бред, доверять своему другу больше, чем парню… Немного подумав, я все же решилась: — Ну, если честно, кое-что произошло…– начала я. — Что? — Питер посмотрел на меня мягко, но настойчиво, взял меня за руку. — Просто я… — в голове подобно вспышкам молнии возникли образы тёмной фигуры на окне. Я вспомнила голос… Вспомнила свою якобы паранойю… Пропавшие вещи, которые неожиданно появлялись в других местах… Глаза из шкафа… Был ли это тот психопат? Как давно он подглядывает за мной? Может, он это делает на протяжении нескольких недель, а то и месяцев? Может его визиты не ограничивались слежкой за тем как я сплю? Мог ли он позволять себе выходить за рамки дозволенного? Страх и ужас подкатили к горлу противным комком, глаза предательски начало жечь, все стало размытым от слез. Не выдержав, я обняла Питера и уткнулась лицом в его грудь, рыдая. Питер положил руку мне на спину. — Санни, милая, ну что такое? Я не смогла ответить. Я только всхлипывала, крепко его обнимая, не желая отпускать. В данный момент он был для меня единственным источником безопасности. Питер принялся гладить меня по спине, шепча разные успокаивающие фразы. Спустя пару минут, мне на душе стало спокойнее и я наконец смогла еле слышно сказать: — Кто-то… взломал моё окно и наблюдал за мной пока я сплю… Видно не в первый раз… Кажется я впервые почувствовала, как Питер испугался. Он всегда был уверенным и невозмутимым, редко допуская даже тень смущения, однако сейчас он застыл как вкопанный. — Как ужасно! Ты видела кто это был? Лицо или одежду? — спросил он. — Нет… — я покачала головой. — Кто бы это ни был, он наверняка промышляет таким не первый раз. Теперь он, видимо, понял, что я скоро проснусь и молниеносно вылетел в окно… Правда оставил грязь на ковре и явные следы повреждения на замке. Больной психопат! — я всхлипнула. — Ну, Санни, солнышко, успокойся… — Я не могу — представь, он лез в мою комнату, а я одна, беззащитная! Он мог сделать со мной все что захочет и я даже не то что отбиться, даже и звука не смогу издать! — меня душили слёзы. — Тише, тише, милая… Питер принялся вытирать слезы с моих щёк. Его прикосновения всегда были очень приятными и нежными. Ощутив их, я быстро взяла себя в руки и перестала плакать. Увидев это, Питер ласково прошептал: — Хорошо, успокойся, вот так, ты большая умница… Я легонько улыбнулась ему. — И… Что ты собираешься делать? — спросил Питер, когда мы шли к его машине. — Ну, в нашей с Люси квартирке замки поменяют только завтра. Люси переночует сегодня у своих знакомых… — А ты? — Я иду в кафе, попроситься к ТК… Он не берет трубку на работе, так что придется спрашивать напрямую… На лице Питера проскользнуло что-то, похожее на брезгливость… Хотя, мне наверное показалось и он прижмурился от солнечных лучей, которые ударили в глаза. — ТК… — проговорил он. — Твой коллега по работе и лучший друг? — Да, он самый. — кивнула я головой. — Ну не знаю, Санни, нет, конечно ТК хороший и славный малый, не спорю… Однако у меня есть смутные сомнения насчёт этого… — Почему? — я удивилась. — Просто, ты сказала, что тот больной, прости меня за грубые слова, ублюдок, следит за тобой явно не впервые, да? — Ну… Да… — Просто мне кажется, что он так просто не оставит тебя в покое… Есть вероятность того, что он проследует за тобой, и скорее всего, он знает где живёт ТК. Может выследил или, скорее всего, нашёл у тебя его адрес, что не мешает ему достать тебя там… Кто знает, что он сделает с ТК, чтобы получить возможность сделать с тобой кучу… плохих вещей — ещё и там, где никто не помешает ему и не поможет тебе? Я застыла. Об этом я не подумала! Чёрт, я подставляю ТК по нож, я создаю ему проблемы… Что уж там говорить — я впутываю его в большие неприятности! Блин, ТК же мне дал листок с его адресом, который я прикрепила к доске заметок в своей комнате! Какая я дура!!! — О нет, выходит я могу поставить жизнь ТК под удар! — я запаниковала. — Что же мне делать? Чёрт, я та ещё безмозглая эгоистка! — Не говори так о себе! — возмутился Питер. — Ты просто ищешь укрытие у тех, кто тебе знаком… Кто бы поступил иначе? Внезапно в моей голове промелькнула безумная идея. Даже слишком… Однако… Попробовать стоит, я не хочу чтобы этот некто… Нет, даже мыслить об этом не хочется!!! — Питер, как ты думаешь… Этот… некто может знать твой адрес? — Никак нет. — беспечно ответил мой парень, усмехнувшись. — Я никогда не упоминал мой адрес в наших разговорах и не оставлял его тебе, да и сомневаюсь что этот кто-то следит за тобой днём или, что более маловероятно и невозможно, за мной… А что? — Ты не подумай что-то не то… И я не хочу подвергать тебя опасности… Просто… Раз уж ТК будет в опасности, если я приду к нему… И раз твой адрес неизвестен маньяку… Не будет ли более безопасным и лучшим вариантом, если я переночую сегодня у тебя? Если ты не против, конечно же. Если ты откажешь я пойму и не обижусь! Я приготовилась к наихудшему исходу. Однако, посмотрев на меня, Питер расплылся в широкой улыбке: — Солнышко, ты просто гениальна! Это и вправду очень умно — я бы сам о таком не додумался! Однако… — Питер замялся. — Не знаю захочешь ли ты переночевать у меня… У меня довольно не прибрано, не хотелось, чтобы у тебя сложилось плохое впечатление, что я тот ещё неряха и свинья… Я фыркнула. — Питер, в моей ситуации я не придирчива к тому, что касается того, где мне переночевать. Но если тебе и вправду неудобно, то я могу понять… Если слишком рискованно… — Нет, что ты, все хорошо! Я был бы рад, если бы ты переночевала у меня… Помнишь что я сказал тебе вчера? Тебе никто не навредит, если я буду рядом с тобой… Просто, боюсь что тебе не понравится моя неряшливая квартирка. — Не беспокойся, у меня у самой в комнате тот ещё кавардак, так что не страшно. — я улыбнулась ему. — Считай, это третьим свиданием… — глаза Питера загорелись. — О, я устрою самый романтичный ужин с просмотром фильмов для нас двоих! — Питер, успокойся, не надо устраивать такой переполох… Я же просто ночую… Однако Питера было не остановить — он явно был полон энтузиазма и энергии. Спустя 15 минут мы ехали ко мне домой, чтобы я могла забрать пару вещей на ночёвку. Питер остался ждать меня в машине, я зашла в квартиру. Люси как раз собирала вещи. — О, Санни, я вижу ТК все-таки разрешил тебе переночевать у него, да? А ты боялась! — О, я ночую не у ТК. Я ночую у Питера… — ответила я. — Ох, у Питера? — на лице Люси промелькнула лукавая улыбка. — Это не то, что ты подумала! — я почувствовала как кровь прилила к щекам. — Просто мирная ночёвка! Как пижамная вечеринка! — Да, как скажешь. — ответила Люси, хихикнув. Я вздохнула и подошла к шкафу с вещами, чтобы выбрать то, что буду надевать завтра. В рюкзачок отправились свитер, бельё, пижама и зубная щётка. Я вынесла рюкзак в коридор, однако на секунду задумалась… Что я забыла? Точно — снотворное и блокнот! Я и вправду витаю в облаках с тех пор как встретилась с Питером. На секунду я задержалась. Красное бельё до сих пор висело в шкафу. Вчерашние чувства внезапно вновь заиграли в памяти. К черту сомнения! Я зашторила окно и переоделась в кружевное, после чего накинула сверху повседневную одежду. Всё — пути назад нет. Я взяла блокнот и блистер и вышла из комнаты. — Долго тебя ждать, черепашка? — рассмеялась Люси. Я вздохнула и, наслаждаясь теми блаженными ощущения от трения ткани. Накинув рюкзак на плечи, я сказала. — Ну, пойдём? Люси кивнула. У выхода из дома, мы попрощались и я подошла к машине Питера. Он улыбнулся мне и открыл двери. Рюкзак оказался на заднем сидении. — Ну что, поехали ко мне? — Угу! Спустя полчаса мы с Питером оказались на тихой улице с ухоженными клумбами и деревьями. Рядом оказался парк — не тот где мы встретились, а другой. Интересно, что делал Питер в парке где я гуляла? И как он успел выучить там тайные тропинки? Наверное, раньше гулял там, а потом переехал — не стоит исключать такой вариант. Я посмотрела в окно, пытаясь угадать, в каком из домов живёт мой парень. Присмотревшись, я приметила дом серо-голубого цвета — интуиция подсказывала, что Питер живёт там. И она не подвела. Питер открыл двери, прошёл по коридору и подошёл к квартире номер 3. — Дом, милый дом… — проговорил Питер, поворачивая ключ. Квартирка выглядела очень чистой и ухоженной: не понимаю, почему он считал, что тут грязно? Обои цвета серого вереска, голубой коврик, вешалка с одеждой. Питер скинул кеды, я, последовав его примеру, разулась и сложила обувь в угол. Питер повесил ключи на доску и позвал: — Крыса, я дома! Я вспомнила, что у Питера есть питомец. Крыса это имя? Тогда интересно, кто это на самом деле — кот или собака? А может попугайчик? Или хомячок? Или, собственно, крыска? Тогда странно, почему её так и зовут — крыса? Питер, увидев как я кручу головой, усмехнулся и сказал: — А вот он, ползёт! Смотри на пол! Я посмотрела на пол и, увидев любимца Питера, застыла от шока — по полу ползла змея. Чешуйчатое тело песочного цвета, с коричнево-белым узором, миниатюрного размера — где то длиной в 25-30 сантиметров, грациозно и быстро ползло в сторону хозяина. Питер взял змею на руки и погладил пальцем по головке. — Привет, Крыса… — Твой питомец это змея? — шокировано спросила я. — Да… Ты что, боишься змей? — слегка насмешливо посмотрел на меня Питер. Я взглянула на Крысу. Хоть я недолюбливаю змей, питомец Питера выглядел довольно… мило и безобидно. Маленький острый носик, вздёрнутый кверху, как пятачок и милые глазки-бусинки. — Немного недолюбливаю… Однако Крыса выглядит очень мило… — я наклонилась к змее. Черные глазки посмотрели на меня как-то излишне внимательно. Вдруг змея резко открыла пасть, показав блестящие зубы и перестав выглядеть мило, резко дёрнула головой в мою сторону, зашипев и щёлкнув пастью с характерным хлопком. Я попятилась назад. — Прости — сказал Питер. — Крыса не любит чужаков, однако он быстро привыкнет, честное слово. Змея недовольно зашипела, на что Питер легонько щёлкнул её по носу и сказал: — Не вредничай, или посажу в закрытый террариум! — повернувшись ко мне, он добавил. — Он часто сбегает из террариума, маленький бунтарь… Я улыбнулась, вполне, впрочем, понимая Крысу. Я тоже не доверяю чужим. Если это не Питер. — Ничего, я уверена, мы поладим с ним. — я робко улыбнулась змее, которая сползла с Питера и уползла. Питер провел меня внутрь и показал свою квартиру. Спальня, гостиная, кухня, ванная и дверь наподобие входа в кладовую. — Что это? — спросила я. — А, там типо кладовая, куча всякого хлама, не очень интересно. — Вот как… Хорошо. От разговора нас отвлёк звон в дверь. Питер радостно подошёл и спустя минуту принёс в гостиную кулёк с доставкой еды. Комнату заполнил аромат специй и пряностей. — Готова к романтическому ужину? — спросил Питер. — Я не очень хорошо готовлю, поэтому решил заказать еду. — Как мило! — умилилась я. — Однако, не стоило- — Просто я, если не кривить душой, совсем и абсолютно не умею готовить. Обычно я ем полуфабрикаты или заказываю в той забегаловке, где ты работаешь… Любишь индийскую кухню? — Никогда не пробовала, однако пахнет божественно! — Можешь помочь накрыть на стол? — Разумеется! Где будем есть? — В гостиной, накроем журнальный столик. — Питер подал мне белую скатерть. — А я пока пересыплю еду в тарелки. — Помочь с этим? — Нет! — резко ответил Питер, однако увидев мой удивленный взгляд, пояснил: — Я хочу тебя удивить, ну знаешь, красиво украсить, да и не хочу, чтобы ты уже видела, что на ужин… Типа сюрприз, особенно учитывая что ты не пробовала такую еду… — О, прости. Не буду мешать тебе. — Поверь, ты будешь поражена! — улыбнулся мне Питер. — Очень поражена! — Звучит интригующе и многообещающе! Ловлю тебя на слове, Питер! Я расстелила скатерть на журнальном столике и аккуратно поправила ткань, чтобы она гладко лежала на столе, нигде не свисала на пол. На диване лежали газеты. — Питер, а что делать с газетами? — Просто скинь на пол. Я сложила все журналы и газеты в строчку и положила сбоку от дивана и аккуратно присела на диван. Питер шуршал на кухне, раскладывая еду. Через несколько минут он пришел с подносом, на которой лежало три тарелки и два стакана. — Еда довольно острая, а так как ты явно неправильно поймёшь, если я предложу тебе вино или что-то типо того, я взял обычный виноградный сок… Он улыбнулся мне и присел рядом на диване. — Ничего если мы будем есть из одной тарелки, солнышко? — О, ничего. — Включить какой-нибудь фильм? — Дай угадаю, ужастик? — я напряглась. — Я вижу, ты хорошо знаешь мои вкусы… — Стараюсь. — Нет, думаю мы посмотрим какой-нибудь романтический фильм, хватит с тебя ужасов и адреналина. Питер включил кино, выключил свет и зажёг свечи. Однако мы оба не следили за фильмом, а скорее наслаждались компанией друг друга. Питер наколол кусочек мяса в соусе на вилку и поднёс его к моему рту. — Скажи «А»! Я хихикнула, открыв рот. Ммм, божественный вкус. Мои рецепторы обжёг острый вкус, вперемешку с разными специями и лёгким, сладким послевкусием. — Интересный вкус. — ответила я. — Да, согласен. Это всё специи — ну и ещё мой тайный ингредиент– кивнул мне Питер. — Тайный ингредиент? — Шучу, просто я, хоть и не готовил, но насыпал это с любовью. Я усмехнулась, взяла вилку и принялась есть. Я вправду наслаждалась времяпровождением, однако через полчаса после вкуснейшего ужина у моей жизни, я начала себя чувствовать как-то…странно. Мне стало очень жарко, сердце начало быстро стучать, а по телу мурашки решили устроить сезонную миграцию табунами. Внизу появилось чувство жжения или зуда. Я немного заелозила на месте, надеясь, что оно пройдёт, однако это только усугубило мою ситуацию — приятное трение ткани только усилило ощущения. — Все хорошо, Санни? — Да, просто немного…жарко… — О, это наверное из-за острых специй. — он дал мне стакан с соком. — Вот выпей, должно полегчать. — Спасибо, ты очень добр. — Я просто выполняю обязанность парня, забочусь о своей девушке. — Питер приобнял меня и поцеловал в щеку. Чёрт, от этого стало только хуже — в животе словно запорхали бабочки и я ощутила чувство лёгкой щекотки, в то время как в моём укромном местечке появилось ощущение… влажности! Как стыдно! Я выпила сок, надеясь, что этот зуд пройдёт. Прошло десять минут и я поняла что ничего не помогает, скорее наоборот — мне было тяжело сидеть, а любое движение, сопровождавшееся трением белья, раньше казавшимся приятным, теперь было просто безумным разрядом тока по точке ответственную за удовольствие. Надо срочно что-то придумать, иначе Питер что-то заподозрит и тогда я не смогу выкрутиться. Если он подумает что я настолько неправильная, что возбуждаюсь от одного только сидения с парнем за столом, его точно будет воротить от меня… Идея! — Знаешь, Питер, я немного устала… — я демонстративно подавила зевок. — Я наверное, пойду спать. — Да, конечно. Питер выключил фильм и мы убрали вместе с журнального столика посуду и скатерть. Чёрт, от ходьбы стало только хуже. Как я была рада, когда я смогла уйти в ванную, чтобы принять душ! Однако тут меня ждал неприятный сюрприз в виде влажного и липкого пятна на белье. Если я это оставлю так, то Питер неправильно поймёт, а я умру от стыда… Я приняла холодный душ, от которого стало немного легче, после чего посмотрела на себя в зеркало. Мои щёки заметно покраснели, руки покрывали гусиная кожа, а соски на груди затвердели и постыдно торчали. Это будет видно сквозь пижамную рубашку! Этого нельзя допустить! А по внутренней стороне бедра из моего интимного места текла тягучая капля мутного цвета… Придётся спать в нижнем белье, надеюсь что трусы не промокнут насквозь, иначе я могу помахать рукой Питеру и нашим отношениям. Что со мной сегодня такое? Никогда такого не было и тут — на тебе! Я одела сверху белья пижаму и увидела на дне рюкзака таблетку противозачаточных… ЛЮСИ! Она и её любовь понимать все двусмысленно! Стоило мне только понять, зачем она положила мне таблетки, как мои ноги подкосились от приятной судороги, а внизу заметно потеплело… Нет, мне не должны нравится подобные мысли, это неправильно! «Ты не падшая мерзавка, Санни, верно?» Да, верно! Просто, я немного перенервничала, это всё на нервной почве! Именно так! Я вышла из ванной и увидела, что Питер постелил мне диван. Вернее, я так думала, пока Питер не решил мне сообщить мне следующее. — Я решил уступить тебе кровать… Не в том смысле, что мы будем лежать вместе, а в смысле, ты будешь на кровати, а я на диване — предложил мне Питер. — Не стоит, мне и на диване будет вполне удобно! — заверила я его и хотела лечь на диван, однако меня остановило шипение. На диване лежала змея Питера. — Крыса! — воскликнул Питер и взял змею на руки. — Прости, что-то он сегодня вредный… Однако я вынужден настоять на том, чтобы ты спала на моей кровати. Я не принимаю отказ! — он легонько нахмурился. — Я здесь, можно сказать, хозяин, и хочу чтобы ты провела ночь в уюте. Твой отказ для меня равняется неуважением. Мне пришлось согласиться. — Спасибо, солнышко. — Питер счастливо улыбнулся и чмокнул меня в щеку, что отдалось в моём теле волной удовольствия. Потом он взял меня за руку и повёл в свою комнату. Там был шкаф, письменный стол, на котором стоял ноутбук и пепельница, тумба, на которой расположился террариум, в котором была ветка и специальная лампа которая была выключена. — Спокойной ночи, Питер! Спокойной ночи, Крыса! — Сладких снов, Санни! Питер и Крыса ушли в спальную комнату, а я легла на диван. Умостившись поудобнее, я попыталась уснуть. Было десять вечера…

***

Была полночь. Это проклятый обжигающий зуд меня никак не отпускал, а если я скрещивала ноги, то ткань словно дразнила меня сильнее. Не выдержав, я решила почесаться внизу — никого нет, да и это вполне нормально — может хоть так пройдёт? Я потянулась к вагине и легонько почесала её — сперва снаружи, затем чуть-чуть внутри. Внезапно пальцы задели какое-то место, и меня словно укололо. Как приятно… О чем я думаю — это же неправильно, так нельзя! Однако жжение усилилось, словно говоря «Продолжай!». Этот крик заглушил мысли о том, что это неправильно… Я задумалась: может повторить? Чуть-чуть, никто не узнает, это будет мой маленький секрет. Я прислушалась. Тихо, Питер по-любому давно уже спит! Я просто чуть-чуть поглажу и все. Моя рука пощупала моё интимное место сквозь ткань… А, нащупала тот бугорок. Как приятно! Мои пальцы бесконтрольно начали нажимать на него, щипать его. Словно у меня там кнопка, отвечающая за удовольствие! Жмяк, жмяк! Жар заметно убавился, однако я и не думала останавливаться и продолжала ласкать этот комочек плоти. К черту правила, я хочу больше! Я почувствовала что ткань начала пропитываться влагой, я текла как водопад, но очередная вспышка удовольствия выбила эти мысли из головы. Я, не прекращая двигать рукой, приняла более удобную позу на кровати— лёжа спиной и расставив ноги. Одеяло упало на пол, но мне было всё равно… Да, так ещё приятнее! Я ласкала себя, гладила, теребила тот бугорок, совала два пальца на всю длину и лучше всего то, что мне было плевать, плевать на то, что мне всю жизнь вдалбливали, что это плохо! Я никогда не чувствовала себя так хорошо, так грязно… И мне это нравилось! Да и я взрослая, я сама могу решать, что мне можно, а что нельзя! Через некоторое время я осознала, что с моих губ слетают вздохи и тихие стоны, а внизу так непристойно хлюпает… Плевать, Питер уже спит глубоким сном, он не узнает! Питер… От упоминания этого имени, процесс стал приятнее… Питер… Я принялась шептать это имя, тихо, пока я тону в удовольствии… Питер… От постельного белья пахло мылом и сигаретами. Я вдохнула полной грудью этот странный, приятный запах, который дурманил меня, заставлял словно пьянеть, и желать вдыхать больше… Питер… Я шепчу его имя, представляю его лицо, вдыхаю его запах, в то время как моя рука бесстыдно ласкает… Нет, это называется мастурбацией, верно? Я бесстыдно мастурбирую, представляя себе Питера. Как бы мне хотелось, чтобы он сейчас увидел меня, был со мной, рассмотрел меня с такой стороны… Увидел, какой потоп там внизу… От этой мысли перед глазами пробежали звёзды, приятное чувство стала и страха захлестнули меня, а внутри словно появилась плотина, которую тихонько заполняло удовольствие… Мне хотелось прорвать её, мой голос стал громче, но мне было плевать! Ещё, сильнее, грубее! Моя рука судорожно и грубо принялась сжимать бугорок, ноги вытянулись и дрогнули, как натянутая струна- — Ещё, ещё! Питер- — Санни? Внезапно прозвучавший голос вырвал меня из нирваны, однако моя рука наоборот, усилила движения… Проклятье! — Мне показалось что я слышал стоны? Все хорошо? Питер стоял за закрытой дверью, он не мог меня видеть… И это будоражило сильнее всего… Он не знает чем я занимаюсь! Чёрт, моя рука словно с ума сошла! Но я должна ответить… — В-Все х-х-хор-о-о-ах-шо-о-о, Питер… — Не похоже… Мне зайти? «Да, да, зайди!» закричал голос в моей голове. Я прикрыла рот, стараясь приглушить стоны. — Не-ах-е-т, не стоит… Все пре-ах-красно! — Как скажешь… — Питер отошёл от двери, и в этот момент я сжала бугорок посильнее и издала громкий стон. — Санни! — я услышала шаги и дверь резко открылась, дав Питеру увидеть меня, лежащей на спине с расставленными ногами и рукой меж ног. Я вскрикнула, моя рука наконец-то прекратила самовольничать и позволила мне выдернуть промокшие пальцы, и свести ноги вместе. Я села на диване, однако Питер уже успел рассмотреть всё что нужно — об этом свидетельствовали широко открытые глаза и румянец на щеках. — С-Санни? «Доигралась, дурочка» — прошипело у меня в голове. Волна стыда и ужаса утопила меня. Мои губы задрожали, а глаза наполнили слёзы. Я уже представляла, как он считает меня пошлой и падшей девушкой… Очевидно, что в моей жизни всё просто не могло быть таким радужным и идеальным, как я надеялась… Тот, кто вытащил меня из пучины отчаяния, сейчас бросит меня туда обратно. Я не выдержала и заплакала, поджав колени к себе. — Санни, ты- — Мне жаль! Я не виновата, я не знаю что на меня нашло! — я попыталась как то оправдать себя, хоть это и бессмысленно, я же правда не виновата — со мной что-то не то, и это очевидно! — Прости меня, мне жаль, правда, я…я… — к горлу подступил комок и я не смогла дальше говорить. Однако, у моему удивлению, Питер не накричал на меня, не сказал, что я отвратительна ему, нет, ничего… Он сел на кровать и обнял меня, упёршись лицом в моё плечо. — Тише, Санни, тише… Все нормально… — Я… Не… — Все в порядке, ты могла просто сказать, что тебе нужно сбросить пар, а не таить это… Я бы понял и не врывался бы так… — Но, я поступила так ужасно и неприлично- — Санни, ты просто решила снять напряжение, это не так страшно! Все так делают, если честно, даже я, время от времени. — Питер улыбнулся своим привычным полным уверенности оскалом. — Но я не хотела… Мне просто очень плохо! — Плохо? В каком смысле, «плохо»? — Ну… — я задумалась, стоит ли мне об этом говорить? Однако ужасные ощущения внизу не дали мне другого выбора. — Мне сегодня очень плохо… Там внизу все словно горит и жжёт… Я правда не хотела, однако когда я случайно дотронулась там… То мне стало приятно и немного полегчало… — Вот оно что… Поэтому ты решила пойти спать так рано? Я смущённо отвернулась. — Ладно, извини, давай я оставлю тебя одной, чтобы ты могла сбросить лишний пар, не смущалась меня… — Но я делаю это уже долго… Но оно как-то не прошло, а жжение только ухудшилось! — я заёрзала на диване, в попытке утихомирить это чувство. — Странно… Ты уверена, что правильно все делаешь? — Я покраснела. —Питер, как бы тебе сказать… Я никогда… Ну… — Никогда не ласкала себя в попытках снять напряжение? — недоверчиво усмехнулся Питер. — Никогда? Я кивнула, сгорая от стыда. Внизу всё свела сладкая и немного приятная дрожь, сопровождающаяся парой капель тёплых выделений. — Ну, ясно, почему ты так себя чувствуешь — это плохо, держать все в себе… Да и в связи с последними событиями, ты нехило перенапряглась. Тебе просто нужно расслабиться. — Но, я не знаю, как это правильно делают… В том месте… — промялила я. — А спросить у кого-то- — при этой мысли, я вздрогнула и покачала головой. — Ох, хотел бы я помочь… — Питер погладил меня по голове, взьерошив мои волосы. В моей голове зародилась очередная безумная и постыдная идея. — А ты не можешь… Ну… Показать мне как это делается? Или научить? — О-хо-хо… Санни, как бы тебе объяснить… — Питер легонько улыбнулся. — Я бы…с радостью, правда… Однако… — он отвернулся. — Я мужчина, а ты девушка… Это немного разное… — Ну мне больше не у кого спросить! Я не выдержу этого безумного жжения, а Люси меня высмеит и я бы умерла от стыда спросить у неё такое! — я заёрзала, от смеси стыда, наслаждения и адреналина, хотелось лезть на стену, это словно распалило костёр внизу посильнее. Питер приложил руку ко рту, думая. — Ладно, я попробую помочь… — сказал он спустя мучительную вечность. — Однако, сомневаюсь что у меня что-то выйдет… — Ты сделаешь это ради меня? Ох, Питер, спасибо! — я подпрыгнула и обняла его. — Да, да, думаю удобнее будет здесь… Питер сел на кровать и похлопал рукой по одеялу, предлагая мне сесть рядом. Я аккуратно присела на край, чувствуя себя неловко. — Так, для удобства предлагаю тебе снять с себя низ. Ну, пижамные штаны… Я сняла штаны, со стыдом обнаружив там мокрое пятно. — Это смазка, такое явление нормально для девушек, все хорошо. Это значит, что когда ты пыталась расслабиться, ты более менее шла по верному пути. — успокоил меня Питер. Я облегчённо выдохнула и отложила брюки в сторону. — Так, теперь сядь и раздвинь ноги, как ты наверное уже заметила, это самая приятная поза, да? Я кивнула и села, как мне было велено. Внизу было очень мокро, в районе паха все блестело от смазки. Питер встал с кровати и присел на пол напротив меня. Я закрыла глаза, однако чувствовала его пристальный взгляд на моём интимном месте. — Прости, что он выглядит так ужасно… — со стыдом сказала я. — Что ты? — сказал Питер, словно бы любуясь мною там, аккуратно раздвинув губки пальцами. — У такой девушки как у тебя, там точно не может быть ужасного вида … У тебя довольно симпатичная щёлочка… Такой розовый цвет… И все выглядит так… Сочно и вкусно… Я открыла глаза и увидела, что Питер уставился туда, словно загипнотизированный. — Что делать дальше? — тихо спросила я. Питер встряхнул головой, словно пытаясь сосредоточиться и сказал: — Покажи, как ты это делала, а я поправлю, если что. Хорошо? — Хорошо… — неуверенно кивнула я. Я нащупала аккуратно бугорок, и принялась его аккуратно касаться и гладить. — Нет, ты делаешь это неверно. Так ты только себя распалишь и поддразнишь. Тебе нужно быть более настойчивой и ты должна больше массировать его, а не просто трогать. — усмехнулся Питер. — Вот как? — я удивилась. Выходит, поэтому мне стало хуже? Я свела два пальца вместе и принялась аккуратно поглаживать круговыми движениями этот бугорок. — Вот, теперь лучше… Как ощущения? — Ах, очень приятно… — я улыбнулась. — Да, говорят что клитор самое чувствительное место у женщины. — К-Клитор? — Так называют эту выпуклость, которую ты массируешь. — Питер сглотнул и сказал: — Теперь, попробуй помассировать себя внутри. — Внутри? То есть, я должна- — от шока у меня отняло дар речи. — Просто просунь один палец внутрь щёлки. — Я…Я… Не знаю смогу ли я… Дело не только в страхе, просто я… — Не знаешь как это делается? — попробовал пошутить Питер, однако увидев мой взгляд, понял что вышло неудачно. — Ох, неудивительно, что ты так неопытна… — Прости… — Не надо извиняться. Знаешь что? Давай я тебе помогу. Если ты конечно не против, если я… Ну… буду касаться. Это фраза заставила меня утонуть в предвкушении. Внутренний голос потребовал дать согласие. Я немного упиралась, и наитие решило взять контроль. Не ведая что я творю, я залезла на кровать с ногами и расставила их как можно пошире. — Пожалуйста… —  сказал словно бы некто другой моими губами. — Делай что посчитаешь нужным. Питер улыбнулся. — Скажешь, если будет неприятно, хорошо? — сказал он мне, залезая на кровать. Он обнял меня сзади, дав мне опереться об него спиной и расслабиться. Его рука уверенно, но медленно погладила меня по внутренней стороне бедра. — Такая нежная кожа… — прошептал он. — Так боюсь сделать ей больно… Я буду нежен, моё милое солнышко… Его рука дотронулась до моей — — Милая, твоя киска так и горит… Тебя нужно остудить… — пальцы Питера начали ритмично массировать мой клитор. Это разительно отличалось от того, как я делала это сама. Я не контролировала процесс, каждое движение было неожиданным, приятным сюрпризом. Я закрыла рот ладошкой, чтобы не сорваться на стон, однако Питер убрал мою руку от губ. — Прошу, я хочу услышать твой стон. — прошептал он мне. — Я хочу слышать, что тебе приятно… Я исполнила его желание, мой тихий стон заполнил комнату, под аккомпанемент ритмичного хлюпанья. В какой-то момент, я почувствовала, как палец вошёл внутрь, проскользил, словно раскалённый нож в масло. Я чуть не вскрикнула от удивления, однако моментально выгнулась и застонала, когда Питер начал двигать пальцем, задевая точку, от которой моё тело окунулось в пучину наслаждения. Через некоторое время, к нему добавился другой палец, заставивший меня вновь вскрикнуть от экстаза. Питер принялся крутить ими, шевелить, заставляя меня извиваться, стонать, хотеть большего. — Тебе приятно? Я рад, но если я сделаю так, то тебе станет ещё лучше… Питер зажал мой клитор двумя пальцами свободной руки, и этого мне было более чем достаточно. Я выгнулась и издала крик удовольствия, моё тело трясло как в припадке, а внизу словно что-то сжалось и вспыхнуло, пульс ускорился, по телу прошли волны удовольствия. Питер вытащил мокрые пальцы и проговорил: — Ого… Как много… Посмотрев, я увидела большое мокрое пятно на кровати. — Ох, прости, я не хотела! Как стыдно! — Стыдно? За что, за то что ты кончила? — приподнял бровь Питер. — К-Кончила? — Эта вспышка в конце. Значит, что тебе было очень приятно и ты сняла напряжение. — он облизал мокрые пальцы с выражением наслаждения. — Ммм, всегда было интересно, какое солнышко на вкус… Объедение! Больше не жжёт? Я прислушалась к своему телу. — Уже не так сильно… — я посмотрела на Питера и заметила, что он как то странно скрестил ноги. — Что такое? Впервые мне удалось смутить Питера и заставить его покраснеть. — А, это? Это… Ну… Я придвинулась к нему. — Просто… Весь этот процесс… И ты… Немного… — Питер прикусил губу. — Ну… Возбудили меня… — Я тебя возбудила? — переспросила я. Неужели я действую на него так, как Люси на других парней? Неужели, я смогла его… «Завести», как выражалась Люси. Осознание этого ощущалось просто фантастически… — Да. — Питер кивнул. — Можно и так сказать. Придётся теперь мне сбросить напряжение. — он усмехнулся. При мыслях об этом, я вновь почувствовала то самое жжение. И подсознательно я поняла, как успокоить его на этот раз. — Я могу… тебе помочь? — Я знала, что это неправильно, но понимала и то, что если прислушаюсь к внутреннему голосу, то мне точно понравится то, что за этим последует. — Что? Ты хочешь… — Я хочу помочь. Как и ты мне. — Тебе не обязательно это делать… — начал Питер, но я его перебила. — Я хочу это сделать, Питер. — твёрдо сказала я. — Пожалуйста. Мой парень кивнул, после чего перестал скрещивать ноги и снял боксеры. Я впервые видела мужской орган, особенно в таком состоянии. Он не висел, а стоял, немного подрагивая. Он был прямой, с виду гладкий. На верхушке блестела мутная, белесая капля. — Ого… — я осмотрела его. — Какой большой… Блин, словно мне есть с чем сравнивать! Более тупой фразы я ещё не говорила! — Хех, рад слышать. — улыбнулся Питер, пытаясь сгладить неровность. — Так, что мне делать? — спросила я. Питер взял мои руки и положил их на свой орган. После чего принялся гладить ими себя. —Вот так. — вздохнул Питер, отпустив мои руки, оставив меня работать одной. Я аккуратно водила руками, чувствуя тепло и учащённый пульс Питера. — Сожми посильнее, пожалуйста… — попросил Питер. Я сжала покрепче, чувствуя подрагивание и пульсацию стержня. Провела снизу до самой верхушки, получив в ответ стон. — Тебе больно? — я убрала руки. — Нет, нет, что ты… Просто эта часть… Головка… Она очень чувствительная, прямо как твой клитор… Мне стало очень приятно… Можешь… Ещё разок так сделать? Я провела пальцем по головке, услышав вздох Питера принялась массировать одной рукой то самое чувствительное место, водя другой по органу. С кончика начала выделяться мутная жижа — смазка. Я вспомнила, как Питер облизал пальцы, после того, как они побывали во мне. От этого воспоминания во рту потекли слюнки. От органа Питера пахло очень приятно и соблазнительно. В голове возникла идея и я решила осуществить её без задней мысли. Вдобавок, парням такое нравится, я часто слышала, как за стеной парни просили Люси это сделать. Я высунула язык и принялась лизать головку. По языку распространился солёный, немного пряный вкус. — С-Санни, ты чего-? — удивился Питер, однако не закончил фразу, застонав, когда я обхватила головку губами, принявшись её посасывать. Ещё шевеля языком, я принялась аккуратно двигать головой вниз, аккуратно и потихоньку заглатывая его орган. Сперва меня задерживал рвотный рефлекс, однако задышав сквозь нос, стало терпимее. Через пару минут я не смогла взять глубже, поэтому остановилась. Было приятно чувствовать пульсацию и стук сердца в горле. Словно часть Питера была частью меня. Я принялась двигать головой назад и вперёд, Питер опёрся локтями об кровать и задрав голову, улыбнулся от наслаждения, постанывая. Мне было приятно знать, что Питеру хорошо и я стремилась помочь как могла, чувствуя в мозгу вспышки удовлетворённости. — Ох, детка… Ты просто… Невероятна… — Питер погладил меня рукой по голове, аккуратно надавливая, видимо желая чтобы я заготила поглубже, однако моё фырканье дало знать, что я больше не могу. Рука перестала давить. Стержень Питера начал подрагивать и я вытащила его из рта, чтобы пососать головку и провести руками по всей длине. — Санни, я сейчас- Сейчас- Я не успела спросить что произошло — мой рот наполнила густая жидкость, соленоватого вкуса, отдающая сырым яйцом. Он кончил от меня! Я почувствовала гордость за себя и не раздумывая проглотила жидкость, как награду, промычав от наслаждения. Это было вкусно. Я облизнулась и посмотрела на уже опускавшийся стержень. Сам Питер широко улыбался, издавая урчание, чем напоминал большого кота. С головки его органа скапывала белая жидкость. Я принялась слизывать остатки, желая получить как можно больше этой вкуснющей жидкости. — С…Санни! Питер схватил меня за руки и повалил на кровать. Его глаза голубоватого цвета лихорадочно блестели в полумраке. Он расстегнул мою рубашку, и принявшись покрывать мою ключицу поцелуями, пробормотал: — Моя милая, чувственная, нежная Санни… Я… Я люблю тебя… Слышишь, я люблю тебя! — Питер поцеловал меня в губы. Боже, это был мой первый поцелуй от него! Наконец-то! — Питер… Мой милый, властный- Я люблю тебя, Питер, люблю Люблю! Говорить эти слова было приятно, я была счастлива. Поцелуи были так приятны, столь желанны. Внезапно Питер разорвал поцелуй, к моему недовольному ворчанию, и снял с себя майку. На его теле оказалось много шрамов от ран, целая куча в форме сердца покрывала грудь. Интересно, это он сделал для красоты вместо тату? Я слышала о том, как некоторые увлекались столь экзотичным видом татуажа. Я принялась нежно целовать шрамы, аккуратно гладя их кончиками пальцев. Питер взял меня за плечи и оторвал от себя. — Санни… — он посмотрел мне в глаза. — Я…я тебя хочу… Скажи, мы можем- — Да, да… — я согласилась, однако здравый смысл снова взял верх. — Только, мне нужно принять противозачаточные… Безопасность превыше всего… Питер неохотно отпустил меня, заворчав как недовольный кот. Я быстро открыла рюкзак и проглотила таблетку, после чего вернулась к Питеру. Он схватил меня и повалил на кровать, придавив своим весом. — Санни… — он поцеловал меня, принявшись массировать мою грудь руками. Его правая рука принялась теребить мой сосок. Он высунул свой длинный язык, и провел им от моей шеи до груди, от удовольствия пробежали мурашки. Его язык принялся проводить круги вокруг моих сосков, пока он не вцепился а один, принявшись посасывать его. Я застонала и Питер отпустил грудь, лизнув сосок напоследок. Он потерся щекой об внутреннюю сторону бедра и принялся слизывать капли смазки. — Вкуснятина! — Питер с жадностью вцепился в мою киску, буквально вгрызся, оттягивая своими губами мои нижние губки, посасывая клитор, иногда играя с ним, заставляя меня стонать, дрожать и извиваться. — Питер! Прошу, пожалей, слишком хорошо! Питер только ускорил движения языком, на секунду оторвав язык от моей промежности, облизнулся, проговорив: — Ты такая сладкая… Он поравнялся со мной и я почувствовала как что-то трётся о мой клитор. Питер взял в руки свой орган, проведя головкой о мои губки. — Я хочу тебя прямо сейчас… Можно? — Это… Мой первый раз… — призналась я. — Мой тоже. — прошептал Питер. — Я буду нежен, обещаю, солнышко… Я почувствовала, как что-то распирает меня, проскальзывает внутрь, причинив острую боль внизу, словно прорвав невидимую преграду. Я всхлипнула от боли, получив от Питера поцелуй. — Прости, солнышко… Мне вытащить? — Даже не думай… — прошипела я, за что получила от Питера хищный оскал. — Как скажешь. — резкий рывок заполнил меня полностью. Боже мой, какой кайф! Я чувствовала пульсацию всем своим нутром, каждое подёргивание! — Какая ты узкая… Твои стенки так сжимают и массируют… Я хочу начать двигаться… Готова? — Да, готова. Боже, я никогда не могла и подумать, что это так приятно! Размеренные движения Питера били по всем приятным точкам, выбивая из меня стоны. Желая получить как можно больше наслаждения, я принялась двигать бедрами навстречу. Наши с Питером стонущие голоса звучали в унисон, под ритмичное поскрипывание кровати, создавая нашу общую симфонию страсти, нашу музыку. Наши губы сомкнулись в поцелуе, глубоком, страстном, словно это был последний раз, когда мы могли быть вместе, однако я надеялась, что мы останемся вместе навеки. Медленные движения потихоньку наращивали темп к моему восторгу. Я потянулась руками к Питеру, поцеловав его в шею. В ответ мой клитор сжали пальцами, вызвав у меня громкий стон. — Хорошая девочка. Я потёрлась об плечо моё любимого парня. Моего Питера. Мы были комком наслаждения, желающие доставить как можно больше удовольствие друг другу. Питер начал теребить и мять мой клитор, заставляя меня стонать с высунутым языком. Внутри все напряглось от знакомого и столь желанного чувства. — Питер, я сейчас- — Давай, прошу, не сдерживай себя… Вспышка удовольствия ударила меня, в экстазе я вцепилась в плечо Питера зубами. Он издал рык и сорвался на бешеный темп, подобно дикому зверю. Каждый толчок бросал меня в пучину наслаждения, ещё не оправившись от предыдущего оргазма, Питер подталкивал к следующему. — Как ты меня сжимаешь… Ох, я долго не выдержу, как же это хорошо! Я не могла ответить ничего членораздельного, кроме стонов, я широко улыбалась от наслаждения, вызывав у Питера улыбку и фразу: «Какая ты милая…». Я потянулась к нему, получив ещё один поцелуй, глубокий и долгий, полный страсти, нежности, любви. Я завизжала от восторга, прижав Питера крепче к себе, не желая отпускать. — Я тоже тебя люблю, Санни, люблю! — Питер прорычал и ускорил движения. — Ты моя! Моя милая, любимая девушка, моя и ничья другая! — Питер не останавливался, ласкал все мои чувствительные точки, от наслаждения все плыло перед глазами. — Только. Моя. И. Ничья. Другая. — Мощные толчки неимоверной силы подкрепили каждое его слово. — Санни, я тебя люблю! — Последний толчок выкинул меня за грань реальности, я крепко вцепилась в Питера мертвой хваткой, чувствуя как что-то тёплое разливается внутри меня. Силы потихоньку оставили меня и я была вымотана эмоционально и физически. Я ослабила хватку и решила не бороться с сонливостью. — Питер, я тебя люблю… Ты моё убежище от всех ужасов моей жизни… — сонно пробормотала я. С этой приятной и теплой мыслью в сознании я провалилась в тьму, уткнувшись лицом в его исперещенную странными шрамами грудь, улыбнувшись от счастья. Наконец-то я кому-то стала по настоящему жизненно важна. Как и кто-то мне. Он стал для меня убежищем, защитой от всех них… И я была этому счастлива…