Danse Macabre

      Питер рылся на сайте Технологического института. Он уже проверил всю информацию по поводу конкурса и даже отправил свою анкету, но ему нужно было чем-то занять свой перевозбуждённый мозг. Он понимал, что записку подложили ему из-за глушилок, но всё равно было не по себе.       В дверь постучали. — Паучок, ты занят? — это было мистер Старк. — Нет, — выдохнул Питер. — Вовсе нет.       Мистер Старк зашёл и огляделся. Потом он увидел сайт, на котором зависал Питер. — Ищешь место учёбы? — Ну… на самом деле меня убедили участвовать в конкурсе. Даже не знаю, что делать. — Не загружай себе голову. Он в конце апреля.       Питер резко развернулся. — Откуда вы знаете? — Оттуда, что я буду судьёй. — Ну раз вы будете судьёй, то вы должны помнить о том, что мне нужно будет предоставить готовый прибор! — Успеешь. Сегодня всё равно ничего путного не выйдет, по себе знаю.       После короткой паузы Тони добавил: — Что было на том листе, говоришь? Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться. Прямо как в Крёстном отце, не находишь? — Да. У меня, например, нет крёстного отца, только тётя Мэй. — А у меня есть. Точнее, должен был быть. Я его не знаю, потому что он пропал без вести, когда мне было восемь. — Как его звали? — Питер захлопнул ноутбук, делая перевести тему с конкура на что-то более интересное. — Джералд Митчелл, но все почему-то называли его Джоэл. — А как он пропал? — Да просто исчез! — Тони сел Питеру на кровать и начала рассказывать. — Ничего не предвещало беды. Утром всё был просто замечательно. Он жил в нашем же доме, потому что его квартира сгорела. — Ужасно. Он не получил ожогов?       Тони задумался на секунду. — А знаешь, Питер, получил. У него был громадный ожог на левом предплечье. Наверное, там остался рубец.       Оба помолчали немного. — После пожара он был сам не свой. Постоянно носил с собой нож, но его лицо было предельно спокойно. Я не мог понять, что происходит, как, в общем-то, не понимали бы и другие дети моего возраста. В восемь лет мало что понимаешь.       Питер сжал зубы. Рассказ был не из приятных, но что сделаешь ради собственного наставника. К тому же Паркеру было действительно интересно, что же случилось с Джералдом. — Он каждое утро выпивал кружку кофе, а потом шёл курить на балкон. В один день он просто не вышел с балкона, испарился!       Тони всплеснул руками. Питер сначала испугался, но потом Старк сказал: — Балкон был на первом этаже, так что вполне мог просто перешагнуть изгородь и уйти. Не знаю, правда, зачем.       Питер задумался. — А может, он увидел какого-то человека и решил пойти поговорить? А потом тот его увёл? — Вряд ли бы он согласился. Он не был человеком, которого легко было убедить. Скорее, он ушёл по собственной воле.       Оба помолчали немного. В один миг Тони быстро встал и, поправив пиджак, произнёс: — Ну ладно, мне пора. Я хотел забрать у тебя глушилку. — Вот она, — Питер взял в руки маленькую металлическую глушилку в виде паука и кинул Тони. Тот поймал её, и улыбнувшись Паркеру, ушёл.       Оставшись в одиночестве, Питер задумался над историей Джералда Джоэла. Его исчезновение имело с исчезновением Роберта Поттса одно важное сходство. Оба вышли на улицу, а после бесследно исчезли, хотя ничто не предвещало беды. Питер зажмурился, отгоняя мрачные мысли. Джералд жил много лет назад и был взрослым человеком, когда Тони был ребёнком. Сейчас ему наверняка около семидесяти лет. Впрочем, как и мистеру Поттсу.

***

      Привидения. Они всюду. В любом месте можно найти призрака. Как ни странно, призраки существуют в таком количестве, которое сложно представить. Они должны исчезать после совершения своей миссии, но этого не происходит — некому им помочь.       Вот и призрак, живущий в заброшенном здании, застрял здесь на сотни лет. Констанс умерла в конце восемнадцатого века, когда её увезли в лес и оставили связанную умирать. Она была молодой француженкой, которой нужна была помощь, но Дикий Запад не согласился открыть ей двери в новую жизнь. За несколько веков ландшафт сменился, и вместо леса здесь образовались высотные дома окраин Нью Йорка.       Констанс и не надеялась, что когда-нибудь увидит здесь людей. Но это свершилось — в здании показались два мужских силуэта. Один мужчина был одет в пальто и котелок, а другой — лишь в брюки и рубашку. Оба были довольно пожилыми джентльменами, им было слегка за шестьдесят пять. Констанс знала, что они её не увидят и не услышат, так что решила подойти поближе.       Английский язык она почти забыла — слишком редко слышала его. Но что-то она всё же могла понять. До неё доходили урывки разговора: — Убийство… мафия… Я знаю человека…       Констанс испугалась. По той информации, которую она смогла подчерпнуть из разговора, было ясно одно — ничего хорошего здесь не происходит. А так как кому-то грозит опасность, ей нужно позвать на помощь. Но чем может помочь призрак — существо без плоти и крови? На свете есть лишь несколько десятков человек, владеющих даром видеть потусторонних существ.       Пока Констанс раздумывала, обстановка изменилась. Мужчина в пальто и котелке попрощался и вышел из дома, а второй — в рубашке и брюках, остался внутри. Он вошёл в одну из комнат и сел прямо на пол.       Констанс грустно посмотрела на пожилого мужчину. Ей было искренне жаль, что она ничем не может помочь. Хотя…       В соседней комнате лежали матрасы, которые здесь оставляли преступники, подавшиеся в бега. Они потом ушли отсюда, а матрасы оставили — а они были почти новые. Сначала Констанс попыталась заговорить: — Monsieur, je veux vous aider.       Мужчина не шелохнулся и даже не услышал её слов. Тогда она подкралась ближе — обычно люди ощущают её присутствие, когда она очень близко. Такое, конечно, не пристало порядочной девушке, но она подкралась к нему вплотную и, наклонившись к его лицу, повторила: — Monsieur, je veux vous aider.       Он, вероятно, слов не услышал, но почувствовал что-то. Констанс безуспешно пыталась обратиться к нему, показывая пальцами и касаясь его рук, но мужчина упорно не понимал, чего она хочет. Возможно, он догадывался, что она — призрак, но ничего поделать с этим не мог. Спустя пару часов она прекратила это бессмысленной занятие и пошла гулять по коридорам.

***

      «Плохая идея, плохая идея!» — думал Питер, заламывая руки. Вот зачем он пригласил ЭмДжей на свидание? Не стоило соглашаться с мистером Старком и создавать себе лишние неприятности.       Питер сидел в довольно дорогом ресторане на Манхеттене в ожидании ЭмДжей. Чем дольше её не было, тем страшнее было Питеру. Сначала он пришёл на час раньше назначенного времени, думая, что ЭмДжей уже пришла, но не угадал. Теперь он нервничал ещё больше, ведь она всё не приходила.       Спустя долгие минуты ожидания, она пришла. Одета ЭмДжей была как обычно — джинсы, белая футболка и косуха, что не только не мешало ей быть привлекательной, но и создавало иллюзию обыденности происходящего. Питер немного нервно улыбнулся, даже не пытаясь скрыть смущение и возбуждение. — Привет, Питер. — Привет.       Он сглотнул. Она улыбнулась. Казалось, будто она прекрасно понимает происходящее, но не спешит вмешиваться. Питер молчал, обдумывая, что сказать. Пауза начала затягиваться, что заметил официант. — Добрый день, молодые люди, — с лёгкой улыбкой сказал подошедший официант — мужчина лет сорока в очках. — Я буду вашим официантом сегодня.       ЭмДжей посмотрела на официанта немного разочарованно, будто он серьёзно им помешал, но Питер был даже рад отсрочить момент. Официант улыбнулся обоим о предложил меню. — Как вас называть? — спросила ЭмДжей у официанта. — Кевин. — Итак, Кевин, я закажу себе диталини и кофе.       После того, как официант ушёл, Мишель вновь посмотрела на Питера с лёгкой улыбкой и, поставив локоть на стол и опершись подбородком о кисть, спросила: — Ты что-то хотел мне сказать? — Эм, да. Я… — Говори, Паркер, я в тебя верю.       Питер вдохнул, решив, что давно пора, и протараторил: — Ты мне нравишься. Как девушка, а не как человек. Ну… И как человек тоже, просто… Я не знаю, как мне об этом сказать… Прости, что я так сумбурно, я нервничаю и в общем-то… — Питер, — прервала ЭмДжей. — Хватит нервничать. Такое чувство, будто если я сейчас в тебе разочаруюсь, то мир рухнет. — А… он рухнет, — сказал Питер, отводя взгляд в пол. — Ну не целиком же, — возразила ЭмДжей, убирая руки со стола. — Какая-то часть всё равно останется, ведь что-то всегда остаётся.       Питер посмотрел Мишель в глаза, а она посмотрела ему в глаза. — Знаешь, ты… в принципе, тоже классный. У меня есть теория, что ты — Человек-Паук, это так?       Питер вздрогнул. Он не ожидал настолько резкого поворота событий. — Что? С чего ты это взяла? — Так ведь я давно за тобой наблюдаю и… это очевидно, — девушка неловко улыбнулась. — Нет, конечно. С чего бы мне быть Человеком-Пауком? — Питер начал слегка заикаться. — В Вашингтоне… — начала Мишель, а потом передумала: — Ты же вечно исчезаешь ни с того ни с сего, без повода… — Да я ж болел, — сказал Питер. — Ты не помнишь?.. — А Вайолет Барнс считает, что ты обманщик, — сказала Мишель шантажистским тоном. — Что? Но я же не обманывал никого! — Тогда признайся. — Нет, я не он, я не Паук. Клянусь.       Вновь подоспел официант, который принёс напитки и еду. Питер с Мишель замолчали, с осторожностью осматривая Кевина, ожидая его ухода. Когда тот отошёл на приличное расстояние, ЭмДжей сказала: — Как хочешь, — она подала печами и казалась равнодушной, но явно продолжала его подозревать. — Раз ты не Человек-паук…       Питер сжал кулаки. Он чувствовал, что всё его признание срывается, и решил наконец действовать. — ЭмДжей, пойми, это очень серьёзно. Я… Я не могу сказать, что люблю тебя, но… давай встречаться.       Заметив, что она думает над ответом, он судорожно добавил: — Давай хотя бы попробуем. Ведь это можно будет закончить одной фразой.       Внутри всё сжалось в комок, а ЭмДжей не торопилась с ответом. Спустя секунд тридцать она решилась. — Давай попробуем. — Только скажи, ты согласилась из-за того, что считаешь меня Человеком-пауком? — Что? Нет, раз ты сказал, что это не так… — Ну хорошо.       Питер расслабился и они начали наслаждаться разговором и едой, перестав обсуждать скользкие темы. Но Питер всё равно слегка нервничал. Он был уверен — что-то не так, но про себя соглашался, что это из-за ЭмДжей.

***

      На базе Мстителей в тоже время творилось что-то несусветное. Марта Поттс, которая в течение нескольких часов тихо сидела, запершись в комнате, в пять часов вечера вышла и начала кричать, устраивать скандалы и спорить со всеми подряд. — Вы ничего не можете сделать, просто потому, что вы не супергерои, а жалкие трусы! — выдала она, ткнув пальцем прямо в грудь Стиву Роджерсу. — Я не верю, что за четыре часа вы не смогли спасти моего мужа. Я не понимаю, как у Пеппер не случилась истерика.       Дальше она наткнулась на Тора. — Я не вижу, чтобы вы работали, мистер Тор. Я вообще не вижу, чтобы вас как-то задевала вся ситуация! — высказывалась она Богу Грома, который оторопел от того, насколько громко может кричать невысокая пожилая леди. — Что вы сделали для общего дела? — Не поверите, мисс, — ответил ей Локи, проходящий мимо, — но у нас нет возможности найти вашего мужа за столь короткий срок. Надейтесь, что всё окажется не слишком запутано, ведь тут вполне могут появиться осложняющие обстоятельства.       Несмотря на то что Локи говорил максимально вежливо, Марта Поттс не успокоилась. Она стиснула зубы и, пристально посмотрев Локи в глаза, произнесла: — Я не потерплю, чтобы к моему горю относились так равнодушно, сэр. — Я вовсе не сказал, что отношусь к этому равнодушно. Я просто считаю, что ваше душевное равновесие сейчас намного важнее.       Марта ещё пристальнее посмотрела на Локи, а тот продолжил: — Если бы я не беспокоился о вас и вашем муже, то меня бы здесь не было. Я как раз иду по указанным мне адресам, чтобы спросить друзей Роберта. — Хорошо, — недовольно процедила Марта, после чего ещё несколько секунд смотрела на Лафейсона. Затем, развернувшись, она пошла дальше по коридору, надеясь найти дочь.       Долго искать не пришлось: Пеппер сидела в своей комнате вместе с доктором Стрэнджем и смотрела на склянку с эфирным маслом. Марта тут же почувствовала лёгкий запах жасмина. Доктор Стрэндж тут же обратил своё внимание на Марту. — Вам что-то нужно? — Я хочу поговорить с дочерью, — тоном, н терпящем возражений сказала она.       Стрэндж нахмурил брови. — Я не думаю, что в таком состоянии вам можно говорить с Вирджинией. Понимаете, я еле её успокоил. — Тогда я тоже хочу успокоится.       Стивен повернулся к Пеппер. — Я могу отлучиться? — спросил он. — Конечно, у меня всё замечательно. — Тогда я пойду.