Вырванные листы альбома

Дамара вышла из кабинета, вытирая слёзы. Кронус подскочил с места, готовый в любой момент раскрыть перед объятья. Девушка даже не взглянула, отходя в сторонку и обнимая себя руками. Согнулась и села на корточки, пряча лицо в коленях. Ей было так плохо, что хотелось выть и ломать стены. Краем глаза увидела рядом парня. — Попей, — он протянул ей пластиковый стаканчик. Дамара рыкнула и резко ударила по руке, выбивая злополучный стакан и проливая воду на пол. Кричала на японском ругательства, пока слёзы сами собой не покатились из глаз. В попытке убежать понеслась по коридорам. Кронус настиг её возле выхода, схватил из-за спины, не давая сделать захват. Долго успокаивал, шепча разные, порой совершенно глупые слова. — Я тебя не брошу, японка, — говорил тихо и размеренно, будто убаюкиваю. — Ни за что не брошу. Если надо — побьёшь, если совсем плохо, можешь зарезать. Только я всё равно тебя не оставлю. Грязно ругалась, вспоминая все самые изощрённые выражения, не надеясь, что он хоть что-то поймёт. — Через такое нельзя проходить одной, — Мегидо всё ещё горела желанием дать ему хорошую затрещину, однако его спокойствие передавалось и ей и, постепенно, она перестала оказывать значительное сопротивление. — Я помогу, чем смогу, ты только попроси. Надо будет — тараканов тебе верну… — Дурак, — перешла на обычную речь девушка. — Только попробуй ещё хоть что-то в моей квартире тронуть! Я тебе глотку разорву! — Хорошо, делай, что посчитаешь нужным. Он отпустил. Дамара развернулась, прожигая его взглядом. Дёрнула было рукой, сжав кулак, но осеклась. Помотала головой. — Я устала, — бесцветно произнесла она. — Проводить до дома? Слабо кивнула. Упадок сил настиг неожиданно. Хотя, Долороза предупреждала о резких сменах состояния тела. И о том багаже эмоций и чувств, который высыпал наружу. Что со всем этим делать Дамара понятия не имела и хотя относилась к психотерапевту с пренебрежением, понемногу находила смысл в её рекомендациях и словах. Старалась ничего не говорить, но как будто выкладывала всю подноготную. Эта женщина словно считывала все её воспоминания и ставила диагноз. Вытаскивали наружу много всего, однако, по словам женщины, самое тяжёлое ещё впереди. Куда уж тяжелее, учитывая, что лихорадило Мегидо в последнее время всё сильнее? Молила парня прекратить лечение и остановиться. А слыша отказ, бросалась на Ампору с кулаками, надеясь, что хоть сейчас-то он согласится её оставить в покое. То, что он так прицепился её нервировало и вместе с тем интриговало. Что ему вообще было нужно? — Замаливаешь этим грехи? — Нет. Я просто хочу помочь. — Тогда ты мне не помог! — Почему же не могу помочь сейчас?

***

Каждый поход к психологу был настоящим испытанием. Кронусу каждый раз приходилось быть наготове, чтобы в случае чего, перехватить бушующую девушку и снова успокаивать, держа мёртвой хваткой. То, что творилось в кабинете, оставалось там, но кое-чем Дамара делилась. Обрывки, разрозненные кусочки пазла. К ней всё больше возвращались эмоции, когда-то загнанные в самые тёмные уголки подсознания и всё больше заставляли Мегидо творить разного рода шалости: колотить резиновой битой стены, ругаться во всё горло на двух языках одновременно, бить голыми руками стены и Кронуса, оглушительно выть, переходя в несдержанные рыдания. Ампора наблюдал за тем, как четыре стадии принятия неизбежного в ней перемешались в страшную массу, выплёскивая годы безразличия и подсознательных сигналов громко и ярко, аки огромный фейерверк. Приходилось порой выскакивать из квартиры и запирать снаружи, чтобы она не вырвалась на улицу. Порой, её изобретательность начинала включаться весьма неожиданно. Особенно, когда она умудрилась сбежать у него из-под носа при помощи связки постельного белья. Арадия частенько помогала с усмирением старшей сестры и контролем её лечения. В этот раз, она зашла просто проведать, купив по пути ещё пару альбомов с красками, так как старые Дамара уже изрисовала вдоль и поперёк в приступах излишней активности. — Не буду греха таить, это тяжело, — признался Кронус, вздыхая. — Она будто из огня состоит и сжигает всё, чего касается. — Она всегда была такой, — улыбнулась Арадия. — И меня всегда восхищала её способность обратить свою эмоциональность себе на пользу. Жаль, только, она потеряла контроль. Иногда Дамара просит меня увеличить дозу. Ей так плохо стало недавно, будто словила горячку. Мне было… так страшно на неё смотреть, — Мегидо заметно погрустнела, сжав пальцы на чашке чая. — Словно… это я мучилась, а не она. — Совладать с эмоциями всегда сложно, особенно когда ты считал, что всё под контролем, — кивнул Кронус, поглядывая в коридор. Дамара шаркала тапочками, перебираясь из одной комнаты в другую, с опущенной головой. Длинные чёрные волосы, скрывавшие лицо, придали ей жутковатый вид. Девушка вяло открыла дверь и скрылась в ванной. Повисла пауза. Ампора отхлебнул остывший чай, задумавшись о своём. — Ты не злишься, что приходится с ней так много возиться? Вопрос Арадии вывел его из глубин воспоминаний и заставил подумать. — Нет-нет, ни в коем случае, — покачал головой с небольшой улыбкой. — Мне приятно знать, что я могу быть хоть чем-то полезен. Зазвонил телефон. Младшая Мегидо ответила, быстро переговариваясь о встрече, затем взглянула на Кронуса. — Сможешь остаться с ней сегодня подольше? — спросила она. — Да, никаких проблем, — кивнул Ампора. — Отлично! Если будет совсем худо, ты мне сообщи, если надо, примчусь! Брюнет показал жестом «Окей» и осмотрел кухню. На всякий случай спрятал ножи. Слишком хорошо запомнил тот раз, когда в приступе гнева девушка его едва не пырнула. — Тебя не было рядом когда я больше всего в этом нуждалась! Хватит! Отстань от меня! — Дамара… — Я сказала отстань! Парень сел на диван, ожидая, когда Мегидо закончит водные процедуры. Глянул на шрам, оставшийся от ножа. Всё уже зажило, но оставалась полоска поверх старых следов, напоминая о том, насколько иногда Дамара становилась опасна. Особенно для самой себя. Дверь со скрипом отворилась. Девушка вся мокрая, в одном лишь тонком халате, вышла из ванной. Волосы явно были нетронуты полотенцем и с них стекали струйки, оставляя за девушкой мокрый след. — Ты что, ещё здесь? — проворчала она вяло. — Свали, если жизнь дорога. — Нет, я тебя не оставлю. — Да что ты привязался в самом деле?! — рявкнула девушка, намеренно сильно встряхнув гривой мокрых волос. Брызги ударили ему в лицо, но Ампора лишь моргнул. Мегидо что-то прорычала на японском, затем сделала к нему рывок, но не успела ударить: парень схватил её за оба запястья. — Отпусти! — осклабилась она. — Только после того, как ты успокоишься, — ровным голосом произнёс Ампора. — Схера ли ты строишь из себя такого взрослого? У тебя нихрена не получается! Слышишь? Ты всё такой же ничтожный кусок дерьма, каким я тебя всегда знала! — её крик перешёл на визг. Её трясло, а лицо приобрело красноватый оттенок. — 偽善者! かす袋! あなたが嫌い​​です (Лицемер! Я ненавижу тебя)!!! Она билась в истерике, отчаянно пытаясь вырваться, но Кронус лишь сильнее сжимал запястья, держа её близко, но недостаточно, чтобы она могла вцепиться в него зубами, как это уже однажды случилось. Кричала всё громче, буквально визжа. Брюнет не до конца был уверен, проклятья это или всё-таки ругательства? Как только Дамара немного угомонилась и гнев её сменили слёзы, он осторожно повёл её к кровати и усадил. — 私を放っておかないでください (Не оставляй меня одну), — протараторила она сквозь всхлипы. Без лишних слов приобнял её за плечи. Во время припадков Мегидо повторяла эту фразу, словно мантру. Кронус благодарил технологии мог без труда узнать значение и понять её правильно. Дамара вжалась лицом ему в плечо, хватаясь так отчаянно, словно он был соломинкой над бездонной пропастью. — Почему ты вернулся? — просипела она, не поднимая головы. — Я… — сам не до конца был уверен, почему словил этот порыв. Может его тронули слова Арадии? Или это было чувство вины за то, что стал причиной разрушения их дружбы? Или увидел в ней себя самого и так залечивал собственные раны? Оправданий было так много, что ни одно не подходило. — Прости, что бросил тебя тогда, — завлёк её в объятья. Не был уверен, забудет ли она эти слова, или выжжет их клеймом себе в памяти. Сейчас он слишком запутался, чтобы дать точный ответ даже себе.

***

Канкри посмотрел ему в глаза столь проницательно, что Ампора вздрогнул. Если друг умеет читать мысли, то сейчас был не самый подходящий момент. — Тебя что-то тревожит, — не спросил. Констатировал. Словно судья, вынес ему приговор. И почему так сильно задрожали руки? — Не хочешь поделиться? — Н-нет, — покачал головой брюнет, нервно дёргая струны гитары указательным пальцем. — Давай не сейчас. — Резко дёрнулся, закусывая нижнюю губу снова и снова. — Кро, — Вантас подошёл и наклонился перед ним. — Я не уверен, что в таком состоянии ты сможешь хорошо выступить. Может будет лучше обсудить это сейчас, чтобы тебе стало легче и не сказалось на выступлении? Иначе тебе станет ещё хуже. Всегда знал как подобрать слова. И почему не пошёл учиться на психолога? — Это из-за Дамары. Ты же знаешь, я ей помогаю сейчас. Но она каждый раз задаёт мне этот вопрос и меня уже выбивает из колеи. Будто мои ответы её не устраивают. — Женщины чувствуют ложь в наших словах, даже когда мы уверены в своих заблуждениях, — с лёгкой улыбкой пояснил Канкри. — Правда, у них это происходит на эмпирическом уровне и они не могут дать понятного ответа, почему они это знают. Я это к тому, что может ты сам не до конца уверен в своих ответах? Кронус поморщил лоб. Обработка такого сложно составленного предложения отвлекла его от тревоги. Он тяжело вздохнул, когда до него дошла суть высказывания. — Я просто сам не знаю, почему я решил помочь. Сначала я думал из-за Арадии и сочувствия, но теперь понимаю, что дело далеко не только в этом. — Тогда в чём? — Канкри выжидающе посмотрел, почти не моргая. Повисла пауза. — Чувство вины. Но это не всё. Аргх! — схватился за голову. — В моей жизни всё было так спокойно и теперь я снова чувствую, что теряю контроль! — Дыши, — успокаивающе произнёс шатен, демонстрируя дыхательное упражнение, зная, что Ампора неосознанно повторит. — Вдох-выдох. Вдо-о-о-ох. Вы-ы-ы-ыдох. А теперь расслабься. Сейчас ты будешь на сцене и ничто не должно забивать тебе голову. Просто успокой мысли. Представь себе озеро. Абсолютно гладкое, почти что зеркало. Почувствуй спокойствие водной глади. Такой же состояние должно быть у тебя сейчас. Тихое, чистое, безмолвное. Голос Канкри угомонил бешеный поток мыслей и облегчил тяжесть в груди. Открыл глаза, глядя на друга. Тот одарил его мягкой улыбкой. — Готов выступить? — без лишних церемоний спросил он. — Готов! — понял, что ответил не только ему, но и самому себе. Дал себе разрешение ответить на внутренний вопрос. Они пели разные старые песни. Какие-то были про любовь, какие-то про страдания, какие-то про жизнь. Всё было спокойно, пока один из клиентов не попросил спеть более современную песню. Группа Muse — Undisclosed desires. Канкри запустил подходящий барабанный ритм, ловко наиграл аккорды. Кронус похлопал по гитаре, настраиваясь и запел: I know you've suffered, But I don't want you to hide. It's cold and loveless, I won't let you be denied Брал чисто, но немного осторожнее, чем нужно, ибо что-то в этих словах казалось ему знакомым. Soothing, I'll make you feel pure. Trust me, You can be sure. Чуть расслабил сжимающееся горло. Осознание пришло слишком неожиданно, заставляя пальцы едва не дрогнуть на струнах гитары. I want to reconcile the violence in your heart I want to recognise your beauty is not just a mask I want to exorcise the demons from your past I want to satisfy the undisclosed desires in your heart Эмоции выплеснулись на этих строчках. Он едва удерживался от того, чтобы не прокричать их на всё помещение. Выплеснуть. Петь только для неё. You trick your lovers, That you're wicked and divine. You may be sinner, But your innocence is mine. Вспомнил, как краем глаза наблюдал за её страданиям. И как просил внимания. Глядя уже более взрослым взглядом на прошлое осознал, что тянулся к ней всегда. Please me, Show me how it's done. Tease me, You are the one. Протягивал слова от внутреннего удовольствия. Вспоминал каждое касание, каждое слово, каждую слезу. I want to reconcile the violence in your heart I want to recognise your beauty is not just a mask I want to exorcise the demons from your past I want to satisfy the undisclosed desires in your heart Вкладывал в слова всё обожание, заботу и чувства. Please me, Show me how it's done. Trust me, You are the one. Осознал, что хотел. Несмотря на то, какой нестабильной сейчас она была. I want to reconcile the violence in your heart I want to recognise your beauty is not just a mask I want to exorcise the demons from your past I want to satisfy the undisclosed desires in your heart Отдышавшись, переглянулся с Канкри. Тот кивнул, молча подтверждая, что всё прошло по плану. Кронус поднял взгляд к потолку, пытаясь унять дрожь. Он понял. И головой и состоянием признал, наконец, что прикипел к ней. Когда водил на сеансы, когда успокаивал, когда не ушёл даже после удара ножом по руке, когда утешал. Всё было для неё не из чувства вины…