14.02

— Эндрю! — девушка энергично стучала по двери в комнату монстров, но открывать ей не торопились. — Эндрю, я знаю что ты там, открывай! Это срочно!       Наконец, спустя минуты две упорного ожидания, Рене увидела голову друга в дверном проёме. Пропускать внутрь он её не спешил, но приглашение ей и не требовалось. Она толкнула дверь и влетела в апартаменты. Миньярд молча наблюдал за её действиями из прихожей. На первый взгляд, казалось, его вообще нихуя в этом мире не волнует. Но девушка видела, что он просто ушёл куда-то глубоко в себя. Из этого дерьма его надо было вытаскивать. И побыстрее. Свела же судьба двух эмоционально нестабильных дебилов, блин. Рене и злилась, и негодовала, и беспокоилась. Она никогда раньше не видела, как Нил плачет. Никто из них не видел. И маска вечно спокойной и улыбчивой Уолкер напрочь слетела еще десять минут назад. — Это пиздец… — тихо произнесла она и осела на стул в кухне.       На столе валялся её пенал и кое-что из канцелярии Ники. Они вчера целый вечер просидели за созданием валентинок. Рене делала для всех девушек из команды, а Эндрю помогал ей и делал свою для Нила. Весь вечер пролетел за обсуждением их отношений. Она решительно не понимала, почему игрок так открыто разговаривает с ней о своих чувствах, но Нилу и двух слов связно сказать не может. Точнее не хочет и упирается как осёл. Вечно ходит с мордой кирпичом и заученной фразой «я тебя ненавижу». Результат на лицо. И как бы сейчас не старался Эндрю, Уолкер понимала, что он взволнован. Только если учитывать, что про нервный срыв Джостена она ему ещё не сказала, из-за чего? — Выкладывай. — устало потребовала она.       Да, даже Рене иногда бывает прямолинейной и бескомпромиссной. Сейчас был как раз такой случай. — Я? — бессмысленно уточнил он. — Ты. Что у вас произошло. Что Нил сделал. — вряд ли дело было в нём. Но спроси она «Что ты сделал и почему Нил плачет» и разговорам пришёл бы конец. — Ты вломилась ко мне, так, будто за тобой гналась по меньшей мере вся федеральная служба нашего округа, и объяснения требуются от меня? — издевательски выгнул бровь блондин.       Ему сейчас явно было не до неё. Парень пересёк кухню и встал спиной к сокоманднице. За окном было пасмурно, но красиво. С крыши должно быть смотрелось ещё прекраснее. — Правда за правду. Ты первый. — Эндрю устало обернулся на неё: «серьёзно?», но она проигнорировала его взгляд. — Не лезь не в своё дело. — Хватит! — крик подчеркнул повисшую после него тишину в комнате. — Достал! Я последние два года слушаю твои переживания, подробное описание того, как ты его хочешь и что вообще пиздец в голове сплошной. Но ему ты не скажешь ни слова. Я как бесплатный психолог. Чуть что можно прибежать ко мне, но как только я попробую помочь — послать нахуй. И во что это превращается. Я не железная, Эндрю. Ты знаешь это лучше других. И то, что сейчас я так себя веду, потому что причина веская, ты тоже знаешь. Хватит закрывать всё в себе. Это ничем хорошим не кончится, у этого будут последствия. — «уже есть», — мысленно добавила она. Она выпалила все свои мысли на одном дыхании и уронила голову в ладони. Переживала. Напрасно, но что поделать. На плечи легли чужие руки и несильно сжали. Парень тяжело выдохнул. Слишком много на него навалилось. Тут ещё Рене с внезапной истерикой. — Ты берёшь на себя лишнюю ответственность. Больше я тебя этим не потревожу. — прозвучало как извинение. — Поздно. Просто выкладывай. — девушка накрыла его руку своей. — Дай мне помочь. Хотя бы один раз. — Ты уже неоднократно помогала мне с ним и не только. — Почему ты так упорно пытаешься меня прогнать? — А почему ты так рвёшься узнать, что произошло между нами? Начнём с того, что ты вообще думаешь, что у нас что-то случилось. Закончим тем, что произошло, что ты так среагировала. Что я должен знать?       Миньярд отпустил её плечи и сел напротив. Он больше не убегал и был заинтригован, но открываться не спешил. Рене отвела взгляд в сторону, рассматривая темнеющее с каждой минутой небо. — Обещай, что дослушаешь и не уйдешь. — Обещаю. — он так легко ответил это, не задумываясь. Словно не был тем человеком, который умереть готов из-за обещания. — Говори. — Нил сидел на лестнице. — начала она. — Лицо в ладонях. Точно что-то случилось, подошла спросить что. А он был даже не в состоянии отвечать. Молча рыдал и не замечал ничего вокруг. Спустя минут семь посмотрел на меня. Только спросила связано ли это с тобой, так он заплакал сильнее и просто встал и ушёл. На крышу. — Хочешь, чтобы я пошёл за ним? — И что ты собрался с ним делать? Вам поговорить надо. Свои проблемы не выкуришь. Только если вместе с жизнью. — устало закончила она и прислонилась спиной к стене, рассматривая потолок. — Я не знаю, что случилось. — начал Эндрю, глядя на свои переплетённые пальцы. — Утром его постель была пуста. Первый раз за день увидел его примерно двадцать минут назад. Когда он уходил. Даже не посмотрел на меня, наркоман. На постели нашёл кое-что. Думаю от него. Но с тем, что ты рассказала, это не вяжется. Хочешь узнать, что произошло с ним — спрашивай у него. Потому что я не знаю. Он говорит мне не больше, чем я ему. — из Рене вырвался смешок. — Идиоты. — они молчали так, ничего не делая, пока девушка не продолжила. — Я хочу узнать, что происходит с тобой, а не с ним. С Нилом ты сам разберёшься. Но только если сможешь разобраться в себе. Думаешь, я не вижу, как ты медленно убиваешь себя изнутри? — Вот это новость. Всю жизнь этим занимаюсь, если ты не забыла. — То, что убивает тебя, возможно одновременно убивает и его. Только он с этим не справляется. Это ведь не пройдёт само. И даже если кто-то из вас догадается, что пошло не так, то хрен че скажет. Воды в рот набрали и сидите друг на друга даже не смотрите. Мистер «я в порядке» и «мне нормально». Только один не в порядке рыдает сейчас на крыше, а второму не нормально, и он боится это признать. Этим только хуже делает. — Нотации пришла почитать. — утвердительно констатировал Миньярд. — Мне надоело, что ты не думаешь о себе. — Я думаю о вас. — Если бы думал о нас, то давно понял бы, что когда плохо тебе — плохо и нам тоже. — И что я могу сделать? — «ну наконец-то правильные вопросы» устало подумала Рене. А вслух ответила: — Поговори с ним. Скатайтесь сегодня домой и просто поговорите. Я предупрежу тренера. — А он захочет со мной ехать? — как часто она слышала эту фразу. Кого угодно Миньярд мог силой заставить делать то, что ему надо. Но он не привык, просто не верил, что его кто-то может выбирать добровольно. За просто так. — После всего, что я сделал. Хотя даже не знаю что именно. — Спроси об этом его. — Страшно. — неожиданное признание, но до боли искреннее. — Знаю. Расскажи, что ты нашёл на кровати. Может станет понятнее, из-за чего это он вдруг. — Цветы. — Уолкер удивлённо на него уставилась. Это и правда не вязалось с сегодняшним поведением Нила. — И записку. — Говорил в ней что-то, что могло объяснить это всё? — И да, и нет. Сможешь объяснить его истерику с помощью лишь одной фразы на шести языках дам сотку баксов. — обреченно выдохнул он. Рене ждала продолжения. — «Я тебя люблю». — Идиоты. — с истерическим смешком повторила она и поднялась со стула. — Оба. Два придурка, которые думают, что не заслуживают любви друг друга и при этом ни в какую не хотят поделиться своими переживаниями об этом. — она вскинула палец, призывая открывшего рот Эндрю не перебивать. — Я не в счёт. Друг с другом поделитесь. Он тебя любит. — Да ладно блять? А я не понял. Спасибо, что объяснила. Теперь-то всё встало на свои места. Ясно как день. — А ты в это не веришь. — закончила она. — А стоило бы. Он тебе сказал, что любит. Может и ему пора услышать эти слова? Может пора поговорить, не убегая в сигареты, секс и экси?       После этих слов она просто вышла из апартаментов, хлопнув дверью на прощание. А Эндрю ещё долго не мог собрать мозги в кучу. Хотя прошло всего три минуты, по ощущениям — недели — не меньше.       Парень встал и просто пошёл в коридор. На ходу достав из крутки десять купюр по десять баксов. Ещё подумав, вернулся и оставил сигареты с зажигалкой на тумбе. Чтоб наверняка. Молча постучался к девочкам, передал открывшей Дэн деньги и кинул короткое «Рене». Быстро поднявшись к выходу на крышу, выдохнул и толкнул дверь. На площадке оказалось пусто. Парень подошёл к краю — на всякий случай, вдруг Нил со своей тупостью таки сбросился. К счастью или к сожалению, внизу никого не было. С неба вновь начал накрапывать дождь.