Хионодокса

- Бьякуран-сама-а-а!!! - позади разбилось окно и в помещение влетела девушка лет четырнадцати, да только промахнулась мимо увернувшегося начальника и, покатавшись по полу, ударилась о стену, из-за чего отвалился кусок штукатурки. - Больно... - Анна, тебя же предупредили, что у нас есть дверь, - улыбнулся Джессо, вернулся на диван и посмотрел на небольшой экран, находящийся на столе. - Прости, Шоичи-кун, отвлекая от разговора. - Бьякуран-сама, кто это? - поинтересовался рыжеволосый парень, глядя на ворвавшуюся девицу, которая как раз потирала ушибленную пятую точку. - Новая помощница. Милая, но чересчур резвая. Анна-кохай, зефирку хочешь? - после этого предложения гостья словно расцвела и поспешила подойти к боссу. - Ладно, Шоичи-кун, у меня дела. До встречи, - он отключил компьютер, а затем посмотрел на присевшую на пол перед его столом девушку, которая как раз взяла один кусочек пастилы и отправила его в свой желудок. - Нравится? -Ага, Бьякуран-сама. Но как можно все время ими питаться? Удивляюсь, как Вам еще не надоело. - Я тоже. Ты сделала то, что я просил? - Конечно, - помощница встала в полный рост. - Ваш заказ будет выполнен ближе к утру. - Придется ждать до завтра? Печально... - глава Мильфиоре откинулся на спинку дивана. - Бьякуран-сама... - хитро, словно змей-искуситель, прошипела Анна. - Признайтесь, зачем Вам эта вещь? Вряд ли для себя. - Почему это? - Нутром чувствую. Может, скажите, кто она? Я тайны в могилу уношу, - она приблизилась к Джессо, надеясь услышать то, что так желает. - Ладно, Анна-кохай, - улыбнулся Бьякуран, вставая. - Сейчас сходим на склад за зефиром и я тебе кое-что расскажу... *** Мукуро чувствовал боль. Ужасная ноющая боль во всем теле и во всем разуме. Казалось, это чувство поглощало его полностью, стерев все остальное. Мучения еще не подошли к концу, но неприятные ощущения стали постепенно уходить, не спеша, но заметно улучшая состояние иллюзиониста. Он открыл глаза, из-за чего заболели даже веки, вынуждая снова закрыть очи, что он и сделал. Все же на губах появилась улыбка от осознания того, что техника удалась, причем успешно. Теперь главное - не тратить много сил, иначе все повторится. А испытать такое в четвертый раз... Тело и мозг могут не выдержать... - Совсем не бережешь себя, Мукуро-кун, - эхом по теплице раздался знакомый голос и звуки шагов, по которым можно определить, что пол в этом месте выложен из кафеля. - Ку-фу-фу... - удивительно, но в таком состоянии Хранитель Тумана позволял себе усмехаться. - А тебя что-то не устраивает? - он с трудом приподнялся на локтях и взглянул на босса Мильфиоре, позади которого стоял... "Савада?!" - появилась мысль, но она оказалась ложной. Присмотревшись, Рокудо понял, что это вообще девушка, просто сильно похожая на молодого Вонголу. Низкая, с детским телом и растрепанными каштановыми волосами до лопаток. И лицо точь-в-точь, как у Тсуны, да только глаза зеленые, с изумрудным оттенком. Она была одета в облегающий белый костюм с красивыми кроваво-алыми узорами, высокие темные сапоги на шнурках, черные перчатки и длинный шарф угольного цвета. Такой набор скрывал абсолютно все тело, лишь лицо оставалось открытым. - Это Рокудо Мукуро? - даже ее голос был почти такой же, как у Савады. - Верно, Анна-кохай, - улыбнулся Джессо. - Сначала я собирался убить Мукуро-куна, но потом передумал. - Значит... - девушка округлила глаза. - Бьякуран-сама, Вы что, ге... - договорить ей не дала зефирка, которую начальник совершенно неожиданно засунул ей в рот. - Анна-кохай, - не переставал улыбаться тот. - Иди к машине. А лучше отправляйся за тем, что я у тебя просил. Жду тебя здесь утром, - кивнув, его помощница развернулась и побежала к выходу, спеша выполнить заказ. Бьякуран же подошел к клетке ближе, низ которой был ему по плечи, так что его лицо было практически наравне с лежащим пленником. - Решил снова скрыть свой пол? Или так сильно хотелось, чтоб данная одежда была как раз? - Ну тебя... - выдохнул тот, стиснув зубы, дабы не взвыть от еще не прошедшей боли. - Неприятные ощущения, Мукуро-кун? - усмехнулся Джессо, обходя "комнату" пленника в поисках лестницы. - Сам попробуй такое использовать... - Опиши, - попросил он, уже поднимаясь по ступенькам. - Выпей литр серной кислоты и залезь в горящий камин, тогда может и почувствуешь что-то подобное, - пояснил Рокудо. Тем временем босс Мильфиоре сжал руку в кулак и коснулся серебряным кольцом небольшого замка, который через секунду щелкнул, и дверцу можно было открыть, что он и сделал. - В таком случае я могу рассчитывать, что ты потом меня вылечишь? - поинтересовался он, садясь на корточки перед своим пленником, выглядевшим довольно жалко. Измученное лицо, рука держится за правый глаз, обильно истекающий кровью, тело совсем ослабевшее... Но для полной  картины не хватает душевной боли. Она отсутствовала. Вместо нее во взгляде Мукуро читались гордость и вызов. Нет страха ни перед смертью, ни перед самим Мильфиоре. - Не дождешься, - фыркнул мученик, смотря на кольцо, способное открыть клетку. Сделано из того материала, о котором он слышал ранее, и украшено светло-голубыми полупрозрачными камушками. Ясное дело, что выход отсюда один: отобрать этот "ключ", чтобы сбежать, но тогда остается вопрос: как? Противник в разы сильнее, да и сам иллюзионист не в лучшем состоянии. В таком случае стоит полагаться на хитрость и стратегию. Ждать момента, когда его "тюремщик" отвлечется хоть на мгновение. Показывать свою слабость, когда на самом деле готов атаковать в любой момент... Обманывать, создавать впечатление, что сдался, смирился... "Тонкое дело, как работа снайпера..." - подумал он, усмехаясь. - "Взять жертву на прицел и терпеливо ждать подходящего момента." Жертва... В этом вся суть. Каждый из них считал себя хищником, который рано или поздно поймет свою добычу. И оба оказались не правы. Эта охота была серьезнее, чем кажется. Ловец и дикий зверь. У первого больше шансов, учитывая, что он загнал животное на свою территорию. Зверь попался, капкан захлопнулся... Но вместо того, чтобы убить его, охотник пошел на приручение. Присвоил это существо себе, посадив в красивую клетку, и держит, как декоративного кролика. Да только зверь не собирается подчиняться. Он будет метаться по ловушке, не желая выполнять команды ни по-хорошему, ни по-плохому, будет рычать и отбиваться, когда охотник решит коснуться его... Он никогда не станет ручным, по крайней мере, на зло своему "хозяину". - Сними технику, Мукуро-кун, - вежливо попросил Джессо, улыбаясь. - Нет, - ответ твердый, не допускающий никаких исключений и уступок. - Пожалуйста. - Нет, - все тоже самое. Он не изменит своего мнения ни в коем случае. - А я по-хорошему хотел... - улыбка пропала. Бьякуран схватил Рокудо за запястье руки, держащейся за око, и отвел ее в сторону. - Уж прости меня, ворон, станешь снова милой пташкой, - иллюзионист не успел оглянуться, как пальцы врага оказались у него на лице и стали аккуратно раздвигать веки. Казалось, глава Мильфиоре, хотел вырвать орган, полученный в Аду. Боль в глазном яблоке была резкой и ужасной, хоть и не шла ни в какое сравнение с ощущениями от той кошмарной техники. Поток крови увеличился, образуя на щеке густые темно-алые ручейки, стекающие по подбородку и капающие на одежду и пол. Мукуро лишь приоткрыл рот в немом крике, но из звуков выдал только хриплый стон. Но сейчас око не волновало так сильно, как осознание, что сейчас снова начнутся страдания. Поняв, что этого достаточно, Джессо убрал испачканную багровой жидкостью руку от лица пленника. Начал появляться туман, как и в прошлый раз. Он спешно сгущался, пытаясь скрыть иллюзиониста из виду. Босс Мильфиоре просто ждал, не желая вмешиваться, хотя ему очень уж хотелось взглянуть на это превращение. Прошло не более минуты, как перед ним уже лежал не пленник, а пленница. Настоящая Рокудо Мукуро. Вызывающая своим потрепанным видом жалость, тяжело дышащая и лежащая на полу, держась одной рукой за голову, а другой сжимая свою кожу в области сердца. Кровь шла не только из глаза, но и изо рта, а новые потоки появлялись вместе с кашлем. - Не думал, что ты посме... - прохрипела она, но не закончила свою фразу и съежилась. Боль пришла со всех сторон, атакуя каждую клетку тела. Внутри все сжималось. Ощущения, словно в организм заложили маленькие, но мощные бомбы, которые медленно-мучительно взрываются. В голове дела обстояли не лучше. Боль добралась и до мозга. Все мысли смешались, образовывая кашу. Будто и сам орган, дающий команды телу, начал расползаться в манку. Мукуро то дрожала, то дергалась, то кричала и корчилась в агониях. Бьякуран приподнял Рокудо и прижал к себе, крепко держа за руки, которыми она пыталась ударить его, все еще страдая от адской боли. А Джессо снова ждал, когда же она успокоится, потеряв сознание. Пленница больше не рыпалась. Она только дрожала, сжимая пальцы на плечах своего "тюремщика" и до крови кусая губы. Хотелось плакать, но гордость не позволяла. Показать, что ты слаб, еще можно, а позориться перед врагом... Это унизительно... Бьякуран все же дождался, чего хотел. Мукуро вырубилась, как перегоревшая лампочка, в последний раз вздрогнув и обмякнув на руках главы Мильфиоре. *** Flashback. - Ну-ка, и что у нас тут? - высокое существо, похожее на человека, с красной кожей и глазами такого же цвета склонилась над маленькой девочкой, сидящей на камне. - Боишься? - Д-да... - выдавила из себя та. - Не зря, не зря... - сказало чудовище, отходя от нее на несколько шагов. Помимо странных пигментов, у него были рога и хвост с острым концом. Несмотря на свою схожесть с людьми, он очень пугал Рокудо. И боялась она не только предположения, кем он является. Ад - такое слово подходит этому месту. Здесь было невыносимо жарко и темно, но вся жуть заключалась в негативе, обитающем тут, в этих странных, тоже похожих на людей существ, которые, шатаясь, ходили туда-сюда и завывая, в этих многочисленных глазах, неотрывно наблюдающих за девочкой из темноты... Где она, Мукуро не знала, могла только догадываться. Сейчас она лишь наблюдала за хозяином этой преисподней, которого охватило сине-фиалковое пламя. Рокудо прикрыла глаза рукой, чувствуя жжение на лице. Когда огонь потух, перед ней стоял не тот мутант, а уже человек. Высокий, почти как и то существо, слегка загорелый, с черными волосами до плеч и красными глазами. Хрустнув шеей, он вздохнул и сел напротив девочки. - Как ты сюда попала, Мукуро? - спокойно спросил он. - А откуда Вы знаете мое имя? - Стыдно не знать имени своего гостя, хотя гость и незванный. - Я здесь случайно оказалась, - ответила Рокудо, нервно теребя ткань своей футболки. - Случайно?! - мужчина громко засмеялся. - Как можно попасть сюда случайно? - смех не прекратился, а стал сильнее, еще и раздаваясь эхом по этому месту. Девочка лишь съежилась и покраснела. Не понятно, чего здесь такого, но все равно становится немного стыдно. - А как Вас зовут? И что это за место? Да и кто Вы вообще? - задала три вопроса она, отчего существо в человеческом обличье тут же замолкло. - Раз ты здесь не намеренно, придется все объяснить, - уже серьезным, но мягким тоном начал он. - Как можно догадаться, это Ад, по крайней мере, одна из его малых частей. Меня же называют по-разному: то демоном, то дьяволом, то аж таким высоко звучащим званием - Сатаной. А так мое имя - Аид, - он заметил, как его гостья улыбнулась. - Смешно, да? Батя так назвал в честь одного из богов Древнегреческой мифологии. Хотя, мне с этим повезло больше, чем некоторым другим его детям. Нас всего семеро. - Семеро? - удивилась Мукуро. - Как семь "Смертных заповедей"? - Ага, - кивнул демон. - Каждый из нас отображает какой-нибудь грех. Я, например, отношусь к Лени, из-за чего и не вмешиваюсь в войну между родственниками. Мне всего достаточно. Итак, малышка, я наконец излил душу впервые за последние одиннадцать лет! - странно улыбнувшись, заявил Аид. - А теперь скажи: хочешь заключить со мной сделку? - Сделку? - не поняла девочка. - Ну да. Обычно люди обращаются ко мне, чтобы попросить что-то. Власть, деньги, даже любовь... Как плату, я забираю у них половинку души. - Но у меня нет никаких желаний. - Совсем? - Совсем. Поняв, что договор не состоится, дьявол решил, что уж лучше он съест душу незваного гостя. И делать ничего не надо, и желудок можно набить. Он видел, насколько чиста и непорочна душа этого ребенка, насколько сладкая и сочная. Она была гораздо вкуснее любой пищи богов, ведь в Аду ни разу не было таких людей. Сущности предыдущих гостей были темны и грешны. Их души отдавали лишь солью и горечью, а эта девочка обладала тем, чего Аид еще никогда не пробовал за всю свою очень долгую жизнь. Дьявол облизнулся, готовясь резко и быстро вырвать этот плод из тела Рокудо. Для этого понадобится меньше пяти секунд, но чужое присутствие заставило его повременить с трапезой. - Хватит прятаться, Макария*, - сказал он в темноту, откуда начал выходить другой житель этого места. Увидев его, Мукуро открыла рот от восхищения. Девушка на двадцать лет, немного похожая на ленивого демона, с густыми волнистыми волосами цвета смолы и длинной до ребер. Идеальная фигура, большая грудь, приятное лицо и необычные глаза, которые были, словно жидкое белое золото с вертикальными зрачками-аметистами. На ней было длинное черное платье с откровенным декольте и разрезами на бедрах. Если бы Рокудо услышала словосочетание "дьявольски красивая", она бы представила именно эту женщину. - Отец, у нас гости? - поинтересовалась она, глядя то на девочку, то на "Сатану". - Малышка случайно падала к нам в преисподнюю, - объяснил Аид. - Случайно? - хихикнула девушка. - Как так? - Может, баловалась с оккультизмом... В принципе, не важно. - Что с ней делать будешь? - Полакомлюсь ее душой, - оскалился дьявол, вызывая у Мукуро дрожь. Только сейчас она осознала, что этот визит к существам Ада далеко не бесплатный. Неужели придется умереть здесь? Она этого не хотела, учитывая свою нынешнюю жизнь, которую никак не назовешь не устраивающей. Макария подошла к Рокудо и, наклонившись, впилась изящными пальцами в ее подбородок, приподнимая лицо и разглядывая его. Свободной рукой она поднесла к устам гостьи неизвестно откуда взявшуюся багровую ягоду. Резкий, сладкий запах тут же ударил в нос.  - Открой ротик, - девочка послушно выполнила указ и обхватила губами преподнесенное угощение. Плод оказался вкусным и сочным. Таких она ни разу не пробовала. Оставив Мукуро в покое, дочь Аида подошла к своему отцу и что-то зашептала ему на ухо. Лицо того начало спешно меняться, и ухмылка сменилась недовольством. - Уверена? - спросил он, когда его дитя закончило. - Конечно. Я слов на ветер не бросаю. - Ладно. Иди, - вздохнул демон, после чего губы прекрасной женщины растянулись в коварной улыбке, а она сама направилась обратно в темноту. Рокудо только проводила ее глазами, замечая, как из-за ткани платья, где разрез, выглядывает острый кончик черного дьявольского хвоста. - Повезло тебе, мелкая, - хмыкнул "Сатана", встал и пошел за дочерью. - Иди за мной. Не зная, что делать  этом месте, девочка подчинилась и побежала за ним, догоняя. Сначала была жуткая тьма, хоть око выколи, и единственное, на что можно было полагаться - слух. Именно на него она опиралась, следуя за звуком шагов Аида. Вскоре она поняла, что они уже топают по лестнице, ведущей вниз, а после недалеко впереди словно открылись небольшие ворота, впускающие в этот мрачный коридор не очень яркий свет. Наконец она прибыли к месту, являющемся огромной уютной комнатой с трехметровым потолком. Все было в золотых цветах, единственным предметом освещения служил огромный камин высотой с человеческий рост, перед которым располагался стеклянный стол и мягкий диван, напротив них, у другой стены находился немалый праздничный стол с большим количеством разнообразной еды. Также в помещении были украшающие его декорации, вроде картин, статуй и странных, ранее невиданных растений. - Присаживайся, - пригласил девочку демон, устраиваясь на диване. Та, помедлив пару секунд, приземлилась рядом с ним, чуть ли не провалившись из-за такой мягкости, на что "Сатана" усмехнулся. - Неудобно? - Нет, нормально, - гостья не соврала, ведь было просто непривычно. Дьявол же уставился на пламя в камине. Можно было заметить, что из огня тянутся руки, слышатся жалобные стоны и выглядывают обгорелые люди. - Что это? - Те, кто попали сюда за свои грехи. Теперь они страдают. Муки длятся до тех пор, пока мне не приспичит восстановить силы за счет их душ, но я слабею лишь раз в шесть лет. Сзади послышались тихие звуки шагов и шарканье ткани о пол. Подойдя к прозрачному столу, Макария поставила на него поднос с тремя хрустальными бокалами, наполненные багровой жидкостью. Она взяла один из них и подала Рокудо. - Мне нельзя алкоголь... - Это не вино, а сок из таких же ягод, что я тебе давала, - стеклянный край коснулся губ Мукуро, и она снова почувствовала тот замечательный запах. Она открыла рот, принимая внутрь напиток. - Не спеши, - нежно прошептала женщина, постепенно наклоняя бокал. - Думаешь, на нее это подействует? - с усмешкой спросил хозяин этого места. - Сейчас проверим, - его дочь поставила уже пустой сосуд обратно на поднос и, обойдя диван, обхватила хрупкое тело Мукуро, крепко сжимая. - Начнем? - Тебе повезло, чертовски повезло, мелкая, - "Сатана" поднялся с мягкой поверхности и наклонился перед гостьей. Одной рукой он впился ногтями в ее щеки, удерживая лицо, а другой подобрался к ее правому глазу. - Ч-что Вы собираетесь делать? - зрачки Рокудо расширились от страха, а тело бросило в дрожь. - Не бойся, - ласково промурлыкала Макария, прижимаясь щекой к ее виску. - Не каждому сам один из повелителей Ада такие подарки делает. Девочка испытывала страх, полнейший ужас и непонимание, смешанное с шоком. Она видела, как демон медленно вытаскивает ее око. Она видела мышцы глазного яблока, тянущиеся мерзко-розовой веревочкой. Она видела и брызнувшую кровь, но... Она не чувствовала боли. Не ощущала ничего, кроме нежных рук той женщины с хищным взглядом, которая, когда вырванный орган оказался на столе, прикрыла другое око Мукуро, устраняя ее возможность смотреть на происходящее. Этого и не было нужно. Главное - не чувствовать мук, хотя их отсутствие было великой загадкой. Для Рокудо все пролетело быстро и незаметно. - Готово, - услышала она и уже смогла использовать свои глаза. Еще одной странностью являлось то, что они великолепно функционируют. - Пора прощаться, Мукуро, - сказал дьявол, лишенный одного из своих красных очей. - Если захочешь научиться управлять своей силой, приходи... *** Выстрел нарушил тишину спальни. Пуля лишь оставила царапину на щеке и попала в вазу, стоящую на тумбочке. Девочка с перебинтованным правым глазом падает на пол и забивается в угол, ударяясь затылком о стену. Кровь дочери стекает по коже, а слезы отца капают на паркет... - Прости... - шепчет он. Лицо равнодушное, холодное, но он все же плачет. Иначе нельзя, надо уничтожить то, на чем присутствует метка Ада. А дитя должен убить именно родитель. Убить демона... - Почему?... - она трясется в тихой истерике. Она не понимает, за что ей это. Но она знает, что он уберет ее из этого мира. - Почему, отец?! - хочется в слезах убежать. Не может...Дуло пистолета направлено на ее лоб. Смерть должна быть быстрой, мгновенной и безболезненной. - Прости... - повторяет он уже в третий раз, хотя не спешит стрелять. "Никому не нужна... - Мукуро опускает голову, скрывая лицо за челкой. - Тогда... - рукой тянет за бинт, снимая его с глаза. - Если люди в этом мире не принимают меня..." - ...я создаем свой собственный через кровь и смерть!!! - алое око с иероглифом сразу уставляется на мужчину. - Путь Нарака... - непроизвольно вырывается у девочки. Иллюзии и кошмары - хорошее средство, чтоб свести человека с ума... Наблюдая, как отец мучается от галлюцинаций, она поспешила достать из тумбочки канцелярский нож, положила его в карман и открыла окно. Вздрогнув от звука выстрела, она на минуту взглянула на пустившего себе пулю в голову мужчину. - Совершил суицид, чтоб избавиться от кошмаров... Что ж, это ты прости, папа, - невольно усмехнувшись, она залезла на подоконник и выпрыгнула на улицу. Мягкую и безопасную посадку обеспечили садовые кусты. Отряхнувшись от листьев и пыли, она побежала подальше от этого дома. Куда угодно, но как можно дальше, ведь убийство главы клана непростительно... - Мукуро! - родной голос заставил остановиться. - Мама? Женщина обнимает ее неожиданно, крепко прижимая к себе. Рядом с ней дочь ощущала себя в безопасности, будто никто не сможет к ним и на пушечный выстрел подойти. Казалось, что она знает все о своем ребенке и все равно прощает ей все грехи. Но это ощущение было подобно натянутой нити, которую оборвали совсем внезапно. Девочка почувствовала, как сзади ее схватили сильные руки и отстранили от матери. Она уже надеялась на вторую помощь своих способностей, но на ее красный глаз тут же легла чужая ладонь. - Кто Вы?! - панически спрашивает мать, глядя на зрелого мужчину со шрамом, пересекающим левое око и противоположный край губ. - Извините, но я заберу этого ребенка, - голос спокойный, немного хриплый. - Что?... Зачем? Она же... - Это дитя проклято, - обрывает он, сжимая плече девочки, как раз непонимающе рассматривающей его. - По приказу Вашего мужа она будет принадлежать семье Эстранео. - Вы не можете забрать ее! - женщина делает шаг вперед. - Она же моя дочь! - быстро подбегает к нему, пытаясь вернуть Мукуро, но удается только на мгновение зацепиться за ткань белой футболки. Когда она собиралась повторить это действие, ни мужчины, ни малышки Рокудо уже не было. Словно испарились... - Мукуро... - она, заметив на земле канцелярский нож, подняла его. Секунда... Тридцать... Минута... "Какая же я мать, если не могу уберечь свое дитя?" - задается она вопросом, резко проводя лезвием по своей шее. Брызнувшая из горла кровь заляпала траву и безвольно упавшее тело женщины... The End flashback. Девушка резко села на кровати, но по всему телу тут же раздалась резкая боль, заставляя лечь обратно и сжаться. Она поморщилась от этих ощущений и удивилась, что еще в порядке после стольких использований той техники. Хотя, не совсем в порядке... Если убрать боль в организме, то остается боль в голове и перебинтованный правый глаз, о порче которого Бьякуран как следует позаботился. - Черт бы его побрал... - прошипела Рокудо, сжимая пальцами простыни. - Нехорошо так о людях, - прозвучал детский голос. Услышав его, она приподнялась и посмотрела в сторону стола, за которым, попивая чай с клубничным тортом, сидела та самая девчонка, похожая на Саваду. - Ты? - Я, я... - кивнула помощница босса Мильфиоре, делая глоток ароматного чая с шиповником. - Только меня Анной зовут. _________________________________ Аид - в древнегреческой мифологии бог подземного царства мёртвых. Ну, это все и так знают))) Макария - согласно Суде(крупнейший энциклопедический словарь на греческом языке), в мифологии она - дочь Аида и Персефоны и богиня блаженной смерти. P.S. По плану, это не должен был быть конец главы, но она, на мой взгляд, получилась великовата... Да и проду не терпелось выложить))) スズメ。