Самый чистый товар

После суровой во всех смыслах операции Оливер все таки стал засыпать. Он лежал в спальне, на кровати Тома и монотонно гундел. Будто сопротивлялся желанию отключиться и наконец дать измученному телу отдых. Стелла стояла за дверью. Все трое слушали его, взволнованно переглядываясь. – Ну так что там произошло из-за тебя? – Бен спросил, присаживаясь в кресло. Том пил кофе, молча сидя напротив. А Стелла нервно ходила из стороны в сторону, наконец она заговорила: – Он… Бен, ты не поверишь. Всё равно не поверишь. – Да говори уже. – Бен отмахнулся. – Он видит. – Что видит? – он спросил недоуменно. Стелла прошла к дивану и присела рядом с Томом. Вид у мужчины был настолько забавный, будто он предстал ребёнком при взрослом разговоре. – Я не знаю, как объяснить. Видит какие-то вещи… Из будущего и настоящего. Бен молчал, скрестив руки на груди. Звучало сомнительно и даже бредово. Том приподнял брови, усмехнувшись еле заметно. Он тоже не поверил. Но Стелла продолжила: – Он видел, наверное. Видел то, что происходило. Мэтт, о котором я рассказывала… Он прицепился ко мне, в коридоре. Говорил все эти гадости… Он затащил меня в комнату, – руки у девушки стали дрожать, она взволнованно перебирала пальцы, – Там были ещё два его друга. Я не знаю, что он хотел сделать. Он ударил меня… Оливер тут же вошёл следом и просто убил. Всех убил. Меня он не тронул. Говори, что хочешь, но я знаю, что он никогда бы не убил ни меня, ни тебя. Я не оправдываю его действий, но ты же можешь понять, что он болен… Бен все ещё молчал, уставившись на неё. Том отхлебнул кофе, глядя куда-то в пустоту и стал вникать. Он вдруг подал голос: – А Джейк где? – Остался за городом, решил задержать наёмников его босса. Герой недоделанный. – Бен сказал иронично. Стелла тут же возразила: – Почему ты так говоришь? Он бы никогда не бросил тебя в беде. Да, вы не друзья и вообще друг друга не знаете, но это же Джейк. Никогда не знаешь, что у него в голове. – Как и у этого шизика. – Бен махнул рукой в сторону спальни. – Не называй его так. – Стелла ответила дрожащим голосом. – Я понял. Все понял. Да, он пристрелил того засранца из-за тебя. Только зачем он стал стрелять по всем, кого видел?! Он убил всех, кто ему попался на пути. Считаешь, с ним все в порядке, а?! – Бен задал вопрос, удивлённо глядя на неё. Том все ещё слушал их диалог, уже прикидывая, что все таки произошло. Он спросил, чтобы все прояснить окончательно: – А кто этот Оливер? Он брат Джейка? – Нет… Он… – Стелла замялась, глядя то на Бена, то на Тома, – Ну… – Он просто нужен Джейку. – Бен прервал её раздумья, сказав как можно проще. – Он важен ему? – Том уточнил. – Очень. – Стелла кивнула. Том допил кофе, поправляя свою окровавленную ночную рубашку и ответил с самодовольной улыбкой: – Наконец-то. Я рад, что смог вернуть ему долг. – Какой такой долг? – девушка поинтересовалась. – Пять лет назад меня взяли в плен на западной границе Коннектикута. Хотели завербовать, чтоб я пересаживал органы подпольно. У Джейка в то время было задание на этой точке. Он долго отслеживал и убивал по одному этих ублюдков. Тогда-то он и спас меня, освободил… Хотя это не входило в его планы. Да, он герой. Пусть и недоделанный. – он взглянул на Бена с какой-то долей упрека. Бен хмыкнул, отводя глаза. Джейк его всегда раздражал, но его искренность и отважность определённо подкупали. Мужчина невольно подумал о том, что будет действительно рад, если он выживет. – А мальчишка-то и вправду… Удивительный. Я думал, все таки откинется. Шансы были мизерные. Столько крови потерять… – Том сказал задумчиво, – Везунчик. – Сколько ему потребуется на восстановление? – Бен решил уточнить сразу же, ведь нужно было что-то делать дальше. – Недели две, возможно. – Том заверил без сомнений. – Что нам делать? – Если он завтра не вернётся… Просто уедем подальше отсюда. – Стелла опустила взгляд, утерев слезы. – Оливеру что скажем? «Джейк стал капитаном дальнего плавания»? – Ничего не будем говорить. Соврем что-нибудь, если спросит. Том поднялся, поставив кружку на стол и махнул рукой: – Можете пока побыть здесь. Деваться вам все равно некуда. Да и сомневаюсь, что кто-то следил за вами. Иначе давно бы вынесли мне дверь. Бен тоже встал, сбросив куртку и сказал ему в спину: – Спасибо тебе. Том обернулся и кивнул в ответ, пожав плечами: – Там вторая спальня. Я устроюсь здесь. А вы идите, отдохните. Завтра уже решите с ясной головой, что и как. Если хотите, можете что-нибудь поесть. Бен отрицательно завертел головой, Стелла тоже вежливо отказалась. *** Ночью Оливер спал беспокойно, все стонал и плакал, хотя ему вкололи обезболивающее и успокоительное. Проснулся он ранним утром и долго глядел в потолок. Чувствительность вернулась окончательно, живот страшно болел и внутри что-то тянуло и пылало огнём. Ужасное чувство. Но Оливер не выражал никаких признаков болезненности, за исключением внешних проявлений. Мальчик мучался молча, давно привыкший к тому, что собственное тело не даёт ему иного способа выразить хоть какую-то боль. Как в клетке. Оливер вдруг вспомнил про Джейка. У него много шрамов. От ножей, пуль и тяжёлых предметов… Он совсем не болеет. Джейк очень хорошо владеет своим телом, а не наоборот. Наверное он настолько сильный, что запрещает своему телу болеть. Интересно, если бы у него не было руки или ноги, или даже уха, он бы продолжал ходить, стрелять, драться и слышать все-все на свете? Как научиться быть таким же? Оливер долго размышлял, уставившись в потолок и забывая о собственной боли. Вскоре голову посетила новая мысль. Он вспомнил, что его первым утренним ритуалом является чистка зубов. Без этого день точно не начнётся и все будет очень плохо. Нужно срочно… Том вошёл в комнату, прервав его поток мысли. Оливер тут же выпалил: – Нужно чистить зубы. Мужчина замер, округлив глаза. Он ещё переваривал недолго его реплику: – Отлично. Есть зубная щётка. Паста тоже. Никаких проблем. Встать сможешь? Только не сгибайся, тихонько. Оливер медленно поднялся, жалобно заскулив. Том подошёл к нему ближе, подавая руки, но Оливер не торопился принимать его помощь. Он зыркнул на него исподлобья и уставился на его ладони. Длинные пальцы, запястья потоньше и чуть выпирающие вены. Почти как у Джейка. – Что с ними не так? – Том вдруг поднял руки, рассматривая внимательнее и пытаясь найти в них то, что заприметил мальчик. – Всё с ними так. – он буркнул в ответ. Оливер наконец взялся за него и с трудом встал с постели. Том направился в ванную и махнул за собой, Оливер совсем несмело последовал за ним. Он съежился и приоткрыл дверь. Том тут же вручил ему щётку и пасту, улыбнувшись. Оливер внимательно взглянул ему в лицо. «Весёлый грустный человек» – в голове загорелась мысль и тут же померкла. Том решил не стоять у него над душой и вышел, ожидая его в комнате. Оливер самозабвенно чистил зубы долгое время. Прошло около десяти минут, но он был почти дотошным до таких мелочей и делал все тщательно, как и учили в приюте. Напоследок он умылся и посмотрел на себя в зеркало. Мальчик не на шутку удивился. Под пустующими небесными глазами залегли темно-синие круги и кожа стала бледной и тусклой. Губы его так же потеряли цвет, став почти синими. Оливер чуть нахмурился, рассматривая себя внимательнее. Какое горе. Волосы на голове отросли ещё на несколько миллиметров. Он больше не считал себя красивым. Мальчик поджал губы, опустив взгляд. Глаза его наполнились слезами от осознания всех изменений. Он тревожился. Это не его комната. Не его дом. Он выглядит по-другому. Здесь синяя зубная щётка. А в особняке фиолетовая. В приюте тоже была фиолетовая. Тут нет Джейка. Всё совсем другое. Не так. Оливер уставился куда-то в пустоту, мысли его разбегались и снова кучковались воедино. Он только сейчас понял особую вещь, над которой даже не задумывался прежде. Особняк стал для него домом. Пусть это место было ужасным. Там творились кошмарные вещи, убийства, насилие, секс, все эти дурацкие игры гостей с их подчинёнными, но там был Джейк. Оливер всегда был спокоен рядом с ним и даже когда впадал в состояние психоза, быстро приходил в себя. У него была своя комната. Двадцать третья. На самом высоком этаже. Своя просторная кровать. Свой стол, стул и мягкое кресло. Свой большой шкаф с его маленькими вещами. И главное, свой Джейк. Оливер воспринимал мужчину совсем не как человека, которого обожает или любит. Он не знал такого чувства от слова совсем. Воспринимал Джейка как должное и само собой разумеющееся. Как своего рода абстрактный объект и образ. Свой. Личный. Оливер был как ребёнок, у которого среди множества интересных игрушек есть своя любимая, самая простая и уютная. Единственная, к которой он привязан. В случае беды, тревоги или надвигающейся опасности, он будто дитя все хватался за мягкий рукав его кофты, чтоб чувствовать себя спокойнее. Оливер не умел любить или ценить то, что имеет. Это были для него слишком сложные чувства. Он никого никогда не любил. В Джейке он очень нуждался, сделав весь его образ собственным, воспринимая его как огромную часть себя и прислушиваясь к нему. К его строгому голосу, такому ясному, отчетливому в этом бесконечном неразборчивом шуме. Ощущая его тактильно и визуально, помня каждое прикосновение, наконец полностью осознавая, что Джейк жив и осязаем. Имеющий свой цвет. Серый, почти стальной. Свой вид. Высокий и слаженный. Свой запах. Чистый и теплый, часто окруженный сизым дымом. И сейчас Оливера настигло странное ощущение. Где же эта часть? Почему он сейчас не чувствует её? Ведь раньше, когда Джейка не было рядом, он чувствовал всё. Знал точно, что придёт. Том вошёл в ванную, заметив его покрасневшие мокрые глаза: – Эй малой, ты чего? Больно? Оливер закивал часто, опустив голову. – Ну ничего же страшного! – он развёл руками и подошёл ближе, – Сейчас сделаем тебе волшебный укол. Морфин творит чудеса. – Творит чудеса. – Оливер не оборачивался, он побаивался Тома, как незнакомца. Том дружелюбно позвал его за собой. Оливер поплелся следом, вновь зайдя в комнату и присел на кровать. Мужчина достал новые повязки и шприц, наполнив его жидкостью. Он только взял Оливера за руку, как тот в ту же секунду дернулся, заползая на кровать и прижимая запястья к груди. В животе будто петарда взорвалась от острой боли и резкого движения. Оливер замычал поморщившись и испуганно глянул на Тома исподлобья. – Уколов боишься? – он спросил спокойно. Оливер отрицательно завертел головой, стиснув зубы: – Остальных. – А кто эти «остальные»? – Том настороженно поинтересовался. – Вы. Мужчина подошёл ближе и присел с краю кровати. Он уже заметил эту настороженность и решил познакомиться с мальчиком и немного поговорить. Оливер отполз ещё дальше, упираясь спиной в изголовье. – Меня зовут Том. Я доктор. – он сказал приветливо. Оливер взволнованно хлопал глазами. Он рассматривал его домашнюю одежду: – Где ваш белый халат, лучший доктор Том? – Я дома. Здесь он мне не нужен. – Вы вчера зашили меня как костюм? – Да. Иглой и специальными хирургическими нитями. Хочешь посмотреть, что там у тебя? – Том указал пальцем на его живот. Оливер опустил голову, осторожно подняв футболку. На животе была наложена послеоперационная повязка. – Отклеим? Нужно заменить. Мальчик недоверчиво уставился на него. После долгих сомнений все же подвинулся ближе. Том осторожно отлепил повязку и Оливер округлил глаза, завидев что-то новое. Самые настоящие швы. Том реально крутой. Он как та швея из особняка, только как будто бы доктор. Мужчина осторожно, почти бережно обработал каждый шов и наложил новые повязки. – Очень спасибо. Где мой Джейк? Том чуть приподнял брови, взгляд его бегал из стороны в сторону, будто его поймали на мелком хулиганстве. Он не знал, какой ответ выдумать. – Вы хотите сделать обман? – Оливер приблизился, внимательно уставившись на него. – Эй, малой. Я не знаю, что тебе ответить. Серьёзно не знаю, где он. – Это Оливер. – он заявил со всей серьезностью. – Я знаю твоё имя. – Том невольно улыбнулся. Мальчик ткнул себя пальцем в грудь с важным видом и повторил: – Вот это. Оливер. Не «малой». Том расплылся в улыбке, хотелось смеяться. Но он чуть нахмурил брови, стараясь показаться серьёзным. – Окей, малой. Оливер многозначительно вздохнул, пародируя очередную актерскую реакцию, которую когда-то увидел в телевизоре. Тома очень веселило его поведение, но мужчина чувствовал себя слегка неловко. Оливер уже достаточно взрослый, чтоб вести себя как ребёнок, но тем не менее его повадки и манера разговора были абсолютно непосредственными и детскими. Его односложные ответы и лицо не выражающее мимики наводили на мысль, что у мальчика есть некая проблема психического характера. Том пока не знал, в чем дело, но уже обратил внимание на некоторые мелочи. И тут Оливер присел поближе, глядя ему в глаза: – Вы делали мне больно. – Без боли выздоровление невозможно. Если бы я этого не сделал, ты бы умер. – Том взволнованно ответил. – Я очень понимаю. Наверное, вы хороший человек, которому приходится делать очень больно, чтоб все люди на свете получились здоровыми. Вчера я такое не знал. А сегодня знаю. – Жизнь сплошное открытие. – Том отвёл взгляд куда-то в окно. Оливер оглядел пустую комнату. Вчера несмотря на свое состояние он ясно запомнил, что больше в этой квартире нет никого, кроме Тома. – Зачем вы живёте один? – Моя жена умерла. – Вы не смогли её вылечить? Том отрицательно завертел головой, опустив голову. Оливер молчал. Затем все же задал вопрос: – От чего она получилась мёртвой? – Рак. – Я знаю такое животное. Оно настолько опасное? – Оливер совсем не представлял, насколько большим должен быть рак, чтоб убить целого человека. – Нет. Это болезнь, которую почти невозможно вылечить. – Не здорово. – Оливер склонил голову набок, – Мою болезнь тоже нельзя вылечить. Том взглянул на мальчика. Оливер самозабвенно водил пальцем по узорам на постельном белье, словно витал где-то не в этой реальности. Будто не зацикливал внимания на чем бы то ни было. – Чем ты болеешь? – Аутизмом. От этого умирают? – Говорят, люди страдающие аутизмом живут не очень долго. Подробно не изучал эту тему. – Наверное дольше, чем страдающие раком. – Ты прав, малой. – Джейк меня лечит. Я не мог раньше много разговаривать. Теперь могу и мне не мешает. – Оливер приложил палец к виску, – Но он совсем-совсем не доктор… Том хмыкнул, сложив руки на колени: – Я знаю. Так значит, ты не его младший брат? Оливер завертел головой, раскачивая ногами на кровати: – Все думают, что мы братья получились. Очень нет. Нежность, ласка. – Что? – Что? – Оливер повторил один в один его тоном. Том решил, что мальчик просто несёт бессмыслицу: – Ложись-ка в кровать. Сейчас принесу тебе поесть. Оливер улегся на подушку поудобнее, прикладывая руку к животу. *** Бен вернулся через пару часов. Стелла решила не беспокоить Оливера. Она сидела в гостиной и обедала. У всех в голове крутилась одна мысль – Джейк не вернулся. Несколько часов прошли в гробовой тишине. Бен ел молча, да и Стелла предпочла не разговаривать. Том уехал сразу после того, как покормил Оливера. Наконец Бен заговорил: – Том купит все необходимое. Уедем. – Что, если он жив? Не, знаю… В беде? Что, если ему нужна помощь? – Стелла спросила с каким-то отчаянием в голосе. Бен резко поднялся, подойдя к окну: – У него было единственное указание – забрать Оливера. Мы сделали это. Где ты прикажешь теперь его искать? – Да ты представляешь вообще, как Оливер будет без него? – Стелла подскочила, повысив тон. Бен обернулся, устало потирая лоб: – Представляю. Думаешь, кто его научил с оружием играться? Джейк просто бдительность растерял… Говорил, что Оливер болен… Сам мартышке дал гранату. Идиот. – Я тоже не выношу Джейка. Но он так добр к Оливеру… – Вот только не надо об этом. У Джейка вообще неправильное отношение к нему. Он же… Ребёнок. – Знаю, о чем думаешь. Нездоровая любовь. Оливер кстати не против. Согласие есть, значит все правильно. – Стелла улыбнулась, еле сдерживая беспричинный смех. Бен пожал плечами, улыбаясь ей в ответ. Он вдруг стал серьёзен и подошёл к ней ближе, заботливо убрав золотистую прядь волос за ухо. Стелла буквально замерла, все ещё не привыкшая к таким жестам со стороны мужчин. – Мне жаль, что в тот момент я не был рядом. Тогда бы тебя никто и пальцем не тронул. Жаль, что Оливеру пришлось вступиться за тебя. Таким образом… – Я просто не хочу, чтоб из-за этого ты его возненавидел. – Стелла отвела взгляд. – Это не так. – Бен ответил искренне, – Он просто меня напугал. Ты… Ты видела его глаза? – Видела. Всё видела. – девушка подтвердила. – Может, поговорить с ним. Он не выходит из комнаты. Вдруг ему что-то нужно, но не может сказать. Я зайду к нему. – Хорошо. Бен ещё недолго стоял у двери и наконец постучался. Оливер не отвечал. Он постучал настойчивее, но ответа так и не последовало. Мужчина все же вошёл, осторожно открыв дверь. Оливер лежал в постели, глядя на него стеклянными кукольными глазами. Он не двигался и действительно пугал своим безжизненным видом. – Можно? – Бен спросил, присаживаясь на край кровати рядом, – Ты не отвечал. – Ты уже решил, что можно. Сидишь. Тут. – Оливер ответил, не отрывая от него пустого взгляда. Бен немного замялся. Ему показалось, что Оливер недоволен его присутствием, но мальчик спросил совсем наивно: – Ты теперь считаешь меня самым плохим на свете? Всегда будешь ругаться на меня? Бена очень тронули его вопросы. Это было слишком противоречиво – видеть в нем что-то ужасное, но всецело понимать, что Оливер просто дитя в глубине души. – Нет. Я поэтому и пришёл. Предлагаю забыть все обиды. Больше не буду ругаться. – Это здорово. – Оливер ответил уныло. Бен с осторожностью погладил его по макушке. Мальчик не сопротивлялся, он прикрыл веки, тяжело вздохнув. – Когда придёт мой Джейк? – Скоро. – Бен соврал. – Непонятно. – Оливер распахнул глаза, нахмурившись. – Он сильный. Справится. И обязательно вернётся. – Бен постарался его убедить. Оливер оставался непреклонным. Он серьёзно смотрел ему в глаза в ожидании новых слов, но Бен молчал. Мальчик вновь повторил свой вопрос, на сей раз более резким тоном: – Когда придёт мой Джейк? – Оливер, я не знаю. – Бен уже стушевался, предпочитая не обманывать его. – Нужно узнать. – Оливер сказал, как отрезал. Бен промолчал, отвернувшись. Было бесполезно переубеждать его. – Оливер, как только ты поправишься, нам нужно уезжать… – Не поеду без Джейка. – мальчик перебил его. – Придётся. Таково его желание. – Обман. – Оливер смотрел на него пристально. – С чего ты взял? – Джейк не захочет такое. Никогда не захочет меня оставить. – Ты прав. Он любит тебя. Но он хочет, чтоб ты был в безопасности. Для него это важнее, чем держать тебя рядом с собой, понимаешь? Оливер вдруг закричал, резко поднявшись: – Я все-все знаю! Я никуда не поеду! Никогда! Джейка нет! Не поеду! Бен хотел его удержать, но мальчик толкнул его, закрываясь. Стелла вошла в комнату, с укором взглянув на Бена. Она подумала, что он нарочно выводит Оливера из себя. – Что? – Бен спросил, отодвинувшись подальше, – Не хочет он никуда уезжать. – Ага, я и оттуда хорошо слышала. Не время об этом говорить. – она кивнула в сторону двери, чтоб Бен оставил их вдвоём. Мужчина устало закатил глаза и вышел из комнаты. Оливер проводил его взволнованным взглядом, он перестал злиться, почувствовав вину за своё поведение. – Как себя чувствуешь? – она забралась на кровать и прилегла рядом. Мальчик успокоился окончательно. Он внимательно смотрел на девушку. Она больше не улыбалась. Ну вот. Даже Стелла изменилась. Совсем не здорово. – Кажется, Оливер болеет… – он вымолвил полушепотом. – Ты поправишься. – Стелла погладила его по щеке, – Скажи честно, Джейк научил тебя обращаться с оружием? Оливер кивнул в ответ. Стелла уже догадывалась об этом, но стоило уточнить. – Он не учил меня делать убийство. Не говорил, что так надо. Просто играл со мной. Взрослая игра. Не думай о нем плохо. Он не хотел давать свой пистолет, я сам взял. Это я плохой. Джейк самый хороший. Я очень честно… Стелла выслушала его, не зная, что и ответить. Она думала, от чего Оливер так сильно привязан к нему. – У вас был секс, да? – Всё было… Он никогда не заставлял. Всегда делал хорошо. Я сам просил трогать, делать поцелуй и самое разное. Стелла отвела взгляд. В голове толком не укладывалось сказанное. Она тоже посчитала Джейка не совсем здоровым психически и даже в сексуальном плане. Но тем не менее, Оливеру сложно не верить. Он всегда говорит правду. Единственный факт, что заставлял не сомневаться в здравомыслии Джейка – он точно не принуждал Оливера ни к каким сексуальным действиям. И то хлипкое оправдание для человека, который предпочёл секс с несовершеннолетним аутистом. – Джейк очень хочет, чтоб я учился и как будто бы развивался. В настоящей школе. С другими. Нормальными. Он гулял со мной в больнице, там были такие же, как и я. Они делают странные звуки и трогают зачем-то. А я уже разговариваю. Умный, но по-другому, да… Джейк обещал, что возьмёт меня с собой. Туда, где все здорово. Стелла улыбнулась, слушая его монолог и наблюдая за ним. Весьма трогательно. Она даже не догадывалась, что Джейк хотел большего для Оливера. Намного больше, чем просто присвоить его себе или купить. Но получилось то, что получилось. И как это исправить – сейчас самая главная проблема.