Рассветное солнце пахнет звездами

Говорят, эмоциональная память человека, пусть даже и волшебника, формируется за счет запахов. За ними следуют самые яркие и сильнейшие, а порой, даже разрушительные воспоминания. На войне, которая буквально несколько месяцев назад сотрясла волшебный мир, было много запахов. Борьба - резкий и яростный. Страх - удушающий и пленяющий легкие. Поиск - адреналин и предвкушение. Надежда - что-то нежное и такое нужное…………смерть. Для Гермионы смерть пахла пылью, раздробленным камнем старинного замка и гарью. Когда Хагрид нёс Гарри на руках по мосту, под улюлюканье Пожирателей, мерзкий пропитанный шипением и ядом смех Волан-де-Морта, Гермионе показалось, что весь мир обрушился ей на голову. Что тоненький запах надежды, который всех воодушевлял, испарился, оставив за собой только клубы пыли и догорающие костры сопротивления в душах всех, кто воевал за сторону добра. Но Гарри выжил. Это была самая настоящая магия, даже в волшебном мире. Она с большей силой разожгла костры, и в мир вошло множество новых запахов. Например, запах победы. Приторный и соленый. Аромат слез и облегчения. Но почему-то сейчас, сидя на подоконнике в доме на Площади Гриммо 12, в отведенной ей комнате, ловя лучи рассветного солнца и наслаждаясь последними часами спокойствия перед последним учебным годом в Хогвартсе, Гермиона чувствовала тот самый запах пыли и гари. Он как будто впечатался ей в подкорку и осел в ноздрях. Девушка подолгу застревала в душе, пытаясь смыть с себя каждую нотку, пила крепкий кофе, чтобы не ощущать послевкусие на языке, но запах возвращался. В ночных кошмарах, благодаря которым она открыла для себя магию рассветного солнца, в каждом уголке этого дома, который они теперь делили с Гарри Поттером. Память родителей не вернулась, а значит, пути в родной дом оторваны навсегда. Во время неловких посиделок у камина в компании двух ее самых лучших друзей аромат смерти никуда не исчезал. Даже когда Рон неловко обнимал её на прощание и целовал в щеку. Даже когда Молли пекла на кухне самые вкусные пироги волшебного мира и когда она получила такое заветное письмо о назначении на пост старосты девочек Хогвартса. Это безумно пугало. Отравляло нервы, душу, оголяя самые неосторожные участки сознания, которые Гермиона тщательно прятала от остальных в надежде, что когда-нибудь, она сможет почувствовать необходимое облегчение. Заветный запах умиротворения и спокойствия. Солнце плавно поднималось над горизонтом, а ноги порядком затекли в неудобной позе на широком окне. Книга по Истории магии покоилась на её коленях, совершенно забытая в потоке мыслей и чувств. Она подставила лицо под теплые утренние лучи и пыталась настроиться на предстоящий год учебы. Всех, кто не закончил седьмой курс обучения, по распоряжению министра магии Кингсли Бруствера, отправляли на еще один год. Это должно было радовать Гермиону, но ей казалось это пошлой фальшью. Чему она сможет научиться в Хогвартсе, когда за её спиной стоял целый год войны? Грейнджер встряхнула голову и постаралась выкинуть неприятные мысли. Хогвартс был её домом, а значит, самым лучшим местом, чтобы начать все с чистого листа. К тому же если необходимо было пройти еще один курс обучения для такой заветной работы в Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними Британского Министерства Магии, то она была готова на все сто процентов идти к своей мечте, даже если бы пришлось начинать все с первого курса. Да, именно так. Рону и Гарри затея министра тоже показалась глупой. Гарри даже, пользуясь своим статусом героя войны и обладателя Ордена Мерлина Первой степени, наведался к нему и попытался выяснить, почему они тоже в рядах новых студентов, учитывая их бесценный военный опыт. Однако, тот был непреклонен, намекнув, что Маркоборцами становятся не просто так, и не с нарисованным аттестатом. Рон тоже согласился поехать, чтобы поддержать друзей, хотя и собирался после школы пойти помогать Джорджу в магазине Всевозможных волшебных вредилок. Таким образом, Золотая троица снова вместе и снова едет в Хогвартс. Гермиона молилась всем магловским и волшебным богам, чтобы этот год был спокойным и обычным, когда как ни один год с участием этих троих таким не был. Каждый из них по-своему устал и как сказал Рон: “Не хочется снова ощутить на своей заднице миллион приключений”. Гермиона ухмыльнулась своим мыслям и сползла с подоконника, чтобы глубоко вдохнуть, потянуться и быть готовой ко всему. Хотя она всегда была готова. Вещи были сложены, а форма покоилась на вешалке массивного дубового шкафа. Грейнджер прошлась по комнате и уложила книгу в отведенное ей место в чемодане. Та вошла в узкое углубление между другими книгами, как недостающая частичка пазла. Теперь все было на месте и ожидало отправки. Солнце уже взошло, и Гермиона услышала поспешные шаги наверху. Что-то упало и она услышала резкий бас Рона, брякнувший нечто очень неприличное про рыжих котов. Девушка растянула губы в улыбке. Рон приехал к ним вчера, чтобы они смогли отправиться на Кингс-Кросс втроем, вместе и теперь, судя по всему, помогал собраться Гарри, как обычно, в самый последний момент. Мальчики совсем не выросли. Возможно, еще год школы будет и вправду им полезен. Раздался оглушительный стук в дверь. - Войдите! - сказала Гермиона, снимая со шкафа вешалку с формой. На пороге появился Рон. Руки которого были исцарапаны, а сам он держал за шкирку рыжий визжащий комок шерсти. - Гермиона, забери своего проклятого кота! Из-за него моя мантия теперь похожа на один из свитеров Лавгуд! - Он отпустил Живоглота. Тот с визгом опустился на лапы и подбежал к хозяйке в поиске защиты. - И он сделал тебе одолжение, потому что у Полумны прекрасный стиль, Рональд. - Она подняла кота. Тот мирно замурчал и обвил ее шею лапами, все еще сверкая в сторону парня огромными зелеными глазами. Рон очень вырос за последний год и несколько месяцев лета. Он заметно похудел, а солнце добавило еще триллион веснушек. Парень действительно стал чуть серьезнее. Разве что чуточку. И где-то на задворках сознания девушка все же жалела о вчерашнем разговоре с ним. Вчера они поговорили о том поцелуе и оба пришли к выводу, что друг к другу у них только теплые родственные чувства без намека на романтику. Гермиона сбросила такой тяжелый груз вины, ведь она всем естеством ощущала, что ее милый, добрый, солнечный Рон не вызывает и частичку того, что описывают в каждом романе про любовь, прочитанных девушкой от корки до корки в ее юные годы. Конечно, в идеальном мире они бы были удивительной, сильной и красивой парой, но от одной мысли, что она выйдет замуж за лучшего друга, почти брата, по телу разбредались мурашки страха и отрицания. Так ведь не должно быть, верно? Девушка была безумно рада, что Рон ощущает то же самое и им не пришлось разбивать сердца друг другу, рушить такую уютную и крепкую дружбу. Но, вопреки словам Трелони, о том, что её душа, как страница сухого пергамента, девушке тоже хотелось почувствовать себя любимой, нужной. Почувствовать бабочки в животе. Несмотря на ее силу и самодостаточность, Гермионе хотелось побыть однажды просто девушкой в руках сильного мужчины. Ощущать защиту, теплоту и поддержку. Гермиона поняла, что задумалась и стряхнула наваждение. Она мягко посадила Живоглота на кровать и уставилась на Рона, уперев руки в бока: - Разве ты не должен помогать Гарри, Рон? Иначе мы опоздаем и придется просить разрешение на трансгрессию. - И пропустить тележку со сладостями и праздничный вечерний ужин, ну нет! - Парень хмыкнул: - Гарри почти готов, осталось только… Его прервал истошный крик Гарри Поттера, откуда-то сверху: - РОН! ГЕРМИОНА ВСТАЛА? ПОМОГИТЕ СЕСТЬ НА ЧЕМОДАН! Друзья переглянулись и, улыбнувшись друг другу, отправились помогать герою магической войны, человеку, который убил самого страшного волшебника столетия, в этом нелегком деле. Они застали Гарри Поттера сидящего на чемодане и пытающегося утрамбовать гору накиданных в последний момент вещей. - Гарри Джеймс Поттер, теперь я понимаю, почему ты едешь еще на один год обучения в Хогвартс. Неужели ты забыл, что ты волшебник? - Гермиона подошла к другу и мягко столкнула его с чемодана. Девушка достала свою палочку. - Капациус Экстремис - Отчетливо произнесла Гермиона заклятие незримого расширения, которое уже стало ее самым любимым и вещи утонули в глубине чемодана. Гарри тут же защелкнул замки и потер затылок, взъерошив непослушные волосы: - Я, наверное, еще не проснулся. Куда же мы без тебя, Гермиона? - Действительно. Мне страшно за Аврорат. Похоже, тебе придется привыкать, что я не всегда буду рядом. - Гермиона ужаснулась своей фразе и грусть нахлынула на неё с новой силой. - Эй, давай пока без этих мыслей, мне кажется, что мы уже не отделаемся друг от друга, а? - Рон сидел на дубовой лакированной тумбочке у двери и смотрел на друзей с улыбкой. - Всегда вместе? - Произнесла Гермиона и открыла объятия для своих дураков. - Всегда вместе! - Повторили ребята и обняли подругу. Так они стояли, клубочком в центре спальной Гарри на площади Гриммо и не знали, что с ними произойдет дальше. Но им и не хотелось. Они есть друг у друга и все трое понимали, что, что бы ни случилось, каждый из них никогда не оставит друзей в беде. С такой мыслью Золотая троица отправилась начинать новую жизнь в школу Чародейства и Волшебства Хогвартс.