Рассветное солнце пахнет звездами

Большой зал стремительно наполнялся учащимися, которые рассаживались, занимая места за столами своих факультетов. Горстка первокурсников толпилась в начале зала, ожидая распределения. Это всегда был самый волнительный момент начала нового учебного года. В большом зале пахло сотней парящих в воздухе свечей и предвкушением праздничного ужина. С потолка, изображавшего раскинувшееся над учениками звездное небо, свисали гербы четырех факультетов. Гермиона перешептывалась с Джинни, пока все внимание Гарри и Рона занимали Томас и Финниган, бурно жестикулирующие и пытающиеся определить, кто из толпы на какой отправится факультет. - Гермиона, мы старосты, и знаешь, что это значит? - Заговорщически шепнула ей Уизли. - Что мы не будем ничего успевать по учебе? - Гермиона подняла брови, ожидая, пока смех Джинни в ответ на ее реплику сойдет на нет. - Годрик, нет, конечно, не будь занудой! Это значит, что в этом году мы организуем самый яркий бал в истории Хогвартса. - Подмигнула ей девушка. - О Джинни, это последнее о чем, я сейчас думаю! - Гермиона измученно опустила лицо на руки, отчего, ее уже распущенные кудри мягко запружинили. - И! Ииииии! Это значит в наших силах устроить…вечеринку! - Уизли раскинула руки в разные стороны, как будто пытаясь полностью обнять Хагрида. - Тссс. - Гермиона начала нервно опускать руки подруги, осмотрелась на предмет подслушивания их разговора и когда убедилась, что никто не обращает на них внимания, продолжила. - Но, Джинни, это же против правил! - Милая, пока мы блюстители порядка, мы сами решаем, какие правила можно нарушать, а какие нет. - Лукаво улыбнулась рыжеволосая. Гермиона не ответила. Конечно, она не хотела рушить планов Джинни, хотя и считала эту идею вопиюще непристойной, однако прослыть занудой вообще со всех сторон ей тоже не хотелось. Оставалось надеяться, что подруга несерьезно, или между квиддичем и делами старостата Уизли совершенно забегается и забудет. Распределение закончилось, пополнив ряды каждого факультета, как минимум на дюжину первокурсников и на сцену вышла директор школы Минерва Макгонагалл, облаченная в бархатную бордовую мантию, поверх ее строгого шифонового платья и с привычно стянутым тугим пучком седых волос на макушке. Все разом умолкли, как только ее высокая и стройная по меркам лет фигура встала у трибуны. В сердце отдало тонким уколом грусти, который почувствовали почти все семикурсники. Каждый из них половину жизни привык видеть там совершенно другого человека. - Добро пожаловать в Хогвартс! - загремел усиленный голос пожилой волшебницы, и даже самые смелые шепотки смолки окончательно: - Перед началом нового учебного года я хотела бы сказать пару слов об ушедшем. Волшебный мир сотрясала ужасная разрушительная война. Мы понесли множество потерь и ни одни слова, действия, а тем более возмездие, не помогут нам вернуть утраченное. Все, что мы можем сейчас, это продолжать жить и заново строить такой, казалось бы, хрупкий мир, ради тех, кто положил свои жизни на его фундамент. Мы также многое приобрели. Верных друзей, настоящую любовь. И как никогда, мы сейчас должны оставаться едины ради одной цели - жить и исправлять ошибки тех, по чьей вине началась череда разрушений. Чтобы наши дети и дети наших детей могли жить свободно и не знали бед, мы должны отбросить ненависть, страх, боль и предрассудки. Мы должны научиться прощать, даже тогда, когда, казалось бы, простить невозможно, ведь ненависть рождает злобу, а злоба порождает тьму даже в самых светлых душах. Я всеми силами призываю вас забыть вражду и соревноваться только в оценках, а не в оценочных суждениях. Я также призываю вас любить, ведь любовь может растопить даже самые холодные ледники и породить жизнь там, где раньше царила только смерть. Пусть этот год принесет нам больше, чем у нас забрали, и мы будем стараться достичь таких высот, с которых нас никогда не сбросят. Гермиона во все глаза смотрела на профессора и старалась не заплакать. Минерва Макгонагалл всегда умела подбирать самые необходимые слова. Хогвартс приобрел действительно достойного директора в её лице. - И перед началом учебного года я бы хотела сообщить, что по распоряжению Министерства Магии студенты, не окончившие обучение на седьмом курсе, вновь вернулись в Хогвартс, чтобы продолжить познавать магию. Наградите их вашими аплодисментами, ведь эти люди находились на передовой, защищая нашу школу и весь волшебный мир. - Минерва вслушивалась в шум хлопков и, поймав взгляды Золотой троицы, легонько им улыбнулась. Она подняла руку, успокаивая учеников, и продолжила. - Также я хочу представить вам новых Старост школы, которые будут следить за соблюдением порядка и помогать вам в любом возникшем вопросе. Староста девочек - Гермиона Грейнджер, факультет Гриффиндор. Зал вновь взорвался аплодисментами и улюлюканьем. Гермиона заметно порозовела и поднялась с места, приветствуя студентов. - И Староста мальчиков… - директриса помедлила, грозно осматривая толпу, чтобы каждый понял, что возражения не будут приниматься к сведению. Все притихли, а те, кто ехал в поезде, покосились в сторону стола Слизерина. - …Драко Малфой, факультет Слизерин.

***

Раньше, Драко Малфой как только не старался ради всеобщего внимания. Он впитывал каждую его крупицу, обращенную к его персоне, упивался им и ему никогда не бывало достаточно. Раньше, ради внимания он был готов облить Поттера ушатом дерьма перед публикой, не боясь запачкаться. И теперь, когда Драко осточертели все эти злые языки, статьи в Пророке, перемалывающие ему кости, и ничего не желал больше, чем спокойствия, судьба выкинула вот такой финт. Вот, Малфой, смотри, наслаждайся, ты же так этого ждал, хавай. Все взгляды в Большом зале были прикованы к нему. Казалось, только ленивый не повернулся и не скорчил гримасу. Блейз Забини, к которому он только успел присоединиться, хмыкнул и легонько вытолкнул оцепеневшего Драко вверх. Малфой выпрямился и с вызовом вглядывался в обращенные к нему взгляды, пока не наткнулся глазами на вездесущую Ебучую троицу. Метка предательски зачесалась на левом предплечье. Эти трое идиотов были, как те карикатурные магловские мартышки. У всех троих были разные эмоции и такие яркие, что даже сквиб мог бы их прочесть, без необходимости в легилименции. Вислый смотрел на него с яростью, ему не хватало только пара из ушей, а цвет лица так стремительно краснел, что уже стал на порядок темнее бестолкового рыжего беспорядка на голове. Блядская заучка смотрела на него с нескрываемым ужасом, губы скривились. Что это Грейнджер, презрение? Мальчик-который-не-умеет-умирать лучше бы вообще не смотрел. Он с интересом разглядывал Драко, препарируя его острыми зелеными зрачками. В этом взгляде не было враждебности, но в Гарри Поттере раньше никогда не было столько….безразличия. Парни с интересом пожирали бы друг друга глазами вечность, соревнуясь в холодной отстраненности, как два скульптурных изваяния напротив друг друга в Мерлином забытой галерее искусств, однако толпу прорезали истошные выкрики. «Он же Пожиратель Смерти!» «Как это так, он же помогал убить Дамблдора!» «Его место в Азкабане!» Макгонагалл вскинула руки и резкий хлопок прогремел на весь Большой зал, сотрясая стены. Все разом притихли под сверкающим и опасным взглядом волшебницы. Драко опустился обратно на скамью. Сейчас он пожалел, что выкурил всего одну сигарету перед тем, как зайти в зал. - А также, - Раздался стальной звон голоса директрисы, переключая вектор внимания студентов в другое русло. - в нашем преподавательском составе пополнение. В этом году вашим преподавателем защиты от темных искусств будет Аберфорт Дамблдор, который, вместе с тем, любезно согласился возобновить дуэльный клуб для всех желающих. Высокий мужчина, так заметно похожий на Альбуса, мягко поприветствовал студентов. Нотки задора, которые были, скорее всего семейной чертой, блеснули в его глазах. - Да начнется пир! Столы ломились от всевозможных яств и угощений, студенты с возгласами восторга накинулись на еду, как стадо неотесанных дикарей, по мнению Драко, к которому уже привычно льнула Пэнси Паркинсон своей персоной. Ее смоляного цвета волосы были собраны в тугую косу, опоясывающую голову, как венок, и ни один волосок не выбивался из идеальной прически. Казалось, все в ней должно было быть идеальным, как и то, какой идеально мерзкой сукой она была. Сколько Малфой себя помнил, она липла к нему постоянно. Сначала это воодушевило и возбуждало, потом это забавляло, теперь же это вызывало подлинное отвращение. Но, вопреки всему, Паркинсон всегда была рядом, когда парню нужна была необходимая разрядка и гордилась этим, во всеуслышание объявив себя его девушкой. Конечно, девушкой, которая не прислала ни единого письма за все время судебных тяжб. Что она там себе думает Драко не ебало. Пока он ебал Пэнси. Еще на пятом курсе он таскался почти за каждой юбкой, цепляя девочек своей харизмой и, что уж там греха таить, природной привлекательностью. На шестом было не до этого и Паркинсон была легким выходом из ситуации, которым, в целом, Драко подумал воспользоваться и в этом году. - Салазар, мужик, да расслабь ты очко уже, а то под нами лавка треснет. - Блейз Забини легонько хлопнул Драко по плечу, растягивая губы в белоснежной улыбке. Малфой бросил на друга сердитый взгляд, и тот поднял руки в сдающемся жесте: - Ладно, ладно, только без психологического уничтожения, друг. На душе стало чуточку не так паршиво, как было ранее. Чертов итальянец умел резко выдернуть Драко из напряжения. Уголок губы Малфоя слегка поднялся, на что Теодор Нотт, сидевший напротив, схватился за сердце и комично громко выдохнув, воскликнул: - Мы его вернули! Наш мальчик с нами! На оклик кудрявого оглянулись сидящие рядом, и Тео громко рассмеялся. Нотт никогда не стеснялся ни в выражениях, ни в жестах, ни в чем-либо другом. - Теодор, прекрати делать из себя посмешище! - Шикнула Паркинсон, изогнув свои пухлые, ярко накрашенные красным, губы. - А ты прекрати строить из себя сухую аристократку, мы все слышали, КАК ты можешь восторгаться. - он лукаво подмигнул Драко, который испустил сухой смешок вместе с Забини. Он почувствовал, как наконец расслабляется тугой узел напряжения, сдавливающий глотку и отравляющий нервы. Он сам и не догадывался, как переживал по поводу встречи с друзьями. Им всем пришлось через многое пройти, прежде чем оказаться здесь. Отец Нотта также находился в Азкабане. Старшие Паркинсоны были высланы из страны и теперь обосновались в Австрии. Даже семикратная вдова Забини, которая не имела к Пожирателям никакого отношения, ненадолго уехала из страны. Забини и Нотт часто появлялись в поместье Малфоев после его освобождения, всеми силами стараясь вернуть друга к жизни с помощью огневиски и квиддича. Драко Малфой никогда бы не признался никому, что он отчаянно нуждался в поддержке. Он всегда тщательно маскировал свои ощущения и мысли. Да и к чему эта блядская сентиментальность. Его учили всю жизнь, что нежность разрушает личность и делает человека слабым, а любовь - это отдать нож в руки своему убийце. Но этим двум придуркам он был безмерно благодарен. В ночи их тусовок его не терзали демоны с лицами жертв Лорда, а голос Дамблдора не продирался в сознание, нашептывая блядские утешения.

***

Ужин близился к концу. Гермиона задумчиво ковыряла кусок её любимого шпинатного пирога. Волнение из-за предстоящего учебного года давало о себе знать тупой болью в висках и полным отсутствием аппетита. Рон обгладывал уже десятую по счету куриную ножку, неуклюже обхватив ее жирными пальцами, а вот Гарри терзал вареный картофель, превращая его в месиво. Взгляд Поттера был отстраненным и пугающим. Девушка уже было хотела тряхнуть друга, но прозвучал сигнал директора об окончании трапезы и префекты должны были начать собирать свои факультеты и вести их в комнаты. Рон встрепенулся и чуть не свалился с лавочки, пытаясь совладать с длинными ногами. По залу снова пронесся возглас Макгонагалл: - Мисс Грейнджер, Мистер Малфой, пройдите за мной, пожалуйста. Джинни сочувственно улыбнулась, держа за шкирку барахтающегося первокурсника, и положила руку подруге на плечо: - Не переживай, Гермиона, если ты придушишь хорька в первый день, всем будет только легче. - Она прикрикнула на мальчишку, запустила его в стайку других первокурсников и умчалась помогать брату. Гермиона тяжело вздохнула и постаралась успокоиться. Всего лишь хорёк, всего лишь сокурсник, мерзкий задира, всего лишь пожиратель смерти, который жаждал крови таких как она….так стоп. Мерлин, будет проще вообще не думать. Старосты подошли к профессору Макгонагалл и отчаянно старались не смотреть друг на друга. Они вышли через преподавательскую дверь, и директриса повела их извилистыми коридорами и зачарованными лестницами. - Конечно же, основной вашей задачей будет являться строгое слежение за соблюдением правил и пресечение любых межфакультетских конфликтов. Для студентов вы должны быть образцом морали и дисциплины… Не успев совладать над собой Гермиона зло усмехнулась. Ярость буквально захлестнула девушку волной, которую она так тщательно пыталась сдерживать. - Что же тебя рассмешило, Грейнджер? - Ледяной взгляд пронзил ее насквозь и девушку пробирала волна неистового холода. Все трое остановились и Макгонагалл развернулась к старостам, пожирающим друг друга гневными взглядами. - Мистер Малфой, лично у меня не вызывает вопросов смех вашей коллеги! Однако, мисс Грейнджер, все же успокойтесь. Мы с вами обязательно многое обсудим завтра. После трансфигурации. В моем кабинете. - Окончание фразы профессор произнесла с ощутимым нажимом, сверкнув строгим взглядом поверх миниатюрных очков. Малфой еле заметно скривился, осмотрев девушку сверху вниз и обратно. Грейнджер была почти на две головы ниже его. Мелкая и невзрачная пигалица, проблем от которой больше, чем от легиона акромантулов. Они молчаливо продолжили путь по коридорам, пропахшим сыростью, магией и запахом волшебного вечно горящего парафина от факелов, развешанных по стенам, который отдаленно напоминал запах поджаренного кардамона. Профессор остановилась у большого портрета, изображающего достаточно тучного волшебника, в нелепом жабо и потрепанной желтой мантии. Он был изображен сидящим за массивным дубовым столом и что-то строчил, расположив локти на куче пергаментов, испещренных древними рунами. - “Квартет событий” - произнесла профессор Макгонагалл и мужчина с кряхтением о том, что его опять оторвали от решения какой-то удивительно сложной загадки, отъехал в сторону. Старосты вошли за директрисой в просторную гостиную Башни старост. В середине гостиной стоял широкий мягкий на вид диван кофейного цвета, пара кресел и журнальный столик. Напротив них располагался зажженный кирпичный камин, слева от которого находилось большое окно с массивным подоконником. Там лежали подушки и несколько аккуратно сложенных пледов. Справа от камина стоял высокий пустой стеллаж для книг. Позади дивана через небольшой проход находился рабочий стол с медной настольной лампой и парой стульев. Гостиная была украшена гобеленами и коврами, в которых присутствовали традиционные цвета факультетов Слизерина и Гриффиндора - красный, золотой, серебряный и зеленый. Гермиону вдруг посетило осознание, что эти четыре цвета удивительно неплохо сочетались, образовывая неплохую композицию. Спальни располагались на втором этаже, туда вели два узких прохода, находившиеся по бокам гостиной напротив друг друга. Башня была круглой, поэтому лестницы, изгибаясь, соединялись где-то наверху в одной точке. Это наводило на мысль, что им предстоит делить одну ванну на двоих. Мысль, от которой у Драко свело скулы. Блять, а можно было вообще тогда толчок посреди комнаты поставить, к чему вся эта видимость уединения? - Продолжим наш разговор о ваших обязанностях - Макгонагалл дождалась, пока ребята осмотрятся и привлекла их внимание. - Мы вели беседу насчет дисциплины, а это значит, что вам необходимо держать ухо востро и при необходимости снимать баллы с провинившихся учеников. При крайней необходимости вы можете назначать отработки у преподавателей, предварительно согласовав это с ними, разумеется. - На этих словах женщина покосилась на Малфоя: - Также, вы будете патрулировать школу вместе с преподавателями. Ваш патруль назначен на вторник и пятницу, начинать надо сразу после отбоя и заканчивать в двенадцать. Если ли у вас какие-то вопросы? Гермиона легонько подняла было руку в привычном жесте, но, поняв, что в этой ситуации это вряд ли уместно, быстро себя отдернула: - Есть ли возможность вернуться жить в башню Гриффиндора? Ну, конечно. Драко хмыкнул. Грейнджер уже хочет сбежать, поджав хвостик, к своим святым друзьям, чтобы устраивать оргии по решению всех проблем в волшебном мире. - К сожалению, мисс Грейнджер, у вас нет такой возможности. Старосты школы - это ответственная должность и они обязаны работать в паре. Поэтому, для постоянного контакта им необходимо совместное проживание. - Но, профессор… - Мисс Грейнджер, если это единственный ваш вопрос, то прошу меня извинить, меня ждут дела. Увидимся с вами завтра. - Директор развернулась в сторону выхода. - И да, первое собрание префектов должно состоятся через неделю, пожалуйста, будьте добры, займитесь вопросом организации уже сейчас. Доброй ночи. Минерва Макгонагалл вышла за портрет, оставив двух злейших врагов наедине друг с другом. Ночь уже плотно укутала замок звездной вуалью. В камине мирно потрескивали языки пламени, крутясь в замысловатом танце и наполняя комнату запахом жженой хвои. “Это пиздец.” - подумал Драко Малфой. “Это кошмар.” - подумала Гермиона Грейнджер.