Рогатый черт

В помещении было довольно шумно, тут и там по залу разносились радостные голоса студентов. Обстановка была пышно украшена: повсюду свисала мишура, гирлянды пересекали площадь, ярко освещая все синим цветом. В зале было выделено место для круглых столиков разной вместимости, а большую часть занимала танцплощадка, пустое пространство которой заполнили беззаботно веселящиеся студенты. Все искренне наслаждались вечеринкой в честь сданного промежуточного экзамена. На самом деле это было неофициально, колледж не устраивал такие празднества, но факультет Октавинелля, а точнее Азул, хотел заработать побольше денег, поэтому каждый год негласно устраивал вечеринку по такому поводу, а директор был и не против, пока никто не жаловался. Конечно, никто не обязан был посещать данное мероприятие, однако кто-то принял за правило, чтобы каждый староста и большинство их факультета присутствовали на вечеринке. Леона, вальяжно рассевшись на стуле за небольшим столиком в окружении студентов своего факультета, раздраженно смотрел на танцующих людей. Каждый год он злился от такого дурацкого правила, так как из-за него не мог остаться в своей тихой, уютной комнате и спокойно отдохнуть. Он явно не хотел быть рядом со сборищем перевозбужденных студентов, которым только дай повод что-нибудь отпраздновать. Находился он сейчас здесь только потому, что поддался уговорам Рагги. Наверное, стоит его прибить когда-нибудь. Буччи умолял его пойти, заявляя, что старосты обязаны присутствовать, но как это может быть обязательно, если сама вечеринка была своевольным поступком со стороны Азула? Окончательным пунктом уговоров послужила просьба посмотреть на его «крышесносный костюм». Рагги заверял, что это обязательно нужно увидеть, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как сдаться. И теперь он сидел здесь, откровенно отвращенный сложившейся ситуацией. По наказу мелкой гиены ему даже пришлось принарядиться. Нахмурившись, он тихо попивал свой клубничный коктейль, заказанный ему кем-то из студентов Саванакло. Сделав глоток, он поморщился от приторного вкуса. На ум пришел образ рогатого, с удовольствием пьющего паршивый напиток, испытывая истинное удовольствие от слащавого вкуса. Отставив стакан подальше, он оглядел взволнованную толпу, чтобы найти Рагги, но тот пока не появлялся. Спрашивается, зачем он звал его сюда, если даже не может прийти вовремя? Вдалеке послышались взволнованные голоса, привлекая внимание Леоны. До него доносились обрывки фраз, из которых он выловил только имя Рагги. Столпившиеся студенты загораживали обзор, поэтому оставалось только всматриваться в толпу и ждать появления Буччи, из-за которого ему пришлось оказаться здесь. Когда студенты начали расступаться, Леона смог увидеть его: тот шел, чуть приподняв подбородок. На нем были темно-коричневые брюки с полосками по бокам, пестрящая цветами полупрозрачная бежевая рубашка и лакированные ботинки, настолько начищенные, что, казалось, будто в них можно увидеть свое отражение. Но самым выделяющимся элементом в его образе был пиджак, усыпанный яркими стразами, слепящими глаза. Рагги явно старался над своим видом. Заметив Леону, он направился прямиком к столу, за которым тот сидел. — Ну что, Леона, как тебе? — спросил Рагги, обводя руками тело. Он явно был доволен своим видом и хотел, чтобы его оценили по достоинству. — Очень экстравагантно. Ты ради этого меня сюда позвал? — обведя взглядом фигуру перед собой, раздраженно ответил Леона. Его совершенно не волновало, как тот выглядел, но узнав причину уговоров, начал злиться. Рагги решил притащить его на эту отсталую вечеринку только ради того, чтобы покрасоваться. Он явно запомнит это на будущее, чтобы больше не вестись на дешевые уловки. — Конечно, я — Буччи Гуччи и все должны увидеть, как прекрасно я выгляжу! Ты не исключение, — он довольно посмотрел на Леону, вперив руки в боки, чтобы все лучше его разглядели. Закатив глаза на самолюбование Рагги, Леона вновь взял в руки коктейль, забыв, что раньше грозился больше его не пить, только чтобы занять себя чем-нибудь и не убить эту гиену у всех на глазах. Видимо, замстаросте было достаточно такой реакции. Было ожидаемо, что Леона скуп на похвалу, поэтому он больше не стал его доставать и решил перевести свой взор на одногруппников, которые находились за этим же столом. Леона, больше не обращая внимания на студентов своего факультета, сосредоточился на толпе в зале. Он бегал глазами от одного человека к другому, как будто пытаясь кого-то найти, но ничего конкретного не цепляло глаз. С каждой минутой настроение становилось все хуже, нахмурившись, он сам не понимал, чего ждет и в этот момент его взгляд застыл на длинных черных рогах. Маллеус тоже пришел на вечеринку, хотя было удивительно видеть его здесь: ему ведь каждый раз забывают прислать приглашение. Леона внимательно изучил внешний вид рогатого. Его образ не сильно отличался от формы колледжа, но это все равно выглядело довольно привлекательно: кислотная жилетка сменилась на оливковую, белую рубашку покрывал черный пиджак, лишь перчатки остались неизменны, четко выделяя контуры рук. Глядя на такой вид, Леона невольно вспомнил недавний сон, в котором видел обнаженный торс рогатого, от чего тут же покраснел, но решил спрятать смущение, сделав большой глоток коктейля. Маллеус стоял в окружении своей неизменной свиты — Лилии и его верных псов, беззаботно о чем-то разговаривая. Почувствовав пристальный взгляд, он повернул голову и посмотрел на Леону в ответ. Леона наконец понял, что так нетерпеливо искал и вспыхнул еще сильнее, отведя глаза. Злость и смущение смешались вместе, только он не понимал, на кого злится больше: на раздражающего Маллеуса или на себя от того, что, сам того не осознавая, хотел его увидеть. — Здравствуй, Леона, хорошо проводишь время? — услышав голос перед собой, Леона вздрогнул. Задумавшись, он не заметил, когда Маллеус успел подойти к их столику. Подняв голову, он четко смог рассмотреть искрящиеся изумрудные глаза рогатого и неизменную ухмылку. Чтобы снова не потеряться в своих мыслях, Леона быстро отвернулся и недовольно цокнул. — Все было прекрасно, пока ты не появился. — Неужели? А ведь я хотел тебе кое-что предложить, но для этого хочу, чтобы ты взглянул на меня, — Леона, который все это время намеренно избегал взгляда на Маллеуса, застыл на месте. Он явно не хотел поворачиваться в его сторону, не желая лицезреть довольное лицо рогатого, да и как он мог смотреть на него, когда каждый раз при его виде вспоминал тот проклятый сон и в его груди сердце начинало скрести по коже. В тот момент, когда Леона уже хотел ответить рогатому, его подбородок нежно схватили и повернули голову. Маллеус, перекинувшись через стол, держал его. Леона сразу встретился с глазами рогатого, лицо которого было настолько близко, что он кожей чувствовал обжигающее дыхание Маллеуса. — Могу ли я пригласить тебя на танец? — улыбнувшись, спросил Маллеус и в этот момент он был настолько привлекателен, что Леона даже не подумал о том, какая его улыбка раздражающая. Каждый раз эмоции сбивали его с толку, меняясь в совершенно другую сторону, и он не мог понять причины этого, от чего каждый раз злился, поэтому и сейчас, нахмурившись, грубо отпихнул руку. — Я не собираюсь с тобой танцевать, — сложив руки на груди, ответил Леона, — лучше найди того, кто не хочет вгрызться в твою глотку. Тем более даже музыка сейчас неподходящая, о каком танце тогда идет речь? — Только закончив говорить, Леона уже было хотел довольно улыбнуться, как в это время одна песня сменилась другой, и зазвучала медленная успокаивающая мелодия. Ухмылка, не успевшая появиться на его лице, тут же исчезла без следа. Студенты Саванакло, сидевшие рядом с Леоной, уже давно наблюдали за разворачивающейся сценой и невольно затаили дыхание. Все анализировали сложившуюся ситуацию: они же все время ссорились, так почему Маллеус решил пригласить Леону на танец? Они наконец решили наладить свои отношения? Тогда почему Леона все такой же недовольный и злой? Когда староста закончил говорить, они сразу же взглянули на Маллеуса, думая, что тот начнет перепалку из-за отказа, но, к их удивлению, он только улыбнулся еще шире. — Теперь музыка подходящая? Мы можем…? — спросил Маллеус, протянув руку Леоне в пригласительном жесте. Тот был чернее тучи, ведь все складывалось не в его пользу, но он не собирался соглашаться на предложение, поэтому продолжил сидеть на своем месте, игнорируя протянутую руку. — Староста, соглашайся, это же всего лишь танец! — вокруг него зазвучали голоса, все как один твердили принять приглашение и каждый пытался перекричать другого. Видимо, они не собирались останавливаться, пока староста не согласится. Устав от шума, Леона решил, что лучше будет уйти отсюда, чтобы эти тупоголовые львы больше не надоедали ему. Перспектива потанцевать с Маллеусом казалась ему лучше, чем сидеть здесь и слушать раздражающее нытье. Леона резко вскочил со своего стула, недовольно шевельнув ушами, схватил запястье Маллеуса и уверенно повел его в центр зала, высматривая свободное место для танца. Встав подальше от толпы, Леона посмотрел на Драконию. Тот был немного удивлен: он, конечно, понимал, что Леона в конечном итоге согласится на танец, но это произошло слишком резко, поэтому какое-то время Маллеус стоял в оцепенении. — Долго стоять собрался как истукан? Раз пригласил — вести будешь ты, — услышав недовольное ворчание Леоны, Маллеус пришел в себя и взял его правой рукой за талию, прижав ближе к себе, а левую аккуратно вложил в чужую ладонь, крепко обхватив, словно боялся, что тот может передумать и уйти. Леона, поняв, как близко друг другу они стоят, почувствовал, как к голове резко прилила кровь, поэтому, положив руку Маллеусу на плечо, тут же опустил голову. Все его недовольство было напрочь забыто. Маллеус неспешно начал танец, увлекая за собой Леону. Двигаясь в такт музыке, Дракония надежно держал партнера и плавно кружил по паркету. Леона, не в силах сконцентрироваться, хаотично следил взглядом за их ногами, в то же время стараясь не наступить тому на ногу. Несмотря на то, что Маллеус двигался не слишком быстро, чтобы можно было поспеть за его темпом, Леона чувствовал, как кружится его голова. Он уже десять раз пожалел, что согласился на этот танец, так как рука, лежащая на его талии, даже через одежду обжигала кожу, а нахождение Маллеуса в такой близости сбивало все мысли, от чего ему казалось, что он выглядел полным дураком. В этот момент Маллеус остановился, и только в голове Леоны пронеслась мысль, что танец закончен, как вдруг его резко опустили, крепко держа за талию, и Маллеус наклонился к Леоне, заглянув прямо в глаза. — Вот ты и посмотрел на меня. Я уже успел забыть эти прекрасные глаза, — ухмыльнувшись, произнес Маллеус, продолжая держать Леону на весу, не сдвигаясь ни на миллиметр. — Что за дешевые пикап фразочки? Не слишком ли ты староват для этого? — Леона явно пытался сохранить хладнокровие, но его руки, вцепившиеся в Маллеуса, слегка дрожали, что не укрылось от того. Маллеус ничего не ответил, подняв его, затем выровнялся и, все так же продолжая держать, негромко рассмеялся. Услышав бархатистый смех, доносившийся до ушей, Леона замер. По всему телу пошли мурашки, а сердце предательски застучало, что, казалось, даже музыка, игравшая в зале, не могла заглушить его шум. Наблюдая за Маллеусом, он понял, что снова чувствует что-то не то и нахмурившись, подумал, что ему нужно остыть. Резко отстранившись от Маллеуса, Леона быстрым шагом направился в уборную, оставив потрясенного Драконию стоять на месте. Зайдя в коридор, ведущий к туалету, Леона заметил, что здесь слишком тихо, по сравнению с основным залом, и уже почти дошел до нужной двери, как кто-то схватил его за руку. Даже не оборачиваясь, он понял, кто догнал его, и раздраженно выдохнул. — Почему ты вдруг ушел? — обернувшись, Леона столкнулся с серьезным взглядом Маллеуса, не сводящего с него глаз. — А мне нужно твое разрешение, чтобы сходить в туалет? Простите, не знал, — Леона все больше распалялся, пытаясь избавиться от Маллеуса, но хватка на запястье не ослабевала, а сам Дракония казался спокойным, доведя Леону до точки кипения. — Да что ты в меня вцепился?! Все время ходишь за мной, разговариваешь, что тебе от меня нужно? Я устал видеть твое лицо каждый день, еще и чувствую себя странно из-за тебя, а ты...! В ярости Леона закричал на Маллеуса, не в силах больше сдерживать эмоции, и начал высказывать все, что приходило на ум, но в итоге растерявшись, прервался на полуслове, так как почувствовал мягкое прикосновение к губам. Маллеус, обхватив щеки Леоны, нежно целовал его. Леона замер, ошарашенно наблюдая за взглядом Маллеуса, не понимая, что сейчас происходит. Маллеус его целует? Это действительно сейчас происходит? Может, он ни с кем и не встречался раньше, но определить, что это поцелуй точно может. Но он не понимал, почему Дракония так ласково его целует, ведь они так сильно ненавидели друг друга. Или, может, так думал только Леона? А, может, это очередной сон с его участием? Но он явно ощущал, как нежно Маллеус сминал его губы, от чего он чувствовал, как в животе теплело, а разум улетучивался. Потерявшись в ощущениях, Леона, запустив пальцы в волосы Маллеуса, прикрыл глаза и ответил на поцелуй. Влажные губы казались слишком сладкими, от чего начинала кружиться голова, поэтому он сильнее сжал пальцы. Когда Дракония опустил одну руку на талию, Леона слегка охнул, приоткрыв рот, и почувствовал во рту прикосновение чужого языка. Теперь Леона уже не думал ни о чем, полностью отдаваясь поцелую. Его ноги подкашивались и Маллеус, почувствовав, что Леона начал опускаться, крепко схватил его одной рукой за талию и улыбнулся. Поначалу поцелуй был нежный и даже неловкий, но теперь это было похоже на борьбу: одни губы кусали другие, яростно посасывая. Даже в этой ситуации каждый из них пытался подмять под себя другого. Маллеус, укусив сильнее обычного губы Леоны, вдруг услышал короткий стон и в этот момент у него совсем сорвало крышу: он оторвал свою руку от его щеки, залез под горчичного цвета жилетку и найдя то, что искал, сжал выступающий из-под белоснежной рубашки сосок. Тело как будто молнией ударило, и Леона подумал, что его окатили ведром ледяной воды: он с силой оттолкнул от себя Маллеуса. Широко распахнутые янтарные глаза уставились на изумрудные. Леона прерывисто дышал, глаза были затуманены, все тело била дрожь, но он молча стоял, не в силах произнести ни единого слова. Он подумал, что совершил ошибку, попав под влияние момента и позволив Маллеусу управлять им. Так и не прояснив ситуацию, он молча развернулся и ушел, оставив шокированного Маллеуса стоять на месте.