Ничья

      — Ева…       Скрипучий, еле различимый голос настойчиво пытается выдернуть ее из заботливых рук сна. Бартон скулит что-то нечленораздельное и, отмахиваясь, сама не понимая толком от кого, переворачивается на другой бок, где ее лицо неожиданно встречается с твердой холодной поверхностью. Кажется, это пол, и это странно, ведь она должна лежать на кровати, но прохладная поверхность, соприкасающаяся с ее щекой, притупляет застучавшую в висках боль, поэтому она не спешит менять позицию и уж тем более открывать глаза.       — Ева…       Снова раздается настойчивое только теперь из-за спины, и сопровождается это потряхиванием за плечо. От встряски живот издает жалобный вой, а к горлу подступает тошнота.       Раздается звук упавшей на пол бутылки, и память постепенно начинает воспроизводить картинки прошлого вечера. Во рту высохшая пустыня, а голова, кажется, вот-вот треснет пополам.       «Похмелье, здравствуй».       — Ева, твою мать, просыпайся давай. Мы на работу опаздываем. Беттани уже семь раз звонила. И это только мне. Думаю, у тебя пропущенных не меньше.       — Я начальник, могу и прогулять сегодня, — с трудом разлепив губы, пробормотала Бартон, переворачиваясь на спину и хмурясь от пронзившей голову боли.       — Ты ответственный начальник, которому нужно утереть нос бывшему мужу, поэтому нет, ты не можешь прогулять работу. Вставай.       Ева поверить не могла, что пили они вчера вместе, а, судя по бодрому голосу подруги, плохо сегодня было ей одной. Собрав всю волю в кулак, она повернулась в сторону, где находилась Джина, и не без удовольствия отметила, что в добром здравии был исключительно ее голос, а чувствовала себя Мэйсон, судя по виду, ничуть не лучше самой Евы.       — И откуда в тебе столько сил после вчерашнего?       — Их нет, я хочу умереть, но тело сопротивляется, а телефон разрывается от звонков, поэтому встаем и топаем в офис, — на одном дыхании произнесла Джи и начала медленно подниматься. Эта картина напомнила кадры из фильмов, когда покойники-зомби встают из гробов, ведь с потекшим макияжем и дичайшим хаосом на голове Мэйсон выглядела сейчас как нечто, восставшее из мертвых. Хотела бы Бартон пошутить по этому поводу, но головная боль и подступающая тошнота брали верх, поэтому проще было самой прикинуться трупом.       Контрастный душ, от которого голова заболела еще сильнее, сытный завтрак, который упорно не лез в горло, и стакан с шипящей таблеткой аспирина на дне — явно не так представляла себе Ева начало этого дня.       Девушки благоразумно оставили свои авто на стоянке и вызвали такси, правда, по мере дерганого движения автомобиля с шашечками по городским пробкам они все больше сомневались в правильности своего решения, как и в собственных силах удержать в желудке то немногое, что удалось съесть на завтрак.       Пять минут на крыльце у входа в офисное здание в попытках отдышаться и собраться с силами, чтобы все-таки дойти до своих кабинетов, темные очки на глазах и уверенно неуверенная походка. Девушки прошли мимо ресепшена, не задерживаясь, лишь мимоходом поздоровались с приветливой Эммой за стойкой.       — Расходимся по кабинетам и досыпаем до обеда, — шепнула Джина и неторопливо зашагала по коридору налево.       Ева кивнула ей в знак согласия (правда, сделала она это только в своих мыслях) и поплелась в сторону своего кабинета, про себя молясь, чтобы никого не встретить по пути и чтобы ее никто не трогал ближайшие несколько часов.       И когда цель уже практически была достигнута, а ее рука коснулась ручки двери, перед лицом возникла чья-то ладонь, легшая на дверь и тем самым не дающая ее открыть.       — А вот и ты, — знакомый баритон распространил мурашки по телу, подкосив и без того нетвердо стоящие на земле ноги. Александр привалился плечом к двери и демонстративно посмотрел на наручные часы. — Уже одиннадцать часов. Возможно, ты забыла, но рабочий день у нас начинается с девяти.       В голове крутилась сто одна язвительная реплика, чтобы послать его в далекое пешее, но сил хватило лишь на короткое и сухое:       — Отстань.       Ева дернула ручку двери на себя, но она не поддалась, так как Алекс все еще прижимал дверь своим телом.       — Что-то случилось? Ты себя плохо чувствуешь? Акклиматизация? — В его голосе промелькнуло волнение, и он потянулся, чтобы снять с Евы очки, после чего ехидно усмехнулся. — Ах вот оно что. — Красные глаза с пролегшими тенями под ними, уставший взгляд вкупе с пересохшими губами и легкой сутулостью не оставляли сомнений. — Старое доброе похмелье. И что отмечала?       — Твои будущие поминки. Как только выйду из холдинга, я вычеркну тебя из своей жизни.       Злость — великая сила, способная побороть даже похмельный синдром, правда, жаль, что ненадолго.       — Считаешь, что уже победила меня? Смело. Только один в поле не воин; войну выигрывает войско, а не полководец.       — Чего тебе надо, Хэмптон? — раздраженно бросила Ева, оставив попытки открыть дверь. Ей нужно срочно сесть, иначе она рухнет прямо у его ног, а этого она никак не может себе позволить, поэтому приходится облокотиться на дверь, повторив позу Александра.       — Я за честный спор, поэтому предлагаю тебе по-честному собрать команду для проекта. Проведем собрание и распределим людей, — оценивающе оглядев девушку и правильно оценив ее состояние, добавил: — после обеда.       — Как благородно, — Бартон закатила глаза, но губы непроизвольно дрогнули в улыбке.       — Зная тебя, это скорее необходимая мера. А то будешь потом кричать, что я победил нечестно и откажешься выполнять условия нашего договора.       — Точно, как же я сразу не догадалась. Уменьшаешь свои риски. Александр Хэмптон в своем истинном обличии. И ради этого ты пол-утра караулил меня возле кабинета? Надо же, сколько внимания к моей скромной персоне. — Яд так и сочился из слов Бартон. И она бы рада заткнуться, но маленькая обиженная женщина внутри требовала скальп Александра.       — Все сказала, язвочка? — Он наклонился ближе, сокращая расстояние между их лицами до десятков сантиметров, и обезоруживающе улыбнулся, чем взбесил Еву еще сильнее.       Что бы она ему ни говорила, что бы ни делала, он продолжает улыбаться ей так, словно она только что призналась ему в любви. Каков нахал!       — Тогда теперь я тебя расстрою: о вашем с Джиной позднем приходе в офис мне лично сообщила Эмма, которой я отдал распоряжение об этом в самом начале рабочего дня. Так что нет, ждать все это время тебя у двери даже не входило в мои планы, поскольку, сама знаешь, мое время стоит дорого. — Он оттолкнулся от двери, и Ева, наконец, смогла ее открыть. — Но сообщить, что задерживаешься из-за плохого самочувствия, все же могла бы.       Не успела Бартон раскрыть и рта, чтобы выплюнуть колкость в ответ, как Александр твердой походкой скрылся за углом коридора.       «Ну и хрен с тобой», — решила не заморачиваться на этот счет Ева и плюхнулась в офисное кресло, скидывая на пол туфли и укладывая ноги на стол.       Прикрыв глаза, она позволила себе провалиться в дрему.       Легкий стук в дверь и тонкий голос Эммы разбудили спустя полчаса.       — Это просили передать вам, мисс Хэмптон.       — Бартон, — скривившись, на автомате поправила ее Ева.       — Простите. Мисс Бартон.       Секретарь протянула бумажный пакет и стаканчик с кофе из ее любимой кофейни.       — Откуда это? — Она с опаской приняла пакет и начала его распаковывать.       — Курьер привез. Сказал, что заказ для миссис Хэмптон.       «Вот же гаденыш», — подумала Ева, безошибочно определяя того, кто сделал заказ. Мало того, что обозвал ее своей фамилией, так еще и миссис добавил. Александр точно хочет довести ее до ручки.       При звуке сочетания «миссис Хэмптон» ладони Евы импульсивно сжали пакет, отчего Эмма испуганно вытаращила глаза.       — Спасибо, Эм. Можешь идти, — процедила сквозь зубы Бартон, не желая срываться на ни в чем не повинной девушке.       Когда дверь за секретаршей закрылась, Ева все же заглянула в содержимое пакета и ухмыльнулась: бургер с двойным сыром и перчиком халапеньо. Все еще помнит ее предпочтения с похмелья?       Глоток из бумажного стаканчика подтвердил ее догадку; крепкий американо с апельсином — напиток, который готовили специально по ее заказу, так как в меню не было такой «извращенской» — как выразился в первый раз Алекс, когда она озвучила свой выбор — позиции.       Пока девушка с жадностью смотрела на блюдо перед собой, внутри нее разразилась нешуточная борьба гордыни с голодом, который с каждой секундой становился все невыносимее. Очень хотелось ворваться к нему в кабинет и пульнуть в него этим самым бургером, затем гордо вздернуть подбородок и уйти, эпично хлопнув дверью, но желание съесть вреднятину в итоге все-таки перевесило.       Отобедав не самой полезной, но чертовски вкусной едой, Ева действительно почувствовала себя намного лучше, появились силы и желание к реализации плана по разгрому Александра.              

***

             — Не будем ходить вокруг да около и приступим сразу к тому, из-за чего мы здесь собрались. Поскольку наша компания будет готовить два самостоятельных проекта по отелям Four Seasons, нам необходимо разделить персонал на две группы. Чтобы не было споров, предлагаю выбирать поочередно по одному сотруднику, — обратился Алекс к Еве.       — Согласна, — кивнула та и первая назвала фамилию и должность из представленного списка работников компании.       По мере продвижения по списку были разобраны начальники отделов и их замы, а также узкие специалисты.       — Итан Райли, — проговорил Александр и сделал соответствующую отметку у себя.       — Мне тоже нужен Итан, — возмутилась Ева. — Никто не разбирается в робототехнике лучше него.       — Да я вообще инженер от Бога, — попытался пошутить Райли, но вновь вставшая на тропу войны бывшая чета Хэмптонов даже не обратила на него внимания.       — Сейчас моя очередь выбирать, Ева, и я выбираю Итана, — с нажимом сказал Алекс.       — Но он мне нужен! Кроме него больше никто не справится. — Атмосфера в помещении заметно накалялась.       — Надо же, а я, оказывается, нарасхват, — хихикнул Райли, но его снова проигнорировали все, кроме Джины, бросившей на мужчину скептический взгляд.       — Ничем не могу помочь. Я забираю его себе, — спокойно подытожил Алекс.       — Хэмптон! Ты обещал мне честный спор! — перешла на крик Бартон.       — А что нечестного в том, что я в свою очередь выбираю себе специалиста? — его голос завибрировал нарастающим раздражением.       — С ним у тебя будет явное преимущество, а это нечестно!       — Господи, дай мне сил, — тихо пробубнил Александр, зажимая пальцами переносицу. — Хорошо, что ты предлагаешь тогда?       — Может, вы за меня подеретесь, м? — На этот раз на Итана обратили внимание все собравшиеся, и взгляды Евы с Алексом не предвещали для него ничего хорошего. — Спокойно, я всего лишь пошутил. — Он поднял руки в знак примирения.       — Как всегда не вовремя и не смешно, — съязвила Джина.       — Смешно, просто у кого-то плохо с чувством юмора.       — А у кого-то плохо с расставлением приоритетов. — Мэйсон заводилась на глазах, уже напрочь позабыв о том, где они и что происходит, сфокусировавшись лишь на раздражающем ее мужчине.       — Ты снова хочешь поругаться из-за того случая? — вспылил Райли.       — А я что-то не припомню, чтобы мы мирились.       — Пусть Райли курирует оба проекта, — подала голос та самая блондинка, имени которой Ева не знала, но чувствовала, что где-то ее уже видела. — Ты ведь у нас крутой инженер, поэтому справишься, да?       Это звучало то ли как комплимент, то ли как издевка, но однозначно сказать, что именно это было без знания степени отношений между ними, было затруднительно.       — Я? — Мужчина удивленно воззрился на блондинку. — В принципе, наверное, смогу, но мне понадобится помощник, которого я выберу сам.       — Без проблем, выбирай, — Александр облегченно выдохнул.       — Пусть Джина будет моим ассистентом.       — Чего? Совсем сдурел? — возмутилась Джи-Джи, сжимая руки в кулаки.       — Я высказал свое условие. Или так, или я ухожу в команду Александра, потому что не потяну два проекта одновременно.       — Но я-то тебе чем помогу? Я юрист, а не инженер.       — И прекрасный оратор, который сможет вести переговоры и заключать договоренности.       — Я отказываюсь участвовать в этом бреде, — фыркнула Джина, нервно бросая ручку на стол.       — Тогда я отказываюсь участвовать в твоем проекте, Ева. Прости, — повторил за ней действие Райли, картинно складывая руки на груди.       Бартон пнула под столом ногу Мэйсон, привлекая к себе внимание. Ее взгляд красноречиво требовал согласиться на условия Итана. Джина предприняла попытку отказаться, замотав головой в стороны, тогда Ева применила запрещенный прием в виде слезливых глаз и умоляюще посмотрела на подругу. Та обреченно выдохнула, со страдальческим видом возвращая взгляд на Райли.       — Хорошо. Но не дай бог ты заставишь меня носить тебе кофе или отчебучишь еще какую-нибудь хрень, я тебе голову откушу. Ясно? — Острая бровь угрожающе взлетела вверх.       — Предельно, — довольно улыбнулся Итан, не отводя от Джины влюбленного взгляда.       «Все-таки любят друг друга», — подумала Ева, украдкой бросая взгляд на Алекса.       Дальнейшее распределение персонала прошло без жарких баталий, и по итогу офис был поделен на две команды.