Свести несводимых

Мун благополучно вышла замуж за Ривера и вскоре забеременела. Грация до последнего вынашивала свою беременность будучи на ногах. Носилась в сопровождении верного Растикора по городу монстров. Теперь он уже официально назывался в народе городом. Но Грация кривилась и называла это место гетто. Слишком явная была линия раздела, пусть и без стен, но все знали, что вот здесь заканчивается территория мьюнианцев и начинается территория монстров. И пересекать эту линию никто не спешил, хотя прямых запретов не было. Как и предсказывали ящерицы, проносила ребёнка двенадцать месяцев из положенных четырнадцати. А потом вдруг почувствовала, что живот тянет, когда стояла посреди поля и разговаривала с новоявленными монстрами-фермерами. Те с гордостью показывали свои засеянные поля. И вдруг воды отошли прямо там. Грация охнула и схватилась за протянутую руку Растикора. — Кажется началось. На этот случай Мун подарила подруге маленькое зеркальце телефон. Один звонок и в сиянии портала возникла обеспокоенная Мун. Грацию подхватили на руки и с помощью портала доставили в комнату, где уже ждал королевский лекарь. По настоянию Грации Мун так же привела и старую ящерицу, благо, что та была в городе. Во время родов Растикор сидел под дверью спальни, а Грация тужилась, сжимая в руке руку Мун. Лекарь и ящерица приняли роды. Девочка вышла пречудесной. Чешуйчатая кожа синевато-серого оттенка, зелёные материнские глаза, тёмные отцовские волосы и маленький милый хвостик. Когда эту крошку положили на грудь, Грация рассмеялась. Такого чуда она не могла себе и представить. Крошка беспомощно сжимала кулачки, ёрзала на материнской груди, уставшая после изнурительного процесса рождения и лишь на мгновение приоткрыла щёлочки глаза, похоже она совсем не понимала, почему мир вдруг стал холодным и болезненно ярким. — Ну, это определённо ребёнок Тоффи, — хмыкнула старая ящерица. Потянувшись, она с интересом взяла маленький кулачок и пальцами разжала его. От такого наглого вмешательства в личное пространство кроха раскрыла пошире рот и вдруг как закричала. Грация вздрогнула, рефлекторно прикрывая рукой вопящее дитя. Какого же было её удивление, когда сморщенное личико дочери вытянулось, показались ровные ряды маленьких острых зубов. — Она может превращаться, — прошептала Мун. — И коготочки имеются, — ящерица показала маленькие пальчики с тёмными острыми коготками. — Сильная ящериная кровь. Поздравляю. Грация устало улыбнулась, прижимая плачущую дочь к себе. Покачиваясь и шипя, она принялась убаюкивать своё дитя. Как только малышка успокоилась личико вновь стало человеческим, а когти уменьшились. Чего только не увидишь в мире Мьюни. Грация долго думала над именем, и казалось совершенно логичным назвать дочь как-то схоже с отцом. Она перебирала в уме всевозможные названия конфет и придумала Рафаэлло. Ну разве не замечательно? Грация подошла к кроватке, где мирно посапывала её трёхдневная дочь и тихонько позвала её по имени. — Рафаэлло… Рафаэль, правда хорошо звучит? Тебе нравится, малышка? Рафаэль не слышала, она мирно спала. Из монстров никто так и не понял, почему именно это имя, но зато вскоре Рафаэль сократили до просто Раф и отказа в няньках у малышки полу ящерицы не было. А в день Пня, в его самую тёмную ночь родила Мун. Грация была рядом, и первая взяла на руки малышку Стар. Маленькая принцесса тут же огласила покои своим жизнерадостным ором. Девочки росли вместе. Раз уж их матери дружили, казалось абсолютно логичным, что дочки будут дружить тоже. К удивлению Грации, Мун не раздражала синевато-серая чешуя Раф или её хвост, или временами превращения в ящерицу. С возрастом Раф становилась всё больше похожа на отца. Только ярко зелёные глаза матери. — Ах, она так похожа на тебя, Грация, — с улыбкой заметила Мун. Они сидели на их любимом месте в парке и степенно пили чай, пока пятилетние дочери игрались с куклами в тени розового куста. — Ты, наверное, шутишь, она же совсем на меня не похожа. — У неё твои красивые глаза, — продолжила Мун. — И твои изящные руки. Уверенна, что и фигура у неё будет как у тебя. А как она держится! Такая маленькая, но такая умненькая и добрая, совсем как её мать. Ничего общего с этим злобным агрессивным монстром. — Мун, — укоризненно посмотрела на подругу Грация, но тут же улыбнулась. Всегда приятно, когда хвалят твоё дитя. — Уверенна, что не хочешь переехать во дворец? — с надеждой в который раз спросила Мун, отставляя чашку. — Нет, нам действительно хорошо в городе монстров, да и Раф нужны соплеменники. А у меня там работа. — Там опасно, — Мун покачала головой недовольно поджав губы. — Твоё дело. Грация смотрела на подругу. Было видно, что Мун хотела сказать что-то ещё, но сдержалась. За годы дружбы подруги научились обходить острые края, чтобы не обижать лишний раз друг друга. — А, вот и моя принцесса! — зарычал счастливый король Ривер и в два прыжка настиг бросившихся в рассыпную детей. Подхватив каждую под мышку, Ривер закружился и сад наполнился счастливыми визгами детей. Женщины заулыбались. Грация могла счастливо вздохнуть, откинувшись на спинку стула и смотреть в ясное безоблачное небо. Как же хорошо жить. Осталось целых девять лет. Девять лет спокойствия. *** — Мама, пожалуйста, неееет! — Всё уже решено, прекрати кричать. — Маааам, нет, только не исправительная школа святой Ольги. Нееееееет! Грация, Мун и Ривер стояли и смотрели на вторящих на два голоса девочек подростков с форменным спокойствием. — Рафаэль, — одного строго окрика хватило, чтобы одна из дочерей прекратила кричать и тут же встала, оправляя платье и смущённо вильнула хвостом. — Прости, мам. — Стар, — по-королевски величественно позвала свою дочь Мун. Когда это не возымело эффекта, королева тяжело вздохнула и добавила: — Мы не отправляем тебя в школу святой Ольги. — Правда? — Стар замерла, прекратив кататься по полу. — Пока, — с намёком добавила Мун, подозрительно оглядывая дочь. — Мы отправляем вас обеих в другое не магическое измерение, чтобы ты, моя дорогая, научилась ответственно подходить к своему обращению с палочкой. — А ещё чтоб разносила не наш дом, — буркнул Ривер, повернувшись к Грации. Та улыбнулась и подошла к дочери. — Дорогая, в том мире живут только люди, поэтому ты должна быть готова к непониманию и чрезмерному любопытству. Не огрызайся, но и в обиду себя не давай. — Я поняла, мам, — Раф радостно вильнула хвостом, улыбнувшись. Острые клыки на мгновение появились из под губы. — А если будут приставать, ну так я им как врежу! Грация отшатнулась, когда пятнадцатилетняя дочь размашисто замахала кулаками и заодно хвостом. — Вижу, занятия с королевской стражей не прошли даром, — обречённо заметила Грация, подходя к Мун. Старая подруга только тяжело вздохнула. — Будем надеяться, что они никого не покалечат. — Я уже сочувствую тем, кто попытается их похитить или обидеть, — хихикнула Грация, наблюдая как девочки, держась за руки, прыгают на сидении кареты. — Мы едем на Землю! Мы едем на Землю! — Точно не хочешь поехать с нами? — Мун повернулась. — Нет, я доверяю вам с Ривером, вы сможете обо всём договориться с директором школы. — Это всё-таки твой мир, — с сомнением сказала Мун. — Точно не хочешь посмотреть? — Нет, да и я не уверена, что это именно он, так что не стоит. Только лишний раз разочаруюсь. Мун кивнула, и карета тронулась. Из окна выглянула вытянутая обеспокоенная морда Раф. Дочь помахала матери на прощание. Она махала до тех пор, пока карета полностью не исчезла в портале. Грация хмыкнула. Они столько работали над самоконтролем, но вот вам пожалуйста, малейшее волнение и ящериная кровь снова вылезла. Раф обращалась каждый раз, когда испытывала сильные эмоции. Одинокая слеза скатилась по щеке Грации. Это первый раз, чтобы они расставались на такой длительный срок. Последний раз был, когда девочки отправились в летний лагерь в Аду, по приглашении семьи Люцитор. С тех пор как их сын познакомился со Стар на бале Серебряного колокольчика семья Люцитор делала всё возможное, чтобы свести принца Тома и Стар. Раф поехала, как лучшая подруга Стар. Грация тогда тоже переживала, отпуская дочь в другое измерение. Но всё закончилось хорошо. Раф впервые поцеловалась с мальчиком и научилась кататься на огненном сёрфинге. — Госпожа, нам пора. Грация обернулась к высокому зелёному ящеру. Время знатно потрепало Растикора. Потерянный на войне глаз удалось заменить магическим камнем, но пока он добывал камень в измерении Х-103, успел потерять руку и заменить её кибернетической. — Ты же сегодня отдыхаешь, — удивилась Грация. Растикор молча заводил бензопилу разрезающую пространство. Она знатно барахлила, но на настоящие пространственные ножницы от Гекапу не стоило и рассчитывать, поэтому использовали то, что нашлось на чёрном рынке. — Растикор, — укоризненно покачала головой Грация. — Почему не пользуешься возможностью отдохнуть перед путешествием? — Работы много, — мрачно ответил ящер. Бензопила взвизгнула и завелась. — Много работы тебя ждёт впереди, — резко ответила Грация, заходя в портал. Они вышли в городе монстров, перед трактиром «Барсучья нора». — И я очень этому рада. Межпространственным охотникам за головами хорошо платят. Растикор не ответил. Открыв дверь трактира, посторонился, пропуская Грацию. Та лишь вздохнула. С возрастом ящер стал ещё более немногословным и ужасно ворчливым. При ней он сдерживался, но она представляла каким словами он прямо сейчас называет про себя всю эту затею с работой. Грации было совсем немного совестно. Десять лет назад, отправляя Растикора в измерение Х-103 она слабо надеялась, что он встретит Тоффи. Но Растикор вернулся с камнем и без руки. С какой темной магией столкнулся ящер в этом измерении он не рассказал никому, даже ей. Но настал день, когда она снова отправила его туда. Теперь уже следуя сюжету. Метеору следует держать под наблюдением. И подзаработать на этом тоже не помешает. Тем более сейчас, когда Раф, наконец-то уехала в безопасное измерение и ей больше ничего не угрожает. Нужно задуматься об оплате её учёбы. Было бы просто замечательно, если бы дочь зацепилась в том мире и получила высшее образование. Грация приветливо кивнула группе монстров за столиком в углу, когда те подняли кружки с пивом, приветствуя свою баронессу. Прошла дальше, за свой любимый столик. Растикор грузно расположился рядом. — Грация! — с кухни, пропахший вкусными запахами пришёл Барт-барсук. Пожав руки с Растикором, молодой барсук присел за столик. — Как дела? Раф уже отчалила? — Да, — Грация улыбнулась. — Мог бы прийти и попрощаться. — Дел полно, да Раф там не пропадёт, — отмахнулся Барт. — Эта малышка любому руку откусит, помяни моё слово. Я тут вещи уже собрал. Не ожидал вас так рано. — Мы отправимся раньше, — мрачно ответил Растикор. — Что, даже не останемся посмотреть концерт? — обиженно спросил Барт. Растикор взглядом высказал всё, что не уместилось бы и в десятке слов. Барсук уныло мотнул головой. — Ну вот, а там будет моя любимая песня. — У вас ещё будет время послушать меня, — Грация улыбнулась. — Это же не последний мой концерт. И я подарила тебе на день рождения компакт диски, ну так чего ты расстраиваешься? — Диски — это не то, вот в живую, когда ты на сцене, да в образе и толпа такая «Ууууу!», — Барт замахал руками, показывая, как выглядит толпа. — Не на концерте всё по-другому. Грация хмыкнула. Из кухни раздался грохот упавшей посуды и тут же его перебил громогласный рёв Берси. — Ах вы бесполезные отростки своих родителей! Я кому сказала держи ровно, что, ручки такие слабые что и кастрюлю на место поставить не можем, а? Эт ты сейчас мне что, кухню уничтожить хочешь? Да я тебя самого в бараний рог скручу недомерок проклятый. А ну кыш отседова, пока поварёшкой по башке тупой не отлупила! Грация покачала головой. Берси-барсучиха всегда только грозилась, на самом деле поварят своих она никогда не била, не считая лёгких подзатыльников. Её и так боялись все кому не лень. А слушались, потому что уважали. — Грация, ну как там Раф, отправилась в другое измерение, а? — Берси вышла, добродушно улыбаясь и поставила на стол два увесистых свёртка. — Эт вам, голубчики, в дорогу маленько собрала. И чтоб без глупостей мне там! — Этот я собирала, — Грация указала на свёрток Растикора. — Там еда и карты. Вдруг заскучаете. Растикор кивнул, принимая свёрток и Грация не удержавшись погладила ящера по кожистым складкам на голове. — Всё будет хорошо, — Грация ласково улыбнулась. — Вы главное себя берегите и не лезьте на рожон. Если чувствуете, что задание не по зубам бросайте, ваша жизнь куда важнее денег. — А ты тоже рот не разевай, — буркнула Берси, дав подзатыльник Барту. — Слушай, когда умные люди говорят. И чтоб, без геройств мне там. Всё понятно? — Да понял я, Берси, — обижено засопел Барт и увернулся от ещё одного подзатыльника. Встав из-за стола, ящер и барсук направились к выходу. Барт на прощание обернулся: — Обещаю вернуться с деньгами, — оскалил в улыбке белоснежные зубы и был таков. — Не, ну ты только глянь на него, — фыркнула Берси. — Говоришь, ему говоришь, а всё бестолку. Эх, дурная у него башка, точно тебе говорю, а всё ж таки парень толковый. — Да, Берси, знаю, — Грация улыбнулась. — С ними всё будет хорошо, я почти в этом уверена. — Эх, твои бы слова да богам в уши, — вздохнула Берси. — Ты уже обедала? Давай я тебя покормлю, а то ж ускачешь куда опять, вон кожа да кости сплошные, смотреть больно. *** Жизнь текла просто и размеренно. Дочь регулярно не реже одно раза в неделю звонила по зеркальной связи, рассказывая о жизни. Девочки поселились в доме Диазов на Земле. С их сыном Марко подружились быстро. Примечательно, что о Людо и его монстрах ни слова. И в школе проблем не возникло. Грация здорово постаралась, дав дочери начальное образование, поэтому даже математика с мисс Скалли её не напугала. Хвост и синеватый оттенок кожи так же не доставил проблем. Раф со смехом рассказывала, что её на улице принимают за косплеершу и постоянно хотят сфоткаться. На этом моменте Грация облегчённо выдохнула. Она сильно переживала за дочь. Ведь это только Стар, которая выросла вместе с ней так легко и просто принимала монстроподобность Раф. Остальные люди королевства не раз и не два кидали камни что в мать, что в её дочь, когда они шли по улице, возвращаясь домой. Но такая ненависть была только на Мьюни. В остальных королевствах к монстрам относились более-менее терпимо, пока те не пытались поселиться на их землях. А концерты Грации, которые выросли до масштабов полноценных выступлений на сцене, с залом, билетами на входе и даже собственным мерчем сильно этому поспособствовали. Особенно с учётом того, что в команду музыкантов Грация постепенно внедряла монстров. Так что, когда Грации стал солировать молодой синекожий ящер его приняли на ура. Тем более что пел парень божественно. Грация приложила много усилий, чтобы выбиться в топы чартов всех измерений. С помощью портальных ножниц Мун ей удалось попасть в межпространственный супермаркет и закупиться колонками на магической подзарядке. А потом аппаратура усложнилась, подорожала. Магическая подзарядка просто шикарная вещь. И натолкнула на мысль о ней зарядка палочки Мун. Когда Грация её увидела, её просто прошибло, что всё гениально так просто! Эта была важная веха в карьере Грации, как певицы. После этого всё пошло в гору. И деньги за концерты наконец-то стали водиться. Немного, но всё же, как минимум на зарплату группе хватило. А имя Грации стало известно во всех мирах, которые пользуются зеркалами. Грация даже предприняла тур по мирам, когда Растикор добыл бензопилу. Не сразу, но удалось собрать народа на две тысячи человек! Это был успех. Больше всего денег стал приносить мерч группы. Все эти дешёвые в производстве майки, футболки, кружки, кепки и диски оплачивали скромные потребности семьи из двух человек и Растикора, конечно же. Ящер стал уже полноправным членом семьи. Теперь Грация осталась в доме совсем одна. Пусть так, её милый двухэтажный домик наполнен не людьми, а уютом. Комнаты Рафаэль и Растикора под ключ и будут ждать возвращения своих хозяев. Прошло уже несколько месяцев, как в доме стало тихо. Грация потянулась. Сидение за вышивкой сильно нагружало плечи и поясницу. Старые напольные часы мерно покачивали маятником, отсчитывая время. Тихо и спокойно. Можно ли желать большего? Зазвонило зеркало. — Мун? — Грация присела в кресло. Если Мун звонила посреди рабочего дня, значит у неё плохое настроение. — Что случилось? — Ты не представляешь, Ривер, он просто! Угх! — Мун аж трясло от злости. — Я ему говорила, я его предупреждала, а он же меня не слушается. Я думала с дочерью будет тяжело, но если у тебя ещё и муж непутёвый, то это просто выше всех моих сил! — Что натворил Ривер? — Грация взяла вышивку и уселась поудобней. — Он вечно все делает не так! — Мун возмущённо замахала руками. — Разве так сложно убирать одежду в шкаф? Я много раз ему говорила, но слушается ли он меня? НЕТ! — Он устроил бардак? — переспросила Грация, пряча улыбку. — Опять? О боги, неужели он снова устроил вечеринку в замке? — Он пытался, но я вовремя это предотвратила, — Мун выдохнула. — Как? — Выгнала его из замка. Грация покачала головой. — Опять? — У меня не было выбора! — устало воскликнула Мун. — Иначе он снова разнёс бы пол замка. — Это точно, — поддакнула Грация. — Ему просто надо научиться прогонять Гелиоса. Он вечно его пропускает. Как можно только приглашать на вечеринку разумную звезду? — Всё потому что он не может постоять за себя. Одно дело, когда это касается его семьи, но, когда надо дать отпор наглецу, он беспомощен как дитя. — Мун поджала губы. Поправила причёску, выдохнула и улыбнулась. — А у тебя какие новости, дорогая? Слышала последний концерт прошёл хорошо. — Да, ещё немного и скоро я смогу набрать миллион просмотров на стриме по зертубу, — довольно ответила Грация. — Ох, милая, ты стала такой популярной. Вот что значит ответственный подход. Ах, что-то от Стар давно нет вестей. Переживаю я за эту девочку. — Стар может за себя постоять, — умиротворяющей заметила Грация, делая стежок. — Хорошо, что с ней там Раф. Она сможет её удержать от необдуманных поступков. Я надеюсь. — Мун ты слишком переживаешь по пустякам. Стар хорошая девочка, она сильная, а колдует так, как ты в свои шестнадцать не колдовала. Уж я-то помню. — Грация лукаво улыбнулась. — Но она колдует бессистемно! Что если она встретит противников, от которых заклинания не помогут? — Как будто такие остались, — хмыкнула Грация. Воспоминание о Тоффи кольнуло сознание где-то на задворках. Как давно уже это было? Кажется, она забыла что-то важное. — Тоффи, например, — осторожно наблюдая за реакцией подруги, сказала Мун. Грация вздрогнула. — Что Тоффи? — Дорогая, ты же помнишь, что он всё ещё жив? Эти септарианцы ужасно живучие. Ты не думала, что он может вернуться? Грация нахмурилась. Думала ли она? О, да. В последнее время всё чаще. — Мун, — Грация раздражённо потёрла заболевший лоб, — я не могу ничего сказать по этому поводу. А ты не думала помириться с Ривером? — Вот ещё, — фыркнула королева. — Сначала пусть он попросит прощения! — Ага, а где он ты знаешь? — Нет и знать не желаю. Пусть хоть на пару дней эта будет не моя проблема. — Понятно, прости дорогая, я должна позвонить Рафаэль. — Ох, попроси Стар позвонить мне, только не говори, что это я попросила! Грация улыбнулась подруге и набрала номер Раф. Девочки как раз должны были вернуться со школы. — Привет, мам. Рафаэль жевала бутерброд и куда шла, зеркальце мерно покачивалось в руке. — Дорогая, король Баттерфляй не у вас ли часом? — У нас, заявился полчаса назад. Его опять из замка выгнали? — Верно, — Грация улыбнулась. — Это ненадолго, когда Стар надоест за ним убирать она его отправит домой. — Черт, лучше бы побыстрее. Он туалет уже затопил! — Ну потерпи. К слову, у вас там всё спокойно, никто больше не приходил? От Грации не укрылось, что взгляд дочери забегал, лишь бы не смотреть в лицо матери. — Нет. — И Людо сегодня не заявлялся? — Нет. — А когда он должен прийти? — Не знаю, — Раф запнулась. — Мам! Я же тебе ничего не говорила про армию Людо! — Не говорила, это была просто догадка и ты её только что подтвердила, — Грация ласково улыбнулась. Раф скривилась, виновато смотря на мать. — Я хотела тебе рассказать, но Стар взяла с меня клятву молчать. Она боится, что ты расскажешь королеве и у неё заберут палочку. — Не расскажу, — пообещала Грация. — Пока. Кстати, скажи Стар, чтобы обязательно позвонила матери, она волнуется. — Окей, спасибо, мам, люблю тебя! И отключилась. Ну что за дети нынче пошли. И минуты нормального разговора не выдерживают. Особенно с родителями. А Грация села в своё любимое мягкое кресло и задумалась. Сильно задумалась. Нужно было вспомнить как именно Стар узнала про Тоффи и что было после. К сожалению человеческая память такова, что неважная информация просто стирается, или теряется в глубинах мозга. Грация хорошо помнила взрыв, и колодец магии, но всё что между припоминала весьма и весьма смутно. В любом случае разговор с дочерью её успокоил. Если бы она уже встретила среди армии Людо отца, то не была бы такой спокойной. В конце концов, пусть она его и ни разу в глаза не видела, но при встрече должна узнать. Она же просто его копия.