Дважды

Отец медленно оглядывает сына. Красные глаза, от полопавшихся в них сосудах, с серыми как тучи глазами проходятся по серым, невысоким носками. В комоде у Серёжи лежит ещё парочка таких же, серых. Зато вполне привычно, подходят под любую одежду, пусть у него и нет такого большого ассортимента нарядов. Поднимаясь чуточку выше сразу замечаются похожего оттенка вещи- темно синие (почти черные) джинсы, которые подчёркивали худенькие ляжки и грубое очертание коленок. Они ещё с прошлого года, но выглядят почти как «новенькие». Всё из-за аккуратности Серёжи, которую ему с детства показывала мама. А также то, как нужно хранить и ценить то, что имеешь. Сверху них было надето утеплённая толстовка, слегка велика. Покупали её прошлой зимой, и с того момента мальчишка знатно исхудал. Брюнетистые волосы слегка прикрывали заднюю сторону шеи. Несколько прядок выбивались и лезли на виски. Некоторые прядки были слегка завиты, в особенности возле лица. Он поправляет их худыми, длинными пальцами. Когда с руки слегка скатывается рукава толстовки, на правой руке можно увидеть тоненький кожаный плетёный браслет. Его серебристая пряжка еле заметно отблескивала на свету, а если было очень светло и лучи солнца падали прямо на неё, то она светилась как золото. Кожа слегка бледновата. На запястье выпирают тоненькие косточки, на которых еле заметны вены. Серёжа смотрит на отца. Не знает что сказать, и надеется что ему не придется начинать диалог первым. Он всё ещё стоит в проходе- боясь сделать шаг вперед и шаг назад. Отец мнётся и берёт со стола пачку недорогих сигарет. Открывает коробочку, достаёт одну тонкую никотиновую палочку. Рыскает по карманам- что-то забыл. - Подай с подоконника спички.- Серёжа оглядывает белый подоконник. Вся краска потрескалась. Пачка спичек успешно передана. Отец издает какое-то «мг» и короткое еле слышно «спасибо» Он выталкивает спички из коробка, берёт одну и подёргивающимся руками несколько раз быстро проносит спичку по черкашу. Ломается. Берёт ещё одну и проделывает всё тоже самое. Получилось. Подносит огонёк к кончику сигареты и тушит спичку. Подвигает к себе пепельницу, делает затяжку и смотрит в окно. «Ну да, действительно, на какой диалог я мог рассчитывать». Юноша подходит к уже открытой пачке сухой лапши. Высыпает её в тарелку. Несколько небольших крупинок падают на старые столешницы. Лет 10 назад они были чистого мятного оттенка. Но сейчас покрыты кучей царапин и пятен. За ней еженедельно стоит новая дама, не упустившая возможности позаботиться о временном «ухажёре». Приходят пьют алкоголь, выкуривают по пачке сигарет и трахаются, а потом расходятся как чужие люди. А ну да, а ещё после того как потрахались она готовит ему гречневый суп и оставляет на плите. Такие отношения держатся максимум недели две. Была правда одна, которая сумела продержаться с ним целый месяц. И даже познакомилась с Серёжей лично. Внесла в себя в «список» на будущую мачеху, но после она стала надоедать отцу и они расстались. До этого правда Серёже пришлось слушать их прощальный секс за стенкой. Причем настолько громкий, что наушники на максимум не помогали. Пришлось шататься по магазинам и дворам час, чтобы вернуться и в спокойствие продолжить делать домашнее задание и заниматься привычными делами. После выбрасывания в тарелку всех крошек и добавления специй которые находились в пачке, руки начинают рыскать по столу. Спички. Лежат у отца. Придется подходить. Разворот на 90° и вуаля спички на столе а рядом старые, дрожащие руки. Он подходит и мигом забирает спички, но рука успевает мельком ухватиться за запястье. Сердце пропускает удар и отец смотрит сыну прямо в глаза. Вглядывается в лицо. Смотрит на щеки, нос, подбородок, лоб. Смотрит прямо в глаза. После отпускает, но масса вопросов остаётся. Зачем смотрел? Соскучился по сыну? Давно не видел? С похмелья не может понять кто это? Вопросы приходится оставить на потом. - Разогрей мне- отец делает затяжку и прокашливается- суп который на плите стоит. Непоспешный и отдалённо пьяный голос доносится сзади. Одна спичка поджигает две конфорки. Скрипучий шкафчик открывается и использования черная наполовину спичка летит в мусорное ведро за дверкой, которая после этого также скрипучим звуком и небольшим грохотом закрывается обратно. Чайник кипит 20 минут и столько же кастрюля с супом. Отец уже выкуривает 3-ию сигарету, а Сережа шарится в телефоне проверяя соц. сети и читая новости за последние сутки. После снимая чайник заливает лапшу и накрывает сверху упаковкой, чтобы не мыть потом лишние тарелки и не выходить из комнаты лишний раз. Он берёт тарелку с едой, перед этим кинув телефон в передний карман джинсов и уходит в комнату. Смотря на дверь ещё раз думает о том, чтобы поставить на неё какой-нибудь шпингалет или замок. Садясь за стол опять ныряет в телефон, совершенно позабыв про еду.

*** Ноги рвутся к закрывающимся воротам школы. Охранник фыркает. После него мужчина в массе и довольно средних лет поправляет кепку и на ключ замыкает скрипучие и ободранные, поржавевшие ворота. На них иногда виднеется оставшаяся черная краска. И то редко, что может свидетельствовать либо о «старости» школы, либо и что ворота красят раз в десятилетие. Ступеньки школы грязные, а на некой, такой же грязной платформе виднеется несколько валяющиеся фантиков. Сегодня пойдет через этот выход. Любопытно посмотреть останутся ли они спустя 7 уроков. Хотя факт и очевиден- не останутся. На случай ветрено и может сдуть всего через несколько минут. Что уж там говорить про 7 часов. Первый урок зарубежная литература. Осипов сонный, и благо на этот раз учитель не тянет из него ответы. Строгая женщина в возрасте в скудном бордовом платье чуть ниже колен, и черных балетках на низкой платформе ходит по кабинету и ведёт лекцию. Мало кто слушает. На последних партах ученики под столом гоняют в игры. Девочки сидят в телефонах и наверное думают, что это незаметно. Серёжа ловит на себе острый взгляд учительницы. Он поднимает голову и выпрямляет спину. Следующие 3 урока проходят как обычно. Учителя стучат книгами по столу в надежде успокоить класс, который из сонных мух превратились в полных сил гиен. Всего несколько учеников сидят так же тихо, стараясь не шуметь, чтобы их не заметили «злые» учителя. Звонок прозвенел так громко, что кажется каждый готов был оглохнуть на месте. Поднимающиеся и спускающиеся ученики спешили кто куда. Двадцать человек прорываются в свой кабинет, хватают спортивные формы в привычных мешках и выталкиваются обратно. Некоторые не боясь дежурных бежали со всех ног в раздевалку. Садясь на лавочку Осипов находит в заметках книгу которую читал, и ныряет вглубь сюжетных линий. Они завораживают. Порой, зачитываясь, ты будто ныряешь в прорубь, отплывая всё дальше, от чего холод проносится по всему телу. Немеют конечности, а по всему телу мурашки. Но ты не обращаешь на это внимание. Тебе на это плевать. Гул заполняет весь спортивный зал. Десятки ног, топают и прыгают по деревянному полу. Мячи отскакивают и летают туда и обратно. Натянутые сетки весящие по середине. Одноклассники ругаются, смеются и всячески стараются перекричать друг друга. Это не привлекает парня, он не мечтает оказаться рядом с ними. Ему и так хорошо. Учитель подсаживается чуть ближе и спрашивает грубым, мужским голосом: - А твоя эта штука вообще никак не лечится? Гипертония. По справке от врача, у него есть освобождение. По настроению Серёжа сам может ни свет ни заря выбежать на прогулку. Для профилактики. Как советуют врачи. Но это бывает крайне редко. Только в те моменты, когда отец возвращается ближе к утру, и уже кажись рядом взорвавшаяся граната его не разбудит. Отрицательно махнув головой в ответ, юноша надеется больше не слушать вопросов. Хоть и понимает почему их задают. Их физрук- человек пожилой, который кажись ещё и Наполеона встречал. Поэтому для такого человека, парень который отнюдь не занимается силовыми нагрузками (которые строго противопоказаны) считается странным. «Это же мужик, он сильным должен быть. А не как баба». Но юноше это жить нисколечко не мешало. Как минимум по силовым нагрузкам. От курения те же отговорки. «У меня гипертония, мне нельзя». После таких слов часто было недовольное фырканье и бубнение что мол «как баба себя ведёт». Да, он приукрашивал. Курить то он мог, но его организм это бы не сильно одобрил. Собственное здоровье его заботило в последнюю очередь. К врачам ходит? Ходит. Вот и всё, что ещё нужно.

***

7 урок. Алгебра. Ужас всех ужаснейших. Оценки на нуле. Математика в принципе даётся намного сложнее остальных предметов. Благо учительница ещё более менее нормальная. Пялясь в книжку Сережа старается понять хоть строчку из новой темы. Что-то получается. Немного больше времени и чуть больше усилий, и новая тема сможет (правда с огромным трудом) поддаться на покорение. В тетрадке записано только число и классная работа. Всё остальное осталось стертым на доске, так и не оставивши хоть след на клетчатых листках. Звонок. Все складывают учебники. А сидящий брюнет у окна так и торчит в книгу. Последний ученик выходит. - Осипов- голос учительницы доносится спереди. Милая женщина с кудрявыми черными волосами. Её голос не такой противный как у остальных учителей. Она не грубит и не кричит на него. Фамилия парня заставляет его мгновенно кинуть рюкзак на парту и закинуть туда учебник с тетрадью. Она терпеливо ждёт пока ученик подойдёт к ней. – Осипов, твои оценки меня совсем не радуют. И тебя я думаю тоже. У меня в 10-б учиться паренёк один. Славный мальчик. Он в математике лучше всех в классе разбирается. Зайди к нему сегодня ближе к 5-ти. Я и с ним поговорила. Он не против тебя подтянуть. Женская старенькая рука протягивает по столу маленький листочек с адресом. Осипову ой как хотелось отказаться, но женщина была так мила с ним всегда. Он молча берёт его и кладёт в карман джинсов. Серёжа и сам смог бы разобраться с темой (так считал только он, на действительности завалил бы первую самостоятельную по новой теме), но раз и тот парень, с которым придется заниматься уже оповещен, и учительница будет надеяться, пришлось согласиться. Пусть и без надежды на успех, но хоть раз придётся зайти. Кто он, чем занимается Сережа и в помине не знал. - Хорошо Татьяна Михайловна, я зайду. Спасибо, до свидания.

***

Холодный ветер продувал рукава куртки, из-за чего запястья были в мурашках. Капюшон тоже не особо помогал. Домой идти смысла не было. Всё что нужно с собой в рюкзаке. Все кроме перочинного ножика, на всякий случай. Адрес до боли не известный, поэтому гугл-карты в помощь. -Блять, ну пиздец. Серьезно? Полтора часа ходьбы? А он не мог свой дом где-то поближе разместить?- Путь будет длинным. И Скучным. Поэтому выудив из кармана куртки черную гарнитуру он втыкает штекер и разъем, засовывает наушники в уши. Пролистывая сотни песен из плейлиста «понравившееся» находит ту самую и вжимается в кнопку «увеличения громкости».

***

Пустые улицы. Десятки дворов. Несколько игровых площадок. На них нету детей. Качели пустуют, раскачиваясь от потока ветра. Раскачиваются также ветки сотни деревьев. Самые старые и сухие обваливаются на асфальт, уютно примостившись с кучей оранжевых, красных, желтых листьев. Они такие же сухие как и хворост. На кирпичных стенах написаны граффити, «здесь был…», расклеены номера телефонов и «ищем работника.. звонить по номеру..». Номера некоторых «неудачников» разместились под надписями «долбоеб, шлюха по вызову..». Небольшие ларьки, магазинчики, лавки, кофейни тянутся на ближайшие метров 20. Стертые зебры и зеленый свет для пешеходов горящий что можно переходить дорогу. Встречающиеся люди и мамочки с детьми. Снова дворы. Такие же опустошенные как и предыдущие. Из подъездов вываливаются пьяные люди. Подростки курят одну сигарету по кругу. Мамы фыркают на этих малолеток и рассказывает своему старшему сыну как же плохо курить. Он закатывает глаза, за что получает подзатыльник. Лавочки у подъездов разрисованные всем, чем только можно. Всё неаккуратное. Старое, порванное, а в местах даже заржавелое. Всё тусклое и мрачное. Всё одним видом даёт понять что этот мир далеко не так красив как кажется порой.

Всё, что разукрашивает сейчас эту обстановку- воспроизводящиеся на повторе «Маргарет»-Электрофорез.

На оконных рамах облупившейся белая краска. За этими окнами, на таких же старых подоконниках, стоят горшки с цветами. На 2-м этаже, от приоткрытой форточки доносится игра на гитаре. Где-то фальшиво, но всё равно красиво. Под этим окном- его сосед снизу. Телевизор играющий на полную громкость, раздаётся за железными прутьями. За грязными стеклами этой квартиры виднелись горшки с фикусом и почти завялым кротоном. Видимо, его давно не поливали. Высокие 9-ти этаже поднимались высоко в небо. Где-то с верхних этажей летит окурок, потушившийся ещё в полете от ветра и скорости. Он падает под ноги Осипову. «Размазавши» его носком черных кед юноша продолжает свой путь. 3 квартала и он доберется до нужного дома, а после к нужному подъезду и квартире. Внешне все улицы, кварталы и непременно дома похожи друг на друга. Только заполнены разными людьми. Некоторые кардинально отличающимися друг от друга. Серёжа сверяется с бумажкой. «.. 6 подъезд 273 квартира 5 этаж». Глаза находят нужный подъезд и идёт к нему, сжимая и без того помятый листочек. Набор номера квартиры и недолгие раздумья что говорить. Из домофона разносится краткое «да». В голове крутятся варианты ответа: «Привет, я от Татьяны Михайловной», «Здравствуй, я тот кто должен был к тебе зайти ближе к 5-ти». Собрав из этого что-то по типу «Я должен был зайти к тебе в 5». Глупо, и бессвязно. Без привет и здрасьте. Но писк доносится и тяжелая железная дверь легко поддается, «приглашая» зайти внутрь. В подъезде, несмотря на его внешний вид более менее лучше, чем у него. Здесь не так сильно пахнет алкоголем и сигаретами. Здесь больше пахнет сыростью. И чем-то отдает мусором. Неприятно, но во всяком случае лучше чем могло быть. Да и бомжи не валяются с самого входа, так сказать «встречая» тебя. Возможно он встретит нескольких на лестничных площадках, пока будет подниматься. Запихнув свернутую в 3 погибли несчастную бумажку в карман, которая кажись пережила первую мировую. Стрелой пробежавшись до 5 этажа. Наушники небрежно полетели в левый карман куртки, а за ним и черный хуавей. Перед ним две квартиры: слева- квартира 272, а под звонком снизу маленькая почти стертая подпись маркером «звонок не работает». Справа- квартира 273. Серж подходит к нужной двери. Она кожаная, а под ней красный коврик. Такой же, только синего цвета, лежал года 3 назад под его дверью, пока соседка не выкинула его. По её словам он «был грязный и не приятно пахнул». Худой указательный палец вжимается в кнопку. Дверь сразу же открывается. На пороге стоит довольно высокий парень, как минимум точно выше Осипова, с рыжей макушкой и карими глазами. Волосы покрывают всю заднюю часть шеи, а из-за своей кудрявости, парень выглядел слегка смешно. Рука придерживала двери, а после парень отошёл чуть дальше, давая возможность пройти внутрь квартиры. Он закрыл квартиру на два поворота и протянул руку: - Привет. Илья. - Серёжа.- подхватив инициативу Осипов не медлил и пожал руку. Квартира ухоженная и комфортная. Не такая как у него.