***
На следующий день Сяо вновь вернулся на излюбленное место. Дабы подтвердить вчерашнюю догадку, осмотрелся по сторонам. И вправду, вокруг дома девушки ошивались совсем слабые духи, желающие проникнуть внутрь. И, что самое интересное, чёрные тени не испытывали интереса к прохожим, которые мельтешили неподалеку. Их словно тянуло конкретно к этому месту. Спрыгнув с ветки, Сяо призвал копьё, собираясь истребить парочку навязчивых теней, что вот-вот и, подползая к окну, вскарабкаются на стены. — Избавляешься от конкурентов? — послышался голос сверху. — Я, кажется, ясно дал понять, чтобы ты уходил, — прошипел кот, спрыгивая вниз и смело подходя к незваному гостю. — Не вынуждай меня применять силу. Из-за тебя хозяйке плохо, — кошачий голос дрогнул, а хвост опустился вниз, задевая траву. — Уходи. Склонив голову набок и обойдя четверолапого, Адепт снова запрыгнул на дерево и заглянул в окно. Не то чтобы он не верил, что от его кармы не будет последствий, но ему было любопытно, насколько плачевно состояние флейтистки. — Это из-за тебя, — Вэй проследил взглядом за демоном, который, по его мнению, так жадно смотрел на его хозяйку, потому что желал поглотить душу. — Не буду спрашивать про совесть, ведь у демонов её нет, — вздохнул пушистый, склонив голову. — Уходи. Сяо изогнул бровь. Почему этот комок шерсти так любезничал, хоть и обещал до этого приметить силу? Неужели осознавал неравность сил? Но Адепт всё же сделал одолжение хранителю дома и быстрым шагом покинул улицу, а после буквально растворился в воздухе на глазах Вэя. Кот кивнул то ли в благодарность за понимание, то ли в подтверждение догадки о том, что этот парень — нечисть. «А могу ли я чем-то помочь? — размышлял Сяо на пути к постоялому двору «Ваншу». — Если ей действительно плохо из-за моей кармы, то никакие лекарства здесь не помогут». Он приземлился на балкон верхнего этажа и спустился к Улыбчивому Янь Сяо, дабы наконец поесть. «Помочь я не смогу, но облегчить боль в силах». Сяо поёжился от одной только мысли о том, что из-за его беспечности погибнет талант. Подобную музыку он слышал только однажды, когда сам Моракс играл для него, отгоняя подступавшие последствия гнева Архонтов, которые поглотили его в битве на Тростниковых островах. Найти нечто похожее было почти невозможно. Видимо, это то, что смертные называют врождённым даром. Пока повар постоялого двора готовил двойную порцию тофу, Адепт сидел за столом в неком смятении. Где это видано, чтобы просветлённый делал подношение смертному? Песнопения или подношения облегчали боль Яксов на протяжении долгого времени. Играть на инструментах или петь Сяо не умел. Поэтому это — максимум, который он мог предложить незнакомке, обезболивая и оттягивая скорую кончину. Верр Голдет вскинула брови, заметив как защитник Якса куда-то уходит с тарелкой. Обычно он ел в мини ресторанчике, но сейчас быстрым шагом уходил, будто пытаясь что-то утаить. Хозяйка двора взглянула на Янь Сяо, но тот только пожал плечами, сам не зная, что с Адептом сегодня не так. Верр Голдет поджала губы, думая как подойти к Сяо с расспросами при следующей встрече, ибо все действительно выглядело странно: днём его не было ни на балконе, ни на крыше гостиницы — теперь, видимо, тот предпочитал есть в другом месте. Вряд ли разговор состоялся бы, а даже если Верр сможет выловить Сяо, то получит недовольное хмыканье, отчужденный взгляд и ни одного ответа.***
Окно в комнату флейтистка открыла, что очень хорошо. Одним движением он поставил блюдо на подоконник, параллельно ища взглядом пушистый клубок, который обычно спал на полке или в кресле, но тот, как оказалось, сейчас «лечил» спящую хозяйку громким мурчанием. — Какого… — кот хотел ругнуться на непрошеного гостя, однако замолк в страхе разбудить хозяйку. — Пусть поест, когда проснётся, — шепотом попросил Сяо и мгновенно спрыгнул с окна. Только кот залез на подоконник, чтобы отвесить тому лапой, но вместо навязчивой физиономии перед ним вспыхнула тёмно-зелёная дымка, давая понять, что он не успел дать отпор. Пушистый сел, агрессивно размахивая лапами, избавляясь от дымки и одновременно вымещая злость, пусть и не на демона, но хотя бы на то, что после него осталось. В следующий раз он точно задаст ему! — Вэй, что такое? Что ты делаешь? — девушка кое-как разлепила глаза. Громкий прыжок питомца пробудил в её голосе и без того тревожную интонацию. — Что это так вкусно пахнет? — Тут к тебе приходил… Поклонник, — рассказать о демоне, который следил за ней уже несколько недель с намерением поглотить душу, Вэй не решился. Это его забота — оберегать хозяйку от подобных кадров. — Не знаю, что это. Желе какое-то, — он тронул лапкой один кубик тофу, чувствуя как тот забавно дёргается от прикосновения. — Я бы на твоём месте выбросил это. Вдруг отрава? — Не говори глупостей, Вэй, — поднявшись с постели, музыкантка ощутила, как ноет её тело и ломит кости, и тихо взвыла. — О, это же тофу, — это блюдо она узнала сразу, так как, не смотря на запреты, всё равно любила побаловать себя десертами. — Не знаю, кто это принес, но мы это съедим. С Юнь Цзинь. Ее точно обрадует большая тарелка сладкого, — боль в теле ненадолго отступила. Девушка с предвкушением ждала подругу, дабы скорее разделить трапезу на двоих. — Ну а если отравлено… Две звёздочки гавани умрут в один день. От сладкого, — улыбнулась она. Но куда правдоподобнее звучал бы вариант, что их убьёт не яд, а старшие оперной труппы Юнь Хань. — Когда-нибудь твоя беспечность тебя погубит, — вздохнул Вэй, сворачиваясь клубком. — Но не волнуйся, я тебя защищу от всего. Даже от того демона, — последние слова питомец произнес так тихо, что даже хозяйка, обладающая музыкальным слухом, ничего бы не разобрала.