Морковки

Когда дверь за спиной со щелчком закрылась, Казуо хотел как можно скорее уйти — но тело будто оцепенело. Он сам не знал как и зачем, но вместо поспешного бегства ноги донесли его лишь до стены, к которой он и прислонился, будто растеряв разом все силы. Звукоизоляция была неплохой — но тихие голоса и узнаваемые звуки намекали, что Сатоши все же решился. Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт! Хотелось пинком распахнуть дверь и остановить этот идиотизм, но что-то подсказывало, что лучше от этого точно никому не станет. А потом слух резанул неожиданно злой свист рассекаемого воздуха — и тело вдруг вспомнило, для чего ему ноги. Казуо почти бежал, пока не оказался так далеко от комнаты, как только мог. Он не хотел знать, не хотел слышать. Он устал от всего этого. Жутко хотелось покурить, а сигарет как назло не было. Нашел Сатоши время их отобрать! Ноги всё равно привели за ангар, туда, где обычно предавались вредному образу жизни курящие курсанты. Если там есть кто — всегда можно договориться, даже если в кармане пусто. С одной стороны, ему повезло: за углом действительно стояла одинокая фигура. С другой, судьба явно решила, что это не должно быть слишком просто. — А, ты ещё тут? Как там твой любимый старший? Слышал, его в лазарет утащили. Теряюсь в догадках, что он натворил. — Заткнись, Вельт, — Казуо с разгону опустился на ветхие пыльные ящики. — Есть сигареты? — А у тебя есть деньги? — Нет. — Вот и… — Не будь мудаком, Вельт, ты же знаешь, что я всегда отдаю долги! — зло рявкнул Казуо. Вельт был последним, у кого хотелось выпрашивать что-либо, но сейчас просто не было сил на разборчивость. Ему. Просто. Нужны были. Гребаные. Сигареты. — Просто скажи сколько и я достану. — Не сколько, а что, — Вельт нехорошо улыбнулся и в Казуо полетела новенькая пачка сигарет. — Будешь мне должен. Я свистну, когда ты потребуешься.

* * *

— Не пугай меня так больше, хорошо? — Сатоши прижался щекой к мягким волосам. Мелкий. Братишка. Наверное в этот момент они действительно понимали друг друга как никто. — И не говори никогда, что ты бесполезный, это не так, Ю. Ты нужен нам всем. Без тебя мы уже не будем нами, ты понимаешь? На оба вопроса Юджи только кивнул, не отстраняясь от Сатоши. На первый — уверенно, на второй — просто чтобы не обидеть. А потом всё-таки негромко заговорил, потому что вот так, прижимаясь к старшему… брату, говорить оказалось проще. — Понимаю. Но вам всё время приходится меня откуда-то спасать, а потом вам же за это и попадает. А мне так ещё больнее, чем если бы наказали меня. — Меня не из-за тебя наказали, — Сатоши машинально продолжал поглаживать мелкого по волосам и спине. — Просто кто-то увидел, как я в заброс вхожу и доложил Гурену. А настучать я не мог, сам же знаешь, какое тут отношение к стукачам. Такие вещи моментально становятся известны. Так что просто выбрал наименьшее из зол. Юджи прерывисто вздохнул и продолжил: — Позвольте хоть иногда справляться самому. Я не хочу быть тряпкой и слабаком, который вечно прячется за вашими спинами. Сатоши, пожалуйста… Не надо больше так… Меня не убили бы в яме… Лучше помогите стать сильнее, я просто не могу вас догнать… Конечно, Юджи был младше, и с такой разницей в возрасте было слегка наивно надеяться хоть в чём-то сравниться со старшими. Но раз уж они в одном отряде… Раз им предстоит сражаться плечом к плечу, Юджи до дрожи не хотел оказаться тем, кто способен только путаться под ногами. Он хотел и сам видеть, что не бесполезен. А пока его всюду таскали за ручку, сколь убедительно ни говорил бы Тоши, но Юджи всё равно не мог поверить до конца, что и правда хоть на что-то способен сам. Сатоши ожидал, что Юджи успокоится, но тот выдал неожиданное. И это так пересеклось со словами командира, что старший чуть не вздрогнул. Вот вам и малой! Не все взрослые парни в отряде так рассуждать способны. — Тебе и не надо нас догонять, Ю, — всё ещё под впечатлением от порыва мальчишки ответил Сатоши. — Ты это ты и обязательно найдёшь что-то своё. Уже нашёл… — старший непроизвольно покосился на ремень, который, конечно, уже не светился и не двигался. — И сейчас ты мне об этом расскажешь, кстати. О своей магии. Погоди только, мордулень вытрем. Это Сатоши разглядел какое заплаканное у Юджи лицо. Однако, вести его к умывальникам не вариант. Сатоши достал из кармана платок и плеснул на него воды из стакана. Часть пролилась на пол, и это вызвало глупое неуместное веселье, потому что вспомнился Казуо с его манерой умываться. Придерживая лицо Ю за подбородок, старший бережно вытер всю моську и протянул платок мелкому. — Держи. Дальше сам. — Спасибо, — чуть смущённо отозвался тот, когда ему со всей тщательностью вытерли явно зарёванное лицо. Н-да. И он ещё что-то мяукал про яму, а сам и у Сатоши-то на коленке расклеился. «Дальше» вытирать было особо нечего, так что Юджи платок взял, но пристроил его на край стола, а сам потянулся за одеждой. Продолжать расхаживать без штанов ему решительно не хотелось. И демонстрировать следы тем более. Вдруг Зу вернётся? И ладно бы кто из офицеров наказал, но Сатоши… Короче, как бы они опять не перессорились. Тут Юджи подумал, что старшие вполне могли и сговориться, но от такой дикой мысли фантазию заклинило и в голове возник образ Казуо в роли Гурена, когда тот ещё на зачёте с ужасно строгим видом говорил: «тяните билет». Только в отличие от настоящего Гурена, фантазия ухмыльнулась и показала фак. А Юджи понял, что глупо улыбается собственным мыслям. — Давай я сначала оденусь, а потом расскажу? — всё же решил уточнить Юджи. Не то чтобы он рассчитывал, что Сатоши станет приставать со всякими целебными «послеямными» средствами, но такого исхода тоже вполне можно было ожидать. И он не замедлил себя ждать. — Давай намажем сначала, рассказывать и лёжа можно вполне, — Сатоши взял Юджи за плечо и подвёл к его же кровати. — Как раз пока впитываться будет. Возражать Юджи и не подумал. Сам бы он точно не попросил намазать, но сзади болело, а выходные не бесконечны и надо приходить в форму, чтобы хотя бы за партой нормально сиделось. Почему-то Юджи казалось, что особенно от последнего десятка зад уже успел расцвести и выглядит это, должно быть… хрен его знает как. Вертеться, чтобы рассмотреть «повреждения» Юджи не стал тоже, постеснялся. Вот лечь на живот и предоставить Сатоши возможность заняться лечением — не постеснялся. Юджи обнял подушку, подмяв её под подбородок и какое-то время молчал, впитывая бережные прикосновения. Ещё одно подтверждение, что его простили, вопрос закрыт и теперь всё как раньше. Почти всё. — Магия… Наверное, наследственное, — начал Юджи. — Я уже думал об этом, не могло же оно из ниоткуда вылезти. Не помню, правда, ничего такого, но острые и яркие кошмары, от которых потом страшно лежать даже в обнимку с фонариком, не говоря уже, чтобы уснуть — вот они меня преследуют с детства. Брат от такого с ума сошел, а мне вовремя врач подсказал про нужные книжки, чтобы с этим справиться. Эм. Это ещё когда меня только в твою комнату подселили, помнишь? Я мелкий совсем был и ты казался таким строгим, хоть удирай. А ещё мы с Зу считали тебя жутким занудой, — Юджи смущённо фыркнул от той своей глупости. — Только потом осознал, что без тебя я бы давно себе шею где-нибудь свернул. Ну, то есть, Зу тоже постарался бы выручить, но мы с ним в основном вместе куда-то пёрлись приключаться, а ты останавливал и… спасибо. Ты настоящий старший брат. Тут Юджи понял, что о своей магии почти не рассказал, наговорив много, но вдруг переменив тему. Но от искреннего откровенного признания вдруг стало тесно в груди, Юджи ещё раз вспомнил, какой на самом деле Сатоши чуткий и заботливый, и чуть опять не всхлипнул — наверное потому что не получалось найти слов, чтобы пообещать, что он, Юджи, очень постарается, чтобы больше не подводить.