Позже он стал королевским целителем

В мгновение ока голова Ван Лу погрузилась в полный хаос. Он поднял взгляд, и в тот же миг, когда лицо человека было расплывчатым, рефлекторно выдохнул: «К… Кей-Кей?»     «Угу».     Голос был знакомым, это «угу» звучало апатично, что полностью соответствовало характеру Кей-Кея. Ошеломленный, Ван Лу сделал шаг назад, увеличив дистанцию между ними. Одновременно его взгляд упал на лицо Кей-Кея.     Его оцепенение в одно мгновение сменилось безумным восторгом.     Такое… Такое чудо действительно произошло…     Кей-Кей был невероятно ослепителен!     По мнению Ван Лу, он не только превосходил Пяоло, но даже в общем сравнении с ведущими стримов явно был на уровень выше того самого красивейшего стримера.     Однако такое сравнение было в чем-то неуместным; если честно, человека перед ним нельзя было описать словами, подходящими для юношей – типа «статный» или «красивый и энергичный». Он был не столько красив, сколько обладал уникальной… утонченной харизмой.     Кей-Кей был очень высок, консервативная оценка его роста – два метра, и благодаря пропорциональному телосложению он не выглядел хилым. Несмотря на то, что он был выше общепринятых стандартов, его рост не казался пугающим, а в сочетании с необъяснимой харизмой создавалось ощущение, что он должен выглядеть именно так.     В общем, глубокие и изысканные черты лица делали его исключительно красивым, и это компенсировало двухметровый рост, придавая ему сходство с интернациональной моделью-мужчиной, но с оттенком мрачности, когда на его лице читалась усталость.     Ван Лу сначала удивился, а успокоившись, тут же пришел в восторг. Он сказал с энтузиазмом: «Отлично, это просто замечательно. Прекрасно, что ты здесь. Ладно, тебя укачало? Нужно время отдохнуть?»     Кан Шэнчжэ покачал головой: «Не нужно».     Голос по-прежнему звучал апатично, и Ван Лу невольно притягивался к этому звуку. Несмотря на энтузиазм, он не забывал, что состояние Кей-Кея – его главная забота. Он внимательно осмотрел его и понял, что тот не просто вялый – под глазами виднелись сине-зеленые круги, будто он не выспался. К счастью, природные данные были отменными, и он обладал естественной усталой аурой. Иначе Ван Лу и представить не мог, сколько бы очков впечатления отняли эти синяки.     Ван Лу забеспокоился: «Ты вчера не спал? Что-то случилось?»     Кан Шэнчжэ коротко бросил: «Всё в порядке».     «Как может быть всё в порядке?» – подумал Ван Лу. Было очевидно, что тот не хочет говорить. Догадавшись, что это личное, Ван Лу решил не допытываться, лишь про себя молился, чтобы это не повлияло на работу. Он взглянул на часы и сказал: «Ладно, тогда сначала поедем в компанию. Где твой багаж, сдал?»     Кан Шэнчжэ покачал головой: «Нет».     «Нет? Ты приехал с пустыми руками? Стой, его украли?» – удивился Ван Лу. Осмотрев Кан Шэнчжэ и пространство вокруг, он убедился, что ни чемодана, ни сумки действительно не видно.     Кан Шэнчжэ ничего не сказал, лишь слегка повернулся. Ван Лу поднял голову и увидел рюкзак у него за спиной. Он был невелик, по виду туда влезало всего несколько вещей. Поскольку Кан Шэнчжэ был очень высок, рюкзак практически скрывался из поля зрения Ван Лу.     «У тебя только этот рюкзак».     «Угу».     Ван Лу сказал: «Понятно, ладно, давай его мне. Отдохни немного в машине. В любом случае, вздремнуть тебе не помешает».     Кан Шэнчжэ не стал возражать, и Ван Лу добросовестно взял рюкзак своего подопечного – он оказался легче, чем ожидалось. На ощупь внутри чувствовалась небольшая выпуклость, но Ван Лу не мог понять, что там.     Кан Шэнчжэ сел на заднее сиденье, но ему все равно было тесновато. Даже когда он специально съехал пониже, чтобы удобнее устроить корпус, для ног места не оставалось.     Чувствуя его дискомфорт, Ван Лу поспешно подвинул свое переднее сиденье, стеснив себя, чтобы дать Кан Шэнчжэ больше пространства. Одновременно, пользуясь тем, что Кан Шэнчжэ еще не уснул, Ван Лу стиснул зубы и рассказал ему о текущей ситуации.     «…События развивались слишком стремительно. Пяолао намерен полностью нас затмить, но у нас еще есть шанс. Позже придется посмотреть на отношение Бай Яо, так что тебе стоит хорошо себя проявить. Но не нужно слишком нервничать, просто будь естественным и дружелюбным, и всё будет в порядке… Кей-Кей?»     Кан Шэнчжэ вернулся из задумчивости: «Слушаю».     Ван Лу запнулся и тихо вздохнул, не зная, сколько из сказанного Кей-Кей услышал. Однако, копая до сути, он сам не выполнил свои обязанности агента и не имел права читать Кей-Кею нотации. Он мог только заверить: «Угу, главное, чтобы у тебя в голове был план – тогда сегодня всё пройдет. Насчет контракта я обещаю, ошибок не будет, можешь не волноваться».     С самого начала Кан Шэнчжэ не испытывал особого энтузиазма по поводу коллаборации, поэтому изменения в ситуации его особо не взволновали. Однако он видел серьезность Ван Лу и потому кивнул.     Ван Лу почувствовал, будто гора с плеч свалилась. Его лицо расслабилось: «Отдыхай, поспи немного».     Кан Шэнчжэ промычал в ответ и закрыл глаза, хотя спать не собирался. Скорее, чем сонливость, он неосознанно втянул воздух в грудь и медленно, глубоко вздохнул.     Эх…     Изначально он с нетерпением ждал приезда в Пекин, но не ожидал, что, когда день настанет, он окажется в состоянии холодной войны с Лян Ляном.     После того как его вчера свели в одну игру со знакомым стримером, Кан Шэнчжэ отправил запрос в друзья с основного аккаунта и написал сообщение в WeChat, но не получил ответа ни туда, ни сюда.     В итоге он всю ночь ворочался в постели, чувствуя, что что-то не так. И впервые Кан Шэнчжэ узнал, что такое бессонница.     По его логике, Лян Лян бегал каждое утро, и он не мог не увидеть его сообщение. Если так, почему же он не ответил?     Или, может, он так разозлился, что отказался отвечать?     Кан Шэнчжэ почувствовал тревогу на душе; и за час поездки на машине он не только не мог заснуть, но и ощущал, будто у него практически не осталось сил поднять собственное тело. Когда они добрались до штаб-квартиры MengMao TV, Кан Шэнчжэ каким-то образом выглядел еще более вялым, чем прежде.     Увидев это, Ван Лу забеспокоился еще сильнее: «Кей-Кей! Это, ты…»     Он, конечно, красив, но не до такой же степени скорбной!     Не договорив, Ван Лу резко замолчал, уставившись на черный внедорожник, лицо его побледнело.     «Блин… Эта машина… Бай Яо уже приехала? Да вы шутите, говорили же, что к часу дня! Эта компания реально…» Он не договорил, но было ясно, что он кипел от ярости, готовый сорваться на ком угодно. Если Пяолао и Бай Яо уже встретились, разве это не означало, что у Кей-Кея больше нет шансов?     Подумав так, Ван Лу поспешно подгонял его: «Быстрее, быстрее, Кей-Кей, нам надо идти, эй! Твои волосы, поправь скорее».     Повалявшись в машине, волосы Кан Шэнчжэ слегка растрепались, и растрепанная шевелюра лишь усугубляла его и без того уставший вид. Под натиском Ван Лу он снял резинку и, недолго порывшись, наклонился, чтобы посмотреть в окно черного внедорожника у дороги, и неспешно привел волосы в порядок.     Поскольку он был очень высок, ему пришлось согнуться под очень острым и аккуратным углом, чтобы увидеть отражение в стекле машины. Его пальцы протянулись, собирая длинные волосы с боков лица, что еще больше подчеркнуло его черты, придав им остроту, будто он был нефритом, выточенным ножом.     «Закончил?»     «Угу».     «Тогда пошли, сюда, сюда».     Кан Шэнчжэ плелся сзади. На макушке у него был пучок, из которого торчал небольшой хвостик. Собранные волосы особенно четко очерчивали линию шеи и подбородка, временно – но твердо и мощно – сжимая восприятие его исключительной красоты и концентрируя ее в естественную силу, которая обрушивалась на чувства при взгляде на него.     Несколькими шагами он догнал своего агента. Не зная того, за стеклом черного внедорожника, внутри салона, кто-то плотно прикрывал рот, сдерживая вскрик, вызванный взрывным впечатлением от притягательности, увиденной вблизи.     Широко раскрыв глаза и все еще прикрывая рот, Яо Мяомяо потребовалось немало времени, чтобы прошептать: «Уаааах, какой красавчик».     «Что?»     Тон был холодным, но голос приятным и мягким. Сердце Яо Мяомяо никак не могло успокоиться, и она не удержалась от восхищенного замечания: «Тот парень, что волосы поправлял… Очень красивый. Особенно».     Если ассистент, сопровождающая Бай Яо и повидавшая всех красавцев и красавиц шоу-бизнеса, описывает человека подобным образом, можно легко представить его привлекательность. Однако Ю Лянсин лишь тихо промычал «угу» в ответ, не проявляя особого интереса.     Яо Мяомяо не удержалась и слегка потянула Ю Лянсина за рукав: «Это… Эм, посмотри».     Ю Лянсин слегка наклонил голову, чтобы взглянуть наружу. Однако он опоздал: мужчина уже выпрямился и повернулся. К тому же, поскольку он был в машине, его обзор был ограничен, и он мог разглядеть лишь половину фигуры выше пояса, не представляя, насколько тот высок.     «Жаль», – снова прикрыла рот Яо Мяомяо, – «Он и правда очень красивый».     Взглянув на лицо Ю Лянсина, Яо Мяомяо проглотила остальные слова. Приняв во внимание внешность Ю Лянсина, она легко поняла причину его равнодушия – зачем Ю Лянсину обращать внимание на внешность других, как она, когда он сам так хорош собой?     Яо Мяомяо закрыла рот, немного растерявшись. Вместо этого она нашла, что сказать: «Эм, ну, не знаю, во сколько проснется Сестра Яояо».     Как только упомянули Бай Яо, Ю Лянсин замер, и его брови нахмурились. На его холодном, безучастном лице появилась тень беспокойства, и он посмотрел в сторону, где спала Бай Яо. Она крепко обхватила его руку своими руками, боясь, что он сбежит, пока она спит.     Ю Лянсин посмотрел в потолок и тихо вздохнул.     Как он мог сбежать, если его телефон все еще был прижат к груди Бай Яо? Даже если он был вне себя от нетерпения, он не мог протянуть руку и схватить его, не говоря уже о том, чтобы бросить телефон и убежать.     Бегство было бесполезно; сегодня было первое июля, а воссоединение семьи, назначенное на Праздник середины осени (День Середины Осени), было более чем обязательным.     Ограниченный в действиях и имея слишком много свободного времени, Ю Лянсин снова подумал о вчерашних событиях. Вспоминая, как над ним издевались и как он вышел из игры в гневе…     На самом деле, улик, указывающих на то, что А Шен – это Кей-Кей, было разбросано предостаточно.     После того как его напрямую назвали по имени голосом А Шэна, Ю Лянсин очень быстро сложил пазл событий.     Неудивительно, что он играл с А Шеном только после половины одиннадцатого, и почему тактика ограничений, которую он применял против Кей-Кея, сработала и на А Шене. Если тот говорил, что он студент и подрабатывает, то работа стримером идеально подходила под это описание.     Когда его мысли дошли до последнего пункта, он мгновенно вспомнил их первую встречу.     Голос был ему знаком, и если у них была возможность добавить друг друга в друзья, значит, они должны были играть вместе раньше. Учитывая, что его назвали «сестрой», единственным возможным совпадением была та игра, где он кричал как разъяренный звуковой удар, играя за Чжун Куя.     Кто бы мог подумать, что точка отсчета окажется такой давней?