Дорога в Эвтюмию

      Деглан сидел на лавке, прислонившись спиной к деревянной стене. В его руке была бутылка эля, а на столе стояла тарелка, доверху заполненная бесплатным куриным филе, что было премией за убийство альпа прошедшей ночью. Как выяснилось в дальнейшем, вампиршу звали Марлена. Марлена была помощником хаусварта этого двора уже целый месяц и не требовала денег, ей были нужны лишь три вещи от него: кров, место работы и возможность водить мужчин в погреб. Поначалу хаусварт был против непотребств в месте хранения алкоголя, но всего через день работы смягчился и закрыл на это глаза, поскольку Марлена работала на совесть и привела в относительный порядок заведение, стремившееся к закату. Однако старик не знал, что помимо совокупления Марлена занималась убийством своих партнёров, что, в дальнейшем, приводило к их осушению и съедению. Вампирша, как предположил Деглан, обращалась в свою боевую форму после того, как высасывала всю кровь из жертв, и именно поэтому от тел не оставалось следов. Мимикрита мучил один вопрос: почему упырица начала его кусать до крови вместо того, чтобы впиться в сонную артерию? Неужели слова, прежде считавшиеся наёмником бредом собачим, о том, что мимикриты для вампиров вкуснее и желаннее, оказались правдой? Или конкретно эта особь испытала странное влечение к мимику, от чего начала грызть его заживо, чтобы вкусить сочащееся сладкой кровью мясо? Элетайн поморщился, создавая в голове образ погрызанного плеча, после чего решил прекратить думать об этом, чувствуя неприятное подёргивание по всему телу.       Холодный эль и тёплая курятина быстро затмили неприятные мысли. За столом напротив сидели Теглар, Хагвар, Тиллион и Август, которым Тиллион рассказывать о событиях минувшей ночи поначалу не хотел, однако допрос он не выдержал и сейчас уж пустился в рассказ. Хотя казалось бы, что он там рассказать может, ежели пришёл, когла всё кончилось? Деглан повернул кисть к лицу так, чтобы было видно костяшки с шипами. Порванные когтями перчатки глаз не радовали. Где-то на улице бард пытался уговорить Легоффа взять его с собой и высадить в Хе́нрике. Ханна ему помогала, уверяя, что бард скрасит поездку своим пением, мол, она где-то видела его выступление. Легофф, правда, оставался неприклонен. Велемир, Жижка и Тамир готовили лошадей к продолжению пути, причём не только тех, что тащили повозки с товаром, но и лошадей Тиллиона, Жижки, Тамира, Августа и Деглана. Гигаволка трогать запретила Томика, рядом с которой сейчас пара алхимиков готовила несколько эликсиров. По виду это были эликсир-антитоксин, простым народом прозванный «Огневиком». Кажется, это связано с тем, что он очищает организм, как огонь очищает от скверны по мнению последователей Эвигфламмианства. Другим зельем было лекарство цвета ржавчины от болезней желудка со скучным, прямым названием — «Желудочник». Третьим, последним зельем, что было почти завершено, судя по цвету, было зелье ускоренной регенерации, которое называют «Календулой», в честь одного из ингредиентов. Обернувшись, Томика заметила, что Деглан обращает на неё и алхимиков слишком пристальный взор, из-за чего решила подойти, встала прямо напротив. Подумав, что она хочет сесть рядом, Деглан развернулся и убрал ноги под стол. То ли она приняла это за приглашение, то ли именно это и имела ввиду, она села, держа дистанцию в метр.       — У тебя была потасовка этой ночью, да?       — Ага. Повёлся, как ребёнок. — Недовольный собой буркнул он, после чего значительно откусил от большого куска филе.       — Ну, со всеми бывает. Главное, что ты не умер, так ещё и убил вампира, правильно?       Деглан немного помолчал, жуя, затем отхлебнул эля и повернул голову к Томике.       — Пожалуй.       — Ну вот, значит, всё нормально.       — Томика.       — М?       — Ты разбираешься в алхимии? — Поинтересовался Деглан. Прозвучало так, будто это было утверждение, в котором он проявил удивление. Томика поморщилась, едва Деглан произнёс слово «алхимия», сразу стала выглядеть раздражённой.       — Немного. — Нехотя ответила та, полагая, что сейчас посыпятся просьбы об изготовлении какого-нибудь препарата.       — Выходит, ты человек науки. Похвально. Но в голосе нет энтузиазма и любви. Почему? — Не услышав просьб, та разгладила сморщенное лицо с мягкими щёчками и стала слушать дальше.       — Помнить все эти формулы, обозначения, запоминать всякие непонятные знаки, чтобы знать, какую реакцию или процесс они обозначают, постоянно работать с алхимической аппаратурой. Не люблю я это всё… А если поспешить, то можно запороть всё.       — Ну, чтож, я бы мог тебе тут помочь.       — Поучишь алхимии? Нет, спасибо.       — Поучу магической алхимии. Она куда проще и эффективнее обычной. Запоминать нужно меньше, порядок смешивания ингредиентов можно забыть, аппаратура почти не нужна. Единственное, что по-настоящему нужно научиться делать — рисовать круги. Но их не слишком много, так что легко освоишь, тем более, что ты способна запоминать множество формул и обозначений в обычной алхимии. К тому же, магическая алхимия позволяет узнать, из чего состоит вещество. Например, капни во внутренний круг круга-распознавателя эликсиром «Луковка» и узнаешь, что он состоит из чесночной эссенции, двухсот грамм гнилой плоти трупоеда, ста грамм собачьего сала, двух ложек алхимической пасты и флакончика спирта. Согласись, удобно, если на флаконе нет состава? А главное, что делать почти ничего не нужно, понадобятся для такого «ритуала» всего три вещи — мел или что-нибудь для черчения, более-менее ровная поверхность и знание того, как чертить нужный круг. Если проблемы с рисованием, то можешь взять что-нибудь круглое и обрисовать.       — Ты как это запомнил?.. Ну, я подумаю, спасибо за предложение.       — Тогда дай знать, когда я смогу стать твоим учителем. Кстати, не хочешь ли представиться?       — Мы оба уже знаем имена друг друга. Забыл что ли?       — Нет, просто я хочу нормально познакомиться.       — Ну… Хорошо. Я Томика фер Мелан.       — Деглан аэн Элетайн. Очень приятно познакомиться, вы производите хорошее первое впечатление.       — Чего это ты вдруг ребячиться начал? Да и уже не первое, разве нет? — Все мы дети, но некоторые упорно это скрывают. Я предпочитаю быть честным. К тому же, ты подняла мне настроение. Кхм, ну ладно, раз не первое, то хорошее второе впечатление. Пойдёт?       — Угу. Вернусь-ка я к тем алхимикам.       — Я так быстро надоедаю? Что они готовят, кстати? «Желудочник», «Огневик» и «Календула», верно?       — Угу, лекарство для желудка, антитоксин и регенерирующее зелье. Утром… «Я» случайно разбила несколько склянок. — Немного подумав назвала виновницей себя Томика, после чего удивлённо раскрыла глаза, смотря на белую ласку, которой Деглан навскидку дал полтора года.       Ласка вылезла из объёмной сумки на ремне, пересекающем грудь от правого плеча к левому боку, где и висела сама сумка.       Сумка была сделана очень умело из хорошей мягкой кожи нежно-каштанового цвета, украшена беленькими узорами зимней тематики, защёлка сделана из чистого серебра. Судя по рунам на меньших сторонах сумки, это не простое средство переноски вещей. Магическая сумка. Вероятно, она ведёт в какое-то карманное измерение, где можно хранить большее, нежели в обычной сумке, количество вещей. Судя по внезапности появления ласки, животное именно в ней и сидело до сего момента.       Вылезши из сумки, зверёк забрался по спине альвийки на плечо, оттуда спрыгнул на стол, по которому дошёл до тарелки Деглана, и, схватив зубами кусок курятины, принялся пытаться его утащить. Резкое движение руки Деглана предотвратило побег ласки, при этом рука двинулась настолько быстро и резко, что Томика вздрогнула. Пальцы левой руки схватили белошёрстную ласку за шкирку, и та остановилась, как вкопанная.       — Сейчас я могу продемонстировать тебе один из кругов магической алхимии. Возможно, тебе это покажется странным, но жарка мяса — тоже своего рода реакция, получающаяся при комбинировании достаточной дозации тепла с определённой интенсивностью и, собственно, мяса, в нашем случае — куриного. Тут ещё есть специи, которые тоже будут отделены от обычного мяса, так что твой хорёк… Тьфу, твоя ласка сможет съесть кусочек. А теперь, малыш, будь добр отпустить филе. Отпусти говорю. Так, ладно, не хочешь по-хорошему? Значит, я тебя заставлю.       С этими словами Деглан вручную раскрыл челюсти ласки и вытащил из её пасти мясо, после чего отодвинул бутылку, ласку и тарелку в сторону, а затем, чуть порыскав в сумке на поясе, достал мел и начал чертить на столе небольшой круг, чтобы не изрисовать весь стол и хватило для объекта разделения. Закончив хитроумный рисунок с вертикальным прямоугольником в центре, Деглан положил курятину в прямоугольник и приложил два пальца к внешнему краю круга, через секунду после касания бел засветился сине-белым, появилось несколько искр с характерным звуком, из-за чего алхимики обратили внимание на занятие мимикрита, и вот круг пропал, а на его месте появились три вещи: сырой кусок куриного мяса, горсть специй рядом и след гари на столешнице. Вот куда делось тепло.       — Откровенно говоря, подобным образом можно разложить на части что угодно. Зависит от желаний и, порой, круга. В данном случае был использован круг-упроститель, или же делипростер, как его назвал один древний и далеко живущий народец. Ну что, как тебе магическая алхимия?       — Мне нравится. Легче, практичнее, быстрее. Словом, лучше. Но не знаю, смогу ли выучить все круги… Нужно будет купить что-нибудь для записи. И пером обзавестись… Хотя нет, лучше карандашом. Пером неудобно писать, да и порвать пергамент можно.       — Я могу предоставить тебе и карандаш, и то, во что ты сможешь зарисовывать круги… Или как ты захочешь им распоряжаться ещё. У меня есть в наличии пять пустых дневников и, я так думаю, один можно тебе пожертвовать.       — О, спасибо. А у тебя есть дневник в зелёной обложке?       — …Будет. Заодно продемонстрирую тебе ещё один круг. Он не особенно полезный, но придаёт удобства в быту.       Пока Томика и Деглан обсуждали магическую алхимию, точнее, пока Деглан рассказывал Томике об этом виде алхимии, ласка успела съесть кусок мяса, ей вверенный, целиком. Деглан во время рассказа имел свойство прерываться на еду, аргументируя это тем, что рассказ можно отложить и легко продолжить позже, а вот сделать мясо таким же свежим и горячим не выйдет. Эль же мог согреться, а тёплое пиво на вкус не особенно приятное. В какой-то момент Деглан заметил, что еды не осталось, а эля осталось буквально на глоток. Глоток был сделан, посуда опустошена, сложена и отложена.       К столу, закончив работу над последним зельем, подошла алхимическая пара, профессию которых во внешнем виде выдавало всё: торбы, источающие запах различных трав, пояса с выемками для склянок с веществами и эликсирами, барсетка у мужа поперёк груди, все выемки в которой были заняты различными реагентами, рукодельные выемки с карандашами и ножами на защитных перчатках до локтей, нечто вроде защитных очков на плече, будто повязки, и банданы на шеях обоих. Одеты они были просто и практично, оба являлись людьми, мужчина был худощав и ростом сто восемьдесят четыре сантиметра, ржаво-рыжим, а его жена ростом сто шестьдесят пять сантиметров и немного пухлой, что ей шло. У неё были волосы светло-жёлтого цвета. Имена соответствовали цвету волос, каким бы странным этот факт не являлся.       — Здраствуйте, я Доротея, а это мой муж, Ойген. Мы тут увидели, как вы использовали круг преобразования… Неужели вы владеете магической алхимией?       — Ну… Да, вероятно? А почему вы так удивляетесь?       — Мы с женой долго искали хоть что-нибудь, что поможет нам хотя бы изучить этот раздел алхимии, но не нашли. Вообще ничего. По нулям. В общем, что мы хоти́ть-то спроси́м: где вы научились ей? По какому документу? — Деглан не обратил внимания на оговорку.       — Оу… Понятно. Мне жаль, но я не помню, где и когда научился, очень уж давно было.       Деглан одновременно лгал и говорил правду. Владеет он магической алхимией действительно давно, научился ещё до Падения мимикритов. Однако он прекрасно помнил, где и кто его научил. Бонс, хейм Исанал, алхимический дом имени Гвиндена аэн Сойаса, остров Крит. Край столь родной и столь далёкий… Как же давно Деглана там не было. Он почти начал забывать каменные сады Ли́рвира, архитектурные красо́ты Лоатдала, виды на океан из Элиглена и Варахеи, изыски на пирах Фендаров в Крефане, боевое искусство родной Ти́льды. На секунду хлынули воспомнания о доме. Крит. Резко захотелось вернуться. Впрочем, есть ли куда возвращаться спустя тысячу с лишним лет отсутствия? Ждёт ли Деглана кто-нибудь дома? Есть ли он вообще? «Вряд ли.» — думал он. Алхимики повелись на ложь Деглана.       — А… Вы бы могли нас научить? Или трактат написать? Мы бы вам хорошо заплатили! — Придумала Доротея.       — Честно? Мне лень. Бесконечно лень. Да и учитель из меня неважный. К тому же, кажется, Легофф даже бедного бродяжку-барда не хочет брать с собой, двоих пассажиров он и подавно не примет.       — Но мы готовы очень хорошо заплатить. — Настаивал Ойген.       — Это не даёт мне мотивации, извините.       Алхимики заметно огорчились. Приняв отказ, они удалились. Томика спешно поднялась и, подойдя к столу с зельями для неё, забрала все три склянки, погружая её в белую сумку.       — Милая сумочка. Магическая, да?       — Руны заметил?       — Угу. Там портал в карманное измерение или заклинание на расширение пространства?       — Первое.       — Ого, неплохо! А как ты оттуда вещи достаёшь?       — Сую руку в сумку, и в моей руке появляется то, что я хочу достать, потом руку вытаскиваю.       — Как удобно.       — Да. И животных удобно таскать.       — Выходит, из сумки всё может вывалиться? Или живые существа могут спокойно вылезать и залезать?       — Второе.       — Интересно… Странно.       — М? Что?       — Такое чувство, будто это нужно запомнить. Будто это пригодится.       — Ладно…       Раздался зов Легоффа. Пора седлать лошадей и волка. Пока наши Инь и Ян по цвету идут к своим осёдланным друзьям, опишу вам Томику, что сейчас была без своей накидки. Видимо, погода вынудила её избавиться от покроя.       Томика фер Мелан, как было сказано, обладает ростом, примерно равным одному метру и шестидесяти пяти сантиметрам, что является прямо-таки границей между низким ростом и карликовостью по меркам альвов. Белоснежные, в том числе брови, волосы девушки пышные, по длине несколько ниже плеч, от висков к затылку заплетено по косе, что собираются в диадему на затылке. Никакой косметикой она не пользуется, но при этом выглядит ухоженно и чисто, без всяческих пороков на лице. Причина тому соблюдение личной гигиены или то, что она родилась представителем прекрасной расы сказать сложно, но я бы рискнул предположить, что тут может иметь место комбинация. Глаза наёмницы столь же зелены и ярки, сколь и у Деглана, но взгляд куда живее, моложе. Лицо имело округлую форму, что подчёркивали мягкие щёчки.       «Узкие плечи, тонкие ручки, тонкая талия, широкие бёдра, где-то третий размер груди, аккуратные ногти средней длины. Мило.» — Характеристика внешних данных от Деглана.       Наёмница была одета в обтягивающие штаны тёмно-серого цвета, синий жилет с жёсткими плечами, бархатный снаружи и крепкий внутри, с полами до середины бедра и стягивающийся на талии, белую льняную рубашку с неглубоким вырезом и приподнятым подстёгнутым воротником, подвязанными ремешками на бицепсах рукавами, альвийские мягкие сапожки до колен с железным каблуком и узором из зелёных лиан, длинные перчатки того же фасона. Кроме сумки, крепящейся к поясу на клёпку, и двух сабель на боках Томика больше ничего не носила. Вероятно, потому что все её вещи были в ней. Ласка, кстати, в неизвестный момент успела спрятаться обратно в сумку.       Есть ещё деталь внешнего вида, которую не заметил Деглан поначалу, но заметил позднее. На среднем пальце правой руки альвийки было серебряное кольцо с наружной гравировкой, а на запястьях — тонкие, также серебряные обручи со странными гравировками.       Выходя из здания, Томика умудрилась врезаться в косяк дверного прохода и удариться об него лбом. Деглан невольно засмеялся из-за этой неловкости, от чего эльфийка недовольно надула щёчки, за чем последовали извинения Деглана. Но, видимо, его карму это не восстановило, поскольку мимикрит с потрясающей реакцией, существо, способное увернуться от стрелы, тоже врезался в то же самое место лбом. В этот раз посмеялась Томика. Для полной зеркальности Деглан должен был надуть щеки, но: во-первых, ему надутые щёки не шли, во-вторых, он не подумал об этом, из-за чего момент был упущен.       Каким-то образом бард всё же уболтал Легоффа, теперь поездка сопровождалась довольно неплохой игрой барда на лютне и действительно хорошим пением. Деглан даже похвалил певца, чему тот ехидно улыбнулся. Бард своего коня не имел и передвигался на своих двоих, но при этом он всегда был где-то рядом. Он удивительно шустро и незаметно оказывался то в хвосте, оставаясь за Томикой и Дегланом, то шёл впереди всей колонны.       На этом моменте я вспомнил, что в первой части главы Деглан упоминал некий глаз льда, и решил рассказать, что это такое. Начнём с того, что словосочетание «глаз льда» официальным названием амулета не является. Официальным названием является «Портативный Крио Генератор», или же ПКГ. Чтобы было аутентичнее, рассказ будет в таком виде: «ПКГ разработал маг Александр Эллеванский, что родился в тысяча девятом году и по сей день, тысяча двести восьмидесятый год от Божественного Исхода, живёт. Александр родился с крайне редким даром к магии и сильной предрасположенностью к стихии льда. Что удивительно, ветром и водой он владеет на крайне низком уровне, но зато как криоэленхист показывает себя великолепно. На текущий момент нет мага более искусного во владении стихией льда, чем Александр Эллеванский. Вообще, правильнее было бы назвать эту стихию стихией холода, но, по-видимому, чародеям, что занимаются наименованиями различных объектов магической сферы, такое название не приглянулось, несмотря на то, что оно, на скромный взгляд автора, куда шире и в полной или, по крайней мере, большей мере раскрывает свойства данной стихии. Итак, вернёмся к теме.       ПКГ, в простонародии именуемый глазом льда из-за своей круглой формы, белой металлической каймы, внутреннего цвета наподобие радужки и символа стихии по центру, напоминающего кому-то зрачок, используется для использования стихии без природных магических способностей. Например, сохранения определённой низкой температуры или постоянного охлаждения. Именно ПКГ является первым в своём роде стихийным артефактом и прародителем остальных «глаз», используемых похожим образом, но с отличием в зависимости от конкретно взятой стихии. По сути дела, ПКГ стал также основой для морозного шкафа или Стационарного Крио Генератора (сокращённо СКГ). Однако, в отличие от глаза льда, морозный шкаф исполняет функцию хранителя продуктов или иных объектов, требующих холода. Но чаще СКГ всё же используют только для хранения продуктов более-менее зажиточные торговцы, дворяне, волшебники и владельцы престижных увеселительных заведений, которые в перечень своих услуг включают угощение посетителей прохладительными напитками и пищей, которую удобнее и дольше хранить в морозном шкафу. Среди таких заведений также распространён брат СКГ — СПГ, он же магическая печь и Стационарный Пиро Генератор. Увы, Александр Эллеванский, как и весь остальной магический цех, никогда даже не заикался о том, как ему пришла мысль о создании ПКГ и дальнейших изобретений, на нём основанных, как он изготовил первые экземпляры, сложно ли было убедить Магический Совет Изобретателей, как вообще создаются его изобретения. Можно лишь догадаться, что изменилось в ПКГ и прочих изобретениях со временем, сравнивая разные версии…» Саменэ́ро Фореми́. «Магические изобретения и кто их придумал».

***

      Чертить круг мелом на коже было не очень удобно само по себе, а Деглан догадался заняться этим верхом, когда каждый шаг лошади отдаётся качкой. Тем не менее, Элетайн не отвлекался и рисовал круг очень аккуратно и старательно, и после некоторых незначительных исправлений и повторных попыток удалось-таки сделать всё правильно. Внутри круга был небольшой ромб, куда бы поместился кусочек листика. Деглан повернулся к сзади идущим алхимикам вполоборота, убирая мел в сумку.       — У тебя не найдётся зелёного листика или травинки какой? Мне нужен совсем маленький кусочек.       — Зачем? — Вопроюще наклонила голову Томика.       — Чтобы сменить цвет переплёта дневника с чёрного на зелёный мне нужны две вещи: предмет, чей цвет мы позаимствуем, и круг, который позволит совершить перекрас. Этот круг так и называется: цветовой круг. Ну так что, найдётся что-нибудь зелёное?       Томика порыскала в сумке и, найдя какое-то растение, оторвала зелёный листик и передала Деглану. Как раз такой ему и был нужен. Положив кусочек внутрь ромба, Деглан приложил палец к внешней линии круга и тот засветился, подобно кругу-упростителю. В этот раз вспышки или похожего эффекта не было, круг просто пропал, а из места, где он был, кожаный переплёт начал перекрашиваться в тёмно-зелёный. Кусочек листа потерял пигмент и перестал быть нужным, а потому Деглан просто стряхнул его, после чего передал дневник Томике. Благодарность ждать себя не заставила.       — Смею предположить, что ты любишь зелёный цвет?       — Да, очень. А тебе какой нравится?       — Мм, дай-ка подумать… Красный, пожалуй. И чёрный. И сочетание красного, чёрного и белого. Но больше всего, наверное, всё-таки красный. Мне, кстати, казалось, что твой любимый цвет — белый.       — Почему? -Ты вся белая. Одежда, волосы, даже брови и ресницы. У тебя кожа такая же бледная, как и моя, белые питомцы. Это может звучать странно, наверное, но в тебе довольно много белого. Вот я и подумал… Знаю, странная логика.

***

      Караван встал. Деглан и Томика тут же направились вперёд, чтобы выяснить, что стряслось. Аналогичным образом поступили наездники по бокам. Посреди дороги встало четверо скальных троллей и один лесной.       Скальные тролли отличались от лесного лишь тем, что их спины обросли толстым и твёрдым слоем каменной породы, что по форме была, словно иглы ежа. Тролли держали в руках здоровенные камни и замахивались ими, когда караван пытался двинуться дальше. В результате Август снял со спины необычного вида копьё, что было всем из себя белым и ярким, с золотого цвета наконечником, будто кончиком звезды, выходящем из костяного полумесяца неизвестного назначения. Напоминало гарду меча, но было далековато от рук, Велемир Пераскич достал лук и прицелился, скрипя тетивой за спиной Жижки, Хагвар взял в руки свои парные боевые топоры и ожидал кровавой сечи. Другие наёмники тоже похватались за оружие, Томика создала в руке большую глыбу льда, что левитировала рядом с кистью. Деглана вдруг заметил лесной тролль и приказал своим собратьям не метать камни.       — Людь, это ты? Деган. — Попытался вспомнить имя Деглана Барг.       — Барг? — Спросил Деглан, хмурясь. Он удивился, что вспомнил имя тролля. А ведь он уже не помнит, как зовут альвийку, которую они с Эрлиданом сопровождали.       — Я Барг, тролл.       — Надо же, какая встреча. Кхм, попрошу вас, коллеги, убрать оружие, я смогу разрешить дело миром.       — Ну так иди дипломатом становись, а не наёмником работай, миротворец херов. — Грубо ответил Август. Его огрызание, как оказалось, не понравилось никому. Троллям тоже. Благо или нет, но Деглан остановил их жестом, а они, благо или нет, поняли его смысл и послушались.       — Братец, — Начал Тиллион, приближаясь к старшему Скорпиусу. — Не думаю, что в данной ситуации уместна перепалка на основе личной неприязни…       — Тихо, Тиллион, я тебя не спрашивал.       — Чего это ты вдруг командира включил? Перед Дегланом что ли красуешься? Хотя нет, вряд ли… Перед Ханной?       Ханна не стала влезать в перепалку уже Тиллиона с Августом.       — Томика, убери лёд, пожалуйста. Не вижу смысла проливать чью-то кровь здесь просто так. Хотя некоторым втык не помешает. — Удивительное совпадение, но, говоря это, Деглан смотрел на Августа.       — Что ты сказал? — Злой выкрик кезарца перебил ответ альвийки. Деглан тут же оскалился.       — Я сказал заткни пасть. — Почему-то Август действительно замолчал. — Так что ты хотела сказать, Томика?       — «Хорошо», я хотела сказать.       Как только лёд растаял, Деглан слез с лошади, прошёл чуть вперёд, развернулся лицом к наёмникам, набрал воздуха в грудь и крикнул. Крикнул так, что пыль и мелкие каменья поднялись, крикнул так, что земля и воздух завибрировали, так, что все, кто сейчас открывал рот и держал оружие в руках, замолкли будто по щелчку и убрали оружие. Даже Август. Движения были такими быстрыми и покладистыми, словно им просто нужен был повод это сделать. Томика широко раскрыла глаза, удивлённо смотря на Деглана. Он чуть попершил горлом, после чего развернулся к троллям.       — Дорогой Барг, прошу прощения за моих неродивых попутчиков, что НЕ МОГУТ СЕБЯ ВЕСТИ НОРМАЛЬНО ПЕРЕД ТРОЛЛЯМИ! — Деглан вновь крикнул с той же силой, от чего наёмники напряглись, Август так вообще будто в глаза Медузе посмотрел. Тролли это оценили. — Дело в том, что мы собираемся в очень долгий путь и проехать мы можем лишь по этой дороге. Не мог бы ты с ребятами нас пропустить?       — Барг может. Людь добрый, харошый, а его друзья тупые. Но Барг добрый тролл, мы пропустим вас. Да, Пог, Мог, Зог, Вог?       — Да. — Ответили хором тролли.       — Чудненько! Приятно иметь с вами дело.       Следует отметить, что тролли имеют свойство растягивать звуки и говорить довольно медленно. Зато разборчиво. Едва тролли собрались уйти с дороги и более не преграждать каравану путь, как раздался странный звук. Немного пугающий, от которого воздух вибрировал не сильно слабее, чем от криков Деглана. Деглан повернул голову резко и неестественно, что вызвало у Томики несколько вопросов. Кажется, она даже услышала хруст позвонков сквозь неизвестно чей громкий вой. Элетайн, задрав голову, чуть не раскрыл рот от удивления. Вот то, чего он не ожидал увидеть сегодня от слова совсем. В воздухе появился сине-серый дракон в чёрных полосах. То был дракон ящеровидный, поскольку имелись четыре когтистых лапы, передняя пара которых отделена от перепончатых крыльев. Дракон был на вид как большая игуана с крыльями, только с меньшей мешковиной под челюстью. Летающий ящер заревел ещё раз, пикируя, плюнул в Деглана и троллей вязкой и прозрачной жидкостью, которая воспламенилась в конце от искры, высеченной специальными клыками данного дракона. Наёмники и торговцы тут же заорали, опознавая существо перед ними. Шелест побежал прочь, прочие лошади заорали, пытаясь скинуть с себя людей и путы, а гигаволк пытался сорваться с места и унести себя и Томику подальше от зверюги, но страх его сковывал. Сердце альвийки бешено заколотилось. Она боялась за себя, боялась за ласку, боялась за Миэли, а также за Деглана, в которого летела непонятная субстанция, напоминающая горящую слюну. Благо, мимикриту хватило реакции, несмотря на скорость и отточенность действий взрослой рептилии, и он успел сложить руку в странный жест, вслед за которым наёмника окружило нечто вроде полупрозрозрачного пузыря, на который и попала горящая слюна. Пузырь лопнул, создавая лёгкую ударную волну, от которой разлетевшиеся драконьи слюни потухли. Дракон к тому времени уже улетел, схватив одного из скальных троллей, который по пути в небо потерял некоторое количество крови. Его внутренности полезли наружу через пробитое брюхо. Деглану было жуть как жалко бедного Вога. Тролли с печалью, ужасом и злостью кричали на дракона, пытаясь подбить его камнями. К сожалению, булыжники не долетели. Тролли, собравшись, скучковались и побежали за драконом, надеясь спасти своего друга. Дальнейшую их судьбу предсказать сложно. Может быть, они догонят дракона и убьют его, может быть, они не догонят его, потеря друга вгонит огровых в депрессию и они сгинут от тоски, может, они быстро забудут про потерю, а может, они смогут догнать дракона и спасти своего друга. Деглану было необычно так переживать за кого-то. Когда он был таким… Живым в последний раз? Неужто он начинает воскресать внутри? Или это просто чудное мгновенье? Шелест вернулся по свисту, Деглан вернулся в седло. Томика, вроде бы, хотела что-то сказать, но не знала, что. Компания в целом как-то потеряла дар речи после появления дракона. Спокойнее всех оказался бард, который, похоже, в какой-то момент отошёл отлить и всё пропустил. В какой-то момент Жижка громко заговорил:       — Да шоб мне пусто было, ежели ето настоящий дракон, а не херня какая похожая была! Ну што этмо такоэ, а? Настоящий дракон? В наши-то времена? Чушь! Какая-то вы́верна-переросток да и токмо! А вы тут все попересрали и сидите, свернувшись в колачик, ну шо за стыд! Горе вам, наёмнички!       Странно было это слышать от седого мужика, который чуть от инфаркта не слёг при лицезрении дракона. Деглан не стал игнорировать слова Жижки.       — Это был настоящий дракон. Самый что ни на есть настоящий. Не виве́рна, не вилохвост, не бвутавр, не василиск или куролиск, кокатрикс какой-нибудь, не кривоклык и не пламенная крыса. Тип наземно-воздушный, вид ящероподобный, серо-синяя масть с чёрными полосами. Это его классификация, ну, насколько точно я смог разглядеть этого дракона.       — Как ты успел его разглядеть? Он на секунду появился в воздухе, потом резко полетел вниз…       — Спикировал.       — … Спикировал, схватил тролля будто веточку и улетел! Я его едва заметить успела, когда он успел подрать тролля так, что что из него всё лезть начало, я и понятия не имею, а ты ему, сука, классификацию дать умудрился! Это как вообще? — Вдруг заговорила Ханна, что прежде молчала.       — У меня острое зрение. Ну и реакция лучше, чем у вас, наверное, вот и получилось. Или повезло, кто знает. Чего ты так истеришь? — Деглан смотрел на неё как на дуру.       — Да не могло так повезти! Если ты встретился с драконом, то тебе не может везти априори!       — А вот смогло.       — Да не могло!       — А ему повезло, прекрати орать. Злишь. — Добавилась Томика, чему удивился Деглан. Ранее ему казалось, что в чужие перепалки встревать она не намерена, ноч похоже, громкость Ханны её слишком сильно злила.       — Давайте закончим этот бессмысленный спор? — Предложил раздражённый Деглан, чуть рыча.       — Ладно-ладно, чайник, остывай.       — Чайник?       — Ну, ты же вскипел.       — Чая захотелось…       — Вот холера, я тоже. Интересно, скоро нам попадётся нормальный город?       — Мы не будем заежать в города. Небезопасно это с нашим грузом.       «Что же мы такое везём? Ну, сука, жирдяй ты скользкий, я тебя вскрою, как ракушку, когда доберёмся до конца пути. Всё расскажешь. Главное потерпеть и не делать ничего раньше времени.» — Подумал Деглан.       — А как мы будем пополнять запасы? — Поинтересовался Хагвар.       — Охотой. В лесах полно зверья. Лорды не заметят, если мы парочку себе возьмём… Либо, если прям нужда будет, отправим кого-нибудь за покупками. А теперь вернитесь на свои места! Слетелись все в одно место, как голуби, чес слово.

***

      К удивлению и недовольству Ганса Легоффа, провиант, запасённый на семь суток пути, был истрачен за один полный и один неполный дни. К середине дня выяснилось, что есть нечего, а из питья остался лишь алкоголь, да и тот в жалком количестве. Пришлось отойти от первоначального плана по избеганию поселений и немного отступить назад, чтобы по развилке свернуть в другую сторону и выйти к небольшому перевалочному городку, имя которому Форюгбергехенд. Название было говорящим, потому как с флигтехийского слово «форюгбергехенд» переводится как «временный». И действительно, в городе на постоянной основе жило довольно мало людей, штук сто в общей сумме. Тут никто ничего не производил и не выращивал, городок зарабатывал на пошлинах, штрафах, залогах и налогах, в основном добавочной стоимости. Несмотря на то, что управление Форюгбергехенда пыталось выжать из торговцев и проезжающих путников как можно больше, эти самые торговцы и путники не сторонились поселения и редко шли на работу с контрабандой. Как минимум потому, что с неё местные власти тоже умудрялись заработать. На самом деле, в Форюгбергехенде довольно выгодно торговать, особенно если ты торгуешь оптомыми товарами или содержишь корчму, гостиницу или бордель, потому как одной из причин посещения города также могло стать расслабление после долгой дороги.       Преступность в городке не бесчинствовала, но была, причём весьма умеренной, ибо даже преступники работали с городским управлением. Так, например, около тридцати процентов выручки вне зависимости от её вида и способа добычи переходило в собственность города в обмен на непрекосновенность злоумышленников, если действо не происходило у всех на виду. Причинять вред политикам, известным торговцам и известным наёмникам при этом было запрещено, однако если наёмник поднимал на преступника руку, независимо от того, была это самооборона, защита ближнего своего или простое рукоприкладство, то следовало наказание.       Хагвар, Теглар и Деглан отправились за покупками. Хагвар должен был всё таскать, Теглар следить, чтобы Хагвара не одурачили и он взял достойный товар. Деглан был кем-то вроде телохранителя. Увы, всё оружие наёмникам пришлось оставить в месте, где остановился караван, потому как любой инцидент в городе с участием оружия мог повлечь проблемы, которые для Форюгбергехенда будут куда опаснее, чем для условного Мельбурна или Ю́гхурда.

***

      — Рынок, вроде, большой, а толкового товара как криматов в куче говна. — Ворчал Теглар, недовольный сегодняшним ассортиментом. Недовольны были и торговцы, для которых сравнение Теглара было отнюдь не комплиментом.       — Трудно перечить тут. — Согласился Деглан. — Но кто знает, вдруг мы найдём золото вместо меди?       — Если тут всё одинаковое, то вряд ли. — Ответил Теглар.       Отделить «зёрна» от «плевел» было проблематично из-за малой концентрации «зёрен» и недовольства продавцов, которым не нравилось, что наёмники покупали только действительно хороший продукт. Однако их суровый вид и леденящий душу взгляд Деглана позволяли избегать лишнего шума. Впрочем, недовольное ворчание убрать не удавалось. Троице пришлось потратить целых три часа на то, чтобы набрать продуктов на шесть неполных дней. Провиантовый набор включал в себя овощи, фрукты, мясо, сладости и выпечку, в основном обычный ржаной хлеб. Увы, Легофф отказался платить самостоятельно за пополнение провианта и пришлось расчехлять собственные сбережения. Тут на выручку пришёл Деглан с огромным счётом в банке, который обычно пылился и просто пополнялся. Но сегодня с него было взято семьсот криматов, которых как раз хватило на еду.       Решив дотратить остатки, Хагвар, Теглар и Деглан зашли в лучшую таверну города, что носила название «Delectabilis». Прям отличной она не была, но выбирать было особо не из чего. В целом неплохо, даже играла музыка и висели картины. Хотя Деглану почему-то казалось, что картины оставили в залог, а музыканты отрабатывали пропитание, за которое не смогли заплатить.       Выбор тоже был весьма недурен, хоть и не слишком широк. Теглар и Хагвар на двоих взяли поросёнка с кусочками овощей и по бутылке медовухи на каждого, а Деглан избрал для себя жареное куриное филе в кезарских специях и салат «Кезар». В качестве напитка взял бутылку неплохого вина с его любимой винодельни «Карома́та», чьё название напоминало о хейме Кентроката на родном Крите. Вино было белым полусладким, с каким-то цветочным привкусом. Соблюдая эстетику, Деглан пил вино из бокала, постоянно доливая в него алкоголь. Его товарищи не имели такой нужды и пили с горла медовуху. Довольны были все трое.       На середине трапезы в таверну вошло трое человек и один альв. Весь квартет выглядел как мелкие криминальные шестёрки, потому как дерзости в их манерах и виде было полно, однако обеспеченными их назвать было нельзя. Хотя, несомненно, в сравнении с нищими и бродягами, обеспеченность налицо.       Альв выглядел из всей четвёрки наиболее разумным и цивилизованным, и дело тут не только в более внушающем доверие лице, но и в нормальном виде. Когда из трёх человек рубахами обладало лишь двое, а незалатанные штаны были лишь у одного, альв носил аккуратную и чистую белую рубашку, поверх неё ухоженную тканевую куртку тёмного цвета, а на ногах новые штаны и башмаки с круглым носком. Альв был коротковолосым брюнетом, чьи волосы находились в беспорядке, но при этом красивом беспорядке, ему это шло. Серые глаза быстро заметили новоявленных наёмников и, с презрением отвернувшись, остроухий направился к барной стойке. Кареглазые люди не стали обращать внимания и застучали сапогами в аналогичном альву направлении. На открытых участках тела виднелись татуировки и шрамы как от холодного оружия, так и от плетей.       Хагвар Вебрандссон носил чёрную хаскелийскую тунику, окаймлённую золотыми узорами, прилегающие к телу плотные штаны, приталенную бригантину, под которой, разделяя её с туникой, был кольчужный слой с рукавами до локтей, и сапоги чуть ниже колен. Наряд монотонный. Талия плотно опоясана ремнём. Равно как и Теглар, Хагвар носил бороду, но не цвета шкуры бурового медведя, а цвета пшеничного поля или лепестков подсолнуха. Такой же яркой являлась и шевелюра, что была бережно зачёсана назад гребнем и частично собрана в конский хвост, а частично распущена. Борода не отличалась особой длиной. Да, пышная, но не слишком. От подбородка заплетена небольшая косичка. Кожаный ремень на поясе был украшен сребром и златом.       Одежда Теглара, как и его внешность, немного отличалась. Для начала следует сказать, что волосы Теглара превосходили волосы Хагвара в длине раза в два. Вместо хвоста он собирал их в бурую косу, а по бокам голова была начисто выбрита. На лбу была начерчена хаскелийская руна «Телваз», что напоминала букву «Т» с согнутой по сторонам шляпкой. К слову, у Хагвара на лбу была руна «Хагалаз», напоминавшая букву «Ν», но с кривой диагональной линией. Сама линия при этом шла не от кончиков боковых линий, а чуть дальше. В качестве одежды Теглар использовал сюрко, цветом и каймой идентичное с туникой Хагвара, башмаки с острым носком, к которым, для долговечности, пришита подошва от сандалий, и сливающиеся с сюрко и башмаками штаны. Рукава от рубахи же были красными, на бицепсах крепкие руки обмотаны ремнями.       К столу резко подошёл мужчина с голым торсом, изувеченный множеством шрамов, история возникновения которых разнится по времени и причине. Он воткнул кухонный нож рядом с рукой Деглана, которого это напрягло. Опять драка? Нет, в этот раз надо всеми силами избежать конфронтации. Он вопросительно посмотрел на бандита, поднимая голову.       — Чёрный Кот, да? — Сиплым и дерзким голосом заговорил мужчина в чепчике, нависая над наёмником.       — Нет, моё имя Джон Ке…       — Пиздёж свой в жопу себе засунь, Кошак. Я тебя, пидорраса, с того раза запомнил. — Рыча проговорил он, зля не только Деглана, но и Теглара с Хагваром.       — Будь добр нормально разговаривать с моим другом, «уважаемый», а то как бы я тебе в глаз не засветил в назидание.       — Хагвар, не стоит.       — А что это ты язык в…       — Митч!              Бандит встал истуканом и развернулся, как по команде.       — Да?       — Отвали от наёмников. — Грозно приказал альв. Деглан был удивлён, учитывая прежний презрительный взгляд.       — Есть… — Недовольно подчинился полуголый и, вытащив из столешницы нож, вернулся к альву, что обсуждал нечто важное с корчмарём. Не настолько важное, чтобы давать спуску подчинённым.       Деглан кивнул альву, альв кивнул Деглану. Причину перемены в его поведении он не знал, предположить тоже не выходило. Когда трапеза окончательно подошла к концу и наёмники собрались возвращаться к каравану, их остановил тот самый альв. Дверь преградили его подчинённые. Остроухий подошёл к Деглану на почтительное расстояние, смотрел ему прямо глаза. Мимикрит попытался отпугнуть его ледяным взором, но альв оказался обладателем не менее холодного взгляда, трюк не удался, зато возникли подозрения, что что-то не так. В смысле, у альва.       — Деглан аэн Элетайн, он же Чёрный Кот. Ты сейчас работаешь?       — Мой досуг не является достоянием общественности, если я не считаю это нужным.       — Я задал вопрос. И, несмотря на то, что я достаточно осведомлён о твоих талантах, спешу заметить, что отпускать мы тебя не станем, пока не пойдёшь на сотрудничество. На шум придёт стража. Несомненно, ты и полгорода осколком стекла из окна перережешь, если верить слухам, но тебе это не на руку от слова совсем, верно?       Вздохнув, Деглан скрестил руки на груди.       — О какого рода сотрудничестве ты толкуешь?       — Ты отвечаешь на вопросы, я их задаю. После вы спокойно уходите.       — Мы? Я этих двоих не знаю.       — Тогда почему вы ели вместе, за одним столом?       — Да на рынке встретились, как-то разговор завязался, ну я и предложил им сесть за стол.       — Это не сходится с той необщительностью, которой тебя характеризуют.       — Да мне похуй. Ладно уж, во избежание переполоха я сделаю так, как ты хочешь, только этих двоих отпусти, им уже, вроде, спешить надо.       — «Спешить надо», но при этом они с тобой сели пожрать?       — Ну, тогда времени было полно, теперь стало меньше.       — Один из них заступился за тебя, когда Митч начал клевать тебе мозги. — Деглан усмехнулся от слова «клевать». Это было забавно, учитывая клювообразный нос Митча.      — У твоих знакомых хаскелийские руны на лбах, значит, они викинги, были или есть. За всех подряд они не заступаются с варварской грубостью.       — Варварской грубостью? Ха, ты ещё не видел моего варварства!       — Тихо, Хагвар. — Унял брата Теглар.       — Грх, короче, я тебе не верю, твоя ложь слишком неправдоподобна. Вы знакомы дольше, чем пару часов, стало быть, ты что-то скрываешь. Будешь говорить или продолжишь тянуть время ради боги знают чего?       — Сука… — Закатывая глаза ругнулся мимик. — Что ты спрашивал?       — Ты сейчас работаешь?       — А я тебе для чего-то нужен?       — Деглан.       — Агрх… Да.       — На торговца по имени Ганс Легофф? Жирдяй в кафтане, что в последнее время сторонится городов. В последний раз его видели в Грентебридже.       — Как же быстро стали расходиться сведения в наши дни…       — Мегаскопы — крайне полезные магические штукенции. Кстати, ты сказал «сведения». Значит, это правда. Значит, ты это знаешь. Значит, ты действительно на него работаешь. Iawa?       — Я оговорился, вероятно.       — Я знаю о том, что ты не из тех, кто использует слова необдуманно. Если ты сказал «сведения», то ты имел ввиду, что это правда, как минимум подсознательно, но не подумал, что я придам этому значение.       — Ну, сопровождаю я его сейчас, дальше что?       — Эти двое — тоже. Iawa? По их глазам вижу, что iawa. Стало быть, отпускать мне их не стоит. Спасибо, что сказал.       — Откуда ты так обо мне осведомлён?       — Вопросы задаю я. Вы втроём сопровождаете караван Легоффа, хорошо.       Альв отошёл от Деглана и вернулся к корчмарю, что-то тихо сказал ему. После этого корчмарь закивал и, развернувшись, поспешил покинуть корчму. Деглан услышал его слова и начал бегать глазами по помещению, искать пути быстрого и, желательно, тихого выхода. Увы, стража пришла слишком быстро, будто из засады. Двенадцать человек в кирасах и с алебардами ворвались в корчму, навели оружие на наёмников. Пришлось сдаться. Деглана, Хагвара и Теглара заковали в кандалы и увели, их покупки конфисковали.