Purple Days / Пурпурные дни

Убедить другие торговые дома объединиться против Марелоса будет тяжелой задачей. Вопрос заключался не в том, стоило ли организовывать общее сопротивление, это было само собой очевидным для всех причастных — а в том, окажется ли такой союз достаточно мощным, чтобы противостоять поганцу. Немало домов отдавали предпочтение другому варианту — заранее продать Марелосу свои активы в Студёном море, пока они еще чего-то стоят, пока их не заставили отдать их за копейки, за пятую-шестую часть настоящей стоимости, еще и бременем долгов в придачу. Другие рассматривали вариант с переходом деятельности на более зеленые поля, или на более теплые моря в этом конкретном случае. Для чего рисковать всеми сбережениями за право торговли в Студёном море, когда вместо этого можно весьма достойно зарабатывать и на более безопасных, хоть и более рисковых через конкуренцию, маршрутах в Узком море? Если Торговый дом Старс собирался возглавить коалицию против Марелоса, то им придется выступить в роли сильнейшего из всех партнеров… другими словами, они должны показать себя с лучшей стороны, сильными и компетентными. Близкие связи с Лазоно Пархааном и его торговыми контактами в Лорате и Белой Гавани только окрепли… торговец аж кипел энтузиазмом за возможность наконец отомстить за смерть родственника, доведенного до нищеты и самоубийства десять лет назад, когда Марелос впервые попытался монополизировать рынок. Джоффри разрывался между многочисленными делами, и все же и этого оказалось мало. Им не хватало изрядного состояния, и, что важнее, они должны были отдать все, что имели, на воплощение этой идеи. Они должны были поставить на карту все, полностью перевести торговлю в Студёное море, чтобы иметь все ресурсы для победы над Марелосом, иначе потеряют статус торгового дома и обнищают. В конце Сансе пришла в голову замечательная идея первыми добраться до Трегидоса Санатиса, до того, как Марелос окончательно уничтожит торговца. Трегидос был относительно крупным игроком на северных путях, но походил скорее на призрака, чем на живого человека, когда Джоффри встретился с ним. Марелос вырвал сердце из торговых операций Трегидоса, с помощью комбинации недружественных захватов, угроз поставщикам и взяткам. Именно этот купец был тем, кто сообщил Лазоно о возвращении Марелоса к старому занятию, и он доплыл до Браавоса через неделю после банкета. Все ожидали от него, что неудачник просто продаст за бесценок остатки своих кораблей и складов Марелосу… в конце концов, Железный Банк требовал возврата долгов, и единственным человеком, что в данный момент скупал активы, хоть отдаленно причастным к северным торговым маршрутам, был Марелос. Ублюдок так сильно удивился, узнав, что долг был оплачен до последней копейки, а состояния перешли в собственность дома Старс. Когда Санса начала осторожно и незаметно браться за дело, то первым делом «случайно» встретилась с женой купца в Пурпурной гавани, а впоследствии господин Трегидос через своего сына с удовольствием ухватился за этот благословенный шанс и продал им все свое состояние в обмен на постоянное немалое денежное обеспечение и обещание взглянуть в лицо Марелосу, когда тот потеряет все. Теперь судьба дома Старс переплелась с торговыми маршрутами Студёного моря, и проигрыш в этой борьбе сейчас означал бы полное банкротство вместо терпимой финансовой потери, как было бы до начала их вмешательства. Благодаря советам Трегидоса, контактам и отдельным остаткам его финансовой империи, а также благодаря крепким связям с домом Пархаан — Старсы начали сплачивать вокруг себя все меньшие торговые дома, которые имели хоть какой-то интерес в северной торговле. Санса уговорила Джоффри временно увеличить число прислуги, хоть ему это не понравилось. Он воспринимал это проявлением дурного вкуса, видя стаи горничных и стюардов, рои слуг, которые суетились и обслуживали многочисленных гостей на светских ужинах… — Это Тихо Иннаринос и его жена, — прошептала Санса ему на ухо, отрывая юношу от размышлений и возвращая на землю, прямо к яркому событию, что превратило Дом Дуре в большой, танцевальный и банкетный зал. — Иннаринос… Они обладают чуть ли не одной пятой всех устричных промыслов на северо-восточном полуострове, — заметил Джоффри, нахмуриваясь. Он уже ознакомился с большинством браавоских производств и промыслов, даже завел неплохие знакомства с владельцами некоторых из них, но до сих пор смущались из-за присутствия Тихо на пиру. — Интересно, что они здесь делают? — спросил он Сансу. В конце концов, у них не было собственных кораблей, а основным заказчиком продукции был неблизкий Чаячий город, самый большой город и порт в Долине Арренов, достаточно удаленное от вод Студеного моря. — Я убедила господина Тихо, что Марелос, захватив контроль над северными путями, также будет иметь полную монополию над иббенийскими моллюсками. Что же тогда сможет остановить его, скажем, от снижения цены на свои жемчужины, чтобы Тихо обанкротился? — ответила она, искренне улыбаясь. — А-а, — сказал Джоффри одобрительно, — Так вот почему ты сбежала с тем мужчиной на добрых полтора часа во время празднования в доме Лазоно, на прошлой неделе, — прокомментировал он, — Признаю, что уже начал волноваться, куда это вы двое делись, — поддразнил он ее с выражением насмешливой доверчивости. А господину Тихо же было больше семидесяти лет, в конце концов. — Волновался? Или ревновал? — прошептала она, наклоняя голову набок и показывая длинную белую шею. Этот шаг не был бы неуместным, если бы она была уверенной куртизанкой, но легкий румянец на щеках и быстрое моргание предали ей, указывая на волнение. — Безусловно ревновал, — сказал Джоффри, уменьшая расстояние между ними, на шаг, чтобы прижаться к ней. Она считает, что единственная может играть в эту игру? — Подумал юноша, когда Санса слегка прищурила глаза. — Очень ревновал, — прошептал он ей на ушко, наслаждаясь тем, как она медленно выдохнула воздух. — Нам стоит сосредоточиться, — сказала девушка, глядя в сторону. –…Ага, все-таки стоит, — отреагировал Джоффри, внезапно почувствовав легкую тошноту. — Э-это Дракарио Вейнерис и его жена, Тейя. Они владеют дюжиной судов, преимущественно торгуют железом и мехами в Мороше, — объяснила Санса, глядя на мужчину, который шел прямо к ним, в компании роскошно одетой женщины. — Нам следует быть с ним осторожными, он встречался с представителями Марелоса в течение всей этой недели. Он надменный и несколько злопамятный человек, насколько я слышала, поэтому веди себя с ним вежливо, — добавила она быстро, ибо гость и его компаньонка уже подходили. — Господин Джоннел, госпожа Селия, — кивнул слегка располневшей мужчина с суровым лицом. — Спасибо за приглашение, — добавила Тейя Вейнерис; роскошное платье из белого меха контрастировала с сапфирами и нефритами на сером наряде ее мужа. — Не за что, — ответил Джоффри с поклоном, — Как вам везет в открытом море, мастер Дракарио? — спросил Джоффри у него. — Не существует такой вещи как судьба, только умение и использования возможностей, — резко ответил тот, прищуривая строгие глаза. — Конечно, — согласился Джоффри с неудобной улыбкой, — Тогда, и умения ваших клиентов не осложняют вам вашей работы? — спросил он. — Да, — ответил Дракарио, очень медленно покачав головой, — Война в Вестеросе занимает все время кузнецов и рудокопов Белой Гавани, они работают исключительно над заказами дома Мандерли, и будут работать еще долго, насколько известно. Мои морошийские заказчики уже начинают искать другие источники вооружения, — продолжил он с кислым выражением. Джоффри склонил голову набок, чувствуя возможность: — Дом Старс, конечно же, будет более чем рад временно помочь вам с поставками стальных слитков… — Я не нуждаюсь, да и не просил вас о поставках стали, господин Джоннел, — резко перебил мужчина. Джоффри вдохнул свежего воздуха, глядя на собеседника: — Мои извинения, я только подумал… — Что мы нуждаемся вашей милости? Вы ошиблись, господин Джоннел, — торговец снова перебил юношу, а жена Дракарио посмотрела на него со скрытым раздражением. И что же такое с этим мужчиной?! — Думал Джоффри, поднимая подбородок: — Видимо, ваши дела обстоят весьма напряженно, если вы считаете, что я раздаю милостыню, господин Дракарио. — сказал юноша с намеком на кривую улыбку, уловив гневные искры в его глазах. — А я считаю, что ваши манеры… — голос торговца начал повышаться, когда Санса вдруг решила вмешалась, пока разговор еще не успела перерасти в ссору. — Прошу простить моего мужа, он лишь завидует вашим товарам. Потому что не знает, если честно, как заставить вас расстаться с ними, — девушка быстро произнесла, кладя ладонь на руку браавосца, — Ваша жена выглядит прекрасно в этом мехе, в конце концов, — добавила она, переводя взгляд Дракарио на его вторую половинку. — Спасибо вам, дорогая Селия, — Тейя отреагировала благодарной улыбкой, слегка двигая плечами, выгодно показывая замечательный, яркий белый мех, там и здесь местами прерываемое мелкими черными пятнышками. — Джоннел уже давно пытается достать мне что-то подобное, — сказала Санса, бросая на Джоффри взгляд, полный скрытого значения. — Именно так, уже давно, — брякнул он, решив подыграть Сансе, но немного нахмурился, так как девушка и дальше смотрела на него. Очевидно, она восприняла его ответ недостаточным при такой ситуации. Он колебался, размышляя, что же еще сказать, где еще с полсекунды, прежде чем продолжить: — Сама мысль, что моя жена будет носить такую роскошь, иногда заставляет меня просыпаться посреди ночи, — сказал он серьезно. Мгновенно воцарилась неловкая тишина, и через какие-то две секунды госпожа Тейя взорвалась смехом, смеясь так беззаботно, а Санса покраснела с шеи до лба. Даже Дракарио казался удивленным, уголок его рта слегка приподнялся. Теперь настала очередь Джоффри краснеть, как только он осознал, что на самом деле сболтнул, и Санса слегка засмеялась. — А-ах, как хорошо быть молодыми, — сказала госпожа Тейя с ностальгическим видом, берясь за руку мужа. — Видите, господин Дракарио? Мой муж лишь пытался умаслить, чтобы получить что-то из ваших замечательных товаров, — Санса импровизировала на ходу, как-то добавляя волнение в голосе, когда торговец кивнул, показывая понимание. — Это щекотливый вопрос, — добавил Джоффри, вновь обретая серьезность. — Да я вижу, — сказал Дракарио, до сих пор не полностью оправившись. Жена теперь держала его за руку чуть крепче, ее улыбка стала немного озорной, и он заметил боковым зрением, как Санса подзывала жестом ближайшего слугу: — Конечно же я с удовольствием предоставлю вашей жене несколько экземпляров на выбор, — наконец добавил купец. — Буду вам искренне благодарен, — ответил Джоффри, кивая.   — Вина? Я надоедала мужу на счет этого напитка днями напролет, — сказала Санса, когда к ним подошел слуга с подносом, с наполненными чашами. — Саатийское оранжевое? — спросил Дракарио зачарованно, попробовав напиток из чаши. — Именно так? Вам нравится? — переспросила Санса в ответ, как будто с удивлением. По крайней мере она могла бы обмануть Джоффри тем удивлением, если бы он не знал, что Санса подпольно расспрашивала о вкусах Вейнериса в течение последней недели. — Признаю, что это любимый вкус времён моей молодости, в основном потому, что в Мороше просто не было никаких других напитков, — сказал Дракарио, его улыбка как будто стала шире. Тейя также смаковала выдержанное вино, улыбаясь в сторону, как будто это была какая-то личная шутка. Джоффри же медленно пробовал напиток. Он имел сильное послевкусие и фруктовый аромат, и юноша на удивление обнаружил, что это вино ему нравится. — Хочу снова поблагодарить вас за тот мех, — обратился он к сварливому торговцу, продолжив пить вино, которое Санса «выпросила» у него. — Пожалуйста позвольте ответить и вам услугой. Я знаю одного человека в Белой Гавани, который представляет интересы владельца более отдаленных шахт, — добавил он неуверенно. Он изо всех сил пытался найти общий язык, и было очевидно, что собеседник отвергнет предложение, которое будет считать «подачкой», даже если она сможет вытащить его из лап Марелоса… Но, возможно, он воспримет деловое предложение приветливее? Дракарио имел вид, словно вот-вот прервет эту речь, но Джоффри быстро продолжил: — Не могу обещать что-то конкретное, кроме доброго слова, но возможно этот человек сможет вам помочь с поставками сырья за умеренную наценку, — сказал Джоффри, как будто это было не слишком обременительно. — С наценкой или нет, но иметь дополнительный надежный источник железа было бы неплохо, — вежливо ответил Дракарио с блеском в глазах. — О, а вот и Говины, — неожиданно вмешалась Санса, — Простите пожалуйста, господин Дракарио, госпожа Тейя, — сказала она с сожалением, получив в ответ кивок от купца и ослепительную улыбку от его жены. Санса отвела юношу подальше от той пары, не имея сил больше сдерживаться. — Мех, Джоффри? Серьезно? — раздраженно сказала она одним лишь уголком рта. — Эй, это же сработало, — ответил ей юноша, широко улыбаясь, — Кроме того, оно подойдет тебе, — добавил он правдоподобно. — Спасибо, — ответила девушка, когда они двинулись по залу, здороваясь с гостями и направляя неуклюжих слуг, — Почему ты такой нетерпеливый сегодня? То, как ты обратился к Дракарио… было больно видеть это, — отчитала она его. — Я потерял терпимость к глупости уже очень давно, Санса. Не стоит ему быть сварливым и отказываться от помощи, если он желает избежать ловушек Марелоса, — ответил он, пожимая плечами. — Вот это и есть твоя главная проблема, тебе нужно терпение, — сказала она, ведя к следующей мишени. — Ты волнуешься, что нас будут воспринимать как варваров? — спросил юноша. — Мы вестеросцы. Мы уже варвары с их точки зрения, милый, — поправила она. — Рад, что ты так хорошо понимаешь браавоский тип мышления, — ответил ей Джоффри с ухмылкой. Они обменялись комплиментами еще с несколькими другими гостями, прощупывая здесь и там и формируя приблизительную основу группы, которая была бы способна противостоять Марелосу. — Это же сработало в конце концов, разве нет? — спросил юноша, подняв бровь, когда они покинули очередную кучку приглашенных. Санса засмеялась, а потом покачала головой: — Да, сработало. Мы собрали неплохую компанию, — сказала она. — Именно так, — ответил он с довольной улыбкой. --- И таким образом, от одного пира к следующему, от бала до бала и от встречи к встрече, сформировалось то, что кое-кто уже начал называть Консорциумом Студёного моря. Санса в одном была права — ему не хватало терпения в общении с теми, кого он считал дураками и идиотами. Однако она справлялась. Расцветшее умение в искусстве придворных интриг оказалось благословением для Джоффри, который вмешивался лично только после обработки и шарма Сансы, с десятикратной эффективностью. Как только она очаровывала их, он открыто вступал в бой с подробными отчетами и графиками, показывая свое немалое мастерство в торговле, пока Санса шептала в уши о грехах Марелоса. Таким образом они провели остаток года, объединив коалицию против обширной торговой империи, на построение которой Марелос потратил почти всю жизнь, мечтая доминировать на северных торговых путях, когда не был занят снаряжением экспедиций в Йи-Ти Их связисты в Вестеросе и дальше оказывали жизненно важную информацию, не только отчеты о последних событиях, но и немало других фактов. Скачки рыночных цен на зерно, слухи о беспокойстве в Долине, численность мобилизованных крестьян… Санса убедилась в желании быть таким осведомленным относительно положения вещей в государстве, как только могла, чтобы справиться, когда они наконец попытаются править Вестеросом, Джоффри с этим соглашался на все сто. Знание будущего будет неоценимым даром, когда придет время, жизненно важным рычагом для балансирования между великими бедами, что будут ждать на них. Казалось, что Тиреллы согласовали альянс с Ланнистерами, как и в прошлых жизнях, однако на этот раз, слава богам, не благодаря влиянию Мизинца. Тот получил рутинный удар ножом в грудь в начале этой жизни… Джоффри взял себе за привычку каждый раз колоть Бейлиша в другой сегмент сердца, чтобы убедиться, насколько точно он может убить одним убийственным ударом. Конечно же он не рассказал Сансе об этом. Выдающиеся тактические таланты Молодого Волка и короля Станниса привели до нескольких действительно великих побед против их общих врагов, но преимущество Ланнистеров в числе воинов привело к постепенному завоеванию Речных земель с горами из человеческих тел, ведь уязвимая география предоставляла преимущество нападавшим, пока речные переправы обходились или избегались другим способом. Родовые крепости домов Дарри и Мутонов уже были сожжены дотла, а весь Крабовый залив полностью вышел из альянса Старков и Баратеонов. Ходили слухи, что Тайвин покупал любые общества наемников, которых только мог достать, и что короля Станниса лично видели в Долине. Уже прошло чуть больше двух лет после того, как они приплыли в Браавос, и Джоффри не настолько удивился, как Санса, когда им принесли приглашение в семейное имение Онирасов. Их союз позволял меньшим торговым домам подняться выше уровня их состояния… и Марелос Гартиос наконец заметил их деятельность. — Это ловушка, не стоит туда идти, — Джоффри наотрез отказался, как только прочитал письма, написанного со слишком очевидной невинностью. — Но Джоффри, мы же можем попасть к самому сердцу влияния Марелоса! Онирасы же являются одними из тех трех семей, сдерживающих действия Морского Владыки против него. Если только кто-то один из тех трех станет нейтральным — Марелос проиграет, рано или поздно, — возразила она. — Ты думаешь, что Онирасы так открыто собираются его предать? Это ловушка, Санса, хотя я и не вижу пока, какая именно, — сказал ей Джоффри, благодарно кивая Адаро, когда старый главный слуга положил остальные писем на столе. Он заметил и проигнорировал следы когтей на штанах Адаро. Леди появилась плохая привычка — кромсать одежду бедняги… хотя по крайней мере на этот раз она не украла его ботинок. — Мы никогда и не имели возможности даже заговорить с любым из тех семей. Это может быть шансом покончить с ним раз… если Онирасы услышали запах крови, и мы предоставим начальный толчок… — Санса замолчала, когда Джоффри слегка покачал головой. — Джоффри, пожалуйста… просто доверься мне в этом, — попросила она. --- Имение Онирасов расположился достаточно близко возле Пурпурной гавани, где только браавоские корабли имели право приставать к докам. Дворец Морского Лорда был хорошо виден на горе небольшого холма, и до Лунного Пруда было не больше пяти минут ходьбы. Поместье было построено в старобраавоском стиле, выделяясь несколько приплюснутой архитектурой, которая казалась более изысканной, из-за нехватки внешней отделки. Однако внутри серые стены были со вкусом украшены лисенийскими гобеленами, обрамленными полудрагоценными камнями, которые висели равномерно во всех комнатах. Изысканные декорации со всех уголков мира были здесь, с подозрительно большим количеством дорогущего йи-тийского фарфора. Они провели большую часть вечера знакомясь с другими гостями, элитой Браавоса и даже более отдаленных городов, как Лората и Пентоса, но, когда время уже приближалось к полуночи, Санса уловила свой шанс. — Вон там, господин Белано Онирас… — прошептала девушка Джоффри, когда они пополняли содержимое своих кружек. Хозяин поместья в этот момент был лично, он разглядывал большую вазу, полностью покрытую прекрасной йи-тийскою каллиграфией, в комнатке, полностью скрытой от большинства мест, заполненных гостями. — Не нравится мне это все… Может я и безнадежный в интригах, однако хорошо научился разоблачать такие вещи, — юноша обратился к ней, когда Санса начала движение к тому мужчине. — Не узнаем наверняка, пока не попробуем, — прошептала Санса в ответ, и Джоффри знал, что любые возражения она бы восприняла как удар по возрастающему доверию, которое возникло между ними в последние месяцы, независимо от коварного влияния Пурпура.   Пара подошла к Белано как раз вовремя, когда он обернулся с готовым вежливым выражением, изящно кивнув: — Господин Джоннел, госпожа Селия, надеюсь, что вам понравилась еда? — спросил мужчина. Господин Белано таки имеет бесспорный талант к преуменьшению заслуг, — подумала Санса, подходя к высокому, худому человеку. Даже в Красном Замке повара не могли похвастаться блюдами, такими экзотичными и вкусными одновременно, и гости даже не успели насладиться ужином, отведав лишь небольшой обед. — Это было действительно очень, господин Белано, вам стоит передать нашу благодарность вашим подчиненным, — ответила она притворно застенчиво. — Рад, что вам понравилось, — произнес он изысканно, слегка вернувшись к вазе, так как решил и дальше наслаждаться ее красотой. Санса тихонько проглотила слюну, подходя на полшага, также разглядывая фарфор. Джоффри напрягся, однако повторил ее движения. Иногда он слишком погружается в свою паранойю, — подумала Санса. Им нужно захватить инициативу против Марелоса, и Джоффри признал это про себя. — Прекрасный экземпляр, — прокомментировала она лениво. Белано едва видно кивнул, но не ответил. — «Мир и процветание, мечта, которую разделяет каждый человек», — Джоффри неожиданно нарушил тишину, разглядывая каллиграфию. — Вы знаете йи-тийский? — удивленно спросил Белано. — «Желаю, чтобы ты нашел мир в самом себе, чтобы твоя семья знала достаток и никогда не побиралась. Пусть твое сердце никогда не замерзнет, чтобы ветры никогда не дули внутри», — юноша продолжил переводить на скорую руку. Нежданное-негаданное благословение, благодарение давно ушедшим годам, — подумал Джоффри, заметив тигров и извилистых драконов, переплетались, украшая вазу под надписями. — Кажется, что вы немало путешествовали несмотря на ваш возраст, господин Джоннел, — сказал Белано. — Внешний вид может обманывать, — ответил Джоффри. — Эстетическая красота и емкость с мудростью. Возможно, она также содержит нечто более физическое. — засмеялась Санса. — Пока ничего. Я проверял, — ответил хозяин дома с легкой улыбкой. — Такого прекрасного подарка были бы достойны только близкие друзья, — Санса попыталась осторожно начать. — Или те, кто желает ими стать, — заметил Белано, так же осторожно. — Подарить кому-то такую красоту только в надежде на дружбу… тогда ваша дружба действительно очень высоко ценится, господин Белано, — сказала она. Белано медленно пошел вокруг вазы, не отводя от нее взгляда, и ответил: — Так может показаться, когда некоторые другие, значительно более важные желания зависят от такой дружбы, — красноречиво пояснил он. Санса позволила тишине побыть мгновение, прежде чем кивнуть, глядя на рычащих тигров: — Однако такая вещь кажется слабой основой для настоящей дружбы. Скорее даже хрупкой. Что же произойдет, когда желание исполнится, можно спросить? — она словно размышляла вслух. Белано также сделал короткую паузу, как будто очень заинтересовавшись каллиграфией: — Жизнь полна рисков. Отклонить такую дружбу было бы значительно большим риском, — пробормотал он. Санса сразу увидела правду за маской… Он сомневается, — подумала она быстро, ее зрачки слегка расширились. — Но действительно ли? — спросила девушка, словно они обсуждали погоду, — В последнее время произошло немало новых начинаний, которые могут отбросить эту угрозу, — произнесла она очень, очень осторожно. Санса почувствовала, как Джоффри сжал ее руку, когда Белано впервые выразил определенный интерес. — Действительно? — он проглотил наживку. Сейчас или никогда, — подумала Санса, Джоффри напрягся возле нее. …Однако он не остановил ее. — По крайней мере определенные контакты в Лорате уверены в этом, — проговорила она таинственно. — Этого недостаточно, чтобы огорчить моего дорогого друга, — ответил Белано, качая головой. Он хочет больше, подумала девушка, кивая: — Важно также то, что желание нашего дорогого друга расстроило многих людей, там, в Лорате. Особенно владельцев определенных складов, — уточнила она. Белано вступил задумчивого вида, впервые за все время подняв взгляд от вазы: — Если это так, тогда риски, связанные со всем этим делом, и действительно изменились, — сказал он, на мгновение склонив голову; несмотря на его спокойный вид, Санса заметила напряжение и сомнения. Она желала открыться ему как можно меньше, однако было очевидно, что Белано понял ее. Благодаря своим контактам Консорциум Студёного Моря убедил существенный процент лоратийских владельцев складов (а через них, в свою очередь, менее существенный, но все же немалое количество портовых грузчиков) приготовиться к организованному бойкоту товаров Марелоса именно в тот момент, когда большая часть его торгового флота прибудет в город. Это не будет смертельным ударом, но достаточно весомым, чтобы Санса и Джоффри надеялись сокрушить фасад неуязвимости, которым этот мерзавец наслаждался в течение последнего года… это также имело бы шансы отколоть от него других союзников. — Такая затея должна быть тщательно выверенной во времени, — сказал Белано. — Так и есть, — осторожно сказала Санса. — А-а, торговый флот, — вычислил Белано, — Конечно же мне понадобится кое-что, чтобы убедиться, что вы не блефуете… например имя, — добавил он. Санса застыла на месте, потрясенная таким неожиданным и почти болезненным двойным ударом. Это было слишком грубо и прямо. Как будто его уже не волнует больше ничего… не только это дело, но и мы сами… — Я… пожалуйста, простите нас, господин Белано, на минутку, — сказала она быстрым, извиняющимся реверансом. — Конечно, конечно, — пробормотал хозяин банкета с малой знающей улыбкой на устах. — Не нравится он мне, но ты, кажется, добилась чего желала… на чудо, — пробормотал Джоффри, когда они отошли подальше, но сразу встревожился от того, как лицо Сансы побледнело. — Он играет с нами, — зашептала она быстро. — Как, — мгновенно спросил Джоффри, кладя руку на рукоять скрытого стилета. — Белано, он бы никогда… — она так и не закончила предложение, когда они врезались во что-то, а точнее, в кого-то. — Я же говорил вам, не здесь! — Марелос Гартиос настойчиво зашептал им обоим, достаточно громко, чтобы это услышали ближайшие гости, но больше никто. Санса застыла на месте словно перепуганная олениха, выражение лица медленно перешло от шока до ярости. Хватка Джоффри на рукоятке стилета усилилась, когда он осознал, что же только что случилось. Марелос имел изысканный вид в своих одеждах из меха, смешанного с йи-тийским шелком, вся нарядность прямо кричала разнообразием золота и серебра. — Дорогие мои, я занимаюсь этим куда дольше вас. Ваши попытки повеселили меня, — сказал торговый король, на этот раз сказал еще тише и только для их ушей. Прежде чем кто-то из них успел ответить, Марелос исчез, его быстрое, однако затянувшееся на вид шествие понесло его к толпе гостей. — Этот говнюк… — прошептал Джоффри. — Нам нужно уходить, — зашептала в ответ Санса, и они быстро вышли входным залом и через большие лестницы, примыкавшие к внешней патио имения. — Белано только выманивал информацию, он никогда и не думал менять сторону, — яростно бормотал Джоффри, — Я знал, что есть что-то гнилое в нем. — Джоффри, это еще хуже. Он желал, чтобы нас обоих видели вместе с ним, — добавила она напряженно. — Слухи распространятся, но то лишь слухи, Санса, — юноша попытался успокоить ее, когда они достигли каналов. Санса покачала головой: — Сами по себе они достаточно навредят нам, но если добавить… — Лорат. Черт возьми, — выругался Джоффри, — Нас видели в компании Марелоса, как мы общались, и через неделю он обойдет нашу ловушку в Лорате, — произнес он, когда пара подошла к своей гондолы. Иннео напрягся, заметив их настроение. — Он обыграл нас, — пробормотал Джоффри злобно. — Он обыграл меня, — прошептала Санса, склонив голову. --- Они попытались предупредить своих союзников, однако немногие успели сделать… Белано и его покровитель были опытными игроками. Как бы не было неприятно, и Санса сама предоставила им всю необходимую информацию, нужную для дальнейших шагов. Уже за неделю план провалился полностью: несколько складов в Лорате перекупили, а остальные закрылись из-за нескольких поджогов, проблем с коррумпированной городской стражей и других подобных неприятностей. Остальные посыпалась вслед. Лазоно потерял значительную долю влияния на родине, и вновь созданный Консорциум висел на волоске, когда отдельные участники добавили два плюс два. Часть убедились, что вся эта схема была придумана только для того, чтобы обмануть оппозицию Марелоса, когда слухи о секретной встрече в имении Онирасов существенно повредили репутацию обоих Старсов. Через месяц две другие семьи продали все свое состояние Марелосу, отдавая предпочтение более низким прибылям, чем полному банкротству. Санса застонала вслух, читая письма от третьей семьи, что собиралась покинуть их небольшую заговор. — Еще кто? — спросил Джоффри у камина. Он стоял сразу возле него, лениво вращая в руке кружку с вином и пытаясь согреться после прогулки в свой офис, что прилегал к Мусорной Заводи. Браавоская погода последние месяцы постепенно становилась все холоднее. — А я была так уверена… Белано… он вел тройную игру, используя то, что я считала его настоящим лицом, как третью маску, — прошептала Санса со смесью восторга и гнева, — Я считала, что смогу прочитать его, хоть немного, но тем не менее. Считала, что пронзила его неуверенный, стоический фасад, и достигла правды за ним… но там была лишь еще одна маска. Слегка неуверенный, осторожный, однако с жилкой авантюризма, глава рода за тем фасадом был лишь очередной маской, — повторила она. — Браавосцы любят такие штуки. Они обожают те маски, — добавил Джоффри с тихим фырканьем. — И все та затея… она также была тройной! Лазоно имел своего человека посреди слуг Онироса, и из того, что он мне рассказал, там было подстроено дополнительное действие, чтобы как будто мы должны были пролить целый кувшин с вином на главный стол… — пробормотала она. — Надеюсь, на голову Марелосу, — сказал Джоффри. Санса подарила парню раздражен и немного беспомощный взгляд, прежде чем продолжить: — Ты не видишь, Джоффри?! Я попала прямо в их ловушку, когда нажала на тебя, чтобы мы туда пошли. Любой результат был бы в пользу Марелосу… Если бы я не подошла к Белано, как проклятая книга открытая, готовая для чтения, Марелос все равно бы сделал свой подлый шаг возле входа в поместье, а если мы все же каким-то образом избежали встречи с ним и попали на ужин, то все равно бы выглядели парой глупых вестеросских варваров, проливая половину запаса драгоценного вина на остальных гостей, — сказала она яростно, — Конечно же, последнее было бы только позорным, но малым ударом по престижу, и все же… каждый результат был бы ему на пользу! — закончила она, запыхавшись; её раздражение только росло от легкой улыбки Джоффри. Он и до сих пор медленно вращал вино в кружки, глядя на нее. Наступило короткое молчание, прежде чем Санса наконец покачала головой: — Почему ты все-таки спокоен после всего этого?! — наконец спросила она у него. — Ты такая красивая, когда злишься. Румянец подходит к твоим волосам, — сказал он живо. Санса скрестила руки и фыркнула, пытаясь игнорировать, насколько неожиданно приятно был такой нежданный комплимент. — Ты вообще не понимаешь этого всего, Джоффри? — переспросила она. Юноша и дальше улыбался, переведя взгляд на кружку, глядя туда еще с секунду, прежде чем сделать глоток. — Как ты думаешь, сколько раз я падал лицом в грязь, сломанный и побежденный? — спросил он. Общее настроение в комнате сразу приобрело странный, мрачноватый оттенок. — Как думаешь, сколько жизней я потратил на тренировку и развитие схем, пытаясь изучить то, как враги танцевали вокруг меня, двигаясь кольцами, или, сферами? — спросил он, прежде чем допить остаток вина и сесть возле нее на длинном диване. — Немало… — ответила Санса, раздражение сменилось на то непривычное ощущение, что восставало, когда они говорили о прошлое Джоффри. Не раз они целые ночи тратили, просто обсуждая те жизни; Джоффри рассказывал истории, и малые, и великие, счастливые и ужасные. — Это не первый раз, как тебя обманули, и не в последний. Если я чего-то и узнал о жизни в моих скитаниях, Санса, так это то, что этот мир живет и дышит. Корабли плывут, люди сговариваются, горы рассыпаются, когда поблизости нет никаких наблюдателей, величественные лавины поглощают целые леса, когда этого никто не видит, — произнес он, глядя на что-то далеко за пределами камина и малого арбалета, который висел чуть выше, — Этот мир является постоянным движением… мужчины и женщины поступают только согласно собственных желаний, всегда, всегда ища их воплощения и не важно, мы стоим у них на пути, или нет. Я был замешан в таком количестве заговоров, что уже и не смогу посчитать их, и просто нет никакого способа просто выжить даже во всех них, все время, — добавил он тихо. Санса смотрела на него затуманенными глазами с невысказанными мыслями: — Так как же ты тогда выигрывал? Как ты жил? — спросила она, чувствуя себя не в своей тарелке. — Ты встаешь из грязи и пытаешься двигаться снова, — просто ответил Джоффри, беря ее за руку. Это был Сандор, внезапно вспомнилось, именно он преподал ему этот урок. Санса немного расслабилась и откинулась назад, крепко держась за руку Джоффри, размышляя. «Поднимайся и пытайся снова», — подумала она, глядя на огонь.